Как и ожидалось, моя школьная геройская жизнь не удалась (гет)

Тайком жевать шоколадку на задней парте отдаёт ощущением, будто я какой-то хулиган. Но, прогоняя одолженную причуду пищеварения на полной мощности весь остаток дня, я сумел поднять процент жира настолько, что Исцеляющая Девочка, пусть и нехотя, всё-таки подписала разрешение на продолжение стажировки — при условии, что я, цитирую, «и дальше буду продолжать в том же духе».

Не прошло и пяти минут, как я сдал Айдзаве-сенсею бланк с выбором места стажировки. Пока он читал, его брови поползли вверх и скрылись под длинной чёлкой.

— Агентство Киберпанч? — Айдзава произнёс это с явным удивлением. — Не совсем то, чего я ожидал.

Он поднял на меня взгляд, его тёмные глаза буквально буравили меня насквозь:

— Почему именно туда? У тебя были предложения получше.

— Мне кажется, следственная работа хорошо сочетается с моими сильными и слабыми сторонами, — соврал я, изо всех сил стараясь не отводить взгляд.

Киберпанч напрямую не запрещала мне рассказывать о расследовании, но рисковать я не собирался. И, если уж на то пошло, я вполне мог представить, что учителя Юэй вряд ли одобрят использование школьной стажировки ради потехи моего собственного эго и жажды мести.

— Я могу применять анализ причуд в расследованиях, а всплески силы беречь на моменты, когда они реально нужны.

К тому же, хоть я и врал, в этой лжи было достаточно правды, чтобы она выглядела убедительно.

Айдзава какое-то мгновение изучал меня взглядом, а затем убрал лист.

— Тебе решать. Если передумаешь до конца завтрашнего дня, дай знать.

— Эй, Хикигая, ты там всё? Тащи уже свою жопу сюда! — заорал Бакуго у входа в класс. — Сколько можно одну бумажку сдавать?!

— Иду! — крикнул я в сторону двери и быстро кивнул Айдзаве-сенсею на прощание.

Удивительно, но когда я подошёл к выходу, Бакуго уже не обращал на меня никакого внимания. Вместо этого он, да и вообще все в коридоре, приковал взгляд к приближающейся мускулистой фигуре Всемогущего.

— Я ЗДЕСЬ... и иду по коридору как обычный учитель! — провозгласил Всемогущий. — Добрый день, ученики!

— Обалдеть... — я едва расслышал благоговейный шёпот. — Я, конечно, знал, что вы учитесь у Всемогущего, но всё равно! Он же прямо тут!

Через секунду я вычислил источник шёпота, и это было неожиданно. Тоцука Сайка стоял рядом с Юигахамой и Бакуго; глаза у него сияли тем самым восторгом, с каким девочка-подросток впервые видит своего краша-знаменитость.

— Здравствуйте, Всемогущий-сенсей! — радостно прощебетала Юигахама. — Вам что-нибудь нужно? Или вы просто поздороваться?

Всемогущий поднёс к губам огромный, жилистый кулак и вежливо кашлянул.

— Вообще-то, Юигахама-сёдзе, учителя попросили меня передать сообщение Мидории-сёнену насчёт его выбора стажировки.

Ага. Как же. «Попросили».

Рефлекторно я обернулся назад, в класс. Мидория всё ещё был там: аккуратно сортировал свои приглашения, убирая внушительную стопку листов.

— Мидория, — окликнул я через плечо, — тебя п... — я вовремя прикусил язык. — Эм-м. Всемогущий-сенсей тебя ищет.

— А? — Мидория резко вскинул голову, отрываясь от своих тетрадей. — О-о! Э-э... спасибо! Я сейчас выйду!

Я дружелюбно кивнул Всемогущему, проходя мимо, и повернулся к ребятам, ожидавшим в коридоре.

— Звиняйте, народ, — сказал я. — Спасибо, что подождали.

— Пф-ф.

Что нехарактерно для Бакуго, вместо того чтобы снова отчитывать меня за опоздание или отпускать какие-нибудь едкие комментарии, он просто засунул руки в карманы и пошёл к выходу.

— Всё нормально, Хачиман! — Сайка расплылся в улыбке до ушей. — Если бы тебе не надо было сдавать ту бумажку, я бы не увидел Всемогущего!

Я моргнул. То есть Сайка идёт с нами? Я разрывался между желанием отругать себя за то, что это не я его позвал (да у меня даже номера его не было, чтобы это сделать), и искренней радостью, что он здесь. В итоге я решил промолчать; вдруг он подумает, что я против того, чтобы с нами шёл кто-то с не-геройского курса, или ещё что.

— А, это просто по поводу, куда я иду стажироваться, — в ответ пробормотал я.

Когда мы двинулись вслед за Бакуго (и за Юигахамой, которая ускорила шаг, чтобы его догнать), я заметил, что Сайка вовсе не единственное пополнение, вспмионая нашу компанию на обеде. Мина Ашидо носилась вокруг как заводная, пытаясь объяснить вежливо заинтересованной Яойорозу и скептически настроенной Юкиношите, насколько крут игровой центр «Дзява».

— Блин, ты уже выбрал, староста? — бодро спросил Киришима, вытирая лицо рукавом по пути от питьевого фонтанчика. — Я думал, ты будешь как Мидория, ну, разгребать ту огромную стопку предложений. Решил пойти по пути Бакуго и выбрать топовый вариант?

Я покачал головой, немного сбитый с толку его чрезмерным дружелюбием.

— Я выбрал Киберпанч, — сказал я.

Повторять Киришиме всё своё объяснение для Айдзавы не хотелось, а упоминать расследование по Ному было плохой идеей по целому ряду причин, так что я просто позволил ему самому доделать выводы.

Кажется, зря.

Глаза у Киришимы округлились, а затем он ухмыльнулся.

— А-а, ну теперь-то понятно. Выпал шанс стажироваться у героини, на которую запал, да? — он многозначительно приподнял бровь.

— Ч-что? Нет! — поперхнулся я, выставив руки перед лицом, словно отталкивая обвинение.

Киришима рассмеялся и хлопнул меня по плечу раскрытой ладонью:

— Да шучу я, мужик, расслабься!

Потом он понизил голос до заговорщицкого шёпота:

— Хотя, если бы ты пошёл стажироваться к симпотной взрослой женщине только потому, что хотел узнать её поближе, это было бы чертовски по-мужицки. Скажи же, Тоцука-сан? — он намеренно обратился к Сайке, втягивая его в разговор.

— Э-э? — Сайка вздрогнул от неожиданности, но через секунду улыбнулся, явно радуясь, что его включили в «разговор пацанов». — Ну... я думаю, это не самая лучшая идея, если ты хочешь научиться быть героем, но... да, наверное, это было бы довольно классно!

Я закатил глаза.

— Извините, что разочаровал, — с сарказмом бросил я.

— Эйдзиро-кун! У нас чрезвычайная ситуация! — к счастью, неловкий разговор был прерван розовокожим сгустком энергии, выскочившим у нас из-за спины и дёрнувшим Киришиму за рукав. — Ни Яойорозу-чан, ни Юкиношита-чан ни разу не играли в «Dance Hero: Shining Stage»! Мы обязаны первым делом пойти туда, как только доберёмся до аркады! От этого могут зависеть жизни!

Она уставилась на Киришиму умоляющим взглядом, хотя широкая улыбка напрочь убивала ощущение срочности.

— Да нахрен это, — донеслось спереди. Бакуго обернулся через плечо. — Нас тут целая толпа. Если будем решать, куда идти, по принципу «кто громче ноет», мы на споры потратим больше времени, чем на игры. Единственный нормальный способ: победитель выбирает следующий автомат.

— Чего? — Мина покачала головой. — Это глупо. Мы же вполне можем решить всё вместе, правда, староста? — она повернулась ко мне, состроив щенячьи глазки; правда, с чёрными склерами.

Ну конечно. Стоило ожидать, что Бакуго предложит бессмысленно соревновательный метод. Хотя я, как опытный посетитель игровых залов, предпочитал куда более эффективный метод выбора: ходить одному, чтобы не с кем было спорить. Но, учитывая размер нашей компании, в его словах был смысл, так что я пожал плечами.

— Вообще-то... — сказал я, — я на стороне Бакуго.

— Начинаем с «Фатал Страйф», — тут же добавил Бакуго, чтобы пресечь следующее предложение Ашидо. — Потому что я так сказал.

— Что?! Даже если мы будем играть по этому дурацкому правилу «победитель выбирает», ты не можешь просто решать за всех... — перепалка продолжилась, пока мы шли к станции.

К счастью, дневной поезд был не так забит, как утренний: нам больше не приходилось толкаться с толпой офисных работников, едущих из пригородов в центр Токио. Свободных мест, конечно, не было, но мы хотя бы могли стоять одной группой и разговаривать, не разделяясь и не рискуя нарваться на штампы из ромкомов, вроде «поезд резко дёрнулся, и девушка упала в объятия главного героя типажа Хаямы».

Впрочем, учитывая нехватку главных героев поблизости, девушки скорее впечатались бы в стену. Бакуго технически тянул на роль главного любовного интереса внешне, но, учитывая, что по характеру он был эквивалентом открытой сточной канавы, как любовный интерес он привлёк бы разве что очень специфическую аудиторию. То же самое с Сайкой: не так уж много читателей захотят ассоциировать себя с героем, у которого женственного обаяния больше, чем у них самих. Я же, естественно, больше подходил на роль социально неловкого антагониста, от чьих назойливых ухаживаний приходится отбиваться. Посему, оставался лучший кандидат на роль «защитника героини в общественном транспорте» — Киришима, но он и так, по сути, был стеной.

Короче говоря, вероятность клишированного события в поезде была, с точки зрения нарратива, крайне мала.

И поэтому, когда на одном из поворотов Юигахама наклонилась чуть сильнее и задела меня плечом, я не совершил ошибку, попытавшись её придержать, и отказался даже рассматривать мысль о том, что она сделала это специально. Контакт был лишь результатом случайного броуновского движения тел внутри вагона. Неважно, насколько приятно пах её шампунь или какой тёплой была кожа её руки рядом с моей.

Мои времена, когда я влюблялся, потому что наши пальцы случайно соприкоснулись, пока мы тянулись за одним карандашом, или потому что мне казалось, будто мне помахали, а на самом деле здоровались с другом за моей спиной, ну, они прошли безвозвратно.

И всё же я не удержался и чуть повернул голову, чтобы взглянуть на Юигахаму.

Она заметила мой взгляд и ярко улыбнулась мне.

— Хе-хе, — рассмеялась Юигахама, от радости щуря свои тёплые красноватые глаза. — Здорово же, правда, Хикки?

— Это поездка на поезде, — невозмутимо ответил я. — Слово «здорово» тут не то чтобы применимо.

