Отверженные камни / Rejected Stones (гет)

Всему своё время, и время всякой вещи под небом:... время убивать, и время врачевать; время разрушать, и время строить.

— Царь Соломон, Книга Екклесиаста

Работа с Мэй снова залечила раны способами, о которых Изуку даже не догадывался, но и породила новые. Погружение в привычный ритуал — анализ систем, проектирование и внедрение улучшений — действовало очищающе и успокаивающе.

Боль приходила от осознания, что утраченное вернуть так просто не получится. Работать одной рукой было сложно и утомительно. Изуку пришлось использовать специализированные зажимы и тиски, чтобы фиксировать детали. Хуже того, его правая рука была ведущей, и теперь ему приходилось переучиваться, что всё ещё ощущалось неестественным. Однако с той же упрямой решимостью, которая всегда была ему свойственна, Изуку продолжал двигаться вперёд.

Если ему хотелось сдаться, он бросал взгляд на Мэй. Та теперь щурилась на детали, хмурилась, качала головой и брала увеличительное стекло или ювелирную лупу, чтобы тщательно проверить работу. Она не сдавалась — и он тоже.

Первым делом предстояло восстановить Силовой Костюм. Хотя можно было спасти прежние наработки, Изуку и Мэй сошлись во мнении: нужно строить заново, используя более прочные материалы. Новый каркас из сплавов, которые Мэй разработала, стал основой обновлённого костюма. Конструкция увеличилась и утяжелилась, чтобы вместить мощные системы и улучшенное вооружение. Теперь они понимали: прежних возможностей Силового Костюма катастрофически не хватало против самых опасных врагов.

Одновременно они осознали, что рост размеров и сложности костюма потребует гораздо больше времени на сборку. А до экзамена на лицензию героя оставалось меньше двух недель — завершить проект в желаемом виде было невозможно.

Поэтому они вернулись к истокам — к оригинальной Модели Силового Костюма MK1, которая была компактнее всех последующих версий.

— Силовой Костюм отлично подходит для открытых пространств или масштабных сражений, — заметил Изуку, пока они оценивали повреждения в первый день, — но мне нужно что-то, что сможет пройти в узкие места. Даже в тех переулках я едва помещался, из-за чего костюм повредился.

— Может, создать каркасный костюм? — предложила Мэй. — Что-то менее мощное, чем основной Силовой Костюм, но пригодное для помещений или тесных зон.

— Может, сделать его достаточно лёгким, чтобы он мог летать? — предложил Изуку.

Мэй нахмурилась и покачала головой.

— Если так сделать, реактивный ранец сделает его слишком громоздким для дверей. Знаю! Сделаем его модульным! Чтобы можно было легко крепить разное снаряжение и менять в зависимости от миссии. Тогда можно установить ранец или снять.

— Мы можем сделать весь Силовой Костюм модулем! — восторженно воскликнул Изуку, подхватывая идею. — Он будет помещаться внутри основного костюма, и я смогу быстро в него пересаживаться!

— Да, точно, как Броня Халкбастер! — заявила Мэй.

Изуку взглянул на неё.

— Когда ты узнала о Халкбастере? Я думал, тебе не нравится Железный Человек.

Мэй пожала плечами.

— В больницах скучно, а у твоей мамы были только твои комиксы, пока мы ждали, когда ты очнёшься. К тому же это будет не Халкбастером. Это будет Броня Маркбастер!

— Идеально! — Изуку ухмыльнулся. — Лига Злодеев даже не поймёт, что их ударило, когда мы сразимся в следующий раз!

— Наши малыши будут такими милыми, что они растеряются! — рассмеялась Мэй.

В своих трудах Изуку и Мэй оказались не одни. На второй день в мастерскую пришла Хари, принеся им обед.

— Вы опять забыли поесть? — спросила Хари, заставив Изуку вздрогнуть. Он даже не заметил, как она вошла.

— Э-э, да, извини, — покраснев, признался Изуку. Обычно это он напоминал Мэй о еде.

Хари рассмеялась и разложила три порции.

— Похоже, Мэй на тебя влияет, Изуку! Скоро будешь напевать себе под нос и просить кофе вместо чая.

— Думаю, мы оба изменились, — признал Изуку, когда Мэй подошла помочь ему подняться с пола. Он мог бы встать сам, но не стеснялся принять её руку помощи.

