Вовремя попасть... (джен)

Последний этап того действа, что мы устроили в ритуальном зале родного особняка, оказался менее зрелищным. Марево, опустившееся на Тома, скрывало всё с ним происходящее, так что нам оставалось лишь ждать, поддерживая ритуал своей магией, на пределе физических сил, надеясь, что он закончится всё же раньше, чем в ком-то из нас иссякнет то или другое.

А этого, казалось, ждать было уже недолго — не знаю, как чувствовали себя мужчины, а мне было откровенно хреново. Ноги дрожали, грозя в любой момент подломиться под тяжестью тела, будто налившегося свинцом, а слабость, накатившая на меня, принесла с собой противную тошноту, из-за которой я боялась потерять сознание и отправить ритуал в неуправляемый хаос. Липкий холодный пот застилал глаза и я понимала — вот… вот сейчас я упаду, не выдержав, подведя своих родных, поддержавших меня и доверившихся.

Собрав последние оставшиеся у меня силы, я начала проговаривать завершающий катрен, и на последнем слове провалилась-таки в темноту, успев заметить, как рассеивается туманное марево…

* * *

— Откуда мне знать, что должно было получиться?! Мать мне не докладывала, — свистящий не хуже, чем у Лорда, шёпот Регулуса прорвался в моё сознание, и я мгновенно вспомнила всё, что предшествовало моему обмороку.

Интересно, что такого получилось, что все настолько взбудоражены? Я была уверена, что Том после проведения ритуала превратится в маленького ребёнка, если не в младенца — тут уж насколько хватит сил у его свежесобранной души. Так почему у моего сына явно намечается истерика и куда смотрит в этом случае Боне? Хотя… им-то я об этом не говорила…

Куда смотрел долбаный француз, я выяснила сразу же, как только с трудом открыла глаза и обнаружила его лицо в нескольких сантиметрах от моего…

— Собрались оживить меня как Белоснежку, Марсель? — поинтересовалась я неожиданно сиплым голосом.

— Уверены, что будете против? — прилетело в ответ, и сей… представитель мужского племени, аккуратно приподняв мне голову, влил в удивлённо приоткрывшийся рот гадостно воняющее зелье.

«Это он со мной флиртует, что ли?» — подумала я, передёрнувшись от отвращения — зелье было уж очень забористое.

— Мама, слава Мерлину, ты очнулась! — неожиданно взволнованный сын кинулся ко мне с объятиями и, прижав всего лишь раз к своей широкой груди, смущённо отстранился.

«А сынок-то возмужал», — констатировала я очевидные, но не замеченные мной ранее физические изменения, и обрадовалась его смущению — ребёнок наконец-то стал проявлять свои чувства ко мне, и они, как я вижу, вполне тёплые, несмотря на те крохи внимания, что доставались ему от настоящей Вальбурги — значит, я всё же смогла убедить его в материнской любви…

— Просветите меня, чем все вы взволнованы — про участие в ритуале можете не напоминать — я, слава Мерлину, ещё не выжила из ума — а также ответьте на вопрос, как он завершился. Кстати, где Снейп? Что-то я его здесь не наблюдаю — с ним всё в порядке?.. И где наш гость — мне же удалось вернуть ему душу? Да, и надо же его покормить — младенцы едят часто…

Моя болтовня, выдававшая, какой сумбур творится сейчас у меня в голове, была выслушана моими «няньками» молча и со странным выражением на лицах.

— Так значит, ваш так называемый Лорд должен был превратиться именно в младенца? — поинтересовался Боне и ухмыльнулся: — После вашего предложения поучаствовать в авантюре я был уверен, что мы просто поможем собрать душу, не затрагивая тело… Да вы затейница, дорогая…

— В трактате было предупреждение о таком исходе, если ритуал будет проведён без согласия того, чья душа должна быть собрана…

— Интересные книги вы читаете, — заинтересованно посмотрел на меня Боне. — Не припомню, что сталкивался с упоминанием о чём-то подобном, а я, смею заметить, очень начитанный человек.

Говоря это, Марсель не прекращал свои «реанимационные» действия по отношению к моей тушке — после вливания в меня премерзкого зелья и последовавших следом сыновьих объятий, он, отстранив Регулуса, приподнял меня с дивана, на котором я лежала, дав Кричеру возможность пристроить за моей спиной пару подушек, и снова удобно меня расположив, воспользовался диагностическим заклинанием.

