Наследие Гингемы, или Сильномогучее колдунство огородное (джен)

Постепенно все разошлись. Кестер улетел в Фиолетовую страну, неся с собой целый список того, что нужно приобрести у Мигунов. Близнецы и Митель Грон — в Голубую, к новым экспериментам над сорняками (обыкновенными, не живительными). Дарти спешила на свидание с Вентано. Анни — на занятия с Элли по управлению страной. Энни ушла с ней вместе. Остались только Том, который в лаборатории был как дома и вообще проводил в ней значительную часть своего времени, и Астерий, который всё ещё сражался с громоздким текстом умной книги.

— …будет возложен подле лунного сплава, раздробленного на субмиллиметровые фракции, — бормотал Астерий себе под нос, — кои суть не что иное, как эссенциальная дистилляция металла, подвергнутая процедуре экзистенциальной декогенции, то в эфирной субстанции родится гиперполяризация квазистационарного типа… Слушай, Том, — отвлёкся он, — я тут подумал.

— Про гиперполяризацию квази-чего-то там? — поддразнил его Том.

— Обязательно, — хмыкнул Астерий. — Нет, про магию Гингемы.

— М-м, и что ты подумал? Дай угадаю: что хорошо бы тебе попробовать её применить?

— Ну… почти, — признался Астерий. — Раз уж у меня такая… наследственность. Должна же она где-то проявляться? Вдруг то, что учила Корина, у меня в крови? А я просто не могу это в себе… ну, раскопать, что ли.

— Думаю, дело не в раскопках, — Том сел напротив. — Помнишь, что тебе говорила Ланга? Основная проблема в том, что тебе интереснее другое. Тебе интереснее возиться с ювелиркой, чем колдовать. Поэтому из тебя может получиться первоклассный артефактор. Но никак не огородник. В Корине, между прочим, талант к артефакторике тоже был — создала же она кольцо с книгами Торна. Причём, заметь, на чистейшей интуиции, без всякого обучения!

Астерий кивнул.

— Это я знаю. Но всё-таки, как думаешь… Может, мне стоит что-то поискать?

— А что ты хочешь искать? И где?

— Вот я и спрашиваю твоего совета. Ты ж у нас в теории магии лучше всех ориентируешься, да и в кругах волшебниц вращаешься больше. Не может же быть, чтобы у Гингемы не было больше никакого наследия, кроме тех заклинаний, которые когда-то устно заучила Корина. Или может? — он с сомнением уставился на Тома, ожидая его вердикта. Том пожал плечами.

— Скорее всего, может, — признал он. — В смысле, действительно ничего не осталось. И Корина, и Урфин Джюс пытались найти что-нибудь в пещере Гингемы после её гибели. Корина нашла только книгу Торна, которая сейчас у мамы. Больше ничего. Никаких собственных записей Гингема не вела и артефактов не имела, кроме башмачков, но башмачки тоже сейчас у нас. Ну, ты знаешь.

Астерий снова покивал. Серебряные башмачки, по общему соглашению волшебниц, сейчас снова были «ничьи» и хранились в башне Торна, откуда их мог взять любой, кому они понадобятся. Если башня позволит взять, разумеется. А то может ведь и скрыть так, что не найдёшь.

— И всё-таки, — стоял на своём Астерий, — было бы интересно посмотреть. Я бы побывал в её пещере. В конце концов… с какой-то точки зрения Гингема для меня почти что бабушка, — он с иронией скривился. Том хихикнул.

— Ну с какой-то да. Хотя не знаю, что тебе это даст.

— Надеюсь, посещать её пещеру никому не запрещено? — уточнил Астерий. Том отмахнулся:

— Да кому она сдалась, та пещера? Конечно, не запрещено. Информировать надо, но запрещать никто не будет. Только вот что… Не возражаешь, если я тоже с тобой туда отправлюсь? — Том посмотрел выжидательно. Астерий с готовностью кивнул:

— Конечно, я только за. Один я бы туда и не сунулся.

