Последняя Певерелл (джен)

Второй день дуэльного турнира начался почти так же, как первый. Сначала выступили семикурсники, и Хогвартс вновь остался без побед. Жасмин считала столь жалкое выступление настоящим позором. Другие школы разгромили их команду: ни один ученик не прошёл даже во второй круг. Все места на пьедестале заняли Дурмстранг и обе американские школы.

Шестикурсники выступили немногим лучше, и то лишь благодаря одной ученице. Пандора вошла в тройку лучших и завоевала первую для Хогвартса медаль на этом турнире.

Каждый поединок был ожесточённым. Чем дольше длились состязания, тем очевиднее становилось, что с каждой попыткой контратаковать ученики действуют всё неосторожнее. Магия выходила из-под контроля и становилась довольно опасной, не говоря уже о том, что к концу выступлений дуэлянты едва держались на ногах. Жасмин удивлялась, как дело до сих пор не дошло до кулачных драк. Было бы гораздо проще объявить победителя, если бы один боец просто вырубил другого ударом и положил конец противостоянию обессиленных магов. По крайней мере утро стало бы немного интереснее.

Казалось, на этих соревнованиях школа из Южной Дакоты намеревалась кому-то что-то доказать. Её ученики не сдерживались и неизменно входили в тройку призёров. Ведущего это явно не радовало — вот же задница, — зато Жасмин с удовольствием наблюдала за разными стилями работы с палочкой, которые они демонстрировали в каждом поединке. Палочка для них была скорее продолжением тела, чем отдельным инструментом, а магия отличалась немалой мощью. Жасмин предположила, что на начальном этапе обучения они могли вообще не пользоваться палочками. Если догадка верна, это было невероятно любопытно.

Жасмин и Гарриет нечасто доводилось узнавать что-то подобное. Даже для человека, прожившего столько жизней, возможности, которые выпадают лишь раз в жизни, оставались большой редкостью.

Она вздохнула, наблюдая, как один из учеников школы Южной Дакоты превратил соперника в клетку и тем самым завершил поединок.

Вскоре оставшихся пятикурсников снова отвели на арену. Лили и Джеймс остались на трибунах. Жасмин лишь надеялась, что в её отсутствие между ними не вспыхнет ссора и никого не придётся разнимать. Участников привели в ту же комнату с кирпичными стенами, что и накануне. Обстановка в ней была столь же спартанской: вместо двери висела занавесь, а из мебели стояли только три стула. Изменилась лишь атмосфера. Вчерашнее возбуждение исчезло. После выбывания двух из пяти участников Сириус и Северус, похоже, стали относиться к происходящему серьёзнее. Флитвик высунул голову из-за занавеси и обсуждал с распорядителями порядок предстоящих поединков, а затем и вовсе покинул комнату. Сириус переступал с ноги на ногу и без особого воодушевления отрабатывал движения палочкой, целясь в дальнюю стену. Северус теребил пальцами край мантии и, глядя куда угодно, только не на Сириуса, бормотал себе под нос что-то похожее на ингредиенты зелий. Жасмин разминалась на полу и мысленно перебирала разные варианты предстоящих поединков.

Она не могла сказать, что нервничала. Это не вопрос жизни и смерти, а всего лишь соревнование.

— Что так задержало Флитвика? — спросил Сириус, оттолкнувшись от стены и подойдя к Жасмин, которая стояла посреди комнаты.

— Не знаю. Должно быть, в одной из школ что-то случилось, раз судьи вызвали нашего наставника, — ответила она, легко поднявшись на ноги.

Жасмин задумалась, не нарушил ли кто-нибудь правила. Распорядители, похоже, установили очень строгие ограничения на общение между учениками разных школ. Какой-нибудь слишком рьяный участник вполне мог незаметно перейти дозволенную черту… или мстительный ученик мог попытаться навредить тому, кто победил его накануне.

Прошло ещё пятнадцать минут, прежде чем Флитвик вернулся с белым как полотно лицом.

— Прошлой ночью напали на учеников одной из школ-участниц. Пятикурсники Дурмстранга официально дисквалифицированы.

Что ж, теперь ей не придётся иметь дело ещё с четырьмя соперниками.

— На какую школу напали? Кто-нибудь пострадал? — спросила Жасмин, пытаясь подсчитать, сколько участников осталось в турнире.

— На меньшую американскую школу. Никто из американцев не пострадал. Ранен только ученик Дурмстранга, который пытался не дать товарищам покинуть общежитие. Сегодня все американцы примут участие в соревновании. На совещании решали, не дисквалифицировать ли обе школы, поскольку формально их ученики всё же вступили в контакт.

Жасмин надеялась, что остановить товарищей пытался Михаил. В их прежних поединках он всегда вёл себя благородно.