— Так что со Снейпом? — прервала его я, не поинтересовавшись результатом диагностики и глядя на молчаливого Регулуса, переминающегося с ноги на ногу поблизости, не имея возможности подойти ко мне, но и не желающего, судя по всему, терять меня из вида.

— С Северусом всё хорошо, — заверил меня сын, — он сейчас с… Марволо…

Заминка с произнесением имени явно дала мне понять, что задуманное мной вроде бы получилось — о Тёмном Лорде он не посмел бы говорить настолько панибратски…

— Но Северус не умеет обходиться с маленькими детьми! — возмутилась я. — Надеюсь, вы догадались оставить с ними Бапси?!

— Не волнуйтесь, с этим ребёнком он справится, тем более сейчас тот спит, — ухмылка Боне стала ещё ехиднее, хотя казалось, что куда уж больше.

— Да что не так с Томом?! — возмутилась я, не выдержав их недомолвок — всё же проведённый мной ритуал явно дал сбой, хотя, судя по тому, что все мы живы, а эти неблагодарные смеют ещё и ехидничать, ничего страшного не произошло. Так чего ж тогда они тянут кота за хвост?..

Неизвестность и отнюдь не доброжелательные эмоции — вот что движило мной в тот момент, и двигатель этот оказался настолько мощным, что я, забыв о слабости, вскочила с дивана, оттолкнув руки кинувшегося было поддержать меня Марселя, и призвав Кричера, потребовала немедленно перенести меня, его любимую хозяйку, к Тому, что эльф с удовольствием и проделал, поблёскивая глазами в явном предвкушении. И этот туда же! Сговорились, что ли?!

* * *

Первым делом, оказавшись в одной из гостевых спален, я увидела Северуса, вполне целого и здорового, сидящего в кресле возле кровати… и спящего подростка с буйно разметавшимися по подушке каштановыми вихрами… Однако!.. Вот уж явно в ритуале что-то пошло не так…

— Мадам Вальбурга, вы очнулись! — радостно подскочил Северус, увидев наше с Кричером появление. — Садитесь в кресло, вам, наверное, тяжело стоять.

Не переставая разглядывать лежащего, я всё же бросила удивлённый взгляд и на Снейпа — подобная разговорчивость, как и явная забота о ближнем, были ему совсем не свойственны. Видимо, всё произошедшее недавно выбило его из колеи, лишив на время угрюмости и заставив искать общения.

Вполне его понимаю — я бы тоже не отказалась обсудить все-все моменты проведённого ритуала и — а вот это больше всего — его последствия.

А «последствие», явно обладающее чутким слухом и спящее вполглаза, именно в этот момент открыло глаза — тёмно-шоколадные, обрамлённые густыми ресницами, точь в точь такими же, как помнила девочка Вэл, радостно вскинувшаяся — где-то в глубине моей души — навстречу и потянувшаяся поприветствовать приятеля.

Э, нет… Помнить-то я помню, спасибо ей, но вот радоваться погожу — сначала бы понять, почему Лорд не превратился в младенца или в бессмысленно лепечущего малыша, и узнать, какие воспоминания имеются у Тома-подростка…

* * *

— Вальбурга, и что теперь делать?! — судя по голосу, моего гостя сейчас накроет истерика...

Узнать ответ на так интересующий меня вопрос — что помнит Том? — удалось почти сразу же. Открывший глаза подросток, увидев меня и попытавшись схватиться за палочку, естественно, в данный момент у него отсутствующую, быстро выяснил, что он изменился — снаружи уж точно. Что при этом творилось у него в голове, сказать не берусь — не легиллимент я, да и Северус не рискнёт лезть в голову своему лорду — и выучка ещё не та, да и желания такового я не наблюдаю, слава Мерлину.

Магия, собрав душу Тома по кусочкам, вернула ему тело почти в первозданном виде — таким, каким оно было до того момента, как он впервые создал крестраж. Нынешнему Тому было лет тринадцать — и он помнил всё… Ну, или ему так казалось. И то, что помнилось — нынешнему Тому, судя по всему, не нравилось…

* * *

— Жить, — ничтоже сумняшеся ответила я на его вопрос, заданный мне в самом начале нашего разговора и, сопоставив наши с ним судьбы, вслух поблагодарила магию за второй шанс — для него и для меня. Кто знает, может и впрямь она мыслящая…