Я переродилась нелюбимой дочерью герцога в... а где, собственно? (гет)

Примечание:

В этой главе в самом начале идёт отсылка на персонажа Мавр из фанфика «Мавр ничего не знает: Невезение» (https://ficbook.net/readfic/5086898) от моей любимой SNia. Потому что никто не может запретить нам делать небольшие коллабы в наших работах, кек

_______________

От моего горячего мужчины меня оторвало наступление утра и настойчивый стук в дверь нашей спальни. То была Коала, которая решила не врываться без спроса, чтобы не дай бог не застать сцену, которая лишила бы её глаза детской невинности. Крикнув, что ждёт меня через полчаса, подруга ускакала обратно в свою комнату.

Сабо поднимался тяжело, и я его прекрасно понимала — сама бы спала. Но свадьба ждать не будет. Торжество было запланировано на три часа дня, а к тому моменту нам надо было подготовиться и рассадить всех гостей.

Умывшись как следует и почистив зубы, я отправилась в душ. Сабо скользнул за мной, и банные процедуры стали намного веселее.

— Если после свадьбы ты не будешь устраивать такое доброе утро хотя бы раз в две недели, то я подам на развод, — пообещала я, застёгивая на себе одну из его рубашек — для платья пока было рано, а часть гардероба Сабо уже давно была приватизирована мной.

— Обещаю быть самым лучшим мужем, — мурлыкнул он, целуя меня сперва в лоб, потом в кончик носа, а после и в губы. А затем помог застегнуть пуговицу на груди, совершенно невзначай проводя по ней рукой. Я закатила глаза. Ага, сделаю вид, что не заметила.

Распрощавшись с Самым Лучшим Мужчиной На Свете, я поспешила в комнату Коалы. Там, помимо моей подруги, тусовалась и Робин, которую я была ну очень рада видеть: моя любимая девочка всея «Ван Писа» прямо передо мной!

Общий язык мы нашли очень быстро, и пока Коала пыталась соорудить у меня на голове красивую причёску, я во всю болтала с Робин. Точек соприкосновения оказалось достаточно много: оказалось, пиратка тоже любила почитывать любовные романчики про холодных герцогов севера, которые и в этом мире пользовались определённым спросом. Ещё мы немного поболтали про забытые старинные языки. Как оказалось, языки мы знаем разные, и понеглифы, которые умела читать Робин, для меня были визуальным шумом. Ну, оно и ожидаемо: мои языки существовали на самом деле, пусть и в другом мире, а вот язык Робин — выдуманный Одой от балды.

Я не выдержала и понтанулась перед новой знакомой всякими «пардонами», «мерси» и «Das war ein befehl, der angrif Steiner war ein befehl». Последнее — потому что мем с ругающимся котёнком — это святое. Робин меня похвалила и попросила научить чему-нибудь такому. Я ей тут же рассказала про «Ноу ноу ноу, мистер фиш», за что получила от Коалы по голове.

Когда с причёской было покончено, я сердечно отблагодарила Коалу, обняла Робин (та немного прифигела) и сбежала на корабль Белоуса — Татч меня вчера уговорил наведаться к ним на завтрак, мол, он изъебнётся и приготовит что-то охуеть какое вкусное.

И он реально изъебнулся. Такого вкусного скрембла на главное и кусочка шоколадно-карамельного торта на сладкое я ещё никогда в жизни не ела.

— Если бы я не любила Сабо всем сердцем и душой, я бы похитила тебя и окольцевала вне зависимости от твоего согласия, — честно призналась я, сдерживая слёзы. Татч от такого комплимента покраснел, как варёный рак, а остальные заржали. Даже Эйс перестал корчить такую мину, словно у него недельный запор, и веселился от души. Ну, до тех пор пока не уснул с открытым ртом и не уткнулся рожей в тарелку с яичницей.

Потусив немного с пиратами Белоуса и респектнув самому Белоусу под его весёлый смех, я направилась к мугиварам, где тусовались Сабо и Ясопп. Последний что-то перетирал с сыном.

Пожелав всем доброго утра, я чмокнула своего мужчину (Санджи на этом моменте опять зарыдал) и поспешила на корабль к бывшим заключённым. Те при виде меня по традиции разрыдались, а я, спиздив речь у Оптимуса Прайма, пожелала им хорошего дня и напомнила, что церемония начнётся ровно в три.

По пути назад наткнулась на гуляющего по коридору Крокодайла. Офигела. Иванков тут же пояснил, что малыша Кроки они подобрали на судне дозорных на полпути из Импел Дауна и забрали к себе. Выбора плыть или не плыть на мою свадьбу у него не было.

— Если что, Мугивара припарковался чуть южнее. Иди поздоровайся со старым другом, — хихикнула я. Мне в ответ пожелали подавиться. Я усмехнулась: опасны твои речи, бывший Шичибукай, на корабле, который переполнен моими верными подсосами.

После моих миньончиков я поспешила на корабль к Шанксу, где сердечно поздоровалась с Утой, пожелала доброго утра хмурому Бенну и спёрла у Лаки Ру немного клубники. Тот, впрочем, не возражал. Шанкса я не нашла, но оно и не удивительно: тот оказался на корабле семьи Фигарленд. Хули он там забыл — вопрос хороший, ответа на который у меня нет.

Стоило мне подняться на борт, как мы повторили вчерашнюю неловкую ситуацию.

Гарлинг смотрел на нас с Шанксом тяжёлым взглядом. Ну что могу тебе сказать? Хорошего собутыльника ты найдёшь исключительно в Гарпе — тот знает, каково это, когда ни один из детей не идёт по твоим стопам. Да и вообще, по сравнению с ним ты везунчик: у тебя Шэмрок есть.