— Мэй стала гораздо общительнее с тех пор, как встретила тебя, — заметила Хари, пока они садились есть. — Знаешь, я недавно застала её за уроками макияжа от Джиро и Ашидо.

— Не понимаю, почему им это так нравится, но раз им было весело, я согласилась попробовать, — объяснила Мэй.

— Ты... нанесла макияж? — спросил Изуку, слегка забеспокоившись, что не заметил.

Мэй покачала головой.

— Нет. Они говорили, это чтобы мальчики обращали внимание. Но ты и так меня любишь, так зачем?

— Если ляпнешь слащавую чушь про «ты и так красивая», больше обеда не принесу, — предупредила Хари, и Изуку покраснел, опустив взгляд. Он как раз собирался сказать нечто подобное. — Не парься, Мэй. Я сама помаду наношу через раз, а весь макияж — только на свидания. Которые, увы, давно не случались. Ладно, неважно. Можно глянуть, чем вы заняты?

— Я не против, — Изуку взглянул на Мэй.

— Я всегда звала тебя посмотреть на моих малышей, Хари! Раньше ты вечно была занята, а сейчас, думаю, нет, — Мэй надула губы. — Ты могла бы помочь, в отличие от этих сопляков!

— Соскучилась по ним, да, — вздохнула Хари. Она отложила ланч и подошла к Силовому Костюму Альфа — так Мэй и Изуку теперь его называли. Осмотрев электрические системы и блок питания, она присвистнула и покачала головой. — Честно, Мэй, это выше моего понимания. Я механик, а не инженер НАСА.

— Но ты очень умная! Ты отлично чинишь всё подряд, — Мэй подскочила к сестре. — Смотри, это модифицированный двухреакторный генератор, а моторные модули почти как в строительной технике, которую ты ремонтировала!

— Может быть, — согласилась Хари. — Но я без понятия, с чего начать. Это же переделанная серия мицубиси YT-3 с их мотоциклов.

— Да! Ты же работала с ними! Поможешь со сваркой — ты же сама меня учила!

— Ну, ладно, — Хари сдалась. — Руки зачесались от безделья. Тюнинговать машину можно только до бесконечности…

— Твоя тачка и так идеальна. Смотри, как мы это делаем. Осторожнее с электрикой Изуку — она чувствительная.

Вскоре сёстры работали в тандеме: Мэй руководила, а Хари, сначала робко, но с растущей уверенностью, выполняла указания. Изуку вернулся к тонкой пайке, проверяя каждое соединение. С тех пор Хари приходила почти каждый день, помогая с сборкой и обработкой деталей после одобрения дизайна Мэй.

Большую часть дня Изуку посвящал Силовому Костюму, но не забывал о реабилитации, особенно об освоении протеза. Он также возобновил тренировки по программе Герой, и Киришима с Шинсо охотно помогали, адаптируя упражнения под его новые ограничения.

— Чёрт, чувак, отжимания одной рукой! Жёстко! — Киришима рассмеялся, наблюдая, как Изуку возобновил утренние занятия в зале. Солнце едва взошло, но зал был полон: ученики 1-А, 1-Б и старших курсов усердно тренировались.

— Нам придётся поднажать, чтобы не отстать, — усмехнулся Шинсо, делая скручивания. — Может, по 50 на каждую руку?

— Смейтесь сколько хотите, — Изуку кряхтел, рухнув после 20-го повтора. — Это сложнее, чем кажется.

— Верю. Я сам ещё слабак, — признался Киришима. — После удара Одного за Всех я сломал три кости. Слава Исцеляющей девочке, иначе до сих пор ходил бы в гипсе.

— Остальных бы просто размазало в кровавую пыль, — проворчал Шинсо. — Так что ты ещё крут.

— Заткнитесь, ботаны! Слишком рано для вашей трепотни! — рявкнул Бакуго со скамьи, изо всех сил жмя штангу.

— Успокойся, Бакуго, герою надо быть жаворонком! — Урарака, страхующая его, не отрывала глаз от грифа. На прошлой неделе он чуть не травмировался, и она настояла на помощи. Его раны от битвы тоже давали о себе знать. — А если злодеи нападут утром?

— Тогда я их нахер разнесу! — Бакуго оскалился, напрягаясь. — В отличие от вас, сопляков!

— Что, Бакуго, боишься, что мы тебя размажем? — подразнил его Шинсо.

