Кое-что общее (гет)

Том положил руку на спинку дивана в общей гостиной Слизерина и забросил ноги на стол. Чем больше места занимаешь, тем сильнее кажешься доминантной фигурой, а именно этого Том и добивался. Он разложил пергамент на одной из книг и раскрыл перед собой еще две. Джинни устроилась в глубине собственного сознания. Легкое чувство вины за то, что он делал за нее домашнюю работу, было придушено тем, что ему самому это нравилось.

Том очень любил историю магии и жадно слушал очередную нудную лекцию Биннса, параллельно развлекая Джинни колкими замечаниями о том, где тот ошибся, где в учебнике был упущен тот или иной момент, а где историки просто «выгладили» факты, чтобы выставить волшебников в более выгодном свете. Том обожал историю магии даже до того, как стать дневником, и проглотил множество книг на эту тему еще в школе. Казалось, за один только этот урок Джинни узнала от Тома больше, чем за все предыдущие годы от привидения, пока боролась со сном на его занятиях.

В какой-то момент Джинни чуть не рассмеялась вслух, слушая «свой» внутренний монолог о том, как безжалостно Биннс «причесывал» прошлое, и ее искренняя непосредственная реакция привлекла внимание даже обычно флегматичного преподавателя:

— Мисс Уизли, у вас вопрос?

— Нет, сэр, — ответила Джинни, — мне просто очень нравится рассказ.

Призрак буквально раздулся от удовольствия едва ли не впервые за все эти годы, а соседка Джинни неприятно ухмыльнулась, глядя в ее сторону. Том же продолжил сыпать полезными и очень интересными комментариями.

Так что, сказала себе Джинни, позволить Тому писать эссе было не ленивым, а очень даже умным поступком. Между тем к ним подошел Тео и, ухмыльнувшись, сел напротив Тома.

— Эй, рыжая, — поприветствовал он. — Любимый предмет?

Том застонал.

— Биннс… Смертельно интересно.

Тео расхохотался, а Драко неторопливо прошелся через гостиную и уселся на диван рядом с Томом — не настолько вплотную, чтобы прижиматься, но и ближе, чем положено друзьям.

— Найдется местечко для меня?

— А я говорил, — мысленно хмыкнул Том.

Будь у Джинни контроль над собственным телом, она бы закатила глаза. Вместо этого она насмешливо пропела, что не стоит так томно вздыхать, глядя на маленькую копию своей первой любви.

— Повежливее, — осадил ее Том.

— И упустить момент сообщить, что Драко тебе нравится? Вот еще.

— Он… очень привлекательный, — сказал Том таким тоном, что стало ясно: обсуждать он это больше не намерен. Джинни подумала, что, если она продолжит в том же духе, Том заставит ее писать эссе самостоятельно, так что она, как могла, мысленно пожала плечами и дала ему вернуться к работе.

Том успел написать несколько абзацев в пергаменте, как вдруг…

— Ну ты и подхалимка, Уизли — так умаслить Биннса!

Том медленно повернул голову и устремил все свое внимание на говорившую: на них смотрела самая нелюбимая соседка Джинни и морщила нос.

— Том… — предостерегающе позвала Джинни: ход мыслей друга ее беспокоил. Он хотел залить комнату кровью этой маленькой хамки и оставить ее задыхаться, умоляя о пощаде. Жестокое зрелище порадовало его даже больше, чем несмелые улыбки Драко.

— Я не буду ее убивать, — пообещал Том с сожалением в голосе, — но сегодня она научится говорить с тобой уважительнее.

— Извини, что ты сказала? — переспросил Том. — Я не расслышал.

Тео перевел взгляд с Джинни на ничего не подозревающую четверокурсницу и обеспокоенно нахмурился.

— Рыжая, — позвал Тео, но Том не обратил внимания.

— Ты так целовала задницу Биннса в классе, — продолжила девушка, — меня чуть не стошнило.

Том спустил ноги со стола и рукой, которая до этого лежала на спинке дивана, медленно потянулся в карман за палочкой Джинни. Все движения были размеренными и спокойными, пока палочка не оказалась у него в руке — и тут он бросился на девчонку. Та даже не успела отреагировать, как Том схватил ее за волосы и выкручивал до тех пор, пока обидчица не охнула и не упала на колени. Он так сильно вдавил кончик палочки в горло слизеринки, что Джинни испугалась — а вдруг тот проткнет ей что-нибудь важное.

— Меня утомило твое нытье, — сказал Том, чувствуя изумление Джинни от того, как спокойно и даже скучающе прозвучал их голос, хотя они оба видели, как образ истекающей кровью обидчицы мелькал в его голове. Сердце Джинни билось в унисон с восторгом Тома.

Он продолжил все тем же обманчиво спокойным голосом, еле держась, чтобы не облизнуть губы:

— Ума не приложу, как такая идиотка попала в Слизерин, но если ты еще хотя бы раз взглянешь на меня так, как мне не понравится, заставлю думать, будто ты горишь заживо. И буду развлекаться до тех пор, пока ты не изойдешь всеми телесными жидкостями разом и не будешь умолять о смерти. А если очень повезет, даже сможешь после этого соображать. Ну, разве не прелестно?

— Предательница крови… — процедила девица. Или она очень храбрая, или бесконечно тупая, подумал Том, но уж точно не тянула на хитрую и расчетливую слизеринку.

Том на мгновение позволил ей почувствовать, как угроза воплощается в жизнь. Девчонка раскрыла рот, будто собираясь закричать, но не смогла произнести ни звука.

— Давай-ка еще раз, — сказал Том. — Кажется, ты хотела сказать: «Прошу прощения, мисс Уизли, впредь я буду выбирать выражения».

— Джинни, — предостерегающе позвал Тео еще раз. Том взглянул на него. — В это время Снейп обычно заглядывает в гостиную проверить, все ли у нас в порядке.

Том кивнул, сильнее вдавливая палочку Джинни в шею четверокурсницы:

— Что ж, похоже, время на исходе. Я жду.

Девушка прикрыла глаза и прошептала:

— Прошу прощения, Дж… мисс Уизли.

— Впредь я буду выбирать выражения, — подсказал Том.

— Впредь я буду выбирать выражения, — повторила девушка.

Том резко отпустил обидчицу, и та кучей повалилась на пол, а Том как ни в чем не бывало уселся на диван, почти задев бедром ногу Драко, и снова взялся за эссе.

Джинни мысленно толкнула Тома, и он взглянул на Малфоя. Тот изумленно смотрел на Джинни, едва не разинув рот.

— Пожалуй, не буду тебе грубить, — наконец сказал Драко.

Том улыбнулся.

— Точно, — сказал он. — Не стоит.