Гнев Шпиля (гет)

— Ремень, — одновременно сказали Сид и Фриц, встретились взглядами и неловко отвели глаза.

Берт усмехнулся и спросил:

— Почему ремень?

— Ну, он самый странный из снаряжения, а насчёт кольца у нас есть хотя бы смутное представление, что оно может делать. И я думаю, со временем ты сам узнаешь, какие тайны скрывает твоя одежда, — рассудил Фриц, потянувшись за ремнём, чтобы передать его Сид.

Она взяла ремень, приложила знай-записку к белой чешуе, и на бумаге вспыхнули письмена, будто вырезанные огнём. Сид улыбнулась результатам и сказала:

— Ого. А это довольно полезно.

— Что там? — спросил Фриц, наклоняясь ближе, чтобы заглянуть в знай-записку. Сид просто передала её ему, чтобы он прочитал сам.

——————

Сокровище

——————

——

Пояс Лунного змея

——

Привязка: Дар, Яд, Первозданное.

——

Вместимость: 3/6

——

——————

Вложенные способности

——————

Аспект Змея

Хитро скользи, чешуёй сияй, раздвоенным языком, смертельный укус скрывай.

Даёт малое увеличение Ловкости, Грации, Скорости и Рефлекса.

Привязка: Дар, Первозданное.

Цена: два.

Длительность: одна минута.

Восстановление: нет.

——

Ядовитый удар

Капает смерть, угроза тонка, порез сулит, сожаление до дна.

Ваш удар при контакте накладывает смертельный яд.

Привязка: Яд.

Цена: один.

Длительность: Удар: три секунды, Поражение: девять секунд.

Восстановление: нет.

——

——————

Фриц повторил вслед за Сид:

— Ого, — а потом продолжил: — Ну, теперь осталось только решить, кто будет им пользоваться.

— Дай посмотреть, — потребовал Берт.

Фриц передал ему записку, и тот одобрительно присвистнул.

— Он отлично подошёл бы любому из нас, — вздохнул Фриц.

— Не сильно полезен тем, у кого уже есть Удары. Не думаю, что можно совмещать две Способности Удара, — высказалась Сид.

— Правда? — спросил Фриц. Он такого раньше не слышал. — А я слышал, что одна из главных стратегий восходцев — получить как можно больше Ударов.

— О да, но это другое. Твоя магия обычно не мешает сама себе, а вот магия предмета отличается, потому что идёт не из твоего Санктума.

— Хм-м, — произнёс Фриц, одновременно радуясь, что не он один занимался исследованиями, и испытывая раздражение, что пропустил именно этот факт. Это заставило его задуматься, сколько ещё дыр в базовых знаниях ему предстоит закрыть, и в животе у него всплыло беспокойство.

— К тому же тебе могут предложить эволюции, которые объединят твои удары, оставив больше ячеек Способностей, — сказала Сид, использовав грубое слово «ячейки» вместо правильного академического описания — Каналы Способностей.

Фриц уже собирался отчитать её за бандитский язык, но отвлёкся, когда Берт спросил:

— А что это за Вместимость у пояса?

— Ну, пояс использует магию из себя, а не из тебя, так что стоимость сотворения его Способностей берётся из его Вместимости, — пояснил Фриц, которому пришла светлая мысль начать разбирать своё снаряжение и перекладывать его в новый дорожный рюкзак, пока они разговаривают. Сид увидела, как он начал опустошать потрёпанные сумки, и последовала его примеру.

— О, и там три из шести. А как пополнить? — спросил Берт.

Фриц замер с сумкой в руке, ошарашенный вопросом и внезапно почувствовав себя меньше обеспокоенным собственными пробелами в обучении.

«Разве не все это знали?»

— Золотом, Берт. Золото — нереактивный носитель маны. Одна золотая триада заполнит одну единицу Вместимости предмета, — объяснил Фриц, всё ещё искренне потрясённый тем, что Берт этого не знал.

— О, — Берт задумался над последствиями. — А мы можем получать ману, вытягивая её из золота?

— Нет, мы же не Сокровища, — заявила Сид.

