Through Passion, I Gain Strength (гет)

Примечания:

Я вернулась! Из-за дел в реале не получалось писать главы, но теперь у меня снова появилось время, и я постараюсь выкладывать проду чаще.

В этой главе неграфичные сцены изнасилования и сэлфхарма, и вообще она не очень радостная. Наверное, стоило назвать её "Trigger Warning" 🌚

К ней я нарисовала портрет Сайфер во времена её службы в разведке: https://fanfics.me/fanart146451

(и ещё новый портрет Гнева https://fanfics.me/fanart142607 , ну да, я отретконила её расу 😅)

Если вы забыли, в предыдущей главе Джейдус заставляет Сиенну пытать Марра. Позже она приходит к Марру без Джейдуса, чтобы его ещё попытать, а заодно рассказывает ему о происходящем и старается на что-то намекнуть.

На сером дюрастальном потолке едва заметно выжженное пятно, своей формой похожее на летящую к стене комету. Днём его скрывала бы тень, но сейчас размытые края проступают в свете лампы. Она приближается к пятну, притягивая к себе потолок. Хвост кометы перечёркивают мелкие, наползающие друг на друга царапины, оставленные кем-то в попытке его оттереть. Сверху ещё несколько комнат, но перекрытия рассеиваются перед мысленным взором — она умеет ходить сквозь стены.

Следующий этаж, ещё один — и перед ней откроется тёмная от дождя крыша Цитадели. Капли отрываются от туч, почти касающихся шпилей, стучат по дюрастали, разбиваются на осколки и тут же собираются в другие, стекают с крыши быстрыми ручейками, летят вниз и ударяются о тротуар. Потоки воды несут их дальше, к обрыву, за которым бурлит река, и вот они уже исчезают в темноте среди камней. Солёная вода выступает в глазах агента на кровати, но Сиенна не смотрит вниз.

Стук капель заглушает все звуки. Сверкает молния, и тысячи крошечных вспышек отражаются в каплях воды.

Прохладная рука ложится на горло и медленно скользит к груди.

Далёкие голубые огни Каас Сити мерцают размытыми пятнами. Дождь не касается её лица. Ей не холодно и не страшно, потому что её здесь нет.

Кто-то другой лежит тихо и неподвижно. Сиенна знает, что Джейдуса раздражают непослушание и шум. Та, другая, знает это тоже. У агента своя миссия, и пока что она с ней справляется. Иногда Сиенна испытывает к ней отстранённую жалость, но не может помочь, и потому остаётся на крыше до самого конца.

— Посмотрите на меня, агент.

Голос звучит очень близко. Дождь замирает в воздухе, крыша приближается и превращается в потолок, тот расступается, и Сиенна вздрагивает, падая на белую простыню. Холодные пальцы касаются её щеки и стирают дорожку из слёз.

— Так ощущается тёмная сторона?

Сиенне нравится расспрашивать лорда Гнева — для этого не приходится притворяться, лгать и идти на уловки. Ситх каждый раз слегка хмурится и, очевидно приходя к выводу, что ответ не раскроет никаких страшных тайн их Ордена, охотно объясняет.

— Как будто тебя хоронят заживо? — Гнев удивлённо приподнимает брови и, смеясь, качает головой. — Будь это так, у нас давно начались бы проблемы с кадрами. Нет, она... как ветер, раздувающий пламя. Как бездна, прыгая в которую ты тут же понимаешь, что летишь. Как... твой собственный голос, который не приказывает, а лишь спрашивает: чего ты на самом деле хочешь?

"Не ищите возмездия, и я тоже от него воздержусь. Но я всё восстановлю — и спустя годы вернусь в Тёмный Совет."

Сайфер знает, что это случится. Что стоившие ей целое состояние импланты не спасут от парализующего страха, испытываемого всеми, кому не посчастливилось находиться слишком близко к Джейдусу. Не спасут от удушающего чувства, будто ты медленно умираешь, и призрачные нити опутывают тебя, утягивая вниз, в пахнущую влажной землёй могилу.

— Этому можно сопротивляться?

— Вполне, — уверенно отвечает Гнев, но тут же прерывается и немного виновато косится на неё. — Но...

"Но не таким, как ты," — мысленно заканчивает Сиенна и отворачивается. Надежда была небольшой, но таяла неприятно, растекаясь по груди прохладными струйками.

— На это способен даже не каждый ситх, — поспешно добавляет Гнев, почти верно истолковав её молчание. — Ментальные техники — сложная область, и если Джейдус действительно уступает силой лишь Императору... Неважно. Тебе не придётся. Я — Гнев Императора, и за свою измену Джейдус ответит передо мной.