Пообщавшись с новоприобретённой семейкой, я вновь всем напомнила о времени церемонии и поспешила прочь — пора было готовиться самой.

Правда, на полпути меня остановил неожиданный гость. То был Гарп, который припёрся на лодке посреди ночи.

Рассмеявшись, он заключил меня в крепкие объятия, назвав долгожданной внучкой и добавив, что всю жизнь мечтал о девочке, а ему на голову сыпались одни только мальчики. Я не стала говорить, что звучит это очень двусмысленно и как-то по-педофильски, лишь улыбнулась и указала в ту сторону, где тусовался Эйс.

— Это потом, — отмахнулся старик. — Я вот что хотел. Помнишь нашу встречу в Венере? — Я кивнула. Такое хрен забудешь. Ты так меня заебал, что я потом ещё раз десять думала о том, звать ли тебя на свою свадьбу или нет. — Так вот! А как твоё пророчество переводилось, а?

Я глубоко вздохнула. Дед, ты так и не выпил таблетки, да? По жопе получить хочешь, да?

— Серьёзно? Сейчас? Лучше идите Эйсу пизды дайте.

— Это потом, — повторил мужик. — Ну так что?

— Вы ведь не отстанете, да? — поняла я.

— Не отстану, — довольно усмехнулся Гарп. Я поджала губы и сдалась:

— Довакин, Довакин, козни зла пресеки,

Ты вовек дал в том клятву свою.

И враги много бед слышат в кличе побед,

Довакин, поддержи нас в бою.

Гарп почесал бороду, отпуская меня. Всё, я свободна? Больше не доебёшься?

— А почему «Довакин»? — внезапно спросил он. Потому что это песня из Скайрима, бля. Главного героя так зовут.

— Потому что Джой Бой, Бог Солнца Ника и Мугивара Луффи, — ответила я.

Старик нахмурился — он явно понимал, о чём речь. Потом по-новому взглянул на меня. Я заметила нотку опасения. Ну а хули ты думал. Мне тут семь миллиардов не за красивые глазки дали. Хотя вот за красивые глазки могли бы ярдов шесть и скинуть — нахер столько надо.

Гарп вздохнул.

— Вот знаешь, ты мне кое-кого напоминаешь. — Я едва сдержалась, чтобы не скуксить лицо. Только не говорите, что сейчас начнутся типичные дедовские разговоры про молодость и про товарищей бурной юности. — Есть у меня одна подчинённая. Невезучая — просто жуть. Постоянно в передряги всякие попадает. То корабль потопит, то половина её команды морскому дьяволу душу отдаст.

— А я тут при чём? Вокруг меня пока что помирали только те, кто мне зла желал, — напомнила я.

— Так-то оно так, но будущее можешь её предсказать, а? Что с ней будет? Переживаю ж за малую. Совсем юная ещё, моложе тебя.

— Да откуда мне знать-то? — возмутилась я, а потом задумалась. Ни о каких канонных юных дарованиях Дозора женского пола, да ещё и под крылом Гарпа, я не помнила. Левая деваха, получается? Ну, тогда прогнозы у меня для тебя, старикан, неутешительные. Либо она лютый НПС, либо не доживёт до двадцати.

— Она пропала где-то рядом с Флорианским треугольником. Переживаю, как бы не померла. Мавром звать.

Мдэ. Это имя мне ничего не дало.

— Ну, коль не померла, то в скором времени с Луффи свидится. А коль померла — мои соболезнования, — развела я руками. Говорить о том, что второй вариант вероятнее, я не стала.

И тут я заметила Мугивару с Огненным Кулаком и что есть мочи закричала:

— Луффи! У меня тут подарок для тебя есть! И для Эйса тоже!

Пацаны обернулись. Увидели деда. Сбледнули. Бросились бежать прочь. Гарп мой намёк просёк и бросился за ними. Да, драки всю неделю церемонии (три дня до, день церемонии и три после) запрещены, но в этом запрете не было ни слова про Кулаки Любви и воспитательный процесс от горячо любимого дедули.

Гарп свалил, и пока революционеры при помощи всех трёх тысяч гостей расставляли скамейки, которых в какой-то момент тупо не хватило, я упорхала в нашу с Сабо каюту, где сменила его рубашку с моими шортами на красивое белое платье.

Я заранее решила, что пусть свадьба больше и не будет камерной, мой наряд останется довольно простым — ну вот не хотелось мне всяких там огромных тяжеленных платьев с корсетами и фатой. А потому предпочтение я отдала обычному платью из местного аналога массмаркета. Приталенное, длиной по колени, с красивым декольте и полупрозрачными рукавами. Идеально, одним словом.

Вскоре пришла Коала и помогла мне накраситься. Золотые тени, чёрная тушь и красная помада — и я была готова покорять сердца.

Выйдя из каюты, мы спустились с корабля. Гости уже практически расселись, и я, оставив подругу, поспешила к подобию алтарю. К нему я шла сама, Шанкс, выступающий в роли отца, никуда под громкие аплодисменты толпы меня не вёл — так здесь было не принято.

Сабо уже стоял и ждал меня. Красивый, чертяга, в этом своём белом костюме. Без плаща, правда, и без цилиндра на голове.

Когда гости успокоились и наконец-то расселись, Белоус громко прокашлялся, привлекая к себе внимание. Вёл мероприятие именно он — дед сам вызвался, заявив, что любит свадьбы, а нам не жалко было согласиться.

