Формула от смерти (джен)

Так и не поев, возвращаюсь в свою комнату. В голове роются тысячи вопросов к Вальнару, Геве и самому себе.

Вроде, слова Гевы должны были убедить меня, что Вальнар меня не выбросит. Но откуда мне знать, что она не сказала это специально, чтобы я не волновался раньше времени? Да и почему она вообще это сказала? Зачем? Почему сделала акцент на том, что Вальнар заботится о мне как отец? Это была манипуляция, так как она знает, что я сирота? Или она не знает?

В любом случае, по-моему, наставник возится со мной, только потому что я ему нужен. И если будет возможность меня заменить, то сразу это сделает.

И эта мысль расстраивает. Даже смешно. Я думал, что уже давно перестал искать в каждом прохожем своего отца. Но, видимо, эта проблема останется со мной навсегда. И даже если Гева что-то такое увидела, это не значит, что она права. Не надо на Вальнара перекидывать свои проблемы с привязанностью. Я должен быть готов, что он в любой момент может со мной распрощаться.

Мне надоедает сидеть без дела. Да и если не найду, чем заняться, впаду в депрессию. Вспоминаю первый и последний урок колдовству. Может, попробовать самому? Осматриваю комнату, но не нахожу никакого подходящего предмета. Снимаю кроссовок и закидываю его в дальний угол.

Так, надо сконцентрироваться на нем и не отвлекаться.

В этот раз проще и получается быстрее. Зрение обостряется — вижу кроссовок в малейших деталях. Даже остатки пепла на шнурках.

И вообразить, что он должен сделать.

Представляю, как кроссовок взлетает и врезается в дверь ванной. По нему проходит мелкая дрожь. Он поднимается в воздух и с глухим звуком ударяется о дверь.

Результат воодушевляет. Сердце ускоряется. Даже получается отвлечься от тревожных мыслей.

Придумываю кроссовку новые задания. Взлетает на люстру и повисает на ней. Танцует по полу. Скачет от стены к стене. В конце концов, мне надоедает, и я заставляю его обратно одеться на мою ногу и завязать шнурки.

И где Вальнар? Мне уже надоело ждать. Может, сегодня я тоже могу «шляться без дела»? Тогда пойду на улицу. Мне уже давно интересно, что находится в мертвом городе рядом с замком. В любом случае, там будет интереснее, чем здесь. Может, даже получится поднять силой мысли что-то тяжелее ботинка.

Встаю и чуть не падаю. Перед глазами темнеет. Голова кружится. Тело сковывает слабость. Сажусь обратно, но лучше не становится. Закрываю глаза, опираюсь локтями на ноги и прячу лицо в ладонях.

Что опять случилось? Почему каждый день со мной что-то происходит?

Хочется усмехнуться, но не получается, мышцы лица не слушаются. Меня как будто парализовало. Головокружение не проходит. Сердце глухо стучит в ушах и болью отдается в затылке.

— Руслан? — голос Вальнара.

У меня нет сил, чтобы поднять голову или как-то среагировать на его появление. Чувствую, как он залазит в мой мозг — ощущение странное, зудящее и холодное. Неужели, я чувствую присутствие наставника в своей голове? Почему? Раньше никогда не чувствовал.

Вальнар впервые за все время нашего знакомства матерится и подходит ко мне.

Я бы и рад это как-то отметить, но мне сложно о чем-либо думать. Голова болит и продолжает кружиться. Мутит. И такое ощущение, что все тело мне отказывает — я ничем не могу двинуть. Совсем.

Наставник помогает мне лечь. Чувствую его теплые пальцы на запястье, наверное, измеряет пульс.

Одна часть меня будто находится в реальности, вторая — теряется в бездонном пространстве. Тело мне больше не принадлежит. Никакая мысль надолго не задерживается в голове. Темнота сгущается. И последнее, что я ощущаю — Вальнар отпускает мою руку.

Инара

Что случилось?

Только что Вальнар был здесь, но что-то заставило его вернуться. Что-то — что взволновало даже его.

Рано утром он принес темно-красную жидкость в небольшой золотой чаше. Я сразу поняла, что это кровь. Кровь Людора. Его глаза округлились, и он поморщился, когда увидел чашу, будто вспомнил что-то плохое и болезненное.

Колдун сел перед Людором на корточки. Взял его за руку и начал что-то шептать. Он делал это так долго, что я уснула, хотя, казалось, это невозможно — от напряжения сворачивало желудок. Может, Вальнар ввел меня в сон?

Не знаю, что меня разбудило. Я открыла глаза и увидела, как Вальнар делает надрез на руке Людора. Кровь стекала в чашу, пока не наполнила до краев. Князь Секуавелии сидел словно в трансе, ничего не понимая и не чувствуя.

Наполнив чашу, колдун отпустил руку Людора. Глаза князя прояснились, и он поморщился от боли. Вальнар встал и объявил:

— Все готово к ритуалу... — и напряженно замолчал. Нахмурился, будто к чему-то прислушиваясь. Торжество на его лице сменилось тревогой. Затем из его рук исчезла чаша, и потом в воздухе растворился он сам.

Что произошло? Что могло его так взволновать? Я никогда не видела, чтобы его лицо выражало что-то, кроме злорадства, злости или усмешки. Что может его настолько заботить?

Руслан? Неужели с ним что-то случилось?

Тревожное предчувствие охватывает напряжением тело. Если Вальнар готов был прервать ритуал, которому посвятил жизнь, значит случилось что-то ужасное. Но что?

Я не могу узнать. Остается только сидеть и ожидать прихода Гевы.