— Судьи настолько не хотят, чтобы эта американская школа в третий раз за сегодня оказалась на пьедестале? — спросил Северус, по-слизерински сразу прочитав скрытый смысл ситуации.

И ведь не ошибся: Жасмин пришла примерно к тому же выводу.

Флитвик кивнул.

— Наставники практически единогласно решили допустить их к соревнованиям. Было бы несправедливо оставить всего семерых участников лишь потому, что одна школа попыталась обманом проложить себе путь к победе.

Жасмин пожала плечами, и ворот мантии собрался у шеи складками. Ей уже доводилось участвовать в навязанных поединках, целиком подстроенных мошенниками. На дуэльных турнирах такого и следовало ожидать. Судьи почти ни на что не влияли, поэтому им приходилось время от времени поднимать шум, чтобы напомнить о собственной значимости.

— Так порядок поединков изменился? — спросил Сириус, возвращая разговор к турниру.

Неплохое решение, учитывая, что начало уже близко.

Флитвик сжал переносицу и тяжело вздохнул. Плечи миниатюрного профессора поникли.

— К счастью, нет. Они обсуждали общую схватку, но в таких боях погибло уже слишком много участников, поэтому от этой мысли отказались, — ровным голосом ответил он, понемногу справляясь с раздражением.

При мысли об общей схватке Жасмин почувствовала, как бледнеет. В этом теле ей довелось пережить немало подобных боёв, да и Битву за Хогвартс она видела в своих жизнях слишком много раз, чтобы не понимать, к каким разрушениям они приводят.

— Кто будет выступать первым?

Профессор чар ухмыльнулся.

— Порядок останется таким же, как вчера. Я люблю неожиданности не меньше других, но думаю, что сохранение прежнего порядка собьёт соперников с толку.

Всё равно участникам не давали времени на подготовку. Честно говоря, это лишь добавляло вечеру ненужной драматичности.

— Мы знаем, с кем будем сражаться, или, как и вчера, узнаем противника только на арене? — спросил Северус, медленно подходя к двум гриффиндорцам.

Флитвик кивнул.

— Нам достались две американские школы. Точного порядка я не знаю, но нашими соперниками будут американцы.

Так и вышло.

Поединки начались совсем скоро. Северус, как и вчера, отправился на арену первым. Победа далась ему нелегко, однако вернулся он с торжествующей улыбкой. Жасмин хлопнула его по поднятой ладони и посмотрела, как друг пытается отдышаться на стуле у двери.

Двадцать минут спустя вышел Сириус. Его поединок затянулся ещё почти на полчаса. Голоса судей приглушала занавесь, а проверять на прочность их заклинания Жасмин не собиралась: за такое их могли дисквалифицировать. Им и без того невероятно повезло, что никто не узнал, как Мародёры наблюдали за вчерашним поединком. Внезапно раздался громкий взрыв, и толпа потрясённо ахнула. Сириус вернулся на парящих носилках — совершенно обмякший и весь в крови. От кончиков пальцев до локтя его левую руку покрывал ожог второй степени. Волосы слиплись от крови, заливавшей один глаз. Должно быть, он дрался как проклятый. Следом за учеником вошёл Флитвик.

— Они с противником одновременно вывели друг друга из строя. Сириус сражался с одним из близнецов из школы Южной Дакоты.

Наследника Блэков вынесли из комнаты на парящих носилках. По обе стороны от него шли две целительницы, а следом поспешил Флитвик. По крайней мере до следующего поединка Жасмин осталась одна.

О близнецах они уже говорили с Флитвиком. За этой парой определённо стоило следить — во всяком случае, прежде. Теперь, когда Сириус вывел из соревнования одного из них, Жасмин будет гораздо легче пробиться в финал. Она победит ради павшего друга.

Её вызвали примерно через пять минут. Соперницей оказалась девушка из Ильверморни. Ничего особенного она собой не представляла, и Жасмин справилась с ней без особых усилий. До Михаила ей было далеко. Для своего возраста девушка сражалась хорошо, но и близко не достигла уровня, необходимого, чтобы одолеть Жасмин при любом раскладе.

Затем Северусу и Жасмин пришлось ждать начала следующего круга. После завершившихся поединков осталось шесть участников. Флитвик не успел вернуться к началу нового круга, поэтому в комнату ожидания заглянул распорядитель и сообщил, что им предстоит выступать во втором и третьем поединках. Первая схватка закончилась быстро: за стеной раздались громкий удар и стон проигравшего.

Жасмин ободряюще сжала плечо Северуса.

— Всё будет хорошо. Ты к этому готовился, — сказала она, вложив в голос столько уверенности, сколько смогла.