— Вот и отлично, — кивнул Том. — А то мне, понимаешь, тоже интересно. Тогда можем прямо завтра и полететь.

Они действительно отправились на следующий же день. Том сообщил об этом Элли, и хотя она тоже считала, что в пещере Гингемы искать больше нечего, но отговаривать не стала. Пожелала только быть осторожными, а то пещера всё-таки старая, мало ли что… Сильно там не бегайте и стены не раскапывайте. Может, вам магией помочь?

— Спасибо, мам, — сказал Том. — Мы сами. Не беспокойся.

Анни чуть не увязалась за ними, но в последний момент передумала. К счастью. А то Том уже начал тоскливо размышлять, чем заняться во время полёта, пока эта парочка будет обмениваться выразительными взглядами на тему «ты мне нравишься, но я тебе об этом не скажу, потому что ты и сам это знаешь, и знаешь, что я знаю, но делаешь вид, что не знаешь, но пытаешься мне понравиться, как будто я этого не знаю», и при этом трепаться ни о чём. И чего у них всё так сложно? Вот они с Дариной давно уже официально жених и невеста, вся страна знает. А Анни с Астерием до сих пор играют в «тайные» переглядки, как будто непонятно, к чему всё идёт. А всё из-за того, что Астерий — сын Корины.

В общем, Анни, к счастью, не полетела. А Том по пути спросил у Астерия:

— Слушай, ты с Анни когда уже официально определишься?

— Что? — испугался Астерий. — В смысле? Насчёт чего?

— Ну, ты ей когда собираешься предложение делать?

У Астерия была такая паника в глазах, что теперь уже Том удивился:

— А что? Вы же вроде встречаетесь.

— Да мы так встречаемся, что непонятно, встречаемся или нет, — отмахнулся Астерий, покраснев. — Между нами ничего такого не происходит.

— А зря, — глубокомысленно изрёк Том. Астерий воззрился на него:

— То есть?

— Астерий, друг мой, — веско сказал Том, — Анни, между прочим, шестнадцать лет. В этом возрасте в Волшебной стране некоторые девушки уже выходят замуж.

— А что, она уже хочет замуж? — Астерий, кажется, ещё больше перепугался.

— Да нет, не думаю, — успокоил его Том. — Да ей и родители не разрешат сейчас замуж выскочить. Но официальную помолвку заключить никто не запретит.

— Я же сын Корины, забыл? — огрызнулся Астерий.

— И как это помешает? — искренне не понял Том.

— Хочешь сказать, ваши родители будут в восторге от такой перспективы для Анни? — язвительно поинтересовался Астерий. Том пожал плечами:

— У меня невеста — внучка Пакира. И ничего.

Астерий ненадолго умолк.

— Я сколько раз пытался с ней поговорить, — наконец сказал он тихо. — Она всё отмахивается и говорит, что ей это сейчас не интересно, что она сейчас не настроена на романтику и у неё есть задачи посерьёзнее. Что она готовится стать хорошей правительницей и всё такое. И на самом деле, я вообще не знаю, как мне себя с ней вести.

Том кивнул. Анни и впрямь после возвращения из страны Оз стала намного серьёзнее и ответственнее. И романтикой действительно не страдала. Том не лез к ней в душу, просто наблюдал. Анни не отказывалась от общества Астерия. Но и не искала его. Скорее, Том бы сказал, что её отношение к нему — ровно-доброжелательное. Поощряет, но не подталкивает. Откликается с готовностью, но не инициирует. Не потому, что не хочет. А потому, что в самом деле — у неё масса других занятий и интересов.

— Ну, в общем, вы там как знаете, — спокойно сказал Том, — я просто уточнил. Всё-таки Анни моя сестра, и я за неё переживаю. Чтобы она не страдала от разбитого сердца.

Астерий угрюмо кивнул.

— Я не собираюсь бросать твою сестру, если ты об этом, — сказал он. — Даже несмотря на то, что Корина умерла отчасти из-за неё.

