На пороге будущего (джен)

— Наконец-то вы приехали! — выдохнул Эд, встречая нас в холле замка. Он выглядел несколько… одичавшим что ли. — Я тут от тоски уже думал в Черное озеро идти топиться, честное слово. В замке остались одни призраки да старшекурсники, даже поговорить не с кем! А! Ещё десятки живых портретов в пустых коридорах, брр…

— Ты с ними и разговаривал, я полагаю? — усмехнулся Оливер.

— Иногда, — без тени шутки ответил Эдмунд. — Сэр Кадоган оказался на удивление сносным собеседником. Правда, он говорил в основном о своей коняге, но лучше уж так, чем полная тишина. Кстати, спасибо за подарки, но могли бы и просто так написать мне хоть что-нибудь!

Он не замолкал ни на минуту пока мы шли всей толпой в Большой зал. Не думал, что всего за две недели человек может так оголодать до общения. И этот парень ещё хотел поступать в Рейвенкло?

За преподавательским столом Каркарова не оказалось. Его место пустовало, но Дамблдор делал вид, что так и надо. Директор всё так же улыбался, о чем-то переговаривался с Макгонагалл и произнес короткую приветственную речь, после чего все просто уселись есть. Эдмунд на мой вопрос о преподавателе Защиты только пожал плечами и сказал, что с тех пор, как тот уехал на каникулы из замка, так о нём ничего и не слышно.

На следующий день Оливер отозвал меня в сторону. Вместо того, чтобы сразу завести разговор, он замер на десяток секунд, глядя куда-то в сторону. Я решил немного подтолкнуть его.

— Как у тебя дела дома? Удалось поговорить с родителями?

— Джон, а ты знаешь, что прошлый Министр магии умер? — Оливер отмер, но мои слова проигнорировал.

— Умер?.. Нобби Лич? Нет, не знал, — нахмурился я. — Когда?

— Я так и не понял. То ли этим летом, то ли сразу после отставки. Дело не в этом, — Браун покачал головой. — Ты наверное не знаешь, всё-таки пришёл в наш мир только года полтора назад. В общем, он был маглорождённым.

— Про это я знаю. И ещё знаю, что некоторые его решения были очень непопулярны в среде потомственных волшебников. Поэтому он, в общем-то, и ушёл.

— Да, — криво улыбнулся Оливер. — Знаешь, это ведь именно он привёл мою маму на работу в Министерство. Они оказывается были хорошими знакомыми. Я этого раньше не говорил, но она тоже маглорождённая.

— Я догадывался об этом, — кивнул я. — Она же вышла замуж за обычного человека, а маги… местные маги редко выходят в обычный мир и создают там семьи.

— Так вот. Когда я завёл с ней разговор о… Ну, о том, что ты мне говорил, то она реально напряглась. Сама начала меня расспрашивать и вытягивать все эти слухи и намёки. Кажется, я от неожиданности даже что-то там напутал, — он немного смутился. — Потом она рассказала мне о мистере Личе. В общем, я не знаю кто кого из нас напугал больше, но она сказала, что всё поняла и обо всём позаботится. Никогда раньше не видел её такой серьёзной.

Я тихонько выдохнул про себя. Не ожидал такого эффекта от своего вброса, но если мать Оливера действительно такая разумная и осторожная женщина, то мои нервы чуть успокоятся.

— Я рад, что у тебя получилось, друг. Сам понимаешь, что от лишней осторожности хуже точно не будет, — я похлопал его по плечу. — Спасибо, что поделился. Если нужна будет какая-то помощь — говори смело.

— Спасибо, Джон, — Оливер серьёзно на меня посмотрел и кивнул. — Ты тоже говори, если что вдруг. Если не я, то мои родители постараются помочь. Я и про магловский мир сейчас говорю. Отца недавно повысили, и думаю, он сможет помочь тебе в случае чего.

— Хорошо, Оливер. Я буду иметь это ввиду.

* * *

— Доброе утро, класс! — поприветствовал нас Флитвик, быстрой походкой влетевший в кабинет ЗОТИ. Вопреки легкому тону лицо у него было довольно кислым, если не сказать недовольным.

— А где профессор Каркаров? — спросил Пенхалигон, не скрывая удивления. — У нас же должна была быть Защита.

Хаффы и вороны тут же зашумели, поддерживая его вопрос. Флитвик ещё сильнее насупился и задержал взгляд на классе.

— Профессор Каркаров больше не имеет возможности преподавать в этой школе, — произнёс он медленно, с расстановкой. По классу пробежал недовольный ропот. — Временно занятия по Защите у вас буду вести я.

