Империя Поттеров (джен)

Генри остался наедине с эльфом в полумраке гостиной. Домовик стоял навытяжку, его большие уши нервно подергивались, а полный страха взгляд был устремлен в пол.

— Кричер, — тихо сказал Генри. — Принеси мне медальон, который хозяин Регулус отдал тебе перед смертью и просил уничтожить.

Эльф вздрогнул и с ужасом уставился на Генри, воздух заискрил от магического напряжения. Клятвы, которые связывали домовика, противоречили друг другу. Приказ хозяина Регулуса никому не отдавать медальон и уничтожить его бился насмерть с новым приказом хозяйки Вальпурги выполнить любую просьбу лорда Поттера.

Кричер заскулил и схватился за уши, будто собираясь оторвать их, чтобы наказать себя за за то, что не может исполнить волю обоих хозяев одновременно.

Генри присел перед ним на корточки, убрал дрожащие руки эльфа от ушей и заглянул ему в глаза.

— Послушай меня внимательно, Кричер. Я знаю, как обезвредить зло, которое прячется внутри этого медальона. Я не заберу медальон и сделаю все прямо здесь, у тебя на глазах. А потом мы вдвоем отправимся за Регулусом. То место, куда мы пойдем — не совсем та же самая пещера, где ты потерял хозяина. Так что ты не нарушишь ни один запрет. Мы вернем твоего хозяина домой.

Кричер замер.

— Лорд Поттер все знает? — пораженно прошептал он.

— Да, Кричер, я все знаю, — уверенно сказал Генри. — И еще я знаю, что Регулус по-прежнему там. Его еще можно спасти.

В глазах домовика появился огонек запретной надежды.

— Кричер принесет медальон, — хрипло сказал он.

Эльф исчез и через мгновение появился вновь. В его дрожащей руке лежал золотой медальон со змеиным знаком "С" на крышке. Кричер протянул его Генри с таким видом, словно отдавал собственное сердце, идя против последнего приказа любимого хозяина.

— Ты не нарушишь приказ, — повторил Генри. — Положи его на стол. Я не заберу его у тебя даже после того, как зло внутри будет обезврежено. Медальон останется у тебя. Ты просто позволишь мне его очистить.

Генри достал из кармана перстень-накопитель и направил на медальон палочку. Медальон завибрировал, из щелей между створками начал сочиться черный дым, который шипел от боли и ярости. Но Генри уже прилично набил руку в деле укрощения крестражей. Камень в перстне вспыхнул, притянул темную сущность, погас и стал почти кристально ясным — лишь серая дымка в его глубине говорила о том, что последний осколок еще ждал своего часа.

Медальон глухо звякнул и вновь стал хоть и очень древним и очень ценным, но простым, не проклятым, артефактом. Кричер, который наблюдал за этим процессом, широко распахнул глаза. По его морщинистым щекам покатились крупные слезы.

— Кричер чувствует… — прошептал он. — Предмет больше не проклят! Зло ушло!

Генри с улыбкой кивнул эльфу, давая понять, что тот может вернуть медальон обратно в тайник. Ему ужасно хотелось бы забрать этот ценный и несомненно интересный артефакт себе, но он понимал, сколько страданий это причинило бы эльфу, который поклялся хозяину никому его не отдавать. Оставить медальон у Кричера было единственным способом сохранить рассудок домовика и честь данного им слова Регулусу.

Эльф бережно взял медальон, сияя сквозь слезы.

Генри вошел в соседнюю комнату, где их ждала леди Вальпурга. Она явно была в нетерпении, хотя годами выработанная маска аристократического спокойствия не давала ей права показать это открыто.

— Я позаимствую ненадолго вашего эльфа, леди Блэк, — сказал Генри, останавливаясь перед ней. — Мы отправляемся за Регулусом.

Леди Блэк замерла. Она явно не знала, можно ли доверять Генри. Он ворвался в ее дом с анимагом, которого все считали убитым ее сыном, и давал обещания, в которые так хотелось и в то же время было так страшно снова поверить.

— Кричер? — позвала она слабым голосом эльфа, который появился следом за Генри. — Что ты скажешь?

Кричер выпрямился и гордо поднял голову:

— Лорд Поттер знает, где Регулус. И он может его спасти.

Вальпурга на мгновение закрыла глаза, собирая последние силы, а когда открыла их, в них стояла решимость матери, которая была готова на что угодно ради ребенка.

