На его каверзном пути через вселенные (гет)

Группа из четверых взбиралась по корню дерева — настолько широкому, что по нему легко могло бы идти двустороннее автомобильное движение. Это была одна из протоптанных троп, когда-то нанесённых на карту охотниками Гильдии, и она вела до самой вершины древнего дерева, больше похожего на гору.

На передовом конце отряда Жон в который раз за последнюю минуту оглянулся через плечо, уже в третий, чтобы полюбоваться видом. На какой они сейчас высоте? Полкилометра? Больше?

Отсюда открывалась потрясающая панорама. Внизу до самого горизонта простирался волнистый лес. Дальше он уступал место пустыням и каньонам, а затем — зубчатым утёсам вулканической земли, где прямо из скал росли кристаллы размером со здания. Слева, далеко у моря, виднелся коралловый лес — обнажившееся дно океана минувших эпох — который поднялся над сушей после отступления воды. Риф там всё ещё был жив, там играло буйство красок всех оттенков радуги.

Логи показал ему Астеру, поселение на побережье. Вроде бы и недалеко, но детали всё равно было не разглядеть. Что-то похожее на корабль, севший на скалу? «Странной формы», вот, пожалуй, и всё, что он мог сказать об Астере.

Если прищуриться, можно было заметить крошечные-крошечные силуэты монстров, бродивших по разным биомам. Раз их видно отсюда, значит, вблизи они должны быть на несколько голов выше человека. Одни парили в небе, другие — мчались по земле. Вдалеке от его нынешнего приключения они сражались, охотились, жили. В какой же удивительный мир Жона занесло!

— Эй, эй, о чём задумался?

Жон обернулся. На тропе сидела на корточках Эска, из-за крутого подъёма их глаза оказались на одном уровне. Кот, а точнее кошка с любопытством склонила мордочку набок.

— Просто смотрю, — ответил он. — Для меня здесь всё в новинку. Это...

— Потрясающе? Красиво? Сногсшибательно?

— Хех. Пожалуй, всё сразу.

Эска расплылась в широкой улыбке.

Позади него раздалось умилённое «о-о-оу», которое тут же сменилось притворным кашлем. Мгновение спустя с ними поравнялась Сплетница. Она откашлялась и упрямо избегала его взгляда.

Пушистый говорящий комочек шерсти явно её очаровал.

— Хватит прохлаждаться, Жон. У нас время поджимает.

— Да-да, но, знаешь... — он добавил пружинистый толчок к следующему шагу и рванул вперёд, одним махом преодолев несколько ярдов. Развернувшись на каблуках, он поклонился и крикнул ей вдогонку: — Думаю, со временем у меня всё в порядке.

Эта копуша показала ему средний палец. Он улыбнулся и помахал ей в ответ.

За её спиной, внизу, в лесу, среди зелени мелькнуло болезненно-зелёное пятно. Девилджо, всё в той же вечной, неистовой погоне за пропитанием. Линка и Рейфер как раз сейчас должны были отвлекать его, изматывая монстра в ожидании сигнала об их успехе здесь, наверху.

Впрочем, успех зависел от того, найдут ли они Раталоса. Жон снова взглянул на Обонятельный датчик. Сигнал усиливался, стоило направить трекер вверх — значит, до логова ещё идти и идти. На самой вершине его не будет, как и предполагал Логи. Там всё ещё витал запах прежнего альфа-хищника, заявляя всем претендентам на трон, что король джунглей пал именно в этом месте. Нет, монстры будут осторожны. Не выделяться, пока не наберутся сил и наглости, чтобы счесть себя непобедимыми.

Первой к Жон подскочила Эска и потребовала ещё раз взглянуть на экран трекера. Он не был уверен, понимает ли она значение всех этих данных, но всё равно дал посмотреть. Кошка восторженно мурлыкала, заставляя его вертеть устройством то так, то этак.

То, что Жон распознал именно «восторг», а не случайное «мяу», многое говорило об экспрессивности местных кошек. Это были... в общем, точно не питомцы. Кошки здесь разумный народ. Народ, который, да, обожает, когда его гладят. Они едят ту же еду, что и люди, спят в домах (хотя их понятие «дома» может отличаться) и даже ходят на работу за зарплату. Эска называла себя «палико» с той же гордостью, с какой кто-то сказал бы: «Я Охотник» или «Я Охотница».

А ещё ей нравилось летать. В следующий его реактивный рывок она вцепилась ему в спину, а потом спрыгнула на более тонкий корень, тянувшийся параллельно тропе на уровне пояса. Пока они ждали остальных, она засыпала его вопросами обо всём на свете.

— Насколько большими бывают большие монстры?

— Иногда огромными, — ответил он, вспомнив гримма-дракона. — Хотя порой монстров вообще нет, — Эска удивлённо моргнула, как и только что подошедший Логи. — В одних местах, где я бывал, они были. В других — нет.

— В местах? — переспросила Эска, сперва растерявшись. Потом её глаза округлились, и она, вытянувшись, подалась ближе. — Хочешь сказать, ты бывал не только в своём мире и нашем?!

Жон прокрутил в голове их разговоры за время подъёма.

— Хм. Кажется, я и правда не говорил. Да, мой способ позволяет путешествовать по разным вселенным. Я посетил, ну-у... семь или восемь миров. Эй, Сплетница, — обратился он к подходившей девушке, мысленно пересчитывая, — в скольких мирах мы побывали?

— Если не считать тот, где мы проторчали минут пять? В девяти ты, в восьми — я, — ответила она и, тяжело дыша, махнула им, чтобы продолжали идти.

— Странно. Я насчитал восемь. Мой мир, твой, Дануолл, Город Нежии, кроличья пещера, Стилпорт, Академгород и этот. Какой я упустил?

Даже будучи на полголовы ниже него, Сплетница умудрилась посмотреть на Жона свысока. Уголок её рта дёрнулся в самодовольной ухмылке.

— Наша квартира находится в отдельной вселенной.

— А, точно! — он шлёпнул себя ладонью по лбу. — Постоянно забываю, раз мы ни разу из комнаты нашей не выходили. Надо будет как-нибудь разобраться с этим телепортом.

— Может быть. Но мне кажется, мы скорее сможем позволить себе новую базу, чем в этом возникнет необходимость, так что мне не особо это дело важно.

Скорее, её злило, что все попытки заставить устройство работать провалились, и она больше не хотела на него смотреть, но Жон не стал говорить об этом вслух.

— Девять миров... — пробормотала Эска, всё ещё переваривая новость. Судя по её тону, она не могла в это поверить.

Тем временем Логи сосредоточился на другой части откровений Жона.

— Значит, монстры не везде водятся. Приехали, называется, — он задумчиво шагал по тропе, отчего Сплетница удивлённо вскинула бровь. Однако ни он, ни она развивать тему не стали.

Цель они нашли, как и предполагал Логи, примерно на трёх четвертях пути к вершине, в выемке, которую правильнее было бы назвать пещерой. Здесь без труда поместились бы дом, двор и тысяча садовых гномов — что, если представить в деталях, выглядело бы жутковато. Короче, аналогии давались ему с трудом.

Спрятавшись за выступом, они заглянули внутрь. В глубине виднелось полуразрушенное гнездо, на котором спал Раталос.

Эска пригнулась к земле, будто так её будет сложнее заметить. С самым серьёзным видом она предупредила:

— Надо быть мяучень, мяучень тихими.

Сплетница едва не разбудила монстра хохотом — в последний момент зажав рот обеими руками. Её трясло от веселья, её глаза зажмурились, а её лицо покраснело.

Все уставились на неё.

После паузы Эска спросила:

— Почему она смеётся? — она посмотрела на Жона в поисках ответа, но тот лишь беспомощно развёл руками. Ничего необычного он не заметил, так что даже предположить не мог, в чём дело.

— М-мы... — Сплетница с трудом выдавила слова сквозь смех. — Мы охотимся на Ваталоса! — и её снова скрутил приглушённый хохот.

Но ведь так и было...

Покачав головой, Жон сказал:

— Ладно, Сплетница. Оставайся здесь и... постарайся прийти в себя, что бы тебя так ни рассмешило. А мы подойдём поближе к Ва... к Раталосу.

Сложившись пополам от нового приступа смеха, Сплетница смогла лишь показать ему большой палец, другой рукой указав на подсумок с телефоном, как бы говоря «Позвони».

— Понял, — кивнул он.

Телефон снова висел у него на шее, и, пока он вместе с Эской и Логи продвигался вглубь пещеры, из динамика доносилось её приглушённое хихиканье. Они двигались осторожно, обходя кости прошлых трапез, чтобы занять позицию получше и изучить монстра.

— Херово он выглядит, — сказал Жон.

Раталос дышал тяжело, с хрипом, а его некогда безупречную чешую покрывала кровь. Всё тело монстра испещряли глубокие раны — следы зубов Девилджо.

Жон указал на деформированные кости у плеча и вполголоса добавил:

— Одно крыло, похоже, порвалось во время перелёта. Уязвимое место?

— Не рассчитывай, — донёсся из телефона голос Сплетницы. — Раны по всему телу, кровь из них уже перестала идти?

Присмотревшись, Жон отметил, что по большей части да. Кровь на теле не текла, как ожидалось, а запеклась в ранах, образуя нечто прочнее обычной плоти, хоть и не похожее на чешую.

— Я отсюда вижу хвост, это единственное место, где ещё кровь идёт. Рядом лежат остатки недавней добычи. Поел и спит. Он что... лечится?

Логи кивнул, забыв, что Сплетница его не видит.

— Биоэнергия. В Новом Свете она особенно сильна. Пара дней охоты — и Раталос будет как новенький.

— Тогда он может попытаться взлететь и на повреждённом крыле, раз оно со временем само заживёт. Жон, сосредоточься на хвосте.

— Потому что это открытая рана?

— Именно. Повреждение слишком серьёзное, чтобы так просто восстановиться. Усугуби его — и он начнёт тратить «биоэнергию» на то, что уже не починить. Наседайте на него, не давайте ему передышки.

— Знаешь, он же спит. Не двигается. Идеальный момент для мощного удара. У меня есть...

Она уже знала, о чём он думает, всё-таки сама помогала ему со снаряжением.

— Силы может не хватить. Чешуя способна поглотить удар. Прибереги на подходящий случай, а пока ослабляйте его понемногу. Это самый надёжный метод.