Он развернул перед собой свиток и строгим взглядом окинул класс, моментально заглушив гул.

— Я внимательно изучил ваши учебные планы за прошлый семестр и нахожусь в полном недоумении. Они абсолютно, совершенно неправильные! Вы упустили огромную часть обязательного материала, — он развернулся к доске и взмахнул палочкой, выведя на ней список тем. — До конца этого учебного года мы будем заниматься строго по стандартной программе второго курса. И судя по ведомостям, у вас висит огромное количество ненаписанных эссе. Начиная с сегодняшнего дня мы закроем эти задолженности. К следующему занятию — два свитка о классификации базовых защитных заклинаний и их отличиях от бытовых чар.

После этих слов весь класс просто выпал в осадок.

— Профессор, мы же писали на уроках тесты по пройденному материалу, — пискнул кто-то с задней парты. — Там было всё по темам из…

— Стоп-стоп-стоп! Ничего не хочу слышать о каких-то там тестах, — решительно взмахнул ладонью Флитвик, обрезая возражения на корню. — Только собственноручно написанное эссе, где вы своей рукой, шаг за шагом выстраиваете и аргументируете каждый тезис, может показать, как вы действительно усвоили материал, — в ответ на наш дружный стон он довольно улыбнулся. — Привыкайте, молодые люди. Второй семестр у нас будет очень насыщенным. А теперь откройте учебники на странице двадцать четыре.

* * *

Первым делом в новом семестре я снова перелистал свои учебники за второй курс. Прогнал в голове ключевые темы по Чарам, ЗОТИ и Трансфигурации, убеждаясь, что знания никуда не улетучились и всё так же аккуратно разложены по полочкам. Хотя ничего фундаментального или действительно сложного там и не было, обычная базовая теория.

Из любопытства я бегло просмотрел учебники за третий курс. К своему удивлению обнаружил, что большую часть заклинаний по ЗОТИ и Чарам я уже знаю. Что-то проштудировал сам, набирая себе базу самых нужных чар, а что-то Каркаров успел выдать нам на уроках и индивидуальных занятиях.

Заклинания заклинаниями, но теорию требовалось освоить в полной мере, без пробелов. Поэтому я снова практически поселился в библиотеке, обложившись справочниками и дополнительной литературой. К счастью, традиция продолжилась и меня абсолютно никто не трогал, не замечал и не мешал учиться. Даже Оливер проявил толику такта и не пытался вытянуть меня из библиотеки, чтобы развеять скуку за мой счёт. Он вообще сильно изменился после Рождественских каникул и стал сам на себя не похож. Легкомысленный балагур отступил в сторону и дал место мрачному, задумчивому и отстранённому молчуну.

Дополнительные предметы третьего курса, такие как руны и нумерология, я решил пока не трогать, чтобы слишком не себя не перегружать. В конце концов никто не отменял повторение и закрепление материала обычной программы перед экзаменами. Разумеется, не в том темпе, что был в первом семестре, но тему-другую я периодически поднимал.

А ещё у меня наконец появилась возможность уделить время истории.

Официально утверждённая история магического мира в Британии базируется на монументальном труде Батильды Бэгшот. Этот объёмный фолиант охватывает события от древнейших времён примерно до начала XX века. Именно эти строчки с датами и сухими фактами из учебника зачитывает нам Бинс, следуя какой-то своей собственной программе. После плотного изучения истории нашего взаимодействия с подземной расой мы резко перескочили на тему войн с великанами. Потом на средневековые собрания европейских волшебников и так далее.

Что интересно, события обычного мира в магической истории не рассматривали совсем. Нет, были определённые пересечения, например охота на ведьм в средние века и Салемские процессы. Биографические справки об известных волшебниках прошлых веков, где иногда фоном выступали обычные люди. Но без какого-то плотного взаимодействия или сотрудничества. Всё выглядело так, словно даже до Статута истории обоих миров особо не пересекались, что довольно странно. В официальной истории не нашлось также ни слова о некромантии — теме, которая так интересовала меня.

Библиотечные полки секции истории были забиты в основном относительно современными трудами волшебников, описывающими постстатутный период. Но чем дальше я уходил вглубь секции, тем более старинные книги мне попадались. Думаю, если бы не следящие за чистотой чары, то тут всё просто утонуло бы в пыли.

Большая часть достатутных работ была написана на средневековой латыни и старофранцузском, так что мне в каком-то смысле повезло, и худо-бедно я их понимал. А вот более старые работы, примерно XI-XIII веков и раннего Средневековья, обычным прочтением мне уже не дались. Это был сложный и архаичный язык: смесь раннесредневековой латыни со староанглийскими и нортумбрийскими диалектами, изобилующая руническими вставками и вычурной каллиграфией. Но даже из более поздних хроник и тех анналов, что мне удалось разобрать с помощью словарей, более-менее вырисовывалась общая картина.