Надежда, что лорд Гнев сможет её защитить, умерла неожиданно, так же как и сама Гнев. Дарт Марр не выглядел способным спасти даже себя, захваченные Джейдусом советники и Императрица висели на стенах неподвижными карбонитными статуями, и Сиенна оставалась... Не одна. Хуже — наедине с Джейдусом.

Ситх появлялся почти каждый день: то задерживался с ней надолго, то приходил, только чтобы позвать её за собой. На несколько дней он пропадал лишь однажды, и снова вошёл в её комнату со свободно свисающим с правого плеча рукавом.

Причину отсутствия — как его, так и его руки — Сиенна увидела позже.

Болезненное любопытство звало её рассмотреть лицо надёжно зафиксированного на столе Дарта Марра, но страх заставлял отводить взгляд. "Он красивый," — лаконично отвечала Гнев на вопросы о внешности лорда, и эти слова оказались далеки от правды. В синих губах и покрытом чёрными венами бледном лице, которые Гнев, по всей видимости, считала свидетельством могущества, Сиенна могла углядеть лишь уродство.

Наручники держали крепко — Сиенна убедилась в этом ещё на других пленниках до него. Это знание оказалось бесполезным, когда она взглянула в красные глаза Дарта Марра, и грудь сдавило от ощущения, что её сердце остановилось навсегда, что даже сейчас ситх способен мгновенно убить её лишь силой мысли. Впервые в жизни Сиенне захотелось, чтобы Джейдус стоял ближе.

— Ваша тоска бессмысленна и не делает вас сильнее. Собирайтесь.

Джейдус уже одет и неподвижно ждёт у окна, когда она, наспех приняв душ, выходит из освежителя. Заставит ли он её наблюдать за экспериментами или же ей придётся пытать кого-то снова? Делал ли это Джейдус ради собственного удовольствия или же искренне пытался её развлечь, она не знала. Возможно, разницы не видел даже он сам.

Случались дни, когда Джейдус словно намеренно не закрывал за собой дверь лаборатории, а в коридоре их не ждала охрана. Стоя между отвернувшимся от неё ситхом и неярким светом, дарящим надежду на побег, Сиенна вспоминала расположение всех комнат и силовых полей. Но убежать от того, кто способен оказаться перед тобой раньше, чем ты успеешь сделать даже несколько шагов, представлялось невозможным. И она оставалась.

Распознавать настроение ситхов несложно.

Наименьшей загадкой была лорд Гнев — все эмоции тут же проявлялись у неё на лице, вспыхивали в золотисто-жёлтых глазах, прежде чем отразиться в других чертах. Даже если собеседнику каким-то образом удавалось упустить эти знаки, Гнев выражала свои чувства словами всего секундами позже.

Дарт Марр поначалу казался Сиенне неизменно недовольным жизнью. И всё же его голос был выразительным — то раздражённым, то задумчивым, то усталым, то, гораздо реже, в нём читались одобрение или усмешка.

Лана скрывала свои эмоции гораздо хуже, чем, должно быть, полагала. Поджатые губы, всего на мгновение отведённый в сторону взгляд, слишком быстрый ответ — и Сиенне удавалось распознать обман.

Чувства Джейдуса оставались тайной почти всегда.

И всё же, в эти моменты у Сиенны возникала необъяснимая уверенность, что он улыбается.

Всегда ли он был таким? Временами Сиенна представляла Джейдуса ребёнком, одетым в маленькую копию своей брони и с радостным смехом наблюдающего, как горги дёргаются от снопов молний, выпускаемых пухлыми детскими пальцами.

Шанс встретить в Империи опасного психопата был небольшим, гораздо ниже, чем утверждала республиканская пропаганда. Не владеющие Силой садисты рано или поздно расставались с жизнью или — если им повезло родиться во влиятельной семье — надёжно и навсегда скрывались от общества за дверями и энергетическими полями лечебниц.

Владеющие Силой садисты назывались ситхами и располагались на самой вершине имперской иерархии.

Он ведёт её на нижние уровни, не оборачивается и не проверяет, следует ли она за ним, словно и так это знает. За энергетическим полем неподвижно лежит Дарт Марр, но Джейдус проходит мимо, дальше — в полупустую комнату, в центре которой покоится на небольшом столе красная пирамида. Такая же, как в камере лорда Марра, а может быть, и та же самая.

— Лорд, осмелившийся выступить против Императора, — нарушает тишину Джейдус, останавливаясь и разворачиваясь к ней. — Тело давно обратилось в прах, но остальное заключено здесь. Император умел помещать в предметы не только разум, но и саму сущность. Как инструмент наказания или...

Джейдус извлекает из отсека на поясе похожую, но украшенную иначе пирамиду, и та послушно зависает над его ладонью.

— ...чтобы собрать их жизненную силу и поглотить её позже. Он оставил исследования в пользу более эффективных способов, и мне потребовались годы, чтобы собрать и восстановить их по обрывкам.