Согласившись с доводами, он обнажил меч, а Логи приготовил своё пушко-копьё. Они разошлись к противоположным сторонам Раталоса.

Эска держалась между ними, готовая помочь любому. Несмотря на меч кошкиного размера, её роль как палико была скорее вспомогательной. По её гордому объяснению, палико сражаются, когда это необходимо, но лучше всего они собирают материалы, применяют лекарства в бою, отвлекают врага и выполняют множество других мелких задач, которые позволяют охотникам действовать эффективнее.

Чего она не знала, так это того, что Логи тихонько предупредил его: у кошек есть слабость к сбору материалов, часто в ущерб себе, и если Жон присмотрит за ней и будет вытаскивать её из неприятностей, как уже бывало, охотник будет ему очень признателен.

У входа в пещеру Сплетница помахала ему. Жон в ответ кивнул, что готов. Она повторила то же с Логи, очевидно, получив от него такой же ответ, и подняла ладонь с растопыренными пальцами. Они опускались один за другим, отсчитывая секунды. Когда последний палец скрылся в кулаке, Жон взмахнул мечом и со всей силы рубанул по обнажённой кости хвоста — ровно в тот миг, когда услышал, как на морде Раталоса разорвался снаряд.

Монстр очнулся с рёвом, от которого задрожала пещера. Битва началась.

Жон использовал первые секунды по полной, обрушивая удары на одно и то же место, пока Раталос приходил в себя. Хвост дёрнулся в сторону в попытке уйти от боли, а когда это не помогло, монстр перекатился всем телом, вывалившись из гнезда.

Жон неотступно преследовал Раталоса, пока тот поднимался на ноги. Логи, находившийся прямо перед монстром, целился в голову, раз за разом нанося точные удары копьём по треснувшему черепу и дезориентируя Раталоса. Жон подгадывал свои атаки под эти моменты, срезая кость слой за слоем. Монстр почти утратил контроль над хвостом, так что его неуклюжие ответные взмахи и слепые пинки почти не мешали Жону.

Вскоре настойчивость Жона привлекла внимание Раталоса. Заметив, что тот начал разворачиваться, Жон рванул в том же направлении, оставаясь у него за спиной. Когти рассекли воздух, когда растерянный монстр тщетно искал свою жертву. Острая боль в хвосте снова дала о себе знать: Логи ударил пушко-копьём по повреждённой кости, расколов её ещё сильнее, чтобы Жон мог отсечь ещё дюйм своим клинком. С рычанием монстр снова развернулся, нанося удар мордой.

Логи отпрыгнул, но Жон принял удар на себя. Этот двухтонный таран врезался прямо в его щит, отбросив Жона к дальней стене пещеры. Удар о твёрдую, как бетон, древесину выбил весь воздух из его лёгких.

Сила тяжести оторвала его от стены, и он рухнул на землю.

— Ты цел?! — крикнула Сплетница в телефон.

«Не очень.»

Боль была терпимой, бывало и хуже. Вот только в голове у него шумело, и Жон, лёжа на земле и пытаясь отдышаться, мог лишь бессвязно мычать в ответ.

Паника Сплетницы нарастала, и ему это не нравилось.

Внезапно ему в лицо врезалась банка с золотистой жидкостью, разлетевшись вдребезги и окатив его содержимым. Несколько капель попали ему на язык, и по его телу пронеслась волна энергии. Жон рывком сел, с шумом вдыхая воздух.

— У-ХУ-У-У!

Что бы это ни было, казалось, будто он залпом выпил кувшин кофе.

Вторая банка стукнула его по голове, на этот раз облив зелёным лечебным зельем. Вероятно, метательница решила залечить синяк, не учтя, что Аура смягчает удары. Жон хотел спросить, в чём смысл сначала подзаряжать человека, а потом лечить, но решил, что главное тут внимание. Он показал большой палец виновнице, Эске, и получил в ответ такой же жест её лапкой. Вскочив на ноги, Жон поднял с земли меч.

В его отсутствие Раталос сосредоточился на Логи, и Жон воспользовался шансом, чтобы снова ринуться в бой. Активация [Третьей Руки] протащила его под брюхом монстра и вынесла с другой стороны, на его прежнюю позицию.

Один удар по хвосту — и Раталос взвыл от ярости. Источник его боли никак не отставал от монстра.

Кожистые крылья широко раскинулись, и Раталос поднялся в воздух. Он тяжело дышал, каждый неуклюжий взмах крыльями давался тому с трудом из-за смещённых костей и порванных перепонок, но упрямство удерживало его в полёте. Потолок пещеры был достаточно высоким, чтобы монстр завис вне досягаемости оружия. Между его клыками заплясали искры.

Жон внимательно следил, готовясь угадать, куда ударит огненный шар, и уже продумывал пути отступления.

Неожиданно Раталос спрятал голову под крыло, пряча морду от всей группы.

— Жон! Он целит в тебя!

Он усмехнулся. Приятно знать.

— Спасибо, Сплетница.

— Да нез... только не останавливайся!

Он и так уже был в движении, услышав её предостережение, и тут же рванул в сторону на ракетных ботинках. Не до конца понимая причину, он всё же послушался и продолжал нестись по земле. И не зря: Раталос выплюнул не огненный шар, а длинную струю пламени, которая змеилась за Жоном по пятам.

Лёгкие толчки о пол пещеры позволяли Жону корректировать траекторию и из раза в раз уходить с линии огня, но жар всё равно опалял ему спину. В ярости Раталос превзошёл себя: он сжигал собственную глотку, игнорировал взрывные снаряды Логи снизу — всё ради того, чтобы убить Жон. Дым и огонь заполнили пещеру, мешая дышать и видеть, а древняя древесина начала тлеть.

Бумеранг со звонким шлепком врезался монстру в нос, заставив того дёрнуться. Разрушительный поток пламени, к счастью, наконец прекратился.

— Эй, ты, красный и злой! Выбирай противника по себе! — крикнула Эска, растопырив лапы, чтобы казаться больше. Раздалось грозное «мяу», призванное запугать врага.

Несмотря на ситуацию, Жон не удержался и фыркнул от смеха. Когда Раталос медленно развернулся, чтобы поджарить нахальную кошку, Жон метнулся, подхватил её и унёс с линии огня. За их спинами ударил огненный шар.

— Спасибо за спасение, — сказал Жон и получил в ответ радостный кивок. Затем он обратился к телефону: — Сплетница, как долго эта тварь будет там висеть?

— Вечно. Она поняла, что на земле небезопасно.

— И где же тогда Логи со слепящей шашкой?

— Он бросал одну, но Раталос почти не заметил её. Дым ослабляет эффект.

В его руке появилась современная граната.

— Светошумовая должна здесь справиться.

— И при этом она ослепит всех вас. Лучше выманите его наружу, — предложила она.

Он задумался. Летающий монстр на открытом пространстве, бой у обрыва?

— Не-а. Дай-ка подумать... О, есть идея.

Светошумовая граната исчезла, сменившись в его руке дымовой. Активировав её, он бросил гранату через плечо, отрезая Раталосу обзор.

— Мне эта твоя идея понравится?

— Хех. Глупый вопрос.

Ответ очевиден: нет.

Опустив палико на землю, Жон вырвался из дымовой завесы. Раталос его ещё не заметил, тщетно вертя головой в мутной дымке. Идеально.

Какой смысл ждать, позволяя ему безнаказанно поливать их огнём? Если гора не идёт к тебе, значит, ты идёшь к горе.

Реактивный рывок подбросил его высоко в воздух. С запозданием он почувствовал тяжесть на ноге и, опустив взгляд, увидел Эску, которая уцепилась за его колено и помахала лапкой.

Усмехнувшись, он позволил ей эту шалость и направил руку на Раталоса. Татуировка на тыльной стороне ладони вспыхнула. Из неё вырвалась теневая конечность. Она хлестнула Раталоса по глазам как раз в тот момент, когда тот повернулся, и вцепилась в него, ослепив монстра на достаточное время, чтобы Жон успел подлететь.

Его ботинки приземлились на морду монстра, и, воспользовавшись инерцией, он прошагал дальше, через голову, прежде чем Раталос успел среагировать. Эска спрыгнула с него и помчалась вперёд по спине, а сам Жон приземлился у основания шеи, вцепившись в колючую чешую, когда Раталос начал бешено извиваться.

— Жон, какого хера ты творишь?! — взвизгнула Сплетница, срываясь на панику.

— Йи-ха-а! Отныне зовите меня Ковбой Жон!

— Идиот! Иди-и-от!

Тоже вариант. В общем-то, оба подходят. Ха-ха!

Серьёзно, что было в том напитке, который дала ему Эска? Он хотел ещё.

И без того шаткое парение Раталоса окончательно разладилось от его присутствия. Монстра повело в сторону, он отчаянно замахал крыльями, пытаясь выровняться, и вывернул голову, чтобы укусить Жона за ногу. Впечатляюще изогнув шею, что, должно быть, стоило ему неимоверных усилий, монстр вывел пасть под нужным углом и выдохнул неглубокую волну огня, заставив Жона пригнуться.

Как только атака закончилась, Жон резко оттолкнулся от Раталоса. Освободившись от лишнего груза, тот, не теряя ни секунды, попытался улететь. «Попытался» здесь ключевое слово. Жон метнул [Третью Руку], зацепился за нижнюю часть его спины и снова оказался на нём, вызвав у своего своенравного скакуна полный ненависти вой.

Вконец взбесившись, Раталос резко заложил вираж к ближайшей стене пещеры. Его замысел стал ясен, когда монстр ускорился, устремившись прямо к поверхности древней, наполовину окаменевшей древесины. Перевернувшись в воздухе, монстр готовился принять удар на спину.

Нет уж. Быть расплющенным между ними в планы Жона не входило.

— Эска! Ко мне! — кошка взобралась на него, и Жон высоко подпрыгнул вверх за мгновение до столкновения.

Пещера содрогнулась, когда Раталос врезался в стену, навредив только себе. Когти заскребли по дереву, нашли опору, давая монстру миг на восстановление, после чего он снова ринулся в полёт.

Если бы виверны умели плакать, эта бы точно разрыдалась. Жон и Эска приземлились на безвольно болтавшийся хвост и крепко вцепились в тот. Раталос яростно дёрнулся, пытаясь их стряхнуть, но безуспешно, к своему крайнему раздражению.