— Ничего подобного! — вспыхнул Том. Астерий поднял руку:

— Я понимаю. Анни её не убивала. Если бы Корина не умерла, она бы сама убила Анни.

— Вот именно, — гневно сказал Том.

— И тем не менее, они ссорились… и Анни нападала на неё. Просто не с целью убить.

Том смотрел на него непримиримо. Астерий взмахнул руками:

— Да всё я понимаю! Просто… скорее всего, было бы лучше, если бы мы с Анни расстались. Меньше проблем и… вообще. Вот только почему-то этот вариант нас обоих не слишком устраивает.

— Угу, — Том поостыл. — Поэтому вам придётся как-то с этим жить. Я к вам не лезу, — пояснил он. — Просто, если Анни будет страдать, то имей в виду…

— Да догадываюсь, — усмехнулся Астерий. — Мне тогда мало не покажется. Но хочешь знать, кого из вашей семьи я боюсь больше всего? Ну то есть, не его самого, а его наказания…

Том посмотрел с любопытством:

— Там какой-то настолько неочевидный ответ?

— А какой ответ ты счёл бы очевидным?

— Ну… Аларма, — логично предположил Том. Астерий покачал головой:

— А вот и нет. Энни, — признался он, прежде чем Том задал новые вопросы. Том взметнул брови вверх:

— Почему?!

Астерий пожал плечами.

— Ну… просто, кроме неё, меня никто не защищает. Она же мне как бы — как она там сама говорит? — фея-крёстная. А если и она будет против меня, тогда кто же… — он ссутулился, отвернулся и умолк. Том подумал немного. Потом ободряюще хлопнул слегка товарища по плечу:

— Всё, расслабься. Никто тут не против тебя. Всё нормально. Энни, конечно, тебя поругать может, но только если за дело.

— Угу, — буркнул Астерий уныло. Том посмотрел на него, вздохнул и оставил в покое.

У пещеры Гингемы было, как всегда, тихо, пустынно и безлюдно. Жевуны всегда избегали этого места. Хотя мрачным оно давно уже не казалось, особенно в ясный солнечный денёк. Ну, пещера, ну, что тут особенного. Пещера уходила в холм — здесь уже начиналось предгорье, но перед ней была ровная, приятная глазу поляна, заросшая дикими цветущими травами, а чуть в стороне начинался лесок.

Ни Астерий, ни Том никогда здесь не были и сейчас с любопытством вертели головами. Диалог об Анни был уже позабыт.

— Интересно, а Убивающий домик сохранился? — спросил Астерий. Том покачал головой:

— Да его давно забрали отсюда. Во время Жёлтого тумана, который наколдовала Арахна, его отсюда увезли и сделали из него передвижной штаб. Дуболомы тянули его на колёсах. Это уже когда Энни сюда путешествовала. Ну а дальше… Я не знаю. Энни тоже. Может, его разобрали из-за ветхости, может, ещё что-то. Сейчас его не существует.

— А-а… — протянул Астерий. — А куда же он приземлился, ты не знаешь? Где Гингема погибла? И вообще, интересно, как домик умудрился её вне пещеры придавить?

— Мне и самому любопытно, — хмыкнул Том. — Только я и этого не знаю. И где приземлился, тоже не знаю. Это только мама и Энни могут помнить.

— А когда домик забирали, там случайно труп Гингемы не лежал под ним, не? — Астерий поёжился. Том посмотрел на него с удивлением:

— Ну и вопросы у тебя!

— А что такого? Мне как-то не хочется наткнуться на этой полянке на ведьмин скелет, — Астерий передёрнул плечами, и Том хихикнул:

— Мне тоже, конечно. Но, думаю, не наткнёмся. Вообще-то ни в чьих рассказах про труп Гингемы не говорилось. Может, он там распылился давно. Всё-таки домик тут двенадцать лет простоял, пока не забрали.

— Ага, а скелет остаться мог!