Я быстро окинула взглядом собравшихся. С моей стороны сидели практически все белоусовцы, куча одетых в красное беглых зэков и пираты Красноволосого. Ближе всех, на самых первых рядах, расположились Шанкс, Ута, Марко, Татч, Шэмрок и Гарлинг. Со стороны Сабо была вся окамская компашка, ещё немного зэков и все наши товарищи революционеры. Первые ряды, что ожидаемо, заняли Гарп, Луффи, Эйс, Драгон, Коала и Иванков. Все те, кто не поместился на скамейках, тусили либо на ногах, либо на кораблях — благо, голос у Белоуса был громким и всю церемонию они прекрасно слышали.

Йонко завёл речь, и я тут же вернула всё своё внимание на Сабо. Белоус что-то говорил про знаменательный день и про любовь, а я, если честно, ничего не слышала — всё перекрывал стук собственного сердца в ушах, а весь мир сузился до моего мужчины. Он смотрел так нежно и трепетно, что дыхание перехватывало, и был таким красивым, что в горле застревал писк. Чёрт, это правда происходит? Я правда выхожу замуж за лучшего мужчину в мире?

На глаза сами собой выступили слёзы, но я их стоически сдержала. Я не буду реветь как сучка. Во всяком случае, пока.

Белоус что-то сказал, и Сабо открыл рот:

— Я обещаю быть рядом и в радости, и в трудные моменты. Обещаю поддерживать тебя, верить в тебя и уважать твои мечты. Ты делаешь меня сильнее, чем кто-либо в этом мире. Я выбираю тебя сегодня и буду выбирать каждый день нашей жизни.

Кто-то на фоне запищал. Я поблагодарила Летающего Макаронного Монстра, что это была не я. Кажется, то был Иванков. Не могу его в этом винить.

А вот теперь пришла пора мне говорить, и в голове резко стало пусто. Блять.

Я бросила быстрый взгляд в сторону наших гостей. Внезапно заметила в толпе Арагорна. Прости, брат, но сегодня обойдусь без твоих речей — всё равно нам не показали, как ты ими Арвен кадрил.

Никто из гостей мне не помогал. Да твою ж мать.

Я выдохнула. Вдохнула. Так, Лианора Вердейн, у тебя дохуя и больше опыта в том, чтобы толкать крутые речи в самые напряжённые моменты, так что яйки в кулак, рот раскрыла и выдала что-нибудь умное и романтичное.

— Ты — мой самый любимый человек, — начала я. — Ты изменил мою жизнь и меняешь её до сих пор. И как ты каждый день выбираешь меня, я каждый день выбираю тебя. Тебя и только тебя.

Я замолчала. На губах Сабо появилась нежная улыбка, и, клянусь, я утонула в его взгляде. Буквально. Меня б оттуда ни один спасательный круг не достал.

Мой мужчина наклонился и запечатлел на моих губах лёгкий поцелуй, а я стояла как истукан. Бля. Мы что, теперь женаты? Он мой муж? Официально?

На это у меня была только одна реакция: громкий крик радости, который я с ОГРОМНЫМ трудом сдержала в себе.

Тут к нам приблизилась важно вышагивающая Коала. В руках у неё была подушка с двумя кольцами и какими-то бумажками. Я удивлённо моргнула. Что это? Что происходит? Это ведь не было запланировано. В этом мире не надевают кольца на свадьбах! И никакие бумажки не заполняют!

Я удивлённо посмотрела на Сабо, а тот вновь обернулся.

— Я же обещал тебе кольцо, роспись и штамп в паспорте. Не знаю, что такое «паспорт», но вот. — Он взял с подушки один из листков бумажки, на котором было написано «паспорт», и протянул мне. Я сглотнула вязкую слюну, не веря своим глазам.

Блять. Я обещала себе, что не буду рыдать, но мой мужчина делает всё, чтобы я заплакала!

Молча, будто в каком-то оцепенении, я взяла в руки ручку и расписалась сперва на своём листочке, а потом — на его. Сабо сделал всё то же самое. Затем Коала поставила в наши «паспорта» штампы в правый нижний угол и наконец-то протянула кольца.

Я, всё ещё шокированная, двигалась на автопилоте. У меня просто не было ни слов, ни мыслей в голове, клянусь. Я с огромным трудом реальность осознавала. И всё, что я могла — это просто посмотреть на Сабо сквозь расплывшееся зрение (чёрт, я всё же заплакала) и прошептать:

— Я тебя люблю.

Мой мужчина улыбнулся. Настолько нежно, настолько мягко и настолько любяще, что у меня ком застрял в горле.

— Я тоже тебя люблю. Даже несмотря на то, что ты самый разыскиваемый преступник в мире, — пошутил он, наклоняясь ко мне и вновь целуя.

Раздались громкие аплодисменты. Кто-то — или это была я? — всхлипнул.

А потом плотину прорвало, и я, позабыв, что у меня макияж и три тысячи зрителей, разрыдалась как сучка. Хорошо, что Коала была на шаг впереди и одолжила мне свою водостойкую тушь, а то быть мне на собственной свадьбе пандой с АлиЭкспресса.

Сабо засмеялся и заключил в свои объятия, кладя голову мне на макушку. Поляна наполнилась рыданиями минимум сотни человек. Кто-то засморкался, и мне больше не было стыдно, что я одна такая рёва-корова. Нас как минимум сто, и мы имеем право на чувства! Мы, блять, Такемичи Ханагаки от мира «Ван Писа», и мы будем рыдать единым фронтом!

Мне понадобилось не менее пяти минут, чтобы оклематься и обернуться к гостям. Иванков плакал на груди у Драгона, а окамы в один голос вторили своему лидеру. Беглые зэки, особенно те, что в красной униформе, рыдали навзрыд, приговаривая, что это лучший день в их жизни. В моей тоже, пацаны, в моей тоже. Глаза Шанкса чуть покраснели, даже Эйс подозрительно шмыгнул носом.