Жон принял от палико молоток, который та извлекла из сумки, казалось, способной вместить что угодно (либо это была магия, либо просто отличная организация, что для Жона было равносильно магии).

Вцепившись ногами в хвост, он замахнулся и со всей силы ударил по зубилу, которое Эска уже вставила в трещину на хвосте. По пещере разнёсся резкий треск, за которым последовал оглушительный визг. Раталос обезумел.

Монстр метался, крутился и переворачивался в воздухе, явно готовясь окончательно доломать раненое крыло, лишь бы избавиться от двух незваных пассажиров. Во все стороны брызгало пламя в надежде зацепить их.

[Третья Рука] дала Жону опору, чтобы удержаться и снова поднять молоток. Эска больше не была нужна — зубило уже глубоко вошло в трещину. С очередным мощным ударом оно вонзилось ещё на дюйм глубже.

Вопль уже не походил на рёв хищника с вершины пищевой цепи. Нет, в этот момент Раталос осознал правду: он стал добычей.

Третий удар сопровождался жалким всхлипом. После четвёртого — отчаянная попытка сопротивления, последний рывок в попытке разбить их о стену. После пятого — смирение: Раталос больше не чувствовал хвоста.

Шестой удар молота вызвал крик утраты. Хвост переломился, держась лишь на коже и жилах, которые рвались с каждым движением монстра, утягиваемые собственным весом. Горячая кровь хлынула из раны, на этот раз без всякой надежды на заживление, а Жон ещё и усугубил повреждение, полоснув по ней мечом.

Эска перебралась через него в тот момент, когда хвост наконец отделился от тела. Внезапная потеря веса и навалившаяся после буйства усталость привели к тому, что монстр рухнул на землю вслед за утраченной конечностью.

Жон спрыгнул с его спины, унося с собой Эску и замедляя падение лёгкими импульсами ракетных ботинок, пока они не приземлились неподалёку от монстра.

— А неплохо вы его! — похвалил Логи, подбегая к ним. — Давайте, почти конец!

Почти? Разве не всё?

Раталос развеял его заблуждение, медленно поднимаясь на ноги. Одно крыло безжизненно прижалось к его телу — то было повреждено до полной негодности, а за монстром тянулся густой кровавый след. Из сломанной Девилджо лапы торчали кости, но, судя по тому, как Раталос упрямо шагал вперёд, это его не волновало.

— Да насколько же они живучи? — воскликнул Жон, снова готовя оружие.

На этот раз Раталос отказался от полёта. Забыл про огонь. Он бросился вперёд, полагаясь на чистую массу. Если всё остальное не сработало, у него оставалось хотя бы это.

Пещера задрожала от его шагов. Сначала медленно, с трудом, но он набирал скорость. В итоге на них нёсся уже не монстр, а целый автомобиль, грузовик, чёрт возьми, поезд.

— Э-э-э, Сплетница? План?

— Бежать. Очевидно же.

— Логи?

— Согласен. Бежим.

— Эска?

— Ты шутишь? Бежим!

Жон метнулся в сторону, когда отряд разбежался, и на ходу полоснул мечом по боку Раталоса, оставив лишь неглубокую царапину.

Раталос пронёсся дальше, врезавшись в стену пещеры. Он был к этому готов и подставил под удар плечо. Оттолкнувшись лапой от стены, он развернулся к ним. Один шаг, второй, третий — он собирался растоптать их, сколько бы попыток ни потребовалось. Особенно Жона.

— Ладно, мне не впервой, — сказал он себе.

Это как игра в матадора. Он справлялся и с более быстрыми противниками. Этот не проблема.

Раталос снова безуспешно пронёсся мимо. Жон нанёс ещё один бессмысленный удар.

— Какие же они надоедливые.

Невероятная живучесть здешних монстров требовала стратегии постоянных ударов по уязвимому месту, чтобы пробиться внутрь. Одной силы, по крайней мере его силы, было недостаточно. Важна была точность. Настойчивость. И способность удержать тварь на месте, чтобы нанести удар по мягким тканям.

— Голова или хвост, Жон. Всё остальное сейчас слишком прочное, не пробьёшь.

— Если бы его можно было заставить постоять на месте, тогда конечно.

На третьем рывке он подпрыгнул вверх. Раталос, почуяв шанс, вскинул голову за ним.

Будучи на волосок от того, чтобы быть съеденным, Жон активировал ракетный ботинки и перелетел через монстра. Он приземлился прямо за ним и, развернувшись, вонзил меч в обрубок хвоста. Вместе со звериным визгом из раны хлынула кровь.

Это был далеко не смертельный удар. Там не было ничего жизненно важного. Монстр со временем падёт, но не сейчас.

Раталос продолжал двигаться, таща Жона за собой, пока тому не удалось вытащить Кроцеа Морс из обрубка хвоста. На мгновение монстр повернул голову, чтобы посмотреть на него, и Жон понадеялся, что разозлил его достаточно для прямого боя. Но нет, монстр был твёрд в своём намерении. Он достиг стены и пошёл на четвёртый заход.

Он вообще ещё думает? Или делает ставку на то, что Жон выдохнется первым?

Вздохнув, Жон снова приготовился уклоняться.

Логи спутал все его планы, встав прямо на пути Раталоса с поднятым щитом.

— Логи! Что ты творишь? — крикнул Жон.

— Спокойно, — ответил охотник. — У меня есть план.

Жон отскочил в сторону, потом вернулся, разрываясь между желанием уйти из-под удара и помочь товарищу.

— И в чём он заключается? — он пошатнулся, когда Логи бросил ему пушко-копьё. Жону пришлось жонглировать им, своим мечом и щитом, и в итоге он убрал своё оружие, чтобы взять копьё обеими руками.

Оружие выглядело как гибрид гигантского револьвера и рыцарского копья. Оно бы отлично вписалось в арсенал Бикона, если бы не детали из шкур и костей, вмонтированные в металл.

— Всё просто. Я заставлю его стоять на месте. А ты добьёшь его.

— У меня столько вопросов.

— Ха! Уже поздно. Поехали!

Наконец-то увидев перед собой неподвижную цель, Раталос широко распахнул пасть и ускорился.

Жон перекатился в сторону. Он был единственным, кто это сделал. Логи не сдвинулся с места, даже в последний момент. Зубы сомкнулись на щите, и охотник вонзил его прямо в пасть Раталоса. Его ноги прочертили две борозды, пока монстр толкал его назад.

Борозды углубились, а затем ноги упёрлись. Казалось, сейчас Логи раздавят под огромной тушей, но он стоял твёрдо, его колени сгибались под давлением, но не поддавались.

— Да вы шутите, — выдохнул Жон, не веря своим глазам.

Раталос первым начал терять инерцию и остановился. Он пытался одолеть охотника, наваливаясь на того всем весом.

Логи обернулся и весело крикнул:

— Давай, друг!

Точно. Не время глазеть.

— Голова или хвост, говоришь? — он перевёл взгляд с одной цели на другую.

Сначала он хотел прицелиться в глаз или в открытую пасть, но из-за яростной борьбы Логи с Раталосом чистого выстрела не получалось. Бить по хвосту — значит обречь себя на долгую и кровавую возню, которая могла затянуться на неизвестно сколько. Прежде чем он успел решить, вмешалась Сплетница.

— Подожди, Жон, что это за пятно у него на спине?

Жон моргнул и поднял глаза.

Там, у основания шеи, виднелось место без чешуи, где была обнажённая розовая плоть.

Это было то самое место, где Эска срезала чешую при их первой встрече. Её лёгкое касание не нанесло серьёзной травмы и не запустило процесс затвердевания, который бы укрепил эту область.

— Кажется, у тебя есть цель.

— Да. Я тоже так думаю.

Лёгкий ракетный прыжок — и он на спине монстра. Тот заметил его и попытался оторваться от щита, чтобы добраться до него. Логи пресёк эту попытку, засадив щит ещё глубже и заклинив его между острыми зубами.

Подняв копьё, Жон направил остриё на беззащитную плоть и со всей силы ударил вниз. Заточенная кость Анжаната легко пронзила мясо, войдя на несколько дюймов и вызвав у Раталоса рёв.

Жон нахмурился. Удар вышел не особо впечатляющим, и он уже подумывал сменить оружие на Кроцеа Морс. Без веса копья он не достиг бы такой же пробивной силы, но скорость его лёгкого меча...

— Жми на крючок! — крикнул Логи снизу.

Осмотрев рукоять ганланса, он нашёл то, о чём шла речь. Крючок был похож на тот, что у обычного ружья. Перехватив оружие, чтобы держать его правильно, он выполнил просьбу Логи.

*Бум!*

Лёгкий щелчок — и снаряд пушко-копья ударил в Раталоса, рядом с остриём копья, попав в плоть, уже размягчённую первым ударом. Взрыв выбил копьё наружу.

Раталос взбрыкнул, едва не сбросив Жона. Он удержал равновесие с помощью [Третьей Руки] и вонзил копьё в рану во второй раз, теперь уже глубже. Что-то щёлкнуло, когда ствол плотно прижался к телу монстра.

Логи крикнул снизу:

— Нажми на защёлку рядом с крючком и снова тяни! Полный залп!

*Бум-бум-бум-бум-бум!*

На этот раз крючок ушёл до упора в рукоять, и часть ствола разблокировалась, выпустив оставшиеся снаряды одним махом. Взрывы слились воедино, вышвырнув пушко-копьё из раны. Оно пролетело мимо Жона, и тот с трудом удержал его в руках, пока вибрация от удара шла по оружию, сотрясая его руку и всё его тело. Жон висел почти горизонтально, держась за Раталоса, как альпинист, пока тот вздымался на дыбы.

Логи, висевший на щите, всё ещё застрявшем в пасти виверны, разбил слепящую шашку прямо у неё в глазу, перегрузив чувства Раталоса и на мгновение отключив его сознание.

Воспользовавшись этим, Жон снова вонзил копьё в рану, и Логи проревел следующую команду:

— Защёлка с другой стороны! Драконья пушка!

Из-под длинного ствола выдвинулась трубка поменьше. На её конце был заострённый шип, похожий на штык. Тот выстрелил, завращавшись, как сверло, и вгрызаясь в плоть Раталоса, а затем - *БУМ!* — последовал ещё один взрыв, который раздробил слой костей, ослабленный предыдущим залпом.