— Слушай, если трусишь, так и скажи, — возмутился Том. Астерий поспешно замотал головой:

— Нет-нет, мне просто любопытно…

— Если это любопытство, то какое-то не слишком здоровое, — категорично ответил Том. — Ладно, давай снижаться прямо ко входу. Здесь трупа точно нет. Элли, когда прилетела, пещеру даже не видела, ей Тотошка потом отсюда башмачки принёс…

Облачко приземлилось у самого входа в пещеру. Астерий озирался с некоторой опаской. Том — просто с любопытством. Всё-таки он был сыном Элли… да и меч Торна всегда при нём. Хм…

— А тут кто-то был, — вдруг с удивлением констатировал Том.

— Что? — переспросил Астерий.

— Тут кто-то был… мне кажется. Смотри, — Том повернулся, — от пещеры две тропинки. Тут явно кто-то ходил и не один раз. Я их сверху не видел, потому что под другим углом смотрел.

— Животные, — предположил Астерий тут же. — Ничего удивительного.

— А вот и нет. Если бы это были животные, тропинка была бы более утоптанная. Нет, тут кто-то стал ходить относительно недавно… но неоднократно, — Том прямо-таки загорелся детективными рассуждениями. Он шагнул в пещеру и тут же остановился: — Вот смотри, следы! На полу!

Астерий и Том с изумлением изучали пыльный пол пещеры. На нём действительно были заметны следы человека — достаточно отчётливо, чтобы не путать с животными, хотя и не настолько, чтобы точно установить отпечаток подошвы, например. Ясно было только, что это…

— Следы мужские, — сделал вывод Том. — И топтался он тут немало.

Следы несколько раз отступали в сторону, в скопившуюся пыль и земляную крошку, и снова начинали кружить по одному месту. Кажется, тот, кто здесь был, исходил всю пещеру.

— И хватался за всё подряд, — добавил Астерий.

В пещере оставалось ещё немало рухляди. Когда-то этим, возможно, действительно пользовалась сама Гингема: сундуки, котелок, ещё какая-то посуда, жестянки и деревяшки… Всё это было покрыто слоем пыли и паутины, копившейся несколько десятилетий, деревянные детали частично сгнили, и не всегда возможно было понять, что это была за вещь. Сундуки рассохлись и были разъедены древоточцем. Но везде было видно, что кто-то совсем недавно пытался всё это взять или хотя бы потрогать. Сундуки раскрывали — или по крайней мере пытались это сделать — и закрывали, что-то переставляли с места на место. Стенку в нескольких местах скребли, и кажется, даже в полу пытались выкопать парочку ямок.

— Хм, — несколько обескураженно проговорил Том, — и кому тут что понадобилось?

Астерий выглядел не менее озадаченным.

— Может, он тут тоже магию Гингемы искал? — предположил он. — В таком случае интересно — нашёл ли?

Том споткнулся о лежащее на полу нечто, что оказалось полуистлевшим чучелом крокодила. Том вскрикнул от неожиданности и отпрыгнул в сторону.

— Фу! И валяется же тут всякая бяка…

Но преодолел брезгливость, присел рядом на корточки и присмотрелся. На крокодила, кажется, тоже позарился неизвестный посетитель пещеры — во всяком случае, его явно пытались сдвинуть с места и разломать.

— Бе-е-е… — скривился Астерий. — Как это кому-то пришло в голову такое трогать…

— А чего ты ожидал? — Том отозвался уже спокойно. — Хочешь найти магию злой колдуньи — будь готов лезть во всякую гадость.

— Есть там что-нибудь? — нетерпеливо спросил Астерий. Он к чучелу предпочёл не приближаться — стоял шагах в пяти. Том встал, взял палку, которая тут стояла так близко и вообще выглядела настолько чужеродной этому пыльному царству, что ему пришла мысль — похоже, этой же палкой пользовался и тот неизвестный, который пришёл сюда до них, и с той же целью — потыкать, что у крокодила внутри.

