Ветер с Севера (гет)

Порт тоже постепенно наполнялся народом, словно просыпался от ленивой дремы. Вязкую утреннюю тишину то и дело прорезали первые, пока еще негромкие голоса, поскрипывали доски сходней.

Справа у самого причала раздался чуть слышный всплеск, и Эргард, присмотревшись, увидел длинную рыбину, вильнувшую хвостом и мгновенно ушедшую на глубину.

— Вон там, в конце пирса, наши корабли, — кивком головы указал Горгрид. — Капитан Эйран нас ожидает на «Снежном барсе».

— Тогда поторопимся, — бодро откликнулся Эргард.

Окончательно взошедшее над горизонтом солнце окрасило море в причудливые золотисто-розовые тона. Князь притормозил, невольно залюбовавшись, и сердце радостно затрепыхалось в груди. Красота родного дома каждый раз завораживала. Нигде в мире ему больше не доводилось видеть столь восхитительных рассветов и закатов.

Двое стражей выехали вперед, и князь с советником направились вслед за ними.

Наверное, в любом другом конце мира отъезд правителя был бы обставлен с большей помпой. Здесь же, в Вотростене, дело ограничилось сброшенными на берег сходнями, к немалому обоюдному удовольствию отъезжающих.

В молодости Эргард часто шутил, что чем незначительнее сам монарх, тем сложнее придворный церемониал, и, став князем, ничуть не изменил своего мнения. Во время многочисленных путешествий ему частенько приходилось становиться свидетелем придворных выездов. Гордые короли, управляющие жалкими клочками прибрежной суши, с помпой покидали свои дворцы, дабы явить светлый лик трепещущим подданным. А вотростенский наследник с товарищем, затерявшись в толпе, наблюдали за всем этим представлением и с видимым усилием давили смех.

Теперь в порту близ Асгволда люди спешили по своим делам, и на отъезжающего князя почти никто не обращал внимания. В самом деле, мало ли какая нужда могла заставить его покинуть город? Здесь к подобным появлениям давным-давно привыкли.

Где-то в отдалении раздался свист, и по причалу пробежала ватага мальчишек. Эргард с улыбкой проводил их взглядом и, спешившись, передал поводья коня одному из стражей. Горгрид, последовав его примеру, снял сумки, и вместе они, разделив поклажу, поднялись на корабль.

— Доброе утро, капитан Эйран, — поприветствовал князь высокого, чуть полноватого мужчину средних лет с легкой сединой на висках и внимательным, умным взглядом.

— Рад видеть вас обоих на моем судне, — отозвался тот и кивнул по очереди князю и Горгриду.

— Куда нам кинуть вещи? — первым делом уточнил советник.

— Пойдемте, я покажу, — пригласил капитан.

На этом с взаимными приветствиями было покончено, и все трое направились в сторону кормы.

Матросы деловито сновали по палубе, под присмотром помощника готовясь к отплытию, и Эргард с Горгридом шли, стараясь по возможности им не мешать.

— Вот здесь во время плавания вы и будете жить, — объявил капитан и распахнул дверь в кают-компанию.

Князь заглянул, осмотрелся, одобрительно хмыкнул и вошел, кинув сумки.

Справа и слева под потолком покачивались два подвесных спальных места, у окна примостился стол с парой кресел. В целом было видно, что для пассажиров сделали перестановку, постаравшись снабдить всем необходимым.

— Спасибо вам, — поблагодарил Горгрид и кивнул капитану.

— Завтрак через полчаса после отплытия, — продолжил тот. — Надо не пропустить отлив.

— Мы не торопимся, — заверил князь. — Делайте свое дело. Главное — попасть в Аст-Ино, а все остальное мелочи.

— В таком случае я вас пока оставлю. Располагайтесь.

Капитан откланялся и поспешил присоединиться к команде. Эргард же, глубоко вздохнув, с удовольствием потянулся, хрустнув суставами, и выглянул в окно.

С той позиции, где он теперь стоял, хорошо просматривался выход из порта. Сторожевые башни прорезали величественную синеву небес, и князь от нечего делать принялся гадать, в которой из них теперь сидит эта проклятая тварь Кадиа.

В памяти всплыл приезд в Вотростен будущей княгини, и Эргард поморщился, словно от внезапного приступа острой изжоги. Дрянь была, что и говорить, хороша, и только это, вероятно, заставило его лечь в конце концов к ней в постель. Правда, даже там от нее толку было мало — колдунья лежала, словно бревно, и Эргард, привыкший за годы молодости к гораздо более горячим и страстным любовницам, очень быстро потерял к ней всяческий интерес. Однако в результате все-таки родился Бардульв, и об этом тоже его отец теперь не уставал сожалеть. Уж лучше вообще не иметь наследника, чем такого.