Раталос опустился на землю, сначала на одно колено, потом на другое.

— Упри копьё! Рычаг наверху!

Ища наилучшую позицию, он поправил хват, зажав рукоять под мышкой. Найдя переключатель, он нажал на него.

Изнутри копья донёсся звук, будто жидкость перетекает из одного конца в другой. Должно быть, какое-то топливо, потому что воспламенитель у дула зажёг пламя. На мгновение Жон увидел, что сейчас произойдёт, и его сердце затрепетало в предвкушении.

— Драконий огонь!

Давно мёртвый Анжанат словно снова ожил: из пушко-копья вырвалась струя пламени и ударила прямо в Раталоса, по мощи не уступая ничему, что тот когда-либо посылал в Жона. Раскалённая добела струя была такой сильной, что отбросила пушко-копьё, как ракету, в противоположную сторону, унося за собой и Жона. Он пролетел по дуге и приземлился в нескольких метрах от Раталоса, который теперь жарился изнутри.

Лёжа на земле, Жон смотрел на свод пещеры и бормотал себе под нос:

— О, пожалуйста, пожалуйста... дайте мне сделать это ещё раз.

Вот только Раталос, эта упрямая до ужаса тварь, всё ещё не сдох. Монстр пополз, повернулся и вперил прямо в него злобный взгляд. Жон сел, когда монстр открыл пасть, и увидел в ней последнюю искорку огня.

— Ты-ы-ы... такой надоедливый.

Приняв вызов, Жон призвал в руки заряженное оружие и, кряхтя, взвалил его на плечо. Он прицелился прямо в пасть Раталоса.

Но тут силы монстра иссякли. С последним рёвом Раталос осел и испустил дух там, где лежал.

Он убрал палец с крючка. Подозрительно осмотрел монстра в поисках последнего подвоха. Не найдя ничего, Жон расслабился и снова упал на спину.

— Ладно, ребята. Теперь идём за Девилджо.

Снаружи в небо взвилась сигнальная ракета и рассыпалась фейерверком, оповещая их коллег об успешной охоте.

* * *

У берега росло одинокое дерево, и Жон сидел в его тени. Оно было не таким огромным, как древнее дерево в центре джунглей, но всё равно могучим: ствол был шире, чем сам Жон в высоту, то бишь оно было идеальной спинкой, на которую можно было прислониться и наслаждаться морским бризом. Рядом с Жоном лежала куча всякой всячины — вещи из его Кармана, которые, по его мнению, в ближайший час не понадобятся, и он выложил их, чтобы освободить себе место. С другой стороны от него тяжело дышала Сплетница, вымотанная спуском от гнезда Раталоса.

— Ты когда-нибудь видела что-то подобное?

Он говорил о паническом бегстве, разворачивавшемся перед ними: большие и малые твари в хаосе выбегали из джунглей. Динозавры неуклюже брели стаями, которые разделялись и бежали вдоль побережья. Обезьяноподобные ящеры сновали у них под ногами или цеплялись за более крупных зверей. Над ними одной огромной стаей летели пёстрые тропические птицы.

— Не-а... — тихо ответила уставшая девушка. Её глаза были закрыты, а голова запрокинута. — Это лишь значит... он близко...

До этого сам Жон мог бы догадаться. Если поблизости не бродил третий крупный монстр, то виновником этого массового исхода мог быть только Девилджо. Линка и Рейфер должны были привести его сюда, к точке сбора.

Однако первыми он увидел не их. Логи в сопровождении Эски вышел из джунглей с другой стороны и направился прямо к ним. Эска вырвалась вперёд, пронеслась по земле, взобралась на колени к Сплетнице и протянула ей баночку с золотистой жидкостью.

Лёгкая улыбка тронула губы Сплетницы, и она приняла баночку с тихим «спасибо». Потягивая энергетический напиток, она провела рукой по мягкой шёрстке кошки, вызвав довольное мурлыканье. Эска не стеснялась и сама прижалась мордашкой к её руке.

Немного взбодрившись, Сплетница поприветствовала подошедшего Логи:

— Нашёл что нужно?

Логи кивнул.

— В лагере на вершине ещё оставались запасы сонной травы. С парагрибами пришлось повозиться, но я смастерил из них пару усыпляющих бомб, — он показал две розовые сферы, слепленные будто из комковатой глины. — Дайте им несколько минут, чтобы затвердеть, и тогда один хороший бросок расколет их.

— Так вот как они выглядят... Ты уверен, что этого хватит на монстра? — спросил Жон.

— Дозы из двух штук обычно хватает, что свалить большинство видов. Задействуешь больше — и можно навредить, когда он надышится парами, а это проблема, если мы хотим переселить монстра, а не убить.

Сплетница задумчиво потёрла подбородок, разглядывая бомбы.

— Но ведь всё не может быть так просто, иначе бы охота на монстров быстро закончилась. Яд в этих бомбах не такой уж сильный, верно? И нормально действует, только когда цель уже изрядно измотана.

— Именно, — сказал Логи. — Брось их в Девилджо сейчас, и ему будет хоть бы хны. Но если он уже на грани отключки, они его вырубят, и наши команды забора смогут его забрать.

Для Жона это всё равно звучало чертовски полезно. Способ сокращать битвы, избегать опасности или, скажем, поставить дракона в положение для решающего удара? Он был заинтригован.

— Это могло бы пригодиться нам в бою с Раталосом, — заметил он.

Логи скривился.

— Ни за что, нет-нет. Правила Гильдии на этот счёт строги, и я с ними согласен. Когда их только изобрели, злоупотребление вышло нам боком. Они годятся только для тех, кого мы хотим поймать, и точка. Если мы убиваем монстра, мы делаем это правильно. У них есть те же причины жить, что и у нас.

— Ответственное истребление монстров, значит, — протянул Жон, размышляя.

На Ремнанте это означало одно: подавляющая огневая мощь, чем больше, тем лучше, пока популяция гриммов в районе не упадёт до нуля. Хотя, надо признать, в этой вселенной враги были другие. Монстры здесь не были злыми, насколько Жон успел заметить. Свирепые, разъярённые и прожорливые — да, но не злые. И поэтому, несмотря на все уловки и ловушки, охотники здесь давали монстрам шанс побороться за свою жизнь.

Насчёт последнего Жон испытывал некоторые сомнения, потому что картинка рушащихся вдали деревьев била по всем тревожным кнопкам. Инстинкты ему кричали: либо беги, либо убей то, что это вызывает.

Жон вскочил на ноги и подытожил:

— Шаг первый: измотать. Шаг второй: усыпить. Понял-принял.

— Не должно быть трудно, — прощебетала Сплетница, заметно повеселев после выпитого суперкофе. Отряхнув свою одежду, она встала и подошла к полосе песка, где был воткнут её маскировочный плащ. Нырнув за него, она исчезла, и её следующие слова донеслись уже из телефона: — Удачи, Жон.

— Мы быстро управимся, — сказал он, настраиваясь.

Его приготовления были проще. Они пока не хотели подпускать Девилджо к дереву и к сплетению лиан на его ветвях. Это был запасной план. Перед деревом простиралась в основном ровная площадка с несколькими выступами. Это и будет их поле боя. Он вышел в центр. Остальные присоединились к нему, и как раз вовремя.

Их запропостившиеся товарищи выбежали на открытое пространство, мчась изо всех сил.

На некотором расстоянии позади них из густых зарослей вырвался Девилджо во всей своей зелёной тираннозавровой красе. Слюна из его пасти летела брызгами, каждый его шаг оставлял борозду в земле, и он бросился в атаку, которую никто не осмелился остановить.

Однако охотники всё же оставили на нём свой след. Девилджо тяжело дышал на бегу, его голодный желудок урчал, а некоторые наружные зубы были сломаны — вероятно, Линка приложилась по ним своим молотом. Опалины, брызги грязи и самодовольные ухмылки на лицах двух охотников говорили о том, что они славно повеселились, сдерживая свою цель. У них не было ничего серьёзнее царапин, и они выглядели готовыми к бою.

— Мы обрушили на него целый утёс! — похвастался Рейфер, подбегая к ним.

Логи показал большой палец.

— Крутяк!

И всё же Девилджо выжил. Жон снова поразился физиологии здешних монстров. Честно говоря, этот мог оказаться им не по зубам. Хорошо, что убивать его не требовалось им.

А если тварь ещё пережила камнепад...

Охотники обнажили оружие и вместе с Жоном рассыпались в свободный полукруг, разделяя внимание монстра. Эта тактика оказалась вдвойне эффективной против вечно голодного Девилджо, который теперь метался в нерешительности, не зная, какую добычу съесть первой. Он, конечно, доберётся до всех, в этом монстр не сомневался, но выбор закуски мог задать тон всему обеду.

Честь выпала счастливчику Жону. Хотелось бы ему списать это на его магнетическую харизму или сногсшибательную внешность, но было подозрение, что дело скорее в его кричаще-белом с красным пончо, цвета которого громко заявляли о его местоположении.

Девилджо раздвинул челюсти, его пасть раскрылась неправдоподобно широко, а голова опустилась так низко, что подбородок заскрёб по земле — идеальная высота, чтобы зачерпнуть его.

— Я бы на твоём месте подвинулась. Ну это так, к слову.

— Да-да, сейчас, — он призвал длинную металлическую трубу и взвалил её на плечо. Именно её он собирался использовать против Раталоса, но тогда не представилось случая. — Сразу после этого. Делаем ставки: переживёт ли он попадание из гранатомёта?

Ответственное истребление монстров требовало самого суперэтичного оружия.

— ...А куда ты целишься? — с готовностью спросила Сплетница.

Присев на одно колено, он прицелился. С такого расстояния, да по такой туше, промахнуться было невозможно. И цель была только одна, поскольку она заслоняла собой большую часть Девилджо.

Наблюдая из своего укрытия, Сплетница догадалась о его замысле.

— А. Ну тогда он будет мертвее мёртвого. Зуб даю.

Жон нажал на спуск. За ракетой потянулся дымный след, и она полетела прямо в глотку Девилджо.

Монстр дёрнул головой, инстинктивно сглотнув.