Сириус умел поддерживать других гораздо лучше неё, но Жасмин хотя бы попыталась казаться воодушевляющей.

Её слизеринский друг кивнул и вышел на помост. Жасмин снова разминалась, когда Флитвик тихо вошёл в комнату. Его руки были перепачканы кровью.

— С Сириусом всё будет хорошо? — спросила она, потянувшись к носкам.

Жасмин обхватила носки руками, а Флитвик ответил:

— Он поправится. Раны выглядели гораздо страшнее, чем оказались на самом деле…

Пол на мгновение содрогнулся у них под ногами, и Флитвик бросился из комнаты на помост. По мнению Жасмин, толчок имел неестественное происхождение. Землетрясение такой силы мог вызвать лишь тот, кто воспользовался каким-то магическим усилителем, а правила это запрещали. Некоторые известные ей руны позволяли добиться подобного эффекта, но применять их здесь не разрешалось. С трибун донёсся недовольный гул. Похоже, зрители тоже не одобряли жульничество.

Флитвик вернулся с едва державшимся в сознании Северусом Снейпом. Жасмин помогла профессору довести его до стульев у стены.

— Один из итальянских учеников использовал в бою браслет с зачарованными рунами. Северус разбил бусину, разрушив переплетение чар. Это вызвало небольшое землетрясение и сильную магическую отдачу. Юношу сурово накажут, а его школу теперь проверяют и могут отстранить от соревнований вместе с Дурмстрангом. Я позабочусь о Северусе, а вы выходите на свой поединок. Что бы ни случилось, сегодня вы уже обеспечили Хогвартсу медаль.

Жасмин подавила желание фыркнуть. Третьим местом она довольствоваться не собиралась.

На этот раз её соперником стал ещё один ученик Ильверморни. Жасмин расправилась с ним так же легко, как прежде с девушкой. Она двигалась стремительно и за несколько секунд вплотную приблизилась к волшебнику. Пока тот пытался отступить, Жасмин обезоружила его и сбросила с помоста, завершив поединок почти сразу после начала. Она не любила побеждать в дуэлях магловскими способами, однако это было гораздо проще и требовало меньше магии, а значит, позволяло сберечь силы. Если Жасмин правильно следила за сеткой, следующим её противником станет второй близнец — тот самый, который одолел Джеймса.

Когда она вернулась в тускло освещённую комнату ожидания, Северус уже сидел и ясно соображал.

— Ты в порядке?

Он повернулся к ней и свирепо посмотрел в ответ. Взгляд был куда более сосредоточенным, чем у Джеймса накануне, а значит, сотрясения мозга у Северуса не было. Даже презрительная усмешка выглядела как обычно.

— С ним всё будет хорошо, мисс Певерелл, — ответил Флитвик.

До этого она могла додуматься и сама.

— Важнее другое: как чувствуете себя вы? Вы прошли в финал.

Жасмин глубоко вздохнула.

— Всё хорошо. Ни один поединок меня особенно не утомил, поэтому я успела отдохнуть. Но я понимаю, что недооценивать противника нельзя. Вы знаете, с кем из близнецов я встречусь в финале?

Флитвик задумчиво постучал пальцем по подбородку, вероятно пытаясь вспомнить, какой из учеников едва не убил Сириуса.

— С тем, который вчера одолел Джеймса.

Значит, с глухим. За ним будет трудно уследить, а направление заклинаний придётся вычислять в последний момент. Сама Жасмин никогда не стремилась превратить поединок в зрелище. Обычно она произносила заклинания шёпотом, а не выкрикивала их, словно ребёнок.

Не прошло и пяти минут, как её снова вызвали на арену. Противник оказался высоким, широкоплечим юношей с тёмной, тронутой солнцем кожей. Он стоял к ней спиной и что-то объяснял жестами своему наставнику. Тот был старше, но руки его покрывали тугие узлы мышц. Отрадно было видеть, что наставник тренировал учеников так же усердно, как себя самого.

Длинные волосы соперника были собраны сзади и не падали на лицо. В левом ухе виднелась какая-то серьга. Стоило Жасмин посмотреть на неё чуть дольше, как руна под глазами начинала жечь кожу. Вещица была наделена могучими чарами. Жасмин готова была поставить галлеоны на то, что серьга действует примерно так же, как выжженная на её коже руна, только куда практичнее и не столь варварски, как творения её покровителей. Вместо обычной мантии юноша носил прочные кожаные одежды с магической защитой — скорее всего, из шкуры какой-то американской породы драконов. Сама Жасмин под средневековой мантией тоже носила одежду из драконьей кожи: она не стесняла движений и защищала от ожогов и поражающего действия заклинаний.