— Хикки! — с досадой воскликнула Юигахама. — Ты же понял, о чём я. Тусоваться со всеми вне уроков! Веселиться! Делать что-то вместе, кроме отжиманий!

— Эй, неправда, что мы только отжимаемся, — ухмыльнулся я. — Есть ещё приседания, бег, пресс...

— Угх, — простонала Юигахама. — Отжимания, тренировки — да неважно! Смысл в том, что мы наконец-то занимаемся чем-то весёлым!

— Ладно, справедливо, — сказал я. — И да, это... классно. Хотя я немного удивлён, — добавил я. — Ты говоришь так, будто почти ни с кем не гуляла. Я думал, ты довольно близка с друзьями из средней школы?

На лице Юигахамы мелькнула тень досады.

— Ну... да, близка, но... не знаю. Из-за того, сколько домашки задают в Юэй, и всей этой дополнительной подготовки к Спортивному Фестивалю, я просто постоянно занята. Они пару раз звали меня куда-то, а у меня не было времени, приходилось отказываться... и теперь как-то неловко. Последний раз, когда я вообще с кем-то выбиралась, это когда мы ходили в кино с Юкинон, ещё на тех выходных после... эм-м... нападения на «USJ».

Юигахама неловко замолчала, и я заставил себя улыбнуться ей.

— Вы после этого общались, да? Это хорошо, — сказал я.

— А ты, Хикки? — тихо спросила Юигахама. — Ты с кем-нибудь... ну, разговаривал... после?

После того как я узнал, что мой... что Займокудза, скорее всего, погиб от рук одного из личных злодеев Всемогущего? Я провёл всю неделю, тренируясь и одержимо заряжая причуды. Даже если бы у меня оставались живые друзья, это точно не было бы первым, о чём я думал.

— Вообще-то... — сказал я, — я поговорил с Киберпанч, ну... на следующий день.

О том, как я могу помочь полиции поймать виновного, но всё же. Это ведь считается, да?

— Мне стало намного легче, — добавил я, надеясь, что Юигахама перестанет волноваться.

— О! — Юигахама вскинула брови, на её лице отразилось понимание. — Тогда неудивительно, что ты решил стажироваться у неё, — пробормотала она.

Мне не понравилось сочувствие в её глазах, но прежде чем я успел что-то возразить, поезд с визгом затормозил на станции Кайхин-Макухари, и мы всей толпой вывалились наружу, направившись к цели.

Район Макухари в Чибе выглядел в стиле ретрофутуризма: большие здания в нескольких кварталах от станции казались сделанными из гладкого, сияющего хрома и стекла, а жилые улочки поближе отличались причудливой архитектурой или странноватыми магазинчиками на первых этажах жилых домов. Игровой центр «Дзява» находился на границе двух зон: достаточно близко к фешенебельным отелям, чтобы скучающие туристы, уставшие от аттракционов Дестиниленда, могли дойти пешком, но и достаточно близко к жилым кварталам, чтобы обеспечить приток местных.

Снаружи игровой центр выглядела непримечательно. Большое коробчатое здание, похожее на бывший универмаг, только вместо типичного скучного грязно-белого цвета его когда-то перекрасили в ржаво-красный. Внутри же всё было иначе. Почти половину нижнего этажа занимал фудкорт с завышенными ценами; стены были увешаны экранами с трансляциями игр и киберспортивных матчей. У входа располагалась стойка обмена призовых билетов, а вот вторая половина первого этажа и весь второй этаж были битком набиты игровыми автоматами.

— Как интересно, — сказала Яойорозу, у которой загорелись глаза. — Вы говорили, что это место большое, но я не ожидала, что настолько, — она пару секунд оглядывала зал, задумчиво приложив палец к подбородку. — С другой стороны, тут много одинаковых автоматов. Для домашней коллекции это было бы излишне, так что, возможно, впечатление обманчиво?

Я искоса посмотрел на неё. У кого вообще бывают домашние залы игровых автоматов?

— Я не думала, что здесь будет так шумно, — поморщилась Юкиношита, повышая голос, чтобы перекричать какофонию звонов, писков, гудков и взрывов.

— Знаю, ну кайфово же, а? — ухмыльнулся Киришима.

Юигахама похлопала Юкиношиту по руке.

— Ничего, привыкнешь, — сказала она.

— Давайте, лузеры, мы время теряем, — бросил Бакуго, указывая на терминалы выдачи игровых карт. — Получите своё по-быстрому и начнём.

108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108

— Что?! Хикигая, бесстыдный ты таракан! — возмущённо выкрикнула Юкиношита. — Стой смирно и прими своё... нет!

— Попробуй боевой приём под названием «уклонение», Юкиношита, — посоветовал я, пока мой персонаж — седой старый пьянчуга — пошатываясь, ушёл с линии атаки, встал в стойку журавля, а затем в прыжке врезал ногой в лицо девочке в костюме панды-талисмана с кибер-усилениями. — Говорят, полезная штука.

— Ох, да чтоб тебя... — Юкиношита в панике заколотила по кнопкам и всё-таки умудрилась заставить свою панду-меха перекатиться подальше от моего неестественно шустрого алкаша. Я не стал прессинговать, позволив ей подняться. — Ты же знаешь, я никогда в это не играла!

— Должен признать, для новичка, который просто долбит по кнопкам, ты держишься неплохо, — заметил я.

Юкиношите повезло активировать спецприём: плечи панды раскрылись, обнажая ракетные установки, которые тут же дали залп по моему пьяному мастеру. Я ответил своим приёмом: мой боец сделал глубокий глоток из пузатого кувшина, а затем выдохнул такой столб пламени, что ракеты сдетонировали, не долетев до цели.

— Получай, Колючий! — ликующе заорал Бакуго за соседним автоматом. — Жри «Колено Уничтожения»!

— Чувак, ты меня просто уничтожил, просто жесть... — ошарашенно выдавил Киришима.

— Ещё бы! Кто следующий?!

Я закатил глаза и добил Юкиношиту: я заставил своего персонажа присесть в странную позу и методично бить её панду по коленям, пока у той не кончилось здоровье.

— Ещё раунд? — спросил я. — Похоже, остались только Тоцука и Бакуго, но время ещё есть.

— Не нужно, — ответила Юкиношита, отходя от автомата с плохо скрываемым раздражением. — Раз они финалисты, лучше посмотрим на них.

— Справедливо, — кивнул я, отходя в сторону и украдкой разминая пальцы.

Раз руки у меня освободились, я достал из кармана пачку «M’s & N’s» и высыпал горсть разноцветных драже на ладонь.

— Будешь? — предложил я Юкиношите, протягивая полупустую упаковку.

— Нет, спасибо, — вежливо улыбнулась она. — Как думаешь, кто победит? — спросила она, кивнув на экран, где Сайка с нервным видом готовился сразиться с самоуверенным Бакуго.

— Не знаю, — признался я. — В первом раунде Сайка меня разделал под орех, но Бакуго, похоже, тоже хорош в этой игре.

— Ага, — поддакнул Киришима, услышав наш разговор. — Он меня просто закомбил насмерть, я даже сделать ничего не успел.

— Серьёзно? — заинтересовался я. — А кого он мейнит?

— Ониму, — с отвращением ответил Киришима. — Тупейший спам цепями, как же бесит...

— Хех. А Сайка мейнит Хиро, — сказал я. — Как тебе такая классика?

Юкиношита с лёгкой усмешкой переводила взгляд с меня на Киришиму.

— И что это значит по-японски? — спросила она.

Я почувствовал, как уши у меня слегка запылали.

— А, ну... Бакуго играет за парня, который в одной из прошлых частей был секретным боссом. Типа босс якудза, но у него на спине «проклятая татуировка», сдерживающая демона. Только демон на самом деле компьютерный вирус. А персонаж Сайки был главным героем той игры: обычный геймер с причудой «Виртуализация», который, по сути, исекайнулся внутрь игры, чтобы не дать вирусу уничтожить игровой мир.

— Я... поняла? — с сомнением протянула Юкиношита.

Я фыркнул.

— Да, файтинги редко славятся сюжетом.

Когда цифровые аватары Бакуго и Сайки сошлись в бою, вся компания обступила автомат, выкрикивая слова поддержки всякий раз, когда кому-то удавался красивый приём. Из динамиков автомата доносились механические выкрики: «Цепь Пылающего Бандита!» и «Виртуа-Сейбер!». Юкиношита наклонилась ко мне чуть ближе, понизив голос, чтобы остальные не услышали.

— Знаешь, моей сестре пришлось потянуть за ниточки, чтобы тебе вообще сделали предложение, — сказала она. — Она очень разозлилась, когда узнала, что Юэй разрешает профи брать максимум двух стажёров. Ты правда идёшь к Киберпанч?

— Эм-м, да, — ответил я. — Извини, наверное?

Она покачала головой.

— О нет, не пойми неправильно. Видеть, как Харуно-нээ-сан хоть раз в жизни не получает желаемого, ну, это бесценно, такое, можно сказать, в новинку.

Я не нашёлся что ответить и просто промолчал, наблюдая, как Бакуго забирает первый раунд: он обмотал цепным кнутом ногу персонажа Сайки и начал швырять его из стороны в сторону, как тряпичную куклу, вбивая в землю.

— Просто предупреждаю, — продолжила она. — Если ты не примешь её предложение, ты, скорее всего, сожжёшь мосты, — она криво улыбнулась. — Харуно-нээ-сан бывает... злопамятной.

Я неловко пожал плечами.

— Паршиво, но... — я замолчал, не зная, как закончить.

Что бы там ни было, я всё равно пойду к Киберпанч. Даже если Кампестрис, вероятно, именно тот герой, на которого я хотел бы равняться, если бы всерьёз планировал работать героем. Шикарный офис в центре, выгодные рекламные контракты вместо того, чтобы каждый день рисковать шеей... Быть богатым и знаменитым отнюдь не самое главное в жизни, но и не пустой звук.

Да, я немножко, совсем капельку жалел об этом.

Поняв, что я больше ничего не скажу, Юкиношита улыбнулась с каким-то странным удовлетворением.

— Я так и думала, что ты так скажешь, — загадочно произнесла она.

— Да бля! — рявкнул Бакуго, когда школьник в длинном плаще, управляемый Сайкой, создал из воздуха пару светящихся призрачных мечей и пронзил ими якудза, сравнивая счёт.

— Молодец, Сайка! — закричала Юигахама. — Отличный камбэк! Так держать!

— Давай, Бакуго! — поддержала Мина. — Ты сможешь! Соберись!

— Последний раунд, — с азартом сказал Сайка.