Никакой отдельной касты или изолированного общества волшебников в те века просто не существовало. В деревнях и замках периодически рождались люди с даром, и они жили ровно тем же укладом, что и обычное население. Кто-то помогал лечить скот, кто-то предсказывал погоду, кто-то просто старался не выделяться и жить тихо. За одними приходили учителя из Хогвартса, некоторых брали себе в прямые ученики другие волшебники, а прочие так и оставались самоучками.

Конечно, потомственные маги — прообраз сегодняшних древних и чистокровных семей — уже тогда держались обособленно и не спешили родниться с простыми крестьянами или даже магловской знатью. Хотя без исключений конечно не обходилось.

В одной из хроник XV века я наткнулся на настоящий ушат помоев, который который некий автор-чистокровный выливал на некогда жившую волшебницу Мэйв из рода Певерелл. Та стала то ли любовницей, то ли законной женой самого Джона Гонта — герцога Ланкастерского и Аквитанского, сына короля Эдуарда III и, на минуточку, прямого предка нынешней британской королевской династии!

История меня зацепила, и сличив пару других источников, я сложил картинку воедино: именно их потомки по той самой магической линии как раз и образовали впоследствии знаменитый род Гонтов.

Ну ни хрена ж себе! Получается, наш «темный лорд» Волдеморт — особа самой настоящей королевской крови. Хоть и через сотни лет угасания и вырождения, но тем не менее. Плюс там ещё где-то родство со Слизерином вклинится, или это как раз по линии Певерелл пришло?.. В любом случае неудивительно, что у него такая мания величия.

Впрочем, вернёмся к магии. Волшебники прошлых веков свободно служили аристократам, воевали в королевских армиях, занимались ремеслом или разбоем, а некоторые даже получали дворянские титулы из рук монархов. Многие из знати желали заполучить мага в свой род, чтобы привить магическую кровь своей династии и усилить влияние. Девушкам-волшебницам того времени приходилось особенно туго, в первую очередь тем, кто был рождён в крестьянских семьях. Впрочем, судя по записям, попытки насильной «селекции» со стороны некоторых амбициозных лордов заканчивались крайне фатально для этих самых лордов.

Отдельно упоминались маги с особыми дарами. Их было мало, буквально единицы среди и так немногочисленных волшебников. Дар поднимать мёртвых, дар проклинать одним словом, дар разговаривать с животными, исцелять прикосновением, прорицать будущее…

Дойдя до периода Великой чумы и Каролинской войны, я понял, что отец Ансельм во время нашего разговора явно пощадил мои чувства. В нашу прошлую беседу он меня слегка сбил с толку названиями, ведь Великая — это эпидемия семнадцатого века. Должно быть он что-то напутал, а может для современников тогда любая масштабная чума была «великой», и Чёрная смерть в том числе. Много народу тогда умерло, болезнь выкашивала целые общины и деревни, в городах улицы были завалены телами. А тут ещё и война.

Маги, обладающие способностями к боевой магии, были в цене. Многие лорды включали их в свои отряды, потому что противник тоже не гнушался колдовством. Двое магов-некромантов, чьи имена хроники не сохранили, оказались тогда в составе королевской армии. По записям выходило, что они не раз решали исход отдельных схваток и спасали отряды от полного уничтожения.

Но когда война закончилась, их обманули. Эдуард III давно умер, а при дворе Ричарда II, занятом внутренними распрями про обещанные титулы и земли просто предпочли забыть. Отдельно наложилось и презрительное отношение простых солдат к «колдунам», отчасти вполне понятное.

Вернувшись с войны, эти двое решили забрать своё силой. Они не просто поднимали старые погосты, вымершие от болезни посёлки или кости с полей сражений. Чтобы быстро собрать огромное войско, они вчистую вырезали несколько крупных деревень и полностью опустошили два небольших городка.

Совет волшебников, до этого наблюдавший за происходящим со стороны, всполошился только тогда, когда чудовищная орда нежити двинулась вглубь страны. Упырей и их хозяев с трудом завалили всем миром, а наибольшую помощь оказал глава всё ещё могущественного тогда рода Певерелл, за что был удостоен титула графа. Иронично.

