Отверженные камни / Rejected Stones (гет)

Один-единственный добрыйпоступок пускает корни вовсе стороны, и из этих корнейвырастают новые деревья

— Амелия Эрхарт

---

— Только не без причуды.

Эти слова эхом отдавались в голове Изуку, когда он, спотыкаясь, шел домой, а его мир рушился вокруг него. Слова, сказанные ему кумиром его детства, величайшим героем мира, Всемогущим. Изуку Мидория был не таким, как все, без причуды и никогда не мог осуществить свою мечту — стать героем.

— Ты просто безпричудный урод. Иди и прыгни с крыши.

Слова бывшего друга, сверстника, которым Изуку восхищался и которого уважал. Бакуго, который всегда был сильнее и лучше Изуку. Он потратил годы, чтобы показать Изуку, что без причуды он никогда не сможет подняться до уровня Бакуго, никогда не сможет достичь их общей мечты — стать героями, как Всемогущий.

— Изуку, прости меня. Мне так жаль.

Его мать рыдала, говоря эти слова маленькому ребенку в трауре, слова, которые были первого человека, кто попытался разрушить мечты Изуку.

Он пытался игнорировать их все. Он учился, планировал, думал, делал всё возможное, чтобы подражать Всемогущему, окружал себя его мерчем, надеясь стать похожим на величайшего героя мира.

А потом Изуку встретил Всемогущего. Он спас его от почти верной смерти в руках похожего на чудовище грязевого злодея. Как Изуку и предполагал, Всемогущий налетел на него, одним ударом спас Изуку и успокоил его улыбкой. Но тут Изуку задал роковой вопрос.

— Могу ли я стать героем? Даже без причуды?

Всемогущий вздохнул. Он покачал головой:

— Прости. Только не без причуды, — После этого он сказал ещё что-то, и часть Изуку знала, что Всемогущий пытался спасти Изуку от шрамов и боли, через которые прошел он сам, защитить этого мальчика без причуды. Но это было не то, что слышал Изуку. Он слышал лишь какофонию разбивающихся мечт.

— Я ничего не стою, — бормотал Изуку, пиная помятую банку. Она пролетела по луже и шмякнулась на избитый тротуар переулка, ударившись о ржавый мусорный бак. — Я безпричуден. Как я могу стать героем?

— Помогая мне! — весело сказал мусорный контейнер.

— К-кто ты? — Изуку заикался, едва не выпрыгивая из своей кожи. — Ты что, говоришь?!

— Ты можешь стать героем! Просто помоги мне и моему ребенку выбраться, я застряла! — ответил мусорный контейнер, его голос звучал гулко и искаженно.

— О боже, мне так жаль?! Это твоя причуда превратила тебя в мусорный контейнер? У некоторых людей есть трансформационные причуды, и они могут потерять контроль, может быть, я могу позвонить в полицию или...

— Нет, просто помогите мне! Я не мусорный контейнер, я в мусорном контейнере. Я застряла!

— О-ох, ОКЕЙ, я попробую! — Изуку поставил свою сумку на землю и потянул крышку мусорного бака вверх, чтобы открыть его. Внутри оказалось улыбающееся лицо девушки в странных замысловатых очках, её лицо было покрыто сажей, а большая часть тела утопала в мусоре.

— Прив! Я Мэй Хатсуме, — сказала девушка. — Я ищу материалы для моих супер-милых малышей! Но, похоже, мой самый новый малыш неисправен. Я думаю, что мусор застрял в его сервоприводах, или проводка запуталась. Ха! Но это ничего, потому что ты мне поможешь!

— Эм, да, думаю, я смогу. А что насчет твоего ребенка, он в порядке? — спросил Изуку, заглядывая в мусорный бак. — Я не вижу его.

— Это Силовой Костюм! Он на мне, — заявила Мэй. — Это механический экзоскелет, разработанный для увеличения силы пользователя! Он произведет революцию в индустрии героев! Я собиралась использовать его, чтобы найти какой-либо мусор для создания ещё большего количества супермилых малышей, но костюм заклинило, и теперь я не могу двигаться. Это забавно, потому что он должен был облегчить передвижение!

— О, эм, хорошо. Может, мне стоит просто позвать на помощь, тебе же не нужно, чтобы безпричудное ничтожество усугубило ситуацию, — сказал Изуку, глядя вниз.

— Не глупи! Ты можешь мне помочь, просто откопай меня! Пожалуйста, не вызывай полицию, они всегда злятся, когда им приходится меня вытаскивать, а потом мои родители и Хари злятся, и я не могу делать милых детишек несколько дней, а то и недель! Ты сказал, что хочешь быть героем, так будь им!

— Я... да! Я могу помочь! — Изуку вцепился в слова Мэй, как в спасательный круг, и начал бездумно выбрасывать мусор из мусорного бака, медленно вызволяя Мэй. Через минуту или две ему удалось откопать большую часть её туловища, открыв верхнюю часть её Силового Костюма. Это был грубый металлический каркас с гидравлическими шарнирами, соединенный пучками бессистемных проводов.

— Тебе придется расстегнуть ремни. Они находятся у меня под подмышками, так что тебе придется дотянуться до них, чтобы вытащить меня, — сказала ему Мэй.

— Эм, это значит, что мне придется, ну, знаешь, прикоснуться к тебе, — заикался Изуку.

— Я знаю, что сейчас я очень грязная, но я буду благодарна, если ты отстегнешь меня, — сказала Мэй. — Я знаю, что некоторые люди не любят грязь, но ты уже очень грязный, так что я не думаю, что это что-то изменит.

— Нет, я имею в виду, ну, мне пришлось бы прикоснуться к твоей… — Изуку покраснел и отвернулся. Хотя Мэй была одета в грязный комбинезон и старую футболку, но она была весьма развитой молодой девушкой, и он не хотел, чтобы она считала его извращенцем.

— Всё в порядке, ты можешь трогать моего ребенка, только не повреди его, — сказала ему Мэй. — Ты выглядишь так, будто знаешь, как быть нежным с машинами, поэтому я думаю, что могу тебе доверять. Кроме того, это единственный способ вытащить меня отсюда. Ты станешь моим героем, если поможешь мне!

Это были волшебные слова. Покраснев, Изуку просунул руки под руки Мэй и сумел нащупать оба ремня, расстегивая их. Затем она помогла ему расстегнуть еще два ремня на своих руках, явно не заботясь о том, что мальчик так явно прикасается к её телу. Как только последний ремешок был расстегнут, Мэй начала извиваться еще до того, как Изуку успел отодвинуться, и стала тереться об него. Он дернулся назад, но она протянула руку и вцепилась в него.

— Вытащи меня, — приказала она. — Мне нужен рычаг!

Нехотя, Изуку крепко ухватился за Мэй и потянул, упираясь ногами в мусорный бак. После нескольких секунд борьбы она вдруг вылетела из мусорного бака. Изуку вскрикнул, упал назад и тяжело приземлился на спину, а Мэй упала на него сверху.

— Ах-ха! — Мэй засмеялась, сидя на груди Изуку. — Ты спас меня! Ты действительно герой!

— Ты так думаешь? — Изуку задыхался от смущения.

Мэй прижалась к Изуку, широко улыбаясь. Он впервые заметил, что её волосы были розовыми под слоями слизи и грязи, которые они насобирали в мусорном контейнере, а также то, как близко она была к нему. Если бы не запах и грязь, он, возможно, нашел бы её привлекательной. А так, в основном, было просто неудобно:

— Конечно! Герои спасают людей, а ты спас меня! Ну же, теперь мы должны спасти моего ребенка!

Мэй встала и начала рыться в мусорном баке, пытаясь вытащить экзоскелет. Застонав, Изуку встал, затем подошел и помог Мэй. Вместе им удалось вытащить Силовой Костюм, несмотря на то, что он был весь покрыт слизью.

— Хм, подожди, у меня есть банка со смазкой. Посмотрим, сможешь ли ты найти какие-нибудь разрывы в проводке, — сказала Мэй Изуку, наклоняясь, чтобы начать ухаживать за своим творением.

— Эм, я не совсем... — Изуку начал протестовать, но Мэй протянула ему плоскогубцы.

— Просто соедини их заново, это должно помочь!

В итоге Изуку нашел несколько мест, где провода перетерлись или ослабли, либо в результате того, что Мэй изначально залезла в мусорный бак, либо в результате их борьбы за её освобождение. Он послушно соединил их, стараясь правильно подобрать цвета внешней оболочки. Он собирал схемы несколько раз в школе на уроках физики, и у Изуку это неплохо получалось, хотя раньше он никогда не находил это интересным.

— Итак, ты сказала, что это предмет поддержки для героев? — спросил Изуку, чувствуя себя неловко, работая так близко с незнакомкой. Мэй ничего не ответила, только напевала себе под нос, пока работала.

— Так и будет! Однажды я стану величайшим изобретателем в Японии! Я буду создавать супер-милых малышей, и их будут использовать все лучшие герои-профессионалы! У меня будет неограниченное финансирование, и я смогу проводить всё своё время в лаборатории и мастерской, создавая малышей, и никто никогда меня не побеспокоит! — радостно заявила Мэй. — Вот почему я собираюсь поступить в Юэй, куда поступают все лучшие герои! В ней выделено много средств на факультет поддержки, и они всегда делают супер милых малышей для их учеников!

— Да, я тоже хотел поступить в Юэй, — со вздохом сказал Изуку. — Я всегда хотел стать героем, но я не могу им стать.

— О чём ты говоришь? Ты можешь стать героем, потому что ты уже им являешься! Ты спас меня и моего ребенка! — сказала Мэй.

Изуку повесил голову, борясь со слезами:

—Я не могу... потому что... потому что у меня нет причуды, — Он фыркнул, вытирая нос тыльной стороной ладони, но в основном он только размазал по себе ещё больше грязи.

— Ну, тогда тебе просто придется использовать одного из моих малышей! — заявила Мэй, осматривая работу Изуку. Она внесла несколько поправок, но одобрительно кивнула. — С Силовым Костюмом или ещё одним из моих супер-милых малышей любой может стать героем! Даже ты!

— Ты тоже можешь стать героем.

Как долго Изуку ждал, что кто-то скажет ему это? Всю свою жизнь он ждал. В этот момент жизнь Изуку изменилась навсегда, потому что наконец-то кто-то поверил в него.

— Ты... ты действительно так думаешь? — Изуку заикался. — Ты поможешь мне стать героем, попасть в Юэй?

Мэй кивнула:

— Конечно! Ты спас меня и моего ребенка! Теперь ты просто должен вытащить микроволновку из мусорного бака!

— Я... что?

Оказалось, что Мэй залезла в мусорный бак, чтобы вытащить треснувшую микроволновку, которую кто-то туда бросил. С её помощью Изуку забрался внутрь, вручил ей сломанный прибор, а затем вылез обратно, полностью покрытый грязью. Он посмотрел на себя и поморщился. Его школьная форма была испорчена, и его мать будет в бешенстве, когда увидит его.

— Давай, пойдем! — нетерпеливо сказала Мэй. — Надень Силовой Костюм, и ты сможешь отнести микроволновку ко мне.

— Эм, я не...

— Вот увидишь, он увеличит твою силу! С этим ребенком ты будешь настолько сильным, насколько тебе нужно! Так же, как если бы у тебя была причуда, повышающая силу. Представь себе, ты в Силовом Костюме, покажешь всему миру, какие милые мои детки на вступительном экзамене в Юэй! — похвасталась Мэй.

Под её уговорами Изуку позволил закрепить на себе силовой костюм, несмотря на то, что с него все ещё капала грязь. Мэй была немного высоковата для девушки, а Изуку был довольно низкого роста, так что они были примерно одного роста и телосложения, что делало посадку довольно хорошей.

— Активация Силового Костюма! — воскликнула Мэй и щелкнула выключателем. Устройство зажужжало, и Изуку экспериментально согнул руки.

— Только будь осторожен, не двигайся слишком быстро, я так чуть руку не сломала, — посоветовала Мэй. — Сначала двигайся медленно и осторожно.

Изуку осторожно нагнулся и поднял микроволновку. К его удивлению, в силовом костюме она практически ничего не весила; механические мышцы костюма делали большую часть работы. Он сделал несколько осторожных шагов, чувствуя себя легким, как перышко. Его походка была слегка пружинистой, как у астронавта на Луне. Несколько раз он спотыкался и падал, но Изуку был полон решимости не позволить этому остановить его. Наконец-то у него появилось то, что могло сделать его героем.

Мэй радостно шагала рядом с Изуку, тихонько напевая про себя. Казалось, она не обращала внимания на взгляды и гримасы, которые прохожие бросали на двух вонючих подростков, зажимая свои носы или бормоча грубые замечания.

— Хм, нам ведь не нужно далеко идти? — нервно спросил Изуку после того, как кто-то назвал их общественной угрозой.

— Моя мастерская находится вон там! — заявила Мэй, указывая через дорогу на двухэтажное здание с вывеской HATSUME MOTORS. Похоже, это была какая-то механическая мастерская, с вывесками, рекламирующими ремонт бытовой техники, обслуживание автомобилей и другую помощь механика. Мэй провела Изуку в заднюю часть магазина, где было несколько открытых отсеков с машинами и приборами в разном состоянии починености.

— Мэй, это ты? — позвал голос. Молодая женщина на несколько лет старше Изуку вышла, вытирая испачканные маслом руки о грязную тряпку. У нее были ярко-розовые волосы, которые, как подозревал Изуку, были у Мэй, хотя её волосы были собраны в хвост, который торчал из-под повидавшей виды бейсболки. Как и Мэй, она носила очки, хотя её очки были менее богато украшены и выглядели как простая рабочая одежда. — Эй, кто это? Ты кого-то похитила? Собираешься разобрать его на запчасти?

— Я не знаю, Хари! Но он спас меня и моего ребенка из мусорного контейнера, и он собирается использовать моих деток, чтобы он мог стать героем, а я могла иметь неограниченное финансирование для создания деток всегда, — заявила Мэй.

Изуку покраснел, поняв, что не представился. Он глубоко поклонился, чуть не упав, так как костюм крайне упрощал его движения. Взмахнув руками, он сумел выпрямиться, но уронил микроволновку:

— Простите! То есть, я Изуку! Изуку Мидория, я просто, ну, я нашел Хатсуме запертой в ловушке мусорного контейнера и вытащил её, а потом она попросила меня помочь ей принести это сюда и...

Хари засмеялась, подошла и осторожно поддержала Изуку одной рукой, несмотря на состояние его одежды:

— Всё в порядке! Рада видеть, что у Мэй появился друг! Я Хари Хатсуме. Мэй, ты представилась?

— Да, и мой супер милый малыш! Он уже отлично справляется с использованием Силового Костюма! Мне придется сделать несколько усовершенствований, чтобы он не вышел из строя, когда снова погрузится в мусор.

— Ага. Ну, прежде чем приступать к этому, вы двое идите и приведите себя в порядок. От вас обоих воняет. Мэй, у нас есть какая-нибудь старая одежда, в которую этот ребенок может переодеться? Вы оба воняете.

— Да, наверное. Но всё в порядке, я могу просто начать разбирать микроволновку на запчасти, а потом...

— Иди переоденься, пока мама с папой не увидели тебя, иначе ты будешь наказана на неделю, и помоги бедному Мидории тоже. Прими душ и обязательно вымой волосы.

— Но сегодня вторник! — запротестовала Мэй.

— Вымой. Свои. Волосы. Я предупреждаю тебя, Мэй, папа увидит тебя и...

— Уф, хорошо. Давай, эм, как тебя зовут?

— Мидория, Изуку Мидория, — сказал Изуку, чувствуя себя немного растерянным. Почему Хатсуме не хочет мыть волосы? И разве он только что не назвал свое имя?

— Ну да, Мидория, пойдем. У меня где-то в мастерской есть старая одежда, можешь взять. Возможно, она даже чистая.

Мэй провела Изуку мимо открытых отсеков к двери в задней части здания с табличкой у двери: СУПЕР-МИЛАЯ МАСТЕРСКАЯ МЭЙ! НЕ СОПЛЯКОВ!

Внутри было тускло освещенное большое помещение, которое, похоже, когда-то было гаражом на две машины. Здесь было полно столов, на которых были сложены стопки предметов, от инструментов до запчастей и, похоже, проектов, которые Мэй собирала в разной степени завершенности. На стенах были полки, беспорядочно заваленные инструментами и готовыми изделиями. Один из них выглядел как труба с зонтиком, другой — как модифицированный огнетушитель, а третье было набором разных конструкций и происхождения, назначения которых Изуку не смог определить с первого взгляда.

Мэй начала рыться в куче картонных коробок, сложенных рядом с поддоном, на котором лежала куча одежды и одеял. Через мгновение она издала триумфальный крик:

— Вот оно! — Она понюхала одежду, которую достала, затем кивнула. — Да, она чистая. Вот, возьми это и переоденься. Если хочешь принять душ, он там.

Изуку отстегнулся и взял одежду, посмотрев на неё сверху вниз. На ней было несколько старых масляных пятен. Это был комбинезон и рубашка с логотипом Хатсуме.

— Хорошо, эм, я думаю, я... — Изуку поднял голову и издал писк, побледнев, а затем покраснев.

— Что? — спросила Мэй, останавливаясь с футболкой частично снятой через голову. Она стаскивала с себя промокшую одежду, уже расстегнув подтяжки, комбинезон сполз и свисал вокруг живота

— Ябудувваннойиизвини! — крикнул Изуку, затем вбежал внутрь и захлопнул дверь, тяжело дыша. Он быстро снял с себя одежду и прыгнул в маленький душ. Было приятно смыть с себя грязь, и он вздохнул с облегчением. Тщательно отмывшись и ополоснувшись, Изуку выключил воду, вытерся полотенцем, которое нашел под раковиной, и переоделся в одежду, которую дала ему Мэй. Комбинезон был немного великоват, а рубашка слишком тесной, но это было лучше, чем промокшая форма, которую он снял. Почувствовав себя лучше, Изуку постучал в дверь.

— Хатсуме, можно выходить?

— Я не устроила никакого пожара, не волнуйся!

Это заставило Изуку моргнуть, так как он имел в виду совсем другое. Осторожно, медленно он открыл дверь, внимательно оглядываясь по сторонам. Мэй сидела за рабочим столом, на который положила Силовой Костюм, и разбирала его под ярким светом лампы накаливания. Её волосы были влажными, и было видно, что они действительно ярко-розового цвета, как и у Хари, хотя они мокрыми прилипая к голове и спине.

— Разве ты не хочешь принять душ? — спросил Изуку, осторожно выходя. Он осторожно держал свою грязную одежду в одной руке, а через мгновение заметил пластиковый пакет из магазина на углу. Он вытащил пустые банки из-под энергетических напитков и завернул в него одежду, убрав ее в рюкзак. Он попытался бы их постирать, но не очень надеялся, что они когда-нибудь снова станут пригодными для носки.

— Душ принимаю по утрам. Хотя я помыла волосы, можешь передать это Хари! Я просто воспользовалась раковиной, так быстрее.

— Разве ты не чувствуешь себя грязной? А запах тебя не беспокоит? — спросил Изуку. Он покраснел, поняв, что только что намекнул, что Мэй воняет, хотя на фоне запаха смазки, топлива и других химических запахов в мастерской это было трудно понять.

— Нет! — Мэй продолжала работать, не обращая внимания на Изуку и радостно напевая про себя.

— Могу... могу ли я чем-либо помочь? — спросил Изуку.

— С проводкой ты справился, — сказала ему Мэй, не отрываясь от работы. — Посмотри, сможешь ли ты отсоединить главный источник энергии. Мне нужно почистить его и, возможно, построить новый корпус. Открытая проводка — это проблема, так что мне придется найти способ обезопасить её во время использования.

Изуку сел напротив Мэй и начал осторожно отсоединять провода плоскогубцами. Когда ему удалось снять один пучок, он стал искать, куда бы его положить, но в мастерской был такой беспорядок, что он не мог понять, куда его положить. Беспорядок беспокоил Изуку, который от природы был очень аккуратным и опрятным человеком.

— Может, нам стоит немного прибраться? — предложил Изуку.

Мэй только пожала плечами, продолжая возиться:

— Я знаю, где что лежит.

— Хм, хорошо. Мне нужно место, куда положить провода, которые я демонтирую. Куда положить?

— У меня где-то там есть коробка с проводами, — сказала Мэй, махнув рукой в сторону стола, заваленного ящиками и коробками с инструментами.

Изуку осмотрел их, но каждая коробка представляла собой нагромождение проводов, гаек, болтов и других мелких деталей. Он аккуратно расставил их рядами и начал разбираться в этом беспорядке, определив для каждой детали свою коробку. Он нашел перманентный маркер и аккуратным почерком подписал их. Примерно через тридцать минут ему удалось навести хотя бы небольшой порядок в этом уголке мастерской. Почувствовав удовлетворение, Изуку взял коробку, которую он пометил для проводов, и положил в неё те, которые он снял с Силового Костюма, после чего продолжил работу.

Он занимался этим около десяти минут, когда услышал что-то позади себя. Обернувшись, он увидел, что на него смотрит мальчик со странными глазами. Изуку уставился в эти глаза с радужными радужками, которые создавали странный клубящийся узор вместе со светящимися зрачками. Он почувствовал, что проваливается в эти глаза, чувство замешательства и дезориентации нахлынуло на него.

— Кто ты? — требовательно сказал мальчик. — Почему ты находишься в комнате Мэй и одет в старую одежду Хари?

— Комару! — воскликнула Мэй, быстро встав так, что затрясся стол. Удар вывел Изуку из ступора, и он покачал головой. — Ты знаешь правила! Никаких сопляков в моей мастерской!

— Да, но кто этот странный парень? Он робот или что-то, сделанное тобой? — потребовал ответа Комару, медленно моргая своими странными глазами. Изуку пришлось отвести взгляд, почувствовав головокружение.

— Нет! Он герой, который спас меня и моего ребенка из мусорного бака, а теперь он помогает мне делать детей, чтобы мы оба могли попасть в Юэй! — заявила Мэй.

— МААААААМ! ПАААААП! Мэй приводит домой незнакомых парней и делает с ними детей в своей комнате! Это против правил! — крикнул Комару, выбегая из мастерской.

У Изуку запульсировала головная боль, и он схватился за виски, слегка задыхаясь. Он услышал, как Мэй бежит за Комару, крича, чтобы тот убирался из её комнаты.

— Эй! Кто там? Что ты делаешь в комнате Мэй? — требовательно сказал глубокий мужской голос.

Изуку вздрогнул, моргнул и посмотрел вверх, его зрение слегка поплыло.

— Простите, я не... Что происходит? — ошеломленно спросил он.

— О, черт. КОМАРУ! Сколько раз тебе говорить, чтобы ты надевал очки и не смотрел людям в глаза! — прорычал мужчина. Он наклонился над Изуку, осторожно потирая его лоб сильными пальцами. — Всё в порядке. Вот, давай, приложим тебе холод и дадим воды. Через минуту ты будешь чувствовать себя хорошо.

Изуку позволил повести себя за руку, его зрение медленно восстанавливалось. Он обнаружил, что его ведет крупный мужчина с черной бородой и редеющими волосами. Он был одет так же, как и Изуку, хотя на его рубашке была нашивка 'ГЛАВНЫЙ МЕХАНИК: ХАЦУМЕ'. Его руки были толстыми и немного волосатыми, а от него слабо пахло потом и машинным маслом. Мужчина, который, как предположил Изуку, был отцом Мэй, провёл Изуку по лестнице и усадил его на подушку за низкий столик. Он принес Изуку стакан воды, который Изуку выпил с жаждой.

— Спасибо, теперь мне намного лучше, — сказал Изуку. — Простите, я Изуку Мидория. Я... ну, я встретил Хатсуме, потом я помог ей принести сюда микроволновку, и она дала мне эту одежду, а потом мы работали над Силовым Костюмом, и я...

— Помедленнее, малыш, — мягко сказал мужчина, заглядывая в глаза Изуку. — Ты чувствуешь себя нормально? Комару не слишком сильно тебя поразил? Прости, ему всего восемь лет, но он должен быть осторожнее.

Изуку заметил, что у господина Хатсуме тоже странные зрачки, в форме буквы Х. Впрочем, он не чувствовал себя странно, глядя на них, они были обычного черного цвета. На лбу у него были очки, как у Хари, запотевшие и немного грязные.

— Хм, да, я в порядке. У него есть какая-то причуда гипноза? Это очень круто! С такой причудой можно делать всевозможные вещи!

— Да, например, попадать в неприятности, — пробормотал господин Хатсуме. — О, прости, где мои манеры. Я Шу Хатсуме, отец Мэй. Ты... ее друг? Из школы?

— Нет, я не хожу в одну школу с Хатсуме, — признался Изуку. — Мы, ну, мы вроде как встретились в переулке. Она застряла в мусорном контейнере, и я вытащил её. Она сказала, что может помочь мне.

Господин Хатсуме застонал, потирая лицо большой рукой:

— Только не говори мне, что она пыталась уговорить тебя попробовать одного из её 'малышей'. Пожалуйста, скажи мне, что ты не пострадал от одной из её штуковин.

— Нет! Это было действительно потрясающе! Изобретения Хатсуме такие классные! Я был настолько сильнее в Силовом Костюме, что мне казалось, будто у меня есть причуда! Она говорит, что хочет делать вспомогательное оборудование для героев и поступить в Юэй.

Ну, я тоже хочу поступить туда же, только на геройский факультет! Пожалуйста, позвольте мне помочь Хатсуме сделать больше изобретений, чтобы я мог стать героем, а она — изобретателем! Мы сможем осуществить наши мечты вместе! — Изуку низко склонился в поклоне, молясь, чтобы господин Хатсуме согласился на это.

— Стоп, в этом нет необходимости. Давай, малыш, поднимайся, — Господин Хатсуме осторожно поднял Изуку в сидячее положение, затем похлопал его по плечу. Он широко улыбнулся, показав несколько сколотых и кривых зубов, но это был дружелюбный взгляд.

— Ну что, Мэй наконец-то обрела друга, да? Хари сказала мне, что она привела кого-то домой, но я не поверил! Это потрясающе! Конечно, ты можешь приходить и играть с Мэй, Мидория! Мы будем рады тебе! Мэй никогда раньше не приводила домой друзей. И ты не сердишься на Комару?

— Нет, его причуда действительно классная! Он ещё маленький, поэтому я уверен, что он учится её контролировать. Ты хочешь сказать, что я действительно могу приходить и испытывать изобретения Хатсуме, когда захочу?

— Конечно. Только, эээ, будь осторожен. Иногда она бывает слишком увлечена, — предупредил господин Хатсуме.

— Спасибо, господин! — горячо сказал Изуку и снова поклонился.

Он знал, что с помощью Мэй он действительно может стать героем.

---

Примечание автора:

Основной AU-элемент этой истории заключается в том, что Мэй выросла гораздо ближе к месту, где жил Изуку, а не в Киото. Дальнейшие линии сюжета будут вытекать из этого.

Спасибо за чтение и комментарии!

Если хотя бы один человек верит в тебя

Достаточно глубоко и сильно.

Верит в тебя

Достаточно сильно

И достаточно долго

Прежде чем ты поймёшь это.

Кто-то другой подумает

«Если он может это сделать, то и я смогу.»

— Песня: Just One Person, от Hal Hackaday

---

— Эй, Мидория! Как обычно?

Изуку улыбнулся и покачал головой, с нежностью оглядывая захламленный и тесный магазин комиксов. Он был до краев заполнен всевозможным геройским мерчем, новых и старых, от вездесущего Всемогущего до таких малоизвестных героев, как Сотриголова.

— Не сегодня, мистер Азара. Я ищу кое-что другое.

Пухлый владелец магазина 'Корусант Комикс' поднял бровь и склонился над стеклянным прилавком, на котором были выставлены редкие и ценные коллекционные карточки, комиксы и другие товары, связанные с героями:

— Правда? Мы только что получили выпуск #487 с обложкой 'люкс'. И у меня открылся предзаказ на фигурки Всемогущего, времён его подвигов в Америке.

Нервно дернувшись, Изуку покачал головой:

— Нет, спасибо. Вообще-то, я хотел спросить тебя о другом.

— Ну, хорошо, но это не похоже на тебя, Мидория, — сказал мистер Азара, почесывая щетину на подбородке. — Ты один из лучших моих клиентов! Я бы не хотел тебя потерять.

— О, не беспокойтесь об этом, мистер Азара. Вообще-то, я хотел спросить. Есть ли у вас комиксы о героях без причуд? Ну, знаете, как в давние времена.

Мистер Азара кивнул, улыбаясь:

— Да, конечно, у меня много Супермена и Спайдермена. Это популярные предметы коллекционирования. Расширяешь свою коллекцию? Может быть, ты хочешь старую серию Сёнен, например, Драгон Болл или Ван Пис?

— Нет, я имею в виду героев без причуд, — пробормотал Изуку, глядя на свои ботинки. — Совсем. Не... не просто с силами, которые не являются причудами.

Владелец магазина почесал свою лысеющую шевелюру:

— Совсем без причуд, да? Ну, такие уже давно не популярны, — он нахмурился и взглянул на Изуку, а затем вздохнул. — Ну что, наконец-то смирился, малыш?

— Ч-что ты имеешь в виду? — Изуку заикался. — Я, я не...

— Перестань, Мидория. Я давно это подозревал, — спокойно сказал мистер Азара, опираясь локтем на стойку. — Ты беспричудный.

Чувствуя, как в горле встает комок, Изуку мог только повесить голову и кивнуть.

— Да, я так и думал. Эй, не парься. Я такой же.

Изуку поднял голову, пораженный:

— Серьезно?

Мистер Азара усмехнулся:

— Конечно, серьезно. Когда я рос, это ещё не было так странно. Черт, да тут полно таких стариков, как я, которые ходят вокруг без всяких причуд. Мы в меньшинстве, конечно, но да.

— Тогда... тогда как ты можешь постоянно находиться рядом со всеми этими героями? — прошептал Изуку. Ему и не нужно было шептать, единственные посетители магазина были заняты шумной карточной игрой в дальнем углу и совершенно не обращали внимания на то, что происходит у прилавка.

— Наверное, это потому, что я люблю героев, как и ты, Мидория. Вот что я тебе скажу. Пойдем со мной в мой кабинет.

Изуку нерешительно последовал за мистером Азара в тесный кабинет:

— Знаешь, — сказал хозяин, подойдя к запертому шкафу и копаясь в кармане в поисках ключа. — Я хотел стать героем, когда вырасту. Читал комиксы и всё такое. И не расставался с этой мечтой, пока не перешел в среднюю школу. Я пытался учиться в Юэй, но, ну, я не был лучшим учеником, и я был без причуды. Так что, ты знаешь. Далеко не продвинулся. Плюс, хотя я и хотел этого, я никогда не прикладывал максимум усилий.

— Как же так? — спросил Изуку, склонив голову на одну сторону. — Разве это не было твоей мечтой?

— Эх, думаю, я просто продолжал мечтать. Я не мог быть героем, поэтому я читал о них, собирал их. А теперь я их продаю, — Мистер Азара достал сверток, который был тщательно завернут в старые газеты. Он вытащил его, медленно отрывая бумагу, пока с благоговением не открыл содержимое. Сверху лежал комикс с изображением человека в темно-синем плаще с черной эмблемой в виде летучей мыши. Он сражался со злодеем, одетым как клоун, на его перекошенном лице была зловещая ухмылка.

— Детектив Комикс? — спросил Изуку, осторожно взяв в руки книгу в пластиковой упаковке. — Я никогда не слышал об этом.

— Бэтмен больше не очень популярен, — с усмешкой сказал мистер Азара. — По очевидным причинам. Ну, он и ещё один парень. Вот, — он потянулся к стопке и достал ещё один хорошо сохранившийся комикс.

— Непобедимый Железный Человек, — прочитал Изуку. На обложке был изображен герой, одетый в красно-желтые доспехи, со светящимися синими дисками на ладонях. Казалось, что он летит сквозь облака, а из его сапог вырываются струи света. — Кажется, я тоже никогда о нем не слышал.

— Да, ну, Бэтмен и Железный Человек просто не очень известны в наши дни, как я уже говорил. Они оба супергерои, но совершенно без причуд. Никаких способностей.

Изуку поднял голову, потрясенный:

— Что, правда?

Мистер Азара улыбнулся, кивнув:

— Да. Но Бэтмен был настолько популярным и сильным героем в период своего расцвета, что говорили, что он может даже побить Супермена. А Железный Человек, ну, он был своего рода наставником Спайдермена, по крайней мере, некоторое время в комиксах.

— Но как? — спросил Изуку, опустив взгляд на комиксы в своих руках. — Ты же сказал, что у них нет причуд?

— Нет. Бэтмен — величайший в мире детектив. У него есть планы буквально на всё. Он даже носил с собой криптонит в сумке на поясе, на случай, если Супермен когда-нибудь станет злым. Он был в отличной физической форме. Он тренировался каждый день, владел десятками боевых искусств, а его ум был как стальной капкан. Он мог встретиться лицом к лицу с любым суперзлодеем и выйти победителем.