— С этой мыслью я бы поспорил, — лениво заметил Горгрид, когда друг поделился с ним последним соображением. — Ты же не хочешь породить бурю? Представь, что станется с Вотростеном, если не будет того, кто после твоей смерти примет трон.

Горгрид доставал из сумок вещи, которые могут пригодиться в ближайшие дни, и не переставал рассуждать:

— Нет, сына ты, как ни крути, просто обязан оставить. Только нормального, не мага. Знаешь, я и сам собирался тебе советовать завести фаворитку из знатных девушек, а родившегося ребенка после официально усыновить. Но ты сам догадался, молодец. Вот только про оборотней, ты уж извини, мне в голову как-то не приходило.

Эргард отвернулся от окна, выразительно хмыкнул и сложил руки на груди:

— Именно девушку?

— А ты как думал? — пожал плечами Горгрид и, подойдя ближе, положил руку на плечо князю и заглянул ему в глаза. — Ты же не хочешь, чтобы потом возникли ненужные сомнения в твоем отцовстве? Ну уж нет, Эргард, заруби себе на носу — мать будущему эр-князю можешь подобрать по своему вкусу, но она должна быть невинна, это непременное условие. Ты ведь не подружку себе на одну ночь выбираешь.

Князь чуть заметно поморщился:

— Опять неумеха попадется.

Долгую секунду Горгрид, видимо онемевший от изумления, молчал. Наконец покачал головой и выдал:

— Слушай, я всегда, конечно, знал, что ты нахальная, избалованная скотина, но не до такой же степени! Хоть раз в жизни приложишь усилия, не переломишься. Твоих умений уж точно хватит на вас двоих!

Эргард несильно, по-дружески толкнул Горгрида кулаком в плечо и рассмеялся:

— Уговорил. И совет насчет памяти тоже не забуду, даю слово.

— Вот и молодец, — одобрил Горгрид.

— Смотри, — ткнул он пальцем, — проклятая тварь, должно быть, там.

Друг повернул голову и посмотрел в указанном направлении. Около одной из башен стояла стража. Поблескивали на солнце щиты и копья.

— Да, Кадиа упекли именно туда, ты прав.

— Хоть бы она там сгнила, — пробормотал Эргард.

Горгрид повернулся к нему, смерил выразительным взглядом с ног до головы и прокомментировал:

— Любящий супруг.

Оба дружно расхохотались и, покончив с приготовлениями, направились на палубу наблюдать за отплытием.

В первые дни путешествия еще частенько наползал густой туман, и корабли тогда были вынуждены останавливаться. Эргард нетерпеливо мерил шагами палубу, то и дело поглядывая в сторону далекого горизонта, где море и небо сливались в одну сплошную линию, однако торопить капитана опасался.

Делать было решительно нечего, и он часами напролет простаивал у фальшборта, разглядывая знакомый до мельчайших деталей родной пейзаж, и предавался нелегким размышлениям.

Народ кесау, даже несмотря на длительное соседство, во многом оставался для вотростенцев загадкой. Как примут их — вот то, что его больше всего в данный момент волновало. Сочтут ли оборотни просьбу князя дерзостью или, наоборот, отнесутся с пониманием?

— Знаешь, я бы не советовал сразу ломиться к сениту, — сказал ему как-то Горгрид после ужина, когда оба, захватив по кружке ароматного травяного чая, вышли на палубу подышать терпким вечерним воздухом и полюбоваться на звезды. — Давай сперва переговорим с Раэтином. В конце концов, он тоже занимает в их иерархии весьма важный пост, однако он тебя знает гораздо лучше прочих хвостатых и уж точно поймет правильно. А потом уже будем действовать по обстоятельствам.

Море нетерпеливо толкалось в борт корабля, словно призывало поторопиться, и Эргард с ленивой задумчивостью разглядывал белесоватые пенные гребни.

— Давай, — покладисто согласился он и отпил глоток чая. — Как думаешь, у него есть дочка?

Горгрид тихонько хмыкнул и покачал головой:

— Что, уже обдумываешь кандидатуру? Ты прав, дочь Раэтина идеально бы подошла. Их род давно у власти, они прекрасные политики и бойцы. Твой сын получил бы от них грандиозный опыт! Но при мне олетэка упоминал только о сыновьях. Хотя это, конечно же, ничего не значит.