Среди населения, как простого люда, так и магов, поднялся жуткий вой и волна возмущения. Совет волшебников поспешил публично осудить случившееся и пообещал следить, чтобы подобное не повторилось. Правда, в хрониках Совета я так и не нашел ни единого упоминания о прекращении преподавания некромантии или её официальном запрете.

Впрочем, тут кроется интересный казус: сам Хогвартс в официальных исторических документах того периода упоминался крайне редко и исключительно опосредованно. Будто школа существовала где-то отдельно, вне общей картины мира. Спрятанное место, про которое нельзя говорить, а если и говорить, то только намёками.

Но на этом история магов и королей не закончилась.

Следующий виток наступил столетием позже, во время финала Войны Роз и воцарения династии Тюдоров. В 1485 году Генрих Тюдор сошелся в решающей битве при Босворте с королем Ричардом III. И, судя по косвенным намекам из личных записей магов той эпохи, победу Тюдору помог добыть новоиспеченный магический род Гонтов.

А вот Певереллы в этом конфликте оказались на другой стороне. Они поддерживали Йорков, и после победы Генриха их род подвергся опале и пришёл в упадок. Именно в хрониках конца пятнадцатого века я наконец наткнулся на тот самый королевский указ, о котором говорил отец Ансельм:

«...отныне и впредь всякое призывание, поднятие или удержание плоти и духа умерших на землях Королевства подлежит безоговорочному и вечному запрету, а дерзнувшие посягнуть на сей указ отлучаются от защиты Короны и подлежат искоренению».

Указ был подписан Генрихом VII собственноручно. Победившие Гонты с удовольствием помогли монарху утопить своих дальних родичей в судах и расправах. Их земли перешли короне и верным вассалам, а сама магия смерти оказалась вне закона.

И с этого момента любое упоминание о некромантии исчезло из официальных и неофициальных источников.

Всё это пришлось выискивать буквально по крупицам, продираясь сквозь головную боль и архаичные обороты речи. Но ни в одном более позднем документе упоминаний об этом даре мне найти больше не удалось.

Отдельно стоит упомянуть отношения с церковью.

В Англии, в отличие от континента, активного противостояния с волшебниками не было. Никаких массовых костров Святой Инквизиции, в отличие от той же Испании или германских княжеств. Папский престол, конечно, периодически пытался подмять под себя «чудотворцев», объявляя неугодных колдунов еретиками, а полезных «святыми целебниками». Но королевская власть в Британии всегда жестко держала церковников в узде. А уж после разрыва Генриха VIII с Римом монарх и вовсе стал единоличным главой церкви.

А вот после этого корона попыталась взять под полный контроль уже сам Совет волшебников. Маги конечно считались подданными короля как отдельные люди, но сама структура Совета, а после и Визенгамота, была неподконтрольна королю напрямую. Тем более, что сообщество постепенно обособлялось и обрастало своими собственными законами и обычаями. И это не говоря о том любопытном казусе, что Совет включал в себя на тот момент всех магов обоих королевств, как Англии, так и Шотландии.

И чем сильнее становились европейские монархии, тем чаще они пытались взять магический мир под контроль. Закон Генриха VIII против колдовства и вызывания злых духов в 1542, смертная казнь за убийство с помощью чар при Елизавете I, тотальное ужесточение наказаний за любое колдовство при Якове I.

В итоге именно эти поползновения, в сочетании с нарастающей истерией и гонениями со стороны церкви, и стали главным толчком к тому, чтобы волшебники созвали Международную Конфедерацию и в конце семнадцатого века навсегда ушли в тень за Статутом о Секретности.

— Апчхи! — чары чарами, а бумажная пыль меня всё-таки проняла.

Я откинулся на спинку стула и уставился в потолок. Прочитанное никак не укладывалось в голове. Такой гигантский пласт человеческой истории, который был крепко спаян с магией вплоть аж до семнадцатого века. И в обычном мире от этого не осталось абсолютно ничего. Ни единой зацепки, всё вычистили под ноль. Вот как так?

Я устало потер глаза пальцами.

Надо бы продолжить и разобраться наконец, что же всё-таки на самом деле этот Статут Секретности, и как его умудрились реализовать в этом мире.

— Привет, ты не против? — раздалось сбоку.

Я поднял голову. Рядом с вежливой улыбкой стояла Алиса Фоули. Неожиданная встреча.

— Нет, конечно, садись, — ответил я, кивая на соседний стул.

Она опустилась рядом и бодро затараторила:

— А я уже начала волноваться. Ты в прошлом году так плотно прописался в библиотеке, что практически стал частью обстановки. А в этом году вдруг куда-то исчез. Может, нужна помощь с учёбой?