Он так сосредоточенно смотрел на экран, что я заметил: со спины он уже не казался таким хрупким и девчачьим, как пару недель назад. Может, мне показалось, но когда он напряг плечи, готовясь к бою, в них проступила лёгкая мускулатура, сдвигая его по шкале андрогинности чуть ближе к мужскому полюсу.

— Готов, Кацуки? — спросил он.

— Ну всё, пора кончать с разминкой, — оскалился Бакуго вместо ответа.

Раунд начался. Персонаж Бакуго вспыхнул огненной аурой, его пиджак лопнул, обнажая пару пылающих крыльев за спиной.

— Жри режим «Балрог»!

Подкрепляя слова действием, его боец взмахнул цепью, с которой капал огонь.

«Катаклизм Казад-дума!» — пропищал автомат.

Не желая уступать, Тоцука резко дёрнул стик вправо, заставив своего героя сделать сальто назад, и тут же запустил собственную трансформацию. Волосы персонажа мгновенно отросли, из правой руки того вырос меч, светящийся фиолетовым, а из его левой появился пистолет, который тут же начал плеваться сгустками плазмы под крики автомата: «Ган Гейл!»

Юкиношита нахмурилась:

— Если они могут превращаться в какой-то супер-режим, почему не сделали это с самого начала?

Я указал на верхний правый угол экрана:

— Видишь синюю полоску под здоровьем, которая медленно убывает? Это шкала NT.

— NT? — переспросила Юкиношита.

— Narrative Tension, — пояснил я, ухмыляясь абсурдности названия. — «Наративное Напряжение». В сёнен-битвах трансформации не используют до кульминации или пока не припрёт. По сути, это как супер-бар в других играх, только тут он автоматически заполняется в битвах с боссами, а вообще копится, когда тебя мутузят.

— Я... поняла, — вздохнула Юкиношита.

Здоровье у обоих бойцов было на исходе, напряжение в воздухе можно было резать ножом. Наконец Бакуго отступил, чтобы создать дистанцию, и в упор выпустил гигантский снаряд. Даже в блоке этот огненный шар снёс бы остатки здоровья Сайки, но в долю секунды Сайка создал барьер, оплетённый зелёными строками кода, и отразил атаку. Персонаж Бакуго, застывший после применения суперприёма, не успел увернуться — и был нокаутирован собственной атакой.

— Получилось! — воскликнул Сайка, вскидывая руки вверх.

Бакуго секунду смотрел на экран, потом с отвращением оттолкнулся от автомата.

— Ссаные кнопки, опять залипли, — буркнул он.

— Эй, не парься, Бакуго, — сказал Киришима, положив руку ему на плечо. — Было очень близко.

— Ага. Ну. Меня уже, сука, тошнит от этих «близко», — огрызнулся Бакуго, грубо сбрасывая руку Киришимы.

— Было весело! — Сайка повернулся к Бакуго с улыбкой. — Ты правда очень крут, Кацуки!

Бакуго сунул руки в карманы и отвернулся, ничего не ответив.

Повисла неловкая пауза (ну, относительно неловкая, тут всё ещё было лишь чуть тише, чем на взлётной полосе), пока Яойорозу не спасла положение.

— Что ж, Тоцука-кун, раз ты победил, куда пойдём дальше?

Сайка приложил палец к подбородку, склонив голову так, что вся его «мужественная аура» мгновенно испарилась.

— Хм-м-м...

108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108

— Киришима, да пригнись ты! — заорал я. Пластиковый пистолет дёргался в руках от отдачи, пока на экране всё теснее наседали насекомоподобные пришельцы.

Честно говоря, я даже немного удивился, что в аркаде до сих пор стоит этот автомат. В сети в последнее время гуляла петиция: мол, игры, где «нечеловеческих» монстров выставляют тварями, которых надо без разбору истреблять, это расизм по отношению к мутантам. С другой стороны... может, ничего удивительного. Да и вообще, какая аркада без «Слайм Кризиса»?

— Братан, уклоняться это вообще не моё, — пожаловался Киришима, но всё равно попытался изобразить что-то похожее, когда в нас полетела очередная волна кислотных сгустков.

Даже присев, он торчал своей колючей красной шевелюрой над «укрытием», встроенным в корпус автомата. Я покачал головой и открыл огонь по снарядам, стараясь сбить их, пока они не долетели до нас, но наша общая полоска здоровья всё равно потеряла ещё кусок.

— Вот для этого моя причуда и нужна! — ухмыльнулся Киришима, выпрямляясь.

— Я заметил, — буркнул я и зачистил группу врагов при поддержке древнего видеоигрового клише: удачно стоящей рядом бочки с каким-то «взрывием».

— О, дробовик! — обрадовался Киришима и успел перехватить усиление раньше меня. — Слушай, как думаешь, Юэй согласится поставить такие автоматы в школе? Можно сказать, что это для тренировки уклонений и всё такое!

Я рассмеялся и, паля как сумасшедший из одного пистолета, попытался расчистить очередную толпу противников.

— Надо спросить у Снайпа-сенсея. Спорю, он бы одобрил.

— Не-не-не, Снайпа нельзя спрашивать! — с притворной паникой заявил Киришима и с энтузиазмом пострелял из дробовика секунд пять, прежде чем словить слаймовую пулю прямо в лицо. — Он же все рекорды себе заберёт!

— Что-то мне подсказывает, что у нас и без этого шансов на рекорды почти нет, — сказал я, когда экран медленно залило зелёной слизью, оставив чистым только центр, где буквами-прорехами проступило: «GAME OVER».

— Эй, ну кто знает, — не сдавался Киришима. — Вдруг все остальные играют так же паршиво, как мы... Ого. Ладно, беру слова назад.

На автомате справа Юкиношита и Яойорозу объединились и методично, безжалостно выносили уровень. Киришима присвистнул.

— Чёрт. Надо было проиграть раньше.

Я не удержался от смеха. И что на такое отвечать? Это и есть те самые легендарные «пацанские разговоры», которыми упиваются риадзю? Ну да, наблюдать, как две девушки синхронно пригибаются от снарядов и тут же разворачиваются, чтобы стрелять по появляющимся врагам, было чертовски отвлекающе. Просто я не привык произносить такое вслух.

— Ха... да, — пробормотал я чисто ради ответа.

— Чувак, нам вообще нереально повезло, — продолжил Киришима и повернулся в другую сторону, туда, где Ашидо с азартом лупила по экрану рядом с куда более сдержанным Сайкой, а Юигахама изо всех сил пыталась не отставать от рычащего, агрессивного Бакуго. — Мне кажется, у нас в классе нет ни одной девчонки меньше чем на семь из десяти. А в, типа, средней школе? — он покачал головой. — Да ни за что мы с дружбанами не затащили бы толпу девчонок с собой в «Дзяву». Вообще без вариантов. Ну то есть, ё-моё.

— Ты часто сюда ходишь? — спросил я, ухватившись за шанс вернуть разговор на более привычную почву.

Киришима на секунду задумался.

— Ну... раньше ходил, наверное? Год назад я прям по-серьёзному упёрся в тему геройских тренировок, так что времени не было; готовился там к вступительным, почти ни с кем не тусил. Даже не знаю, сколько прошло с тех пор, как я в последний раз тут был.

Я тяжело вздохнул.

— Понимаю лучше, чем хотелось бы. Я на свою Vita X... уже, наверное, больше года ни одной новой игры не покупал, — я на секунду задумался и покачал головой. — Да даже если бы у меня было время играть, я все карманные спускаю на протеин и прочую фигню.

И всё же, как ни странно, было приятно услышать, что я не один такой.

— Жёстко. Уважаю, — Киришима посмотрел на меня почти с почтением. — Мне бы тоже надо заняться этим как-нибудь. Есть советы? Ну, что покупать и всё такое?

Я усмехнулся, скорее насмешливо, чем гордливо.

— Если бы ты спросил меня на прошлой неделе, может, и нашлись бы советы. Но меня недавно отчитала Исцеляющая Девочка за то, что я диета у меня ужасна, так что тебе лучше не слушать мои советы. А если честно, нуЮ поговори с Быстроланчем-сенсеем.

Киришима удивлённо поднял брови.

— Серьёзно? Хм. Надо попробовать, — он помолчал секунду, потом улыбнулся и окликнул через моё плечо: — Эй, Бакуго, Юигахама! Вы тоже слились?

Бакуго оскалился.

— Только потому, что эта Бестолковая отвлеклась.

— Мы и так проигрывали, — отмахнулась Юигахама. — Так что у вас там было смешного? — она подошла ближе, сияя улыбками. — Раз уж Хикки смеялся, значит, правда смешно.

— Что? Я вообще-то смеюсь, — тут же сказал я, защищаясь. — В любом случае, мы говорили о...

Я встретился с красными зрачками Киришимы, вспомнил, о чём он на самом деле говорил, и решил, что благоразумие есть лучшая часть мужества.

— ...о том, что у нас со средней школы почти не было свободного времени, о том, как ужасно мы играли. Ну, в таком духе.

— Угу! Я вообще никогда не был хорош в шутерах, но всё равно! — слишком уж бодро поддакнул Киришима.

Юигахама посмотрела на нас с подозрением, но, к счастью, нас почти сразу спасли подошедшие Сайка и Ашидо.

— Я просто говорю: этот шутер вообще нереалистичный, — жаловалась Ашидо на ходу. — Ну типа... понятно, игра и всё такое, но всё равно смешно: от всей этой кислоты, типа, вообще ничего бы не было, понимаешь?

— Эм-м... ну, кажется, серия подаётся с точки зрения... э-э... беспричудного полицейского? — осторожно сказал Сайка. — Так что они не были бы устойчивы.

— Вот поэтому и нереалистично, — не унималась Ашидо. — Типа, где все про-герои, пока идёт вторжение пришельцев? Нужна же какая-то причина, почему Всемогущий просто не прилетел и не вмазал по кораблю так, чтобы он улетел обратно в космос.

— Никогда об этом не думал, — задумчиво признался Сайка. — Наверное, потому что игра старая? Только в последние годы мы смогли делать микрочипы хоть немного лучше, чем до Смутного Века, так что если находишь автоматы, которые ещё работают с 2060-х, графика у них почти как сейчас.

— Ага, в «Дзяве» всякого старья полно, — буркнул Бакуго, скрестив руки и раздражённо постукивая пальцем по бицепсу. — Бля, они там всё ещё играют?

Я повернулся вслед за его взглядом: Юкиношита и Яойорозу действительно всё ещё устраивали на экране натуральную бойню. За их спинами уже собрался небольшой полукруг любопытных.

— Похоже, у них зрители, — заметил я. — Пойдём тоже посмотрим?

— Следующие пришельцы пойдут сверху справа и сверху слева, ты сможешь пострелять секунду-две, а потом надо пригнуться! — возбуждённо крикнула Яойорозу.