Дни шли неторопливо один за другим, и цель их путешествия постепенно становилась все ближе и ближе. Густые сосновые леса вскоре стали заметно более низкорослыми, все чаще начали попадаться дубы, стал гуще подлесок. Наконец, корабли миновали скалистую гряду, перечеркивавшую полуостров почти у самого основания с запада на восток и отделявшую Вотростен от владений оборотней. С этого момента на смотровой площадке непрерывно начал дежурить матрос, высматривая впереди маяк. Все люди, жившие в окрестных землях, хорошо знали, что вблизи оных расположены пограничные заставы оборотней.

Кесау трепетно относились к неприкосновенности собственной земли и границ. Впрочем, конечно же, как и любой другой народ. Однако территория Аст-Ино была наглухо закрыта от праздношатающихся и любопытных. Оборотни разрешали высаживаться посторонним, чаще всего купцам, числом не более двух человек и только ввиду маяков — именно там располагались их пограничные заставы. В любом другом месте того, кто рискнул бы нарушить установленные хозяевами правила, могли убить без предупреждения.

Матросы под присмотром Горгрида начали укладывать их с Эргардом вещи в шлюпку, а князь тем временем стоял и, вцепившись в фальшборт до побелевших костяшек, нетерпеливо всматривался в далекий подлесок. Сердце отчаянно колотилось. Его захлестывали давно забытые, казалось, эмоции — волнение, нетерпение, тревога, предвкушение. Они бродили в груди, сливаясь в кипучую, бурлящую смесь, и Эргард всерьез опасался, что, если они в скором времени не пристанут к берегу, он перепрыгнет через бортик и отправится вплавь.

В этот самый момент над головой раздался громкий, протяжный свист, и дежуривший на вышке матрос закричал:

— Вижу маяк!

На палубе разом загомонили. Забегали матросы, подготавливая шлюпку к спуску, раздались зычные крики помощника капитана. Горгрид подошел сзади и осторожно сжал плечо Эргарда:

— Все будет в порядке, дружище. Не волнуйся.

Тот глубоко вздохнул, прикрыл глаза и почувствовал, как от присутствия старого товарища, а может, от его спокойных, уверенных слов, отступает волнение. Неотвратимо, словно отлив. Эргард улыбнулся одними уголками губ и посмотрел с благодарностью:

— Спасибо.

Послышался тихий всплеск, и капитан Эйран доложил:

— Все готово, князь.

— Хорошо, — кивнул тот.

Горгрид затянул потуже перевязь с ножнами и сказал:

— Если нас не прогонят сразу, то визит, скорее всего, затянется. Возможно, на месяцы. Оборотни пришлют на «Снежного барса» проводника, и вы должны будете следовать его указаниям.

— Будет исполнено, — по-военному четко ответил капитан. — Будем ждать вас там, где укажут хозяева.

— Именно так, — кивнул советник.

Эргард закрыл глаза и вдохнул полной грудью.

— Ну что, в путь? — немного мечтательно спросил он и улыбнулся Горгриду.

— Вперед! — с готовностью отозвался тот.

Они проворно спустились в шлюпку, и матросы дружно налегли на весла. Суденышко резво полетело к берегу, но князь, сколько не приглядывался, так и не мог угадать, заметили их приближение или нет.

Над головами с шумом и криками летали чайки, в водной толще мелькала рыба. Лодка ткнулась носом в отлогий берег, и только когда Эргард с Горгридом ступили на мягкий песок и вытащили свои дорожные сумки, показались долгожданные хозяева.

Все как один в человеческой ипостаси, в кожаных куртках с нашитыми металлическими пластинами и с мечами в коротких ножнах.

Командир отряда, стоявший на шаг впереди остальных, прищурился, оглядел гостей и чутко пошевелил ноздрями.

— Приветствую тебя, Эргард, — проговорил он и внимательно, с тщательно скрываемым интересом осмотрел гостей. — Какими судьбами в наши края?

Князь кинул свою часть поклажи на землю и, сложив руки на груди крестом, поклонился.

— Рад видеть тебя, Рамору, — сказал он.

— Взаимно, — откликнулся оборотень и вернул поклон.

— Я с частным визитом.

— Да неужели? — очевидно не поверил кесау и, усмехнувшись немного ехидно, выразительно пошевелил ноздрями, словно принюхивался к запаху вранья. — Давно ли у князей стали появляться частные дела, не имеющие отношения к государственным?

Слушавший диалог Горгрид вполголоса рассмеялся и сунул большие пальцы за пояс:

— Не ворчи. Разумеется, твой брат обо всем узнает, об этом даже речи нет. Но мы сперва хотели бы посоветоваться с Раэтином. Вдруг он нам скажет, что предпринятая затея безумна и нам лучше поворачивать оглобли домой.

