Приключения в Либерти-сити (джен)

Работа шла своим чередом.

Полицейский участок Коралл-Бич перестраивали в соответствии с Положением № 56783 от 9583 года, которое гласило —… что полицейские участки должны быть просторны, хорошо проветриваемы, озеленены и удобны…

Место позволяло сделать это, поэтому отделы то и дело переселялись с этажа на этаж, давая строителям развернуться на полную катушку. Несмотря на стройку, дела таки делались и расследования на месте не стояли.

Спустя месяц убойный отдел получил свое законное помещение, в которое и переехал. Посередине помещения личного состава находился кабинет лейтенанта, в котором было два стола, три шкафа, куча цветов и одно окно, выходящее на внутренний дворик. В самом помещении стояли шкафы, столы и цветы, а также было два больших окна, выходящих на тот же внутренний дворик. В коридоре была шахта лифта, две лестницы и три двери. За одной дверью скрывалась комната приема пищи со всеми необходимыми вещами, вторая дверь вела в раздевалку, а третья — в туалет. Туалет подразделялся на женский и мужской и там поддерживалась чуть ли не стерильная чистота. Один конец коридора упирался в пожарную лестницу, второй в комнату отдыха. Убойный занимал половину третьего этажа, вторую половину — Отдел нравов. На втором этаже — Отдел по наркотикам и Отдел по делам молодежи, первый этаж был для столовой совмещенной с буфетом, гимнастического зала, раздевалки с душевыми кабинами, комнаты для дежурных, вестибюля и двери в гараж. Четвертый этаж делили между собой — кабинет капитана полицейского участка и Отдел по борьбе с незаконным ввозом оружия. А так все остальное, что положено по штату, на всех этажах было в избытке.

На первом этаже еще был архив, оружейная, камеры предварительного задержания и допросные.

* * *

На четвертый день, после того, как убойный занял свое новое помещение, Мик шел к себе с бумагами, которые получил от капитана. И, подходя к кабинету, услышал страстные звуки и стоны. Они доносились из его кабинета. Мик огляделся — ребят не было. Одни были на задании, а четверо новеньких на инструктаже, который проводил Макс.

Меллоун вздохнул, приоткрыл дверь кабинета и просочился вовнутрь. Сцена, которая предстала перед ним, была достойна эротического фильма, только позиция была другая — грудастая девица скакала на лежащем парне, который тискал её упругие груди. Они оба стонали во весь голос, вскрикивали… наслаждались жизнью.

Лейтенант деликатно кашлянул.

Деваха резво соскочила, отвела волосы с лица и обнаружилось, что это офицер Скарла, а парень сполз за стол и начал судорожно натягивать штаны.

— Так, — Мик оглядел неторопливо одевающуюся Тину Скарлу, — у вас места для секса нет более подходящего?

— Да, ладно, — ухмыльнулась офицер Скарла, качнув грудями, — что вы в самом деле… могли б и присоединиться.

— Одевайтесь и сдайте значок. Я вас на неделю отстраняю от работы.

— За что? — искренне удивилась та, втискивая грудь в лифчик.

— За нарушение дисциплины, — объяснил Мик, — я не против, но не на работе и не в моем кабинете. После работы — пожалуйста, но за пределами участка.

— Подумаешь, — Скарла, наконец, оделась, положила значок на стол и отвалила из кабинета.

— Выбирайся из-под стола, — Мик стоял в дверях, показывая всем видом, что нарушитель просочиться не сможет, — значок на стол и на неделю можешь быть свободен.

— Ты мне никто, — из-под стола выбрался Фрэнк Меллоун, — ты мне не отец, поэтому не можешь делать мне замечания.

— Не отец, — согласился Мик, — но я — твой лейтенант! Ты нарушил несколько правил поведения на рабочем месте. И я, заметь, не применяю к тебя более суровых методов, а просто отстраняю на неделю.

— Хуевый ты лейтенант, — презрительно фыркнул Фрэнк, яростно шлепнул значок об стол и направился было к двери.

— Погоди, а вытирать за вами кто будет? Вытри стол и уходи.

Фрэнк пробормотал про себя что-то нелестное в адрес лейтенанта, но вытер стол, а после ушел.

Мик посмотрел ему вслед, хмыкнул, сел за стол, включил комп. Его поставщик браслетов благополучно пережил все катаклизмы, поэтому, как только всё пришло в относительную норму, Мик прокачал свой браслет и достал браслеты для своих новых людей и старых друзей.

Офицеру Скарле он браслет не дал.

— Ты почему ей не дал? — спросил его Макс после раздачи.

— Не доверяю я ей, — ответил на это Мик.

Поэтому, как только комп загрузился, Мик подключился к браслету Фрэнка и скачал себе всё, что тот записал. Пока просматривал, пришел Макс.