Глаза у неё сияли, она буквально прожигала экран взглядом, а пистолет держала в такой стойке, будто сошла с какого-нибудь полицейского сериала.

— Поняла! — ответили ей.

Юкиношита выглядела куда более взвинченной: стреляла она, кажется, на одном чистом инстинкте, с любительской стойкой. Но, как и почти во всём, за что Юкиношита Юкино бралась впервые, она была почти неприлично компетентна, несмотря на отсутствие опыта.

Мы попытались протиснуться поближе, чтобы видеть экран. Толпа неохотно расступилась, заметив наши одинаковые школьные формы. Юкиношита и Яойорозу пробивались вверх по строительным лесам вокруг гигантского небоскрёба и, похоже, уже приближались к вершине, где над зданием зависла летающая тарелка. Сцена, которая буквально кричала: «сейчас будет битва с боссом».

— Вау! Юкинон, Яомомо, вы молодчинки! — крикнула Юигахама.

Будто по команде, несколько зрителей тоже заговорили:

— Чёрт, эти дети из Юэй стреляют как профи!

— Думаешь, они с геройского?

— Да, я её узнаю, она была в полуфинале!

— О, и взрывной пацан тоже тут!

Если бы я играл, и вдруг у меня за спиной разом заговорили бы полдюжины людей — да ещё и глядя, как я могу ошибиться, — я бы, наверное, моментально слил. Но на Юкиношиту публика подействовала наоборот: она будто ещё сильнее сосредоточилась. Яойорозу же отреагировала более адекватно, то есть на секунду удивлённо обернулась к зрителям, но Юкиношита тут же вернула её в реальность:

— Момо-чан! Что дальше?!

— А! Точно! Осталась одна большая волна, потом босс! Там можно сбить с пролетающего вертолёта гранатомёт, но патронов у него очень мало, так что лучше одному взять её и беречь выстрелы для босса, а второму расстреливать мелочь! — затараторила Яойорозу. — Юкино-чан, сможешь забрать?

— Легко!

Через несколько минут и пару совершенно избыточных взрывов на экране ярко засверкало: «ЭТАП ПРОЙДЕН!»

Толпа начала расходиться, кто-то поздравлял, кто-то даже коротко поаплодировал — и все возвращались к своим играм. Один мальчишка, на вид ещё из средней школы, остался и подошёл к Юкиношите.

— Э-э... — пробормотал он, запинаясь. — Я... я видел вас на Спортивном Фестивале! И... вы были очень крутая! М-можно... можно ваш автограф? — выдавил он, и на последнем слове голос у него сорвался.

Глаза Юкиношиты распахнулись, на щеках проступил лёгкий румянец.

— К-конечно, — сказала она и неловко потянулась к блокноту, который он протягивал. Грации в ней в этот момент было куда меньше, чем минуту назад в игре. — Эм-м... а на чьё имя подписать?

— Судзуки Юки! — восторженно выпалил он. — Судзуки — обычное Судзуки, а Юки — как «Отвага» и «Сердце»! То, как вы используете причуду, это так круто! У меня тоже, типа, усилительная причуда, но на солнечной энергии, а не от тепла, так что она не такая крутая, как ваша... вы правда такая клёвая! Как лёд появляется вокруг, и вы как будто делаете себе поле боя! Если бы моя причуда так умела, я бы такой — вжух-па, понимаете? Бам! Ледяное поле! И потом ещё катание! Я думал, может, ролики купить или что-то, потому что это выглядело так... вау, понимаете?

— Понимаю, — сказала Юкиношита, натянув улыбку, которая плохо скрывала панику. К счастью, мальчишка был не слишком наблюдателен. — Вот, держи.

Он уставился на подпись.

— Ин-вер-на? — по слогам прочитал он, явно не узнавая латинские буквы.

— Верно, — подтвердила Юкиношита, сохраняя пластиковую улыбку.

— Так круто... — прошептал он, прижал блокнот к груди и убежал к друзьям неподалёку.

— Это так классно, Юкинон! У тебя появился первый фанат! — тут же сказала Юигахама, когда он отошёл достаточно далеко.

— У-у, я так завидую! — Мина сияла скорее восторгом, чем завистью. — Ну вот, почему не нашлось ребятёнка, который был бы в полном шоке от моих убойных танцевальных движений и тоже бы тут ошивался?

— О нет, я надеялся, что твоим первым фанатом буду я! — в отчаянии воскликнул Сайка. — Кацуки, Хачиман, Юи, напомните мне завтра в школе взять у вас автограф, когда у меня будет бумага!

Бакуго, который явно был раздражён тем, что мальчишка пролетел мимо и даже не узнал его, ухмыльнулся Сайке.

— Поздняк. Моя старая карга тебя сильно опередила. Она упёрлась, чтобы быть первой.

Сайка надулся, и Киришима поспешил вмешаться:

— Родня не считается, да?

— ...и-и-и ещё несколько моих друзей из средней, — нехотя признал Бакуго.

— У меня тоже, — подхватила Юигахама. — Прости.

Сайка поник ещё сильнее, и я кашлянул.

— У меня пока никто автограф не просил, — сказал я.

— Правда?! — Сайка тут же оживился. — Отлично! Тогда завтра! — он улыбнулся мне так, что за его спиной как будто должны были появиться цветочки и радуги из ниоткуда.

Эта картинка мгновенно разлетелась вдребезги от грубого голоса Бакуго Кацуки:

— Эй, Хвостатая! — заорал он, перекрикивая гул автоматов. — Ты по очкам выше остальных. Куда дальше?

108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108

— И почему ты выбрала именно эту игру? — спросил я Яойорозу, устраиваясь в ковшеобразном сиденье автомата.

Руль и педали уже были выставлены более‑менее удобно, но всё равно слегка сдвинулись: датчики в кресле подстроились под мою фигуру. При всём том, что это, по сути, был просто эффектный трюк, для людей с мутантами причудами такие адаптации наверняка реально полезны. Всё-таки официально лицензированный продукт Геройской Комиссии, так что чего ещё ждать, да?

На экране яркими буквами вспыхнуло: «Геройские Гонщики 2112». Яойорозу обернулась со второго кресла-«гонщика».

— В основном я искала то, во что ещё не играла, — сказала она.

— Ты ранее упоминала, что у тебя дома есть игровой автомат, — заметил я.

Договорить я не успел: открылся экран выбора персонажа. На выбор были десятки героев. У каждого свой карт или мотоцикл, у каждого — уникальная сила... и, судя по всему, работало это по принципу «кто первый успел, того и тапки». Я яростно крутанул руль, нацелившись на Эджшота на внедорожном байке, но его увели из‑под носа — какой-то бирюзовый курсор щёлкнул по нему раньше моего. Я цокнул языком и, раздражённо сопя, в итоге выбрал Краста. Почему бы и нет, он же меня и пригласил. Миниатюрный монстр-трак у него, правда, выглядел сомнительно, но... да какая разница, если проиграю. Я снова повернулся к Яойорозу.

— То есть... у тебя дома прям автоматы стоят, или...?

— Моя семья довольно обеспеченная, — признала Яойорозу. — Просто так получилось, что отец любит собирать классические игры. Это у него хобби, — пока она говорила, я увидел, что она выбрала Рюкю — и, похоже, единственного «гонщика» вообще без транспорта: она превращалась в дракона и летела по трассе. — И раз уж мы всё это время играли друг против друга на отдельных автоматах, я подумала, что всем будет веселее устроить настоящий заезд, ну, одновременно, лицом к лицу.

Гонка стартовала. Нас встретила фигура Всемогущего в спандексе — он держал комично огромный зелёный флаг. Логично, что он тут диктор: наверное, Геройская Комиссия сделала его неиграбельным, чтобы люди не дрались за право играть за Всемогущего. И ещё: трассы тут не замыкались в круг — это было соревнование «кто быстрее доберётся от стартовой линии до места катастрофы». Значит, на финише нужен герой, который правдоподобно может оказаться там быстрее всех остальных и помахать флагом.

— Я не уверен, что это хорошая идея, — сказал я Яойорозу, пока шёл отсчёт. — Про эту игру же шутят, что она разрушает дружбу.

— Что? Почему?! — всполошилась Яойорозу ровно в тот момент, когда флаг махнул и заезд начался.

Я промолчал, дожидаясь первого участка с усилениями. Старатель на своём дрэгстере пронёсся через ящик снабжения и разнёс его в щепки, а Бакуго вдруг захохотал, то есть по‑настоящему, маниакально.

— Сдохните! — заорал он.

Машина Старателя тут же выдохнула по трассе пламя. Лимузин Босатки сорвало в резкий занос, его закрутило, и он улетел в самый хвост гонки.

— Чего?! Эй! Баку-баку, ты придурок! — возмущённо крикнула Юигахама.

А у меня выпало своё усиление: по внешней стороне колёс монстр-трака выросли гигантские каменные пластины. Я сразу же ткнул ими вбок ярко-розовый маслкар в стилистике Диких-Диких Кошечек. По цвету я ожидал, что задел Мину... но неожиданно услышал возмущённый возглас именно от Юкиношиты.

— Кто это сделал?! — рявкнула она.

— Вот поэтому, — невозмутимо сказал я Яойорозу.

— Понимаю, — отозвалась она и, не теряя ни секунды, перелетела над моей машиной, подхватила её, подняв с дороги, и сбросила так, что я приземлился носом в противоположную сторону. — Знаешь, — добавила она с улыбкой, — я тут подумала... полёт и правда выглядит крайне полезным навыком. Возможно, стоит его освоить.

Я изо всех сил разворачивал неповоротливый монстр-трак обратно, но всё-таки успел ответить:

— Думаешь пойти к Эйр Джету?

— Ну... да, — неохотно признала Яойорозу. Её снова крутануло в занос: машина Чистильщика выстрелил по ней водяным гейзером и буквально сбил с неба. — Токоями-кун в классе привёл очень весомые аргументы. Просто... я бы хотела, чтобы у Эйр Джета было получше с пиаром. В этой части я сейчас, ну, совсем не уверена в себе.

Я нахмурился, одновременно уводя мой монстр-трак по срезке через городской парк, прямо к горящему небоскрёбу, куда мы и мчали.

— Почему? — искренне не понял я. — Разве ты уже не неплоха в нём?

Ответа не было секунду-другую. Я на миг отвёл взгляд от экрана и глянул на Яойорозу. Она тоже украдкой смотрела на меня — будто пыталась понять, я серьёзно или издеваюсь.

— Я... — осторожно начала она. — То есть... — и тут её глаза распахнулись; она уставилась обратно на экран. — Ой, чёрт!

— Ва-ха-ха-ха! — торжествующе завопила Ашидо. — Жрите мою мыльную пену!