— А что насчет Железного Человека? — спросил Изуку, не в силах оторвать взгляд от уверенно выглядящего героя в доспехах.

— Ну, он тоже был довольно умным. Но он не был детективом, он был изобретателем. Он делал всевозможные приспособления. Бэтмен тоже этим занимался, но Тони Старк больше сосредоточился на доспехах, в которых ты его видишь. Это Модель 51, также известная как Модель Прайм-брони. В этом костюме он был крутым героем. Но даже без него он был одним из самых умных людей на свете. Именно его изобретательность сделала его героем.

Изобретатель, как Мэй? Изуку практически почувствовал головокружение, держа в руках древние комиксы.

— Вау, — Изуку с почтением положил комиксы на стол, затем посмотрел на владельца магазина. —Сколько за всё это? У меня с собой только около 3000 йен, но у меня есть еще сбережения и...

— Они твои. Бери их. Никакой платы, — мистер Азара подтолкнул комиксы к Изуку, улыбаясь. — Они помогли мне пройти через трудные времена, когда я был ребенком. И ты в почти в такой же лодке, в какой был я, Мидория. Ты был хорошим клиентом в течение долгого времени. Поэтому я думаю, что могу доверить тебе их.

Изуку почувствовал, как на глаза навернулись слезы, и он вытер их тыльной стороной ладони:

— Ты действительно серьезно?

— Да. Продолжай мечтать о большом, Мидория. А когда жизнь даст тебе по зубам, прочти несколько из них и немного улыбнись.

— Да, сэр! — с энтузиазмом сказал Изуку. — Я обещаю, я не откажусь от своей мечты! Я стану героем! Таким же, как Бэтмен и Железный Человек!

Схватив сокровища в рюкзак, Изуку выбежал из магазина и поспешил в мастерскую Мэй, мечты уже вихрем кружились в его голове.

— Иди и схвати их, малыш, — сказал мистер Азара, улыбаясь, глядя вслед уходящему Изуку. — Наслаждайся мечтой, пока ты ещё можешь её сохранить.

Через несколько минут поездка на поезде привела Изуку в дом Хатсуме. Он помахал Хари, проходя мимо её рабочего места. Она оторвалась от машины, над которой работала, и улыбнулась ему:

— Мэй еще не спугнула тебя?

— Ни в коем случае! — отозвался Изуку, поспешив в комнату Мэй.

— А, ты! Ты как раз вовремя! — воскликнула Мэй, когда он поспешил войти. — Я как раз закончила модификацию Силовой Брони MKII.

Прошло несколько дней с их первой встречи, и Изуку нашел время, чтобы приходить помогать Мэй после школы, по крайней мере, по часу каждый день. Часть этого времени он тратил на наведение порядка в комнате, сортировку вещей по местам или, в некоторых случаях, их создание, и вообще на наведение порядка в хаотичной обстановке. Несколько раз Мэй возмущалась, что не может ничего найти, когда Изуку переставляет вещи, но он заметил, что она стала давать ему вещи, чтобы он их убрал, а когда его не было рядом, она часто просто засовывала их куда-нибудь, если отвлекалась. А это было почти всегда.

— Это здорово, Хатсуме! — взволнованно сказал Изуку. — Я принес нам кое-что посмотреть, ну, знаешь, для идей и прочего.

— Зачем мне что-то смотреть? — пренебрежительно сказала Мэй, явно не замечая и не заботясь об энтузиазме Изуку. — У меня и так полно отличных идей! Мне просто нужны материалы, средства и время, чтобы их воплотить!

— О, ну, просто я нашел эти старые материалы о беспричудных героях и оборудовании, которое они использовали, — сказал Изуку, доставая из сумки пару комиксов. — Например, Железный Человек, у него силовая броня, похожая на твою, но в ней есть репульсоры, которые он может использовать как оружие или летать и...

— Э-э-э? — Мэй выхватила комиксы из рук Изуку и пролистала их. — Эй, это вовсе не схемы! Это просто комиксы! Зачем ты принёс их мне? Я не могу их ни для чего использовать!

Покраснев, Изуку быстро забрал сокровища обратно, пока Мэй просто не бросила их на пол:

— Понимаешь, я подумал, если они могут быть Героями, хотя у них нет никаких причуд, может быть, я смогу скопировать кое-что из того, что они делают и...

— Ты что, не слышал меня? — Мэй схватила Изуку и начала тащить его к себе. — Тебе больше ничего не нужно! У тебя есть я! Я построю это, а ты проведешь полевые испытания, и вместе мы попадем в Юэй и построим всё, что пожелает наше сердце!

— Х-х-хорошо, Хатсуме, — заикаясь, произнес Изуку. Он оказался погружен в Силовую броню MK II еще до того, как понял, что происходит.

В отличие от прежнего, когда это были просто сервоприводы и кабели, прикрепленные к конечностям и туловищу, теперь Силовая броня была ближе к настоящему доспеху, полностью покрывая туловище и конечности. Вдоль рук и ног всё ещё проходили оголенные провода, а сам он был сварен из металлолома, сделанного из старых частей автомобилей, кондиционеров и прочего металлолома, который Мэй и Изуку смогли притащить домой за последние несколько дней.

Тем не менее, когда Изуку надел его, он чувствовал себя... правильно. Вес металла осел на него, и он встал, приводы тихонько жужжали, пока он это делал.

— Инициализация! — захихикала Мэй. — Давай, малыш, покажи мамочке, на что ты способен!

Изуку посмотрел вниз на потрёпанный набор гирь, который они нашли. На первой из них было 100 килограммов, чуть больше, чем он мог бы поднять сам. Однако он нагнулся и легко поднял её, броня усиливала его движения. ⁽¹⁾

— Вау, Хатсуме, он действительно работает! — сказал парень взволнованно.

— Конечно, работает! Я сама сделала его! Теперь давай, бери следующую! — призвала Мэй.

Изуку быстро нагнулся и поднял другой рукой ещё 100 килограммов, сгибая руки, как будто поднимал не более нескольких килограммов. От нетерпения он бросил гири, но они с грохотом упали на пол.

— И-и-извиняюсь! — заикаясь произнес он.

— Ха! Просто продолжай! — приказала Мэй, и Изуку с готовностью повиновался.

Он легко поднимал всё до 300 килограммов, но в этот момент он начал потеть и бороться:

— Это... на пределе! — Изуку задыхался, напрягаясь, чтобы поднять штангу весом 400 килограммов.

— Костюм или ты, — размышляла Мэй. — Тем не менее, это хорошее начало. Опусти её, мне нужно провести диагностику. Она подошла и радостно похлопала Изуку по руке. — Хорошая работа, малыш, ты заставил маму гордиться тобой!

Изуку покраснел, хотя он знал, что она говорит с машиной, а не с ним. Следующие несколько часов он провел, помогая Мэй перемонтировать костюм, пока она настраивала сервоприводы и приводы.

— Хатсуме, это выглядит неправильно, — сказал ей Изуку, изучая некоторые провода. — Я не думаю, что эти конденсаторы достаточно высокого класса для той мощности, которую ты пытаешься пропустить через эту цепь.

Она выскользнула из-под доспехов и хмуро посмотрела на Изуку:

— О чем ты говоришь? Я сам всё подключила! Эти конденсаторы в порядке!

— Да-да, но, эм, ну, я читал в интернете, что для такой схемы нужно делать несколько подключений. Я думаю, что потребляется слишком много энергии в этой цепи. М-м-м-может быть, если я переделаю её, с дополнительным источником питания, например, резервной батареей, она будет работать лучше. Вот так, — Изуку быстро набросал свою идею схемы с большим количеством резервных источников.

— Хорошо, — сказала Мэй, нахмурившись смотря на набросок. — Ну, ты можешь попробовать это. Но я думаю, нам понадобится гидравлика получше. Жидкость здесь просто не соответствует требованиям, — сказала Мэй, постукивая по одному из соединений. — И нам понадобятся лучшие двигатели здесь и здесь. Нам придется хорошенько поискать, чтобы найти нужные детали. Ух! Не могу дождаться, когда я смогу работать в настоящей мастерской! Всё, что у нас здесь есть, это куча хлама!

— Хатсуме, то, что ты сказала раньше... ты действительно думаешь, что мне поможет, если я буду заниматься физкультурой? — спросил Изуку, глядя на свои руки. Они были худыми, как и всегда. С наступлением полового созревания у него появилось немного мышц, но он никогда особо не старался улучшить свою физическую форму. В основном его увлечение героями сводилось к просмотру видео, коллекционированию фигурок и чтению комиксов и манги. ⁽²⁾

— Не помешает, — согласилась Мэй. Она сильно ткнула Изуку в живот, заставив его вздохнуть и поморщиться. — Если ты действительно собираешься показать, на что способны мои малыши, тебе лучше быть достаточно хорошим для них, слышишь меня, как тебя там зовут.

— Мидория, — хмыкнул Изуку. Ему часто приходилось напоминать Мэй, кто он такой, но он не сильно возражал.

— Точно. Ну, Мидория, как ты думаешь, ты достаточно хорош для моих детей?

Взглянув на комиксы, выглядывающие из его сумки, Изуку кивнул. Господин Азара говорил, что Бэтмен тренировался, чтобы быть в отличной физической форме. Конечно, у него были гаджеты, но именно его тренировки сделали большую часть его:

— Хорошо. Тогда я обязательно начну силовые тренировки. Может быть, если я буду бежать сюда, а не ездить на поезде, и тренироваться с теми гирями, которые у нас есть, пока ты работаешь...

— Только если ты будешь выполнять и другие свои обязанности, — сказала Мэй, возвращаясь к возне с силовой броней. — Маме и папе нравится, как теперь выглядит мастерская, и я нахожу вещи лучше. Продолжай в том же духе!

— Д-да, конечно! — согласился Изуку. Он даже не подумал возражать, что поддержание чистоты в комнате и на рабочем месте Мэй должно было быть её обязанностью. В основном, Изуку был благодарен за то, что кто-то, хоть кто-то, верил в него, даже если при этом она эксплуатировала его.

Когда они закончили, Изуку попробовал отжиматься, пока Мэй проводила диагностику. Ему удалось отжаться 12 раз, прежде чем его руки отказали, и он упал, задыхаясь. Но он заставил себя подняться, затем начал делать упражнения на пресс. Он успел сделать около 35 повторов, после чего лег на пол и тихо застонал. У него уже был длинный день в школе, и он много работал над Силовой Броней перед этим.

— Мне придется... придется разработать план систематических упражнений, — прохрипел он с пола.

— Почему, потому что ты слабак?

Изуку поднял голову и увидел, что второй младший брат Мэй, Никиава, смотрит на него сверху вниз. В отличие от отца, братьев и сестёр, у него не было характерных глаз Хатсуме, хотя у него были такие же розовые волосы, как у двух его сестер и матери. От матери он получил свою причуду, которая делала их слюну клейкой, похожей на клей, хотя они не могли производить больше слюны, чем обычный человек.

— Никиава! — воскликнула Мэй, оторвавшись от своей работы и посмотрев на брата. — Сколько раз я говорила тебе не заходить в мою мастерскую?

— Да, неважно. В любом случае, ужин готов, и мама послала меня за вами двумя. Но как бы то ни было, вы можете голодать или что-то в этом роде, — заявил Никиава, повернулся и вышел из комнаты.

— Хатсуме, нам действительно нужно поесть, уже поздно", — призвал Изуку.

— Иди без меня, — сказала Мэй, махнув рукой. — Я не голодна.

Вздохнув, Изуку заставил себя подняться и подошел к Мэй:

— Пожалуйста, я буду чувствовать себя очень неловко, если сяду ужинать с твоей семьей. Это будет огромной услугой для меня, если ты придёшь и поешь. Кроме того, мы можем поговорить о том, какие вещи ты хочешь, чтобы я искал завтра.

— Да, да, ОКЕЙ, ОКЕЙ, — согласилась Мэй. Она рассеянно вытерла лоб рукой, а затем поспешила к двери. — Давай уже, давай...

— Сначала мы должны помыть руки, — сказал Изуку, открывая дверь ванной комнаты Мэй. — Мы всё ещё грязные.

— Ну и ладно. Ты иногда хуже, чем моя мама, — пожаловалась Мэй. Но она всё-таки умылась, даже вытерла потное и перепачканное маслом лицо, когда Изуку напомнил ей об этом.

Они поспешили по коридору и поднялись по лестнице в семейную столовую, которая располагалась над магазином. Остальные члены семьи Мэй уже сидели, раздавая миски с рисом, овощами и тофу.

— Ну, посмотрите, кто решил к нам присоединиться! — поддразнила их Хари, когда Мэй и Изуку вошли в комнату. — Проклятый Мидория, ты, должно быть, хорошо на нее влияешь! Уже четыре раза на этой неделе она ужинает с нами!

— Мы так рады, что вы двое так хорошо ладите, — сказала Норико, мать Мэй, ставя перед каждым из них по миске. — У Мэй были трудные времена в школе, и мы беспокоились, что у неё нет друзей.

— Всё равно они все глупые, — заявила Мэй между поглощением еды. Она не дождалась пока все начнут есть, да и хорошие манеры, похоже, тоже часто отбрасывались. — Кому они нужны, когда у меня есть мои дети? К тому же, Мидория понимает, насколько важна моя работа! В отличие от некоторых людей здесь!

— Все равно ты только и делаешь, что создаешь всякую ерунду, — пожаловался Комару, глядя на Мэй своими странными радужными глазами. — Когда же ты сделаешь что-нибудь крутое, например, реактивный ранец или что-то в этом роде?

Мэй посмотрела на брата поверх своей миски с едой, направив на него палочки для еды:

— Ты хоть представляешь, как трудно будет достать детали для этого?! Мне нужен лучший источник энергии, что-то для создания реактивной тяги, всевозможные вещи, которые я не могу сделать из того хлама, который мы находим! Даже с его помощью улучшить проводку — это сейчас выше моих сил!

— Комару, оставь свою сестру в покое, — приказал мистер Хатсуме. — И надень свои очки обратно.

Хари усмехнулась и подмигнула Изуку:

— Кроме того, последняя вещь, которые они собрали, действительно интересна! Как думаешь, Мэй, ты сможешь дать мне его на время?

— Только если Мидория будет управлять им! Он единственный, кому я доверяю пользоваться им. Остальные постоянно что-то ломают! — обвинила Мэй, из-за чего начался спор между ней и её братьями и сестрами, причем родители по очереди ругали их.

После шумного ужина Изуку тихо удалился, поспешив к железнодорожной станции, чтобы добраться домой. На полпути он приостановился и задумался. До его дома было всего около 10 км, если идти пешком. Если он хотел сосредоточиться на своей физической подготовке, что может быть лучше, чем пробежать 10 км?

Примерно через три километра после начала 10-километровой дистанции Изуку был уверен в двух вещах. Во-первых, он сильно недооценил расстояние в десять километров, а во-вторых, он был очень, очень не в форме. Теперь он спотыкался на улицах, его дыхание было неровным, а пот стекал по лицу. Ему пришлось найти торговый автомат и купить бутылку спортивного напитка, которую он быстро выпил, а затем сделал пятиминутную передышку, чтобы продолжить путь, не желая сдаваться.

— Хатсуме упорно трудится, чтобы я мог стать героем, — задыхаясь он бормотал про себя. — И я тоже должен много работать!

Изуку потребовалось чуть меньше двух часов, чтобы вернуться домой, к тому времени он был совершенно измотан, и его дважды стошнило. Его одежда, и без того засаленная и грязная от работы с Мэй, теперь была мокрой от пота. Он втащил себя по лестнице в свою квартиру, открыл дверь и, спотыкаясь, направился в свою комнату.

— Изуку! Ты так поздно! Я волновалась за тебя до полусмерти! Я послала тебе дюжину сообщений, но ты так и не ответил ни на одно из них! — причитала его мать, подбегая и обхватывая его потную голову руками. — Что с тобой случилось? Ты весь раскраснелся и вспотел? Эта девушка Хатсуме сделала это с тобой? Ты почти каждую ночь на этой неделе проводишь у неё! Это зашло слишком далеко! Ты будешь отставать в учебе, и ты беспокоишь меня до полусмерти!

— Мама, всё в порядке, — задыхался Изуку. — Я просто... я просто собирался пробежаться поздно вечером.

— В комбинезоне?! — требовательно сказала его мать.

Изуку покраснел и посмотрел вниз на свою одежду. На нем все еще был старый комбинезон Хари, хотя он и перешел на собственные футболки. Ему всё ещё было немного не по себе от того, что на нём женская одежда, но у него не было времени купить свой, к тому же он неплохо сидел на нём.

— Хм, да. Может быть, в следующий раз мне стоит взять с собой спортивную одежду, — признался Изуку.

— В следующий раз? В следующий раз?! Изуку, я даже не знакома с этой девушкой! — его мать внезапно покраснела, отвернулась и постучала кончиками пальцев друг о друга. — Ты... вы делаете что-нибудь...?

— Что?! — Почему-то Изуку покраснел ещё больше, чем был, замахал руками и заикался. — Н-н-нет, н-н-ничего, это не то, что ты... мы просто... э-э... что-то мастерим! Да, это новое хобби! Мы делаем снаряжение, чтобы я мог использовать его, чтобы стать героем!

— О, Изуку, — сказала его мать, на глаза которой навернулись слезы. Она потянулась вперед и обняла своего сына. — Мне очень жаль. Я знаю... я знаю, что должна была сказать что-то другое, когда ты спросил меня, можешь ли ты стать героем. Но... но у тебя нет причуды. И врачи говорят, что если это не произошло до сих пор... это никогда не произойдет.

— Я знаю, мама, — прошептал Изуку, обнимая её в ответ. — Но мне кажется, я нашел другой способ. Хатсуме — изобретатель. Она показывает мне, как строить и создавать вещи. Я буду другим героем. Новым героем. Тот, у кого нет причуды, а вместо этого использующий технологии и тренировки, чтобы выйти за свои пределы. Смотри, смотри, мистер Азара подарил мне это!

Изуку быстро оторвался от мамы и достал несколько комиксов, которые он читал:

— Смотри, это Бэтмен и Железный Человек. Они — герои из прежних времен, но у них совсем не было причуды! Я буду таким же, как они!

— Ох, Изуку, — вздохнула его мать. — Опять комиксы? Дорогой, они не настоящие. Они даже не похожи на те, в которых фигурирует Всемогущий. Те, по крайней мере, основаны на реальности. А эти? Это просто сказки, которые люди рассказывали сами себе.

— Они могут воплотиться в реальность, — твердо сказал Изуку. — Я собираюсь стать таким же, как Тони Старк или Брюс Уэйн. Я буду героем.

— Я думала, ты хочешь быть как Всемогущий, — мягко сказала его мать. —И... и, возможно, есть способ сделать это. Ты мог бы пойти в полицию, или стать пожарным, или спасателем, или...

— Нет! — Изуку почти перешел на крик. Он сделал глубокий вдох, заставляя себя успокоиться. Слезы навернулись ему на глаза, а руки, держащие комиксы, начали дрожать. — Я буду героем. Я буду спасать людей, с улыбкой на лице, но... но не как Всемогущий. Если ребенок спросит меня, может ли он стать героем, даже если у него нет причуды, я улыбнусь ему и скажу: 'Да. Ты тоже можешь стать героем'.

Услышав это, Инко слегка побледнела:

— Изуку? Что ты говоришь. Ты всегда любил Всемогущего. Что... что с тобой случилось?

На мгновение Изуку чуть не рассказал матери о своем самом темном часе. О встрече с Всемогущим и о том, как ему сказали, что он никогда не сможет стать героем. Но он не стал этого делать. Эта рана была слишком свежа, слишком болезненна. Вместо этого он улыбнулся. — Я всё ещё уважаю Всемогущего. Во многих отношениях он тот, кем я хочу стать. Но я не могу быть таким, как Всемогущий. Ты права, мама, у меня нет причуды. Но я не позволю этому остановить меня.

Изуку ушел в свою комнату, едва не хлопнув за собой дверь, хотя в итоге просто очень крепко её закрыл. Он оглядел свою комнату, которая по-прежнему была полна мерчем с Всемогущим. Внезапное желание охватило Изуку, и он подошел к одному из плакатов, готовый сорвать его. Он почти сделал это, но смог сдержаться. При всей антипатии, которую он сейчас испытывал к Всемогущему, в детстве он боготворил этого человека и до сих пор считал его героем.

Вздохнув, Изуку осторожно снял плакат. Он нашел пустую коробку и аккуратно положил его внутрь. Затем он принялся за остальные плакаты. Он собрал все фигурки, игрушки и комиксы с ним, которые у него были, и сложил их в коробки. Ему пришлось взять несколько, но через час или около того он всё упаковал. Он чувствовал себя совершенно измотанным, но отсутствие Всемогущего, который смотрел на него сверху вниз, осуждая его и его отсутствие причуды, помогло Изуку почувствовать себя немного лучше.

Он залез в рюкзак и достал комиксы про Железного человека и Бэтмена. Он начал читать об их приключениях, об этих двух мужчинах без причуд, которые использовали свои мозги, гаджеты и, по-видимому, неограниченное богатство, чтобы сделать из себя героев. Однако после нескольких минут чтения веки Изуку потяжелели, и он задремал. Как он часто делал, ему снилось, что он герой, но на этот раз Мэй была рядом, и Изуку Мидория спас положение с помощью Силового Костюма, а не мускулов, как у Всемогущего.

---

Примечание Автора:

Дорогие настоящие инженеры-электрики:

Пожалуйста, не пинайте меня.

Искренне, Ваш Автор

---

1) Вещает Переводчик: Изуку, не льсти себе!

Вернуться к тексту

2) Вещает Переводчик: А ведь он наехал на Мистера Азару за его бездействие

Вернуться к тексту

Не такая, как другие, но не хуже других.

— Доктор Тэмпл Грандин

---

Учитель нахмурился, положив тест на стол Изуку, 78% были обведены алыми чернилами:

— Я разочарован, Мидория. Обычно твои оценки намного лучше. Для человека, который говорит, что хочет поступить в Юэй, ты этого не показываешь.

Изуку виновато спрятал тест в папку, его лицо пылало так же красно, как и чернила. На самом деле это была не такая уж плохая оценка, если подумать. Это был сложный экзамен по математике, охватывающий основы тригонометрии. Изуку посмотрел на учителя, но тот уже перешел к лекции для других студентов.

Вдруг шарик бумаги отскочила от затылка Изуку. Вздрогнув, он обернулся и увидел Бакуго, который смотрел на него, сидя за несколько парт от него.

— Ну что, ботаник, неужели ты уже распрощался с жизнью? Ты даже не можешь получить хорошие оценки. Думаю, тебе стоит просто отказаться от идеи поступления в Юэй. Или лучше попытаться. Такие зануды, как ты, облегчат задачу таким, как я, при таком слабом конкурсе.

—Я-я-я просто был очень занят, Каччан, я не занимался достаточно и...

— Неважно. Это неважно. Это просто показывает, что такие, как ты, никогда не смогут соответствовать требованиям. В Юэй засмеют твое заявление прямо в здании, — с этими словами Бакуго вернулся к общению со своими друзьями. После нападения грязевого злодея он несколько дней был в отключке, но после некоторого затишья Бакуго снова стал прежним и заявил, что сражался с таким сильным злодеем, что даже Всемогущий с трудом смог его победить.

Изуку взглянул на стол Бакуго, где его тест торчал из папки. Его результат составлял 98%. Обычно Изуку не уступал Бакуго, по крайней мере, в академическом плане.

— Но если я отстану здесь, то никогда не догоню Каччана, — пробормотал про себя Изуку.

Проблема была в том, что он действительно был очень занят. За месяц, прошедший с момента встречи с Мэй, он проводил по несколько часов в день, помогая ей искать материалы или работать над Силовой Броней (теперь уже до MK III). Кроме того, он начал заниматься физкультурой по плану, который нашел в Интернете под простым названием 'Герой'. Она требовала каждый день делать 100 приседаний, 100 отжиманий, 100 упражнений на пресс и пробегать 10 км, а также чередовать другие упражнения, например, с гирями или специализированные тренировки для различных групп мышц. Это физически выматывало его к тому времени, когда он возвращался домой, обычно очень поздно. И это оставляло мало времени на учебу.⁽¹⁾

До сих пор Изуку просто опирался на свой и без того прочный академический фундамент. Большинство уроков никогда не казались ему особенно трудными, и по большей части, количество занятий, которые он делал, было чрезмерным. Но и Каччан, и его учитель были правы: если он хотел поступить в Юэй, его оценки должны были быть самыми лучшими.

В конце учебного дня Изуку решил сбегать к Мэй домой, который находился примерно в пяти километрах от его школы. Это дало ему время подумать и обдумать свои дальнейшие действия.

— Хатсуме? — позвал он, когда зашел в её комнату. Он остановился один раз, чтобы взять старый тостер, который он увидел торчащим из мусорного бака, и пробежка заняла у него больше времени, чем обычно. Несмотря на это, её ещё не было дома, поэтому Изуку сел за стол и достал учебники, чтобы немного позаниматься.

Примерно через 20 минут ворвалась Мэй, её сумка была набита различными предметами, которые она раздобыла. Каждый день она ходила по разным маршрутам, чтобы найти новые и интересные вещи, которые можно было бы отнести в мастерскую и разобрать на запчасти, и, похоже, сегодня у нее была довольно внушительная добыча, включая большой кусок листового металла.

— А, Мидория! Ты же Мидория, верно? Отлично, ты уже здесь. Тебе удалось разобраться с проблемой утечки энергии на...

— Хатсуме, не сейчас. Пойдем, нам нужно заниматься, — сказал Изуку, похлопав по скамейке рядом с собой. — Ты можешь помочь мне с математикой.

— Что? — Мэй подошла, нахмурившись, к странице. — О, это легко. Ответ на этот вопрос...

— Не говори мне просто ответ! — сказал Изуку, почти запаниковав. — Мне нужно научиться делать это!

Это заставило Мэй бросить косой взгляд на Изуку:

— Что значит 'научиться это делать'? Это математика. Ответ не изменится.

Изуку моргнул. Он понял, что никогда не видел, чтобы Мэй училась, ни разу, а к этому времени он провел в ее 'мастерской' очень много времени, включая целых два воскресенья:

— Разве ты никогда не учишься?

— Нет, — ответила Мэй с досадой. — Я и так получаю хорошие оценки по всем важным предметам. Математике, химии и физике. Остальные не важны для такого изобретателя, как я.

— А разве Юэй не смотрит на все твои оценки? — спросил Изуку.

— Разве? — Мэй нахмурилась. Она подняла очки, показав зрачки в форме перекрестия, и посмотрела на Изуку, затем на страницу. — То есть, японский, история, английский и прочее? Я ненавижу английский. В нем нет никакого смысла!

— Ну, да. Я уверен, что все эти предметы важны на вступительных экзаменах, Мэй, — мягко сказал Изуку. — Какие твои оценки на них?

— Я сдала, так что это не имеет значения, верно? — спросила Мэй. Впервые с тех пор, как Изуку познакомился с ней, она звучала неуверенной в себе.

— Ну, Юэй смотрит на все наши оценки. И если они недостаточно хороши, они могут отказать тебе. — Изуку покраснел и опустил взгляд. — Вообще-то, я хотел поговорить с тобой об этом. Я был так занят, работая с тобой над Силовым Костюмом, тренируя своё тело, и, в общем, мои оценки начали падать. Если я хочу поступить в Юэй, мне нужно уделять больше времени учебе. Иначе, даже если мы создадим самую потрясающую броню на свете, они даже не позволят мне сдать вступительный экзамен.

— Ты серьезно? — требовательно сказала Мэй, поднявшись и положив руки на плечи Изуку и прижав свое лицо к его лицу. — Ты хочешь сказать, что если у меня не будет отличных оценок по ВСЕМ предметам, то меня не пустят, и я не получу неограниченное финансирование, чтобы делать всех своих деток?!

— Э-э-э, да, так обычно проходят вступительные экзамены, Хатсуме, — заикаясь, проговорил Изуку, слегка отстраняясь от Мэй. Он уже начал привыкать к её частым нарушениям его личного пространства, но это всё ещё казалось странным. — Они отсеивают всех, кто не преуспевает. Многие хотят попасть в Юэй, поэтому они могут позволить себе быть придирчивыми.

Мэй отпустила Изуку и села обратно на скамейку с недовольным выражением лица:

— Тогда ты имеешь в виду, что мне придется учить английский и все такое?

— Да...

Мэй внезапно вскочила и бросилась к своей сумке. Она вытащила потрепанный учебник, обложка которого была испачкана маслом, порвана и потрепана от того, что её бросали вместе со всяким хламом. Она подбежала и бросила его на стол:

— Ладно, ты мой партнер. Научи меня английскому!

Изуку поморщился:

— Ну, это не так просто. И мне бы не помешала помощь по математике. Потому что если я не подниму свои оценки, то не смогу поступить в Юэй.

— Это совершенно неприемлемо! — заявила Мэй. — Ты, на самом деле, лучший партнер, который у меня когда-либо был. Я пыталась уговорить Никиаву помочь мне, но он всегда склеивает вещи в случайных местах, потому что считает это забавным или что-то в этом роде. Хари, мама и папа слишком заняты, а Комару вообще не помогает. Я не могу позволить себе потерять тебя! С тех пор как ты появился, эффективность моего производства выросла на 50%! Проблемы с проводкой решаются, у меня больше материалов для работы, а родители перестали доставать меня по поводу друзей! Очень важно, чтобы ты продолжал помогать мне, особенно когда я доберусь до Юэй!

— Ну... может, ты поможешь мне в естественных науках и математике, а я тебе — в японском и английском? предложил Изуку.

— Это приемлемо. Мы будем заниматься по 30 минут в день.

— Хатсуме, я-я-я думаю, что это может занять больше времени. Мы действительно должны тратить по 30 минут на каждый предмет.

— Хмф. Похоже, это огромная трата времени, — Мэй склонила голову, размышляя. Наконец, она подняла голову. — Хорошо! Если это означает, что я получу неограниченное финансирование и сохраню тебя в качестве моего партнера по лаборатории, я полагаю, это будет означать общее увеличение наших производственных возможностей. Очень хорошо! Мы будем учиться. То, как вас учат решать эти задачи — глупость. Я знаю гораздо лучший способ. Давай я тебе покажу.

Как оказалось, метод решения задач Мэй включал в себя множество быстрых мысленных вычислений и пропусков шагов, что привело Изуку в замешательство. Но как только он заставил её замедлиться и объяснить, о чем она думает, потребовалось несколько попыток, но они добились своего, её методы оказались довольно эффективными. И наоборот, Изуку был шокирован тем, насколько плохо Мэй училась вне математики и естественных наук. Оказалось, что по английскому языку и японскому у нее была слабая тройка, а по истории — три с плюсом. В итоге, чтобы полностью обучить её по этим предметам, потребовалось гораздо больше времени, чем он предполагал, но, обучая Мэй материалу, в котором он уже был достаточно силен, Изуку обнаружил, что и сам стал лучше понимать эти предметы.

Иметь партнера по учебе было довольно забавно и даже приятно. Прошло много времени с тех пор, как другие дети хотели иметь что-то общее с Изуку. В то время как 80% населения имели причуды, число тех, кто не имел причуд, было сосредоточено в основном в старших поколениях. В поколении Изуку это число составляло около 95%, и Изуку был одним из немногих детей в своей школе, у которых не было причуды. Это делало его кем-то вроде изгоя, тем более что популярный и влиятельный Бакуго, казалось, сделал своей жизненной миссией сделать Изуку несчастным.

Пока они работали, Изуку удалось узнать немного больше о школьной жизни Мэй. Оказалось, что они оба были социальными изгоями, хотя и по разным причинам. Как Изуку и предполагал, у Мэй было не так много друзей.

— Другие дети никогда не понимают меня! Я приношу одного из своих малышей в класс, чтобы показать и рассказать, а они вдруг превращаются в беглецов и прячутся! Они просто не понимают, насколько удивительны мои дети! И что с того, что произошел один маленький взрыв или два? Почти никто не пострадал! — жаловалась Мэй, пока они работали над Силовым Костюмом.

— В-в-в-взрывы? — выдохнул Изуку, оглядываясь по сторонам.

— Не волнуйся, дома такого уже почти не случается. Мама сказала, что если я ещё раз подожгу здание, она заберет всех моих детей! Можешь себе представить?

В отличие от Изуку, Мэй была, пожалуй, слишком талантлива для своих сверстников. Она явно была прирожденным гением, и её способности к математике и естественным наукам быстро проявились у Изуку во время их занятий. Она также легко подтянула те предметы, которые давались ей с трудом, очевидно, приложив достаточно усилий, чтобы сдать экзамены и заставить родителей перестать её беспокоить.

Это, а также очевидное отсутствие у Мэй социальных навыков. Она была властной и грубой, и совершенно не знала социальных условностей. Не раз бывало, что она просто начинала раздеваться или врывалась к Изуку, когда он переодевался в ванной, очевидно, не обращая внимания на то, что у неё, явно привлекательное тело для мальчика возраста Изуку. К счастью, Изуку научился закрывать дверь на ключ и стал довольно ловко отворачиваться, когда Мэй решала, что ей нужно переодеться в другую одежду, когда она возвращалась домой из школы или отправлялась нырять в мусорный контейнер.