— Встретил на выходе ужас сердитого Фрэнка и безмятежную Скарлу, — сообщил он, — что произошло?

— Вот любуйся, — Мик развернул голографический экран.

— Господь всемогущий! — пролепетал Макс, алея маковым полем, — хочешь сказать, что они занимались этим прямо здесь?

— Ага. Я отстранил их на неделю и забрал их значки.

— Поддерживаю, — Макс добрался до своего стола и достал кружку, — тебе чаю заварить?

— Да.

— Ну такого я от них не ожидал, — покрутил головой сержант, — особенно от Фрэнка. Вроде нормальный парень. Да, сейчас расскажу. Идем мы с новенькими к нам, Фрэнк навстречу идет, ужас какой злой, и явно тебя костерит по-всякому, а один из ребят вдруг и говорит, а что ты так лейтенанта ругаешь, если ты напортачил, то будь любезен принять наказание, как подобает мужчине. Фрэнк аж взвился, мол, я тут выслушивать ничьих советов не собираюсь, я, мол — взрослый мужик и буду жить, как я хочу, а всякие лейтенанты мне не указ. Нос задрал и пошел дальше.

— Ладно, пускай дуется, — хмыкнул Меллоун, — сам виноват. Не членом думать надо, а головой. А то грудастую телку увидал, так и возбудился.

— Судя по видео, она его соблазнила, — заметил Макс, — с неё и спрос…

— Да, я согласен, но он мог бы и отказаться. Парень молодой, а мозгов мало. Так. что у нас по делам?

— Давай я сперва чаю принесу, тогда и будем разбирать дела, — провозгласил Макс и исчез за дверью.

* * *

Вечером, когда гараж уже опустел, а в участке остались лишь дежурные, Мик стоял около своего джипа и собирался отправиться домой, но тут его из темноты окликнули.

— Лейтенант?

Мик насторожился; голос был незнакомый, гараж пустой, а силы еще толком не восстановились. Пырнет незнакомец, потом выясняй — кто и зачем… Встал так, чтобы дверца машины его прикрывала, и ответил:

— Да?

— Ну, здраствуй… отец, — из темноты вышел черноволосый молодой мужчина такого же роста, как и Мик, и остановился на расстоянии вытянутой руки, — я пойму, если ты меня не признаешь. Когда ты ушел, я был младенцем.

— Энджел?! — не веря глазам, проговорил Мик, — мне сказали, что ты погиб на полицейском задании? Но я задним умом вспомнил, что я всем детям браслет давал.

— Да, отец, Энджел, — брюнет улыбнулся, — знаешь, сколько я тебя искал?

— Представляю. Ты где живешь?

— Тут, в паре кварталов, а что?

— Заедем за твоими вещами и поедем домой. Снежана будет в восторге.

Когда подкатили к парадному крыльцу в розоватых сумерках, Мик обернулся к сыну:

— Давай так, я зайду в дом, а ты минут через пять следом…

— Маму нужно подготовить, — согласился Энджел.

— Вот и хорошо, — Мик вышел из машины и отправился в дом.

Снежана, напевая какаую-то песенку без слов, мирно пекла оладьи на кухне.

— Снежинка! — позвал её муж.

— Мик?! — развернулась быстро, взметнув серебряные волосы, — ты не знаешь, почему Фрэнк пришел весь разобиженный?

— Потом расскажу, — муж поцеловал её в губы, — у меня сюрприз.

— Какой? — серебряные глаза округлились.

— Приятный.

— Мама? — на пороге кухни вырос черноволосый мужчина.

— Энджел?! — серебристые брови взлетели и Снежана чуть не села мимо стула, — сынок, откуда ты здесь?

— Я давно в Либерти-сити живу, — ответил тот, — за тобой присматриваю.

— Ох, — Снежана выдохнула, — ладно. Иди с отцом, он покажет, где ты будешь жить, а потом приходите оладьи есть.

Фрэнк сидел на причале и дулся.

С одной стороны, он прекрасно понимал, что напортачил, но с другой — подумаешь, занялся сексом с коллегой в кабинете лейтенанта. В этом выборе места было что-то пикантное и тревожное. Вот и трахались до появления начальства, спалились по-крупному. От товарищей он слышал, что Тина многим предлагала, но как-то обстоятельства не складывались, да и она настаивала на сексе прямо в участке, а это как-то было не очень правильно. А вот теперь он — герой участка, отстраненный на неделю.

Он слышал, что Мик вернулся, и надеялся, что уж дома псевдо-отец сменит гнев на милость, но что-то он Фрэнка не искал. Поразмышляв об судьбе-злодейке, Фрэнк встал с прогретых досок и отправился в дом. Вошел и услышал смех из кухни.