В общем, нас, плакс, больше сотни. И мы все — настоящие суровые мужики. Кроме окам. Окамы — самые прекрасные дамы с нежными девичьими сердцами.

Нарыдавшись, все принялись обустраивать банкет. Пока к нам вереницей подходили все самые близкие и самые желающие сказать свою пару слов поздравлений (а таких было просто дохуя), остальные сдвигали лавочки и выставляли столы.

Первым подошёл Шанкс. Обнял меня, похлопал Сабо по плечу и пожелал счастливой совместной жизни. За ним был Драгон, затем — Шэмрок и Гарлинг. После — Коала и Иванков. Ещё подошли Луффи и Эйс. Первый сиял от счастья — ждал грядущий банкет. Второй потирал подозрительно покрасневший нос, бурча что-то про ловушку Джокера. Ута мягко улыбнулась мне, Марко, Татч и Гарп пожали Сабо руку. Белоус привнёс свою лепту и ещё раз повторил свою короткую речь, пока к нам стягивались остальные: ребята из Революционной Армии, мои милые миньоны-коммунисты, мугивары, пираты Красноволосого, зэки во главе с Багги и слишком многочисленные белоусовцы.

В общем, простояли мы, принимая поздравления, часа два, не меньше. У меня в какой-то момент заболели руки, ноги и мышцы лица — я банально заебалась улыбаться. Шанкс, заметив, что я устала, тут же разогнал эту пиздобратию — чувак метил в отцы года, не меньше. Помогал ему, что удивительно, Шэмрок. Они вроде как даже сконнектились на общей почве — на своей заботе обо мне. Уву как мило. Я ж такими темпами начну их любить.

Наконец, мы сели. Пока все рассаживались (опять же, тех, кому не хватило место, отправили праздновать на корабли), Ута исполнила песни три. Я была ей за это сердечно благодарна. Вот что значит сестра, пусть и хуй пойми каким боком мы с ней породнились.

Начинали празднество с песни. Мои подсосы-коммунисты исполнили не самым дружным хором «Какая осень в лагерях кидает листья на запретку». Пока они пели, а остальные зэки восхищались и подвывали, я с трудом сдерживала рвущийся наружу смех. Мои тренинги на базе по попаданию в тюрячку не прошли даром, и теперь революционеры по всему миру знали кучу блатных песен.

После горе-выступления начались тосты.

Первым выступил Драгон, который на нашем празднике жизни по статусу был кем-то вроде бати жениха. Говорил он мало, но по делу. Эх, люблю Драгона. Мужик — огонь. Лучший начальник, двадцать из десяти! Он нам, между прочим, самостоятельно организовал медовый месяц на каком-то курортном острове с горячими источниками и бассейнами. Респект ему.

После речи Драгона все дружно выпили.

Вторым говорил Шанкс. Вот уж кто любит попиздеть. Он распинался и о том, как ему жаль отдавать родную кровинушку (ха-ха, 0% родства и 100% пиздежа) другому мужчине, но он преодолел себя и понял, что детей надо отпускать в свободное плавание. Пригрозил Сабо, чтоб тот обо мне заботился, потом добавил, что гордится мной и моими свершениями — шутка ли, в двадцать один год обскакать всех Йонко и Драгона и стать самым разыскиваемым преступником в мире. Примерно на этом моменте его осадил Бенн, и бате пришлось закругляться.

Все снова выпили.

Третьим поздравлял Белоус: решил выступить сразу после Шанкса и поднасрать ему чутка. Вновь напомнил, что я всегда могу променять семью Фигарленд на семью Белоуса, а ещё похвалил Сабо, заявив, что брат его сына — его сын. Так что Сабо теперь тысяча шестьсот первый сынуля, а Луффи — тысяча шестьсот второй.

Все опять выпили.

Четвёртым был Гарп, которому заявление Белоуса не очень-то и понравилось: ему хватало революционеров и пиратов в родне, отдавать ещё одного своего приёмного внука на усыновление Йонко он не собирался, о чём тут же заявил. А ещё заявил, что наш с Сабо ребёнок — то есть его правнук — обязан пойти в Дозор. Я не стала говорить, что детей в ближайшие лет десять я только в гробу видела. Пусть помечтает дедок.

Все вновь выпили.

Пятым внезапно заговорил Гарлинг, заявив, что его правнук не пойдёт ни в какой Дозор, а станет наследником семьи Фигарленд и будет частью Мировой Знати. Тут уж даже Шэмрок охуел — он такой подставы от батька не ожидал. Гарп с Гарлингом не согласился, и у них началась словесная потасовка.

— Бля-я-я-я, — выдохнула я, закрывая лицо руками. А можно они НЕ будут делить несуществующих детей?

— Мне так этот кринж нравится, не хочу, чтобы он заканчивался, — засмеялась рядом Коала. Я посмотрела на подругу во все глаза. Едрить. Я воспитала монстра.

— Давайте не будет об этом, — мягко, но с нотками угрозы улыбнулся Сабо, пытаясь успокоить дедов. Те переглянулись. — Напоминаю о правилах во время торжества.

Мужики поджали губы и сели на свои места. Судя по тому, какие взгляды они кидали друг на друга, их спор продолжался мысленно.

Мы все пригубили по бокалу.

Шестым встал Виски, которого я со времён Венеры мечтала порвать на британский флаг. Он вновь извинился за произошедшее и произнёс пламенную речь про коммунизм и про то, какие мы с Сабо красивые и крутые. Мы кивнули. Ага, понятно. Следующий.