Бакуго швырнул штангу на стойки и вскочил, сверкая глазами. — Ты знаешь, кто выиграет, если мы сразимся, и...

Внезапно он замолчал, медленно выпрямляясь. — ...Я...пр...иг...р...ал бы... — пробормотал он. Очнувшись, взорвался яростью: — Сукин сын! Ты использовал Причуду, я тебя...!

Бакуго замолчал, когда Урарака громко фыркнула. Она попыталась сдержаться, но снова издала звук, похожий на хрюканье. Изуку фыркнул, но тут же прикрыл рот, смущённый.

— Не смешно! — рявкнул Бакуго, окинув зал яростным взглядом.

— По-моему, очень смешно, — Киришима активировал Причуду, его улыбка стала зловещей. — Есть проблемы?

Бакуго на мгновение уставился на Шинсо, затем нахмурился. — Стоп, что я сказал?

— Сам признал: «пр...иг...р...ал бы». Доказано, — Шинсо скрестил руки.

Бакуго шагнул вперёд, пальцы трещали от скопившегося пота. Он встал вплотную к Шинсо, но тот не отступил. Внезапно Бакуго поднял правую руку ладонью вверх. — Теперь можешь выбивать слова. Не такой уж ты слабак.

Шинсо ухмыльнулся и шлёпнул по ладони Бакуго, но вскрикнул от боли — пот взорвался мини-взрывом. Шинсо запрыгал, дуя на обожжённую руку, а Бакуго загрохотал смехом. Киришима присоединился, а Урарака снова захрюкала.

— Вот теперь смешно! — провозгласил Бакуго.

Шинсо замер, затем рассмеялся. — Ладно, зачётно. Но в следующий раз я тебя достану.

Бакуго благоразумно промолчал, что вызвало новый взрыв смеха, даже у Изуку.

Позже Изуку застал Бакуго одного на кухне. Тот готовил еду, не удостоив его взглядом.

— Спасибо, — тихо сказал Изуку.

— Не жди, что поделюсь. Готовь сам, — буркнул Бакуго.

— Не за это. За... спасение Мэй. Ты изменился. Ты больше не ненавидишь меня за слабость.

— Хрень собачья, — Бакуго помешал еду, не глядя. — Будь ты слабаком, ненавидел бы и сейчас.

— Я без руки. Мэй — безпричудная. Но ты не ненавидишь нас. Ты вызвался спасать её, зная, чем рискуешь.

Бакуго лишь хмыкнул, уставившись в сковороду.

— Я просто... хотел сказать, что прощаю тебя, — произнёс Изуку. — И... надеюсь, мы снова станем друзьями. Он развернулся, чтобы уйти, но Бакуго заговорил.

— Мы никогда друзьями и не были, — Бакуго всё ещё не смотрел на него. — Это... моя вина. — Наконец он встретился с Изуку взглядом. — Я не хороший. Ты — да. Не понимаю, зачем тебе дружба со мной.

Изуку замешкался, затем обернулся. — Раньше... ты был сильным, и я хотел быть таким же.

Бакуго фыркнул, выключил плиту и выложил еду на тарелку. — Моя Причуда мощная, да. Но ты сильнее. Ты победил меня на Фестивале.

— Не из-за силы, — покачал головой Изуку. — Из-за Мэй. Я признал слабость, нужду в помощи. Мы все в ней нуждаемся, Бакуго.

— Хммм, — Бакуго взял тарелку. — Ненавижу слабаков. Проблема в том, что я сам такой. — Он направился к своей комнате, где обычно ел в одиночестве.

— Эй, Бакуго! Мы как раз садимся, — позвала Урарака из столовой, где сидела с Иидой и Токоями. — Присоединяйся!

Бакуго замедлил шаг, взглянув на них. Изуку ожидал, что он проигнорирует приглашение, но тот молча сел за стол. Остальные смеялись и болтали, изредка вовлекая Бакуго, который отвечал односложно.

Изуку понаблюдал за ними и отправился в мастерскую. Может, друзьями им не стать, но врагами они больше не были.

В редкие свободные часы Изуку работал над личным проектом: новыми «глазами» для Мэй. Процесс шёл медленно — он собирал и модифицировал очки в одиночку. Добавил цифровой зум, инфракрасный, ультрафиолетовый и ночной режимы. Встроил голографический проектор для 3D-манипуляций через специальную перчатку. Также встроил функцию видеозвонков и мини-экрана. На дизайн ушла неделя, а на завершение — месяцы, но Изуку гордился работой.

