Сердце, нуждающееся в спасении (гет)

Бал-маскарад во дворце Крокуса был ослепителен до тошноты. После того как «Хвост Феи» спас королевство от драконов Затмения и умудрился выиграть турнир, Король решил устроить праздник примирения.

Для Люси это было пыткой.

Она стояла у колонны, сжимая бокал с пуншем, который даже не пригубила. Вокруг кружились пары: Эрза вела в танце какого-то аристократа так уверенно, словно шла в атаку; Грей пытался незаметно стащить закуску с подноса проходящего слуги; Нацу... Нацу куда-то исчез вместе с Венди, вероятно, уже что-то взрывая.

Люси чувствовала себя чужой. Она была героиней дня, но сейчас ей хотелось просто раствориться.

— Мисс Хартфилия! — раздался рядом веселый голос.

Это был местный лорд, имени которого она даже не запомнила. Он поклонился, протягивая руку:

— Позвольте пригласить вас?

Люси выдавила вежливую улыбку:

— Боюсь, я очень устала...

— О, прошу! Всего один танец!

Прежде чем она успела отказаться, сильная рука легла на её талию, а вторая перехватила ладонь лорда.

— Прошу прощения, милорд, — раздался над ухом холодный баритон Лаксуса. — Но леди обещала этот танец мне. Кажется, вы перепутали очередь.

Лорд побледнел и испарился. Нацу, возникший из ниоткуда, фыркнул:

— Эй, оставь нам хотя бы одну девушку! Люси, потанцуешь со мной? Я видел, как танцевала Эрза, думаю, справлюсь!

Люси хотела возразить, сказать, что хочет отдохнуть, но взгляд Лаксуса стал тяжелым. Это был приказ, замаскированный под светскую любезность.

— Хорошо, — выдохнула она.

Танец с Нацу оказался именно таким, каким она его представляла: шумным, неуклюжим и полным смеха. Нацу постоянно наступал ей на ноги, извинялся, хохотал, снова сбивался с ритма. Он шутил, рассказывал какую-то чепуху про то, как они с Хэппи воровали рыбу, совершенно не заботясь о том, как выглядит со стороны. Люси пыталась улыбаться, но внутри росла глухая тоска. Для него она всегда будет просто «своей», младшей сестренкой по гильдии. Той, кого нужно защищать, но никогда — желать.

Когда мелодия стихла, она поспешила отстраниться.

— Спасибо за танец, Драгнил, — быстро сказала она, отступая.

Но музыка сменилась. Зазвучали струнные — медленная, тягучая, почти болезненно красивая мелодия вальса.

— Эй, блондинка.

Голос прозвучал прямо за спиной. Так близко, что она почувствовала тепло чужого дыхания. Люси обернулась. Лаксус стоял слишком близко. Слишком прямо. Без своей привычной кривой усмешки. Его янтарные глаза смотрели пристально, изучающе.

— Потанцуешь со мной?

Это не было вопросом. Это звучало как констатация факта.

Он взял её за руку. И мир перевернулся.

Там, где Нацу вел неуверенно, спотыкаясь, Лаксус двигался так, будто родился танцующим. Его хватка была стальной, но прикосновение — невесомым. Он вел её сквозь толпу легко, без единого лишнего шага или поворота. Казалось, он чувствует каждое движение её тела еще до того, как она сама решит повернуться.

Откуда он умел танцевать? Этот вопрос бился в голове панической птицей. Где сын Мастера гильдии научился этому аристократическому этикету? В борделях? В Башне магов? Или?..

Его пальцы лежали на её талии. Не давили, не обжигали — просто были. Теплые, надежные. Люси подняла голову и встретилась с ним взглядом. Он смотрел только на неё. Не поверх плеча, не по сторонам. Прямо в глаза. От этого взгляда колени слабели сильнее, чем от любого танца.

— Ты хорошо танцуешь, — зачем-то ляпнула она, чтобы заполнить тишину.

— У меня были хорошие учителя, — ровно ответил он. — Те, кто наказывал за плохие манеры разрядами тока.

Люси сглотнула. Молния. Конечно. Всё всегда сводилось к магии.

— Почему ты ушел тогда? — вырвалось у неё.

— Из-за нас. Из-за Гильдии.

Музыка обволакивала их, заглушая звуки бала.