— Что ж, — едва слышно выдохнула она. — Вы можете взять Кричера, лорд Поттер. Верните моего сына.

Генри склонил голову в почтительном поклоне.

— Я сделаю все для этого.

Ему действительно был нужен Кричер. Конечно, Генри мог бы самостоятельно пробить защиту пещеры, но это потребовало бы колоссальных затрат сил. Открытие дверей в то проклятое место вручную ослабило бы его на недели, а он не хотел терять это время. Кроме того, сейчас вся его магия понадобится для самого сложного, для спасения Регулуса.

А у Кричера уже был доступ, ведь много лет назад Регулус уже пожертвовал свою кровь и магию и провел эльфа за собой внутрь защиты. Благодаря этому домовик теперь мог телепортироваться прямо внутрь пещеры, и это был самый быстрый и безопасный путь.

Генри положил руку на плечо эльфа и закрыл глаза. Он сосредоточился на воспоминаниях и вызвал в своем разуме четкий образ: не центральной пещеры с озером и лодкой, где обитали инферналы, а небольшого тайного грота, воздушного кармана под водой, который был скрыт в скалах чуть ниже уровня озера.

Он передал этот образ Кричеру. Эльф кивнул и щелкнул пальцами.

Мир смазался, и их поглотила влажная тяжелая сырость подземного грота, который освещали лишь тусклое биолюминесцентное свечение волшебных лишайников. Волдеморт не случайно выбрал это место для тайника, под ногами ощущалась магия слабенького, но стабильного магического источника, который поддерживал и темную жизнь в инферналах, и защиту на входе, и слабое биение сердца раненого, чудом выжившего здесь много лет назад волшебника.

Именно в этот воздушный карман под озером много лет назад выплыл истекающий кровью после схватки с инферналами Регулус. Он понимал, что сил выбраться наружу у него не хватит, а яд из кубка его добьет, и использовал древний ритуал волшебного сна. Он погрузил себя практически в магическую кому, замедлил метаболизм и сердцебиение, создал вокруг кокон из собственной жизненной силы и надеялся, что однажды его кто-нибудь найдет.

И в том далеком будущем Генри действительно его здесь совершенно случайно нашел, когда изучал эти пещеры из одного только любопытства, наткнулся на скрытый грот и обнаружил тело, которое должно было давным-давно превратиться в мумию, но сохранилось живым благодаря подпитке от источника магии. В то время он использовал один из первых прототипов Капсулы Жизни и смог вернуть Регулуса. Они стали самыми близкими друзьями, братьями по духу, и прошли бок о бок через ад. Потеря Регулуса в той войне была одной из самых болезненных ран в душе Генри.

Сейчас Капсула Жизни еще не была готова, но ждать было нельзя. Если он срочно не спасет Регулуса, леди Вальпурга просто не дождется и угаснет, как это случилось в прошлой версии событий.

Приходилось рисковать. Генри попытается вернуть Регулуса к жизни без Капсулы, используя только свою магию, зелья, которые приготовил заранее, и ритуалы исцеления из будущего.

— Сюда, — шепнул Генри и направился вглубь грота-пещеры.

В углу на выступе скалы лежал Регулус Блэк. Его лицо было почти прозрачным, черты заострились, щеки впали, а руки казались слишком тонкими. Его магия почти не ощущалась, а жизнь едва теплилась в погруженном в кому теле.

Генри опустился рядом с ним на колени, накладывая своей палочкой-отверткой дополнительные стабилизирующие чары, практически консервируя магию и жизнь полуживого волшебника. Он не должен был допустить, чтобы перемещение его погубило. На тонкой ледяной шее он застегнул дополнительный защитный амулет, который на время полностью замедлит все процессы в организме волшебника, чтобы потом безопасно вернуть все как было.

Закончив с приготовлениями, он обернулся к Кричеру, который смотрел на своего хозяина с немым обожанием и ужасом.

— Помоги мне, Кричер. Нам нужно перенести его в Поттер-мэнор.

Эльф часто закивал, готовый сделать что угодно, лишь бы помочь любимому хозяину. Генри укрепил мышцы чарами и осторожно, чтобы не потревожить хрупкое равновесие магии, поднял на руки ледяное тело и сосредоточился на образе сада в Поттер-мэноре.

Кричер щелкнул пальцами.