*БУМ!*

Взрыв сотряс Девилджо, заставив его пошатнуться. Его живот вздулся от ударной волны почти мультяшно. Он оступился и с грохотом рухнул на землю, вызвав дрожь под ногами. Монстр лежал на боку, подёргиваясь, а из его открытой пасти поднимался столб клубящегося дыма.

В этот момент все охотники с завистью уставились на гранатомёт в руках Жона.

— Ну-у-у-у что, я выиграла пар... Я не выиграла?! Он всё ещё жив! Охереть! — ахнула Сплетница, осознав всё разу. — Это же вид, который жрёт всё, даже деревья и землю. Чтобы такое переваривать... желудок у Девилджо, наверное, самый прочный орган!

— Я примерно так и думал, — сказал Жон. — Эта тварь всё-таки пережила камнепад.

Она фыркнула.

— Да ни за что ты не мог предугадать, что он и это переживёт.

Он и не предугадывал. По правде говоря, он изо всех сил надеялся, что тот сдохнет, когда он нажмёт на спуск, и нахер захват живьём. Потому что если он выживет, то будет в ярости. На него.

Девилджо перекатился на брюхо. Алые глаза впились в Жона, и монстр зарычал сквозь зубы.

Пока тот лежал, с ним что-то произошло. Дым, валивший из пасти, стал гуще, в нём заплясали зловещие искры. С треском чешуйчатая шкура на спине и плечах монстра разошлась длинными швами, и мышцы под ней вздулись, выпирая наружу. Обнажённая плоть запульсировала красным свечением, которое медленно распространилось до головы. И тут Жон понял, что происходит.

Девилджо очень, прям очень-очень сильно разозлился. А ещё это дало ему какое-то усиление.

— Кажется, я совершил ошибку.

Логи добродушно рассмеялся.

— Не говори так! Ты отлично справился! Дружок может строить из себя крутого, но тот удар сильно по нему прошёлся. Видишь, как его трясёт?

— А это не от ярости? — в груди Жона затеплилась надежда.

А потом другой парень её убил.

— Не только от ярости. Внутри него урон, который мы не видим, — Логи указал на того копьём. — Итак, всем внимание, новый план. Защищаться не нужно, у Девилджо на уме только Жон. Просто мочите его.

— А что насчёт меня? — пискнул... то есть, спросил Жон спокойным и собранным тоном, очень сомневаясь в этой стратегии.

— А ты, друг мой, будешь использовать свои странные способности и...

— Беги, Жон, беги!

— То, что она сказала.

Жон посмотрел на монстра, который поджал под себя одну ногу, потом другую и оттолкнулся от земли. Всё это время его взгляд не отрывался от Жона. Красное свечение достигло его глаз, и монстр хрипло зарычал обожжённым горлом.

— Мда уж, — подытожил Жон.

Рычание переросло в рёв, устремлённый в небо, и Девилджо снова кинулся в атаку. Длинные шаги монстра в считанные секунды домчали его до них. Голова монстра взметнулась, его пасть распахнулась, позволяя Жону сосчитать ряды его острых клыков.

— Какие они у тебя большие...

Голова рухнула вниз, раздробив место, которое Жон только что покинул на ракетных ботинках. Камни и земля взлетели фонтаном, часть из них попала по Жону, пока он летел в воздухе.

Он попытался успокоить дыхание, прижав руку к бешено колотящемуся сердцу.

— Быстрый, да?

Красный глаз дёрнулся в его сторону.

Жон преодолел ещё сотню метров с головокружительной скоростью, потому что — ого, как же эта тварь вытягивается! Монстр теперь стоял почти вертикально на цыпочках, его огромные челюсти захлопнулись далеко за тем местом, где Жон был мгновение назад, — теперь монстр находился где-то на уровне живота Жона. Сам Жон, поджав ноги к груди, посмотрел вниз и сглотнул, осознав, насколько близко он разминулся с пастью монстра.

Затем Жон вытянул руку и призвал валун из своего Кармана. Размером с человека и во много раз плотнее, тот тут же рухнул вниз, ударив Девилджо прямо по носу и заставив его скосить глаза.

Другой рукой Жон сделал снимок своим свитком.

Хех. Выбросить большую часть хлама, чтобы освободить место, определённо стоило того.

— Жон, двадцать секунд, — предупредила Сплетница.

Уже? Время на ракетных ботинках и правда летит незаметно. Отключив питание, он полетел вниз за Девилджо. У самой земли он начал тормозить ракетными ботинками, намереваясь приземлиться рядом со своим камнем, пока Девилджо всё ещё приходил в себя от удара по морде. Одно касание — и камень вернулся в его Карман, готовый к повторному использованию, если представится возможность.

Встретившись взглядом с охотниками, усердно ковырявшими лодыжки монстра, он отсалютовал им и удрал, опережая преследователя. Девилджо игнорировал их, с одержимостью преследуя Жона, тем более что они остались на месте, а не присоединились к погоне.

Логи, в частности, повернулся к пляжу и подавал сигналы Сплетнице. Через несколько мгновений её голос донёсся из его телефона, передавая ему слова охотника:

— Сделай круг и вернись к ним. Старайся держаться ближе к земле, чтобы их атаки могли достать до головы. Оглушение монстра облегчит действие усыпляющих бомб, — продолжала объяснять она, пока Жон следовал инструкциям и заворачивал влево. — В общем, нам нужно как следует встряхнуть ему мозги, прежде чем добавлять токсин.

— Ты так говоришь, будто это просто, — сказал он, наполовину в шутку.

Другая половина была чистым адреналином, заставлявшим его тараторить, потому что его маршрут позволил монстру срезать угол и перехватить его. Жон приближался к зоне досягаемости монстра и внимательно следил за его зубами.

На самом деле ему следовало следить за хвостом.

Форма Девилджо легко вводила в заблуждение. Длинный, толстый и зелёный... честно говоря, он был похож на огурец. Можно было подумать, что он неуклюжий и ленивый. Но то, как монстр разворачивался на подушечках лап, было больше похоже на грациозный танец.

Вылитый огуречный танец.

Хвост хлестнул по воздуху — то была сплошная масса, в самой толстой части высотой с двухэтажный автобус, а на кончике хвост был почти в рост Жона.

Жон, выпустив [Третью Руку], чтобы притянуть себя, скользнул под этим самым кончиком. Но недостаточно низко. Хвост с треском врезался ему в подбородок.

Инерция продолжала нести его вперёд. Он ударился о землю, отскочил, ударился снова, а потом опять отскочил. Не в силах разобрать, где верх, а где низ, Жон попытался восстановиться с помощью ракетных ботинок и проехался лицом по земле, наглотавшись грязи.

Спасение пришло в виде пресса, когда он врезался лицом в Линку, которая не успела его поймать. Её пресс был твёрдым, как камень, но всё же мягче костяной брони, так что он был ей весьма благодарен.

— О-о-оу... — выдавил он в знак благодарности.

Это было лучшее, на что он был способен в тот момент.

— Ты молодец, Жон! — похвалил Логи, хлопая его по спине, а остальные тут же присоединились к нему. — Отлично сработано!

— О-о-оу... («Рад слышать!»)

Энергетический напиток от Эски поставил его на ноги как раз к встрече с Девилджо. Он махнул охотникам, чтобы они разошлись по сторонам, оставив его одного на линии атаки. Теневые щупальца окутали его руку, и он нетерпеливо притоптывал, оставляя под каблуками лёгкие опалины.

Жон начинал понимать этого монстра. Его скорость означала, что нельзя двигаться слишком рано, иначе Девилджо успеет скорректировать свой манёвр. Держаться на большой дистанции от него — тоже ошибка. Для Девилджо его размер был его оружием, и размашистые удары монстра это подтверждали. Оставь ему пространство, и он его быстро заполнит.

Уклоняться, но держаться недалеко. Вот в чём ключ.

Подбородок монстра ударил в землю, пропахав широкую борозду, пока пасть растягивалась.

[Третья Рука] выстрелила вперёд. Не на всю длину. Даже не на половину. На расстояние длинного прыжка. Рывок — и он развернулся на каблуках, наблюдая, как Девилджо проносится мимо. Жон улыбнулся, слушая звук взрывных снарядов и ударов молота Линки по подбородку монстра — месть чужими руками, как Жон это для себя определил. Шаг назад, и он уклонился от массивного тела монстра.

Монстр вонзил когти в землю, чтобы сбросить инерцию, и резко развернулся. Чтобы помочь ему найти себя, Жон достал один из немногих оставшихся у него огнестрел — патронов почти не было — и сделал пару выстрелов. Громкий шум привлёк внимание Девилджо.

На этот раз Девилджо не бросился вперёд, а сделал два шага к нему, чтобы сократить дистанцию. Голова монстра взметнулась — знакомый жест. Жон отступил, когда земля перед ним взорвалась, прикрыв глаза от летящих обломков, а затем отскочил за спину Линки, чтобы дать ей снова ударить молотом по подбородку Девилджо.

Рейфер тоже внёс свою лепту, выбив тому глаз своими снарядами и вызвав визг у монстра. Девилджо почти потерял интерес к Жону, но тот снова привлёк его, начав обстреливать его второй глаз. Угроза полной слепоты быстро вернула его внимание, и Жону пришлось уклоняться от очередного удара подбородком.

От этой атаки у зверя вылетело несколько наружных зубов. Жон задался вопросом, заметил ли монстр это.

Линка выбила ещё пару зубов, и Жон, оставаясь рядом, чтобы дразнить Девилджо, вскоре стал её любимым человеком на свете, пока она отрывалась на монстре со своим молотом. Массивный подбородок под её ударами покрылся вмятинами, в нём появились трещины.

Команда разразилась радостными криками, когда они увидели, как первая из этих трещин раскололась, обнажив мягкую плоть под твёрдым панцирем.

К этому моменту Девилджо возненавидел уже всех, а не только Жона. Когда у монстра под ногами суетилось столько раздражителей, он решил атаковать всех сразу. Мощные мышцы напряглись, монстр присел, а затем подпрыгнул.

— Врассыпную! — одновременно крикнули Жон и Логи.

Рейфер уже был в безопасной зоне. Логи на бегу подхватил Эску. Линка откатилась в сторону.

Жон проскользнул под падающим Девилджо, бросил там свой камень и включил ракетные ботинки на полную мощность, чтобы убраться из зоны поражения.