— Говори за себя. Я, между прочим, считаюсь настоящим сокровищем, — заявил Фриц, подмигнув своим самым обаятельным образом, что заставило Сид лишь фыркнуть, а Берта — серьёзно кивнуть.

— Но в каком-то смысле мы можем вытягивать ману из золота, — противореча сам себе, сказал Фриц и продолжил, когда Сид вопросительно на него посмотрела: — Ну, золото и всякие другие материалы используют в зельях, ковке и создании магических предметов. Так что если ты пьёшь зелье восстановления маны, можно сказать, что в косвенном смысле ты пьёшь золото.

Сид вздохнула.

— То есть нет. Мы не можем есть золото ради маны, — подвела она итог, явно утомлённая его софистикой и легкомыслием.

— А что происходит с золотом, когда им наполняют магический предмет? — спросил Берт, тоже присоединяясь к перекладыванию снаряжения.

— Ну, сможем проверить, когда вытащим сердце быка, — сказал Фриц. — Будет интересный урок, а если он будет интересным, ты, может, его запомнишь.

Берт мудро кивнул, потом, не желая ждать дольше, бросил укладывать вещи, взял молоток и долото и направился к статуеподобному телу зелёного стеклянного быка. Он приложил чёрный металлический клин к полупрозрачной шкуре быка и принялся колотить стальным молотком.

Крошки зелёного и золотого стекла отлетали от быка при каждом ударе. Берт вбивал долото в конструкта, продвигая его, как чёрный шип злобы, к огромному золотому сердцу быка. Долото застряло неподвижно; дальше его забить не получалось. Берт ухмыльнулся так, будто ему пришла блестящая идея. Он окутал молот силой Оглушающего удара и ударил; рябящие волны плавно перешли в чёрный металл, заставив его быстро завибрировать.

Появились мелкие трещины, затем они выросли, растягиваясь по всему быку. Берт снова ударил Оглушающим ударом, и весь бык разлетелся на куски; большие глыбы стекла с глухим звоном рухнули на пол и покатились во все стороны. В середине груды стеклянных обломков лежало золотое сердце, восхитительно поблёскивая.

Теперь, когда сердце уже не так сильно скрывало стеклянное вместилище, Фриц увидел: это был не шар и не самородок золота, как он думал, а самое настоящее, во имя Богов, огромное анатомическое бычье сердце, целиком сделанное из драгоценного, богатого маной металла. Оно было больше головы Фрица и почти размером с торс Берта.

Берт расчистил немного стеклянных обломков и попытался поднять сердце, глаза его плясали от жадности. Он ухватился за него и крякнул, сумев лишь толкнуть сердце так, что оно неторопливо покатилось по камню и спустя несколько мгновений остановилось перед Фрицем.

— Тяжёлое? — с ухмылкой поддел Фриц.

— Очень, — признал Берт, потирая поясницу.

— Ну, посмотрим, что будет, если наполнить эти предметы маной, — предложил Фриц, хватаясь за белый чешуйчатый пояс.

Он прижал его к бычьем сердцу и... ничего не произошло. Он сосредоточился на поясе и сердце и активировал их так же, как активировал свои Способности. Сердце и пояс засветились золотым сиянием, и он почти почувствовал, как магия течёт из сердца в пояс. От обоих предметов донёсся слабый шипящий звук и глубокий гул.

Пояс перестал принимать ману, сияние угасло, а часть сердца размером с кулак побледнела и начала отслаиваться. Бледные хлопья рассыпались в мелкую пыль, и пыль едва успела опуститься к полу перед тем, как исчезнуть полностью.

— Ого, оно просто исчезает? — изумлённо сказал Берт.

— Да, уничтожается. Попробуй со своей одеждой. О, и ты тоже попробуй с кольцом, Сид, — предложил Фриц. Это уничтожит ещё часть золота, но он рассудил: если они всё равно не могут носить его с собой, какой в нём смысл? К тому же оно может уменьшиться настолько, что его станет возможно передвигать.

Берт обнял сердце, потёрся об него лицом в преувеличенном проявлении любви, а его штаны и жилет вытягивали золотую ману. Кольцо тоже быстро напилось досыта, и сердце потеряло ещё два кусочка поменьше.