— Пусто, — сказал Том. Для верности он ещё и как следует хрястнул по чучелу палкой. Астерий уже заглядывал в один из сундуков:

— Тряпки… все прогнившие. Сплошная труха.

Том сунулся в другой, третий.

— Да, тут кто-то явно хорошенько покопался, — сказал он. — И причём недавно. Нас опередили буквально чуть-чуть.

Друзья стояли посреди пещеры и разочарованно оглядывались.

— Но знаешь, — попытался Том подбодрить Астерия, — я думаю, что мы бы и так ничего не нашли. И тот, кто тут был, тоже ничего не нашёл. Тут просто ничего не могло быть. И Корина, и Урфин в своё время искали. А они, в отличие от случайного посетителя, с Гингемой были знакомы близко и лучше знали, что у неё есть интересного. И не оставили бы магическую вещь лежать тут, никому не нужную.

— Ну… наверное, ты прав, — с грустью согласился Астерий. Том хлопнул его по плечу:

— Было бы из-за чего разочаровываться! Не нашли злое колдовство, тоже мне потеря. Пойдём на воздух, чего пылью дышать.

Они вышли и остановились, щурясь. Том задумчиво опустил глаза.

— Знаешь, — сказал он, — меня вот ещё очень интересует эта тропинка.

— Ага, — согласился Астерий. — Кто-то по ней пришёл.

— Нюанс ещё в том, что тропинки две! — указал Том. — А почему их может быть две?

— Двое шли с разных сторон, — предположил Астерий. Том согласился:

— Логично. Значит, будем считать, что посетителей было двое. И в таком случае предлагаю слетать в ближайшие деревни. Если тот, кто здесь ходил, пришёл оттуда, то его там должны были заметить. Ещё можно опросить птиц. Вдруг они могут дать приметы. Понимаешь, не то чтобы мне было так важно установить личность этого человека, — рассудительно добавил Том, — в конце концов, ну сходил он в пещеру Гингемы, ну порылся там — не преступление. Но мне просто любопытно, кто это мог быть и зачем.

Астерий подумал и кивнул. Они снова уселись на облачко. Том предложил полететь вправо. Астерий не спорил. Но далеко они не улетели. У опушки леса тропинка обрывалась у густых зарослей какой-то высокой травы…

— Ничего себе! — ахнул Том. — Да это же оно самое!

— Что? — не понял Астерий. Облачко уже тем временем по команде Тома снова опустилось на землю. Том бросился к зарослям. Ярко-зелёные, колючие, похожие на крапиву, растения были по пояс высотой.

— Фуфыша, — сказал Том. — Ну, живительное растение. Ты что, его ни разу не видел?

Астерий изумлённо уставился на знаменитый сорняк и замотал головой. Так вот оно какое!

— Я как-то видел в Жёлтой стране, — сообщил Том. — Хорошо запомнил.

Он внимательно осматривал поросль и землю вокруг неё. Создавалось абсолютно отчётливое впечатление, что это не дикие посевы. Земля здесь была вскопана, посадки по периметру обложены крупными камнями. Том ошеломлённо моргал.

— Неужели это нарочно кто-то посадил?

— Очень похоже, — вынужден был согласиться Астерий. — А это наводит на мысль…

— Что в пещере Гингемы он рылся не случайно! — воскликнул Том. — То есть, кто-то нарочно хотел…

Они уставились друг на друга.

— Кто-то всё-таки хочет стать злым колдуном, — прямо сформулировал Астерий то, что Том не решался выговорить.

— Надо рассказать маме, — тряхнул головой Том.

Он тут же связался с Элли телепатией. Элли в Изумрудном городе немедленно отправилась к магическому зеркалу, чтобы взглянуть на всё поближе. Она согласилась с выводами ребят: действительно, очень похоже на то, что грядка создана искусственно, а в пещере кто-то что-то пытался найти. Но она тоже считала, что вряд ли там можно было что-то найти — скорее всего, неведомый посетитель ушёл ни с чем.