А следующим был Эйс. И мне прям интересно было, что он скажет. У нас с Эйсом так-то странные отношения сложились, когда мы друг друга буллим (особенно я его) и общаемся в основном предъявами, но при этом вроде как прикипели и испытываем что-то тёплое и приятное по отношению друг к другу. Так что давай, пацан, сделай шаг к тому, чтоб я тебя на роль лучшего друга рассмотрела! Может, я тебя тогда даже хотя бы до козла в тюрячке повышу.

— Желаю вам счастья и любви, — коротко произнёс он. Я аж офигела. И что, всё? Требую больше контента! Но тут его пихнул Марко, и Эйс, вздохнув, закатил глаза: — Да. Сабо, я рад, что ты нашёл свою судьбу, пусть и… такую. Лиа, ты крутая и все дела, но ты сумасшедшая, и я всё ещё считаю, что ты недостойна моего брата. Не стану осуждать его выбор. Если это делает его счастливым… Во всяком случае, счастья вам.

Я прищурилась. Ах ты сволочь такая! А я тебя в лучшие друзьяшки почти записала! Тебе повезло, что у меня сегодня свадьба и я не буду заниматься твоей публичной поркой, хотя мне бы ой как хотелось, да и мои пацаны из зэков и Революционной Армии явно меня поддержали бы — вон как они все зашептались, кидая на Портгаса острые взгляды.

Впрочем, то, что его чихвостить не буду я, не значило, что его чихвостить не будут другие.

Стоило Эйсу закончить, как тут же поднялся Шэмрок.

— Спасибо предыдущему оратору за его речь. Хочу присоединиться к ней и пожелать счастья, но сделать небольшую поправку. Практически все собравшиеся тут — я не имею ввиду предыдущего спикера, он явно тугодум — очевидно, имеют как минимум один глаз, уши и хоть какую-то смекалку, так что прекрасно понимают, что наша Лианора — завидная девушка, жениться на которой — высшая честь для любого мужчины, особенно для такого, как Сабо. В конце концов, все мы прекрасно понимаем кто на самом деле кого недостоин.

Часть собравшихся тут же важно закивала и поддержала Шэмрока аплодисментами. Вторая часть возмутилась.

Я от шока открыла рот и посмотрела на Сабо. Тот подобных выебонов тоже не ожидал.

А в следующее мгновение кто-то из команды Белоуса (явно из Второй дивизии, раз так сильно оскорбился на то, что Эйса обоснованно назвали тугодумом) принялся обсирать Шэмрока и его глаза со смекалкой. Внезапно в стороне не остался Холо, который так-то должен Мировую Знать хуесосить, а не поддерживать.

Уже через минуту мы наблюдали за тем, как добрая тысяча человек готовилась устроить драку. И причиной её было не то, что один пират, а другой из Мировой Знати, а то, что они никак не могли решить между собой, кто кого недостоин: я Сабо или он меня. Такого уровня конфликтов я вот никак не ожидала.

— Эйс, может, и тупой, но у него чуйка на людей хорошая! — кричал кто-то из белоусовцев.

— Эйс не «может», а тупой! Святой Шэмрок всё по фактам сказал! — отвечал ему кто-то из, прости господи, Революционной Армии.

— Да ваш Шэмрок сам слепой! А его брат — грязный пират!

— Наш Шэмрок — один из величайших людей! Он дядя мисс Лианоры! А его брат — такой же грязный пират, как и ты, дебил!

Я вздохнула. Окей. Фильм Балабанова заказывали? Нет? А вот он.

А ведь я даже не удивлена. Это ведь моя свадьба. Повторюсь, моя свадьба. А зная, какой флёр абсурда витает вокруг меня, то ничего шокирующего или из ряда вон выходящего в том, что одни пираты обсирают других пиратов за то, что те пираты, а потом революционеры, ненавидящие Мировую Знать, защищают и превозносят эту самую Мировую Знать, не было.

И тут нас всех шандарахнуло Королевской Волей. Причём в тройном объёме: Шанксу, Сабо и Драгону уже тупо надоел этот цирк.

— Не смейте портить самый счастливый день в жизни моей дочери. Потом подерётесь, когда свадьба закончится. И вообще, они оба друг друга достойны, так что прекращайте, — приказал Шанкс стальным тоном. Я впервые в жизни осознанно и без давление извне захотела назвать его своим отцом. Пиздец.

Поняв, что надо тоже принять участие в усмирении толпы, я поднялась на ноги и постучала вилкой по бокалу, привлекая внимание. Рядом тут же встал Сабо, всё ещё грозно зыркающий на окружающих. Ну хоть свою Королевскую Волю усмирил.

— Спасибо вам большое за все поздравления и тёплые слова, но я вынужден присоединиться к тестю и попросить вас оставить все разногласия на потом. Сейчас у нас праздник, а не выяснение отношений. Эйс, особенно это касается тебя. И вас, Шэмрок.

Оба кивнули, мол, поняли. Тут слово взяла я.

— Спасибо, дорогой, — улыбнулась я и посмотрела на гостей, одаривая Эйса испепеляющим взглядом. — Послушайте. Мы все теперь одна семья, а суть семьи заключается в том, чтобы принимать друг друга такими, какие мы есть, со всеми достоинствами и недостатками. Так что этот разговор про то, кто кого достоин, а кто — нет, не имеет смысла. Быть семьёй — значит быть вместе без вот этого всего бреда. Так что давайте успокоимся.

— Успокоимся? — хмыкнул Эйс. — Семья — это хорошо. Но не стоит забывать, что если трогают твою семью, то необходимо как следует отомстить обидчику, а не забывать о произошедшем и делать вид, что ничего не было.

Повисла тишина. Блять. У Эйса что, задача в ежедневнике испортить мне свадьбу? Хули он такой неугомонный еблан?