— Испытывать их будем? — с нетерпением спросила Сид, надевая тусклое стальное кольцо.

— Давай, — согласился Фриц.

Первым, конечно же, был Берт, и он крикнул:

— Жилет, активируйся!

Вокруг голубого жилета вспыхнуло сияние, особенно вокруг знака сжатого кулака, потом свет угас, не сделав... вообще ничего.

— Ну, это была какая-то хрень, — проворчал Берт. — Я думал, он загорится или что-то такое. Вот это было бы грозно. Кто-нибудь видел, что он вообще сделал?

Сид и Фриц покачали головами, и Берт нехарактерно вздохнул.

Он указал на Сид:

— Твоя очередь.

Она активировала кольцо. До ушей Фрица донёсся низкий мягкий гул, и он увидел цепляющийся полупрозрачный пузырь — или скорее вторую, почти невидимую кожу, — парящую прямо над телом и бронёй Сид.

Фриц вскочил, приблизился к ней и протянул руку, чтобы коснуться её кирасы. Сид инстинктивно отступила. Фриц едва не хлопнул себя по лбу от укора.

«Да что я творю, зачем тянусь туда?»

Он покраснел и заикаясь выдавил извинение:

— Э-э... прости, Сид, забыл про... ну, ты понимаешь... Я просто хотел проверить пузырь вокруг тебя. Понять, что он делает.

— Ага, конечно, — недоверчивым голосом сказала Сид.

— Фриц прошёл путь от лапанья статуй до настоящих живых леди. Я возмущён, — бесполезно провозгласил Берт.

— Я не леди, — заявила Сид, свирепо глядя то на Берта, то на Фрица.

— Да, разумеется, — дружелюбно согласился Фриц, пытаясь разрядить внезапное напряжение.

— Какой ещё пузырь? — спросила Сид, обращаясь к Фрицу.

— А ты его видишь? Он тонкий, но похож на тот невидимый купол на третьем этаже, — Фриц вздрогнул, когда его атаковали воспоминания об ужасах третьего этажа.

— О, — Сид вытянула руку и внимательно её осмотрела. — Да, теперь вижу что-то, когда присматриваюсь. Еле-еле, но оно есть.

— Ты смог увидеть его с того места, где стоял? Вон оттуда? — спросила Сид, хмурясь на Фрица.

— Да, — Фриц постучал пальцем рядом с правым глазом. — Восприятие и, возможно, Осведомлённость, — предположил он.

Сид кивнула.

— Хорошо, тогда проверь пузырь. Только на моей руке, Фриц, — сказала Сид с напряжённой улыбкой, которая говорила: «Даже не думай снова хвататься за меня вот так».

Фриц тихо сглотнул, но послушался, протянув руку и пытаясь коснуться её плеча. Его ладонь встретила сопротивление, как он и подозревал, и он сильно надавил, но всё равно не смог ухватиться.

— Похоже на какой-то барьер. Не могу схватить тебя, — объявил Фриц результаты.

— Полезно знать, — ответила Сид, косясь на Фрица.

Пузырь исчез, рассеявшись слабым голубым сиянием и последним тихим гулом.

— Он только что отключился. Значит, держался сколько? Тридцать секунд? — спросил Фриц. Сид кивнула, как и Берт.

— Надо проверить, насколько хорошо барьер держит удар, — заявил Берт. — На этот раз на Фрице, — поправился он, когда Сид косо на него посмотрела.

— Почему на мне? — простонал Фриц, уже забирая кольцо и надевая его на палец.

— Потому что у тебя меньше всего Силы, — объяснил Берт так, словно Фриц был полным дураком.

— Тогда справедливо, — согласился Фриц и активировал кольцо, почувствовав, как пузырь сомкнулся вокруг него. Он ощутил лёгкое давление на кожу и слабое приглушение окружающего мира.

Сид нанесла короткий удар рукой, который отразился от невидимой второй кожи. Она ударила снова, на этот раз размашистым ударом ноги, и барьер лопнул. Фрицу пришлось уворачиваться от следующей атаки, приседая под ещё одним ударом ногой в грудь.