— Ну или почти ни с чем, — вслух проговорил Том, всё ещё внимательно разглядывая грядку. — Астерий, посмотри. Тебе не кажется, что тут уже срезали несколько растений?

— Да, — присмотревшись, подтвердил Астерий. — И может быть, даже неоднократно. Скорее всего так: вырастили — срезали, от корня пошли новые ростки, их снова срезали… И так несколько раз.

Друзья снова смотрели друг на друга, пытаясь осознать масштаб происшествия.

— То есть у кого-то сейчас может быть в запасе немало живительного порошка, — выговорил наконец-то Том.

«Опросите птиц, — подсказала ему Элли. — Вдруг кто-нибудь видел этого человека».

Том заозирался по сторонам. Птиц тут заметно было немного. В основном они где-то в верхушках деревьев занимались своими делами.

— Уважаемые птицы, — громко позвал Том, — не могли бы вы ненадолго спуститься к нам?

Птицы соизволили не сразу. Наконец, на ветки перед Томом уселись синица, сорока, две сойки и дятел. Том начал опрос свидетелей:

— Скажите, пожалуйста, вы не видели тут на днях кого-нибудь из людей?

— Видели, — тут же подтвердила сорока.

— Кого? — ухватился Том за показание. Сорока подумала:

— Час назад тут пролетало волшебное облачко, а на нём сидели два мальчика. Они ушли вон в ту дыру в земле.

Том переглянулся с Астерием. Астерий вздохнул:

— Это были мы.

— Да? Ну вот видите, — и сорока принялась невозмутимо чистить пёрышки. Том терпеливо спросил снова:

— А ещё раньше? Вчера вы тут никого не видели?

— Я вчера работал в другой стороне, — сказал дятел. — И там людей не было.

— Если вам нужны люди, — сказала сойка, — то их много в той стороне, у деревни. Летите в ту сторону и увидите, их там иногда целая толпа!

Том в отчаянии закатил глаза:

— А сюда никто из людей не приходил? Кто-нибудь трогал вот эту траву? — указал он на грядку. Синица перепорхнула с места на место:

— Я видела! Видела! Он был в голубой шляпе!

— Замечательно! — обрадовался Том. — А ещё как он выглядел?

Синица снова вспорхнула и села:

— В голубой шляпе с бубенчиками!

— Мы не любим бубенчики, — сказала вторая сойка. — Они постоянно звенят и слишком раздражают.

— Это был взрослый мужчина или мальчик? — попытался уточнить Том. Синице снова не сиделось на месте:

— Мальчик! Мужчина! Он был в шляпе! С бубенчиками!

— Высокого роста или низкого? — безнадёжно спросил Астерий. Синица подпрыгивала на месте:

— Низкого! Низкого! Совсем низкого! Он сидел на земле! А потом высокого! Он встал и стал высокого роста! И он был в шляпе!

— Про шляпу мы уже поняли, — сказал Том. — А он ни разу эту шляпу не снимал?

— Нет, — сказала синица. — Он всё время был в шляпе. Бубенчики звенели.

— Мы не любим бубенчики, — авторитетно повторила сойка. Астерий тронул Тома за рукав:

— Бесполезно. Все Жевуны носят голубые шляпы с бубенчиками.

Том с сожалением кивнул. И спросил мысленно у Элли:

«Может, попросить птиц организовать дежурство? Пусть постоянно наблюдают за грядкой, если этот человек ещё раз появится — пусть запомнят его подробнее…»

«Не стоит, — ответила Элли. — Думаю, они не запомнят ничего новенького. Это же птицы! Тем более, они смотрят с деревьев — и что они оттуда разглядят, кроме, действительно, голубой шляпы с бубенчиками?»

Том с унынием согласился.

«Летите в ближайшую деревню, — сказала Элли. — Расскажите там о сорняке. Пусть Жевуны придут и сами уничтожат грядку, как они это умеют. Если будут бояться пещеры, останьтесь с ними. А потом возвращайтесь домой. Будем надеяться на то, что сыграет свою роль общественное мнение».