Девилджо рухнул вниз, и одна его лапа приземлилась прямо на валун. Под весом монстра камень ушёл в землю, но не раньше, чем тот поскользнулся на неожиданном препятствии. Вместо того чтобы приземлиться на две ноги, Девилджо всем телом упал на бок, вызвав землетрясение, от которого все пошатнулись.

Когда они снова обрели равновесие, Девилджо всё ещё лежал. На их лицах расцвели одинаковые ухмылки.

Жон указал на монстра.

— В атаку!

Охотники с радостью подчинились, бросившись со всех сторон и обрушив на него свои самые разрушительные атаки. К вечной зависти Жона, Логи получил шанс продемонстрировать всю мощь пушко-копья, ввинчиваясь в пробитую шкуру монстра. Массивный болт из арбалета ударил в то же место, взорвался и расширил рану, подготавливая её для третьего члена отряда.

Линка, оказавшаяся на противоположной стороне монстра, взбежала по склону с заведённым за спину молотом. Подпрыгнув, она бросила тяжёлое оружие вперёд и, следуя за инерцией, закрутилась в тугой вихрь, раз за разом обрушивая молот по всей длине Девилджо и приближаясь к своей цели.

Из телефона Жон услышал, как Сплетница простонала от головной боли. Странная всё-таки девушка — умная, но иногда её сбивают с толку простейшие вещи.

Последний удар молота пришёлся по испещрённому вмятинами подбородку Девилджо. Монстр дёрнулся и обмяк, словно из него вынули все кости.

Красные, светящиеся мышцы поблекли и втянулись обратно под кожу.

Они его оглушили.

Рейфер крикнул:

— Логи, бросай...

— Уже! — шарики были у него в руке, и охотник метнул их в Девилджо. Они раскололись о морду, выпустив клубы розового дыма, который монстр вдохнул одним глотком.

Никто не шевелился и не издавал ни звука. Шесть пар глаз пристально смотрели на монстра, ожидая реакции.

И как только они начали расслабляться...

Монстр дёрнулся.

— О-оу, — сказал Логи, совершенно не передав серьёзность их положения.

С трудом Девилджо поднялся на ноги. Он качался, как пьяный матрос, но устоял. Его уцелевший глаз мутно вращался, долго и безуспешно ища их команду. Но когда он всё же нашёл, Девилджо уже не отводил взгляда. Из его горла вырвалось рокочущее рычание, вторя урчанию в желудке. На этот раз им двигала не ненависть. Это был голод.

— Вы его недостаточно вымотали, — объяснила Сплетница, впрочем, совершенно излишне.

— Да, мы уже поняли, — сказал Жон. — Что теперь?

Логи ответил:

— Хе-хе. Вот для этого у нас и есть запасные планы. Ведите его к дереву!

Они отступили беспорядочной толпой, уверенные, что враг погонится за «закусками на ножках», которыми они ему казались. В его тяжёлых шагах уже не было грации, Девилджо был слишком сонным, чтобы идти прямо.

Добравшись до дерева, они пробежали под его раскидистыми ветвями, направляя монстра так, чтобы он прошёл через то же место. Жон взлетел на ракетных ботинках на уровень листвы, к переплетению лиан. Многие из них были заранее перерезаны, остались лишь две ключевые ветви, которые определила Сплетница и на которых держалась вся конструкция.

Когда Девилджо прошёл под ним, Жон взмахнул мечом и перерубил последние крепления. Канаты из толстых, прочных лиан обрушились на Девилджо и в последующей борьбе безнадёжно его опутали. Монстр снова рухнул на землю.

— Отлично! — сказал Логи, когда Жон приземлился рядом с охотниками. — Ладно, итак, все, — он обвёл отряд взглядом, встречаясь с каждым глазами. — Это финал. Либо мы его выматываем, и токсины усыпляющих бомб действуют, либо мы убиваем Девилджо навсегда. Каким бы ни был исход, никто не сможет отрицать: это была наша величайшая охота!

Линка, Рейфер, Эска и Жон подняли оружие к небу и одобрительно взревели.

— А теперь — на Девилджо!

Не успел он это сказать, как мимо группы просвистел усыпляющий дротик и вонзился прямо в ноздрю монстра, заставив того чихнуть комком слизи. Второй дротик присоединился к первому. Затем ещё один. Все были выпущены с безошибочной точностью, несмотря на то что цель извивалась, борясь с лианами.

Сами по себе они бы мало что сделали с существом такого размера. Но в сочетании с токсином, уже бушующим внутри, угасающей силой и множеством ударов по лицу... их хватило, чтобы подтолкнуть монстра за грань сознания.

Красный глаз моргнул. Моргнул снова, медленнее. В третий раз веко опустилось и уже не поднялось.

Голова медленно упала на слой лиан. Девилджо перестал бороться.

Вскоре послышался храп.

Люди, стоявшие над спящим монстром, одновременно повернули головы в одну сторону. Их взгляды упали на полоску песка вдоль побережья, где девушка позировала, выставив вперёд бедро и держа арбалет наготове. Мило улыбаясь, она помахала им, пошевелив пальчиками.

Сплетница украла у них добивание!

* * *

Деревянные ворота распахнулись, пропуская процессию.

Первыми прошли неуклюжие тягловые динозавры, тащившие за собой телегу длиной с грузовик. На телеге покоился Раталос, и солнечные блики, бегущие по его алым чешуям, так и притягивали чужие взгляды.

За первой тянулась вторая телега, и если предыдущая просто привлекала внимание, то эта приковывала его к себе. Монстр, которого в Новом Свете никто и никогда не видел. Вид, считавшийся обитающим лишь за морями. Девилджо, известный как «Пожиратель Миров» за свой всепожирающий голод, пересёк ворота. Живой.

Среди зевак одна исследовательница выронила из рук стопки докладов и сглотнула слюну. Какой-то охотник-обжора глянул на куцее куриное бедрышко в своей руке, потом — на ноги Девилджо и... тоже сглотнул слюну.

А уж затем явились герои дня. Охотники на монстров, и двое чужаков. Их встретил бурный восторг, и так Жон впервые увидел Астеру.

Это был скорее форпост, чем поселение. Астера была построена ради функциональности. Играя роль и убежище, и укрепления. Но прежде всего она была построена как...

— Это что, корабли?

Логи рассмеялся, обернулся и распахнул руки:

— Добро пожаловать в Астеру, друзья! Здесь корабли наши дома!

Он вовсе не шутил. Жители Астеры следовали принципу, что всему можно найти второе применение. Многоуровневый форпост тянулся вверх вдоль водопада и состоял из десятков кораблей, списанных после завершения плавания к этим берегам. Корпуса и паруса превратились в навесы, дающие тень в порту; один клипер и вовсе перевернули вверх килем и водрузили на мачты. Полы здесь были из палубных досок, как и мостики, пересекающие бухточку. Корабли, вбитые в скалы, становились готовыми к заселению домами, громоздясь друг на друга и образуя целый жилой район.

Над поселением, на отдельных каменных шпилях, балансировали две половины корабля, не разваливаясь только благодаря соединявшим их балкам-растяжкам.

Сплетница покачала головой, глядя на эту хаотичную застройку:

— Какой же сумасшедший дом...

Такова была её оценка. У Жона же, пока он шёл за Логи и остальными через верфь и вертел головой во все стороны, сложилось другое впечатление. Да, отдельные части казались беспорядочными, а множество голосов и мяуканье сливались в шумный гвалт — но все, и люди, и кошки, двигались с какой-то целью. Иногда бегом. Всегда куда-то, с чётким пунктом назначения в мыслях. Тысяча разных историй, связанных одной общей задачей.

Задачей Гильдии. Исследовательского Комитета Нового Света.

Здесь город никогда не спал. Никогда не прекращал расширяться.

Вскоре Рейфер, стрелок, отделился от группы, чтобы доложить о находках. Он направился в угол форпоста, где у заваленного картами и бумагами стола стоял седой старик, который выглядел так, будто для развлечения жмёт от груди взрослых людей. Старик встретился с Жоном взглядом, затем скользнул глазами к Сплетнице, острым прищуром подмечая то, что выбивалось из привычной картины Астеры. Потом он расхохотался и одобрительно кивнул парочке.

У Жона возникло чёткое ощущение: этому человеку очень понравится новость о грядущем нашествии раталосов.

Их направили на подъёмную платформу, и он залюбовался системой водяного колеса и блоков, которая подняла их на один из верхних мостов. В этой грубоватой простоте скрывалась настоящая изобретательность местных жителей.

Когда они сошли с платформы, Линка попрощалась, поправила мешок с современным огнестрельным оружием на плече и кивнула в сторону входа в ближайшее здание. От распахнутых дверей исходил жар и струился оранжевый свет.

— Пойду оформлю заказ на снаряжение. Так они поторопятся и сделают всё к вашему уходу завтра.

Охотники здесь были уверены: оружие, особенно гранатомёт, и патроны, которые Жон им оставлял, заинтересуют кузнецов настолько, что те пойдут им навстречу.

— И я последний раз спрашиваю, — продолжила Линка, — вы точно согласны с разделом добычи?

Жон кивнул:

— Мы не можем торчать здесь много дней, пока Девилджо будут изучать, так что пусть его части достанутся вам. Хотя я не могу не спросить о том же. Раталос...

— Один из многих, что ещё появятся, — закончила она за него, и Логи с Эской согласно загудели. — Скоро мы по уши будем в снаряжении из раталосов. А Девилджо — редкость. Огромная редкость. Из его костей выйдет просто чудесный молот, — любительница молотов с энтузиазмом сжала кулаки.

Перед её восторгом Жон смог только усмехнуться:

— Справедливо.

Обе стороны получали лучшее — на что тут жаловаться?

Ну...

Когда Линка ушла, Жон обернулся к Логи:

— Я всё равно считаю, что нам лучше уйти сейчас. Портал начинает чудить, как только наша причина быть в этом мире исчерпывается.

Логи и слушать не хотел:

— Вы заслужили эти трофеи, и вы заслужил отдых. Таков ритуал охоты. Если ваш портал такой умный, как ты говоришь, он всё поймёт.

Сплетница приложила ладонь к лицу:

— Я же объясняла: это так не работает! Сложная программа — не значит разум или понимание!