Пока Яойорозу отвлеклась, Ашидо каким-то образом проскользила сквозь плотную кучу гонщиков на первое место — и агрессивно держала лидерство, оставляя за собой огромные скользкие полосы мыла. На таком покрытии мой монстр-трак держался отлично, а срезка на трассе, куда я завернул, вернула меня в борьбу, ну, теоретически. На практике я вылетел обратно на основную трассу ровно в тот момент, когда Старатель Бакуго «испепелил» мою машину чудовищным выбросом огня. После толкотни, дешёвых подлянок, демонстративного плевка на ПДД и как минимум двух случаев откровенного предательства я пришёл третьим. Второй была Ашидо, а первой — Юигахама: в роли Босатки она умудрилась проехаться на своём лимузине по одной из мыльных волн Ашидо и в последний момент вырвать победу.

— Не-е-е-ет! — трагически завыла Ашидо. — Я была так близко! Я думала, наконец-то смогу сыграть в «Dance Hero»!

Юигахама рассмеялась.

— Знаешь что? «Dance Hero» звучит весело. Я не против выбрать её следующей, Мина-Мина!

— О божечки, спасибочки, Юи-чан, ты лучшая! — крикнула Мина.

Все начали вставать и собираться к следующему автомату. Я заметил, что Яойорозу выглядит немного напряжённой: то и дело косится в мою сторону. Я вздохнул, вытащил из кармана уже пустой пакетик M’s & N’s и показал его.

— Мне надо пополнить запасы, — сказал я компании. — Вы же идёте к танцевальным автоматам? Я догоню.

— Я тоже что-нибудь возьму, — тут же подала голос Яойорозу. — Кто-нибудь ещё хочет перекусить? За мой счёт, — предложила она. — Вдвоём мы точно всё унесём.

Собрав заказы, мы с Яойорозу молча пошли к стойке с едой. Постепенно рёв игровых автоматов остался позади, и его сменили плотные басы блюзвейв-хауса.

— Я плохо разговариваю с обычными людьми, — вдруг выпалила Яойорозу, когда мы встали в очередь к кассе.

Я приподнял бровь.

— Определи «обычными», — сказал я. — Людей с обычными причудами? Не-героями? Как бы плохо ты ни думала, что справляешься, уверяю: хуже, чем у Бакуго, быть не может.

Яойорозу слабо улыбнулась.

— Нет, вовсе не так, — сказал она. — Дело не в причудах, а в том, что... — она оборвала себя и покачала головой. — Знаешь... — добавила она почти беспомощно. — Неважно.

Это, если уж называть вещи своими именами, звучало для моих ушей как откровенная брехня.

— У тебя проблемы с вашей «сердечной» группой? — спросил я. По тому, как она вздрогнула, я понял: попал я в точку. — Я просто думал, почему ты всё время приходишь обедать к нашему столу, а не с ними. Я не говорю, что это плохо, просто...

— Я поняла про что ты, — мягко заверила меня Яойорозу.

Я ненадолго задумался.

— А кто вообще в твоей «сердечной» группе? Токоями, да?

— И Мидория, и Урарака, — подтвердила Яойорозу. — Но я бы не назвала это «проблемами». Скорее... — она тяжело выдохнула. — Мне там трудно найти своё место. Я не могу нормально говорить ни с кем из них. Мидория, кажется, меня почти боится. Токоями, ну... — она запнулась, подбирая слова.

— Слишком театрален? — подсказал я.

— Да, спасибо, — кивнула Яойорозу. — А Урарака... — она снова вздохнула. — У нас почти нет ничего общего, и когда я упоминаю что-то про... про мою семью или условия, в которых я живу, она смотрит на меня так, так... — она не договорила.

Про Урараку я мало что знал. Мы, кажется, говорили с ней всего пару раз. Но по обрывкам разговоров в классе у меня сложилось впечатление, что она не то чтобы из богатых. И тогда напрашивался вопрос:

— Так... насколько богатая у тебя семья? — спросил я.

Яойорозу, смутившись, пробормотала:

— Мы владеем крупной корпорацией, которая доминирует в российском импорте-экспорте.

— Понял.

Наконец мы дошли до кассы. Обычно я бы заплатил за себя сам — из упрямой гордости, — но после такого признания просто промолчал, когда Яойорозу достала из кошелька угольно-чёрную кредитку.

— Тогда вот чего я не понимаю, — продолжил я. — Если ты переживаешь, что тебе трудно говорить с людьми из более... нормальных семей, почему ты думаешь идти на стажировку к Увабами, а не к Эйр Джету? Увабами же вроде как знаменитость.

— Это не только из-за моего происхождения, — сказала Яойорозу. — Дело ещё и в том, что... Юэй очень сильная школа по учёбе. Но даже среди людей, которые в целом умнее и образованнее среднего, я всё равно чувствую, что, ну, когда я случайно увлекаюсь какой-то темой, люди либо не могут уследить, либо думают, что я говорю с ними свысока. И... не похоже на совпадение, что дружить со мной хотят либо такие, кто дружит со всеми подряд, как Юи-чан, либо такие, как ты, Юкино-чан, Бакуго и Тодороки... то есть самые отличники.

Если бы это сказал кто-то другой, я бы решил, что человек просто скромничает напоказ. Но Яойорозу говорила искренне, и от этого было даже ироничнее: получается, она открыто просит меня помочь ей с дружбой. Советовать мне тут было нечего. Но посочувствовать, да, это я мог.

— Если тебе поможет... я не считаю тебя заносчивой, — сказал я. — И я набрал шестьдесят три на последней контрольной по математике.

Тёмные миндалевидные глаза Яойорозу стали круглыми.

— Правда? Серьёзно?

Я пожал плечами, смущаясь.

— По японскому я гораздо сильнее, — пробормотал я.

Через пару секунд Яойорозу решилась:

— Тогда... хочешь позаниматься вместе? — предложила она. — Может, в твоей средней школе недодали какие-то базовые темы, а я читала, что такие пробелы потом тянутся и мешают. У меня есть отличные пособия, они тебе точно помогут, особенно учитывая, что скоро экзамены, и...

Я не выдержал и рассмеялся.

— Знаешь... да, — сказал я. — Мне не помешает.

Минуту или около того мы шли к танцевальным автоматам с пакетами в руках, и я пытался придумать, что сказать дальше. Как вообще люди заводят друзей намеренно? Если бы я знал, я бы давно уже этим воспользовался. Хотелось хоть как-то её поддержать, и не только паршивой самоиронией.

Но к моменту, когда мы вернулись к остальным, в голову мне так ничего и не пришло. Я уже повернулся к Яойорозу, чтобы извиниться и всё-таки что-то сказать, но она первой посмотрела на меня и улыбнулась — заметно спокойнее, будто ей стало легче. Весело шагнув вперёд, с руками, забитыми батончиками «Венера» и «Датской Рыбкой» для заказавших, она выглядела почти счастливой.

И я снова понял, что женщин не понимаю вообще.

Как, впрочем, и многое другое. Например, в чём кайф танцевальных видеоигр. Назовите меня старомодным, но видеоигры лучше всего проходят на диване: сел, выключил мозг, умер для мира. Зачем кому-то портить это прыжками и топотом, которые совершенно не нужны, — для меня такое было загадкой. Зато все вокруг явно веселились. Киришима и Сайка неловко отбивали шаги под медленный хип-хоп. Юигахама и Юкиношита танцевали вместе под какую-то попсу, которая, похоже, требовала настоящей синхронности и командной работы. А Бакуго отчаянно «втаптывал» быстрый техно-трек, тогда как Мина кружилась и вертелась так легко, будто это вообще не требовало усилий.

— Хикигая, Момо-чан! Кто-нибудь из вас играл раньше? — спросила Ашидо Мина, когда песня закончилась. То, что её жвачечно-розовая кожа слегка порозовела от нагрузки, было единственным признаком, что ей вообще пришлось напрягаться, чтобы размазать Бакуго.

Я покачал головой. Краем глаза я увидел, что Яойорозу делает то же самое.

— Неа, — ответил я.

— Вот и отлично! — Мина хлопнула в ладоши от радости. — Раз вы оба новички, идите и сыграйте вместе, на лёгкой песне!

— Я, пожалуй, посижу, — сказал я с наигранной неохотой. — Исцеляющая Девочка запретила лишние нагрузки, пока вес не вернётся.

Мина закатила глаза.

— Да ладно, режим для новичков почти вообще не считается тренировкой.

Я просто улыбнулся, снова покачал головой и сел на ближайшую скамейку. Мина надулась и скрестила руки.

— Ладно, я докажу! Момо-чан, сыграешь со мной пару песен? Мы можем выбрать разные сложности на одной песне, а Хикигая сам увидит, насколько это легко.

— Конечно, Мина-чан, — мягко улыбнулась Яойорозу.

Запыхавшийся Бакуго тяжело плюхнулся рядом со мной.

— Ух бля... — выдохнул он. — Я вообще-то неплох в ритм-играх, но она, мать её, какой-то монстр, — он схватил купленную раньше бутылку воды и в один длинный глоток осушил половину.

Пока следующая песня шла — Яойорозу на «новичке» неуклюже старалась попасть в ритм, а Мина не только не промахивалась ни разу, но ещё и добавляла хореографические махи руками, приседы и тряску плечами ради бонусов, — я понял, о чём он.

— Принято к сведению, — ответил я.

Мы посидели несколько секунд молча. К сожалению, через какое-то время это стало слишком уж похоже на то, будто мы просто сидим и пялимся, как наши симпатичные одноклассницы танцуют, и я кашлянул, прочищая горло, после чего повернулся к Бакуго.

— Слушай... а ты часто заходишь сюда, Бакуго? Что тут есть ещё хорошего?

Он посмотрел на меня нечитаемым взглядом. Потом его узкие красные глаза прищурились, и он резко выдохнул:

— Да б...

Он оборвал себя. Я машинально дёрнулся от внезапной вспышки раздражения, но Бакуго посмотрел мне прямо в глаза.

— Слышь. Я знаю, что ты, блин, кривой на имена, но тебе уже пора через это переступить.

У меня отвисла челюсть. Через пару секунд я собрался.

— Тогда... Кацуки? — спросил я наполовину вопросом, наполовину извинением.

— Наконец-то, мать твою, Хачиман, — пробурчал он. — Меня уже задолбало с тобой церемониться. С твоей фамилией, бля, язык сломаешь.

Это было не в первый раз, когда кто-то комментировал мою фамилию. Большинство вообще по кандзи считали, что она должна читаться как «Хикитани», и Бакуго — то есть Кацуки — точно не первый, кому она казалась неудобной. Но, может, из‑за того, что я уже привык к его грубости, от него это почему-то не так резало, как обычно.

— Знай я, что у моих родителей такое поганое чувство вкуса в именах, я бы просто выбрал себе других, — огрызнулся я.

