Тот, кто тоже выжил (джен)

Стук в дверь раздался, когда Снейп уже собирался спуститься в гостиную.

Он остановился, прислушался и с досадой прикрыл глаза. После встречи в деревне он надеялся, что Грейнджер проявит достаточно здравого смысла, чтобы оставить его в покое. По всей видимости, он переоценил её способность понимать недвусмысленные намёки.

Снейп открыл дверь ровно настолько, чтобы увидеть стоявшую на пороге девушку.

— Профессор Снейп, я бы хотела поговорить…

— А я нет, — перебил он и захлопнул дверь.

Несколько секунд за ней было тихо. Затем раздался новый стук. Снейп медленно выдохнул сквозь нос.

— Я уже ответил вам, Грейнджер.

— Я знаю. Но мне всё-таки нужно с вами поговорить.

— Я буду весьма признателен, если вы перестанете меня беспокоить.

— Я не уйду.

Он помолчал, глядя на дверь.

— Прошу прощения?

— Вы меня услышали. Я всё равно не уйду. Даже если придётся ждать очень долго.

Снейп ничего не ответил. Развернулся и направился в гостиную.

Он налил себе виски, устроился в кресле и раскрыл книгу, которую оставил накануне. Несколько страниц спустя обнаружил, что перечитывает один и тот же абзац. Стук больше не повторялся, но мысль о том, что Грейнджер всё ещё стоит за дверью, мешала сосредоточиться не меньше.

Он сделал глоток и снова посмотрел в книгу.

Прошёл час. Потом ещё один.

Когда Снейп в очередной раз поднял глаза, за окном уже темнело. Он отодвинул занавеску и увидел её. Грейнджер стояла на том же месте, у крыльца, и, судя по всему, не собиралась менять своё решение.

Он отпустил занавеску.

В стакане оставалось немного виски. Снейп допил его и налил ещё.

К вечеру пошёл дождь. Сначала редкий, почти незаметный, он постепенно усиливался, превращая дорожку перед домом в тёмную полосу мокрой земли. Грейнджер по-прежнему стояла у двери. Теперь она держала руки скрещёнными на груди, а волосы потемнели от воды и прилипли к лицу.

Снейп наблюдал за ней из окна.

Это было уже не просто упрямство. Скорее, какая-то разновидность безрассудства, которую он никогда не считал достоинством. Она могла вернуться в деревню, найти место, где можно переждать дождь, прийти на следующий день. Но нет. Грейнджер предпочитала мокнуть у его крыльца, словно рассчитывала, что одним своим присутствием сумеет изменить его решение.

Он отвернулся от окна.

Прошло ещё около получаса. Дождь усилился. Вода стекала с крыши, ветер гнал по двору мелкие брызги. Снейп снова подошёл к окну. Грейнджер уже заметно мёрзла. Она переминалась с ноги на ногу, время от времени убирала мокрые волосы с лица, но не двигалась с места.

Снейп почувствовал раздражение. На неё — за упрямство, на себя — за то, что вообще продолжал смотреть в окно и, хуже того, испытывал жалость.

Он поставил стакан на подоконник, пересёк комнату, вышел в прихожую и распахнул дверь.

— Если вы намерены продолжать этот спектакль, то хотя бы делайте это под крышей, — сухо произнёс он.

Он отступил в сторону, оставляя ей проход. Выражение его лица ясно давало понять, что приглашение не следует принимать за проявление гостеприимства.

Гермиона, промокшая до нитки, несколько мгновений смотрела на него, словно не сразу поверила, что дверь наконец открылась.

— Спасибо, профессор.

— Не благодарите. Я просто не желаю объяснять местным жителям, почему у моего порога кто-то решил простудиться насмерть.