Логи только пожал плечами:

— Портал в роще мохосвинов, верно? Поисковые отряды уже разносят весть. Наши ребята, которые пойдут в лес этой ночью, проверят его. Если там начнутся странности, о которых вы предупреждаете, мы сразу вам скажем. А если нет, чего тогда переживать?

Этот спор они вели не в первый и даже не в пятый раз. Охотники настаивали на празднике. Как только они узнали, что тот портал в Дануолле распространялся постепенно, а не сразу, и начал сворачиваться, как только Жон со Сплетницей покинули ту вселенную, никакие мрачные предостережения уже не могли охотников переубедить.

— Просто... — Жон сдался. — Просто не трогайте его.

— Мы народ осторожный, угу? А теперь, вперёд! Вам надо попробовать нормальную еду!

Это была ещё одна точка разногласий. Местные пришли в ужас, узнав, что Жон считает «нормальной» порцией ужина, — не говоря уже о Сплетнице с её крошечными порциями. Линка даже прослезилась от сочувствия к их паре.

Жон бы солгал, если бы сказал, что его это не соблазняет. Какие там дино-наггетсы — он может испробовать реального драконьего мяса!

Ну, или виверны. Да какая разница. Засчитывается. А кому не нравится, пусть возразит ему в лицо, как и насчёт его титула (подтверждённого ещё дважды в этот славный день!) драконоборца.

Пройдя в противоположную от кузницы сторону, они поднялись к шумной столовой. Она располагалась на выступе с просто фантастическим видом на форпост и окрестные земли. Но внимание Жона привлекло не это.

Коты.

Повара-кошки готовили в выдолбленных в скале печах в форме кошачьих голов, а всё вокруг было украшено «котоискусством». Один такой повар выделялся, и не тем почтением, которое ему оказывали остальные. Это был кот-богатырь: мышцы на мышцах бугрились под его шерстью.

Он окинул Жона и Сплетницу взглядом и обомлел.

— Кто морил этих детей голодом?!

Логи замахал руками:

— Никто!

— Врёшь, — прошипел кот. С грохотом опустив свой гигантский нож на разделочную доску, он ткнул им в сторону Жона. — Он же весь щуплый, — это слово прозвучало с той же скорбью и ужасом, с какими говорят «ему уже не помочь» или «какое чудовище могло так поступить».

Жон тихонько напряг руку, потыкал в бицепс, проверяя свою форму. Он же не щуплый... или да?

Сплетница странно на него посмотрела.

— И он не будет таким, если ты его покоромишь, Мяускульный Шеф, — парировал Логи. — Потому-то мы и пришли сюда после охоты. Чтобы они поднабрали массу, как ты всегда говоришь, — он перегнулся через каменную стойку и понизил голос: — И ты только представь: они ни разу не ели мясо виверны.

Мяускульный Шеф (и это же наверняка прозвище, так?) ахнул.

— А эта девчуля считает помидоры «немного противными».

Мяускульный Шеф без чувств рухнул в объятия своих помощников.

— Ах да, и они сказали, что двух куриных яиц — это достаточно белка на весь день.

Это стало последней каплей. Даже другие кошки на кухне выглядели оскорблёнными. Они взревели (то есть взмяукали) боевой клич вместе с Мяускульным Шефом, который уже выкрикивал приказы подчинённым, вопя о том, что Жону и Сплетнице отчаянно нужны какие-то «массы».

Логи злодейски ухмыльнулся, ведя их к свободному столу и на ходу прихватывая два лишних стула для отсутствующих товарищей:

— Друзья мои, сегодня мы будем жрать до отвала! После такого, сомневаюсь, что Мяускульный Шеф отпустит кого-то из нас раньше пятой смены блюд.

— ...Скажи, что ты шутишь, — отозвалась Сплетница. В её голосе дрогнула нотка, выдававшая, что ответ она уже подозревает.

Эска, вскарабкавшись на соседний стул, мягко похлопала девушку по руке и покачала головой.

Сплетница побледнела, а Жон стукнул кулаком по каменной столешнице, принимая вызов.

Открытая столовая позволяла ему наблюдать за работой поваров как на ладони, и от этого зрелища у него громко заурчал живот. Куски мяса тяжелее его самого резали на толстенные ломти или отбивали в котлеты. В каменных печах пылал огонь, и в воздухе витал густой аромат жареной на гриле рыбы. Золотистые зёрна жареного риса весело плясали в гигантском воке.

В мгновение ока перед компанией вырос настоящий пир. Жон сомневался, что они вообще смогут его осилить, даже с учётом вернувшихся за стол Рейфера и Линки. А потом он увидел, как повара принимаются за второе.

Ох-хо-хо.

С первого же кусочка драконьего мяса Жон влюбился. Стейк был толщиной с его руку, но после готовки стал таким нежным, что разваливался от малейшего прикосновения. На вкус он не был похож ни на одно животное, которое он пробовал раньше; природная пряная остринка идеально сочеталась с кувшином медовухи, который ему подали. Овощи были в каждом блюде — такие хрустящие и свежие, что он почти физически ощущал, как его тело наливается силой с каждым ломтиком моркови или листом салата.

...И всё было именно так. Еда не ложилась тяжестью на желудок, не вызывала вздутия. Наоборот, казалось, он мог бы сейчас налегке пробежать марафон, а потом вернуться и продолжить трапезу. С каждой новой порцией вкусы будто становились только острее, а яркость ингредиентов ощущалась на языке иначе, чем минуту назад.

Сплетница не сводила с него глаз, пока он сметал блюда и переходил ко второй подаче. Когда она с трудом осилила вторую, он уже был на третьей. На этом она и Эска сошли с дистанции. Он пошёл за четвёртой.

Охотники брали уже шестую. И тут даже ему пришлось отступить и сказать: «хватит».

Где-то в этот момент, когда он сидел, лениво перекусывая, болтал с охотниками и вполуха слушал, как Эска выпытывает у Сплетницы истории о других мирах, его и осенило.

Сегодня была его первая настоящая охота.

Без смертельной засады, вынуждающей драться. Без запутанного клубка проблем, который надо было распутывать. Он узнал о монстре, который доставляет неприятности, собрал команду и отправился по его следу. Они одолели его и получили плату. После тяжёлого дня мир стал чуточку безопаснее благодаря ему. Именно ради такой жизни он и стал Охотником.

Но в памяти остались и ценились им больше всего неспешные, беззаботные моменты. Прогулка по лесу и знакомство с местной флорой и фауной. Болтовня с Логи и Эской, пока они карабкались на дерево, больше похожее на гору. А ещё те потрясающие виды.

Это шло вразрез с тем, чему учили в Биконе: ценить скорость и эффективность, ставить бой превыше всего. Со временем он бы научился отключать все мысли — и хорошие, и плохие — до тех пор, пока гримм не будет мёртв. Важно было только одно: Охотник должен завершить охоту без промедления. Жители Ремнанта зависели от этого каждый божий день.

Жить можно было потом, когда работа будет сделана.

Здесь же охотники жили всегда. Даже во время охоты они жили.

Он им завидовал. Завидовал тому, что мир не желает их смерти. Что, как бы им ни было тяжело, они могут существовать в гармонии с природой. Что они смеются потому, что хотят, а не потому, что должны. Этот мир казался ему более справедливым.

Наверное, поэтому он и позволил этим ребятам уговорить себя остаться на ночь.

Натянув улыбку, он схватил динозаврье бедрышко и откусил от него огромный кусок, снова вливаясь в общее веселье — перебрасываясь шутками с охотниками и пересказывая им байки о своих приключениях.

Завтра будет новый день. А сейчас, когда солнце садилось над Астерой, Жон решил ещё немного побаловать себя обманом.

И помечтать, что именно такой жизнью ему и было суждено жить.

* * *

На следующее утро Жон вышел из кузницы в новом снаряжении.

Остановившись перед Сплетницей, он покрутился на месте, давая той рассмотреть себя со всех ракурсов, а потом развёл руки.

— Ну? Как тебе?

Сплетница наклонилась поближе, подпёрла подбородок рукой и долго, тщательно оглядывала его с ног до головы. А затем она вынесла вердикт:

— Очень по-самурайски. Очень... — она метнула взгляд в сторону, на миг замялась и снова посмотрела на него. — Очень по-японски, — решила она.

Жон широко улыбнулся:

— Значит, нравится?

Улыбка его немного померкла, когда она оставила этот вопрос без ответа.

Ну и ладно. Ему нравилось, и это главное. Раталоская чешуя и металлические пластины с подкладкой из перепонок крыла превращали адский жар кузницы в тёплый ветерок, а испытания защиты брони его и вовсе порадовали. Мощный удар мечом соскользнул по его руке, едва поцарапав Ауру, — раньше от такого она бы просела куда сильнее.

Незаметной эту броню, конечно, не назовёшь. Красно-чёрная чешуя переливалась на свету, покрывая его с головы до ног. Обувь, как он и просил, делать не стали, но кузнецы изготовили внешние пластины, которые можно было пристегнуть к его ракетным ботинкам. В стратегических местах расположили острые шипы для атак в ближнем бою. Полный шлем скрывал его лицо, оставляя для глаз лишь узкую щель. В целом получился агрессивный образ. Эта броня была выкована для битвы, а не для игр.

И уж точно не для прогулок по улицам современного города. В Вейле, конечно, понимают, что Охотнику нужны бронежилет или наплечники. Но из обычных материалов. А когда твой наряд почти целиком состоит из гигантской ящерицы, на тебя будут коситься всю дорогу.

— Придётся держать такое в Кармане, да?

Сплетница кивнула:

— Я бы советовала, да. Оставаться неприметными нам пока только на руку. Её сложно надевать?

— Вовсе нет, — ответил Жон. — Если поторопиться, минуты две, не больше. Бронники показали мне пару уловок, как можно делать это быстрее.

— Две минуты? Недурно. Если угроза не свалится как снег на голову, можно ходить в обычной одежде, а переодеваться тогда, когда почувствуешь, что запахло жареным... — она снова оглядела его. — Слушай, а ты можешь...

— Что?

— Допустим, броня в твоём Кармане. Ты можешь извлечь её так, чтобы она сразу оказалась на тебе? А не в руке?

Жон хотел было ответить, но замолчал и задумался.

— Не знаю, — заключил он. — Никогда не пробовал. С рукой всегда казалось как-то естественнее.