Тяжело вздохнул Марко. Ему вторили Татч и Белоус. Им — остальные командиры дивизий и их заместители. Никто не пришёл в восторг от того, что больная тема поднялась здесь и сейчас.

— Эйс, — строгим тоном осадил его Белоус.

— Двадцать лет как Эйс, — огрызнулся малец. Воу, подростковый бунт, смотрю. Ты щас за такое пизды от батька отхватишь.

— Сядь на место. Потом поговорим, — приказал Йонко, да таким тоном, что я сама чуть не села. Умеет мужик быть угрожающим, когда захочет.

Портгас стиснул зубы и сел. Я нервно улыбнулась.

— Давайте вернёмся к веселью, — неловким тоном предложил Сабо.

— Да. Хорошая мысль, — согласилась я. Эйс демонстративно фыркнул, и меня это выбесило. Я посмотрела на него с такой жаждой крови, что сам граф Дракула нервно курит в сторонке. — А вот давай ты хотя бы один день побудешь нормальным человеком и не станешь портить праздник своему брату, а? — прошипела я. — Пожалей Сабо и найди в себе силы порадоваться за него в столь важный день.

— Я б посмотрел, как бы ты радовалась, если б твоего брата чуть не убил человек, которого ты считала лучшим другом.

Я стиснула зубы. Марко одёрнул Эйса, остальные начали возмущаться, что сейчас не время и не место для таких речей.

— Значит слушай сюда, пацан, — прошипела я, хлопая ладонями по столу. Воздух завибрировал, и даже Сабо чуть отпрянул — только благодаря этому я поняла, что вновь не сдержала Королевскую Волю в узде. Но контролировать её сейчас в мои планы не входило. — Ты сидишь ближайшие три дня и не рыпаешься. Семья — это круто и важно, но это не может работать только в одну сторону. Тебя в твоём горе поддерживает как минимум полторы тысячи человек, в том числе и твой брат, у которого сегодня свадьба. Так имей в себе силы и мужество затолкать собственные комплексы себе в жопу на пару денёчков и порадоваться за самого близкого человека. — Я вдохнула сквозь сцепленные зубы. — За своим Тичем-Хуичем погонишься после торжества. Он за содеянное поплатится рано или поздно — у тебя на это будет всё время мира и твоей короткой жизни. Захочешь — и его бошка через три дня после торжества — подчеркну, после торжества — окажется на твоей кровати в пять утра, закапав кровью всё постельное бельё. А сейчас сиди смирно и не рыпайся. Мы, повторюсь, семья, а семья — это не только принимать, но и отдавать.

Повисла тишина. Эйс смотрел на меня во все глаза, а я чуть ли не ядом капала.

Раздались первые неуверенные хлопки. Им вторили ещё одни, и вскоре вся поляна погрязла в аплодисментах.

Я выдохнула и откинулась обратно на стул, сворачивая Королевскую Волю. Сабо улыбнулся мне, объявил о продолжении торжества, а затем сел рядом, беря мою руку в свою.

— Прости за это, — прошептал он, большим пальцем поглаживая мои костяшки.

— Забей, — махнула я рукой и взялась за бокал, делая глоток. — Просто в следующий раз тебе придётся либо удерживать меня от убийства, либо в суде доказывать, что мои действия были самообороной, а Эйс сдох сам по себе, меня и близко не было.

С губ моего мужчины сорвался смешок, и я, расслабившись, положила голову ему на плечо.

Праздничная атмосфера постепенно вернулась, начались какие-то конкурсы, организованные решившим взять на себя роль тамады Иванковым, и все позабыли об этом неприятном инциденте.

Правда, как вскоре выяснилось, не совсем все — потому что спустя три дня нас с Сабо разбудил звонок Ден Ден Муши в пять, мать его, утра.

Сначала я игнорировала звонок, но он всё никак не прекращался. Человек на той стороне явно хотел меня выбесить, и у него это прекрасно получалось. Я бы решила, что это Шанкс или Шэмрок решили по старой памяти изнасиловать мою Ден Ден Муши, но я этим братьям-акробатам ещё перед отъездом строго-настрого запретила звонить мне в течение двух недель.

— Ответь уже, — взмолился Сабо. Его голос был хриплым, и это было настолько горячо, что мысли сразу же ускакали не в ту сторону. А в купе с его обнажённой грудью, выглядывающей из-под одеяла, м-м-м-м…

От приступа крови из носа меня вновь отвлёк звонок, и я, чертыхнувшись, встала с кровати и прошла к валяющейся на стуле сумке, доставая оттуда несчастную улитку.

— Кто? — спросила я злым тоном.

— Лиа, доброе утро, — раздался до пизды счастливый голос Эйса. Я на секунду подвисла. Хули мне Эйс звонил? И откуда у него мой номер? Я ж запретила Марко делиться им со всякими чушпанами.

— Какое, нахуй, доброе утро? — наконец выдохнула я, оборачиваясь к Сабо. Тот сел на кровати, протирая лицо, а затем вылупился на меня во все глаза. Милый, я тоже не знаю, что это за херня, не надо на меня так смотреть.

— Самое доброе утро! — жизнерадостно пропел Портгас. Он мне щас что, мстит за все те разы, когда я ему мозги полоскала и его самооценкой полы мыла? Вот ведь уебан, а! Злопамятная жопа.

— Сабо спит. Потом с ним побазаришь, — раздражённо ответила я, собираясь уже сбросить звонок, как Эйс меня перебил:

— Я с тобой поговорить хотел! Поблагодарить и извиниться!