— Он сломался после ноги! — с лёгкой паникой крикнул он.

— Я знаю, — холодно сказала Сид. — Просто держу тебя в тонусе.

Она улыбнулась ему хищно.

«Расплата, значит? Она всё ещё злится из-за моей оплошности? Или это про выживание: заставь пожалеть, и больше так не сделают?», размышлял Фриц, чувствуя, что мыслит в правильном направлении.

— Значит, тридцать секунд или умеренный удар? — подвёл итог Берт, не вмешиваясь в ссору между Сид и Фрицем.

— Можно с уверенностью предположить, что часть силы тяжёлого удара он тоже примет на себя, — сказал Фриц.

— Можно? В смысле — с уверенностью? — спросила Сид. — Мы можем проверить ещё раз, золота у нас полно.

Фриц вздохнул.

— Ну, на мне проверять нельзя. Тяжёлый удар может меня просто убить, — указал он.

— Ладно. Тогда моя очередь, — предложил Берт, забирая кольцо с протянутой ладони Фрица. — Сид, ударь меня ветряным кулачком. Не сдерживайся.

Берт широко развёл руки, превращая свою грудь в огромную мишень, и активировал кольцо.

— Даже не собиралась, — ответила она.

Ветер хлестнул и закрутился вокруг кулака Сид, и она ударила Берта в живот чистым прямым ударом кулака. Барьер лопнул, мгновенно рассеявшись, а Берта сбило с ног, но он сумел уйти в кувырок, быстро вскочил и встал.

Он похлопал себя по животу там, куда она ударила, и, поморщившись, сказал:

— Ага, часть блокирует, но не всё. Синяк точно будет.

— Полезно знать. Итак, а теперь: как будем делить вещи? — спросил Фриц.

— Ну, мне уже достались жилет и штаны. Я этим доволен, — сказал Берт, покрутившись и продемонстрировав свои голубо-белые одежды во всей их чистейшей славе.

— Я склоняюсь к ремню. Аспект Змея может помочь при разведке или беге, — заявил Фриц, жадно на него поглядывая. — К тому же заклинание удара не помешало бы моей рыб... Ртути.

— Хм-м, мне бы он тоже подошёл, — возразила Сид. — Чередуя типы Удара и Аспект Змея, это хорошо дополнит мою стрельбу из лука, раз уж это дарующая Способность, а такие обычно хорошо взаимодействуют с уже привязанными Атрибутами.

— Почему бы нам не подбросить триаду? — хитро предложил Фриц.

Она нахмурилась, похоже, понимая его игру, и ответила:

— Даже будь она у нас, ты сможешь понять, какой стороной она упадёт, через Осведомлённость или Восприятие. Как насчёт камень, ножницы, бумага?

— И смысл? Чтобы проиграть твоим высоким Рефлексу и Грации? — возразил Фриц, слегка покоробившись тем, что теперь Сид пыталась его обжулить.

Она с раздражением цокнула языком, затем улыбнулась ему озорной улыбкой, которую он мгновенно отразил.

«А не дурна она.»

— Ну, я сломала быку ногу, — указала Сид.

— А я его споткнул и спас тебе жизнь, когда падали копья, — парировал Фриц.

— Я бы справилась, — вхолостую заявила Сид так, будто одного утверждения хватит, чтобы сделать это правдой.

— А я нанёс смертельный удар своим могучим апперкотом, — торжественно возвестил Берт.

— Он лучше подходит к моему наряду, — сказал Фриц, отступая в абсурд довода о модной ценности.

— Ничуть. Белая чешуя и серебряная кираса подходят друг к другу, как сыр и хлеб, — легко возразила Сид.

К раздражению Фрица, Берт, похоже, признал этот довод, улыбнувшись и пожав плечами.

— Этот спор быстро ведёт нас в никуда, — проворчал Фриц, садясь. — Берт, как независимый арбитр, кому должен достаться ремень?

Сид фыркнула от самой мысли, что Берт может быть независимый. Разумеется, она была права: Берт всегда поддержит Фрица.