— Спасибо, мисс Фоули, но всё в порядке, — я качнул головой. — Просто в начале года расписание выдалось дикое. А сейчас вот выбрал время и с новыми силами взялся за книги.

Она перевела взгляд на стопки старых хроник, разложенные передо мной, и принялась беспардонно разглядывать названия.

— Учишь историю? — она слегка наклонилась вперёд. — Мой брат тоже как-то советовал учить историю не по Бэгшот, а по нормальным хроникам. Но у меня всё руки не доходят. Это же так скуучно — разбирать все эти старые записи…

— Ну, я бы так не сказал, — искренне улыбнулся я. — Для меня это читается буквально как хороший фантастический роман.

— Фантастический роман? — переспросила Алиса и на секунду задумалась. — Ой, это что-то магловское, да? Мой папа как-то приносил домой одну такую книжку. «Война миров», кажется… Он мне пробовал её пересказывать, но честно говоря, я потом три ночи спать нормально не могла. Веселая сказочка про странных существ, ага. Железные треножники, лучи смерти, эта жуткая красная трава, брр…

— Эээ… — я даже не нашёлся что ей ответить, чтобы оправдать нашу классику. — Кажется, твоё знакомство с магловской литературой состоялось не очень удачно. И я бы не сказал, что «Война миров» это сказка. Тем более весёлая…

— Приветик! — на соседний стул упала Сивилла и взяла меня в прицел своих окуляров. — А вот и нашлась пропажа!

— Привет, Сиви, — кивнула ей Фоули.

— Здравствуйте мисс Трелони. А я думал, вы знаете где находится наша гостиная. Если уж потеряли, то легко могли найти меня там.

— Ой, не нуди, Олдридж. — она с облегчением сняла очки и проморгалась. — Рождённый полз.. нет, наоборот. Рождённый летать не может ползать! А я и так страдаю на этом жутком зельеварении, когда спускаюсь в подземелья.

— Сивилла, а магия и зелья не могут вылечить зрение? — я кивнул на очки. — А то у меня создалось такое впечатление, что местная медицина и мёртвого поднять может.

— Поднять-то возможно и может, но это будет уже немножко не медицина, — хмыкнула Алиса. — А зрение вылечить невозможно. Глаза вообще трогать опасно, они же слишком хрупкие. Это тебе не кость вырастить или рану зарастить.

— Ну да. Ты думаешь почему некоторые маги в очках ходят? Я тоже спрашивала и бабушку и мисс Помфри, они сказали что тут уж ничего не поделаешь, — грустно вздохнула Сивилла. А потом её глаза загорелись хитрым огоньком, и она подалась ко мне через стол: — Джоон… А давай я тебе погадаю? У меня уже хорошо получается, лучше всех на курсе!

— Ни за что! — я с притворным ужасом ошатнулся. — Никаких предсказаний, Сивилла. Я слишком верю в твои способности, а ещё дорожу своей нервной системой!

Моя реакция заставила обеих девчонок прыснуть. Алиса зажала рот ладонью, а Сивилла и вовсе откровенно захихикала, довольная произведенным эффектом. Эта засранка, похоже, в мельчайших подробностях разболтала подруге о том, как «удачно» она погадала мне в прошлый раз.

— Так, ладно девушки. С вашего позволения я пойду уберу обратно свои книги. Да и не стоит устраивать посиделки в библиотеке. Опасность на девять часов, — я шустро собрал свою немаленькую стопку, которая выросла почти выше моей головы и помогая себе телекинезом отправился обратно в лабиринт стеллажей. Всё это под недобрым взглядом мадам Пинс, которой явно надоела наша болтовня. Только и успел услышать за спиной:

— А что будет в девять часов?..

Но я уже скрылся в секции Истории магии, укрываясь от гнева библиотекаря.

А ещё, мне элементарно не нужны лишние проблемы. Две симпатичные чистокровные девушки из хороших семей сидят в библиотеке и мило болтают с маглорожденным прямо на пороге разгорающегося политического кризиса. По всем законам жанра прямо сейчас в библиотеку должен был войти Лонгботтом со своей компанией или парочка радикально настроенных слизеринцев. А ещё лучше — и те, и другие одновременно.

Впрочем, за пределами моих параноидальных мыслей в самом замке пока всё было тихо. Никаких открытых конфликтов на почве происхождения или вражды в коридорах. Похоже, я просто сам себя накручиваю. Даже в «Ежедневном пророке» царит полное спокойствие. Интересно, там вообще будет хоть что-то освещаться, когда всё начнётся? Или всё так и пройдёт фоном, в кулуарах магического общества, пока тёмный маг не самоубьётся об младенца?