Я открыла рот. Закрыла. Снова открыла. Посмотрела на такого же охуевшего Сабо. Потом на всякий случай ущипнула себя за руку, но, почувствовав боль, поняла, что это не сон.

Охуеть.

— Э-э-э-э… — выдала я невероятно глубокую в своей философии мысль. — Ты, блять, кто такой?

— Эйс же, — не понял пацан.

— Нихуя. Не пизди — и не пиздим будешь! Эйс никогда и ни за что не скажет мне «прости» и «спасибо». Тем более в пять утра. Ты рептилоид? Или кто-то из семейки Сливинов с Раксакорикофаллапаториуса? Занял его тело и думаешь, что никто не прочухает подмены? Белоусовцы, может, и не заметят, но мы-то не идиоты! Мы не слепые и не тупые! А ну верни Эйса, гнида.

— Да я это, блять, заебала. Я пытался с тобой как с человеком общаться, но ты, походу, только язык животных понимаешь, — высрал мне он. У меня как от сердца отлегло. Это был мой дорогой и любимый Эйс, мой почти лучший друг по имени Эйс! Его не подменили! Ну слава Летающему Макаронному Монстру.

— Я уж испугался, — признался Сабо. Понимаю, я тоже.

Портгас, услышав голос брата, поспешил поздороваться с ним. Пока они пиздели за жизнь (в основном пиздел какого-то хуя весёлый с утра пораньше Эйс), я успела сходить в туалет и умыться в ванной холодной водой, чтоб точно проснуться.

Вернувшись на кровать, я забрала из рук моего мужчины улитку и со всей внимательность проследила за тем, как он поднимается с кровати, демонстрируя мне свою прекрасную задницу, обтянутую труханами. Красивый мужчина, мужчина красивый, в отличных трусах, сидят охуенно.

Сабо, заметив мой взгляд, подмигнул, а затем скрылся в ванной. Ну вот, такого зрелища лишилась.

Но надо было возвращаться к ожидающему Эйсу, на которого я, если честно, с радостью забила бы болт, если б не его обещание извинений и благодарности.

— Так чего хотел? Причём такого срочного, что аж в пять утра позвонил? — наконец спросила я. — Если просто побесить…

— Да нет. Я ж это, по делу. В общем… — Он неловко кашлянул, а потом раздался голос Шанкса:

— Да не тяни ты уже!

— Шанкс? — удивилась я. — А ты чо там забыл?

— Так у нас уговор был, помнишь? — сказал мужчина. Я на секунду задумалась, а потом вспомнила, что да, я просила его приглядеть за долбоёбом на Эйсе. Неужто он после торжества его на свой корабль затащил? Или что у них там вообще произошло? — Тут, кстати, ещё и Шэмрок. Эй, Шэмрок, иди с Лиа поздоровайся!

— Доброе утро, — произнесла моя улитка ещё одним голосом.

— Доброе, — кивнула я, не до конца переваривая ситуацию. Ладно, если Эйса и Шанкса в одном месте я ещё могла понять, то Шэмрока рядом с ними — нет. Хули он там забыл? Они ж с Шанксом на рамсах!

Пу-пу-пу, ситуация.

Подумав немного, я всё же решила спросить, какого чёрта происходит. На секунду повисла тишина, а потом Шанкс запел соловьём о том, что благодаря моей невероятной (нет) речи на свадьбе о важности и ценности семьи, они с Шэмроком поняли, что надо научиться принимать друг друга такими, какие они есть, даже если один — грязный пират, а второй — высокомерный сноб. И пусть до идеального взаимопонимания им как с Земли до Плутона пешком со скоростью хромой одноногой бабки, первые шаги навстречу они уже сделали. И всё благодаря мне.

Слушая этот монолог на пару с не менее охуевшим Сабо, который успел вернуться из ванной, я откровенно не верила своим ушам.

— И вы что, решили позвонить мне и рассказать о том, какая вы теперь пиздец дружная семья, в пять часов утра? — не поняла я. И при чём тут Эйс тогда? Или они его решили использовать как мальчика для битья, поскольку им я запретила названивать мне, а его не особо-то и жалко?

— Так ты слушай дальше! — продолжил Шанкс. — Мы поговорили и пришли к выводу, что семья-то не только мы двое, но и Эйс с Луффи теперь наши дальние родственники, а родственникам надо помогать. Тем более, что ты так об Эйсе печёшься.

— Эй! — воскликнули мы с Портгасом в один голос. Я — возмущённо, что меня спалили. Он — смущённо и неверяще.

— Да-да. Так вот, мы с Шэмроком покумекали, — нихуя себе он слова знает, — и пошли в Мок Таун за Тичем, как ты и сказала.

Но… Я не говорила им этого делать…

Стоп. Только сейчас до меня дошло. Они пошли за Тичем? Вдвоём? Вместо Эйса? Что?

— В общем! — взял слово Портгас. — Я хотел бы поблагодарить тебя за…

— Стоп! — воскликнул Сабо, прерывая брата. — Подожди буквально полминуты, Лиа надо сесть и прийти в себя.

Я подняла брови. Да я и так сидела. И, вроде как, даже в себе. Я, наоборот, уже немного переварила ситуацию и теперь с нетерпением ждала, когда Эйс будет мне оды петь, восхваляя мою доброту, красоту, ум, стратегическое мышление, лидерские качества и всё в таком духе.

Но тут Самый Лучший Мужчина В Мире поднялся с кровати и прошёл к своему пальто, доставая оттуда Ден Ден Муши. Сперва я не поняла, что происходит, а потом тот включил на улитке режим диктофона, и до меня дошло.

Хочу признаться: я люблю этого человека больше всего на свете.