Кацуки закатил глаза на мою шутку, но всё равно хохотнул.

— Короче, да, тут есть годные штуки, — сказал он и начал показывать в разные стороны, перечисляя названия.

Что не удивляло, все его рекомендации тянулись к максимально жестокому и максимально соревновательному. От «Сават Севедж» (ещё один файтинг в духе «Фатал Страйфа», только больше про боевые искусства и меньше про трэш) до «Бит Боксер» — гибрида ритм-игры и «боксёрского» автомата. Список оказался таким длинным, что он всё ещё продолжал, когда Ашидо и Яойорозу отошли от автомата.

— Видишь? — сказала Мина. — Ты спокойно можешь играть в «Hero Dance» на «новичке». Всё будет нормик!

Яойорозу энергично кивнула, она улыбалась и выглядела довольной.

— Попробуй, Хикигая! Это намного веселее, чем я ожидала.

Я, честно говоря, не следил за ними. Вернее, следил, но о сложности в тот момент почти не думал. Я повернулся к Бакуго в надежде, что он прикроет меня от давления толпы и щенячьих глазок, но он лишь презрительно фыркнул, шлёпнул меня по руке и сказал:

— Соберись, тряпка. Чтобы аэробика считалась, нужно минимум пятнадцать минут.

Я встал, вздохнул и смирился со своей судьбой.

108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108

Ашидо, конечно, была права: на «новичке» в «Hero Dance» было почти оскорбительно легко. Я даже почти пожалел, что не выбрал «среднюю» сложность... просто чтобы не было так скучно, разумеется. Как бы то ни было, к тому моменту, когда я удовлетворил Мину и оттанцевал своё, вся компания снова собралась у скамейки, где мы с Кацуки сидели.

— Ну, по-моему, тут без вариантов: у Мины самый высокий счёт, — сказал Киришима, глядя на Ашидо с лёгким трепетом. Мина в ответ ухмыльнулась и подняла два пальца, показывая «V» как знак победы. — Так что, Мина, куда дальше?

Ашидо задумчиво приложила палец к губам и посмотрела в потолок.

— Хм-м... ну, у меня есть ещё несколько любимых, но Юи-чан дала мне выбрать, когда победила, так что... — она повернулась к Юигахаме. — Юи-чан, чего ты хочешь?

Юигахама моргнула, её явно застали врасплох:

— Ой! Э-э-эм...

Она огляделась: выбор был таким огромным, что её будто накрыло волной. Потом её взгляд зацепился за дальний конец здания.

— Слушайте... мы же ещё не были наверху, — сказала она. — А что там?

Кацуки пожал плечами, не вынимая рук из карманов.

— Куча хрени, — буркнул он. — Там всякая аркадная фигня, которая не просто игры.

Киришима с энтузиазмом закивал.

— Там автоматы, где можно выигрывать билеты, — объяснил он. — А рядом стойка, где их меняют на призы и всё такое.

Кацуки презрительно фыркнул.

— Ты хотел сказать «меняют на унылую, переоцененную дрянь».

— А по-моему, звучит классно! — Юигахама уставилась на Кацуки так, будто только и ждала, чтобы он возразил. — И вообще, выбираю я, значит я говорю: мы идём наверх.

Кацуки простонал, но всё равно пошёл за нами, когда мы поднялись на второй этаж. На втором было немного тише — в том смысле, что клешни-«хватайки», монетные «толкалки», пинбол, автоматы «ударь по свету», дорожки для ски-бола, мини-баскетбольные стойки и прочие развлечения в основном не пытались перекричать зал своим собственным саундтреком. Разнообразие было великолепным, хотя...

— Продолжать соревнование будет трудно, если мы не выберем какой-то один тип автоматов, — заметила Юкиношита, озвучив то, что я только что сам понял. — Что выберешь, Юи-чан? Ски-бол? Баскетбол?

Юи изобразила, что думает, но на лице у неё читалось то самое выражение ребёнка в кондитерской, который хочет попробовать вообще всё.

— Киришима, ты говорил, тут автоматы дают билеты, да? — спросил я.

Киришима кивнул. Его красные волосы, уложенные гелем, уже чуть обмякли от влажности и пота после танцев, но сам он по-прежнему сиял привычной бодростью.

— Ага, блин. Вон там стойка обмена, прямо у лестницы, — сказал он и показал на что-то вроде маленького магазинчика справа от нас.

— Тогда почему бы не посмотреть, кто за... не знаю, десять минут? Пятнадцать? Короче, кто наберёт больше всего билетов? — предложил я самым невинным тоном.

— Хех. По рукам, — сказал Кацуки, оценивающе глянув на баскетбольные автоматы.

— Вот и хорошо! — Юигахама явно обрадовалась возможности разбежаться и всё исследовать. — Тогда ставим таймеры на телефонах и встречаемся здесь через пятнадцать минут!

На фоне общего согласия я сумел спрятать ухмылку, пока все настраивали таймеры, но стоило нам разойтись, и улыбка сама собой расползлась по моему лицу. Большинство современных автоматов были, по крайней мере, защищены от вмешательства причуд. Но если я был прав, то одной сто восьмой «Телекинеза», скопированного у 1-В, хватит, чтобы незаметно склонить шансы в свою пользу. И мне ужасно хотелось это проверить.

Но после первого-второго автомата, где я доказал, что да, жульничать у меня получается — и не попасться тоже, — я остановился. А смысл? Мне и так ничего не нужно было из этой безвкусной сувенирки. Выбирать следующую игру тоже особо не хотелось. И вообще, это ощущалось так себе. Грязно. Я ведь, по идее, должен быть героем, да? Стыдясь самого себя, я сунул билеты в карман, специально пару раз слил игру на ближайшем автомате, чтобы выровнять счёт, и неторопливо пошёл обратно к месту встречи.

К моему удивлению, я наткнулся на Юигахаму, в паре рядов от точки сбора. Она сосредоточенно смотрела на автомат, который вообще не выдавал билетов.

— Ты сдалась и забила на соревнование? — спросил я.

— А?! — она вздрогнула, потом обернулась и тут же ярко улыбнулась. — О! Хикки! — она сцепила руки, смущённо улыбаясь. — Эм-м... я не то чтобы специально? Просто шла, смотрела, искала автомат получше, чем тот, где была до этого... а потом увидела хватайки и... ну, отвлеклась. Хе-хе.

Я посмотрел на автомат перед ней. Не знаю, чего я ожидал — чего-то «девчачьего», наверное? — но вместо этого внутри была плюшевая героическая мишура: примерно половина игрушек были супер-деформированными Всемогущими, а остальные — такие же чиби-куклы других героев из топ-10.

— И за кого охотишься? — спросил я.

— Сейчас покажу! — оживилась Юигахама.

Она провела игровую карту, аккуратно подвела клешню к задней части бокса и опустила её. Клешня медленно опускалась, пока не легла на плюшевого...

— Босатка? — с удивлением пробормотал я.

К сожалению, она прицелилась неудачно: «челюсти» клешни на секунду зацепились за руку игрушки, приподняли — и тут же сорвались. Юигахама жалобно простонала и повернулась ко мне.

— Ага! — сказала она. — Он мой любимый герой с детства. Мы с папой каждый год ходили в океанариум, на мой день рождения.

Пока она это говорила, на её лицо будто накатила тень. Улыбка осталась, но из неё ушла вся радость, оставив только тёплую грусть.

— Ходили?.. — вырвалось у меня раньше, чем я успел подумать.

Я тут же пожалел. Улыбка Юигахамы исчезла совсем. Она выпрямилась и обхватила правой рукой левую чуть выше локтя — поза, от которой веяло уязвимостью.

— Он умер от сердечного приступа пять лет назад, — сказала она.

— О... — только и смог выдавить я, отчаянно желая провалиться сквозь землю.

Юигахама мужественно натянула улыбку.

— В общем, у меня день рождения через несколько недель. Ну я и подумала... может, попробовать взять такую игрушку к этому дню. Я ещё не решила, оставлю ли её на его могиле или буду просто держать у себя, чтобы помнить, но... — она покачала головой и снова надела маску бодрости. — Да! Ладно! Ещё раз попробую!

Слов у меня не было. Ничего из того, что приходило в голову, не казалось уместным. Юигахама снова повернулась к автомату и снова попыталась вытащить Босатку. Снова мимо. Я молча смотрел, как она пробует в третий раз, и снова неудача. Она уже собиралась на четвёртую попытку, когда у нас в карманах одновременно завибрировали и пропищали телефоны: время вышло, пора возвращаться к остальным. Юигахама повернулась ко мне и снова улыбнулась, как бы пытаясь показать, что ничего такого не случилось. И только тогда я нашёл голос.

— Можно я попробую? — спросил я.

— О! Эм-м... ну да, конечно, — сказала Юигахама. — Думаю, никто не обидится, если мы чуть-чуть опоздаем.

Я наклонился к автомату, готовясь к попытке, и в стекле поймал отражение её лица. Когда ей не нужно было держать видимость — потому что я как будто не смотрю, — улыбки на её лице уже не было. Вместо неё было выражение, очень похожее на надежду. Чтобы на неё не смотреть, я уставился на считыватель. Одна попытка стоила двести иен. Значит, Юигахама уже спустила восемьсот, и ничего не получила. Мой свайп доводил сумму ровно до тысячи. Честная цена за дешёвую плюшку. Так что я даже не дал вине шанса укусить меня и тихонько подтолкнул «Телекинезом» так, чтобы клешня надёжно зацепила Босатку, подняла его над «аквариумом» Всемогущих и выпустила на волю, прямо в призовое окно.

— У тебя получилось, Хикки! — радостно вскрикнула Юигахама, когда я наклонился и достал игрушку из отсека выдачи.

Я повернулся и протянул ей плюшевого Босатку. Она тут же прижала его к груди и крепко сжала обеими руками, сминая мягкое тельце.

— Просто повезло, — соврал я. — Ты бы и так достала его со следующей попытки.

И почему я не помог ей молча, не вмешивая себя? Тогда бы Юигахама не смотрела на меня сияющими глазами, полными незаслуженной благодарности. Я неловко выдержал этот взгляд, и блеск в нём был слишком похож на слёзы, которые она не давала себе пролить. Юигахама перестала мять игрушку, опустила руку, и Босатка повис у неё сбоку. Потом она шагнула ко мне, руки поднялись от боков, и я уже приготовился к своему первому в жизни объятию не от члена семьи... но её руки поднялись выше, и она замахала обеими ладонями кому-то за моей спиной.

— Мы здесь! — крикнула она. — Сейчас подойдём!

Я пошёл за Юигахамой Юи, и сердце у меня колотилось так, что Исцеляющая Девочка, наверное, тут же отчитала бы меня за лишнюю кардионагрузку. И я никак не мог решить, что тут сильнее: облегчение или разочарование.