— Ну, а как насчёт посмотреть, у кого уже больше магических предметов? — предложил Берт, оглядывая их обоих с ног до головы. — У Сид нет ни одного, а у Фрица есть один. Кажется справедливым, если она выберет первой, — удивительно разумно. сказал он.

— У меня ничего нет. Ртуть не считается, — возразил Фриц.

— Он про кинжал говорит, рыбоголовый, — укорила Сид.

— Я... э-э... забыл про кинжал, — слабо закончил Фриц, затем, когда в голову пришла уловка, продолжил чрезмерно любезным голосом: — Знаешь что, Сид, пожалуй, выбирай первой. Так будет только правильно. Дамы вперёд.

Он думал, что она обидится на слово «дамы» и из упрямства уступит ремень, но вместо этого Сид стиснула зубы и не поддалась на наживку. Она схватила ремень, сняла свой собственный «ремень» из грубой верёвки и продела белую чешуйчатую вещь через петли на штанах. Она туго застегнула нефритовую застёжку в форме клыка и встала, уперев руки в бока.

«Теперь она просто красуется. Но выглядит она в нём хорошо», с неохотой признал Фриц про себя.

— Ну, тогда, видимо, я возьму кольцо, — уныло сказал Фриц, ещё раз тоскливо глянув на ремень.

— Глаза выше, Фриц, — укорила Сид с жёсткой улыбкой.

— Я смотрел на ремень, ты это знаешь, — кисло сказал Фриц, надевая стальное кольцо на средний палец правой руки.

Сид лишь продолжала улыбаться, а в её ярко-синих глазах плясало озорное веселье.

Фриц решил заполнить Вместимость кольца, поэтому подошёл к сердцу и втянул в него ману. Заодно он снова наполнил и проклятый кинжал. Ему стало интересно, как Стив сумел совместить Мрачный удар с Ударом костяного кинжала.

«Может, Способности с привязкой к проклятию и тени не слишком мешали друг другу?»

Узнать наверняка, какая у кинжала Вместимость, было невозможно, но Фриц предположил, что около трёх: всегда безопасно рассчитывать на тройки. Также невозможно было точно понять, что он делает, кроме какого-то проклятого удара, который не даёт нанесённым им ранам заживать. По крайней мере, именно это, как он помнил, сказала Заревая Голубка.

Сердце постепенно истачивалось их жадным использованием его маны и стало достаточно лёгким, чтобы Берт смог осторожно поместить его в свой дорожный рюкзак и проверить, станет ли так легче его носить. Это привело к открытию новой и чудесной особенности их рюкзаков: вещи внутри становились легче. Не невесомыми и даже не вдвое легче, но, может, на треть.

А для огромного золотого сердца это было много, даже если оно уже было изъедено ямками от извлечения маны. Берт смог нести рюкзак на спине, хотя и с некоторым усилием. По мнению Фрица это всё равно считалось огромной победой: ему не хотелось бросать столько золота. Берт также настоял на том, чтобы взять бычьи рога. Сид сочла это глупостью, но он просто проигнорировал её замечания.

В итоге Берт продел их через петли рюкзака, предназначенные для спальных скаток или верёвки. Они все вместе подготовили рюкзаки и снаряжение, переложив всё важное в новые дорожные рюкзаки.

— Как распределим зелья? По одному напитку выносливости каждому, а зелье здоровья Берту? — предложил Фриц, держа в руке четыре ценных флакона.

— Ну не знаю, Фриц. Тебя постоянно ранят, возьми зелье здоровья, — возразил Берт, явно тревожась за безопасность друга.

— Ни за что, Берт. У меня ж теперь много трюков, поймать меня куда труднее. А вот ты будешь прямо в досягаемости монстров. Что, если ты получишь такой удар, от которого твоя Живучесть не сможет исцелить? — возразил Фриц в ответ.

Оба, похоже, были полны решимости отдать зелье другому, поэтому Сид вмешалась:

— А давайте его возьму я, а? Я самая шустрая и смогу в случае чего применить его к любому из вас.