— Потому что мне казалось, что вы стали слабыми, — отрезал он, но тут же смягчился, заметив, как дрогнули ее губы. — Нет. Вы позволили этой гильдии стать домом для всех подряд. А дом... дом должен быть крепостью. Дед забыл об этом. Я хотел напомнить. Но это в прошлом. Прошлое прошло, Люси.

Мелодия стала тише, переходя в тихое пианино. Они остановились в центре зала, но он не размыкал рук.

— Мы закончили, — сказал он.

— Да, — кивнула Люси, пытаясь высвободить пальцы, но он лишь чуть сжал их.

— Пойдем. Прогуляемся.

Это не было вопросом. Они вышли на широкий балкон, нависающий над ночным садом. Здесь пахло мокрой листвой и дождем. Музыка бала превратилась в едва различимый шепот.

Лаксус молча подошел к каменным перилам. Несколько секунд никто не говорил. Люси уже начала думать, что он просто хотел уйти от шума. Но он неожиданно спросил:

— Зачем ты пришла ко мне тогда?

Она подняла взгляд.

— Тогда... под сакурой.

Люси замерла. Она прекрасно помнила тот вечер. После Битвы за Фестиваль. После его возвращения. Когда все вокруг праздновали, а он сидел один.

— Ты выглядел... одиноким, — тихо ответила она.

Лаксус усмехнулся. Без привычной насмешки. Скорее устало.

— Вообще-то я хотел, чтобы меня никто не трогал.

— Знаю.

— Тогда почему?

Она долго молчала. Потом пожала плечами.

— Потому что иногда человеку достаточно того, что рядом просто кто-то есть.

Он медленно кивнул. Будто именно этот ответ и ожидал услышать. Потом снова посмотрел вниз.

— Ответь мне честно.

Люси почувствовала, как сердце начинает биться быстрее.

— Этот розоволосый идиот... — Он даже не произнес имени. — ...что он для тебя?

Она моргнула.

— Нацу?

— Других идиотов рядом с тобой я что-то не наблюдаю.

Несмотря на серьезность разговора, она тихо рассмеялась. Потом задумалась. По-настоящему.

— Он...

Она искала правильные слова.

— Он мой лучший друг.

— Дальше.

— Он семья.

— Еще.

Она покачала головой.

— Все.

Лаксус внимательно смотрел ей в глаза. Словно искал хоть намек на ложь.

— Ты уверена?

— Абсолютно.

Она улыбнулась.

— Если честно... я вообще никогда не думала о нем иначе.

Повисла долгая тишина. Потом произошло то, чего Люси никак не ожидала. Лаксус медленно выдохнул. Так, будто несколько дней подряд задерживал дыхание. Напряжение исчезло из его плеч. Даже взгляд стал спокойнее.

— Хорошо.

— Хорошо?

Он кивнул.

— Значит, одной проблемой меньше.

— О чем ты вообще говоришь?

— Ни о чем.

Он уже направился к двери. Люси нахмурилась.

— Лаксус!

Он остановился. Не оборачиваясь.

— Что?

— Ты странный.

— Только сейчас заметила?

Она недовольно фыркнула. Он уже собирался открыть дверь. Но вдруг спокойно спросил:

— А я?

Люси растерянно моргнула.

— Что... ты?

Теперь он повернулся. Полностью. Скрестил руки на груди.

— Ты очень красиво рассказала, кто для тебя Нацу. Лучший друг. Семья. Человек, которому ты доверяешь жизнь. — Он сделал шаг вперед. Совсем небольшой. Но расстояние между ними словно исчезло. — А кто для тебя я?

Воздух вдруг стал тяжелым. Люси открыла рот. Закрыла. Перед глазами пронеслось слишком многое. Ночь, когда он ворвался в ее комнату. Поцелуй. Арена. Его слезы. Больничная палата. Коридор гостиницы. Его признание. Танец. То, как он смотрел на нее сейчас. Ответ существовал. Она чувствовала его всем сердцем. Но назвать вслух... Не могла.

— Я... — Голос подвел. — Ты... — Еще одна попытка. Безуспешно.

Лаксус смотрел на нее несколько долгих секунд. Потом уголок его губ едва заметно дрогнул.

— Вот теперь... — Он открыл дверь. — ...думай.

И исчез внутри дворца. Люси так и осталась стоять под дождем. Она прижала ладонь к губам. Сердце билось так громко, что заглушало музыку из бального зала. И впервые за долгое время поняла одну простую вещь. Ответ она уже знала. Просто еще не была готова произнести его вслух.