— Эй, Хатсуме, я хотел спросить, моя мама хотела бы с тобой познакомиться, — сказал Изуку однажды днем, когда они испытывали некоторые модификации своего творения.

— О, она хочет посмотреть на моих малышей? Я могу принести крюк для захвата, который я создала для тебя! — взволнованно сказала Мэй.

— Крюк? Когда ты его сделала? — спросил Изуку, смутившись.

— О, знаешь, я увидела его в одном из тех комиксов, которые ты всегда носишь с собой, и подумала, что он улучшит подвижность Силовой Брони MK III. Я просто модифицировал малыша номер 17, изначально это была пружинная пусковая установка для зонтиков, которую я сделала ещё в детстве. Она не очень хорошо защищала от дождя, но отлично справлялась с поражением голубей. Она работает на газе, но я хочу посмотреть, сможешь ли ты найти способ придать ей больше мощности.

— Хм, хорошо. Да, это было бы здорово, и я экспериментировал с газовым двигателем на костюме. Но мама просто хочет с тобой познакомиться. У меня не так много друзей, понимаешь, и она просто хочет познакомиться с тобой, — объяснил Изуку.

— Что? У тебя вообще есть мастерская? —требовательно сказала Мэй.

— Нет, но у нас в квартире валяются старые вещи, которые мы могли бы принести сюда, например, старый пылесос и старый электрический скутер моего отца, который давно валяется без дела, — предложил Изуку. — Я думаю, я мог бы взять мотор с приличной мощностью от скутера.

— Ну почему ты не сказал, что там есть что-то подходящее! — радостно сказала Мэй. — Мы можем пойти и забрать всё прямо сейчас!

Изуку быстро покачал головой:

— Нет! Моя мама... она очень... чувствительная. Она много беспокоится, и я хочу, чтобы у нее сложилось хорошее впечатление о тебе.

— И что же теперь со мной не так? — спросила Мэй, раздраженно нахмурив брови.

Изуку покраснел и отвернулся. Мэй снова была одета в свой испачканный комбинезон и поношенную серую рубашку, о которую она часто вытирала свои замасленные руки. Её лицо было измазано маслом, грязью и потом, а волосы немыты и нечесаны. Оказалось, что её старшая сестра практически заставила Мэй мыться и приводить волосы в порядок, но поскольку в тот день была суббота, а на следующий день не было школы, Мэй категорически отказалась утруждать себя.

— Может, тебе стоит подумать об этом... как о собеседовании. Ну, знаешь, произвести впечатление на потенциального инвестора. Может быть, если моя мама посчитает, что то, что мы делаем, что-то полезное, она захочет... поддержать нас.

— Ты имеешь в виду, как демонстрация для инвесторов? — спросила Мэй. Когда Изуку кивнул, Мэй тут же побежала к футону и одежде — одному из немногих мест в комнате, которое Изуку категорически отказался организовать для неё. — Почему ты не сказала?! Кажется, у меня где-то есть чистая одежда. Да, нам определенно нужно принести номер 17. О! А номер 35 — это мой ручной тепловой луч! Хорош для сушки волос, но я хотел использовать его для плавки металла. Не смогла найти достаточно мощный источник энергии.

— О-о-о-окей! — вздохнул Изуку, отвернувшись и направившись к двери. — Я, гм, напишу маме и скажу, что ты придешь на ужин. Мне тоже нужно подготовиться.

— Что?! Но мы только что закончили вместе модифицировать нашего малыша! Ты собирался же взять его на тест-драйв! — запротестовала Мэй, её голос звучал всё ближе.

Изуку рискнул взглянуть на нее, но быстро отвернулся, заметив, мелькнувшую кожу. Оказалось, что Мэй снимает комбинезон:

— Я просто не успел снять комбинезон!.

Он был уже на полпути к дому, когда почувствовал, что его телефон завибрировал. Он достал его и увидел на нем сообщение от Мэй.

[Ты не дал мне адрес места нашей встречи. Пожалуйста, ответь.]

Изуку быстро ответил на сообщение Мэй, и через мгновение пришел её ответ:

[Подтверждаю. Мы будем ровно в 18:00. Пожалуйста, подготовь устройства для презентации PowerPoint. Наличие звука обязательно.]

Издав тихий стон, Изуку быстро отправил сообщение матери, предупредив её о приходе Мэй, и продолжил бежать трусцой домой. Надеюсь, это не будет полной катастрофой.

— Так приятно знать, что к тебе придет друг, Изуку! — щебетала его мать, наверное, уже в пятидесятый раз. — Ты так много рассказывал мне о Хатсуме, но я просто не могу удержаться, чтобы не спросить, что она за девушка!

— Она очень страстная, — сказал Изуку, оторвавшись от своего компьютера, который он подключил к телевизору. — Она действительно помогает мне работать над моей целью — поступить в Юэй.

— Она тоже хочет стать героем? Она, эммм, такая же, как ты? — спросила его мама, понизив голос настолько, что её было трудно расслышать за шкварчащими звуками еды, которую она жарила.

— Эм, нет, не совсем. Хатсуме хочет поступить на факультет поддержки в Юэй. У неё... у неё есть причуда, но она не так часто ею пользуется. Она просто дает ей возможность приближать то что она видит. У неё отличное зрение.

— О, ну, это... это хорошо! Может быть... может быть, вы могли бы быть с ней в факультете поддержки! Было бы здорово ходить в академию с другом, как ты думаешь?

— Я уже хожу в школу с Каччаном, мама, — сказал Изуку, слегка улыбнувшись.

— Изуку.

Он повернулся и увидел, что его мама стоит над ним, слегка разминая руки:

— Изуку... Бакуго... он не твой друг.

Изуку почувствовал, как его улыбка застыла на месте, а по спине потекли струйки холодного пота:

— Что ты имеешь в виду? Конечно, Каачан...

— Изуку, этот мальчик — хулиган. Он был жесток с тобой на протяжении... лет. С тех пор, как ты был в детском саду. И всё становилось только хуже. Я знаю... я знаю, что тебе нравится думать о нем как о друге, но... — его мать глубоко вздохнула. — Я так старалась и так долго пыталась защитить тебя, ободрить тебя, но... но ты уже почти в старшей школе. Я больше не могу так с тобой поступать. Ты должен... ты должен понять, что такое реальный мир. И Изуку... я очень, очень боюсь за тебя. Если ты попытаешься поступить на геройский факультет в Юэй, я думаю, тебе будет больно, или даже хуже. И... и как другие дети будут относиться к тебе? Ты... ну, ты замечательный ребенок, Изуку.

Его мама опустилась на колени и обняла Изуку, который почувствовал, как её слезы стекают по его плечам:

— Боже, мне так тяжело... мне... мне жаль. Но... но... ты много чего умеешь. Ты умный, и талантливый, и смелый, и веселый, и добрый, и... и всё то, чем мать хочет, кем вырос её мальчик. Но... ты ещё и без причуды. И... и если бы ты попытался сразиться со злодеем без причуды, что бы с тобой случилось? Что-то плохое, я просто знаю это. Я не хочу, чтобы ты пострадал.

— Мама... всё хорошо, — сказал Изуку, похлопывая маму по спине. Но внутри он чувствовал оцепенение и холод. Неужели никто не верил в него? — Хатсуме и я, мы оба собираемся воплотить наши мечты в Юэй. Мы будем делать удивительное оборудование, работающую лучше, чем любая причуда. А я когда-нибудь стану Величайшим Героем Мира. Вот увидишь.

Слезы продолжали наворачиваться на глаза его матери.

— О, Изуку, я...

В дверь постучали:

— О! Это Хатсуме! — сказал Изуку, увидев, что часы показывают 18:00. Ну, по крайней мере, она была пунктуальна. Он отделился от мамы и поспешил открыть дверь.

Как только он открыл ее, Мэй вошла без приглашения, с широкой ухмылкой на лице:

— Здравствуйте! Я Мэй Хатсуме, и я здесь, чтобы показать вам невероятные вещи, которые я и мой партнер Мидория создали вместе!

— Приятно познакомиться, Хатсуме, — нерешительно сказала Инко, взяв руку Мэй.

К огромному облегчению Изуку, Мэй действительно нашла время, чтобы одеться к ужину презентабельно. На ней были брюки и чистая рубашка-поло с логотипом магазина её семьи, а в руках она несла рюкзак, в котором было несколько предметов. В этот раз она была без очков, видимо, оставив их дома. Она даже вымыла волосы вручную.

— Спасибо, что нашли время в своём плотном графике, чтобы встретиться со мной, мисс Мидория, — сказала Мэй, слегка поклонившись. Её вежливость была несколько испорчена маниакальной ухмылкой на её лице.

— О! Ну, я просто хотела познакомиться с другом Изуку. Он немного застенчив, знаешь ли, и ему всегда было трудно знакомиться с людьми, поэтому, когда он сказал мне, что встретил девушку, и вы двое работаете над совместным проектом, я...

— Да! Ребенок номер 47! О, это так замечательно! Когда мы закончим, это будет величайшее из моих творений! Изуку сможет поднимать более 1000 килограммов, бегать со скоростью более 55 километров в час и прыгать на 3 метра, плюс ещё больше с помощью прикрепленного крюка!

Инко только быстро моргнула, явно озадаченная этим.

— Ну, я принесла презентацию, чтобы показать вам, кадры наших последних полевых испытаний вместе с несколькими графиками, которые я сделал и...

— Почему бы нам сначала не поужинать! — Изуку прервал девушку. — Мы приготовили мисо-суп с тофу!

— О, — Мэй сделала паузу, посмотрев на Изуку с немного смущенным выражением лица. — Это традиция — сначала есть перед презентацией?

— В этом доме — да! — сказал Изуку, судорожно беря Мэй за руку и ведя её к столу. Он усадил её и поспешно подал еду, пока его мать пробиралась к столу и садилась.

— Итак, Хатсуме, Изуку сказал мне, что ты изобретатель.

— Да! На данный момент я создала 51 очаровательного малыша! Но самый впечатляющий из них — номер 47, над которым мы с Изуку работаем вместе уже больше месяца! Он начинался как простой экзо-скелет, который я назвала Силовой Костюм, чтобы помочь мне, когда я собирал тяжелые детали, но Изуку полностью улучшил электрические системы! Он помог мне превратить его в полноценный комплект снаряжения с множеством функций, включая...

— Вот еда! Давайте поедим! — прервал её Изуку, торопливо ставя всем наполненные тарелки.

— Да! — Мэй начала глотать суп, затем остановилась и сделала паузу. Она посмотрела на Инко, затем сказала довольно механическим голосом. —Большое спасибо за еду, — она похлопала в ладоши, а затем снова принялась за еду.

Инко моргнула и посмотрела на Изуку, который неподвижно смотрел в свою миску и ел сам, его лицо раскраснелось. Мэй постоянно ела так со своей семьей, делая паузы только для того, чтобы поспорить с братьями и сестрами или рассказать о своём последнем творении. Светские беседы не были её специальностью.

— Итак, Хатсуме, в какую школу ты ходишь? — спросила Инко, снова пытаясь завязать разговор. — Какие уроки тебе нравятся?

— Я хожу в среднюю школу Восточная Набу, — ответила Мэй, набив рот лапшой, не отрывая взгляда от еды, её тон снова стал странно механизированным. — Мне нравится математика. Мне нравится науки. Мне нравится ходить в кабинет мистера Онидзуки к социальным группам. Мне не нравится английский.

Это заставило Инко моргнуть:

— Хм, социальные группы? Это звучит, хм, мило.

— Это скучно и глупо, но я должна приходить, потому что у меня аутизм или что-то в этом роде, — сказала Мэй, закатив глаза. — У меня нет ничего серьёзного, но, видимо, это делает меня антисоциальной или что-то в этом роде. Мне всё равно, пока они оставляют меня в покое и позволяют мне делать своих детей. Я же могу говорить или что-то в этом роде. Но!

Внезапная энергия вернулась в голос Мэй, и она подняла голову, её странные перекрестные радужки сверкнули:

— Мистер Онидзука разрешает мне мастерить вещи для социальных групп! Я сделала две опоры для ног, которые помогают Нишиме и Гаро ходить, и я сделала шесть вспомогательных коммуникационных устройств, которые они отправили в другие школы, чтобы дать детям которые в них нуждались или что-то в этом роде! Они дают мне все эти материалы, и так как я самая общительная в социальных группах, я могу проводить всё своё время, мастеря всякие штуки, если я обещаю разговаривать с другими детьми, пока я это делаю, а потом я могу показать своих детей. Я работаю над созданием экзокостюма для детей с церебральным параличом, и у меня есть награда за это, которая меня не волнует, но мистер Онидзука говорит, что если я буду продолжать в том же духе, то смогу получить рекомендацию для поступления на факультет поддержки в Юэй, и если ты там, то можешь строить всё, что захочешь, даже если это супер опасно или что-то в этом роде, и никто не будет кричать на тебя, если ты не сделаешь домашнее задание по английскому, потому что это глупо, и мы живем в Японии, и ты можешь просто продолжать мастерить вещи весь день для всех видов героев, что очень круто, и Мидория тоже хочет туда попасть, и я уверена, что если я сделаю ему удивительных детей, которые позволят ему сдать вступительные экзамены в Юэй, все разрешат мне строить вещи вечно, и я смогу иметь столько детей, сколько захочу!

Кусок тофу выскользнул из палочек Инко, и она уставилась на Мэй, которая снова безумно ухмылялась.

— Это, гм, звучит, гм, очень интересно, Хатсуме. Значит, ты думаешь, что вы с Изуку сможете вместе попасть в Юэй?

— Конечно! Это будет обязательно! Он самый лучший партнер в мастерской! Он очень полезный и организованный, он помогает мне находить всевозможные запчасти для моих малышей, он действительно хорош в проводке и блоках питания, и он действительно становится очень хорош в создании вещей сам, и вы должны позволить ему продолжать помогать мне создавать вещей! — Мэй внезапно вскочила, подбежала к своему рюкзаку и достала оттуда маленькое USB-устройство. Она поспешила к компьютеру Изуку и подключила его. — Я сделала презентацию!

Изуку поспешил за Мэй, включив телевизор:

— Она очень умная, мама, — сказал Изуку. — Мы... мы учимся вместе, и мои оценки никогда не были лучше! Я не получил ни одной тройки после того, как мы с ней начали заниматься вместе!

Инко нахмурилась, её глаза слегка сузились:

— Изуку, когда это ты получал тройки?

— Да какая разница, давайте покажем вам нашего малыша! — радостно воскликнула Мэй, открывая свою презентацию.

— ДАН ДАН ДАН ДАН ДАН ДАААА! — кричал веселый голос Мэй из динамиков. Инко издала удивленный визг, а Изуку поспешно убавил громкость, пока соседи не начали жаловаться.

Презентация, к счастью, была короткой и по существу. В ней было показано несколько коротких видеороликов о том, как Изуку испытывает Силовую Броню MK II, а также фотографии их текущего прогресса. Затем она изложил пятиступенчатый план для Мэй и Изуку по поступлению в Юэй.

— Шаг 1: Мы вместе создадим удивительного ребенка, который...

— Она имеет в виду силовую броню! — Изуку прервал ее, покраснев. — Не... не другого ребенка!

— А что я ещё могу иметь в виду? — спросила Мэй, явно не понимая последствий. — В любом случае, да, мы создаем Силовую Броню MK III, а также несколько запланированных модернизаций, которые мы обсуждали.

— Шаг 2! Изуку использует её, чтобы получить наивысший балл на вступительном экзамене в Юэй!

— Шаг 3. Нас зачисляют в Юэй, где я поступаю на факультет поддержки и продолжаю создавать ультра-милых малышей вместе с Изуку!

— Шаг 4. Мы показываем их, и все понимают, что я — величайший изобретатель на свете, а Изуку — невероятный герой, а затем!

— Шаг 5. Мы получаем всё необходимое финансирование и делаем детей вместе до конца наших дней!

— Изобретения! — сказал Изуку, бешено размахивая рукой. — Она имеет в виду изобретения! Мы вместе создадим изобретения!

Инко опустилась на колени на пол перед телевизором, выглядя немного ошеломленной:

— Ну, это... это довольно впечатляющая цель у вас двоих, я полагаю.

— Итак, вы поддержите нас в наших усилиях? — спросила Мэй, наклонившись вперед к Инко, отчего старшая женщина неловко откинулась назад.

— Я... ну... я думаю... если вы собираетесь поступить на факультет поддержки в Юэй... это звучит достаточно безопасно и... и это хорошая мечта для Изуку, так что... так что да. Я буду поддерживать вас двоих. Если только Изуку будет успевать! Если я ещё хоть раз услышу о тройках, молодой человек, ты не выйдешь из этого дома, пока твои оценки не поднимутся снова!

— Да, мааам! — сказал Изуку, широко улыбаясь. — И спасибо!

— Отлично! — сказала Мэй, вставая и оглядываясь по сторонам. — Теперь Изуку говорил что-то о пылесосе и скутере, которые мы могли бы разобрать на запчасти?

Инко моргнула, посмотрев на Изуку, который только усмехнулся и пожал плечами. Она снова посмотрела на Мэй и смогла улыбнуться:

— Я... я думаю, что, это возможно, да.

---

　Примечание автора:

　Отказ от ответственности: Я не являюсь клиническим психологом. Данные, представленные здесь, являются выдумкой, и любое сходство с реальными людьми является непреднамеренным и не нарушают конфиденциальности.

Сводка результатов оценки:

　Имя: Хатсуме, Мэй

　Дата рождения: 16 апреля

　Возраст: 15 лет

　Пол: Женский

　Причуда: H-5

　Школа: Средняя Восточная Набу

　Учитель: Онизука, Джи

　Результаты тестов / Процентный рейтинг

　Когнитивные: 139* / 99

　Академические: 109 / 73

　Адаптивные: 69 / 2

　Социальные: 68 / 1

　Речь 86 / 18

　* Эти баллы сомнительной достоверности.

　Примечания асессоров:

　Когнитивные

　Когнитивные способности Мэй — это приблизительная оценка, поскольку тест не дает достаточно высоких баллов для получения точного результата. По всем субтестам Мэй постоянно набирает максимальное количество баллов. Единственные субтесты, в которых Мэй когда-либо проявляла трудности, — это субтесты, связанные с языком, но даже в них её результаты намного выше среднего. Эксперт считает, что когнитивные результаты, если и есть, то низкие, так как Мэй наблюдала, как она быстро теряет интерес к предметам, которые не находит интереса (например, к языку). Её текущий балл — максимально возможный по когнитивной оценке.

　Академические

　Мэй набрала максимальное количество баллов в субтестах по математике и естественным наукам, набрав 139 баллов в обеих областях, что является максимально возможным. Однако её баллы по истории, чтению и особенно письму были относительно низкими: самый низкий результат — 74 балла — был получен в субтесте 'Письменное выражение'. Следует отметить, что Мэй получает проходные оценки во всех классах, и её не следует отделять от типичных сверстников того же возраста для целей основного академического обучения.

　Адаптивные

　Адаптивные результаты получены в ходе интервью с учителями и родителями. Мэй способна функционально ухаживать за собой. Она может самостоятельно готовить еду и выполнять сложные гигиенические процедуры. Однако без частых подсказок Мэй не может позаботиться о себе. В школе Мэй часто не ест, если ей не подскажут учителя. Она часто забывает правильно выполнять гигиенические процедуры без напоминания, даже когда ей предоставляют соответствующие средства гигиены и обучают. Мэй также демонстрирует стереотипное поведение, часто напевает или подпрыгивает на носочках. Когда Мэй была младше, у неё была навязчивая потребность считать предметы и вычислять площадь и объем окружающих её вещей, хотя при поддержке это поведение в основном было сведено на нет. Проблемы Мэй в адаптивных навыках требуют специального обучения.

　Социальные

　Хотя Мэй продемонстрировала способность вести соответствующие социальные разговоры со сверстниками и взрослыми, ей часто не удается этого сделать. Мэй редко инициирует социальное взаимодействие со сверстниками, а когда она это делает, её разговоры стереотипны и ограничены несколькими темами, которые Мэй считает интересными. Когда сверстники инициируют социальное взаимодействие, Мэй часто не реагирует должным образом или просто игнорирует их. У Мэй отсутствуют представления о личном пространстве, подходящей громкости, а также о том, когда и где уместны определенные действия. Было несколько случаев, когда она ходила в туалет для мальчиков из-за очередей в туалете для девочек. Трудности Мэй в социальном поведении препятствуют её способности формировать дружеские отношения в группе сверстников. Мэй требуется специальное обучение в области социального поведения.

　Примечание: Недавно Мэй начала рассказывать о друге, которого она завела вне школы. Дома следует приложить усилия для поддержания этих отношений со сверстниками.

　Речь

　С момента первоначального обследования речь Мэй значительно улучшилась. Несмотря на то, что Мэй с самого раннего возраста говорила правильно, её речь в большинстве случаев была скованной и механической. Она усвоила больше социального языка и будет использовать свои сценарные ответы должным образом. После многих лет занятий с логопедом, Мэй была отстранена от постоянных услуг логопеда и переведена на консультативную основу.

　Причуда

　Причуда Мэй — гетероморфный тип причуды, унаследованный по отцовской линии; она является пользователем причуды в пятом поколении. Причуда Мэй зарегистрирована как Прицел и дает ей превосходное зрение, примерно в 100 раз превышающее человеческую норму. В настоящее время считается, что причуда Мэй не оказывает никакого влияния на её когнитивное, академическое, социальное, поведенческое или адаптивное развитие.

　Диагноз

　В возрасте 5 лет семейный педиатр поставил Мэй диагноз 'расстройство аутистического спектра'. Диагноз был подтвержден школьным клиническим психологом. С 5 лет Мэй получает специализированные образовательные услуги по категории 'расстройство аутистического спектра'.

　Заключительная рекомендация:

　Мэй должна продолжать получать специализированные услуги по квалификации 'расстройство аутистического спектра' для удовлетворения социальных и адаптационных потребностей. Рекомендовано 300 минут в неделю на неосновные академические занятия.

　Что? Это то, чем я зарабатываю на жизнь. В любом случае, я решил, что для целей этой истории я буду писать о Мэй так, как будто у нее легкая форма расстройства аутистического спектра (РАС). Я бы утверждал, что это не сильно отличается от её поведения в каноне, но я буду гипертрофировать его, по крайней мере, немного, так что вы можете считать это очередным элементом AU. Для тех, кому интересно, Мэй в этой истории оценивается примерно на 65 баллов по шкале оценки аутизма Гиллингема (Gillingham Autism Rating Scale, GARS 2nd ed.), что указывает на то, что у нее случай высокофункционирующего РАС.

　(Да, я знаю, что теперь есть 3-е издание, но я не могу использовать его для забавы, как старое).

---

Вещает Переводчик: Я совсем не шарю в эти психологические штуки, так что тут может быть тонна ошибок!

---

1) 　Вещает Переводчик: Сайтама — одобряет!

Вернуться к тексту

Успех — не окончателен,

неудачи — не фатальны,

значение имеет лишь

мужество продолжать.

— Уинстон Черчилль

---

— Силовой Костюм MK V, все электрические системы работают! — сказал Изуку, изо всех сил стараясь не выдать нервозности в своем голосе. Он сам сделал большую часть проводки и чувствовал себя хорошо, но всё же.

— Все системы в норме! Этот малыш готов к работе! — радостно воскликнула Мэй. — Инициализация! Начать последовательность запуска!

— Запускаю, — сказал Изуку и, закрыв глаза, переключил тумблер, включающий костюм. На этот раз не было ни взрыва, ни пожара, ни внезапной утечки гидравлической жидкости. Вместо этого костюм включился с гудением. — Он работает!

— Да! Я знала, что ты не подведёшь маму и папу, малыш! — радостно воскликнула Мэй, выбегая вперед и обнимая Силовой Костюм, а заодно и Изуку.

— Мы сделали это! — радостно воскликнул Изуку, старательно принимая победную позу. Он провел время, тренируясь в MK III и MK IV, поэтому знал, как сделать движения медленными и уверенными.

— Ну что ж, мы готовы! — объявила Мэй. — Теперь нам остается только отправиться в Юэй, чтобы провести демонстрацию!

— Ты уверена, что это хорошая идея? — спросил Изуку, слегка нервничая. — Они ведь только пригласили тебя...

— Ну, мы ещё не получили ответа по поводу твоего заявления, а значит, мы просто обязаны пойти и показать им, насколько важно, чтобы ты тоже поступил в Юэй! — заявила Мэй. — Как я смогу похвастаться всеми своими детишками, если никто не сможет увидеть их в действии?

— В-в-верно, — согласился Изуку. — И как же мы туда попадем?

— Конечно же, ты понесешь меня! — заявила Мэй. — Всего каких-то несколько километров. Ты ведь уже неплохо бегаешь, верно? Так что ты бежишь туда в Силовом Костюме, а меня и остальное снаряжение понесешь на себе! Это идеальный план!

— А не будет ли у нас неприятностей за то, что мы вынесли на улицу самопальное снаряжение? — нервно спросил Изуку.

— Я подумала об этом! — Мэй достала из ящика несколько наклеек и наклеила их Изуку.

— Собственность Департамента Поддержки Юэй? — прочитал Изуку. — Мэй, может нам не стоит...

— О, расслабься, мы просто покажем всё это в Юэй, и они наверняка захотят использовать наших замечательных детишек у себя! К тому же, как только у нас появятся их неограниченные материалы, мы сделаем еще лучше! — заявила Мэй. Затем она схватила свой рюкзак и прыгнула на Изуку, который рефлекторно поймал её. — А теперь вперед!

Несмотря на свои опасения, Изуку удалось открыть дверь из комнаты Мэй, а затем вынести её и её сумку с вещами на улицу. Она надела комбинезон, который продавался в магазинах, по образцу того, что надевают студенты Юэй на ежегодный спортивный фестиваль, так что выглядела она так, будто ей самое место в Юэй. К удивлению Изуку, никто не был шокирован, увидев, что по улицам Мусутафа мчится человек в силовой броне. Видимо, логотип Юэй пользовался достаточным уважением, чтобы даже полицейские, видевшие их проносящимися мимо, не находили ничего подозрительного.

Изуку не понадобилось много времени, чтобы добраться до академии, к этому моменту он уже успел вспотеть, и костюм начал нагреваться.

— Я перегрелся, — пыхтел он, обращаясь к Мэй. — В этом костюме слишком жарко! Я и забыл, насколько горячими могут быть новые энергосистемы, которые я установил, даже с вентиляцией!

— Хм, нам понадобится какое-то охлаждающее устройство для тебя в следующей модели", — размышляла Мэй. — Но не волнуйся, мы почти у цели!

Юэй имела огромный, разросшийся кампус, который занимал значительную часть центра Мусутафа. Главное здание было многоэтажным, состояло из четырех башен, соединенных нижним центральным узлом. Оно сверкало в свете раннего утра, его стеклянные поверхности были маяком для всего мира. Кампус был защищен трехметровой стеной, но Изуку знал, что существуют дополнительные системы безопасности, которые не позволят никому постороннему перебраться через стену или пройти через главные ворота. Когда они подошли к входу, там их уже кто-то ждал.

— Здравствуйте, мистер Онидзука! — воскликнула Мэй, взволнованно махая рукой.

Мужчина обернулся и с удивлением увидел, что Мэй приближается к нему, несомая на руках массивного доспеха. Эта версия Силового костюма была полностью закрыта, а шлем полностью скрывал лицо Изуку.

— Мэй? Что это? Я знаю, что сказал тебе принести одно из твоих изобретений, но ты не должна была приносить целого робота! — запротестовал мистер Онидзука. Это был светловолосый мужчина средних лет, лысеющий, хотя и с зачёсанными волосами, чтобы скрыть это. Он был одет в неаккуратный костюм, который, казалось, плохо сидел на нем, но Мэй выпрыгнула из рук Изуку и поскакала к нему, широко раскинув руки.

— Ты сказал принести одного из моих малышей, и я принесла нашего лучшего! Это Силовой Костюм, MK V, и его папа, Изуку Мидория! — сказала Мэй, заключая Онидзуку в объятия. Он ответил ей взаимностью, отчего Изуку на мгновение почувствовал себя немного странно. Он списал это на жару.

— Здравствуйте, — сказал Изуку, его голос слегка исказился от установленного модулятора голоса. — Приятно познакомиться с вами, мистер Онидзука.

— Я думал... я думал, что так ты назвала одно из своих изобретений, — сказал мистер Онидзука, быстро моргая. — Я не думал, что ты действительно нашла парня, который охотно помогает тебе мастерить каждый день, Мэй.

— Ну, вы сказали, чтобы я тренировала свои социальные навыки, так что я нашла себе друга! — весело сказала Мэй. — Он отличный партнер в мастерской. Идеальный папа для всех моих малышей! Он даже установил электрические системы для костюма! Он добавил голосовой модулятор и установил гироскоп, который помогает в стабилизации!

— Она... она имеет в виду костюм, сэр. Не, настоящих детей. Я не такой парень, — поспешно объяснил Изуку.

— Я в курсе, — сказал Онидзука, почесав затылок. Он вздохнул. — Ну, это собеседование было только для тебя, Мэй. Я не уверен, как они отнесутся к тому, что ты приведешь с собой друга...

— Ну, я всегда говорю, чем больше, тем веселее!

Изуку повернулся и задохнулся от восторга, увидев человека, выходящего из ворот Юэй, человека с перевернутым ковшом экскаватора на голове, хотя сегодня он был одет в костюм вместо своего обычного геройского костюма:

— Это же Герой Земляных Работ "Погрузчик"!

— Зовите меня мистер Маиджима, — сказал Погрузчик, подходя, чтобы осмотреть Изуку. — Боже, Боже, какой впечатляющий экземпляр. Онидзука, твои ученики сами его построили?

— Вообще-то, я совсем не знаю этого мальчика, — признался Онидзука. — Должно быть, он ходит в другую школу.

— Вообще-то я хожу в частную среднюю школу Мустафа, сэр, — сказал Изуку, слегка поклонившись. В силовом костюме было трудно сделать такое движение, но ему это удалось. — Мы с Мэй познакомились, когда она искала запчасти. Я помогал ей последние 9 месяцев. Мы построили его вместе.

— Правда? Хм... Ну, заходите. Думаю, я смогу кое-что придумать для вас двоих, — сказал Погрузчик и повел их к воротам.

Они последовали за погрузчиком в главное здание Юэй, прошли мимо нескольких зданий и попали на испытательный полигон.

— Я собирался отвести вас в мастерскую факультета поддержки, чтобы вы продемонстрировали там свои изобретения, но, честно говоря, я думаю, что вы готовы к чему-то более продвинутому, — заявил Погрузчик. — У меня здесь есть несколько роботов для экзамена на звание героя, который состоится через несколько недель, чтобы испытать их перед важным днем. Как думаешь, ты сможешь справиться с одним из них с помощью этой штуки?

— Еще бы! — взволнованно сказал Изуку. — Вообще-то я подал заявку на геройский факультет, но мне ещё не ответили!"

— О? Ну, считай, что это пробный заход, в сети уже есть много информации о том, что вас ждет, так что это всё равно не даст тебе большого преимущества, — заявил Погрузчик. Он пригласил Изуку пройти вперед. — Я активирую одного из роботов. Посмотрим, сможешь ли ты его уничтожить.

Робот, о котором шла речь, был выкрашен в зеленый цвет, с манипуляторами, похожими на щиты, в которых скрывалось оружие. Он перемещался на моноколесе и имел один светящийся красный глаз на змееподобной шее. Изуку принял боевую стойку, поднял руку и направил её на робота. Он активировался и ринулся вперед.

— Схватывающий крюк! — выкрикнул Изуку. Копье, похожее на снаряд, вылетело из крепления внутри руки Изуку, но робот поднял левый щит, от которого крюк отскочил. — Нет! — быстро подумав, Изуку бросился вперед, обходя робота сбоку. Он ударил одним кулаком, который с громким звоном ударился о голову робота. Робот слегка крутанулся, явно ошеломленный, и Изуку изо всех сил толкнул его. Робот врезался в стену, ударившись корпусом и создав несколько трещин. Робот развалился на куски.

— Неплохо, — размышлял Погрузчик. — У тебя есть какая-то причуда, увеличивающая силу?

— Эм, я... — начал Изуку, но Мэй прервала его.

— Нет! У него вообще нет причуды! То, что вы видите перед собой, это результат потрясающей инженерной мысли и изобретательности меня, Мэй Хатсуме, и пилота, Изуку Мидории! Мы упорно трудились, чтобы создать самое впечатляющее вспомогательное оборудование из одного только хлама, которые мы собирали на улицах! И купленное на наши крайне ограниченные средства.

Она наклонилась вплотную к Погрузчику, намного ближе, чем большинство людей считают комфортным, но герой земляных работ не отступил:

— Только представьте, что мы могли бы сделать с надлежащим финансированием и материалами! Подумайте о том, как хорошо я подхожу для Факультета Поддержки, и каким замечательным кандидатом на геройский факультет станет Мидория! Вместе нас будет не остановить!