— Теперь можешь говорить, — подмигнул мне Сабо. Он собственными руками создавал компромат на своего братца. Вот это я понимаю. Эйс, нас счёт официально 3:0 в мою пользу. Соси бибу.

— Так вот, — кашлянул пират, — я бы хотел поблагодарить тебя за то, что ты всё это время волновалась обо мне и моей судьбе. Ты действительно предвидела большинство проблем, с которыми я столкнусь, если продолжу преследовать Тича в одиночку, и позаботилась о том, чтобы я их избежал. Только благодаря тебе Шанкс и Шэмрок решили объединиться и принесли мне отрубленную голову Тича, бросив её прямо на кровать. Ребята из моей дивизии, кстати, будут в ужасе от окровавленных простыней, и мне, скорее всего, придётся стирать их вручную, но это мелочи. Я очень сильно благодарен тебе и прошу прощения за моё прошлое поведение.

Это был миг триумфа, помноженного на охуевание.

Я понимала, что процентов девяносто девять этой речи Эйсу написал Шэмрок, но то, что Портгас произносил её вслух без рофлов и бомбежа, дорогого стоило. Он, в конце концов, согласился это сказать, и даже не под дулом пистолета. Иначе говоря, где-то глубоко внутри его чёрной чёрствой душонки он действительно был мне благодарен. И плевать, что я ничего особо-то и не сделала.

Чёрт. Он таким словами действительно в мои лучшие друзья метил.

— Вау… — Это был максимум, который я смогла выдавить из себя. — Я… Э-э-э… Да не за что? Но так-то это Шанкс и Шэмрок всё решили…

— Нет, — не согласился дядюшка. — Это ты попросила Шанкса, а я не смог остаться в стороне. Семья всё-таки. Ну, не я с ним, а я с тобой, — тут же добавил он. — Хотя и с ним немного…

Мне показалось, что я сейчас заплачу. Хотя, судя по взгляду Сабо и подозрительному кому в горле, я уже плакала. Охуеть. Я и подумать не могла, что слова, так просто произнесённые Шэмроком, даже не какие-то особо вычурные и крутые, заставят моё сердце заныть, а саму меня — расплакаться.

Мы… Мы и вправду семья? Настоящая? Я, Шанкс и Шэмрок? Мы, типа, Фигарленды? Все вместе?

Бляха муха. Да кто ж знал, что то, от чего я бежала эти два года, на самом деле такое охрененное чувство? Я как будто обрела ещё один дом в этом мире. Будто больше не была абсолютно чужой, нужной только Драгону, Сабо и Коале. Будто у меня появилась полноценная семья, мой якорь в «Ван Писе».

Я зарыдала пуще прежнего. Сабо обнял меня, гладя по волосам.

— Вы мне жену сломали, — мягко пожурил он моих… родственников. Мою семью.

— Прости-прости, — засмеялся Шанкс на той стороне. — Во всяком случае, мы позвонили и обо всём предупредили.

— Ещё кое-что осталось, — перебил его Шэмрок. — Я нашёл Морганса, и он после короткого разговора тет-а-тет пообещал больше не доставать тебя в газетах.

Я засмеялась сквозь слёзы. Всё понятно. Связи Йонко — херня, раз он даже несчастного редактора МЭГ найти не мог. Связи Мирового Правительства — сила.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я, всхлипывая.

— Да без проблем. Главное чаек его больше не трогай, а то он в прошлый раз сильно расстроился.

Я нахмурилась. Каких чаек? Когда это я их трогала? А потом вспомнила: когда мы готовили революцию в Софии, именно я предложила отлавливать птиц и пихать в газеты наши листовки. Только не говорите, что все эти два года Морганс мне так мстил за тот случай. Ну нихрена себе он злопамятный. А потом говорят, что мужской депрессии не существует. Ага, как же.

— И ещё один момент. — Дядюшка немного замялся. Мнущийся Шэмрок — это самое настоящее шоу, скажу я вам. — Там отец с Гарпом после церемонии уже третий день выпивают в поместье Фигарленд. Не советую в ближайшее время отвечать на их звонки или попадаться им на глаза.

— Что случилось? — тут же нахмурился Сабо.

— Да ничего такого, просто они наконец-то пришли к взаимопониманию в их споре и решили, что один ваш ребёнок станет дозорным, а второй — наследником семьи Фигарленд. Думаю, как только они протрезвеют, достанут вас разговорами о правнуках.

Я побледнела. Не-не-не, нахуй надо!

А мы можем сейчас вернуться в ту точку разговора, в которой Эйс восхвалял меня и мою заботу о нём?

— Если их устроят коты в виде правнуков, то пожалуйста. Если нет, то передай, что я мертва. Спасибо.

Сабо прыснул. Шанкс и Эйс на той стороне — тоже. А вот Шэмрок лишь тяжело вздохнул. Ну да, я ж его только что на амбразуру кинула. Впрочем, сам виноват, надо было самому детей заводить, а не на Шанкса надеяться.

— Ладно, — наконец заговорила я. — Спасибо, что поделились и обо всём предупредили. Всех люблю, всех целую, и чтоб ближайшие две недели от вас ни слуху, ни духу. Пока-пока! — И бросила трубку. А потом посмотрела на моего веселящегося благоверного. — Ну что, займёмся тем самым? — спросила я, игриво поиграв бровями.

— Конечно, — согласился Сабо, убирая Ден Ден Муши на прикроватную тумбочку.

В следующий момент мы уже лежали на кровати, накрывшись одеялом, и спали. Ибо нехер будить нас в пять, мать его, утра.

________

Примечание:

Вот и конец нашей истории. Спасибо, что читали её!

Отдельная сердечная благодарность всем тем, кто оставлял свои комментарии и вдохновлял меня ими ❤