* * *

Ритуальный зал Поттер-мэнора был полностью готов к приему пациента. На столах вдоль стен стояли в ряд флаконы с жидкостями всех оттенков от прозрачно-золотистого исцеляющего зелья на основе слезы единорога до изумрудного пробуждающего настоя на гребне дракона. Рядом лежали артефакты, которые Генри смастерил вместе с Ульрихом: тонкие серебряные иглы, массивные стабилизаторы ауры и механизмы, которые походили на маггловские капельницы.

Генри в последний раз проверял оснащение, когда в зал бесшумно скользнула черная тень. Кошмар понял, что король его прайда собирается проводить сложные магические манипуляции, и пришел помочь. Зверь уселся у изголовья ритуального ложа, готовый принять на себя слишком резкий выплеск силы и стабилизировать магию после мощных вливаний в рунные цепочки артефактов.

Книззл был на удивление спокоен, лишь низко предупреждающе порыкивал на каждое движение постороннего домового эльфа.

Кричер, которого наконец отпустило оцепенение, которое овладело им в пещере, стоял у порога и дрожал всем своим маленьким телом. На эльфа вдруг накатила истерика. Он не издавал звуков, но его плечи ходили ходуном, а из больших глаз текли слезы, падая на каменный пол. Он был не в себе, разрываясь между радостью возвращения хозяина и ужасом от его состояния.

Генри взглянул на него и покачал головой. В таком состоянии эльф был бесполезен. Вместо Кричера он подозвал Тайни.

— Тайни. Отправляйся за леди Вальпургой Блэк и приведи ее сюда, прямо в зал.

Домовичка кивнула, с сестринским сочувствием посмотрела на рыдающего эльфа и исчезла. Генри вернулся к артефактам.

Вскоре дверь бесшумно отворилась, и Генри поспешил встретить леди Вальпургу на пороге, желая предупредить ее, прежде чем она увидит Регулуса. Она выглядела еще более хрупкой, чем в гостиной на площади Гриммо, но в осанке сохранялась сталь, на которой когда-то держался весь дом Блэков.

— Мы его вытащили, — сказал Генри. — Но он слишком долго был в магической коме.

Вальпурга судорожно сжала ручку трости.

— Это правда? — ее голос задрожал. — Он... жив?

— Идемте, — Генри отступил, чтобы пропустить ее. — Не пугайтесь. Я знаю, что делаю.

Она прошла внутрь и сразу вцепилась взглядом в ритуальное ложе в центре зала. Тощий, почти неживой, смертельно белый на фоне темного камня, Регулус лежал неподвижно. Его одежду, в которой он ушел из дома много лет назад, покрывал слой пыли, а на плечах и полах мантии проросли бледные мхи.

Генри уже подключил его к капельницам с питательными растворами и магическими стабилизаторами. Вовсю работали артефакты, которые создавали кокон из поддерживающей магии.

— В Мунго ему не помогут, они не знают того, что знаю я. Доверьтесь мне, — сказал Генри. Вальпурга подошла ближе, не сводя влажных глаз с лица сына. — Я свяжусь с вами, когда закончу ритуалы исцеления. А пока мне нужно время и уединение. — Генри не был уверен, что леди Блэк воспринимает его слова. Но она кивнула, вытирая глаза кружевным платком, и он продолжил: — Пока я буду занят спасением Регулуса, вы не должны терять времени. Прямо сейчас возьмите крысу — Петтигрю — и идите с ней к Гилберту. Я уже подготовил для него письмо. Тайни вам его отдаст.

Он хотел отвлечь леди Блэк и занять ее делом, чтобы та не сходила с ума в нервном ожидании. Она перевела взгляд с сына на него и секунду ничего не отвечала.

— Кто вы, мистер Поттер? — наконец тихо спросила она.

Генри покачал головой.

— Я все вам расскажу, обещаю. Но пока просто доверьтесь мне и наберитесь терпения.

Генри и правда собирался позже все рассказать леди Блэк. Он успел хорошо изучить ее по общению с ее портретом в будущем — эта женщина была одной из немногих людей, кому он мог бы безоговорочно доверить свои тайны, жизнь и душу.

Леди Блэк ушла, бросив последний долгий взгляд на Регулуса на алтаре. Ее сопровождала Тайни, а все еще всхлипывающий Кричер плелся следом, оглядываясь на хозяина.

Дверь закрылась. Генри подошел к столу, взял первый флакон с зельем и кивнул книззлу.

— Начинаем, — тихо сказал он.

Кошмар мурлыкнул. Магия зала загудела, и ее потоки устремились к волшебнику, который должен был сегодня наконец вернуться к жизни.