Фриц подумал, что это звучит дельно. Если Берт будет ранен так тяжело, что его новые Способности и Атрибуты ему не помогут, он, скорее всего, будет ещё и без сознания. Кроме того, Фриц мог доверить Сид применить зелье на себя, Берта или него самого — и только если понадобится. Она не из тех, кто транжирит ресурсы, и голова у неё на плечах есть. Когда она не в ярости.

— Согласен, — одновременно сказали Фриц и Берт.

Затем Фриц раздал зелья, сунув своё в скрытый кармашек в рукаве рубахи. В штанах Берта, похоже, имелись особые укреплённые карманы именно для зелий, так что он засунул своё туда, а Сид положила флаконы в карман своей рубахи под кирасой, где они будут в большей безопасности.

Пока они перекладывали вещи и выбрасывали рваные сумки и мешки, отжившие своё, Берт издал скорбный стон:

— Фриц, ты понимаешь, что это значит?

— Что? — спросил Фриц, растерянный и встревоженный внезапной вспышкой друга.

— Если мы бросим наши сумки, мы больше не будем сумчатыми братками, — скорбно изрёк Берт.

— Нет! — крикнул Фриц. — Это неправда, мы всё ещё можем быть сумчатыми братками даже без сумок, — безнадёжно возразил он, присоединяясь к безумной игре и краем глаза следя за реакцией Сид.

— Но без сумок... какой в этом смысл? — завыл Берт, тоже поглядывая на Сид.

— Что вы двое тут устроили? Кому не всё равно? — заявила Сид, испытывая раздражение от их представления.

«Идеально.»

— Берт, у меня есть идея. Безумная, но она может сработать, — продолжил Фриц, игнорируя растущее раздражение Сид.

— Что за план, бывший сумкобрат? — спросил Берт в притворном отчаянии, хватая Фрица за плечо.

— Мы заключим Рюкзачный пакт, — смело провозгласил Фриц, в ответ положив ладонь на плечо Берта.

— Гениально! Божественный ум! Архитектор родился вновь! — вскричал Берт. — Сид, быстро сюда, присоединяйся к Рюкзачному пакту!

Сид смотрела на них так, будто они сошли с ума или заболели бешенством. Или и то и другое. Она уже собиралась отказаться, когда Фриц тоже позвал её.

— Сид, ты должна присоединиться. Три рюкзака для тройного пакта, — взмолился он.

С опаской она подошла, вероятно, считая всё это безумием, но Фриц знал: в этом безумии есть метод. Всё, что могло сблизить их, превратить в команду, способную доверять друг другу в беде и радости, даже такая нелепость, как Рюкзачный пакт, того стоило.

Она встала рядом с ними, с дорожным рюкзаком за спиной, как у Фрица и Берта.

— Обхвати наши плечи, Сид, а мы сделаем то же самое, и тогда Рюкзачный пакт будет скреплён, — церемониально произнёс Фриц, будто это был великий священный обряд.

Она уставилась на него с неверием, потом вздохнула и обхватила их за плечи. Они обхватили её в ответ.

— Сим Рюкзачный пакт скреплён. Мы будем командой, пока звёзды не погаснут или Шпиль не падёт. Так говорю я, — возгласил Фриц.

— Так говорю я, — серьёзным голосом повторил Берт.

Затем они оба стали ждать, когда Сид повторит.

Она закатила глаза и произнесла:

— Так говорю я.

Фриц и Берт отпустили плечи и повели себя так же естественно и обычно, как и до этого.

— Что ж, тогда пора на следующий этаж? — спросил Фриц так, будто они только что обсуждали погоду, а не проводили какой-то странный ритуал.

— Думаю, да. У меня всё. Сид? — ровно спросил Берт.

Сид потребовалось мгновение, чтобы ответить: её ошеломил их внезапный возврат к нормальности.

— Да, всё взяла.

— Где Дверь отсюда? — спросил Фриц.

— Я думал, ты знаешь, — удивился Берт.

Фриц заметил похожий на Дверь силуэт на некотором расстоянии от дыры, которую они проделали к Сундуку с Сокровищем, и указал туда.

— Вон она, за той стеклянной стеной. Снова доставайте молоток и долото. Берт, за работу! — властно произнёс Фриц.