108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108

Как я почти и ожидал, когда мы снова собрались вместе и пересчитали билеты, на первом месте оказалась Юкиношита Юкино. То, что Кацуки пришёл почти вплотную вторым, тоже не удивляло — хотя по его лицу было видно, что его это почему-то удивило.

— Да блять! Да тут выдача на этих баскетбольных автоматах полная хрень, — возмущённо буркнул он.

Юкиношита усмехнулась.

— Знаешь, Бакуго, у тебя каждый раз, когда ты проигрываешь, виноват автомат, или «выдача», или «не повезло». Тебе никогда не приходило в голову попробовать взять ответственность за собственные провалы?

Глаза Кацуки расширились, потом сузились. На секунду его ладони вспыхнули огнём и дымом... и он тут же поймал очень неодобрительный взгляд сотрудника аркады за стойкой обмена билетов. Взгляд был бы, наверное, куда жёстче, если бы Кацуки не рисковал прямо сейчас эффектно испортить билеты, которые держал в руках.

— Всё, — прорычал он. — Выбирай автомат, Ледяная Королева. Ты и я. Один на один. Посмотрим, кто тут «провал».

— Ох, ну начинается... — пробормотал я и обменялся с Юигахамой взглядом из серии «терпим, дышим».

Юкиношита обвела зал взглядом, явно довольная тем, что задела Кацуки за живое, и ткнула пальцем в аэрохоккейный стол.

— Вон тот. Если ты, конечно, не боишься соревнования в реальности, а не в компьютере.

— О, обожаю аэрохоккей! — восторженно сказала Мина, но тут же сникла. — Ой... но стол один. Получается, остальным надо будет заняться чем-то другим... А я, типа, не хочу опять разделяться.

Сайка секунду задумчиво посмотрел на стол, потом ударил кулаком по раскрытой ладони.

— О, я знаю! — оживился он. — Давайте сыграем два на два, а все, кто не в аэрохоккей, пусть сыграют два на два в настольный футбол, он же прямо рядом! — он бросил взгляд на искры, которые буквально летали между Юкиноштой и Кацуки, и поспешно кашлянул. — Эм-м... кто-нибудь хочет быть со мной в команде в настольном футболе? — спросил он, смущённо пряча руки за спиной и нервно перебирая пальцами.

К сожалению для меня, милота этого вопроса отвлекла меня ровно на те доли секунды, которых Юигахаме хватило, чтобы решить: лезть между Юкиноштой и Кацуки она точно не хочет.

— Я! Сай-чан! — звонко отозвалась Юигахама, подбежала и по-дружески обняла его за плечи. Да уж. Юигахама Юи прямо-таки из тех девушек, которые раздают объятия не задумываясь. Даже если мне она, вообще-то, своё так и не успела «додать».

Но у меня ещё оставался шанс собрать вторую пару, если я...

— Хикигая, — сказала Юкиношита Юкино, сбивая мои мысли с рельс, ещё не успевших толком тронуться. — Не хочешь помочь мне поставить Бакуго на место?

Я разрывался. С одной стороны, играть против Кацуки это, ну, почти гарантированное упражнение на раздражение, выиграешь ты или проиграешь. С другой стороны, если сейчас уйти в настольный футбол, придётся противостоять комбинированной атаке «щенячьих глаз» Юигахамы и Сайки. А с третьей была Юкиношита, которая сама зовёт меня в команду; это практически как если бы меня первым выбрали в команду на физ-ре. Ради одной только новизны от такого отказываться было невозможно.

— Ладно, — сказал я и пожал плечами.

Я нервно посмотрел на Кацуки, надеясь, что он не обидится из-за того, что я встаю на сторону Юкиношиты. Но он, наоборот, выглядел ещё более воодушевлённым.

— О, да! Наконец-то нормальный реванш! Я вас обоих уделаю! — заявил он. Потом его взгляд пробежался по тем, кто ещё не определился с игрой, и остановился. — Эй, Колюч... а, к чёрту. Киришима. Ты в деле?

Глаза Киришимы расширились. Он улыбнулся так, будто его только что пригласили в супергеройское братство, и азартно напряг руку.

— Защита на мне!

Я встретился взглядом с Юкиноштой.

— Ты левую половину, я правую? — предложил я.

— Приемлемо, — сказала она и размяла пальцы «обратным мостиком», прежде чем схватить круглый... ну, как это называется... толкатель для шайбы. — Только не вздумай подставляться.

— Значит, в настольный футбол мы с тобой, Мина-чан, — сказала Яойорозу.

— Ага! — кивнула Ашидо. — Ты играла раньше?

— У нас дома есть такой стол, так что я примерно понимаю, как это работает, но мне редко удавалось с кем-то играть...

Пульсирующая музыка постепенно проглотила её слова. Я повернулся к Кацуки и Киришиме. Сам стол выглядел солидно: хромированные края, чёрная как ночь поверхность, будто шайба должна скользить по бездонной пустоте. Светодиоды внутри шайбы и по краям делали её похожей на кусочек чистого света. Иллюзию портили только сотни царапин — следы лет азартных матчей, — но меня это не раздражало. Наоборот: мне даже было немного по нраву это чувство истории, а не стерильной новизны.

— Если есть какие-нибудь тупые правила, про которые вы потом будете ныть, говорите сейчас, а не потом, — потребовал Кацуки.

Глаза Юкиношиты стали жёстче:

— Думаю, как автомат считает счёт, так и будет достаточно, — ровно сказала она.

Я поспешно вклинился:

— Кроме этого: руки — только на своей половине. Если кто-то врежет по шайбе так, что она улетит, он же её и подбирает. И не трогать стол, не закрывать ворота ничем, кроме... э-э... вот этих штук, — сказал я, подняв толкатель.

— Толкатели, кажется, — рассеянно уточнила Юкиношита. — И вообще, я согласна, правила разумные, но обязательно проговаривать их вслух? Даже Бакуго не настолько ребёнок, чтобы ловить шайбу руками.

— Это что, бля, значит «даже», Ледяная Королева?! — зарычал Кацуки.

Проигнорировав его предсказуемое возмущение, я покосился на Юкиноштиту:

— Обязательно. Если бы ты хоть раз была старшей сестрой, ты бы знала.

— А, точно! Я видел твою сестру, она заходила за тобой после Спортивного Фестиваля, — вспомнил Киришима. — Она правда такая невыносимая? По виду не скажешь.

Я издал пустой смешок:

— Все так говорят. Она невероятная милаха. Настолько, что иногда даже я думаю: «да ладно, это же моя память преувеличивает... как такой ангел может быть такой врединой?» Так что я тебя не виню, иногда даже я забываю. А потом она своим суперсиловым «ой, я случайно» отправляет шайбу через весь зал и смотрит на тебя щенячьими глазками, чтобы ты сбегал и принёс... и ты такой: «а, да. Вспомнил».

Юкиношита посмотрела на меня с презрением:

— Ты можешь не расхваливать сестру с таким усердием, даже когда её ругаешь? — язвительно сказала она. — Это как повар, который пытается сахарной пудрой перебить вкус гнилых фруктов. Аж тошно.

— Слова истинной младшей сестры, — самодовольно сказал я. — А я как старший брат... даже если моя сестра насквозь избалована, всё равно считаю её милахой.

— Может, хватит вообще трепаться про младшую сестру Хачимана и начнём, сука, играть? — рявкнул Кацуки. — Если вы не встанете по местам, я начну без вас и соберу халявные очки.

— Уже признаёшь, что единственный способ нас победить, это жульничать? — поддела его Юкиношита, одновременно занимая позицию слева от меня.

И неожиданно отвечать ей первым стал не Кацуки, а Киришима.

— Скажешь это, когда хоть одно очко нам забьёте, — самоуверенно бросил он. — Хоть в аэрохоккее, хоть в геройстве: я стена. Мимо меня никто не проскользнёт!

— А кто говорил, что надо проскальзывать? — сказал я. — Достаточно ударить быстрее, чем ты успеешь среагировать, — я провёл картой по считывателю. Из-под поверхности пошёл воздух, а лоток выдачи на нашей стороне выплюнул светящийся диск. — И кстати о быстрой реакции... похоже, первыми начинаем мы.

Кацуки фыркнул.

— Дешёвые трюки ничего не стоят против чистого скилла. Привыкай начинать, потому что придётся, когда мы будем забивать.

Я приподнял бровь, ухмыляясь, и он, переварив свои слова, тут же сдал назад:

— И это не значит, что тебе можно использовать причуду для дешёвых трюков. Это уже читерство.

— Ага-ага, — сказал я, закатив глаза так, будто я совсем об этом не думал.

Юкиношита бросила на меня косой взгляд, потом наклонилась ниже над столом:

— Ладно, Бакуго. Посмотрим, сможешь ли ты отвечать за свои слова.

Аэрохоккей может быть на удивление нервной игрой. Шайбы летят быстро и под такими углами, что иногда ты не успеваешь даже моргнуть. Весь матч счёт держался почти вровень. Против их связки «впереди-сзади» наша атака «плечом к плечу» с Юкиноштой давала куда более мощное нападение ценой более слабой обороны, поэтому счёт постоянно качался туда-сюда: мы с Юкиноштой ловили серию и вырывались вперёд, потом Киришима на некоторое время превращался в стену, а Кацуки методично подтягивал их назад, иногда даже возвращая лидерство. Но, если честно, мы с Юкиноштой слишком хорошо играли вместе, чтобы Киришима мог держать нас вечно. Единственная вещь, которая мешала нам полностью доминировать, это «ничья земля» между нами.

Первый раз, когда Кацуки вогнал шайбу прямо по центру поля в наши ворота, мы с Юкиноштой одновременно решили, что «это точно заблокирует второй», и в итоге не блокировал никто. После этого провала мы быстро проговорили и договорились: всё, что летит по центру, берём оба, чтобы хоть кто-то наверняка остановил. Кацуки, разумеется, продолжил целиться туда снова и снова.

— Да чтоб тебя, прекрати так делать! — заорал я на него, когда третий раз за вечер задел плечом Юкиноштиту.

К счастью, я успел достаточно смягчить удар между шайбой и своим толкателем, чтобы та на нашей половине уже не мчалась, а лениво скользнула, отскочив от борта под моим контролем. Я выпрямился и повернулся к Юкиношите с улыбкой — как раз в тот момент, когда она потянулась через середину стола, чтобы подобрать свою подачу.