— Я впечатлен, — размышлял Погрузчик, потирая подбородок. Он взглянул на Изуку, который чувствовал себя немного неловко из-за того, что его статус был раскрыт. — Без причуды, говоришь? Эта сила исходит исключительно от твоего устройства?

— Я тоже очень много тренировался! — сказал Изуку, нерешительно подняв руку. — Я провел большую физическую подготовку, и мои оценки очень хорошие! Я отправил результаты своих тестов в Юэй и всё остальное вместе с моим заявлением!

— Хм. Что ж, пойдемте в мастерскую, чтобы я мог вытащить тебя, — сказал Погрузчик. Он повел их обратно в главное здание Юэй к заднему входу, где Изуку пришлось вылезти из Силового Костюма.

— Это прекрасное произведение инженерной мысли, — заметил Погрузчик, внимательно осматривая его. Ему потребовалось несколько минут, чтобы открыть панели и проверить различные системы. Изуку особенно нервничал, когда рассматривал проводку и то, как он подключил различные системы к источникам питания, конденсаторам и резервным батареям. Большую часть схем ему пришлось паять самостоятельно, но всё работало. — Трудно поверить, что двое детей построили его из кучи мусора меньше чем за год.

— Это потому, что я гений, а Мидория — супер-трудяга! — заявила Мэй, обхватив рукой плечо Изуку и притянув его к себе. — Хатсуме и Мидория! Запомните эти имена, потому что наши дети изменят мир!

— О-о-она имеет в виду изобретения, — уточнил Изуку, слегка покраснев и опустив глаза.

— Конечно, — усмехнулся Погрузчик. — Мне тоже когда-то было 15, малыш. Хм... Ну, я определенно вижу здесь большой простор для улучшений. Работа немного грубовата, и я готов поспорить, что эта штука горячее, чем жестяная крыша в летний зной. Ты выглядишь довольно потным.

— Наша следующая версия будет включать кондиционер! — заявила Мэй. Она бросилась вперед, указывая на шлем. — Видите эти провода? Изуку долго копил карманные деньги и купил VR гарнитуру, а затем настроил её так, чтобы она принимала входные данные через эту гарнитуру! Это помогает модулировать движения экзоскелета и гироскопа, которые мы установили. Прямо как костюм Железного Человека!

— Железный Человек? Я не знаком с этим конкретным героем, — пожав плечами, сказал Погрузчик. — Ну, проходи. Покажи мне, что ещё у тебя есть, пока я ищу Мидорию в системе.

Мэй с радостью достала несколько устройств, с некоторыми из которых ей помог разобраться Изуку. Одно из них было ранним прототипом импульсного оружия, похожего на те, что Железный человек устанавливал на свои костюмы:

— Думаю, я смогу использовать их для управления полетом, как только мы получим достаточно хороший источник энергии, — объяснила Мэй. — У Мидории есть эскизы человека по имени Качан, который использует взрывы, чтобы перемещаться по воздуху, а Железный Человек использовал то же самое, чтобы помочь ему летать. Я не знаю, сможем ли мы получить достаточную подъемную силу для настоящего полета, но с помощью прыжков мы сможем преодолевать высокие здания или пересеченную местность.

— Кто этот Железный Человек, о котором вы всё время говорите? — сказал Погрузчик, набирая что-то на компьютере за своим столом. — Я никогда о нём не слышал. Он иностранец?

— Ну, в-в-вроде того, — заикаясь, ответил Изуку. — Он, гм, американец. Но он не настоящий! Это комикс, комикс о беспричудном герое, былых времён.

— Воу. Ну, я никогда не интересовался подобными вещами, — пренебрежительно сказал Погрузчик. — Но если это дает вам идеи для детей, то тем лучше для вас. А, вот и ты. Мидория, Изуку. Здесь сказано, что ты подал заявление на геройский факультет. Тебе отказано из-за твоего статуса беспричудый.

— Что? — сказал Изуку, побледнев. — Но вы же видел меня! Я могу быть героем! Я уничтожил того робота без проблем!

— Твой механизм уничтожил робота, — рассеянно сказал Погрузчик, что-то набирая. — Ну, я просто изменю это. Я беру тебя на факультет поддержки.

— Факультет п-п-поддержки? — спросил Изуку. — Я... я хотел поступать на геройский...

— Я услышал тебя и в первый раз, Мидория, — Погрузчик поднял голову, нахмурившись. — Послушай, мне очень жаль, но мы не позволяем беспричудным личностям сдавать экзамен или поступить на геройский факультет. Он опасен. Даже дети с сильными причудами получают травмы. Такие, как ты, могут погибнуть. Но, судя по тому, что я видел, я более чем готов дать вам обоим рекомендацию на факультет поддержки. Полагаю, вы захотите учиться вместе?

— Подождите минутку! — запротестовала Мэй, положив руки на бедра. — Это не то, о чем мы говорили! Изуку хочет быть мускулами, а я — мозгами! Я делаю оборудование, он его тестирует и использует, так что мы можем получить финансирование и делать детей вместе всегда! Кем вы себя возомнили, изменив этот прекрасный план?

— Человеком, отвечающим за прием на факультет поддержки, — сухо ответил Погрузчик. — Я могу просто отказать вам обоим, если вы будете упрямиться.

— Хатсуме, всё в порядке, — сказал Изуку, положив руку ей на плечо. На его глаза навернулись слезы, и он вытер их одной рукой. — Это... это начало, в любом случае. Если я поступлю на факультет поддержки в Юэй, по крайней мере, я буду ближе к своей мечте, чем если меня отвергнут. И кроме того... было бы здорово учиться с тобой в одном классе. Иметь друга, с которым можно работать. Мне бы это понравилось. А тебе?

Мэй нахмурилась:

— Ну, я не знаю. У меня никогда раньше не было друга в школе.

Господин Онидзука громко вздохнул:

— Мэй, о чем мы говорили?

— Да, да, социальные навыки. То есть, да, Изуку! Я твоя подруга! И я хочу делать с тобой детей в одном классе!

— Она имеет в виду...

— Мы знаем, — сказали вместе Погрузчик и мистер Онидзука.

— Отлично, тогда я просто запишу вас обоих в класс 1-H, — объявил Погрузчик. — Мидория, ты можешь получить письмо с отказом. Не обращай внимания, я позабочусь о том, чтобы ты получил письмо о приеме и позвоню твоим родителям, чтобы сообщить им, что произошло. Тебе следовало просто подать заявление на курс поддержки. Если ты умеешь монтировать электрические системы, как эти, то тебя примут. Почему никто из твоих учителей не рекомендовал тебя?

— Они... ну, они не думают... — начал заикаться Изуку, собираясь сказать, что его учителя считают его бесполезным, но Погрузчик оборвал его, выглядя слегка смущенным.

— А. Ну да, предрассудки над беспричудным — это проблема. Но если ты проявишь себя здесь, тебе не придется беспокоиться об этом. И я буду выступать за тебя перед администрацией. Оставьте костюм здесь, я покажу его им, если у них возникнут вопросы.

— О, хорошо. И это все? Нам нужно пройти тест или что-то еще? — спросил Изуку.

Погрузчик пожал плечами:

— У меня здесь твои оценки, и я уже знаю, какой балл набрала Мэй. Честно говоря, меня не волнует, насколько хорошо вы справляетесь с тестами. Важно то, что вы умеете делать, а вы оба, очевидно, умеете делать вещи высшего качества. Онидзука уже полгода рассказывает мне о своей замечательной ученице. Он приходил ко мне с хорошими рекомендациями в прошлом, но я должен признать, что вы двое поразили меня сегодня. Вы хорошо подойдете для моего класса. У нас много странных личностей на факультете поддержки.

— Только пообещайте мне одну вещь, — сказала Мэй, когда они выходили из здания. Она обняла Силовой Костюм. — Позаботьтесь о моём ребенке как можно лучше! Не оставляйте его под дождем и обязательно полируйте его каждый день! Иначе ему будет одиноко.

Погрузчик захихикал:

— Не волнуйся, твоё творение в надежных руках. Я позабочусь о том, чтобы о нём хорошо заботились.

— Ну хорошо. Будь умницей, милый! Мамочка и папочка очень тебя любят и скоро вернутся за тобой с большим количеством обновлений!

У входа мистер Онидзука и Погрузчик расстались с двумя учениками, оставив их идти домой одних.

— Не могу поверить, что нам придется ждать ещё три месяца до начала занятий! — пожаловалась Мэй. — Мистер Маиджима даже забрал нашего ребенка! Придется разрабатывать что-то новое, Мидория!

Изуку молчал, всё ещё обдумывая случившееся. Он не мог попасть на геройский факультет без причуды. Скорее всего, он не смог бы попасть ни в одну уважаемую академию для героев без неё, и, кроме того, если бы его разлучили с Мэй, он потерял бы всякую надежду приобрести снаряжение, необходимое для того, чтобы стать героем. К тому же, она была единственным человеком, который верил в то, что он сможет стать Героем.

К счастью, Мэй была вполне способна вести разговор сама, и она увлеченно рассказывала о своих различных планах относительно новых 'детей', которых они будут делать вместе, и о том, как Изуку должен их сопровождать. Изуку на некоторое время погрузился в размышления о будущем, но потом Мэй сказала нечто такое, что вернуло его к реальности.

— Ты действительно был как герой, когда уничтожил того робота! Один удар! Бах! Как будто ты знал, что делать! Я знала, что ты будешь отличным партнером по мастерской! Когда-нибудь ты станешь величайшим в мире героем, Изуку, и именно наши дети сделают тебя таким!

Изуку остановился, эмоции захлестнули его. Мэй прошла ещё несколько шагов, а Изуку повесил голову, закрыл лицо руками и начал плакать. Заметив, что он больше не идет с ней, Мэй остановилась, повернулась и странно посмотрела на Изуку:

— Что случилось? Ты расстроился, что не попал на геройский факультет или что-то еще?

Слезы начали струиться по лицу Изуку, и он вытер их, пытаясь взять себя в руки:

— Н-н-нет. Т-т-то есть, д-да, я хочу. Я в-всегда хотел учиться на этом ф-факультете всю свою жизнь, но... но...

— Эй.

Изуку почувствовал руку на своем плече и, подняв голову, увидел, что Мэй улыбается ему:

— Всё в порядке! Мы можем просто продолжать делать детей вместе! Это не значит, что ты не можешь пройти тест на получение геройской лицензии или что-то в этом роде, даже если ты не на геройском факультете! Мы просто сделаем таких замечательных детей вместе, что все должны будут увидеть, какие они милые!

— С-спасибо, Мэй, — сказал Изуку, вытирая глаза и улыбаясь ей. — Это... это очень много значит для меня. Ты... ты единственная, кто верит в меня, в мою мечту.

— Конечно, верю. Ты единственный, кто верит в меня! — заявила Мэй. Затем она сделала паузу, нахмурившись. — Эй, ты только что назвал меня Мэй?

Глаза Изуку расширились:

— Прости, я знаю, что это, наверное, слишком неформально с моей стороны...

— Давно пора, черт возьми! Знаешь, как меня смущает то, что ты продолжаешь называть меня Хатсуме, даже когда мы в кругу моей семьи? Я даже не знаю, с кем ты разговариваешь половину времени! Ты хуже, чем я, смотришь на людей, когда говоришь с ними! Тебе никто не говорил, что у тебя, возможно, тоже аутизм? Видишь, мы абсолютно похожи! Вот почему ты лучший партнер по работе в мастерской! Теперь я знаю, что тебя развеселит! Мы вместе сделаем супер удивительного ребенка, который превратит тебя в удивительного героя! Я читала комиксы о Бэтмене, которые ты оставил валяться повсюду, и думаю, тебе нужен пояс с инструментами! Мы можем положить туда устройство для искусственного дыхания, лазерный резак, может быть, несколько дымовых бомб — я всегда хотел делать дымовые бомбы, и...

Изуку вытер глаза и поспешил за Мэй, которая продолжала перечислять различные устройства, которые они могли бы создать вместе. Несмотря на то, что он столкнулся с огромной неудачей, ему стало легче. Он станет героем, пока хотя бы один человек верит в него, он сможет это сделать.

---

Примечание автора:

Отказ от ответственности: Я не являюсь клиническим психологом. Данные, представленные здесь, являются выдумкой, и любое сходство с реальными людьми является непреднамеренным и не нарушают конфиденциальности.

Отзыв о переводе 504:

Имя: Мидория, Изуку

Возраст: 15 лет

Дата рождения: 15 июля

Пол: Мужской

Причуда: *Смотрите оценку

Место обучения до перевода: Средняя Школа Альдера

Кейс-менеджер: Хорикоши, К

Академия поступления: Юэй

Результаты актуальны на 8-й год обучения (дальнейшее тестирование отменено).

Результаты тестов / Процентный рейтинг

Когнитивные: 110 / 76

Академические: 113 / 81

Адаптивные: 110 / 75

Социальные: 92 / 30

Речь 87 / 19

Примечания асессоров:

Когнитивные

Сильные стороны Изуку находятся в основном в областях 'Быстрое рассуждение' (112) и 'Скорость обработки информации' (114); он способен быстро соображать и реагировать внешние раздражители. Самый низкий балл он набрал в вербальной области — 98. Баллы не были сняты за дефект речи Изуку (см. результаты по речи).

Академические

У Изуку в целом высокие баллы во всех академических областях. Его основные сильные стороны — языки и история. Его оценка за письменную речь (109) заметно выше, чем оценка за устную речь (97), что на одно стандартное отклонение выше. Изуку обычно занимает первые места в классе по всем предметам. Его общий рейтинг входит в 10% лучших учеников в его школе. Нет необходимости в специализированном обучении в области академических дисциплин.

Адаптивные

Изуку очень инициативен в удовлетворении своих собственных потребностей. Его мать сообщает, что он уже давно может сам о себе позаботиться и очень внимательно относится как к гигиене, так и к питанию. Изуку отвечает, по крайней мере, за часть самостоятельного приготовления пищи и способен сделать соответствующий выбор. Адаптивные услуги не требуются.

Социальные

Изуку очень изолирован в социальном плане из-за своего статуса 'беспричудый' (см. оценку причуд). Это усугубляется дефектом речи самого Изуку и отсутствием стремления к социальному взаимодействию со сверстниками. Он редко вступает в контакт в своей собственной возрастной группе сверстников, но адекватно и с энтузиазмом реагирует, когда к нему обращаются другие. Он способен разговаривать на самые разные темы, хотя, как это обычно бывает, у него есть предпочтительный круг тем. В настоящее время команда считает, что дальнейшая изоляция Изуку от сверстников для специализированного обучения будет вредна для его социального развития. Ситуация будет контролироваться в соответствии со стандартом 504 для лиц без причуды.

Примечание психолога: семья Изуку склона к депрессии. Он должен встречаться с консультантом SBBH три раза в год для обследования. И его мать, и отец сообщали о суицидальных наклонностях или мыслях. На данный момент Изуку не сообщал о подобных мыслях. Это в дополнение к стандартному консультированию беспричудного в соответствии стандартом 504.

Речь:

Несмотря на прогресс, достигнутый за предыдущие школьные годы, Изуку продолжает демонстрировать выраженное заикание, вызванное социальной тревогой. Его социальный язык адекватен, и он способен сообщать о своих желаниях и потребностях; инвалидность полностью связана с речевым производством. В настоящее время по запросу родителей речевые услуги для Изуку прекращаются. Рекомендуется терапия социальной тревожности*.

*Примечание — отклонено родителями.

Причуда

Изуку — продукт союза двух пользователей причуд 4-го поколения. Однако у Изуку не проявилась ни одна причуда. Тестирование, проведенное в возрасте 5 лет, показало, что Изуку не обладает геном QR.16. С 5 лет Изуку считается беспричудным.

Диагноз:

Изуку Мидория в настоящее время не имеет права на услуги специального образования, и родители отказались от дальнейших речевых/языковых услуг. Услуги психолога будут продолжены в соответствии со стандартом 504 и рекомендациям по психическому здоровью учащегося.

Получено академией Юэй

Новый кейс-менеджер, Инуи, Р (Психолог)

Классный руководитель: Маиджима, Х

Примечание: Изуку первоначально подал заявление на геройский факультет. Однако, так как он был без причуды, ему было отказано. Он был принят на факультет поддержки по рекомендации 13 марта (Маиджима). Изуку близок с Мэй Хатсуме*, оба были приняты за их сотрудничество в создании продвинутого вспомогательного снаряжения. Социальное взаимодействие между ними должно поощряться, но контролироваться.

Кейс-менеджер продолжит консультационные услуги.

*Смотрите досье.

Я не знаю законов Японии, но в Штатах статус Изуку как 'беспричудный', вероятно, квалифицирует его как 504 для адаптации в классе. Отмеченные у него депрессивные наклонности также могли бы пометить его дело для дополнительных услуг по 504 стандарту по консультированию и терапии.

　Считайте, что все учителя в Юэй высоко компетентны в своей работе — это мой личный сценарий исполнения желаний AU.

　Да, это означает, что и Всемогущий тоже.

---

　Вещает Переводчик: Я совсем не шарю в эти психологические штуки, так что тут может быть тонна ошибок! Поиск терминов не особо помогает у меня становится всё больше и больше вопросов. Общую суть передал, насколько мог, как человек не разбирающийся в теме чуть ли не полностью.

Героя делает путь,

который он выбирает,

а не силы, которыми он наделён.

— Тони Старк

---

— Мидория, Бакуго, должен сказать, что я безмерно горжусь вами обоими! — сказал их учитель, похлопав каждого из них по плечу. Это был последний день в школе, и Изуку вздрогнул от неожиданного внимания. На мгновение ему показалось, что Бакуго взорвется от гнева, но вместо этого другой мальчик лишь понимающе ухмыльнулся.

— Ну, мы оба хотели поступить в Юэй, но только один из нас зачислен на геройский факультет, — заявил Бакуго. — Дэку вместе с другими статистами на факультете поддержки.

— Да! Но чтобы поступить туда по рекомендации! Я и не знал, что ты такой талантливый изобретатель, Мидория! Должно быть, это все те вещи, которым ты научился за годы учебы здесь, — бахвалился учитель.

Вместо того, чтобы поправить учителя, что это Мэй помогла ему, Изуку просто опустил глаза, постукивая пальцами друг о друга и краснея. И снова он ожидал, что Бакуго огрызнётся на него, напомнив, что ему пришлось потрудиться, чтобы получить место в Юэй, в то время как Изуку просто дали место, но Бакуго только рассмеялся.

— Ха! Я получил самый высокий балл за весь год! Держу пари, что Дэку просто показал им что-то отстойное, что он собрал. По крайней мере, ты понял своё место, ботаник. Может быть, если ты будешь хорошо работать, я даже позволю тебе сделать кое-что из моего снаряжения!

Это заставило Изуку испуганно поднять глаза:

— Для меня было бы честью помочь такому сильному человеку, как ты, Каччан.

— Не смей называть меня так, — зашипел Бакуго, впервые проявив свою обычную раздражительность. — С этого момента обращайся ко мне только как к Бакуго. Я не хочу ассоциироваться с таким чертовым статистом, как ты, понял?

— Так, так, мальчики, я уверен, что вы оба добьетесь больших успехов в Юэй. Не каждый день мы отправляем двух наших учеников в лучшую академию страны. Да ещё и из моего класса! — сказал их учитель, надувшись. — Не забудьте вспомнить меня, когда вы оба станете знаменитыми.

— Пфф. Конечно, — сказал Бакуго, поворачиваясь, чтобы уйти. — Вспомню, стоя на пьедестале, каким великим я стал, оставив такой никчемный мусор за собой!

Их учитель выглядел потрясенным, но Изуку быстро поклонился ему:

— Большое спасибо, учитель! Я обязательно буду думать о том, чему вы меня научили, когда буду посещать Юэй!

— Что ж, проследите за этим, — приказал учитель, выглядя успокоенным.

Изуку ушел, и на мгновение он почти окликнул Бакуго. Но потом его руки сжались в кулаки, и он посмотрел вслед Бакуго, который продолжал уходить, не обращая внимания на то, что было позади него.

— Однажды, однажды ты узнаешь обо мне как о герое, Каччан! — прошептал Изуку. — Ведь теперь у меня есть друг, который верит в меня! Я превзойду даже тебя и стану самым удивительным героем, которого когда-либо видел мир! Первым и величайшим в мире героем без причуды!

Мэй, как обычно, уже работала, когда Изуку пришел в её мастерскую:

— Изуку! Быстрее, иди сюда, я хочу испытать эти новые дымовые шашки!

— Нет, подожди, не надо… — но было слишком поздно. Мэй взорвала дымовую шашку в своей комнате, что, конечно же, вызвало пожарную тревогу, и весь магазин пришлось эвакуировать. Запаниковавший покупатель позвонил в пожарную службу, хотя никакого пожара на самом деле не было.

— Просто… просто уйди на несколько часов, Мэй, — сказала её мать, устало покачивая головой. — Это был твой последний день в средней школе! Сегодня вечером должен был быть праздник! Но теперь… нам придется потратить много времени на уборку этого беспорядка.

— Мы могли бы помочь, миссис Хатсуме, — неуверенно предложил Изуку.

Она улыбнулась ему, покачав головой:

— Нет, только не ты, Изуку. Отведи Мэй куда-нибудь и… займитесь чем-нибудь нормальным, хотя бы раз. Вы двое ничего не делаете, только мастерите и учитесь. Это неправильно. Вы, дети, должны хоть иногда развлекаться. Вот. Я собиралась потратить эти деньги на ужин сегодня, но, думаю, будет лучше, если вы двое исчезнете, пока твой отец не успокоится, Мэй. Это всего лишь 10 000 йен, но я уверена, что вы сможете сделать с ними что-нибудь веселое.

— Да, мааам! — нетерпеливо сказала Мэй, выхватывая деньги. — Пойдем, Изуку, ты её слышал! Мы займем себя на несколько часов!

Не успели они отойти далеко, как Мэй начала хихикать, вытянув деньги перед собой:

— Этих денег хватит на всевозможные вещи! Мы могли бы купить еще несколько катушек вольфрамовой проволоки, ооо, или несколько больших резисторов, или…

— Не в этот раз, — Изуку протянул руку и выхватил деньги из рук Мэй.

— Что?! Изуку, что ты делаешь! Отдай их! Нам нужно больше вещей для наших малышей! — пискнула Мэй, привлекая внимание нескольких прохожих.

— Это не то, чем кажется…

— Чертовы отцы-бездельники. Дети в наше время совсем распоясались, — пробормотала одна из пешеходов — женщина с головой как у попугая.

Изуку вздохнул, когда Мэй продолжила пытаться забрать деньги. Изуку нахмурился и убрал деньги:

— Мэй! Слушай, мы, мы должны взять выходной. Давай… давай сделаем что-нибудь веселое, как сказала твоя мама. Мы ведь только что закончили среднюю школу! Мы могли бы сходить в кино или поесть что-нибудь вкусненькое.

Мэй посмотрела на Изуку:

— Хм. Но остальные деньги мы потратим на вещи для наших детей?

Изуку вздохнул:

— Да, хорошо. Я действительно хочу сделать несколько новых вещей до начала семестра. Может быть, если я покажу Погрузчику, что я могу сделать с новым оборудованием, я смогу…

— Хорошо, тогда пойдём делать что-нибудь веселое! — заявила Мэй, схватив Изуку за руку и поспешив вперед. Через несколько секунд она остановилась, нахмурилась и оглянулась на него. — А что мы можем сделать интересного?

— Может, сходим в кино? — предложил Изуку.

— Хорошо. На какой фильм? — требовательно спросила Мэй.

— Эм… — Изуку почесал голову. Прошло много времени с тех пор, как у него было достаточно свободного времени, чтобы следить за выходом новых фильмов. — Кажется… кажется, вышел новый фильм с Всемогущим? Но… но я не очень хочу его смотреть…

— Эх, всё равно это звучит скучно, — пренебрежительно сказала Мэй. Затем она просияла. — Я знаю! Эти комиксы, которые ты постоянно читаешь, очень забавные! В них есть несколько интересных идей! Мы могли бы купить их побольше! Наверняка они даже дешевые!

— Да, конечно, — поспешно согласился Изуку. Теперь, когда он задумался об этом, как он хотел бы развлечься? Он никогда не любил парки развлечений и игровые автоматы. И ему совсем не хотелось смотреть фильм с участием Всемогущего. Его бывший кумир резко упал в его глазах. На данный момент у него уже не было раритетного мерча с Всемогущим, он продал большую его часть, чтобы купить новые материалы для работы с Мэй или тренировочные снаряды и снаряжение.

Если подумать, то Изуку в эти месяцы занимался всего несколькими вещами. Он ходил в школу, учился с Мэй, работал над изобретениями с Мэй, тестировал изобретения с Мэй и тренировался по программе тренировок 'Герой'. Сначала его мать беспокоилась, что он слишком много времени проводит вне дома, но с тех пор, как Погрузчик лично позвонил ей, чтобы поздравить с зачислением в Юэй по рекомендации, эти опасения улетучились.

— Я так рада, что ты нашел новую мечту, Изуку! — сказала его мать, крепко обнимая его. — Ты будешь замечательным изобретателем! Ты всегда был талантлив и трудолюбив, а теперь у тебя есть то, чем ты действительно можешь заниматься, чтобы направить все свои навыки в нужное русло!

Изуку знал, что мать пыталась подбодрить его, но от этого ему было только больней. Даже она не верила в него. Только Мэй верила, и поэтому Изуку проводил время именно с Мэй. Он не доверял свои мечты никому другому.

Изуку и Мэй ехали на поезде до магазинчика 'Корусант Комикс' в уютной тишине, нарушаемой только напеванием под нос незатейливой мелодии Мэй. Мэй чередовала периоды маниакального бормотания с напеванием чего-либо под нос, в зависимости от того, было ли у неё что-то, чем она была одержима, чтобы поговорить об этом. Изуку не возражал, ему было приятно проводить с Мэй время, когда они не работали и не учились. Это было похоже на то, что делают нормальные друзья, хотя Изуку первым признал бы, что у них с Мэй не совсем то, что можно назвать нормальной дружбой.

— Ну, посмотрите, кто это! — сказал мистер Азара, когда Изуку вошел. — И теперь я знаю, почему ты не так часто приходишь! Мидория! Ты должен был сказать мне, что у тебя есть девушка!

Пока Изуку краснел и что то бормотал, Мэй подошла к стойке:

— Здравствуйте. Я Мэй Хатсуме. Нам сказали сделать что-нибудь веселое. Я думаю, что комиксы про Железного Человека и Бэтмена — это весело. Мы хотели бы купить несколько. Или, возможно, любые схемы, относящиеся к вспомогательным устройствам, которыми обладают Брюс Уэйн или Тони Старк. О! Если у вас есть рецепт отличных дымовых шашек, я бы тоже хотела такой приобрести!

Мистер Азара рассмеялся, когда Изуку зашаркал ногой рядом с Мэй:

— Ну вот, тебе удалось найти такую же целеустремленную даму, как и ты, Мидория! Да ещё и симпатичную. Ты ведь фанат Железного Человека и Бэтмена?

Мэй кивнула:

— Как изобретатель, я нахожу чтение о подвигах коллег-изобретателей особенно увлекательным. Они дали мне столько идей для моих малышей! Мы модифицировали номер 17 в крюк для захвата, чтобы увеличить мобильность и притягивать злодеев! Это было так впечатляюще, что нас с Изуку обоих приняли в Юэй по рекомендации! Я — гений, а он станет лучшим героем в мире!

— Тебя приняли в Юэй! — Огромная ухмылка расплылась по лицу мистера Азара. — Боже мой, Мидория, ты действительно сделал это! И по рекомендации! На какой факультет? Судя по речи твоей девушки о изобретениях, я полагаю, на факультет поддержки?

Изуку кивнул, всё ещё чувствуя себя неловко из-за того, что мистер Азара решил, что Мэй — его девушка. Она не думала об Изуку так, даже если ему было всё труднее и труднее не думать о ней как о девушке, а как о красивой девушке, которая была его другом:

— Да-да, именно так. Но видишь ли, Мэй не…

— Это потрясающе! Это требует празднования! Я думаю, у меня есть кое-что для вас двоих. Подождите, — мистер Азара скрылся в подсобке, а Мэй напевала себе под нос и слегка подпрыгивала на своих ногах.

Изуку был занят изучением своих ног и размышлял, обиделась ли Мэй на то, что мистер Азара сказал, что она его девушка, или Мэй, как обычно, не уловила этого социального посыла, когда кто-то прочистил горло позади них. Изуку повернулся, чтобы посмотреть, кто это, а Мэй продолжала делать то, что делала, всё еще глядя на дверной проем, через который вышел мистер Азара.

— Так-так-так, обычно в этом заведении не бывает таких… привлекательных экземпляров, — гнусавым голосом сказал толстый, с жирной кожей подросток на несколько лет старше Изуку и Мэй, с заметными прыщами. Изуку смутно узнал его как завсегдатая магазина комиксов. Его звали Коджи, максимум он с ним обменивался парой слов о последних комиксах, когда Изуку посещал магазин в прошлом. Тогда он был достаточно приятным собеседником, но сейчас он косился на Мэй так, что Изуку стало не по себе, и он почему-то разозлился.

— Эй, я с тобой разговариваю, — повторил Коджи.

Мэй, наконец, взглянула на него:

— Да, здравствуйте. Я Мэй Хатсуме. Я здесь из-за комиксов.

— Ну, это логично, ведь это магазин комиксов, — сказал Коджи, сложив руки на груди. — Так получилось, что я очень много знаю о комиксах. Что ты хочешь узнать? Я бы не отказался обсудить такие вещи с женщиной, если бы она не была слишком скучной.

— Ты знаешь о Железном Человеке и Бэтмене? — сказала Мэй. — Знаешь ли ты, как повторить предметы на поясе Бэтмена? Я работаю над созданием дымовых шашек, но думаю, что мне нужно более проветриваемое рабочее место. Я хочу попробовать лазерные устройства для взлома замков, но у меня пока нет необходимых энергетических устройств.

Коджи моргнул, от вывалившейся на него тирады:

— Железный Человек? Бэтмен? Это отстойные, старые комиксы. Почему ты не интересуешься более интересными героями? Но ты же с Мидорией. Он в основном интересуется Всемогущим, который слишком мейнстримный, но у него есть впечатляющее количество знаний о других, более интересных героях.

— Понятно. Ну, меня интересуют только эти двое. Было приятно поговорить с тобой, — с этими словами Мэй повернулась обратно и снова начала напевать себе под нос.

Изуку вздохнул с облегчением, но тут Коджи протянул руку и схватил Мэй за плечо:

— Эй! Я не закончил с тобой разговаривать.

Мэй посмотрела на него, но Изуку сделал шаг вперед:

— Коджи, ты читал последний выпуск 'Все Звёзды Всемогущего'? В последнее время я не так часто их читаю.

— О чем ты говоришь, Мидория? Ты же знаешь, что Всемогущий слишком популярен, для такого гика как я, — фыркнул Коджи.

Как раз в этот момент вернулся мистер Азара, держа в руках стопку DVD-коробочек:

— Коджи! Оставь бедную девушку в покое. Иди попускай слюни над чем-нибудь другим. Она уже занята, или ты не видел, как она вошла с Мидорией?

— Ну, я просто подумал…

— Если бы это было впервые. Иди, приставай к кому-нибудь другому, или я не придержу твою лимитированную фигурку Его Пурпурного Высочества, когда она поступит на следующей неделе!

— Ну и ладно. Она всё равно была грубой, — Коджи ушел, а Мэй улыбнулась Изуку.

— Спорим, у него аутизм! У него нет социальных навыков.

У Изуку отвисла челюсть. Непоследовательность Мэй застала его врасплох. Обычно Мэй демонстрировала плачевное отсутствие навыков общения. Как она могла распознать те же недостатки в ком-то другом?

В свою очередь, мистер Азара чуть не уронил стопку DVD, так как он сильно рассмеялся:

— Ха-ха! Ох, он, конечно, может быть таким! Ха-ха, Мидория! Где ты нашел эту девушку?

— На помойке, — услужливо подсказала Мэй. — Он спас меня и моего ребенка.

— Вот это та история, которую ты мне когда-нибудь расскажешь, — усмехнулся мистер Азара, вытирая уголки глаз носовым платком. — Похоже, она идеально подходит тебе, Мидория! Из вас двоих получится симпатичная пара. Но вот, это для вас двоих.

Изуку взял первый футляр, надеясь, что Мэй продолжит игнорировать комментарии, и прочитал:

— 'Batman, the Animated Series'? Хм, это интересно.⁽¹⁾

Мэй посмотрела на DVD, затем скорчила гримасу:

— Фу, он на английском, с субтитрами? Я ненавижу английский. Нет версии с озвучкой?

— Что? Я не принимаю такую ересь в своем магазине! — с издевательским возмущением заявил мистер Азара, положив руки на бедра. — Уходи отсюда, неверная! Я держу у себя только оригинал с субтитрами.

— Ладно. Пойдем, Изуку, мы можем заняться чем-нибудь другим. Или мы можем просто пойти в магазин электроники и купить что-нибудь для наших малышей!