Сиенна впивается ногтями в ладонь, стараясь прояснить затуманенный страхом от близости Джейдуса разум. Один артефакт Джейдус оставляет без присмотра, другой — носит на себе, будто тот представляет великую ценность. Если бы она понимала хоть что-то в ситхском колдовстве...

— Для этого вы строите свою машину, милорд?

— Отчасти. Но я позвал вас сюда не за этим.

Повинуясь движению пальцев, пирамида снова исчезает в отсеке пояса, и Джейдус поднимает со стола вторую.

— Все боятся чего-то: смерти, боли, забвения, слабости или собственной ничтожности. Каждый проживает жизнь в постоянном страхе, но лишь ситхи умеют обращать страх в силу. Истина в том, что страх, гнев и ненависть принадлежат каждому, кто способен их испытывать, а не узурпировавшим их избранным. Любой имеет право прикоснуться к тёмной стороне.

— Я не уверена, что понимаю, милорд, — не сразу признаётся Сиенна.

— Я и не ожидал иного, — холодно отзывается Джейдус. — Но со временем понимание придёт. Вы заблуждаетесь, полагая, что между нами пропасть — мы отличаемся друг от друга не так сильно, как вам хотелось бы думать.

Красные огоньки пирамиды загораются у него в ладони, оставляя полоски света на стенах.

— Возьмите её. Откройте свой разум.

Не чувствуя ног, Сиенна делает шаг, затем ещё. Пол качается и приближается стремительно, ударяя её по коленям раньше, чем она понимает, что падает.

Тяжёлые шаги дроидов стихают, и Сиенна переступает через изрешечённые бластерными выстрелами трупы в имперской униформе. Они умерли раньше, чем успели её заподозрить. Разум бьётся, пытаясь остановить тело, но ноги несут её вперёд.

Приложенная к консоли ладонь открывает дверь кабинета, и Смотрительница Два отворачивается от мониторов.

— Добро пожаловать домой. Ты в порядке, Сайфер?

Карие глаза глядят на неё внимательно, и Сиенна спешит ответить.

"У нас мало времени. Я в плену у Дарта Джейдуса. Он захватил власть и собирается использовать своих противников для подпитки императорского артефакта, и я не знаю, как его остановить. Мне нужен новый план, Шара."

— Миссия продвигается по плану. Я всего лишь устала.

"Почему?.. Нет!"

— Уверена? Ты не выходила на связь несколько недель.

— Я не хотела рисковать прикрытием. Поверь, ситуация под контролем.

"Помоги мне."

Смотрительница хмурится и с подозрением окидывает её взглядом, но кивает.

— Как скажешь. Мне поступила инфо— Сайфер?

Выстрел бластера оставляет обожжённую дыру в её груди. Тело Смотрительницы замирает на полу у консоли, но расширенные от шока глаза ещё движутся, следят за каждым её движением.

"Они заставили меня."

Темнота собирается в углах, обволакивает поверхности, и потолочные лампы кажутся едва пробивающимися сквозь туман далёкими огоньками. Призрачные вихри подбираются к её горлу, поднимаются выше и выше, как затапливающая комнату вода.

— Шара!

Волны смыкаются над головой, и Сайфер больше не видит света. Пальцы скользят по выступающей в океане темноты скале, и она, ища спасения, обхватывает руками отчего-то тёплый камень. Под коленями появляется твёрдый пол, и равновесие возвращается к ней, когда рассеивается темнота.

Ужас отступает, но тут же накрывает её снова, когда Сиенна понимает, что крепко вцепилась в плечи сидящего рядом Джейдуса. Зажмурив глаза, она вдыхает и выдыхает.

Стук сердца отдаётся в ушах, страх путает мысли, и, повинуясь не до конца сформировавшемуся плану, Сиенна прижимается плотнее. Отступает в глубь сознания, освобождая место для той, кто может продолжить, кому больше не нужно даже выдуманное имя. Поднимает голову и осторожно проводит пальцами по шлему в надежде, что эта вольность не разозлит Джейдуса. Он отстёгивает крепления быстро, но истолковать выражение глаз Сиенна не может. Опираясь на плечи, она сама тянется к губам, и происходящее даже почти приятно, если представить себя кем-то другим и целующей кого-то другого.

"Сайфер... через что тебе пришлось пройти?"

Могильный холод обволакивает её, но Сиенна не отрывается от губ, не разжимает пальцев, пока Джейдус не отстраняется сам.

— Я чувствовал ваш страх. Что вы видели, агент?

Сайфер поднимает на него взгляд, удивлённая внезапным вопросом.

— Как мой разум снова контролируют другие, а я не могу даже рассказать об этом.