Увидев Жасмин на противоположной стороне помоста, наставник жестом велел ученику повернуться. Когда Жасмин увидела глаза противника, у неё едва не перехватило дыхание.

Те же шоколадно-карие глаза она видела на протяжении последних десяти жизней.

А когда он понял, что Жасмин его узнала, на лице появилась та же проклятая самодовольная ухмылка всезнайки. Вот же мерзавец. Как только турнир закончится, она вытрясет из него все подробности.

Вот как Смерть решил вернуть Тео. Ублюдок поместил его в покрытое шрамами, искалеченное тело, очень похожее на тело Жасмин. Впрочем, наделить Тео телом, лишённым голоса, было особенно жестокой насмешкой судьбы. Тео славился своим красноречием, а Смерть заставил его замолчать.

Жасмин услышала сигнал занять позиции. Она встала в правильную дуэльную стойку, чуть глубже той, которую использовала в поединке с Михаилом. Тео был напористым дуэлянтом, любил атаковать заклинаниями в ближнем бою и часто применял изменённое взрывное проклятие, вызывавшее небольшой взрыв. Он придумал его ещё в пятой жизни Жасмин.

Она даже не знала, какое имя он носил в этой жизни. Ведущий объявлял лишь школу, которую представлял каждый участник. Имена не имели значения — важна была только победа. Наставник Тео отошёл в сторону, и юноша занял своё место. Он держался более прямо, а запястья повернул к себе. Такая стойка отличалась от привычной Жасмин, но по ходу боя она наверняка поймёт её преимущества.

Жасмин чувствовала, как Флитвик маячит на заднем плане у входа. В поединках против этой школы Хогвартсу пока не везло. Все закончились поражениями, если не считать катастрофической ничьей Сириуса с близнецом Тео.

Над ареной раздался тихий хлопок, возвестивший о начале поединка. Тео не шевельнулся — лишь наблюдал и ждал, когда она сделает первый ход. После второго хлопка Жасмин склонила голову набок. Её ухо дёрнулось от звука, и в тот же миг Тео бросился в атаку. Он безупречно применял безмолвные заклинания одно за другим: различные варианты взрывных и разоружающих проклятий, оглушающих чар и заклинаний, сбивающих с ног. Сами атаки не были смертельными — опасность заключалась лишь в их скорости.

Жасмин двигалась быстро. В этом теле ей удавалось двигаться так, как Гарриет никогда не могла. Тео вскоре это заметил: ни одно из его заклинаний не достигало цели.

Она ответила тем же: несколько раз ударила чарами по доскам у его ног, разметав по помосту щепки. Жасмин хотела приблизиться и обезоружить Тео, но при этом не потерять сознание от его атаки. Насколько ей было известно, услышать её шаги он не мог. Однако серьга, от которой у неё болела голова, слишком напоминала по действию её рунное зрение. Поэтому Жасмин не рассчитывала, что сумеет подобраться незамеченной.

Тогда она решила временно лишить Тео возможности видеть и наполнила пространство между ними обломками. Сама Жасмин могла сражаться и вслепую. Шум стоял оглушительный: Тео швырялся громкими взрывными проклятиями, которые даже при промахе должны были лишить противника равновесия.

Жасмин тем временем с помощью трансфигурации и чар создавала преграды из расколотых досок. Переведя дух, она подобрала ещё несколько щепок. Затем подняла с помоста кусок дерева, трансфигурировала его и отправила в самую гущу боя, продолжая петлять и уворачиваться от града заклинаний. В какой-то момент два их заклинания столкнулись. Обоих отбросило в разные стороны, и они заскользили по помосту, но ни один не упал за край. И всё же от удара у обоих перехватило дыхание. Жасмин услышала характерный стук упавшей палочки Тео, а затем торопливый шорох: он подобрал её и вновь бросился в атаку.

В конце концов Тео прижал Жасмин к помосту. Его палочка упиралась ей в горло, а её — ему. Ведущий уже собирался объявить ничью, когда Жасмин отменила применённую ранее трансфигурацию. То, что Тео держал в руке, превратилось в обычный кусок доски с помоста. Настоящая палочка лежала в нескольких шагах позади: в пылу поединка он подобрал подделку, которую Жасмин заранее подбросила среди обломков.

Чистое везение, но порой ей требовалось лишь оно.

Тео уставился на щепку в своей руке. Когда Жасмин объявили победительницей, она призвала настоящую палочку и вернула её ему. Не обращая внимания на ведущего, Жасмин протянула Тео руку, и он с улыбкой помог ей подняться. Юноша коснулся пальцем её лба, и она услышала прозвучавший в сознании голос:

— Поговорим позже.

Затем он покинул помост, а Жасмин захлестнула шумная волна празднования её победы.