— Мэй, он шутит, — сказал Изуку, поймав руку Мэй. — Он иногда так шутит.

— О, — Мэй повернулась и пожала плечами. — Извините, я не очень понимаю шутки. Это был сарказм? Мистер Онидзука говорит, что у меня плохо получается распознавать сарказм.

— Возможно, — сказал мистер Азара, покачав головой. — Ты действительно вписалась бы здесь, Мэй. Но если тебе не нравится английский, у меня есть 'Бэтмен: Ниндзя' и 'Железный Человек 2010' в японском оригинале.

— Хорошо. Сколько с нас? У нас есть только 2000 йен, — заявила Мэй.

Изуку поморщился. Это была лишь пятая часть того, что у них было, а такие старые вещи обычно стоили дорого.

— Ну, как насчет того, чтобы взять бесплатно? Спорим, вы двое только что закончили среднюю школу? И вы поступили в Юэй! Это очень здорово. Считайте, что это мой подарок вам на выпускной. Просто верните их, когда закончите просмотр.

— Правда? — вздохнул Изуку. Он улыбнулся и поклонился. — Большое спасибо, мистер Азара!

— Да, спасибо! — согласилась Мэй, потянувшись за DVD-дисками. Затем она взглянула на Изуку, сделала быстрый поклон в сторону мистера Азары и взяла предложенные DVD-диски. — Это выполняет наши обязательства по развлечению, не так ли, Изуку?

— Ну, мы ещё должны посмотреть кое-что из этого, Мэй, — сказал Изуку и поспешил за Мэй. Он в последний раз помахал рукой мистеру Азара, который собирал другие DVD-диски и хихикал про себя. Он поморщился. Он так и не поправил мнение владельца магазина, о том, что они с Мэй встречаются, но теперь было уже поздно, тем более что они получили такой замечательный подарок.

— Ну, мы не можем вернуться и посмотреть на них сейчас, моя мама, наверное, всё ещё уговаривает папу перестать злиться, — сказала Мэй. — Так что, я думаю, мы должны пойти за покупками!

— Может быть, мы могли бы пойти ко мне и посмотреть их? — это предложение вырвалось из уст Изуку прежде, чем он смог заставить себя остановиться и подумать. Что о нём подумает Мэй, когда он приглашает её к себе домой, чтобы вместе посмотреть фильмы? О, подождите, точно. Это же Мэй. Скорее всего, она просто спросит, нет ли у него еще ненужных пылесосов.

— Это приемлемо, — согласилась Мэй. — Тем более, что у нас ещё есть 10000 йен! О, есть столько замечательных вещей, которые мы можем купить для наших малышей!

— Да, эм, почему бы нам сначала не купить немного еды. Я напишу маме, чтобы она знала, что мы приедем и принесём что-либо к ужину.

— Хорошо. Лишь бы это было не слишком дорого! — заявила Мэй. — Но мы должны потратить хотя бы немного времени на планирование того, что мы будем строить дальше!

— Ну, может быть, мы найдём какие-либо идеи на DVD? — предложил Изуку. — У ниндзя должно быть очень крутое снаряжение, верно? Может быть, мы сможем почерпнуть несколько идей из фильма 'Бэтмен: Ниндзя'.

— Очень хорошо. Это не похоже на пустую трату времени, — согласилась Мэй, но потом перевернула DVD и начала читать обратную сторону, напевая себе под нос и улыбаясь. Возможно, она и вправду с нетерпением ждала этого.

В конце концов, они купили горячую еду в магазине на углу рядом с квартирой Изуку. Его мать радостно встретила их у двери, накрыв на стол, чтобы они могли поесть, пока смотрят фильм:

— Ооо! Мой малыш закончил среднюю школу! И собирается поступает в академию! И ты пригласил друга посмотреть кино! Это так замечательно!

— Я… это же не свидание или что-то в этом роде! — запротестовал Изуку.

— Правда? — спросила Мэй, выглядя озадаченной. — Я думала, мы развлекаемся. Разве это не свидание? Господин Онидзука рассказывал мне о свиданиях, и это похоже на свидание, — она посмотрела на Инко. — Вы думаешь, это свидание? Мне кажется, Изуку запутался.

— Это может быть свиданием, если ты этого хочешь, милая, — сказал Инко, похлопав Мэй по руке. — А теперь заходите внутрь. О, вы принесли напитки! Это хорошо, я волновалась, что у нас не будет ничего, что бы тебе нравилось!

— Я питаюсь кофе, энергетическими напитками и иногда клубничным Юху! — заявила Мэй.

Как оказалось, Мэй была, пожалуй, худшим человеком для совместного просмотра фильма. Она постоянно комментировала происходящее, говорила о том, что что-то невозможно, или заявляла, что может создать лучшую версию того, что сейчас показывают на экране. Однако Изуку не возражал, так как 'Бэтмен: ниндзя' был совершенно бессмысленной анимацией, которая, скорее всего, показалась бы ему скучной и унылой без цветных комментариев Мэй. В итоге он смеялся и подшучивал над происходящим вместе с Мэй, а Инко просто сидел на диване, ела попкорн и плакала.

Изуку был уверен, что его мать была убеждена, что у него первое свидание, и что такое эмоциональное событие довело её до слёз счастья. Для Изуку это не было похоже на свидание. Не было неловких пауз, они с Мэй не смотрели друг другу в глаза, не называли друг друга ласковыми именами, не касались случайно рук и не делали ничего из того, чего он ожидал бы от настоящего свидания. И уж точно не было драматического признания в любви. Вместо этого он чувствовал себя комфортно и просто наслаждался общением со своим другом.

В конце полнометражки он улыбнулся Мэй:

— Это было весело.

— Правда? Я думала, что это аниме было глупым. Вроде, тебе оно тоже не понравилось, — размышляла вслух Мэй. — Тебе действительно понравилось? Я думала, ты умнее.

— Нет, это было плохим, — засмеялся Изуку. — Но было весело смотреть его с тобой. Особенно когда ты указала на то, насколько невозможны были эти трансформирующиеся замки!

— Ни паровые двигатели, ни электрические станции, работающие на угле, не смогли бы обеспечить достаточную мощность для обеспечения работоспособности всего этого! И физика так просто не работает! Они не объяснили, как всё это работает! И как бомба может разорвать пространственно-временной континуум и отправить их назад во времени в Японию, если они из Америки? — продолжала мысль Мэй.

Изуку рассмеялся:

— Точно! А та часть, где обезьяны образовали гигантскую обезьяну? Тепло их тел убило бы их всех!

— Видишь? Именно это я и имела в виду! Это было так глупо! — согласилась Мэй. Она нахмурилась. — Скажи, это было весело? Смотреть фильм, даже если он нам не понравился, было весело?

— Думаю, да. По крайней мере, смотреть его с тобой было весело. Особенно потому, что мы вместе смеялись над ним!

— Хм. Ну, ладно. Это было весело. Но я думаю, что делать детей вместе веселее! — заявила Мэй.

Инко поперхнулась, и Изуку пришлось вскочить и хлопать её по спине, пока она не выкашляла попкорн, которым подавилась.

Мэй нахмурилась, наклонив голову на одну сторону:

— Я должна что-то сделать?

— Н-нет, я в порядке, Мэй, — вздохнула Инко.

— Она имеет в виду изобретения! — поспешно объяснил Изуку. — Она называет их своими детками! Ну, на самом деле, это наши дети. Это то, что она имеет в виду! Мы, мы не делаем ничего подобного!

— Ладно, Изуку, но я предупреждаю тебя! Без шуток, — Инко посмотрела на сына. — Если ты сделаешь что-то, что запятнает репутацию Мэй, я не знаю, что с тобой сделаю!

— Ему будет довольно сложно это сделать. Все и так считают меня очень странной, — прокомментировала Мэй.

По какой-то причине это заставило Изуку и его мать разразиться смехом. Через мгновение Мэй тоже засмеялась:

— Да! Мы все очень странные!

— Думаю, ты права, — хихикнул Изуку. — Но я бы не хотел, чтобы было иначе, Мэй.

---

1) Вещает Переводчик: Да, это тот самый Бэтмен 90х ~Ъ

Вернуться к тексту

Вы не можете вернуться и изменить начало, но вы можете начать с того места, где находитесь, и изменить конец.

— Клайв Льюис

---

Изуку чувствовал, что день, когда он поступил в академию, был лучшим днем в его жизни. Он собирался в Юэй, академию своей мечты, у него появился настоящий друг, с которым он вскоре встретится там.

Другая часть его души чувствовала, что кто-то только что прошелся по могиле его мечты. Мог ли он действительно стать героем? Беспричудный, отвергнутый геройским факультетом, и даже его родители не верят в него.

— Изуку, я так горжусь тобой! Вот, это от твоего отца из Америки. Он передаёт свои поздравления.

Изуку взял упакованную коробку, чувствуя, как его сердце слегка заколотилось. Он почти никогда не получал известий от своего отца. Он открыл её, и его волнение резко оборвалось. Это был набор высокоточных инструментов и очень дорогих. Вместе с ними лежала записка:

[Молодец, сынок, ты будешь отличным изобретателем. 　— Папа.]

Конечно. Его отец не верил в него. Не то чтобы Изуку ожидал чего-то лучшего от человека, которого едва знал. Он заставил себя улыбнуться:

— Вау, это здорово. Я уверен, что это пригодится нам с Мэй, когда мы будем что-то собирать.

Он будет использовать эти инструменты. Он сделает из себя героя, самого великого героя в мире, который будет спасать жизни и верить даже в тех, в кого никто не верит. Он в последний раз обнял свою плачущую мать и вышел за дверь.

Изуку приехал в Юэй рано, но не так рано, как Мэй. Он не удивился, когда обнаружил её уже в мастерской поддержки, её форма уже испачкалась от масла и пота, когда она работала над Силовым Костюмом.

— Не волнуйся, малыш, мамочка здесь, и она принесла обновления, как и обещала! — говорила Мэй изобретению, когда подошел Изуку.

— Доброе утро, Мэй, — поприветствовал её Изуку.

Она подняла на него глаза и улыбнулась:

— Я уже рассчитала площадь этой мастерской и объем! Здесь безопасно и мы можем заниматься нашими малышами! Готов стать героем?

Надежда зашевелилась в сердце Изуку:

— Да! Я стану самым великим героем в мире!

— Ха! И это будут наши малыши, которые приведут тебя туда! Эй, что это у тебя? — Мэй спрыгнула с силового костюма и поспешила к нему, а Изуку поставил набор инструментов.

— Подарок от папы. Они очень хороши.

— О-хо-хо, они прекрасны, Изуку! Мы вместе сделаем таких замечательных детей! А теперь пойдем, я нашла лучший источник энергии, который просто валяется в мастерской Погрузчика!

— Точно! — Вскоре Изуку тоже был по локоть в масле, не забыв только заставить себя и Мэй снять куртки. Новые инструменты оказались полезными, и вскоре Изуку уже был под костюмом, переделывая новый источник энергии.

— Похоже, нам нужны провода более высокого класса, Мэй! — крикнул он. — Этот блок перегружен напряжением. А также потребуются несколько новых конденсаторов, эти сгорели.

Он протянул руку, и кто-то вложил в нее набор хорошо намотанных толстых медных проводов:

— Спасибо, Мэй!

— Я бы сказал, что не за что, но пора уже начинать занятия. Давай, парень. Дай мне хотя бы донести основную информацию, прежде чем ты начнешь.

Изуку сел рывком, ударившись головой о шасси. Он издал стон, затем выскользнул из-под Силового Костюма и посмотрел на улыбающиеся лицо Погрузчика.

— Простите, мистер Погрузчик, сэр!

— Я же говорил тебе, в классе ты называешь меня мистер Маиджима. А теперь пошли, пора.

Изуку быстро встал и увидел, как Мэй разочарованно смотрит на господина Маиджиму, приглашающего её зайти внутрь.

— Но наш ребенок, мы…

— Мистер Онидзука предупреждал меня о тебе, Хатсуме. Я говорю тебе прямо сейчас: Я не злюсь, что ты украла источник питания от одного из роботов с испытаний. Я даже впечатлен. Я расстроюсь, если ты не придешь на занятия и не познакомишься со своими одноклассниками.

— О, хорошо. Но я думала, что в Юэй мы сможем постоянно делать детей, — пожаловалась Мэй, направляясь внутрь.

— Пожалуйста, не говори так, Мэй, — простонал Изуку. — И ты действительно украла источник питания от одного из роботов?!

— Он просто валялся там, никто за ним не следил, — пожала плечами Мэй. — Кроме того, я уверена, что у них их много.

Внутри класса остальные ученики ждали. К удивлению Изуку, в передней части класса было два места рядом друг с другом. Подойдя ближе, он увидел, что Мэй положила свой рюкзак на одно из мест, а после и табличку с своим именем — на другой. Он улыбнулся сидящему рядом мальчику, голова которого была похожа на голову улитки, но прежде чем он успел что-то сказать, господин Маиджима встал перед классом.

Сегодня мистер Маиджима был одет в свою геройскую форму, которая состояла из шлема и ковша экскаватора, специальных перчаток для усиления его причуды, Железных Когтей, пары синих джинсов и он был без рубашки. Хотя по какой-то причине на нём был ярко-синий галстук.

— Доброе утро, добро пожаловать на факультет поддержки, класс 1-H. Вы все меня уже знаете, я ваш классный руководитель. Вы здесь, потому что хотите научиться делать предметы поддержки, чтобы помогать героям на поле боя, и…

— Это неправда, — перебила его Мэй, даже не подняв руку. — Изуку хочет стать героем, ты просто не пускаешь его на геройский факультет, хотя наш ребенок полностью уничтожил того робота.

— Она имеет в виду Силовой Костюм! — сказал Изуку, в отчаянии повернувшись, чтобы посмотреть на своих одноклассников. К его огорчению, все они теперь смотрели на него в шокированном изумлении, вместо того чтобы смотреть на Мэй. Может, так было лучше?

Господин Маиджима, однако, просто повернулся к своему столу и открыл ящик. Он достал маленький квадратик бумаги с нанесенной на него сеткой и положил его на стол Мэй:

— Ты помнишь это, Мэй?

Она посмотрела на него:

Это карточка с очками.

— Ага. Угадай, что? Сегодня ты начинаешь с 0 очков. Ещё раз прервёшь меня, и мне придется отнять несколько. Не наберешь достаточно очков, не сможешь работать над своими изобретениями, и я заберу источник энергии моего робота. Мистер Онидзука сказал мне, как именно с тобой нужно работать.

— Что?! — Мэй схватилась за карточку, держа её в обеих руках. — Как ты мог так поступить со мной! Я думала, что в Юэй мы должны проводить всё наше время, создавая удивительно милых детишек!

— Она имеет в виду изобретения, — простонал Изуку, закрыв голову руками.

— Даже в Юэй, у тебя всё ещё есть другие занятия, Мэй. Ты всё ещё должна следовать правилам. Которые я сейчас буду подробно разбирать. Не только для тебя, но и для всех твоих одноклассников. Также, за взрывы -50 баллов.

— А как же Изуку? — требовательно выпалила Мэй, указывая на него. — Где его карточка с баллами? Он ведь будет делать со мной детей!

— Она имеет в виду изобретения, — стонал Изуку, закрывая голову руками и сильнее вжимаясь в стол.

— Мы поняли, — усмехнулся Маиджима. — Очки Изуку привязаны к твоим, Мэй. И помнишь, что я говорил насчет перебивания?

Мэй нахмурилась, ссутулившись за партой и положив голову на руки, нетерпеливо постукивая ногой, но больше ничего не сказала.

— Отлично. Теперь несколько основных правил. Во-первых, давайте поговорим о безопасности в мастерских. У вас у всех есть некоторый опыт, но…

Изуку заставил себя сесть ровно и внимательно слушать, его лицо всё ещё пылало. Он взглянул на Мэй, которая сначала выглядела угрюмой, но потом с готовностью села и наклонилась вперед, на её лице появилась маниакальная ухмылка, пока Маиджима рассказывал о правилах закупок, хранении инструментов, распределении рабочих мест, времени, когда мастерская открыта, и о том, какие средства индивидуальной защиты они должны использовать в мастерской.

Однако Изуку не мог не заметить, как другие студенты с любопытством поглядывали на него и Мэй. Изуку не мог их винить: ведь они устроили настоящие представление.

— Так, с этим разобрались, теперь представимся. Большинство из вас уже встречались друг с другом на вступительных экзаменах, но у нас есть ещё двое учащихся, которых, как вы могли заметить, присоединились к нам, поступили по рекомендации. Хатсуме, Мидория, почему бы вам не представиться.

Мэй тут же вскочила на ноги, повернулась к остальному классу и ухмыльнулась. Изуку поднялся и встал рядом с ней, пытаясь не встретиться взглядом с остальными.

— Всем привет! Я Мэй Хатсуме, а это мой друг, Изуку Мидория! Мы оба потрясающие изобретатели, которые вместе делают замечательных детей…

— Она имеет в виду изобретения, — сказал Изуку, покраснев и пытаясь не смотреть в их сторону.

— И Изуку станет величайшим в мире героем, используя наших невероятно милых малышей!

— А разве он не должен быть на геройском факультете? — спросил мальчик-улитка.

— Они дали ему отказ, хотя малыш № 47, Силовой Костюм, полностью уничтожил того глупого робота! Он получил бы самый высокий балл, если бы у них не было этого дурацкого правила не пускать на экзамен людей без причуд! — ответила на вопрос Мэй.

Изуку покраснел и опустил глаза, как только начались перешептывания. Он уже слышал их все раньше.

— Он без причуды?

— Почему они его пустили, если у него даже нет причуды?

— Она кажется очень странной.

Последнее высказывание вывело Изуку из себя, и он внезапно поднял голову и уставился на своих одноклассников:

— Мэй — невероятный изобретатель! Она работает усерднее всех, кого я знаю, и делает вещи, которым позавидовали бы даже профессиональные герои! Не смейте насмехаться над ней!

Это заставило всех замолчать, остальные ученики в шоке моргали, глядя на тихого и бормочущего Изуку, чей взгляд теперь пылал огнем.

— О да, и у меня аутизм или что-то в этом роде. Но у Изуку есть социальные навыки, так что если у вас есть вопросы, обращайтесь к нему, — сказала Мэй, указывая на него. — Вот и всё. Теперь мы можем начать строить?

— Нет, сейчас остальные ваши одноклассники представятся. Постарайтесь слушать вежливо, — приказал Погрузчик.

Изуку с трудом удавалось обращать внимание на представления остальных учеников, но он заставил себя хотя бы слушать достаточно хорошо, чтобы запомнить их имена. Мэй, в свою очередь, достала лист бумаги и с удовольствием чертила планы модификаций Силового Костюма, а также различные другие устройства, которые будут на нем установлены. Одна часть рисунка заставила Изуку покраснеть, так как на ней был изображен он в доспехах и надпись 'Супергерой'.

После знакомства Маиджима заставил всех выстроиться в очередь для участия в церемонии открытия. Мэй уже собиралась ворчать, но Маиджима прошел мимо её стола, поставив галочку в одном из полей на карточке с баллами.

— В следующий раз будь внимательна, пока другие говорят, и получишь больше, — просто сказал он, и Мэй тут же выстроилась в ряд без дальнейших жалоб.

Изуку занял место рядом с Мэй во главе очереди, заметив, что остальные ученики дали им обоим чуть больше места, чем остальным. Мэй, со своей стороны, ничего не замечала, напевая себе под нос и следуя за Погрузчиком. Остальные ученики перешептывались друг с другом, но никто не заговорил с Изуку. Часть его была немного разочарована, но большая часть смирилась с этим. Он давно отрешился от общения с одноклассниками, это стало своеобразным защитным механизмом.

— Итак, Изуку, я думаю, что нам нужно добавить больше оружия! В этом блоке питания, вероятно, достаточно силы, чтобы установить лазер, и я думаю, что он был бы идеален для ребенка № 51!

Изуку поднял голову и увидел, что Мэй опустилась рядом с ним, радостно размахивая руками.

— Ну, может быть, но тогда нам придется всё переделывать. Я вообще считаю, что оружие должно иметь независимый источник питания. Я нарисовал нечто подобное в одной из своих тетрадей, покажу тебе позже. Но я подумал, а что если оно будет модульными? Мы могли бы менять разное снаряжение для разных миссий! В конце концов, есть много разных злодеев с разными причудами, с которыми мы можем столкнуться, и нам нужно иметь возможность экипировать Костюм, чтобы противостоять каждой из тех ситуаций. Я думаю, у нас должно быть несколько модулей, например, захватный крюк или другие устройства.

— Да, да! Это идеально! О, мы можем создать столько разных малышей, и нам не придется оставлять ни одного из них без внимания!

Изуку покраснел и оглянулся на своих одноклассников, но все они тут же нашли себе другое занятие.

— Модульное снаряжение — хорошая идея, — прокомментировал Маиджима. — Когда герой находится в полевых условиях, неизвестно, с чем придется столкнуться. Адаптивность важна, а вспомогательное снаряжение может как усилить вашу собственную причуду, так и прикрыть уязвимые места. Поговорим об этом позже, мы должны слушать. Не позорь меня, Хатсуме. Держи её под контролем, Мидория.

Они прибыли на церемонию открытия, и Изуку с любопытством огляделся вокруг, пытаясь разглядеть Бакуго среди других первокурсников. К его удивлению, оказалось, что целый класс отсутствовал, что выглядело странно. Тем не менее, у него не было времени на раздумья, так как на сцену выскочил мужчина с высоко уложенными светлыми волосами, и тут же зазвучала музыка.

— Это Сущий Мик! — взволнованно воскликнул Изуку, указывая на него, но Мэй, похоже, это не интересовало.

— ДОБРОЕ УТРО! — крикнул Мик. — Добро пожаловать в новый учебный год! Который, конечно же, будет…

— ПЛЮС УЛЬТРА! — выкрикнули ученики девиз школы, даже Изуку. Мэй только нахмурилась и нетерпеливо подпрыгивала на ногах.

— Мы тепло приветствуем всех наших учеников второго и третьего курсов, и сердечно приветствуем наших первокурсников! Даже тех, кто учится в классе учителя Айзавы, у которых, очевидно, есть более важные дела, чем посещение церемонии открытия. Дайте мне передохнуть! Но прежде чем мы начнем, вот единственный, неповторимый, невероятный ДИРЕКТОР НЭДЗУ! Могу я увидеть большую руку?!

«У неё их две», — подумала Мэй, когда все зааплодировали.

Изуку оглянулся и увидел одну первокурсницу, девочку, которая раздула свои руки до огромных размеров и громко аплодировала. Это вызвало у Изуку легкую зависть, так как он увидел, что она была из класса 1-B, одной из геройского факультета.

На сцену вышло белое животное в официальном костюме, которое запрыгнуло на ящик, установленного у микрофона Сущим Миком:

— Привет всем! — сказал Нэдзу бодрым голосом. — Это я, тот, кто может быть кошкой, или собакой, или даже медведем, но самое главное — я ваш директор!

Раздались вежливые возгласы и аплодисменты, но Мэй повернулась к Изуку и нахмурилась:

— Почему они позволили животному быть директором?

— Ты не знала? — удивленно спросил Изуку. — Нэдзу — животное, у которого проявилась причуда. Это делает его даже умнее большинства людей.

— Ну, он не умнее меня. Что он вообще изобрел? — спросила Мэй.

— Тсс, просто слушай, чтобы потом мы могли поработать над Силовым Костюмом, — шикнул Изуку.

Мэй хмыкнула и повернулась обратно, сложив руки и скучающе глядя на свои очки, подпрыгивая на носочках.

Изуку выслушал речь Нэдзу, которая представляла собой стандартное приветствие и призыв сделать всё возможное.

— Но, конечно, я знаю, что я не тот, кого вы хотите видеть! — сказал Нэдзу, когда его речь подошла к концу. — Я здесь, чтобы подтвердить: все слухи правдивы! В этом году к нашему коллективу присоединится единственный и неповторимый Всемогущий!

— Вот так студенты! — раздался сзади громкий весёлый голос. Все замолчали и повернулись к фигуре в плаще, силуэту которой был виден на фоне солнца на вершине здания. — Не бойтесь за свое образование! Ведь я здесь!

Изуку почувствовал, как его кровь стынет в жилах, когда Всемогущий прыгнул через головы всех на сцену. Он стиснул зубы, стиснул руки, глядя на Всемогущего. Человек, который когда-то был его кумиром, его героем, тот, кто едва не стал последним гвоздем в гроб его мечты, снова стоял перед ним. Но Изуку знал правду: Всемогущий не был этим ухмыляющимся гигантом. Он был слабой, скелетоподобной фигурой с запавшими глазами и израненным телом, который убивал мечты детей. Почему они позволили ему преподавать?

— Изуку? — сказала Мэй, внезапно подойдя к нему вплотную. — Ты в порядке?

Изуку понял, что всё его тело напряжено, руки сжаты в кулаки, а сам он смотрит на Всемогущего с полуулыбкой на губах.

Заставив себя расслабиться, он улыбнулся Мэй:

— Да, я просто, ну, я был большим фанатом Всемогущего, понимаешь?

— Ого, правда? Я думала, ты ненавидишь Всемогущего. Мне он тоже не очень нравится, — Мэй выбрала самый неподходящий момент, чтобы сказать это своим громким, четким голосом, прямо посреди затихшей тишины.

Все повернулись и уставились на неё и Изуку, одни с открытыми ртами, другие с презрением или ненавистью. Не любить Всемогущего в обычном обществе было отклонением. Не поклоняться величайшему герою мира Всемогущему в Юэй, академии героев и альма-матер Всемогущего, было смертным грехом.

Изуку огляделся вокруг, сглотнув. Он чувствовал на себе взгляд даже Всемогущего. Он прочистил горло, заставляя себя не заикаться:

— У каждого свои мечты, Мэй. Думаю, наши с Всемогущим больше не совпадают.

Всемогущий моргнул, и Изуку понял, что тот узнал его. Это шокировало его. Неужели Всемогущему не было никакого дела до такого странного беспричудного ничтожества, как он?

— Ну да, надеюсь, я смогу изменить ваше мнение, когда вы узнаете меня как учителя, — сказал Всемогущий, и на его лице снова появилась улыбка. — На самом деле, я надеюсь узнать всех здесь, в Юэй, очень хорошо! Я приобрел огромный опыт и знания за время работы в качестве профессионального героя, и я здесь, чтобы передать их следующему поколению в надежде, что кто-то из вас станет следующим Символом Мира!

Это вызвало бурные аплодисменты и радость со стороны других учеников, но Изуку снова посмотрел на Всемогущего и пробормотал себе под нос:

— Ты просто смотри на меня, Всемогущий. Я стану следующим Символом Мира. Я буду величайшим героем мира, и лучше, чем ты когда-либо был! Я буду улыбаться каждому и говорить им, что они тоже могут стать героями, независимо от того, есть у них причуды или нет!

Кто-то толкнул Изуку сзади, и он повернулся, чтобы увидеть, как один из других учеников поддержки смотрит на него. Он был шокирован, как этот ученик мог услышать его за радостными возгласами? Но потом он вспомнил, что когда они представлялись, то он говорил, что его причуда значительно улучшает слух.

— Заткнись, ты, беспричудный неудачник. Всемогущий — величайший! Тебе и этой лучше следить за собой! Такие уроды, как вы… АУЧ!

Мистер Маиджима схватил этого ученика одной рукой и поднял его вверх, его глаза были полны ярости:

— Хатсуме и Мидория могут быть странными, но это не оправдывает грубость. Особенно я не потерплю грубого обращения ни с кем в моем классе, будь то инвалиды или нет. Понятно?

— Но они же…

— Мне всё равно, что они делали. Я разговариваю с тобой. Если я разберусь с ними, я сделаю это позже. Но издевательства прекращаются, и прекращаются сейчас. Мне повторить?

— Нет, сэр.

Погрузчик бесцеремонно отпустил его на землю:

— Хорошо. Теперь продолжайте слушать.

После этого было ещё много вступлений. Изуку старался быть внимательным, но его взгляд постоянно возвращался к Всемогущему. К его удивлению, несколько раз он обнаруживал, что Всемогущий смотрит на него. Тогда он опустил взгляд, почувствовав себя примерно на дюйм выше. Как он мог ненавидеть Всемогущего? Что он такого сказал Мэй, что заставило её так думать? Но потом он подумал о том, сколько раз он, должно быть, осуждал Всемогущего, говоря, что он разрушил мечты, или что Железный Человек или Бэтмен были лучшими героями. Мэй, при всем её недостатке социальной осведомленности, должна была это уловить. Она никогда раньше не выражала личной неприязни к Всемогущему, но Мэй, похоже, не слишком заботилась о героях в целом. Может быть, отношение Изуку передалось и ей? Он надеялся, что не сорвал её шансы не стать изгоем в школе.

С чувством вины Изуку взглянул на Мэй, но та весело напевала себе под нос, не обращая внимания на пренебрежительное отношение к ней окружающих. Но она была такой. Изуку заставил себя выпрямиться. Он будет больше похож на Мэй, он будет верить в неё, как она верила в него. К черту Всемогущего и его одноклассников.

После собрания все вернулись в класс. Мистер Маиджима посмотрел на Изуку и Мэй, выражение его лица было мрачным, но он ничего не сказал. Когда они проходили мимо, за углом перед ними внезапно появился Всемогущий.

— Погрузчик! Могу ли я одолжить молодого Мидорию и его друга? Мне нужно с ними поговорить.

Маиджима заколебался, затем подозвал Всемогущего поближе. Он прошептал что-то на ухо герою №1, отчего его фирменная ухмылка на мгновение померкла.

— О! Понятно. Да, хорошо, я знаю о… Да. Ну, я всё равно хотел бы поговорить с ними. Но сначала, могу я кое-что сказать перед вашим классом?

— Говори. Но называйте меня здесь Маиджимой, пока мы преподаем.

— Да, конечно, Маиджима.

Всемогущий подошел прямо к Изуку, возвышаясь над ним и заставляя Изуку сглотнуть. Он сделал защитный шаг встав перед Мэй, протянув руку, чтобы защитить её. Он не знал, что он сможет сделать против Всемогущего, но он попытается:

— Послушайте, то, что сказала Мэй, не её вина. Я… возможно, я сказал кое-что при ней, а она мне доверяет. Пожалуйста, простите её за грубость. Любая вина должна лежать на мне, — Изуку поклонился, стиснув зубы. — Не исключайте её. Попасть на факультет поддержки в Юэй — это её мечта!

— Ты неправильно меня понял, юный Мидория.

Изуку поднял голову и увидел, что перед ним склонился Всемогущий:

— Это я должен извиняться перед тобой.

Изуку и его одноклассники вздохнули. Мэй, в свою очередь, просто кивнула:

— Да, то, что ты сказал Изуку, было очень грубо. Он будет великим героем, просто смотри!

Всемогущий снова встал и улыбнулся Мэй:

— Приятно видеть, что ты так заботишься о своем друге, Хатсуме, не так ли? Что ж, я должен сказать перед всем вашим классом, что сожалею о том, как ты отнесся к тому, что я сказал тебе, Мидория. Пожалуйста, пойми: Я сделал это не для того, чтобы причинить тебе боль или лишить тебя мечты. Я просто хотел уберечь тебя от трудностей и опасности. Похоже, ты нашел путь вперед, несмотря ни на что.

Всемогущий положил руку на плечо Изуку, испугав его. Большой человек улыбнулся.

— Возможно, ты никогда не сможешь стать профессиональным героем, но это неважно. Ты станешь героем по-своему, что доказывает твоё пребывание здесь. Кажется, тебя ничто не остановит.

— Ты вырос с тех пор, как я видел тебя в последний раз, Изуку Мидория. Я с нетерпением буду следить за твоей карьерой. Я уверен, что однажды ты будешь известен как герой, который спасает многих. У каждого человека есть своё место в обществе, и, делая всё возможное, он делает мир лучше. Неважно, что это за место, но я думаю, что твоё место будет особенным. Факультет поддержки очень ценен, он так же важен, как и геройский. Надеюсь, ты это понимаешь, и что я никогда не хотел принизить тебя или твои мечты, молодой человек. Еще раз прошу прощения.

— Я… благодарю вас, Всемогущий, — сказал Изуку. — Но… но я всё ещё, думаю, что могу стать героем, — он посмотрел на Мэй, которая хмуро смотрела на Всемогущего, прижимаясь к руке Изуку, словно он удерживал её от нападения на мужчину. — Я здесь, потому что надеюсь доказать, что могу быть частью геройского факультета. С причудой или без неё. Я… я думаю, я всё ещё хочу быть героем, как вы, тем, кто улыбается и спасает день. Я принимаю ваши извинения. То, что вы сказали, причинило боль, но… но, возможно, мне нужно было услышать что-то подобное. Иначе я бы никогда не встретил Мэй и не был бы так решительно настроен, как сейчас, найти свой собственный способ стать героем. Я стану первым в мире беспричудным героем. Просто подождите и увидите.