— Вы звали Смотрительницу Два. Она вам дорога?

Лгать Джейдусу опасно и зачастую бессмысленно, и Сиенна останавливается на полуправде.

— Как вам известно, милорд, я сирота. Имперская разведка заменила мне семью. Мы все... заботились друг о друге в меру возможностей. Я знала, что завтра могу сама оказаться среди тех, кто должен исчезнуть без следа, но... Там меня понимали. Знали, на какие жертвы нам всем приходится идти.

Коммуникатор Джейдуса негромко пищит, и, не успев ответить, он поднимается на ноги.

— Я вижу. Ждите меня здесь.

Охрана следует за ней, но без прямого приказа от Джейдуса не пытается задержать, когда Сайфер идёт по коридору к последней оставшейся у неё надежде.

Причинять Дарту Марру боль пугающе легко. Злость на его беспомощность и бесполезность, на то, как легко он попался в ловушку, находит выход в ударах по кнопке, почти не встречая внутреннего сопротивления. В красных глазах ситха нет ничего, кроме ненависти, и все наспех придуманные ею намёки словно оказываются сказанными впустую.

Осознание, что её не спасёт уже никто, приходит постепенно и больше не приносит ожидаемого отчаяния. Заправив за уши пряди волос, Сайфер долго смотрит в глаза своему отражению в зеркале над раковиной. Голубые, знакомые до мелочей и в то же время какие-то странно чужие.

"Ты всегда была имперцем, Сайфер. Ты всегда будешь одной из нас."

В ладони блестит острый, украденный вопреки постоянному надзору металл.

Кое-что она ещё сделать может.

* * *

Крышка гроба захлопывается перед лицом не сразу, оставляет узкую щель, сквозь которую ещё просачивается свет, и Сиенна жадно хватает ртом воздух. Ладони и колени упираются в неумолимо приближающуюся миллиметр за миллиметром дюрасталь. Крик, словно во сне, зарождается в груди и не находит выхода наружу, превращается в немой всхлип, не слышный никому, кто мог бы ей помочь. Глухо стучит металл, полоска света гаснет, где-то над головой щёлкают механизмы, и ногти в абсолютной темноте беспомощно скребут по поверхности, не оставляя ни следа.

— Вы не цените дара вашей жизни, агент.

Пожалуй, впервые за всё время она слышит в голосе Джейдуса настолько сильные эмоции. Злость и разочарование.

Онемевшие пальцы оставляют на полу полоски крови, и Сиенна слабо всхлипывает.

— Разве не этого вы пытались добиться?

Сиенна дёргается от боли. Вспышка молнии отражается в луже смешанной с кровью воды, и Джейдус отступает на шаг назад, словно не желая случайно запачкать сапоги.

— Я задал вам вопрос, агент.

— Не хотела, — нетвёрдым голосом отвечает она, не поднимая взгляда.

— Я вижу вашу ложь так же ярко, как ваш страх. Я предпочитал ваше добровольное участие, но вы сами лишили себя выбора. Вы не будете предпринимать ничего, что может помешать моим планам или навредить вам самой. Ономатофобия.

Сиенна вздрагивает от последнего слова как от нового удара.

— Я не буду пытаться помешать вашим планам или причинить себе вред, лорд Джейдус, — послушно повторяет она.

Джейдус ещё долго стоит над ней неподвижно. Над головой слышится негромкое постукивание пальцев по экрану датапада, пол качается под телом, и сердце бьётся быстро, стараясь компенсировать потерю крови. В соседней комнате раздвигается входная дверь, и Джейдус без слов оставляет её, уступая место меддроиду.

Стук металлических ног дроида о дюрасталь. Более тихий звук шагов Джейдуса. Шипение открывающейся и снова закрывающейся двери.

Пора.

— Аналитик Пятнадцать уже работает над этим делом и посвятит вас в детали.

Хранитель указывает рукой на открывшуюся дверь, и Сиенна оборачивается, ожидая увидеть знакомое улыбчивое лицо чисса, встреченного в кантине месяцы назад.

У вошедшего незнакомца — человека — серо-зелёные глаза и светлая кожа. Понимание приходит через считанные секунды, и Сиенна приветливо кивает, не позволяя замешательству отразиться на лице.

"Что случилось с предыдущим Сайфером Девять?" — хочется спросить ей у Хранителя, но Сиенна молчит. Не только потому, что ей этого не раскроют. В глубине души она сама уже знает ответ. Знает, что рано или поздно произойдёт и с ней.

Со стороны Сайфер наблюдает, как агент садится на колени и дрожащими, липкими от крови пальцами тянется к панели управления дроида.

Забившись в угол сознания, другая Сайфер зажимает рот ладонями, стараясь не закричать при мысли о том, что сделает Джейдус, когда обо всём узнает.