Оторопел.

Прислушался.

Сходил помыл руки и решительно вошел в кухню.

— … помнишь, как ты к соседям залез, — Снежана, Мик и незнакомый черноволосый парень сидели за столом, ели оладьи и, разговаривая, смеялись.

— Да, это было эпично… — брюнет намазал оладью клубничным варением.

— Сынок, а зачем ты туда лазил? — недоуменно спросил Мик. — и, если я правильно помню, вокруг нашего дома никаких соседей не было…

— Милый, — Снежана погладила мужа по руке, — когда ты исчез, мне пришлось начать работать. Поэтому мы переехали в город, а наш дом остался в качестве деревенского. Макс и Иола постарались нас устроить как можно лучше, поэтому мы обзавелись соседями. Уайт все проблемы дипломатически решал, а Энджел все нахрапом.

— Было дело, — черноволосый согласился, — так брат теперь дипломат, а я обратно в полицию.

— Так вот, забрался наш пострел к соседям, а они его поймали. Привели, возмущаются…

— Ты потом со мной три дня не разговаривала. А я никак не мог понять, почему ты на меня сердишься, пока дядя Макс не пришел и не рассказал.

— Понятное дело, — Мик рассмеялся, — Фрэнки, что стоишь столбом, присоединяйся.

— Это кто? — Фрэнк набычился, — что это за новые гости?

— Это не гости, милый, — Снежана улыбнулась ему, — это… ммм… твой старший брат.

— В смысле? — Фрэнк поперхнулся, — я один был в семье!!!

— Это наш с Миком сын, — стала ему объяснять Снежана, — Энджел, четвертый из наших детей, наряду с Шарлоттой, Лаки и Уайтом.

— Но он же… погиб?!

— Не совсем, — сказал брюнет, — это была просто необходимость. Я был очень долго под прикрытием, за мной охотились очень страшные люди… и поэтому, чтобы отвести беды от моей семьи, я решил исчезнуть, чтобы самостоятельно разобраться с ними.

— Весь в отца, — с гордостью в голосе произнесла Снежана.

— И что? — Фрэнк слопал три оладьи, — что ты, что этот псевдо-отец — мне не указ! Я вас не признаю. Моя мама — этот она, — указал на Снежану, — она была рядом со мной, когда погибли мои настоящие родители, а вас двоих я не знаю и знать не хочу. Вы в моей жизни никакой роли не играете. Вы оба приперлись на все готовенькое и теперь воруете у меня мою милую маму.

— Отец, — брюнет поглядел на потрясенного отца, — можно я с этим щенком поговорю, по-мужски?

— Да.

— Только ты его сильно не бей, — ответила рассерженная Снежана.

— Пошли, — черноволосый, а он оказался сильнее, чем Фрэнк думал, ухватил сердитого брата за плечо и поволок его на улицу.

* * *

— Слушай ты, щенок, — брюнет взял Фрэнка за плечи и хорошенько встряхнул, — я за отца пасть порву любому, кто его обидит. Ты тут всю свою сознательную жизнь живешь, ничего такого с тобой не происходило. Пырнули раз, да семья погибла. Катаешься, как в сыр масле. А отец много где был и навидался такого, что тебе, щенок, даже в кошмарных снах не снилось.

— Но…

— Не вякай. Если рассматривать с точки зрения родственных связей, то я, мама и отец — семья, а вот ты тут — никто и звать тебя никак. Поэтому заткнись и не вякай. Тебе не пришлось жить вообще без семьи, ты тут же попал в заботливые руки мамы. А ты представь, каково мне было, когда я отводил беду от моих родственников? Отец — неизвестно где, мать — пропала, сестры и брат уехали, планета взорвалась — полный пиздец! И я один во вселенной! Это страшно! Я выжил, нашел и сестер и брата, а потом и маму. И всё это время искал отца. Понял?

— Я — потомок леди Шарлотта, — упрямо сказал Фрэнк, — прямой.

— И?

— Я — тоже семья!

— Нет. А с таким отношением к отцу — вообще не родственник.

— Он мне не отец!

— Формально нет, но если ты — потомок Шарли, то Мик — твой отец. Шарлотта — его дочь, а ты — потомок его дочери, поэтому…

— Я не собираюсь его слушать! — Фрэнк толкнул своего приобретенного брата в грудь, — он — никто и тупая…

Тут ему в глаз прилетел кулак и началась шикарная потасовка; через час, когда оба вернулись в кухню, родители увидели, что у Фрэнка разбита скула и подбит глаз, а Энджел щеголяет разбитой губой и сбитыми костяшками пальцев.

— Оба мыться и в постель, — скомандовала Снежана, — об вашем поведении поговорим завтра.