— Хорошо, — мягко сказал Всемогущий. Он опустился на колени, так что его глаза оказались на одном уровне с Изуку. — Я не могу дать тебе причуду, молодой человек. Но если тебе нужно что-то ещё, дай мне знать. Я должен поощрять таких людей, как ты. Возможно… когда-нибудь, возможно, мы сможем поговорить ещё. А пока я должен идти. Но я буду следить за твоими успехами. Будь героем, Изуку Мидория. Докажи, что я и все остальные, кто сомневался в тебе, ошибались.

С этими словами Всемогущий вдруг встал и рассмеялся:

— Хаха! Что ж, даже для учителя работа никогда не закончится! А теперь мне пора идти! С остальными увидимся позже! Прощайте!

С порывом ветра, Всемогущий убежал, исчезнув в коридорах Юэй.

Мистер Маиджима смотрел, как он уходит, затем обернулся и посмотрел на Изуку, потирая подбородок:

— Ну, это было… необычно. Ты уже встречал Всемогущего?

— Он… он спас меня от злодея, однажды, — объяснил Изуку. — Я… я сказал ему, что я не имею причуды. Я спросил… ну, я спросил, думает ли он, что я могу стать героем, даже без причуды. Он сказал, что нет. Тогда… долгое время я думал, что это потому, что он был жестоким. Но теперь… возможно, я ошибался. Может быть, он хороший герой.

Погрузчик кивнул:

— Я думаю, он хотел защитить тебя, Изуку. Реалистичная оценка своих способностей очень важна. Хорошо. Давайте вернемся в класс.

Когда они вернулись и все сели, Маиджима сильно хлопнул дверью, заставив всех подпрыгнуть. Он прошел в переднюю часть комнаты и встал перед Изуку и Мэй, оглядывая класс:

— Вы двое, встать.

Поморщившись, Изуку встал рядом с Мэй, которая казалась раздраженной больше всего на свете. Он ожидал, что его и Мэй пожурят за их поведение, но вместо этого господин Маиджима положил руки на плечи Изуку и Мэй:

— Хорошо. Вы все должны извиниться перед Мидорией и Хатсуме. Так что встаньте, прямо сейчас, и принесите им извинения. И лучше, если вы это сделаете всерьез, черт возьми!

Остальные ученики медленно поднялись на ноги, выглядя растерянными. Господин Маиджима вышел вперед и окинул взглядом своих учеников, оставив Изуку в полном недоумении.

— Я слышал, что вы все говорили. Что они странные. Изуку беспричудный. Мэй — аутистка. Им тут не место. Что ж, все те, кто думает, что им это сойдет с рук, все, кто думает, что они на самом деле ничего не стоят только потому, что не соответствуют какому-то воображаемому стандарту, который вы придумали в своей голове, вот дверь. Не дайте ей ударить вас по заднице, когда будете уходить.

— Сэр? — спросил один из других студентов, сбитый с толку.

— Они оба лучше вас всех, если вы этого не поняли, — сказал Маиджима, указывая на Мэй и Изуку. К смущению Изуку, Мэй кивнула, как будто такое заявление было совершенно естественным.

— Вы видели то устройство, над которым они работали? Они сделали его из обрезков, мусора и нескольких вещей, купленных в магазинах электроники на собственные карманные деньги. Они создали невероятный механизм самостоятельно, без всякого обучения, в то время как вы всё ещё возились с лего и думали, что вы особенные, потому что выиграли в научной выставке в начальной школе.

Изуку опустил глаза, чувствуя глубокое смущение:

— Мы просто… мы просто много работали. Мы не считаем себя лучше других, — сказал Изуку.

Мэй открыла рот, но рука Изуку вынырнула, и он схватил руку Мэй, сильно сжав её. Она вскрикнула, но потом посмотрела на Изуку. Он не мог этого видеть, но был уверен, что она закатила глаза. Она зарычала, и Изуку отпустил ее.

— Да, мы не лучше вас, — заявила Мэй. Хотя Изуку чуствовал, как она хотела сказать слово 'намного' вместо 'не'.

— Я ценю вашу скромность, но каждый здесь должен реалистично оценивать свои способности. Да, Изуку без причуды. Но, насколько я знаю, он разбирается в электротехнике лучше, чем некоторые профессионалы. Да, Мэй — аутистка и грубиянка. Но она будет лучшим изобретателем, которого я когда-либо видел, и я включаю себя и других профессионалов в эту оценку. Она еще новичок, но в её левом мизинце больше природного таланта, чем у некоторых из вас во всём теле. Поэтому относитесь к ней и Мидории с уважением. Иногда вам нужно будет обращаться к ним за советом. Они оба достаточно добрые, чтобы помочь, даже если вы будете вести себя с ними как маленькие придурки, но я этого не потерплю. Вы поняли? А теперь извинились!

Класс сделал это, некоторые неохотно, другие искренне.

— Мы принимаем ваши извинения, — сказал Изуку. Он положил руку на спину Мэй, и она поклонилась вместе с ним, бормоча слова согласия. — И нам очень жаль, что мы опозорили класс на церемонии. Мы будем стараться быть лучше!

— Извинения приняты, — сказал Маиджима. — А теперь присаживайтесь. Мы просмотрим расписание уроков, и через несколько минут придет учитель следующего — английского.

Мэй издала громкий стон отчаяния:

— Только не английский!

— Тебе лучше хорошо заниматься им, потому что я дам мистеру Ямаде твою карточку с баллами. Все учителя знают об этом, Мэй, так что помни, что все они могут контролировать твой доступ в мастерскую.

— Да, да, — ворчала Мэй. Она посмотрела на Изуку и улыбнулась ему. — По крайней мере, теперь у меня есть партнер по учебе, который может мне помочь!

Это заставило Изуку почувствовать себя хорошо, и он был счастлив, что посещает занятия по английскому языку, которые ведет не кто иной, как Сущий Мик. К тому же, сейчас он был в Юэй. Пора Мэй и Изуку доказать, что Мэй действительно удивительная, и что он тоже может стать героем.

---

Примечание автора:

Неэффективные взрослые всегда раздражают меня в историях. Особенно когда они позволяют издевательствам или другим отвратительным действиям оставаться без ответа. Я знаю, как учитель, вы не можете остановить всё, но, когда это вопиющее отношение так и лезет наружу, вы должны поставить их место так сильно, чтобы они не смогли выкрутиться.

Что мы ценим? Инновации. Оригинальность. Новизну. Но самое главное… своевременность. Боюсь, ты можешь опоздать, мой запутавшийся, несчастный, друг.

— Хойд, 'Путь королей'

---

— Мидория, Хатсуме, задержитесь после уроков, — приказал Маиджима. Это был конец первого дня в Юэй, и Изуку чувствовал себя измотанным. Они прошли через все занятия и узнали, что ожидает их в этом году, а также немного поработали в мастерской, хотя и не так долго, как хотелось бы Мэй.

— Можно мы останемся после уроков и поработаем над нашими детками? — взволнованно спросила Мэй.

— Просто присядьте, — приказал герой. Изуку сел и стал ждать, пока все остальные выйдут из класса, а Мэй практически вибрировала на своем стуле, с тоской глядя на дверь мастерской в конце класса.

Когда последние одноклассники ушли, Погрузчик вздохнул и покачал головой:

— Ну, я уже вижу, что вы оба будете не промах.

— Простите, сэр, — сказал Изуку, опустив глаза.

Мэй просто пожала плечами, не обращая внимания.

— Я жестко наехал на ваших одноклассников за то, что они насмехались над вами. Я не собираюсь терпеть такое поведение в своем классе, даже в малой степени. Но у меня будут и более высокие требования к вам обоим.

Изуку поднял голову, а Мэй нахмурилась, усаживаясь на свое место:

— Что вы имеете в виду? Наши детишки недостаточно хороши для вас?

— Нет, далеко не так. Черт, ваша работа настолько хороша, что мне, наверное, придется заставить себя быть с вами пожестче. Но одна половина меня хочет просто вам полную свободу действий и посмотреть, что вы придумаете.

Мэй встала, широкая ухмылка расплылась по её лицу:

— Можете рассчитывать на нас, сэр! Мы создадим нечто невероятное! Если у вас есть какие-то пожелания, просто дайте нам знать, и мы сделаем супер-милого малыша специально для вас!

— Сядь, Хатсуме. Нет, я не беспокоюсь о твоих способностях в мастерской. Нет, меня беспокоят твои, скажем так, социальные навыки.

Мэй издала громкий стон:

— Я думала, что они не будут иметь значения в Юэй!

— Хатсуме, социальные навыки будут важнее, чем ты можешь себе представить. Благодаря им ты будешь заключать контракты с профессиональными героями. Они помогут твоим одноклассникам доверять тебе настолько, чтобы просить твоей помощи в их проектах. И именно они не позволят твоему учителю вырвать у тебя волосы и лишить доступа в мастерскую.

Это сразу же привлекло внимание Мэй и Изуку. Маиджима вздохнул и обошел вокруг, чтобы сесть на свой стол:

— Послушайте, я всё понимаю. Как я уже упоминал, я уже имел дело со многими странными студентами. Ты не первый ребенок из класса мистера Онидзуки или из другой подобной программы, с которыми мне приходилось иметь дело. И, что ж, Изуку, ты тоже не первый паренёк без причуды, который был у меня на факультете. Но вам двоим нужно немного постараться, чтобы влиться в коллектив. Вы и так в проигрыше, так как вы поступили по рекомендации, а им пришлось сдавать тест. К тому же, вы лучше их. Некоторые из них будут возмущаться.

— Но, мы же все на одном факультете — начал Изуку. — Мы не…

— Вы — лучше, — спокойно прервал его Погрузчик. — Это нормально. Люди не созданы равными. Принятие этого — первый шаг к тому, чтобы найти свое место в мире.

— Да, мы очень сожалеем и будем ещё лучше, — согласилась Мэй. — А теперь мы можем пойти что-нибудь построить?

Вздохнув, Маиджима покачал головой:

— Я действительно должен сказать 'нет', учитывая то, что вы двое устроили на приветственной церемонии.

Выражение обиженного неверия Мэй почти заставило Изуку захихикать, ведь он ещё никогда не видел, чтобы она выглядела настолько ошарашенной.

—… Но я разрешаю, только в этот раз. А теперь идите и покажите мне, как вы двое вообще его сделали.

Мэй вскочила и побежала в мастерскую, где на большом рабочем столе стоял Силовой Костюм. Она сразу же начала объяснять, как работают все гидравлические и моторные механизмы, перечисляя откуда брала металл и то, как она обработала или скрепила различные детали, чтобы они поместились в каркас.

Маиджима задал несколько ловких вопросов, указывая на вещи, которые он заметил, когда осматривал работу, или предлагая несколько предложений о том, что Мэй могла бы установить систему получше.

— Ну да, но у нас его НЕ БЫЛО, — раздраженно сообщила Мэй Погрузчику после того, как он во второй раз предложил улучшить материал.

— Он вон там, — сказал Маиджима, указывая на стопку материалов на полке. — Ты можешь использовать его на своё усмотрение.

Ухмыляясь от нетерпения, Мэй побежала туда, чтобы сделать именно это, оставив Изуку с героем.

— Теперь расскажи мне, как ты настраивал эти электрические системы, — сказал он Изуку.

— Ну, честно говоря, я использовал несколько старых учебников, которые нашел в библиотеке, и несколько видео в интернете, которые я нашел, — признался Изуку. — Мне просто нужно было сбалансировать силовые нагрузки с помощью нескольких серий реле здесь, а для других я должен был увеличить выходную мощность с помощью резервного источника питания, который я подключил.

Изуку показал некоторые из своих работ, чувствуя нервозность. Многие из них показались ему неуклюжими и самодельными. Ему приходилось делать десятки настроек каждой детали, чтобы заставить их работать правильно:

— У меня были проблемы с источниками питания, но я обошел их, построив собственную серию конденсаторов и несколько сетевых фильтров, как показано здесь.

— Где ты достал детали? — с любопытством спросил Маиджима.

— В основном из старого оборудования в моей школе. Они модернизировали некоторую технику, и я просто… брал их из мусорных контейнеров, — признался Изуку.

— Ты использовал кучу оборудования десятилетней давности? Как ты вообще смог заставить его работать?

— Ну, многое из него было неисправно, поэтому мне пришлось проверять отдельные цепи, чтобы убедиться, что их соединения в порядке, и заменять много сгоревшей проводки другой, которую я находил в других местах. Это… это заняло очень много времени, я не очень хорош в этом.

— Мидория, то, что ты смонтировал здесь, почти не имеет сходства с оригиналом. Тебе пришлось вручную подключать каждое соединение, не так ли?

— Да, некоторые провода мне пришлось скручивать в жгут, чтобы они могли нормально проводить напряжение, потому что у меня не было подходящего провода. Я… они часто выходили из строя, пока я не добился нужного результата.

— Невероятно, — пробормотал Маиджима, качая головой. — Иди сюда.

Подойдя к полке, Погрузчик достал мотки медной проволоки, затем указал на станок:

— Этот станок оплетёт эту проволоку за тебя. Просто определи, что тебе нужно, и он позаботится обо всем остальном. У меня также есть необработанная медь, из которой можешь сделать тонкую проволоку или использовать для оплетки более тяжелого кабеля, если нужно что-то нестандартное. Вот тут конденсаторы; у нас есть практически всё, что вам может потребоваться. Что касается источников питания, у нас есть доступ к новейшим технологиям. С некоторыми из них нужно быть очень осторожным; они могут взорваться, если вы не будете осторожны.

— Я всегда осторожен, сэр, — заверил его Изуку. — Иногда мне приходится напоминать Мэй, чтобы она не торопилась. Она всегда просто прикидывает, сколько ей нужно энергии. Обычно она права, но иногда…

— Иногда происходит сокрушительный взрыв, потому что она что-то забыла? — предположил Маиджима. Когда Изуку неохотно кивнул, учитель вздохнул. — Да уж. Похоже, она из тех, кто сначала прыгает, а потом смотрит вниз. Ну, в любом случае, у неё есть ты, чтобы присматривать за ней. Я дам вам двоим ещё час, чтобы побаловаться. Мне нужно идти на собрание, а когда я вернусь, мне нужно будет запереться дома на остаток дня.

Оставшись одни, Изуку и Мэй погрузились в привычную рутину, составляя планы и изучая свою предыдущую работу.

— Мы начнем всё с нуля! — заявила Мэй, быстро набросав на бумаге свои планы для Mark VI. — В этом энергокостюме всё будет лучше! Изуку, что насчет источников энергии? С каким количеством мощи я буду работать?

— Ну, я всё ещё прикидываю, но думаю, что эти источники питания подойдут лучше всего. Это примерно в четыре раза увеличит доступную мощность для основных систем.

— Отлично, отлично! А что насчет модульных систем?

— Ну, их системы должны будут интегрироваться в основную, но я думаю, что большая часть их энергопотребления должна поступать от встроенных источников питания. Я думаю, нам лучше всего использовать для этого энергию батарей. Это ограничит количество активаций каждого из модулей, но…

— Жертва, которую мы можем принести! Теперь, я думаю, мы сможем добавить дополнительные амортизаторы здесь и здесь. Ты ударил того робота, и это повредило приводы руки. Нам нужно это учесть.

— Хм, хорошо, что если мы попробуем…

Через час Маиджима вернулся, обнаружив Изуку и Мэй в процессе изготовления базового скелета для силового костюма.

— Не хочу вас прерывать, но пора заканчивать. Отправляйтесь домой, учёба начнётся рано утром.

— Но мы же даже не начали! — запротестовала Мэй.

— Всё в порядке, я возьму домой несколько схем для сборки, а ты можешь взять домой материалы для обработки в своей мастерской. Мы сможем закончить скелет позже и смонтировать их, — предложил Изуку.

— Ну, обычно я не разрешаю ученикам брать домой материалы из мастерской для домашнего использования, — сказал Маиджима. Он поднял руки, прежде чем Мэй успела громко запротестовать. — Но я сделаю исключение. Честно говоря, я действительно хочу посмотреть, что вы двое можете сделать с материалами профессионального уровня. Идите, вы, наверное, проголодались.

— Нет, Изуку всегда приносит еду, чтобы заставить меня поесть, — сказала Мэй, указывая на пару пустых мисок рамена быстрого приготовления.

— Просто убедись, что ты сегодня действительно поспишь, хорошо, Мэй? — напомнил подруге Изуку. — Мы будем работать продуктивней, если ты выспишься.

— Да, да, — согласилась Мэй, взяв кое-какие принадлежности и запихнув их в рюкзак.

— До завтра, мистер Маиджима. Спасибо! — сказал Изуку. Он проводил Мэй до вокзала, попрощался с ней и попросил не забыть высыпаться. Затем он вернулся домой.

Его мать, конечно, была переполнена вопросами, на которые Изуку рассеянно пытался ответить, пока работал над подключениями печатной платы. В новом Силовом Костюме будет гораздо более совершенная электроника, и он открыл несколько учебников на своем телефоне, чтобы посмотреть, что нужно делать. Изуку было понятно, что если всё тщательно спланировать, а затем методично реализовать и протестировать, то всё получится, и за последний год он многому научился.

Теперь его комната была мини-мастерской: паяльные пистолеты, полка с аккуратно уложенными проводами, чистые печатные платы, полуразвалившиеся компьютеры и механизмы, которые он приносил, чтобы поработать над ними в свободное время. Мерч с Всемогущим исчез, их он продал, чтобы оплатить новое увлечение. Часть его души сейчас немного сожалела об этом. Возможно, Всемогущий был не таким уж ужасным героем, как думал Изуку.

— Я так горжусь тобой, Изуку, — сказала Инко, обнимая сына. — Не засиживайся допоздна, хорошо?

— Да, хорошо, — согласился Изуку. Он сфотографировал собранную им плату и отправил фото Мэй, добавив несколько описаний того, какими, по его мнению, должны быть характеристики. Она ответила фотографией того, что сделала сама, с кратким описанием того, для чего это нужно.

Изуку нахмурился, крутя фото так, чтобы действительно всё рассмотреть. Он вздохнул и сдался, выключил ноутбук и паяльник и забрался в постель. Он разберется с этим утром.

В первые несколько недель в школе Изуку и Мэй привыкали к распорядку. Они трудились на уроках, в мастерской — всегда вдвоем, и вообще ни с кем кроме учителей не разговаривали и не общались, если только это не было неизбежно. Хотя их одноклассники не были откровенно враждебны или грубы, они неохотно общались с этим дуэтом. Хотя это несколько тяготило Изуку, Мэй это, похоже, нисколько не беспокоило.

— Мэй, тебе никогда не хотелось бы иметь других друзей? Я имею в виду, кроме меня, — спросил Изуку, когда они вместе работали над заданием в классе на уроке современной литературы.

Мэй не поднимала глаз от места, где она переписывала что-то с их экземпляра 'Двух героев' Кохэя Нагасаки:

— Зачем? У меня же есть наши дети.

— Ну, может быть, если бы меня не было рядом, люди бы больше с тобой разговаривали. Ведь, знаешь… — Изуку запнулся, когда мимо прошел мистер Ишияма, также известный как Цементосс.

— Люди скорее будут говорить с тобой, чем со мной, — просто ответила Мэй, игнорируя присутствие учителя. — Они думают, что я странная.

— Возможно, тебе стоит больше сосредоточиться на теме главы, — хмыкнул учитель. Изуку всё ещё был воодушевлён, когда его учат герои, особенно такой мутант, как мистер Ишияма, который выглядел как живая бетонная плита.

— Очевидно, что доктор предаёт всех, потому что хочет вернуть свои исследования, — заявила Мэй. — Я бы чувствовала то же самое, если бы кто-то украл моих детей!

— Сосредоточься на теме этой главы, Хатсуме, а не на том, что случится потом, — укорил её Цементосс, а затем отошел.

— Нет, я имею в виду, потому что я… беспричудный, — прошептал Изуку.

Мэй посмотрела на него, нахмурившись:

— Да, но у тебя лучше социальные навыки. Слушай, как ты думаешь, доктор предает их, потому что хочет вернуть своих детей или нет?

— Это не совсем тема этой главы. Она больше о том, как он готов предать свои идеалы, чтобы защитить своего друга, — сказал Изуку.

— Хорошо, — Мэй с радостью стерла то, что написала на рабочем листе, переписав то, что сказал Изуку, почти дословно. Она охотно подчинялась Изуку в 'скучных вещах', как она выражалась, но была рада помочь ему в математике и науке.

Изуку как раз заполнял свой рабочий лист, когда внезапно раздался сигнал тревоги.

— Внимание! Внимание! Блокировка! В кампусе произошел инцидент! Блокировка! Всем ученикам оставаться на местах! Учителя, немедленно явиться к входу академии! — прокричал голос через громкоговорители.

Цементосс бросил книгу, которую держал с в руках, и помчался к двери:

— Оставайтесь здесь! Никуда не уходите! — приказал он.

Одноклассники громко ахнули, выглядели ошарашенными и испуганными, но Мэй просто продолжала работать, игнорируя внезапное прерывание занятия.

— Всё в порядке! — громко сказал Изуку, вставая и оглядываясь вокруг. — Я уверен, что мы в безопасности! Иначе мистер Ишияма не оставил бы нас. Мы просто должны начать делать домашнее задание.

— Не указывай нам, что делать, — огрызнулся на Изуку Ката Сумури, улиткообразный мальчик, которого выбрали представителем класса.

— Но, Ката, что мы должны делать? — спросил кто-то другой.

Ката нахмурился, его глаза вращались на своих длинных стебельках:

— Эм, ну, я думаю, мы должны просто сделать домашнее задание.

Изуку покраснел и сел обратно, но класс уже успокоился, и все вернулись к работе. Они с Мэй закончили достаточно быстро, а затем, по настоянию Изуку, достали своё домашнее задание по английскому языку, чтобы поработать над ними.

— Если мы закончим его сейчас, то сможем провести больше времени в мастерской позже, — рассуждал он.

Мэй неохотно согласилась, хотя заставить её сделать домашнее задание по английскому было ещё труднее, чем заставить её не забыть пообедать.

Однако через час по громкой связи раздался голос директора:

— Ученики, вы свободны. Учебный день закончился досрочно. Пожалуйста, аккуратно и спокойно покиньте здание и направляйтесь прямо домой. Не задерживайтесь в кампусе.

— Что? — полувскрикнула Мэй, подняв голову. — Но наши малыши!

— Я думаю, случилось что-то плохое, — сказал Изуку. — Пойдем. Сегодня мы пойдем ко мне. Мы сможем закончить схемы для реактивного ранца.

— Ты решил проблемы с источником питания? — спросила Мэй, с нетерпением собирая свои книги. — Я подготовила основную установку, но ты же знаешь, что она будет требовать много энергии.

— Я собираюсь создать контроллер, который направит всю энергию на ранец, пока он активен. Это заставит большинство систем костюма временно остановиться, но это единственный способ получить достаточно энергии, — объяснил ей Изуку.

По дороге Изуку заметил большое количество полицейских и машин скорой помощи. К своему шоку, он увидел Бакуго, сидящего у машины скорой помощи и, очевидно, спорящего с медиками. Однако он был перемотан бинтами, и он был явно избит.

— Каччан! — крикнул Изуку, поспешив к нему без раздумий. — Что с тобой случилось?

Бакуго посмотрел на Изуку:

— Что тебе нужно, статист? Моё снаряжение в порядке. Скройся с глаз.

— Но ты ранен! — запротестовал Изуку. — Что случилось?

— Сэр, мне нужно, чтобы вы шли дальше, это неотложная медицинская помощь, — сказал один из медиков.

— Но это мой друг, Каччан! Похоже, он сильно пострадал, что случилось? — возразил Изуку.

— Проваливайте, мне не нужно ни ваше сочувствие, ни ваша помощь! — огрызнулся Бакуго.

— Ого, у тебя ужасные социальные навыки, — прокомментировала Мэй, стоя сзади Изуку.

— Что это было, ты проклятая статистка?! — огрызнулся Бакуго, вставая, его глаза наполнились яростью.

— Ух ты! Что здесь происходит? Я знал, что у тебя взрывной характер, Бакуго, но это уже слишком!

Новый голос вызвал ярость Бакуго, он зарычал от злости, пальцы у него судорожно сжались. Его обладателем был высокий молодой человек со светлыми волосами в костюме с надписью 1,000,000. Изуку смутно узнал в нем старшекурсника, хотя и не знал его имени.

— Отвали! Мы бы прекрасно обошлись без тебя, Голозадый! — огрызнулся Бакуго.

— Ай! Похоже, я это заслужил! — усмехнулся парень. Он повернулся к Изуку и Мэй, улыбаясь. — Меня зовут Мирио Тогата, но вы можете звать меня Лемиллион! Не волнуйтесь за своего друга, с ним всё будет в порядке! Всемогущий и другие учителя подоспели как раз вовремя! Никто из твоих одноклассников сильно не пострадал.

— Я мог бы с ними и сам справиться! — бушевал Бакуго. — Если бы ты и другие не встали у меня на пути…

— Пожалуйста, успокойтесь. Вы двое, уходите. Вы раздражаете моего пациента, — приказал врач.

— Х-хорошо, — сказал Изуку, отступая назад. — Я рад, что ты в безопасности, Каччан!

Единственным ответом Изуку был очень грубый жест рукой. Они ушли, Тогата последовал за ними.

— Что случилось? — спросил Изуку, когда они уходили.

— О, просто небольшие злодейские неприятности в USJ сегодня! — рассмеялся Тогата.

— Они отправились в Тематический парк Юниверсал Студиос? — удивленно спросил Изуку. Это казалось странным для геройского факультета.

— Ха-ха, это было бы занятно! — засмеялся Тогата. — Но нет, они были в Зоне Ненастоящих Катастроф! Она находится здесь, в пределах студ-городка, это тренировочный центр для геройского факультета. Вы двое учитесь на факультете поддержки, верно? Вы, наверное, там не были.⁽¹⁾

— Ох, нет, — сказал Изуку, чувствуя себя немного подавленным. Он жалел, что не мог быть с Каччаном, тренируясь быть героем. Но потом он взглянул на Мэй. Действительно ли это так? Ему нравилось иметь настоящего друга в классе, и он учился полезным навыкам.

— Ну, злодеев мы выбили, не о чем беспокоиться! — ярко заявил Тогата. — Просто отправляйтесь домой, отдохните остаток дня! Займитесь чем-нибудь веселым!

— Мы не можем, они не пустят нас к нашим детям в кампусе, — надулась Мэй.

Это заставило парня слегка отшатнуться:

— Что?! У вас уже есть дети? Но вы так молоды! Но не бойтесь, я могу спасти ваших детей, мисс, и…

— Она… она имеет в виду наши изобретения, — быстро вмешался Изуку. — Мы не… мы не… эм, всё не так. Мы — партнеры по работе в мастерской на факультете, и, ну, Мэй называет то, что мы создаём, нашими детьми.

— Они супермилые! Скажи, не мог бы ты впустить нас, чтобы мы могли их увидеть? Я покажу тебе Силовую Броню! Может быть, я смогу сделать для тебя какое-нибудь вспомогательное снаряжение, которое позволит тебе не оставаться без штанов! — предложила Мэй.

— Ха! Я, пожалуй соглашусь! Я так торопился, когда меня позвал Всемогущий, что просто прибежал, не надев сначала костюм! Думаю, мне придется не быть таким рассеянным в следующий раз, — с усмешкой сказал Тогата.

— А зачем Всемогущему звать студента, если было нападение злодеев? — в замешательстве спросил Изуку.

— О, что это? — сказал Тогата, приложив руку к уху. — Боже, мне нужно идти! Прощайте, и помните, идите прямо домой! — с этими словами Тогата озарился внезапной энергией и с криком 'СИИИЛА! ' помчался прочь с такой бешеной скоростью, что вызвал небольшой шторм.

— Подожди, но наши детки! — крикнула Мэй, но было слишком поздно. Она вздохнула. — Давай, Изуку, пойдем к тебе. По крайней мере, мы сможем поработать над этими схемами.

— Да, верно, — согласился Изуку. Но он оглянулся назад, туда, где исчез Тогата. Что это было?

В тот день Изуку так и не смог ничего сделать со схемами.

— Слава Богу, Изуку! Когда я услышала, что на твою академию было совершено нападение, я так волновалась! Слава богу, что ты не на геройском факультете, некоторые из тех детей были серьезно ранены! — Инко заплакала, как только они прибыли в дом Мидорий.

— Мама, я сразу же позвонил и написал тебе, ты же знаешь, что я в порядке! — сказал Изуку, когда мать обнимала его.

— Они совсем не разрешили нам заниматься нашими детишками, — пробормотала Мэй.

— Мэй! Ты позвонила родителям? — требовательно спросила Инко. — Они, наверное, очень волнуются.

— Изуку напомнил мне, — сказала Мэй, пытаясь обойти Инко. — Мы уже сделали домашнее задание, осталось только поработать над схемами.

— Подожди, мама, что-нибудь об этом говорилось в новостях? — спросил Изуку.

— О да, они только об этом и говорят! Пойдем, посмотрим! — Инко поспешила внутрь и включила телевизор, где ведущие новостей рассказывали о произошедшем в Юэй.

— По сообщениям, группа из более чем 50 преступников, называющих себя 'Лигой Злодеев', напала на Юэй. К счастью, Всемогущий был наготове, чтобы отразить это чудовищное нападение.

В кадре внезапно появился Всемогущий, машущий репортерам и улыбающийся. К удивлению Изуку, рядом с ним стоял не директор Нэдзу или кто-то из других героев-профессионалов, преподающих в школе, а Мирио Тогата, одетый в школьную форму.

— Старшекурсник Мирио Тогата также был вовлечен в это дело вместе с учениками 1-А. Свидетели утверждают, что он прибыл вскоре после Всемогущего и помогал Символу Мира сдерживать злодеев, пока не подоспели преподаватели Юэй.

— Опять он, — пробормотал Изуку. — Что это значит? Почему студент должен помогать победить злодеев? Разве это не должны были делать учителя или другие профессионалы? Интересно, что у него за причуда?

— Наверное, терять штаны, — констатировала Мэй. — Тот блондинистый придурок говорил что-то об этом.

Инко вздохнула и повернулась к Изуку:

— Бакуго был там? Он что-нибудь сделал с тобой?

— Он показал, что у него нет никаких социальных навыков, — сказала Мэй, пожав плечами. — Я не думаю, что мы ему нравимся. Это странно, потому что он сказал, что мы необычные. Типа, очень классные?

— Как статисты в кино, — рассеянно сказал Изуку, всё ещё задаваясь вопросом, какое отношение Тогата имеет к этому инциденту. — Он и раньше меня так называл.

— Я не думаю, что нам стоит делать для него вспомогательное снаряжение, — сказала Мэй. — Он был груб с тобой.

Изуку посмотрел на Мэй, несколько удивленный:

— Я думал, тебе всё равно, что люди плохо к тебе относятся.

— Да. Но он был груб с тобой. Мне это не понравилось, — объяснила Мэй.

Изуку хмыкнул:

— Меня беспокоит, как грубо Каччан обращался с тобой, Мэй. Он даже не понимает, насколько ты талантлива.

— Вам обоим следует держаться от него подальше, — начала ограждать их Инко. — От него одни неприятности.

В этот момент зазвонил телефон. Очевидно, Инко написала родителям Мэй, что она пришла, а они тоже были обеспокоены. Несмотря на её протесты, вскоре приехала Хари, чтобы забрать Мэй домой.

— Не волнуйся, завтра мы начнем всё раньше! — пообещал Изуку, махая рукой, когда она садилась в машину.

— Лучше бы эти злодеи не трогали наших малышей. Я убью их, если они хоть одного из них тронут! — поклялась Мэй.

Изуку улыбнулся и снова помахал рукой, а затем вернулся в дом. Он попытался поработать над схемами, но его мысли были заняты другим. Он бросил это занятие, вместо этого ещё раз позанимавшись со своим комплектом спортивных снарядов.

— Я должен был быть там, — пробормотал про себя Изуку. — Это я должен был сражаться с теми злодеями вместе с Каччаном.

Но для этого ему нужно было лучшее снаряжение. Изуку решил разузнать всё, что можно, о Лиге Злодеев и их причудах. Это была бы хорошая практика, чтобы начать придумывать контрмеры против них.

---

1) Вещает Переводчик: Аббревиатуры этих двух мест в оригинале одинаково, но меня удивляет что такой фанат героев, как Изуку, не знает про USJ. И спрашивает про этот тематический парк, что в Осаке. Ну да ладно, примем как данность. ~Ъ

Вернуться к тексту

Дайте мне шесть часов, чтобы срубить дерево, и первые четыре я потрачу на заточку топора.

— Авраам Линкольн

---

— Я полагаю, что все вы уже это знаете, но спортивный фестиваль состоится через две недели. У вас есть 10 дней, чтобы закончить своё оборудование, а затем представить его на окончательное утверждение, если вы хотите использовать его во время мероприятия, — объявил мистер Маиджима на следующий день в начале урока.

— Его разве не отменили? — сказал Сумури. — А как же Лига Злодеев?

Маиджима пожал плечами:

— О них позаботились Всемогущий и остальные учителя. Нескольким удалось сбежать, но большинство из них арестованы. Мы должны показать миру, что Юэй не запуганы кучкой головорезов.