Что касается протеза руки, Мэй продолжала вносить улучшения. Ловкость Изуку с ним росла день ото дня, хотя до тонкой работы ему было ещё далеко. Тем не менее, он был благодарен за возможность им пользоваться и верил, что со временем освоит его не хуже живой руки, несмотря на отсутствие тактильных ощущений.

Кроме всего прочего, Изуку, Мэй и остальные ученики 1-А, включая Хари, теперь еженедельно посещали школьного психолога — Рё Инуи. Большинство приходило на сеансы поодиночке, но Изуку и Мэй попросили совместные встречи, и мистер Инуи охотно согласился.

Он выглядел странно, полностью оправдывая геройский псевдоним Гончий: двуногий пёс с лохматой гривой. В моменты эмоций он рычал или лаял, хотя в остальное время говорил нормально. К счастью, он не надевал геройский костюм с намордником, предпочитая повседневный стиль.

— Зачем мы здесь? — возмутилась Мэй при первом визите. — В Юэй обещали, что не придётся ходить на групповые терапии!

— Это не терапия, Хатсуме, — Инуи указал на потертый диван со следами ожогов. В воздухе витали запахи гари и серы, слегка приглушённые благовониями.

Мэй надулась, но села рядом с Изуку.

— Тогда зачем? Мы могли бы дорабатывать нашего малыша — до экзамена всего 12 дней!

— Вы должны понять тёмную сторону геройства, — Инуи устроился в потрёпанное кресло. — Судя по словам Хари, вы уже сталкиваетесь с этим: ночные кошмары, страх одиночества... без Изуку, также ты часто вычисляешь объём случайных предметов.

Изуку дёрнулся. Бессонница мучила и его, но подсчёты...

— Хари тебе это рассказала? Зачем? — нахмурилась Мэй.

— Потому что она тоже посещала меня и беспокоится о вас обоих. Это консультации по посттравматическому стрессовому синдрому, — мягко объяснил мистер Инуи. — Вы пережили тяжелую травму. Ученики 1-А проходили терапию несколько недель после нападения в USJ. Психологическая нагрузка на героев сравнима с работой полиции или военных. Вы сталкиваетесь с насилием и сами его применяете. Кто-то справляется лучше, но никто не должен делать это в одиночку.

— Я не одна! У меня есть Изуку, Хари и друзья из класса, — заявила Мэй. Она вдруг улыбнулась. — Теперь у меня много друзей! В прошлом году был только Изуку, а раньше — вообще никто. Но всё равно...

Мэй замолчала, резко зажмурившись. — Изуку, какая высота потолка? — спросила она через паузу.

Изуку взглянул на мистера Инуи.

— 2,1 метра, Хатсуме, — ответил тот.

— Объём комнаты — 713,7 кубометров, — пробормотала Мэй и уткнулась лицом в грудь Изуку. — Обними меня.

Изуку сжал её изо всех сил, зная, что Мэй любит крепкие объятия в такие моменты. — Я... тоже плохо сплю.

— Это нормально, особенно после тяжёлых травм, — сказал мистер Инуи. — Если проблема усугубится, выпишем снотворное.

— Хари пьёт лекарство на ночь. Это ты назначил? — голос Мэй прозвучал приглушённо.

— Обсуждать её лечение я не могу. Если хотите, поговорите с ней или приходите вместе. Для некоторых совместные сеансы полезны, для других — нет. Хари предложила вам заниматься вместе, но я бы хотел поговорить с каждым отдельно.

— Что нам делать? — спросил Изуку. — Я... не хочу таблеток. Иногда просыпаюсь и чувствую руку... Смотрю — её нет, и не могу дышать...

— Заживление займёт время. Некоторые раны остаются навсегда. Но мы научимся с ними жить. Начнём с обсуждения ваших чувств. Кто первый?

Примечание автора:

Меня всегда раздражал распространённый троп «В Вымышленном мире нет психологов». Послушайте, эти дети прошли через ад. Изуку потерял руку. Мэй лишилась Причуды и пережила насилие. Даже Иида, отделавшийся царапинами, получил глубокую травму. Кто-то справится лучше, но грамотная система героев обязана включать терапию. Чтобы они не сломались под давлением и продолжали спасать мир.