— Тогда попробуй. Это может превратить две минуты в две секунды, — посоветовала она и довольно улыбнулась, когда он кивнул. — Ну а теперь, где твоя новая блестящая дубинка? Дай посмотреть! — хихикнула она, делая вид, что заглядывает то туда, то сюда, хотя прекрасно знала, где она.

Они возникли из воздуха.

Последовав её совету, он представил, как щит появляется прямо на руке, а ремень охватывает его предплечье. Результат намекал, что Сплетница подкинула ему очень интересную идею, которую стоило изучить.

Как и Кроцеа Морс, это был щит-«утюг», и Жон подумал, что у его создателя, должно быть, чувство юмора было с избытком. И иронии тоже, ведь щит был сделан из частей спины Раталоса — как раз из-за того места, которое Жон разнёс в щепки. Красно-чёрная чешуя повторяла изгиб хребта, а выступающий гребень мог отводить удары в стороны.

Огнеупорный щит, защищающий материалами, которые не смогли уберечь своего прежнего владельца.

Впрочем, щит уже выдержал залп фугасных снарядов, так что жаловаться грех. Кузнецы знали своё дело.

В другой руке он держал то, что Сплетница насмешливо назвала «дубинкой», и его удручало, насколько точным было это слово. Пушко-копьё по сути и было большой палкой на тот случай, когда маленькая не справляется.

Вообще, сперва он попросил улучшить Кроцеа Морс. Кузнец взглянул на клинок и тут же стукнул Жона по лбу клещами за глупый вопрос. Сплавить металл и кость Раталоса в единое целое было невозможно. Меч из частей монстра — это уже совершенно другой меч, не Кроцеа Морс. В итоге рукоять просто обернули тонкой лентой из чешуи Раталоса для лучшего хвата, и на этом обновки закончились.

Создать что-то новое было проще. В духе охотничьей философии, основу копья составил тот самый хвост, что он отрубил: его личный трофей, обретший новое предназначение в его руках. Оружие это было толще и короче турнирного копья, а часть над рукоятью делилась на два сектора.

Нижняя половина — оружейный, огнестрельный цилиндр, усиленный материалами Раталоса и стянутый металлическими обручами, чтобы выдерживать жар от различных зажигательных боеприпасов: от фугасных и «драконьего кола» до «драконьего огня».

Верхняя половина — собственно копьё, которое служило и кожухом для скрытого внутри ствола. Наконечник был выточен из главного хвостового шипа Раталоса и гармонично сливался с тёмным металлом вокруг.

К весу и балансу ему ещё придётся попривыкать. Но бьёт такое оружие тяжело, колет исправно, да ещё и стреляет. Ну что тут может не нравиться?

Красный Грач

Вселенная: «Monster Hunter»

Копьё. А ещё пушка.

Длинное, толстое и твёрдое. С ним в руке можно рычать с мощью Раталоса.

Отказ от ответственности: не предназначено для использования с собственными Огненными атронахами.

— Ого-го, гляньте-ка, а вот и настоящий охотник! — раздался голос.

Жон и Сплетница обернулись: с подъёмной платформы у кузницы к ним шагали трое охотников. Логи подошёл первым и одобрительно осмотрел его раталосовское снаряжение, особенно пушко-копьё.

— Металлический кожух? А неплохо. Я лично предпочитаю кость, но для этого лучше Анжанат, у него она плотнее.

В присутствии эксперта Жон тут же погрузился в обсуждение тонкостей оружия, сравнивая пушко-копья.

Пушко-копьё было куда более капризным оружием, чем, скажем, молот. Его, как и любой огнестрел, нужно было время от времени разбирать для обслуживания. В бою связка «пушко-копьё/щит» в чём-то напоминала его нынешний стиль «меч-щит», но из-за разницы в размерах ему придётся приспосабливаться к другому темпу боя, не говоря уже о множестве других нюансов. У Логи нашлась сотня таких советов, и Жон жадно их запоминал.

Однако вскоре он не выдержал:

— Эм-м... а что это за бочка?

Между Рейфером и Линкой, которые притащили её сюда, стояла бочка, доверху набитая растениями, фруктами, вяленым мясом, склянками с зельями, клетками с жуками, патронами и всякой мелочью.

Логи отпрыгнул к своим товарищам, и троица с театральным жестом указала на бочку.

— Это наш подарок вам!

— Ну разве мы не офигенные?

— Я добавила свой личный запас вяленого додогамы. Пальчики оближешь!

Сплетница прищурилась, глядя на это представление.

— Они что-то скрывают.

Логи прижал руку к сердцу, изображая смертельную обиду:

— Что? Какой вздор!

— Постойте, постойте, — прервал их Жон, указывая на бочку. — Вы откуда это всё взяли?

— Купили, конечно, — ответил Рейфер. — За одно утро мы бы столько не набрали, а у квартирмейстера на складах всегда можно быстро раздобыть всё необходимое.

— Кошачья шерсть... — пробормотала Сплетница.

— Нам Эска помогала, — быстро вставил Логи.

Жон не знал, какую загадку на этот раз разгадывала Сплетница. Его больше волновало, что эти трое потратили столько денег. Это явно им обошлось недёшево.

— Я не могу это принять. Это же припасы, которые вам самим пригодятся!

— Да неужели? Хочешь вернуть нам? — прищурился Логи. — А что, если мы скажем, что первым делом швырнём всё это в гавань? Звучит весело, правда, Линка?

Линка кивнула с абсолютно серьёзным лицом.

— Я... — Жон запнулся, глядя им в глаза, и вздохнул. — Серьёзно, ребята?

— Просто прими это, Жон. Мы всё уже обдумали, — на губах Логи мелькнула лёгкая улыбка. — Это решение, которое всех устроило.

Рейфер повернулся к Логи:

— Хотя, знаешь, если приглядеться, его слабенькие ручки-макаронины вряд ли поднимут эту бочку. Может, ему тележку подогнать?

Жон фыркнул от шутки. Смахнув с уголка глаза набежавшую слезинку, он шутливо ответил:

— Да? А ты забыл мой фокус, Рейфер? — он положил ладонь на бочку.

И когда бочка исчезла, он и вправду увидел, как на их лицах на миг отразилась паника: они вспомнили, что он умеет убирать вещи в свой Карман.

— Какого?.. — Жон уставился на кошку, появившуюся на месте бочки. Точнее, на Кошку. — Эска? Почему ты сидела в бочке?!

— Э-хе-хе... — Эска нервно потёрла лапкой ушко.

Жон резко обернулся к троице охотников:

— Вы знали об этом?

— Знали, — подтвердила Сплетница прежде, чем они успели ответить.

Тут же вся история вылилась наружу.

Прошлой ночью, когда Жон и Сплетница уже легли спать, Эска попросила их о помощи, и вся компания состряпала план. Раз уж они всё равно собирались готовить прощальный подарок, почему бы не сложить всё в бочку? А потом сделать двойное дно, чтобы внутри спряталась Эска? Так она смогла бы проскользнуть с ними через портал и отправиться исследовать другие вселенные!

— Я же говорил вам, что до сих пор не знаю, работает ли портал в обе стороны! — отчитал их Жон.

Они не понимали. Или понимали, но им было всё равно. Для кошки риск уйти навсегда стоил шанса всей жизни.

А её друзья? Они болели за неё и твердили, чтобы она следовала за своей мечтой.

— Послушай, Жон. Даже если её не будет рядом, мы будем знать, что где-то там и у неё всё хорошо. И нам этого хватит, — объяснил Логи, указывая пальцем в небо, за горизонт.

— Но в пути нас, и её, могут убить тысячи опасностей! — возразил Жон.

— И ты не помешаешь этому случиться? — приподняла бровь Линка.

— Ну... помешаю, конечно.

— Тогда мы не видим причин волноваться, — сказал Логи. — Ты сам говорил, что монстры есть не везде, и я хочу, чтобы Эска увидела такие миры. Любопытство привело её в Новый Свет, и теперь оно ведёт её к следующему месту, вместе с вами. И однажды Эска найдёт дорогу домой и расскажет нам обо всех своих приключениях. Это не прощание.

Эти ребята...

Слишком беззаботные, слишком полные надежд. Слишком хорошие.

Давить на их чувства было бесполезно, ведь их сердца уже направляли их поступки.

Тогда Жон схитрил и обернулся за помощью к Сплетнице. Её логика должна была победить.

Но прежде чем острый язычок Сплетницы успел разнести в пух и прах этих добрых, но легкомысленных охотников, Эска прыгнула ей на шею и обняла.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — взмолилась кошка. — Мне так понравились твои истории, и я хочу услышать ещё больше! Про Аладдина! И Робин Гуда! И Шерлока Холмса!

Прижавшись к ней, она позволила Сплетнице ощутить свою пушистую-препушистую белую шерсть и мягкое мурчание.

Сплетница фыркнула на эту откровенную и, честно говоря, дилетантскую попытку надавить на жалость. Закатив глаза, она развернула Эску и крепко прижала к себе, устроив её головку у себя под подбородком.

А потом взглянула на Жона с гримасой смущения и поражения.

— ...Я не против.

Жон закрыл лицо ладонью.

— Ладно. Тогда решено. Я сдаюсь. Эска идёт с нами.

Среди охотников раздался радостный клич, такой искренний и счастливый, что он и сам невольно улыбнулся. Подняв голову, он продолжил:

— А вы все идите сюда. У меня для вас тоже есть подарок. Штука под названием Аура.

Он ухмыльнулся, и охотники ухмыльнулись в ответ.

— Эти монстры даже не поймут, что их прихлопнуло.

* * *

Вселенная: «Monster Hunter»

Локация: Древний лесСобытие: Охота на РаталосаДобыча: пушко-копьё «Красный Грач», броня из Раталоса, лечебные травы, противоядные травы, усыпляющие травы, синий гриб, грибы-мандрагоры, семена силы, семена стойкости, ослепляющие жуки, громовые жуки, священные жуки, горькожуки, пчёлы, лечебные зелья, энергетики, противоядия, различные рецепты зелий, ингредиенты для еды, точильные камни, запчасти для пушко-копья, фугасные боеприпасы, рецепты боеприпасов, массы, одобренные Мяускульным Шефом, мохосвины (×4).~Дзынь-дзынь~ Палико Эска присоединилась к отряду!