— А что насчет Мирио Тогаты? — спросил Изуку, подняв руку. — Как он помог в USJ?

— Он ассистент преподавателя Всемогущего, — пожав плечами, ответил Маиджима. — И он довольно талантливый студент. Его помощь была очень желанной. Он спас довольно много учеников из 1-А, пока Всемогущий сражался со злодеями до того, как туда добрались остальные.

— А какая у него причуда? — нетерпеливо спросил Изуку, доставая свою тетрадь. Если Тогата был настолько силен, ему не терпелось сделать о нём несколько заметок. У него уже было несколько идей, как остановить Лигу Злодеев, если они вернутся, хотя против причуды телепортации, которой обладал один из них, будет трудно что-либо противопоставить, пока он не узнает о ней больше.

Мэй кивнула:

— Да, он попросил нас сделать ему штаны, которые он не потеряет. Я сказала ему, что могу сделать для него замечательного ребенка!

— Ну конечно же, — пробормотал Маиджима, а затем прочистил горло. — Ну, это, наверное, его проникание. Ему стало проще, и я сделал ему костюм, который не будет просто спадать, когда он потеряет концентрацию, но он забыл его. Может быть, в качестве благодарности ты сможешь сшить ему пару трусов или что-нибудь ещё для повседневного использования?

Это вызвало смешки со стороны других учеников, но Мэй только радостно кивнула. Маиджима нахмурился и обвел взглядом комнату.

— Я серьезно. Вам придется свыкнуться с мыслью о том, что вы будете делать подобные вещи. Некоторым героям действительно нужна специальная одежда для их костюмов. Вполне возможно, что вы будете делать специальное белье для героев чаще, чем вы думаете, и это может стать для кого-то разницей между жизнью и смертью. В любом случае, идите работать над своими проектами до конца урока. Помните, 10 дней на то, чтобы представить список снаряжения и чтобы я проверил его для Спортивного Фестиваля.

Изуку и Мэй направились к своим рабочим местам, причем Мэй оживленно болтала:

— Это наш шанс, Изуку! Время для наших малышей засиять! Мы просто должны показать всему миру, какие они замечательные! Я уверена, что ты сможешь это сделать! Ты очень хорошо управляешься с Силовым Костюмом и с несколькими модулями! Ты обязательно привлечешь внимание всех компаний поддержки и, возможно, даже профессиональных героев!

— Да, я слышал, что если ты хорошо выступишь на спортивном фестивале, то тебя могут перевести на геройский факультет, если ты захочешь, — сказал Изуку, потирая подбородок.

— Ну, ты можешь это сделать! Наши малыши — самые милые, самые замечательные на свете! — выпалила Мэй.

Кивнув, Изуку оглядел различные предметы, которые они смастерили. Конечно, был Силовой Костюм, крюк, реактивный ранец и сапоги на воздушной подушке. Но ему нужно было кое-что ещё…

— Я думаю, нам нужно что-то, чтобы противостоять причудам каждого, — пробормотал про себя Изуку. — Я знаю, какая причуда у Каччана, но не знаю о других учениках. Как мне узнать, это? Может, я мог бы шпионить за ними во время обеда? Нет, это не сработает, тогда они не используют свои причуды. Каччан, наверное, не скажет мне, а шпионить за ними во время урока будет сложно, так что как мне…

— Эй, мистер Маиджима, если мы захотим поработать над какими-то приспособлениями для других учеников, это возможно? — спросила Мэй.

Маиджима кивнул, подойдя к их столу:

— Конечно, кто у вас на примете?

— Ну, у нас уже так много замечательных малышей! — заявила Мэй. — Не могли бы мы просто получить список учеников с геройского факультета и их причуды? Может быть, и по общеобразовательному факультету тоже, особенно если они хотят перевестись на геройский факультет! Мы могли бы дать им преимущество!

— Конечно. Я принесу список через минуту, — сказал Погрузчик и ушел. Через несколько минут он вернулся с тетрадью:

— Я собирался попросить вас двоих помочь мне со следующим этапом модификаций костюмов. Особенно тебя, Изуку. Есть один ученик с причудой электричества, у которого есть некоторые серьезные проблемы из-за чрезмерного использования его причуды. Ты у нас электрик, может, посмотришь на него и поймёшь, что можно сделать для него. Его зовут Денки Каминари, он учится в 1-А.

— Спасибо! — сказал Изуку. Он взял тетрадь и открыл её, его глаза расширились. В ней были перечислены имена всех учеников первого курса, а также их причуды. Даже он был в списке, хотя его причуда была указана как 'Отсутствует'.

— Ну что, это поможет? — спросила Мэй.

На лице Изуку медленная появилась ухмылка:

— Да, да, поможет. Мы будем как Бэтмен, Мэй. Мы рассмотрим все причуды и создадим детей, чтобы победить всех! Начиная с Каччана!

Для Каччана Мэй почти сразу придумала простое, но эффективное решение:

— Ну, если его причуда — пот, может, просто побрызгать его антиперспирантом? Когда мы его увидели, от него воняло. Мистер Онидзука всегда говорил мне, что я должна его использовать, но я никогда не вспоминала.

Изуку покраснел от такого откровения. Понимание Мэй личной гигиены было в лучшем случае сомнительным, и Изуку приходилось напоминать ей, чтобы она мылась после долгого дня в мастерской. Лично ему нравилось, как она пахнет, но он никогда бы не сказал её об этом.

— Отличная идея? Но и как будем его доставлять?

У Мэй заблестели глаза:

— Ракетами!

К сожалению, как оказалось, на создание ракет ушла большая часть отведенных им десяти дней. Им пришлось придумать пусковую установку, изготовить ракеты, получить правильную смесь пропеллента и потушить несколько пожаров из-за своих ошибок, из-за которых мистер Маиджима пригрозил пожизненно запретить им посещать мастерскую. Однако Изуку и Мэй смогли создать ракету, которая легко запускалась из Силового Костюма, но также могла быть оснащена разными снарядами, одним из которых была бомба с антиперспирантом.

— Может быть, мы сможем добавить ещё полезных снарядов? Например, какую-нибудь антикислотную пену для той девушки, Мины Ашидо? — предложил Изуку.

Наряду с созданием снаряжения, Изуку проводил долгие часы, тестируя его и оттачивая свои боевые навыки. С начала семестра он провел некоторое время, тренируясь с силовым костюмом, особенно после своих жалких попыток справиться с роботом, когда господин Маиджима проверял их в день выдачи рекомендации. Однако теперь Изуку тренировался всерьез.

Мэй убедила Маиджиму разрешить им организовать курс подготовки для Изуку, хотя учителя категорически отказались разрешить им уничтожать роботов. Несмотря на это, Изуку практиковался в обращении с крюком, используя его, чтобы ловко перемещаться по большой тренировочной площадке, похожей на город. Он мог сочетать его с ховер-ботинками и реактивным ранцем, которые создала Мэй, чтобы летать в течение короткого времени, поднимаясь на высоту до 30 метров. Он также обнаружил, что крюк можно использовать в качестве троса для связывания врагов, хотя он не мог использовать его на ком попало, так как металлический трос мог раздавить обычного человека или разрезать его пополам при натяжении.

Он также много тренировался с ракетами, изучая, как использовать разработанный им лазерный указатель цели для повышения точности. Он также практиковался в тупой стрельбе, чтобы можно было быстро произвести шквал выстрелов без предварительного целеуказания врага, и тоже добился неплохой точности. В костюме он также отрабатывал некоторые базовые приемы боевых искусств, хотя вскоре обнаружил, что если он пытается усложнить их, то просто падает или перенапрягается. Пришлось ограничиться базовыми ударами руками и ногами, тем более что Изуку мог легко пробить бетон.

— Нам придется установить ограничители на костюм, — сказал он Мэй. — Если я ударю кого-то со всей силы, я действительно могу нанести непоправимый ущерб.

— Это будет несложно, он должен быть отключаемым на случай, если ты столкнешься с кем-то вроде Киришимы или Тецутецу с геройского факультета, — сказала Мэй, постукивая пальцем по тетради. — У них причуды, которые делают их сверхпрочными, и если наш ребенок не будет выкладываться на полную, они даже не почувствуют ударов, но для обычных людей мы можем уменьшить мощность, чтобы ты их не убил. Как же все узнают, насколько удивительны наши дети, если они будут мертвыми?

— Да, — согласился Изуку, хотя на самом деле он просто боялся причинить кому-нибудь боль. Он попрактиковался в поднятии хрупких предметов с помощью силового костюма, начав с арбузов. Первые несколько раз Изуку случайно разбивал арбузы, забрызгав костюм брызгами сока и мякоти, и заставив Мэй ругать его за то, что он испачкал их ребенка. Однако после нескольких раз Изуку смог крепко держать дыню, не ломая её, и перешел к более хрупким предметам. Наконец ему удалось аккуратно взять в руки яйцо, хотя чаще всего он всё же разбивал скорлупу.

После двух недель почти бессонных ночей Изуку и Мэй решили, что с них хватит. Они успели сделать антипричудное снаряжение только для нескольких врагов, но они были и самыми опасными. В последний момент они собрали тепловую защиту для использования против Тодороки из 1-А, который обладал мощной огненной и ледяной причудой, и быстро добавили несколько вентиляционных отверстий, которые можно было использовать для растапливания внешней части Силового Костюма, если он обледенеет.

— Это довольно много оборудования, — прокомментировал Маиджима, просматривая планы и образец ракеты, которую он получил. Он посмотрел на Изуку и Мэй, и его губы тронула кривая улыбка. — Намного больше, чем у всех первокурсников, вместе взятых.

— Ну, разве они все не очень милые? Было бы обидно оставить без внимания кого-нибудь из наших малышей! — заявила Мэй.

— По крайней мере, все они сделаны очень хорошо. Электрическая система этой ракеты — просто чудо. Как ты это сделал, Мидория?

— Ну, вообще-то, я вроде как разобрал несколько лазерных дальномеров. Мэй помогла мне перепрограммировать их так, чтобы они наводились на лазерный луч. Нужно держать луч на цели, иначе ракета сбивается с курса, но можно и просто тупо стрелять. Мне пришлось немного перепрограммировать их, чтобы они адекватно летели, но это работает!

— Я знаю, что работает, я испытывал их. Это невероятно! Обязательно найдите способ продемонстрировать их. Я знаю несколько профессионалов, которые были бы заинтересованы в их покупке. Черт, да я и сам могу купить несколько, тем более, что с этой системой, которую ты разработала, Хатсуме, можно легко поменять модули. Отличная работа! Всё одобрено! Включая Силовой Костюм MK VII.

— Вы не пожалеете об этом, сэр! — пообещала Мэй. — Мы получим ещё больше финансирования, чтобы мы с Изуку могли вечно делать детей вместе!

— Я ожидаю получить фотографии из больницы после родов, — отшутился Маиджима. Когда Изуку побелел, он разразился громким смехом. — Давайте, уходите отсюда! Идите, отпразднуйте свой успех! Я думаю, ты хорошо покажешь себя на спортивном фестивале! Может быть, кто-то из моего класса сможет хоть раз попасть в финал. Черт бы побрал тебя, Влад, с твоими дурацкими ставками…

— Это будет потрясающе! — воскликнула Мэй, когда они уходили. — Все наконец-то смогут увидеть, насколько милые наши малыши! Разве ты не рад, Изуку?

— Хм? Да, — рассеянно согласился Изуку. Он постукивал пальцем по тетради с причудами, который носил с собой. — Я думаю, мы справимся с большинством людей, с которыми столкнемся, с нашим оборудованием. Но есть один студент, о котором я действительно беспокоюсь, и он даже не на геройском факультете.

— Что? Кто? Кто собирается навредить нашим деткам?! — требовательно спросила Мэй, схватив руку и опустив её, чтобы она могла видеть тетрадь.

— Он, Хитоши Шинсо, — прокомментировал Изуку. — У него есть причуда, которая позволяет ему контролировать разум любого, кто ответит на его вопрос.

— Ну, это просто. Просто не разговаривай с ним, — сказала Мэй, пожав плечами. — Я всё ещё больше беспокоюсь о Шото Тодороки. Иметь две причуды — это просто читерство! Я знаю, что мы поставили теплоизоляцию, но у нас нет данных о том, насколько горячим может быть его огонь, так что я не знаю, сработает ли она!

— Да, он сын Старателя, героя номер 2. Победить его будет сложно, но здесь много сложных противников. Думаю, мы найдем способ.

— Да, ты покажешь всем, что достоин быть героем! — подбодрила его Мэй. Внезапно она остановилась, выглядя обеспокоенной.

Изуку остановился и повернулся:

— Что такое? Мы что-то забыли, Мэй?

— Ну, просто… Изуку, может… может, тебе не стоит выигрывать, — тихо сказала Мэй. Она сжимала руки, и в этот раз она выглядела глубоко расстроенной, а не как обычно. — Если ты выиграешь, то больше не сможешь быть со мной.

При этих словах что-то странное пронеслось внутри Изуку. Он почувствовал тоску и притяжение внутри себя, но в то же время его охватила гордость, как будто сам Всемогущий явился, чтобы короновать Изуку как следующего Героя № 1. Он также почувствовал внезапный прилив дикой похоти, когда кровь хлынула в него, вызывая внезапные и неловкие изменения. И все же ощущение оставалось, и Изуку не был уверен, что это за чувство, настолько не похожее ни на что другое, что он чувствовал в своей жизни прежде, настолько бодрящее и настолько требовательное.

Он неловко скрестил ноги, пытаясь скрыть свое состояние. Но причина этих эмоций была очевидна: Мэй не говорила, что он не может победить, не доказывала, что он сильнее даже самых сильных членов геройского факультета. Нет, она сказала, что, возможно, он не должен побеждать. Как будто победа Изуку была для неё уже предрешена:

— Почему, Мэй? Я думал, ты хочешь похвастаться нашими малышами? Тебя наверняка наймёт какая-нибудь компания поддержки, а меня, возможно, заметит какой-нибудь профессиональный герой, который возьмет меня в стажеры!

— В том-то и дело, — тихо сказала Мэй, странно не встречаясь взглядом с Изуку. — Что если они заберут тебя, и я больше не смогу тебя видеть? Не думаю, что мне это понравится.

Заставляя себя идти вперед и стараясь не показывать состояние своих штанов, Изуку поспешил вперед, обнимая Мэй и стараясь не соприкоснуться с ней ниже пояса:

— Эй, всё в порядке! Ты же веришь, что я могу победить, правда, Мэй?

Она кивнула, по её щеке внезапно скатилась слеза. Изуку почувствовал панику. Он никогда не видел, чтобы Мэй плакала. Ни тогда, когда она обожглась сварочной горелкой, ни тогда, когда её ударило током высокого напряжения, ни тогда, когда она разбила пальцы о неисправный гидравлический шарнир.

— Мэй? — все мысли о сохранении достоинства исчезли. Изуку обнял её. — Ты в порядке? Я здесь ради тебя. Просто скажи мне, что случилось!

Медленно Мэй положила руки на спину Изуку, а затем внезапно сжала его так сильно, что дыхание выбило из его тела. Благодаря долгим часам тяжелой работы Мэй обладала удивительной силой мышц, и Изуку не был готов к этому. Её пальцы больно впились в его спину, но Изуку не обращал на это внимания.

— Ты бы бросил меня, если бы выиграл? — прошептала Мэй. Изуку почувствовал, как на его груди становится влажно, и понял, что Мэй беззвучно плачет. — У меня никогда раньше не было друга. Я не хочу, чтобы они забрали тебя, если ты победишь, Изуку.

Изуку снова охватило то же чувство, и на мгновение он даже не смог бы заговорить, настолько сильны были нахлынувшие эмоции. Слезы начали капать из его глаз, смачивая макушку головы Мэй. Оба не замечали пристальных взглядов своих одноклассников, так как стояли на оживленной дорожке возле входа.

— Я никогда не оставлю тебя, Мэй. Если меня переведут на геройский факультет, если я стану лучшим Героем, я не достигну этого, если ты не будешь со мной. А если я потерплю полное фиаско, если никто не полюбит наших детей… что ж, я буду работать с тобой в мастерской твоих родителей до конца жизни!

Мэй подняла голову, сдвинув в сторону очки и открыв опухшие красные глаза:

— Ты серьезно? Ты всегда будешь моим другом?

— Всегда, — согласился Изуку. — Неважно, что. Победа или поражение, они не смогут разлучить нас, Мэй.

— Хорошо, — Мэй внезапно отпустила Изуку, быстро повернулась и пошла прочь. — Тогда мы просто должны победить, чтобы мы могли делать детей, каких только захотим!

— Уроды, — пробормотал кто-то, проходя мимо Изуку, но ему было всё равно. Он шел за Мэй, уверенный в том, что его ждет в будущем. В конце концов, Мэй верила в него. Разве что-то ещё имело значение?

Бог создал слабых и сильных людей, а полковник Кольт сделал их равными.

— Американская пословица

---

— Мы можем это сделать, я знаю, что можем, мы готовы, мы подготовились, мы изучили всех возможных соперников, мы можем это сделать, мы готовы, — бормотал про себя Изуку, пока они шли по туннелю к полю стадиона, к месту, куда стекались все первокурсники.

— К тому же, наши малыши просто прелесть! — воскликнула Мэй, сидя на плече силового костюма высотой два с половиной метра. Теперь он был раскрашен в розовый и зеленый цвета, что, по словам Мэй, символизировало оба цвета их волос. Хотя часть Изуку немного смущалась того, что он так выделялся, другая часть гордилась их тяжелой работой и хотела выделиться. — Ты победишь, Изуку!

Сам костюм был громоздким и объемным, весом чуть больше 500 килограммов. Основное отделение было достаточно большим, чтобы вместить тело Изуку, но его руки и ноги выходили в конечности костюма, чтобы сделать движения более естественными, хотя они доходили только примерно до половины бронированных конечностей. Голова Изуку торчала из костюма, хотя она была заключена в металлический шлем, по форме напоминающий мотоциклистский с непрозрачным козырьком. Его можно было надевать и снимать, хотя он предпочитал оставлять его на голове, так как тогда никто не мог видеть его лица.

Руки тоже были довольно объемными, на них располагались соединения для различных модулей, которые они создали. Руки соответствовали размеру остального костюма, и это было одной из причин, почему Изуку потребовалось так много времени, чтобы привыкнуть пользоваться ими правильно. Они были покрыты специальным прорезиненным веществом, которое облегчало захват предметов, а тактильная обратная связь была связана с перчатками, которые носил Изуку. Его ноги были несколько коротковатыми для пропорций костюма, хотя они всё равно были на полметра длиннее, чем у самого Изуку. Ноги были широкими и имели протекторы, как у больших ботинок, для облегчения сцепления по краям, а в центре располагались воздушные форсунки, которые позволяли Изуку прыгать дальше, а в сочетании с реактивным ранцем — летать в течение короткого времени.

Силовой костюм очень напоминал Изуку некоторых мехов, которые он видел в Корусант Комикс, хотя он не был похож ни на один из них, и был намного меньше, чем предполагаемый размер оригинала тех моделей. Тем не менее, ему пришлось осторожно пройти через туннель на стадион, что бы Мэй не задела потолка.

Изуку кивнул, сохраняя ровный и размеренный шаг. Присутствие Мэй как-то успокаивало его нервы, и он заставил себя смотреть вперед, пока они выбирались из туннеля.

— Поддержите классы F, G и H! — раздался из громкоговорителей голос Сущего Мика.

Изуку попытался улыбнуться и оглянуться, чтобы помахать рукой, но чувствовал себя слишком нервным, чтобы сделать это. Мэй теперь стояла на вершине силового костюма и махала обеими руками толпе:

— Да, это мы, с нашими супермилыми детками! Покажи всем наших малышей, толпа смотрит! Это наш шанс получить финансирование!

Бешеная энергия Мэй вызвала настоящую улыбку на губах Изуку, и он использовал одну руку, чтобы поддержать её, а другой помахал.

— Они смотрят на нас, Изуку! Они все смотрят на нашего ребенка! Оооо, ты действительно должен победить! Это докажет, какие замечательные у нас дети! — кричала Мэй.

Наконец, после нескольких неистовых жестовых угроз Погрузчика, Мэй спрыгнула вниз, и все первокурсники собрались перед сценой.

— А теперь, представитель учащихся первого года обучения, Кацуки Бакуго! — объявил Сущий Мик.

Изуку резко обернулся и увидел Бакуго, идущего к сцене с решительным выражением лица.

— Что, Бакуго? — спросила студентка с геройского факультета с длинными мочками ушей, заканчивающимися разъёмами от наушников. — Почему они выбрали его? Он же такой засранец.

— Наверное, потому что он занял первое место на вступительных экзаменах, — прокомментировал другой студент с того же факультета с рыжими волосами. — Даже если он иногда бывает придурком.

— Ага, на вступительном экзамене для героев, — ворчал кто-то с общеобразовательного факультета.

Но Изуку знал правду: в конце концов, в глазах толпы именно факультет героев имел значение. Это были студенты, которые всегда побеждали на спортивном фестивале. Изуку проверил: За всю историю Юэй ни разу ни один студент с другого факультета не занимал первое место. Были студенты из других факультетов, которые доходили до финального раунда, но финальный раунд — это всегда битва, а на геройском факультете обычно были не только студенты с самыми сильными причудами, но и те, кого больше всего учили их использовать.

— В этом году мы победим, — поклялся Изуку Мэй. Она улыбнулась ему и кивнула.

— Я хочу сказать только одно, — пробурчал Бакуго с вершины сцены. — Я собираюсь занять первое место.

Многие освистели Бакуго, но Изуку решительно уставился на Бакуго. Он знал правду. Бакуго не хвастался. Он давал обещание: если вы хотите победить в этом году, то нужно победить именно Бакуго. И Изуку абсолютно верил в это.

— Увидимся в финале, Каччан, — прошептал Изуку.

— Зачем ты это сделал? Ты выставил всех из 1-А в плохом свете! — кричал высокий мальчик в очках, яростно махая руками на Бакуго.

Бакуго, в свою очередь, пожал плечами и оглянулся назад:

— Не моя вина, что вы все просто статисты в моем шоу.

Освистывания и крики продолжались, несколько учеников угрожали Бакуго, но колючеволосый юноша просто ушел со сцены и вернулся на свое место, не беспокоясь о критике.

— Думаешь, его социальные навыки хуже, чем у меня? — размышляла вслух Мэй. — По крайней мере, люди просто считают меня странной. Не думаю, что кто-то меня ненавидит. Эй, Сумури, ты меня ненавидишь?

Ката перевёл взгляд одного глаза на Мэй и пожал плечами:

— Нет. Но я могу ненавидеть этого придурка, который только что был на сцене. Думает, что он лучше нас.

— Его социальные навыки определенно не лучше, — рассмеялась Мэй.

— Тсс, они объявляют первое задание, — прошептал Изуку.

Это был узкий момент их планирования. Он и Мэй могли спрогнозировать причуды своих сверстников, но они не могли знать, какими будут испытания в первых двух этапах. Услышав подробности испытания, Изуку облегченно вздохнул. Полоса препятствий. С этим они могли справиться. Силовой Костюм мог развивать скорость более 40 км/ч, и хотя Изуку знал, что Тенья Иида из 1-А может двигаться быстрее, благодаря своим двигателям, Изуку всё равно должен был легко обогнать большинство участников.

— Готова, Мэй? — спросил Изуку.

— Да! — она с нетерпением забралась к нему на спину, пристегиваясь ремнями и держась за ручные и ножные крепления, которые они установили заранее. — Давайте покажем всем, на что способен наш малыш!

— На старт! Внимание, марш!

Изуку сорвался с места и бросился в спринте, используя длинные шаги Силового Костюма, чтобы быстро обогнать почти всех. Большинство учеников быстро уступали дорогу большому металлическому костюму, благодаря которому рост Изуку был чуть больше двух метров. Он уже почти выбрался из туннеля, как вдруг костюм покрылся слоем льда, приковав его к земле. Причуда Тодороки, понял Изуку. Бакуго рассмеялся и бросился вперед со взрывами, увернувшись от льда, но все остальные попали под него.

— Включить тепловой щит! — крикнул Изуку, и тут же нижняя часть силового костюма нагрелась. Мэй надела утепленные перчатки и ботинки как раз для таких целей и засмеялась от восторга, когда они вырвались на свободу и помчались вперед.

Изуку заметил, что Тодороки и Бакуго используют свои причуды, чтобы двигаться быстрее, чем большинство бегунов. Ну, не быстрее, чем Силовой Костюм.

— Держись, крепче! — предупредил Изуку и бросился вперёд, мчась по маршруту так быстро, как только мог. Он уже почти догнал и Бакуго, и Тодороки, как вдруг несколько огромных роботов взревели, преграждая им путь.

— О, Боже, какие огромные! — взволнованно сказала Мэй. — Используй фугасные ракеты!

— Пока рано, — отмахнулся Изуку. — Мы не знаем, что впереди.

Как оказалось, они им не понадобились, так как лед Тодороки покрыл роботов, заморозив их на месте и позволив ему легко обойти их.

— Изуку, они неустойчивы! Не дай им раздавить наших малышей! — предупредила Мэй.

Свернув, чтобы избежать гигантских роботов, Изуку столкнулся с группой роботов поменьше, некоторых из которых он узнал с своего вступительного испытания. Другие были похожи на скорпионов, а ещё были крупные модели с ракетными установками на спине. На краткий миг Изуку показалось, что он запаникует и убежит. Конечно, он уже сталкивался с одним роботом, и это было легко. Теперь же их было полдюжины, и все они шли прямо на него.

— Используй 54-го! — неожиданно крикнула Мэй, стукнув рукой по плечевым пластинам Изуку. — Давай покажем, на что мы способны!

Её слова принесли внезапную ясность, и разум Изуку сфокусировался, формируя план:

— Так! — Изуку поднял левую руку, активируя установленный в ней модуль. Появился лазерный луч, нацеленный на роботов. Изуку побежал вперед, заряжая лазер. — Огонь!

Узкий красный луч выстрелил в ближайшего робота с ракетными установками. Его броня сразу же начала плавиться, хотя Изуку изо всех сил старался держать луч на цели. Тем не менее, за секунду ему удалось расплавить значительный кусок, заставив робота застыть. Деактивировав лазер, Изуку прыгнул на робота и ударил его в то место, где лазер ослабил броню. Рама робота разлетелась на куски под силой удара, но Изуку сделал это слишком сильно, потерял опору и упал на колени, когда его кулак застрял в внутренностях робота.

— Осторожно! — Крикнула Мэй. — Не позволяй им причинить вред нашим малышам!

С усилием Изуку освободился и повернулся лицом к новым роботам, когда они набросились на него. Он поднял лазер и одной рукой выстрелил в прицеливающегося моно-колесного робота, затем активировал модуль захвата, встроенный в его правую руку. С его помощью он проткнул крюком глаза другого робота с ракетными установками, отчего тот врезался в землю и выключился. К сожалению, ему не удалось удержать лазер на боте-скорпионе. К счастью, в результате диких колебаний лазера он попал по глазам того робота, расплавив их и заставив робота начать бешено бегать по кругу, врезаться в своего собрата и разрушить их обоих.

Последний робот был ещё один моно-колесный, и Изуку побежал вперед, сматывая крюк. Он ударил правой, чтобы отклонить щиты, а затем запустил крюк в торс робота. Он пробил шасси врага насквозь, уничтожив робота.

Задыхаясь, Изуку снова освободил крюк, а затем бросился в погоню за Тодороки и Бакуго.

— Как ты там? — спросил он Мэй.

— Не беспокойся обо мне! Как там наши малыши? — спросила Мэй.

Посмотрев на свой экран, Изуку нахмурился:

— Похоже, у нас небольшие повреждения. Мощность лазера упала до 20%, я стрелял из него целых 4 секунды. На руках и ногах есть вмятины, а правая рука имеет небольшие повреждения сервопривода, функциональность снизилась до 92%.

— Всё в пределах допустимого! Продолжай! — подбодрила парня Мэй. — Мы всё ещё обгоняем многих.

Изуку сопротивлялся желанию оглянуться, вместо этого он помчался вперед по трассе вслед за лидерами, которые тратили столько же времени на обстрел друг друга, сколько и на продвижение вперед.

Ещё через полкилометра они подошли к широкой пропасти, с множеством островков внутри и соединённых канатами.

— Они называют это препятствием? — рассмеялась Мэй. — Задействуй реактивный ранец и сапоги на воздушной подушке!

— Принял! — Изуку подпрыгнул в воздух, затем активировал сапоги и реактивный ранец. Они оба обеспечили достаточную подъемную силу, чтобы отправить Силовой Костюм на 3 метра в воздух в контролируемом подъеме. Изуку смог приземлиться на один из островков, где ему пришлось сделать паузу на несколько секунд, пока система снова заряжалась.

— Нужно придумать способ более непрерывного полета, — пробормотал Изуку, наблюдая, как Бакуго использует свои взрывы, чтобы безрассудно прыгать с островка на островок, а Тодороки просто создает ледяные дорожки, по которым можно катиться над пропастью.

— Используй крюк, чтобы придать нам больше импульса! — приказала Мэй.

— Конечно! — Изуку быстро направил крюк на выступ на дальней стороне каньона, затем тщательно прицелился в слабое место в скале. Крюк легко вонзился в стену, и Изуку подпрыгнул, когда крюк начал быстро сматываться. Его руку сильно дернуло в свободном падении. К счастью, встроенные амортизаторы сделали своё дело, справившись с внезапным напряжением. Он полетел над пустотой каньона, а когда начал приближаться к другой стороне, снова активировал реактивный ранец и ботинки, чтобы запустить себя вверх и перемахнуть через край. Он тяжело упал на землю и помчался вперед, продолжая преследовать лидеров.

— Давай, давай, мы можем это сделать! — призывала его Мэй. — Они догоняют нас!

— Ненадолго! — пообещал Изуку, бежавший изо всех сил. Вдруг он увидел, что Бакуго и Тодороки резко сбавили темп, осторожно выбирая путь вперед.

— Минное поле! — предупреждающе крикнула Мэй. — Изуку, осторожно, не повреди наших малышей!

Изуку покачал головой:

— Мы не можем сейчас остановиться! Мы почти добрались до лидеров!

— Если ты наступишь на эти мины, они взорвутся и повредят костюм! — предупредила Мэй.

— Тогда нам просто придется взорвать их до того, как они взорвутся под нами! Активировать ракеты!

Двойные контейнеры с ракетами, установленные в торсе Изуку, раскрылись, и он слегка замедлился, чтобы выправить торс вверх. Он также направил лазер на поле, обозначив цели для каждой ракеты:

— Зарядить фугасные!

— Обожаю, когда ты так говоришь о взрывах! — хихикнула Мэй. — Давайте, детки, сделайте так, чтобы мама и папа гордились вами!

— Ракеты… пуск!

Десять ракет выстрелили из силового костюма, поднявшись в небо по широкой дуге. Тодороки и Бакуго внезапно посмотрели вверх, а затем в шоке на Изуку, который продолжал мчаться вперед. Тодороки воздвиг вокруг себя ледяную баррикаду, а Бакуго внезапно вскочил на ноги и снова безрассудно бросился вперед, пытаясь остановить ракеты. Но он опоздал: ракеты врезались в минное поле серией огненных шаров, которые затем превратились в огромный шар разрушения. Бакуго отбросило назад за спину Изуку, который поднял руки перед собой и бросился в ударную волну. Он и Мэй захрипели от удара, но костюм выдержал взрыв, и Мэй осталась пристегнутой.

— ДА! НАШИ МАЛЫШИ САМЫЕ ЛУЧШИЕ! — хохотала Мэй, пока Изуку бежал по бывшему минному полю. Тодороки отряхивался, его защитил лед, но Бакуго лежал на земле, слегка стоная от сильного сотрясения, вызванного взрывом. У Изуку не было времени думать об этом, он спринтерским бегом устремился вперед.

— Там, впереди, финиш! — радостно воскликнула Мэй. — Вперед, Изуку, вперед! Мы уверенно лидируем!

Они вбежали в туннель и выбежали на другую сторону, где их ждала толпа.

— Я НЕ ВЕРЮ СВОИМ ГЛАЗАМ! — голос Сущего Мика гремел из громкоговорителей. — Два студента с факультета поддержки финишировали первыми! Изуку Мидория и Мэй Хатсуме из 1-Н — явные победители полосы препятствий! Бывшие лидеры, Бакуго и Тодороки, только сейчас взяли себя в руки и устремились в погоню, но теперь с ними за третье место соревнуются ещё полдюжины человек! Это невероятно, друзья! Мы никогда не видели такого финиширования от студентов с факультета поддержки!

— Мы сделали это, мы сделали это, мы сделали это! — засмеялась Мэй, отстегивая ремни и запрыгивая на Силовой Костюм, чтобы крепко обнять его.

Изуку почувствовал то же головокружительное чувство триумфа, схватил Мэй и поднял её высоко над головой. — Мы сделали это, Мэй! Мы выиграли первый раунд!

— Всё верно! — крикнула Мэй, стоя на руках у Изуку. — Я Мэй Хатсуме, а это Изуку Мидория! Мы сделали всех этих супермилых малышей, которых вы сегодня видели в действии!