— Хм, — неопределенно промычал Рамору. — Вы ведь, кажется, встречались с ним?

— Верно, — подтвердил Эргард. — Чуть меньше двадцати лет назад. Девятнадцать, если быть точным. Правда, сейчас он нас не ждет.

— Да уж я догадываюсь, иначе бы он нас предупредил. Эй, Венкуа!

Командир заставы обернулся к подчиненным, и на зов его вышел один из оборотней.

— Сбегаешь в Исталу к олетэка и доложишь о приезде князя и советника.

— Слушаюсь!

Солдат отошел за ближайший куст, а уже через минуту вышел оттуда в облике рыся и припустил по ныряющей под лесные своды тропинке.

— Несколько дней вам придется подождать, — вновь обернулся к гостям Рамору. — Мои проводники позаботятся о твоих кораблях, князь, а вы оба пока можете остановиться в нашем лагере.

Эргард против воли вздохнул с облегчением. Что же, половина дела сделана — их не прогнали.

— Я согласен, — ответил он.

Горгрид, подтверждая его слова, кивнул:

— Мы принимаем ваше предложение.

— Вот и хорошо, — лаконично ответил обоим оборотень.

Он сделал быстрый, едва различимый жест своим, и от группы солдат сразу же отделились еще двое кесау. Они запрыгнули в шлюпку, и матросы вновь налегли на весла, на этот раз держа путь на ожидавшее на рейде в отдалении судно.

Князь проводил их взглядом, и в груди у него екнуло. Обратного пути нет.

Он незаметно вздохнул, и верный друг, подхватив пару вьюков, слегка толкнул Эргарда плечом:

— Что, князь, тряхнем стариной? Давай бери вещи и потопали.

— Как прикажешь, дружище, — бодро ответил тот.

Лес, куда привела их тропинка, отличался от того, к которому они привыкли в Вотростене. Лес оборотней был светлей, нарядней. Тут и там вспыхивали желтые и алые звездочки цветов, мощные дубы раскинули над головами густые кроны, слышалось заливистое щебетанье птиц. Северные скалы надежно укрывали земли оборотней от холодных ветров, с юга их обогревало жаркое дыхание пустыни, а холодные течения, обильно омывавшие берега полуострова, сюда, к материковой части, просто не доходили. Справа и слева раскинулись густые заросли орешника.

Они прошли по едва заметной тропке и вскоре оказались в лагере. Точнее, Эргард догадался, что они пришли именно туда, однако назвать увиденное ими заставой в человеческом понимании было решительно невозможно. Все пространство внутри естественной орешниковой ограды поросло деревьями, у подножия некоторых из них ютились небольшие деревянные строения, судя по размеру и отсутствию окон — хозяйственного назначения. Где-то вдалеке слева слышался ритмичный металлический шум.

— Там у нас поляна, — пояснил командир. — Тренировочная площадка для парней. А вот со спальными местами в лагере туговато. Обычно мы отдыхаем прямо на деревьях или на земле в кошачьей ипостаси. Так удобней. Но где разместить вас?

Рамору остановился и задумчиво почесал бровь.

— И что, кроме подсобок у вас в самом деле больше вообще никаких помещений нету? — уточнил Горгрид.

Тот вздохнул:

— Конечно есть, но они также мало приспособлены для сна. Кухня, столовая, домик отдыха — там камин, стол и всякие мелочи.

— А в мороз и вьюгу?

Рамору молча ткнул пальцем вверх. Эргард с Горгридом задрали головы. Там, прямо среди ветвей, ютился домик из простых оструганных досок, и к нему вела довольно крутая винтовая лестница.

— Есть несколько крытых беседок, — вслух пояснил Рамору. — Для оборотня они вполне удобны. Но ведь вы туда не полезете?

Горгрид весело фыркнул:

— Да уж. Слушай, князь, может быть, просто палатку поставим?

— А ты захватил? — встрепенулся Эргард.

— Глупый вопрос, — прокомментировал тот. — Разумеется.

Рамору заметно оживился:

— Пойдемте, я покажу вам подходящее место, — пригласил он и пошел вперед.

Горгрид же, дождавшись, пока командир отойдет на достаточное расстояние, наклонился к уху Эргарда и прошептал:

— А по-моему, эти дома больше похожи на помесь гнезда и собачьей будки.

Эргард ухмыльнулся, с трудом сдерживая смех, и тут за их спинами раздались странные звуки, смутно похожие на сдавленное фырканье. Можно было подумать, будто кого-то душат. Оба разом обернулись и заметили, как огромный, размером со взрослого человека, зверь, сидя позади них, хохочет, стараясь делать это как можно тише. Первый раз они видели, как смеется животное.