Наши глаза встретились. Её ледяные радужки плясали от веселья, а уголки коралловых губ были приподняты в игривой улыбке — и всё это оказалось куда ближе к моему лицу, чем я обычно видел. Я невольно дёрнулся назад, сердце у меня вдруг сорвалось на бег. Мгновение прошло. Я изо всех сил попытался вернуться мыслями в игру, но меня продолжал сбивать с толку сам факт, что Юкиношита Юкино стоит рядом со мной. Глупо, конечно. Чисто эстетическое притяжение, размазанное одиночеством в какие-то дикие фантазии. Нет причин думать иначе.

*Клац-тук-дзынь.*

Звук шайбы, влетевшей в наши ворота, выдернул меня из задумчивости, а следом донёсся агрессивный вопль Кацуки:

— О, да-а!

Пока он и Киришима хлопали по ладоням друг друга, я повернулся к Юкиношите и вздохнул.

— Прости, — сказал я виновато. — Я ждал очередной удар по центру и не успел среагировать.

— Ничего, — ответила Юкиношита, с лицом, в котором читалась жёсткая сосредоточенность. — Мы ещё можем отыграться.

Я посмотрел на табло: семь — девять, не в нашу пользу, а игра была до десяти очков.

— Есть план? — спросил я, наклоняясь к ней чуть ближе, чтобы Кацуки с Киришимой не услышали, и одновременно потянулся к лотку выдачи шайбы.

— Нужно просто давить, — сказала Юкиношита, тоже наклоняясь. Я сглотнул, когда её лицо оказалось слишком близко к моему. — Давай пойдём в тотальную ата...

Она оборвалась так резко, что мой мозг наконец перестал коротить и осознал: вместо шайбы я схватил холодную кожу руки Юкиношиты Юкино. И в ту же секунду я увидел, как у неё расширились глаза; она тоже поняла, что мы оказались слишком близко.

Я отдёрнул руку так, словно обжёгся.

— Прости! А! Моя вина! — затараторил я.

Юкиношита отшатнулась почти так же быстро, как я; руку, которой она меня коснулась, она обхватила другой за запястье и прижала к груди.

— Я не заметила, что ты уже тянешься.

— Н-нет, всё... нормально, — запинаясь, ответила Юкиношита. — Я тоже отвлеклась.

— Да... эм-м... хорошо, — пробормотал я, чувствуя, как горит лицо. — Это тебе. Забирай.

— Эй, харэ флиртовать там и подавайте уже эту чёртову шайбу! — заорал Кацуки.

Я резко обернулся.

— Да прекрати ты говорить, что мы флиртуем! — огрызнулся я.

Будь я всё ещё был в средней школе, я, может, оставил бы двусмысленность, не стал бы прямо отрицать, хотя бы из жалкой надежды, что девчонка, с которой меня «сводят», вдруг поймёт мои чувства и ответит. Но сейчас у меня впервые появилась настоящая компания друзей. Последнее, чего я хотел, это вызвать у Юкиношиты отвращение мыслью, что я на неё запал, и испортить всю атмосферу.

— Ничего такого нет, — подчеркнул я. — Я просто... растерялся, вот и всё.

На секунду лицо Юкиношиты стало пустым и нечитаемым, а потом медленно наполнилось праведным возмущением.

— Именно, — подтвердила Юкиношита Юкино. — У меня нет никакого желания флиртовать с Хикигаей. Ты дурак?

Ух. Ну, я примерно этого и ожидал... но услышать вслух всё равно оказалось немножко неприятно.

— Да ты сам-то вообще знаешь, как выглядит настоящий флирт? — бросил я Кацуки. — То, что я терплю отвратительный характер Юкиношиты, это, знаешь ли, не вершина романтики.

Юкиношита уронила шайбу на стол, подождала ровно столько, чтобы я вернулся на позицию, и отправила её с визгом на другую сторону.

— Согласна: к этому моменту...

*так-так — хлоп!* Шайба отскочила от борта и от биты Киришимы и вернулась к ней, чтобы получить ещё один удар,

— ..ты должен уже...

*так-так-так — треск!* Её удар ушёл рикошетом: правый борт, задний, левый и ко мне; я послал шайбу прямо в их ворота,

— ...достаточно хорошо меня знать...

*хлоп-хлоп-хлоп!* Шайба металась между толкателями Юкиношиты и Кацуки, пока Юкиношита чуть-чуть не сместила кисть, и шайба не ушла вбок, рикошетом отскочив от борта прямо передо мной.

*Кер-тресь!* Я одним плавным движением врезал по ней, отправив зигзагом через поле, и она проскользнула в ворота буквально мимо охраны Киришимы.

— ...чтобы понимать: если бы я и собиралась флиртовать, то только с кем-то реально презентабельным, — закончила Юкиношита ледяным тоном. — Неплохой удар, Хикигая.

— Спасибо, — сухо сказал я. — И не удивлён. Ты явно из тех, кто выбирает пустых и поверхностных красавчиков, — съязвил я, оглядывая её слишком аккуратную, слишком правильную школьную форму. — И знаешь, в местной школе для глухих их как раз достаточно, чтобы устраивать вечера знакомств.

Юкиношита окинула меня мрачным, малорадостным взглядом.

— Я могла бы сказать то же самое про девушек из местной школы для слепых, — ответила она. — Но, боюсь, у них есть варианты получше.

*Клац-тук-дзынь.*

Я вздрогнул и повернулся к столу: автомат мигал и бешено моргал, объявляя, что красная команда набрала десятое, финальное, очко. Кацуки ухмылялся так самодовольно, как я, кажется, не видел его никогда; Киришима согнулся пополам от смеха, держась рукой за плечо Кацуки.

— Ха-ха-ха... Бакуго, ты, конечно, тот ещё гад, но это было гениально! — выдавил Киришима сквозь хохот.

— Серьёзно? — с отвращением спросила Юкиношита у Кацуки.

— Если вам нужно правило «не играть, пока соперник отвлёкся», надо было говорить до начала! — радостно заявил Кацуки.

— Что ж, наверное, это моя ошибка: не распознать, что ты совершенно не знаком с понятием элементарной вежливости, — устало вздохнула Юкиношита. — Но весьма показательно, что при всём твоём нытье про «дешёвые трюки» в начале игры ты мгновенно к ним прибег, когда под конец запахло проигрышем.

— Слышь, падла, у вас было восемь очков, — отмахнулся Кацуки. — У вас не было шансов. Я просто избавлял себя от мучений.

Юкиношита продолжила препираться с Кацуки, но я уже почти не слушал: в кармане у меня завибрировал телефон. Я насторожился. Вдруг родители? Я, конечно, написал Комачи, что приду поздно, но технически я зависал с друзьями, не предупредив взрослых. Или уже стало позднее, чем я думал, и Комачи спрашивает, где я?

Я вытащил телефон. На экране высветилось: «Геройское Агентство Киберпанч»**. Я провёл пальцем по экрану так быстро, что удивляюсь, как стекло не задымилось.

— Алло, Хикигая Хачиман у телефона, — выпалил я, язык у меня почти спотыкался от спешки.

— Здарова, пацан, — я не слышал голос Киберпанч уже несколько недель, но он был узнаваем мгновенно даже сквозь пульсирующую музыку аркады; зрелое контральто с лёгкой хрипотцой. — Как ты? Удобно сейчас говорить?

— Да, конечно, — сказал я и заткнул свободное ухо пальцем, пытаясь хоть немного отгородиться от шума. Одновременно я настроился на Причуду Дзиро «Наушные Разьёмы», чтобы лучше разбирать звук. Заметив, что друзья смотрят на меня с беспокойством, я махнул им свободной рукой, мол, всё нормально. — Чем могу помочь, Киберпанч-сан? — спросил я, повысив голос так, чтобы меня было слышно.

Я увидел, как Юкиношита всё поняла, и она мягко оттащила Бакуго и Киришиму в сторону, чтобы дать мне хоть немного приватности.

— Точно? — переспросила Киберпанч. — Похоже, ты где-то в шумном месте.

— А, да... — нервно сказал я. — Ребята из класса захотели зайти в аркаду после Спортивного Фестиваля. Ничего важного!

— Вот и молодец! — оживлённо сказала Киберпанч. — Тебе и надо праздновать. Ты выступил намного лучше, чем я ожидала.

Мне стало тревожно. Зачем она меня так нахваливает? Чтобы смягчить удар и отказать? Что-то пошло не так?

— Я знаю, ты занят, Хикигая, так что я быстро. Я звоню, чтобы убедиться: ты же получил моё предложение по стажировке?

Облегчение накрыло меня волной.

— Да! Я уже подписал! Сотриголова-сенсей сказал, что завтра отправит вам подтверждение!

— О, прекрасно! — сказала Киберпанч. — А он сказал, почему завтра? Несколько моих знакомых уже получили подтверждения от Юэй, и когда к концу дня я не увидела твоего, решила позвонить, вдруг у тебя есть вопросы или ещё что.

— О, э-э... он что-то говорил про то, чтобы дать мне время подумать? — неуверенно ответил я.

— Да твою... серьёзно, Айдзава? — буркнула она. Благодаря усиленному слуху я едва услышал сквозь слишком громкую музыку вокруг.

— Он, э-э... кажется, просто хотел убедиться, что я точно хочу отказаться от предложения Краста, — добавил я в защиту Айдзавы-сенсея. — Но я абсолютно уверен. Завтра всё придёт.

Повисла пауза на несколько секунд, прежде чем она снова заговорила:

— Ну... ладно тогда. Отлично, — сказала она. — Тогда до встречи на следующей неделе.

— Кстати об этом, — поспешно добавил я. — Я, вообще-то, свободен чуть раньше. Если вам нужно, я могу заехать на выходных. Или даже сегодня вечером, если вы хотите. До центра из Макухари мне недолго.

Даже сквозь грохот музыки я услышал её вздох.

— Ты такое не предлагай, парень, — сказала Киберпанч. — Это верный способ, чтобы тебя начали использовать. Когда станешь про-героем, у тебя будет ещё уйма времени стать унылым трудоголиком без возможности позависать с друзьями. А если серьёзно: даже если ты готов начинать стажировку хоть сейчас, я пока к тебе не готова. Мне тут ещё нужно кое-что подчистить, освободить тебе место.

— Понял... простите, — сказал я и поморщился. Ну конечно, она слишком занята для такого. — Тогда... увидимся на следующей неделе?

— Хачима-а-а-а-а-ан!

Я поднял голову: Сайка махал мне рукой:

— Как закончишь со звонком, мы идём к фотобудкам фоткаться!

Отвлёкшись на ангельское видение, зовущее меня, я едва не пропустил ответ Киберпанч.

— Ага, на следующей неделе. И давай там, развлекайся с друзьями и отдыхай, пока можешь. Мне нужен ты бодрячком, понял?

Я ещё раз посмотрел на улыбающегося Сайку, а ещё на весёлые лица остальных за его спиной. Лица, которые я слишком легко был готов бросить.

— Да, — сказал я, внезапно ощутив стыд. — Спасибо.