— Она имеет в виду наши изобретения! — Изуку рассмеялся. — Именно так мы и называем наши изобретения!

— Просто убедитесь, что вы не спускаете с нас глаз! Я собираюсь стать величайшим в мире изобретателем, а Изуку собирается использовать наших детей, чтобы стать следующим Героем Номер 1!

— Смелые слова от наших первых финалистов! — сказал Сущий Мик, смеясь. — Но чего ещё можно ожидать после такого выступления! А вот и остальные участники! Тенья Иида занимает третье место, за ним следуют Шото Тодороки и Кацуки Бакуго!

— ДЭКУ, ТЫ ЧЕРТОВ СТАТИСТ! — прорычал Бакуго, врываясь на площадку следуя по пятам за своими одноклассниками. — ЧТО ЭТО БЫЛО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ!

— Кто такой Дэку? — спросила Мэй, нахмурившись, когда Бакуго стоял перед ними, задыхаясь от ярости.

Медленно Изуку опустил Мэй на плечо, затем протянул руку:

— Это была хорошая гонка, Каччан. Последний прием я позаимствовал у тебя: использовать взрывы, чтобы расчистить себе путь.

— Да? Ну и пошел ты, ботаник! Думаешь, ты лучше меня? — выпалил Бакуго. — У тебя даже нет причуды!

— Ну, ему она и не нужна, чтобы быть лучше тебя, — рассмеялась Мэй. — По крайней мере, у него есть социальные навыки!

— И ты тоже, розововолосая сучка! Если вы двое ещё раз встанете у меня на пути, я вас похороню, вы поняли!

— Бакуго! Успокойся, — вмешался высокий мальчик в очках, Тенья Иида, занявший третье место. Возможно, именно это спасло Бакуго от перелома челюсти, а Изуку — от дисквалификации. — Они победили, честно и справедливо.

— Отвали. Ты мне не мамочка, — прорычал Бакуго, а затем пошел прочь.

Иида нахмурился вслед Бакуго, но затем повернулся и поклонился Изуку и Мэй:

— Пожалуйста, простите грубость моего одноклассника. Уверяю вас, что не все мы с геройского факультета такие.

Изуку быстро снял шлем, пытаясь улыбнуться парню:

— Ничего страшного, я хорошо знаю Каччана, ещё с детства. Мы ходили в одни и те же школы, — объяснил Изуку, стараясь сохранять видимое спокойствие. Как Бакуго смеет так говорить о Мэй!

Мэй пожала плечами:

— Я познакомилась с ним недавно. У него социальные навыки ещё хуже, чем у меня!

— Я… понимаю, — сказал Иида, выпрямившись и странно глядя на Мэй. Он пожал плечами, затем улыбнулся и протянул руку. — Что ж, желаю вам обоим удачи в предстоящих раундах. Я уверен, что вы оба будете гордостью своего факультета.

Изуку осторожно взял руку Ииды в силовой скафандр и легонько качнул ее один раз:

— И тебе, Иида. С твоей причудой двигателя, ты, несомненно, станешь сильным конкурентом.

Иида улыбнулся и кивнул в знак благодарности:

— Я стремлюсь к тому, чтобы семья Иида гордилась мной. Мой старший брат наверняка будет наблюдать.

Следующие несколько минут Изуку и Мэй потратили на то, чтобы спешно пополнить боезапас из рюкзака, который несла Мэй, перезарядить ракеты и провести мелкий ремонт крюка, а также заменить блок питания для лазера.

— Следующее соревнование — бои наездников! — объявила Полночь со сцены. — Вы должны сформировать команды до четырех человек, состоящие из одного всадника и как минимум одного скакуна!

— Я с удовольствием покатаюсь на тебе, Изуку! — сказала Мэй, хлопая его по спине. Изуку вздрогнул, но не от силы удара, а от невольного намека Мэй.

— Хе-хе, молодец, парень. Приятно видеть, что хотя бы у кого-то из нас заарканил красотку! — прокомментировал всё это маленький отвратительный карлик со странными фиолетовыми волосами.

Он покраснел и отвернулся, сосредоточившись на словах Полночи.

— Команды получат повязки с общим количеством очков, набранных на полосе препятствий. Обычно первое место получает 10 000 000 очков, а второе — 205.

— Десять миллионов?! — Изуку перехватило дыхание, и он слегка побледнел.

— Но в этом году у нас был дуэт! Ну, мы собираемся сохранить дух этого, поэтому, Изуку Мидория и Мэй Хатсуме, за каждого из вас назначена награда в 5 000 000 очков!

Глаза Изуку расширились, и он сделал полшага назад. Он чувствовал на себе взгляды всех присутствующих, взгляды всех студентов геройского факультета, которые теперь были полны решимости разбить его в пух и прах и украсть его баллы. Как он мог противостоять всему этому? Он поспешно надел шлем, не желая показывать своё смятение.

— Ха-ха! Это потому, что мы с Изуку явно победим! Он станет Героем №1 в мире, используя наших замечательных малышей, а я сделаю их для него! — провозгласила Мэй, откинув назад голову и смеясь.

— Она имеет в виду, эм, она имеет в виду… — Изуку заикался, но Полночь прервала его.

— Что это?! Горячий роман на поле боя! Пожалуйста, не снимайте одежду на этом соревновании! Пикантные подробности мы оставим на потом! Возможно, этим юным героям понадобится моё особое обучение!

Изуку казалось, что он сейчас расплавится в лужу и умрет от смущения, по крайней мере, пока Мэй не обняла его за плечи.

— Давай, Изуку, давай активируй костюм, чтобы я могла оседлать тебя для победы!

Несмотря на чувство полного стыда, Изуку сумел улыбнуться:

— Да. Давай победим.

Главный способ не проиграть — победить.

— Йоги Берра

---

— Хей. Приятно видеть здесь студентов не с геройского факультета. Вы двое, должно быть, очень сильные.

Изуку поднял глаза от работы над Силовым Костюмом и увидел мальчика с растрёпанными фиолетовыми волосами и темными кругами под глазами. Он открыл рот, чтобы ответить, но Мэй закрыла ему рот рукой.

— Изуку! Разве ты не помнишь, кто это? — требовательно сказала она.

Изуку на мгновение замешкался, затем его глаза расширились. Он быстро кивнул, и Мэй убрала руку.

— Нам нечего говорить тому, кто может управлять нашим разумом, — сказала Мэй, отвернувшись, чтобы продолжить работу. — У нас есть дела поважнее, верно, Изуку?

— П-п-правильно, — пробормотал Изуку, возвращаясь к работе над костюмом, но его глаза нервно скользнули к мальчику, которым оказался Хитоши Шинсо. Его причуда позволяла ему контролировать разум любого, кто отвечал на его вопрос, и Изуку едва не попал в его ловушку.

— Расслабьтесь. Я здесь не для того, чтобы украсть ваши повязки ещё до того, как мы начнем, — сказал Шинсо, одарив Изуку лукавой улыбкой. — Так ты знаешь о моей причуде? Интересно, как это произошло. В любом случае, это не важно, как и то, зачем я здесь. Я хочу объединиться с вами.

— Что? — Изуку обернулся, потрясенный. — Почему ты хочешь объединиться с нами?

— Изуку! — прорычала Мэй, ударив его по затылку. — Ты собираешься закончить тем, что будешь с промытым мозгом?!

— Только если бы я этого захотел. А я не хочу, — непринужденно ответил Шинсо. — Нет, я здесь, чтобы предложить объединиться в команду, потому что вы двое — единственные студенты не с геройского факультета, дошедшие до полуфинала. И, что ж, я уважаю это, — Шинсо посмотрел на свои руки, которые он сжал в кулаки. — Они не отмели меня, независимо от того, насколько сильна моя причуда, потому что она не соответствует их определению героя. Вы двое тоже не подходите. Поэтому они не принимают и вас. Давайте работать вместе, чтобы изменить это. По крайней мере, сейчас. В финале всё может резко измениться.

Изуку посмотрел на Мэй, которая хмуро смотрела на Шинсо:

— Откуда нам знать, что ты не предашь нас и не заберешь наши повязки? — спросил он.

Шинсо пожал плечами:

— Вы можете не доверять мне. Если вы такие мнительные, я просто найду кого-нибудь другого. Но я думаю, что вам двоим не помешала бы моя помощь. Конечно, вы сильные и быстрые, а костюм, который вы создали, просто потрясающий. Но неужели ты думаешь, что вы вдвоем сможете противостоять всему геройскому факультету и победить? Вам нужны союзники.

— Ха! Мы с Изуку зашли так далеко только вдвоем и нашими малышами! Нам больше никто не нужен! — бахвалилась Мэй.

— Подожди, Мэй, — сказал Изуку, положив руку ей на плечо. Он изучал Шинсо. — Твоя причуда сильна, возможно, одна из самых мощных здесь. И ты прав. Мы противостоим всему геройскому факультету. Я готов стать партнером на этот раунд, чтобы доказать, что каждый может стать Героем. Так что скажешь, Мэй?

— Хм. Ну, если ты думаешь, что это хорошая идея, — сказала Мэй, пожав плечами. — Только убедись, что он хорошо обращается с нашими детьми!

Шинсо хихикнул и кивнул:

— О, я обязательно буду. А теперь, я думаю, я был бы лучшим наездником. Согласны?

— Да. Я, конечно же, буду лошадью, — сказал Изуку, похлопывая по силовому костюму. — Вы с Мэй можете ехать сверху. Мэй, следи за нашими спинами и ищи проходы. Шинсо, сколькими людьми ты можешь управлять одновременно с помощью своей причуды?

— Это зависит от ситуации, но не больше четырех или пяти. Так что можете забыть о том, чтобы мы просто промыли мозги всем на поле. — ответил Шинсо.

— Нет, но, возможно, было бы полезно заставить одну команду отступить или отдать свою головную повязку один раз, — сказал Изуку. — Я оставлю эту часть на твоё усмотрение. Я думаю, что наш лучший вариант — стараться держаться подальше от других команд как можно дольше. У нас уже огромный отрыв по очкам. Сколько их у тебя, Шинсо?

— Лично у меня 80, но они не имеют значения по сравнению с тем, что есть у вас.

— Согласен. Так что пока играем от обороны, — сказал Изуку, хлопнув кулаком по ладони. — Давайте загружаться и готовиться, всё начнется через несколько минут.

Вскоре Изуку снова был в силовом костюме, разогревал системы и ждал сигнала. Шинсо и Мэй были пристегнуты сверху, причем на Шинсо была надета повязка с 10 000 080 очками. Изуку снова почувствовал на себе взгляды всех, готовых схватить его. Он увидел Бакуго, который с маниакальной ухмылкой смотрел на него, сидя верхом на Мине Ашидо, Фумикаге Токоями и Эйджиро Киришиме.

— Команду Бакуго будет трудно победить, — пробормотал Изуку. — Бакуго — чистая мощь, но у его команды также почти непревзойденная защита: кислота Ашидо, темная тень Токоями и укрепление Киришимы.

— Нам лучше держаться от них подальше, — согласился Шинсо. — У него, похоже, на тебя зуб. У него высокомерие и яркая причуда, что я терпеть не могу.

— У него также нет навыков общения! — подхватила Мэй.

Изуку почти слышал, как Шинсо закатывает глаза, но времени на раздумья не было. — Начинаем! — крикнула Полночь, и Изуку прыгнул в воздух, запустив свой реактивный ранец и сапоги на воздушной подушке, чтобы проскочить через поле, подальше от других команд, которые тут же направились прямо к нему.

— Кто идет за нами, кроме Бакуго? — спросил Изуку, подыскивая подходящее место для посадки.

— Вообще-то, Бакуго, похоже, нацелился на Моному из 1-В. Он очень зол, Монома украл его повязку в спешке, чтобы добраться до тебя. Монома, похоже, выпендривается, а Бакуго, видимо, не выносит ещё одного вредителя, — отрапортавал Шинсо.

— Ему не нравится, когда кто-то пытается превзойти его, — согласился Изуку. — Джетпак нуждается в подзарядке! Приземляемся!

Изуку приземлился, но не успел он коснуться земли, как вокруг него выросла стена колючих лоз, — Шиозаки! — Её причуда превратила её волосы в живые растения, которыми она может управлять.

— Не убегайте, встретьте нас лицом к лицу, как мужчины! — Тецутецу из класса 1-B с ревом бросился на Изуку, его металлическая кожа сверкала в солнечном свете.

— Я не мужчина, болван! — воскликнула Мэй. — И не смей обижать моих детишек!

— Лазерный резак! — крикнул Изуку, активируя инструмент, чтобы быстро срезать цепкие лианы. Он попытался отпрыгнуть в сторону, но земля под ним превратилась в жижу, в результате чего его ноги проваливались вниз, и он застрял в трясине. — Чёрт, это размягчение Хоненуки!

— Эй, Тецутецу, ты, твёрже Киришимы? — крикнул Шинсо.

— Конечно же, идиот! — Тецутецу рассмеялся. — Металл тверже, чем…

Шинсо оскалился. Он захватил его:

— Может, тебе стоит пойти за командой Бакуго. Такой бой точно докажет, что ты гораздо мужественнее.

Лицо Тецутецу внезапно стало безэмоциональным, и он отвернулся от Изуку, указал пальцем на Бакуго.

— Что? Тецутецу, мы собирались получить повязку в 10 000 000 очков! — запротестовал Авасе, один из его наездников.

Тецутецу покачал головой и снова указал пальцем.

Отвлечение длилось достаточно долго, чтобы Изуку смог вытащить себя из грязи, но ему пришлось тут же уклониться от удара, когда его попытался сковать ледяной покров.

— Ничего личного, Мидория, но мы заберем эту повязку, — сказал Иида, ведя команду Тодороки к ним. В их команде также была Яойорозу, которая сделала роликовые коньки для себя и Урараки, пока они поддерживали Тодороки.

— Они тоже могут летать, благодаря антигравитации Урараки в их команде, — пробормотал Изуку, активируя тепловой щит и мчась сквозь лед, пробивая его и убегая так быстро, как только мог.

— Берегись! — крикнула Мэй, как раз вовремя, чтобы Шинсо успел увернуться от длинного языка лягушкоподобной Асуи. Она пряталась за щупальцеобразными руками Шоджи, вместе с фиолетововолосым Минетой.

— Не позволяй этим липким шарикам коснуться тебя! — Мэй предупредила Изуку, когда несколько штук вылетели из слепой зоны.

— Вперёд! Реактивный ранец перезаряжен! Запускаем! — Изуку снова поднялся в воздух, но, как он и предсказывал, на этот раз команда Тодороки последовала за ним, причём Урарака использовала обнуление гравитации, чтобы обеспечить подъем, а Иида использовал свои двигатели, чтобы придать им ускорение. Изуку быстро использовал свой крюк, чтобы зацепиться за дальнюю сторону арены, отключил реактивный ранец и дёрнул себя в сторону. Он врезался в стену, стиснув зубы от удара.

— Вы двое в порядке? — спросил Изуку, вытаскивая крюк и перезаряжая его, бегая вдоль стены арены.

— Норм, беспокойся о себе. За нами идут команды Хагакуре и Кендо! — сказал Шинсо.

— Эта повязка наша, Мидория! — кричала Хагакуре, единственным местом которым определяло её местоположение — головная повязка, когда её несли в бой Каминари, Оджиро и Сато.

— Разве это не странно, нести голую девушку в бой? — обратился Шинсо к трем парням, несущим Хагакуре.

— Что? Нет, то есть да, то есть, она сама нас попросила! — запаниковал Сато.

Каминари рассмеялся:

— Это здорово! Минета будет так ревновать!

— Это не совсем так… — вздохнул Оджиро.

— Не будь извращенцем! — Хагакуре прокричала она на Шинсо, что заметил эту деталь, её повязка на голове дико тряслась вместе с головой.

— Ну, разве вы не думаете, что Кендо и её команда будут более легкой мишенью? Почему бы вам не пойти за ними? — воскликнул Шинсо.

Сразу же команда Хагакуре прекратила преследование Изуку и направилась к команде Кендо, которая пыталась нагнать его. Вскоре Кендо пришлось отбиваться от неуклюжих попыток Хагакуре выхватить её повязку, и Изуку краем глаза заметил, что ей удалось отнять у Хагакуре повязку с помощью своей причуды больших рук, после чего её команда понеслась прочь, а команда Хагакуре неуклюже двинулась за ними.

— Хорошая работа, Шинсо! Твоя причуда великолепна! — пропыхтел Изуку. Несмотря на охлаждающее устройство и тренировки, он начал уставать после 10 минут постоянных усилий, чтобы держаться подальше от других команд.

— Я родился с этим. Больше впечатляет то, чего добились вы двое. Не волнуйся, Мидория. Мы оба докажем, что достойны быть героями, — сказал Шинсо.

— Все смотрят на нас и наших детей, Изуку! — подбодрила Мэй. — Я вижу, как все компании поддержки обращают внимание! Обязательно используй лазер ещё несколько раз, и найди способ использовать несколько ракет! Им это понравится! Наши малыши — лучшие!

Изуку слегка поморщился:

— Она имеет в виду…

— Забудь! Снова идет Тодороки! — Шинсо прервал его.

Изуку едва успел увернуться от стены льда, но ему пришлось поднять левую руку, чтобы удержать Тёмную Тень, причуду Токоями.

— Рррррр! Эта повязка наша! — прокричала черная птица.

— Не сегодня! — воскликнула Мэй. Она подбросила в воздух цилиндр из своего рюкзака, затем закрыла глаза Шинсо рукой.

Лицевая пластина Изуку автоматически потемнела, когда взорвалась флешка, наполнив стадион внезапной вспашкой света.

— Неееет! — Темная Тень застонала, отступая назад, чтобы спрятаться под Токоями.

— Ха! Слабость к свету, как я и предполагала! — Мэй рассмеялась, а затем взвизгнула, когда Изуку пришлось подпрыгнуть высоко в воздух использую сапоги на воздушной подушке, чтобы избежать новых ударов льда Тодороки.

— Наверное, здорово иметь столько ярких причуд! — обратился Шинсо к другой команде. — Как тебе нравится издеваться над командой, в которой нет ни одной боевой причуды?

Тодороки промолчал, но Урарака ответила:

— Мы не пытаемся издеваться над вами! Это просто часть турнира! Простите!

Внезапно команда Тодороки взлетела над землей, выйдя из-под контроля, когда Тодороки в самый неподходящий момент выпустил ещё одну ледяную струю. Урараку внезапно вырвало, и они снова упали на землю.

— Черт, она нарушила мой контроль, когда сделала это, — пробормотал Шинсо.

— Всё в порядке, мы сбежали! отозвался Изуку. Он запустил свой крюк в центр арены и притянулся. Однако ему пришлось оставить крюк, так как земля начала размягчаться, и из неё полезли лианы.

— ЧТО ВЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛИ, ТРУСЛИВЫЕ УРОДЫ?! — проорал Тецутецу, когда его команда побежала на них. — МЫ ПОТЕРЯЛИ НАШУ ПОВЯЗКУ У БАКУГО, И ЭТО ВСЁ ВАША ВИНА!

— ВЕРНИТЕСЬ СЮДА, СТАТИСТЫ ИЗ B-КЛАССА!» закричал Бакуго, все ещё преследуя Моному. — Я СОБИРАЮСЬ ВТОПТАТЬ ВАС ВСЕХ В ЗЕМЛЮ!

— Расслабься, может, тебе стоит помочь Бакуго, — ответил Шинсо.

— Зачем нам это делать?! — прорычал Тецутецу.

— Вы должны раскаяться в своих грехах! — добавила Шиозаки, и её команда дружно согласилась.

Тут же они свернули в сторону, вокруг команды Мономы выросли лианы.

— Что?! Шиозаки, почему? — завопил Монома.

— ЗАВАЛИСЬ ТЫ, ВОТ ПОЧЕМУ! НЕ ПОМОГАЙТЕ МНЕ, СТАТИСТЫ! — прорычал Бакуго, схватив Моному за повязку, пока его команда барахталась в грязи и лианах.

Изуку снова удачно выбрался. Мэй передала ему ещё один крюк, который он быстро загрузил в модуль. В течение нескольких минут они просто уворачивались и убегали, а другие команды либо решили, что он слишком крепкий орешек, чтобы раскусить его в данный момент, либо занялись рукопашной схваткой.

Весь класс В навалился на Бакуго, кроме команды Кендо, которая играла с группой Минеты на выживание. Они каким-то образом заполучили повязку Минеты, вероятно, поймав их в ловушку из клея Бондо, и перевернули стратегию Минеты с ног на голову. Однако, пока Бакуго отбивался от трех команд, он был слишком занят, чтобы преследовать Изуку. Наглый мальчишка, казалось, действительно получал удовольствие, используя свои взрывы для отпугивания нападавщих, хотя мало кто мог преодолеть причуды его лошадей.

— Снова идет команда Тодороки, — предупредил Шинсо. — Они просто не сдаются.

На этот раз Иида двигался гораздо быстрее, чем раньше, на его лице было решительное выражение, голубое пламя, вырываемое из его ног, оставляло за собой волны жара, а лед Тодороки покрывал ноги Ииды. Изуку снова подпрыгнул в воздух, но ледяная стена преградила ему путь.

— Этот трюк больше не сработает! — крикнул Тодороки.

— Жаль, он так хорошо подействовал на тебя в первые два раза. Каково это, не соответствовать ожиданиям своего отца? — крикнул в ответ Шинсо.

Тодороки сузил глаза. Урарака открыла рот, но Яойорозу толкнула её локтем, и Урарака заскрипела зубами, так быстро она замолчала.

— Они нас раскусили! — прохрипел Изуку, ударяя кулаками по льду, пытаясь пробиться сквозь него. Он активировал свой тепловой щит, но не мог растопить лед достаточно быстро. Лед подползал к нему, угрожая сковать нижнюю половину силового костюма.

— НЕ СМЕЙТЕ ОБИЖАТЬ МОИХ ДЕТЕЙ! — закричала Мэй.

Она выбросила несколько цилиндров, заставив Темную Тень в панике вскрикнуть. Однако вместо вспышки взметнулся фонтан дыма, быстро заполнив поле боя. Шинсо, Мэй и команда Тодороки начали кашлять, по их лицам текли слезы. Мэй, очевидно, неправильно подобрала смесь для дыма, и он оказался немного едким. Изуку, однако, был в порядке, его маска загерметизировалась и перешла на внутреннюю систему подачу воздуха. Ему удалось наконец выбраться из льда, и он переключился на тепловое зрение.

— Я останусь в дыму, — сказал он Мэй и Шинсо. — Постарайтесь вести себя тихо!

— Хорошо, — сказал Шинсо, его голос был приглушен. — У Мэй были маски для лица.

— Это бесполезно, мои двигатели заклинило! И я не могу найти их в этом дыму, — задыхался Иида, его голос звучал придушенно.

— Вот, наденьте эти противогазы, — крикнула Яойорозу.

Потея, Изуку наблюдал, как команда Тодороки надевает противогазы. Другие команды держались подальше от дыма, видимо, решив, что идти туда, где плохо видно, слишком рискованно. Мэй бросила ещё несколько дымовых шашек, и воздух стал густым и черным. Изуку двигался как можно тише, хотя, учитывая рев толпы и звуки взрывов Бакуго, это было несложно. Он взглянул на таймер, установленный на его HUD. Оставалось меньше пяти минут.

Команда Тодороки перегруппировалась, Яойорозу делала очки теплового зрения для своей команды.

— Вам лучше просто подождать, — обратился к ним Шинсо. — Вы на четвертом месте. Вы всё равно попадете в финал.

Другая команда не ответила, но они могли только спотыкаться в дыму. Иида перегрузил свои двигатели и был почти искалечен. Это было не очень приятно — уворачиваться в дыму, чтобы выжать время, но это сработало. Наконец, пророкотал гонг.

— И это конец кавалерийской битвы! — объявил Сущий Мик. — Вот это зрелище, друзья! Команда Шинсо, вопреки всему, удержала повязку в 10 000 000 очков! Команда Бакуго на втором месте, захватив повязки трех команд в дополнение к своим собственным! Команда Кендо на третьем месте, с тремя повязками! И четвертое, но, конечно, не последнее место занимают наши бывшие фавориты, занявшие вторые и последующие места, команда Тодороки, которые также сохранили свои собственные повязки для удовлетворительного финиша! Вот это зрелище!

Изуку расправил плечи и вышел из дыма, пытаясь создать атмосферу уверенности, которой на самом деле не чувствовал.

— Это была ошибка, — простонала Мэй. — Никто не мог увидеть наших детей через весь этот дым!

— Это не имеет значения, мы победили, — сказал Шинсо. Он отстегнул ремни и спрыгнул, глядя на Изуку с решительным выражением лица. — С этого момента мы снова соперники. Надеюсь, мы не встретимся в финале, ведь ты знаешь мою причуду.

Изуку кивнул, не решаясь заговорить. Он протянул руку Шинсо. Тот взял её и молча пожал. Кивнув напоследок, он удалился.

— Он странный, — прокомментировала Мэй. — А мне он нравится!

— У него та же мечта, что и у меня, — сказал Изуку. — В некотором смысле, ему сложнее. Конечно, у меня нет причуды, но это значит, что мне пришлось искать совершенно новый способ стать героем. Для Шинсо его причуда заставляет его казаться злодеем. Люди не будут ему доверять, и она недостаточно яркая, чтобы привлечь к нему поклонников. Но он очень силен. Он мог бы спасти многих людей, если бы только кто-нибудь дал ему шанс.

— Мы просто должны сделать ему супер милых малышей, чтобы помочь ему! — поклялась Мэй. — Я могу придумать дюжину способов улучшить его причуду! Она не работает через динамики, но я уверена, что мы могли бы сделать ему голосовой модулятор, чтобы замаскировать его голос, чтобы люди не знали, что это он!

— Это хорошая идея, — согласился Изуку. — Но мы должны сосредоточиться на том, что будет дальше.

Широко улыбаясь, Мэй в восторге кружилась по кругу:

— Да! Мы выйдем на сцену и покажем наших супермилых малышей!

— Да, эм, насчет этого, не хочешь ли ты надеть силовой костюм? — спросил Изуку, потирая затылок и глядя на их творение.

— Нет, я буду в порядке! У меня есть и другие дети! Кроме того, я не собираюсь побеждать. Я просто немного похвастаюсь перед судьями. Это будет твоя работа — доказать всему миру, что я — величайший в мире изобретатель, а ты — величайший в мире герой, Изуку! Так что не подведи ни меня, ни наших малышей!

— Точно! Не волнуйся, Мэй, это наш шанс! Весь мир смотрит, и я не могу подвести сейчас! — согласился Изуку.

— Финалисты! Пожалуйста, пройдите в свои комнаты для подготовки. Пары для первого раунда будут объявлены в ближайшее время! — сказал Сущий Мик. — А пока мы ждем этого, пришло время для нескольких игр для остальных наших учеников!

— Давай, — сказала Мэй, подталкивая Изуку. — Давайте возьмём этого малыша в мастерскую и произведём небольшой ремонт. А потом на сцену! Я просто знаю, что все компании поддержки будут наблюдать за нами и каждый прогерой в Японии!

— Да. Давай не будем их разочаровывать!

Ненавистен мне, как врата Аида, тот человек, который в сердце своем скрывает одно, а говорит другое.

— Гомер, Иллиада

---

Изуку взглянул на экран телевизора у торгового автомата. Он отошел, чтобы купить себе молока, а Мэй — банку с кофе. На экране появились пары, и Изуку уже собирался открыть молоко и выпить. Его первым соперником, к счастью, была Мина Ашидо. Она была одной из немногих участников, против которых он готовился. Но взгляд на пару Мэй заставил Изуку выронить молоко, расплескав его по полу. Он бросился обратно в комнату подготовки, его глаза были полны паники.

— Мэй! Ты должна проиграть! — крикнул Изуку, хлопнув дверью.

Она подняла голову и нахмурилась:

— Где мой кофе?

— Мэй, ты должна отказаться от участия в первом матче! Ты выходишь против Ка… против Бакуго!

— Да. Но где мой кофе? — спросила Мэй.

Изуку в бешенстве опустился на колени рядом с Мэй, где она работала над ногами силового костюма. Он положил руки ей на плечи, его руки слегка дрожали:

— Мэй, Бакуго, он очень зол. Он причинит тебе боль, если ты будешь с ним сражаться.

Мэй засмеялась:

— Нет, это не так! Мы сделали эти ракеты специально для него. Я преподам ему урок за все те времена, когда он смеялся над тобой и нашими детьми!

— Мэй, послушай. Бакуго сильный. Очень сильный. Мы так и не смогли испытать наши ракеты с антиперспирантным спреем! Что если они даже не сработают? Он сделает тебе очень больно!

Пожав плечами, Мэй вернулась к своей работе:

— Ну, если не сработает, я просто проиграю. Но я должна хотя бы проверить их, иначе какой смысл?

— Мэй, пожалуйста, я очень волнуюсь за тебя, — умолял Изуку. — По плану ты вообще не должна была сражаться с Бакуго! Это должен был быть я.

— Не волнуйся, Изуку. Если я его одолею, то уступлю тебе. Я не хочу мешать тебе быть героем.

— Дело не в этом! — полукрикнул Изуку. — Бакуго безжалостен в конкуренции. И он считает, что мы его обидели. Он не станет поддаваться тебе.

— Изуку, неужели ты не веришь ни в меня, ни в наших детей? — нахмурилась Мэй.

Изуку отпрянул назад:

— Нет, конечно, верю. Ты очень умная, и… и я знаю, что мы сделали хорошие вещи, но…

— Тогда не беспокойся об этом. А теперь давай закончим готовиться. Я просто воспользуюсь ручной ракетной установкой, которую я сделала для поединка с Бакуго.

С неохотой Изуку помог Мэй собрать ручную пусковую установку и зарядить её тремя антиперспирантными ракетами. Потом они работали над Силовым Костюмом в относительной тишине, если не считать того, что Мэй дважды жаловалась на отсутствие кофе, пока Изуку не пошел и не принес из коридора упавшую банку. И всё же Изуку не мог избавиться от ощущения, что должно произойти что-то ужасное. В конце концов, ему пришлось выкинуть эту мысль из головы и погрузиться в Костюм, так как его матч был первым.

— Иди покажи им, какие замечательные у нас детки! — сказала Мэй, помахав на прощание рукой, когда Изуку вышел на арену.

— Да, и тебе того же, — успел сказать он, полусерьезно помахав рукой, а затем повернулся обратно к арене.

— Наши первые два участника: Она веселая, она милая, и она просто немного не от мира сего! Давайте поаплодируем Мине Ашидо из класса 1-А!

Розовокожая девочка выскочила на сцену на волне кислоты, затем повернулась и с энтузиазмом помахала толпе. Изуку знал, что её причуда была сильной: она производила кислоту, которая могла серьезно повредить Силовой Костюм, если он не будет осторожен. Однако он всё предусмотрел заранее и держал в руках две ракеты, заряженные антикислотной пеной. Он планировал взорвать их немедленно, используя пену для защиты, а затем взорвать серию ракет над полем, чтобы покрыть его антикислотной пеной и свести на нет причуду Ашидо.

— А в другом углу — не кто иной, как лидирующий Изуку Мидория! Для всех вас не будет сюрпризом, что он из класса 1-Н с факультета поддержки, но ещё более шокирующим фактом является то, что Изуку Мидория — первый беспричудный студент, прорвавшийся в финал!

Изуку скрипнул зубами при этом объявлении. Что люди подумают о нем? Он заставил себя смотреть прямо перед собой и молился, чтобы дрожащие конечности не заставили Силовой Костюм потерять равновесие. Он взобрался на арену, приняв боевую позу с поднятыми вверх двумя руками.

— Ого, ты действительно не имеешь причуды? — спросила Ашидо. — Это очень круто! Ты, наверное, очень умный! Но не думай, что я буду с тобой неосмотрительной.

— Д-да, я тоже. Но на самом деле, это Мэй Хатсуме была…

— НАЧАЛИ!

Без дальнейшего предупреждения Ашидо помчалась вперед, распыляя кислоту на Изуку. Изуку рефлекторно уклонился в сторону, избежав большей части атаки, хотя немного кислоты попало на его костюм. Затем он вспомнил о ракетах в своих руках и подбросил их в воздух, приведя в действие детонаторы.

— Вааах! — закричала Ашидо. Она была всего в нескольких метрах от Изуку, и на неё вылилось большое количество пены. — Какого черта?! О, хорошо, попробуй-ка… а?

Ашидо попыталась выстрелить кислотой, но пена, покрывавшая её, поглотила большую часть кислоты, оставив лишь несколько капель, которые разлетелись по воздуху. Изуку бросился к ней, осторожно схватив Ашидо за обе руки.

— Прости! — крикнул Изуку. Он крутанулся на месте, подбросив Ашидо в воздух. Она взвыла и замахала руками, но Изуку отступил назад, открывая ракетные отсеки.

Каким-то образом Ашидо удалось приземлиться прямо на линию, не выходя за неё, пируэт и шаг назад на ринг. Но Изуку выпустил одну ракету, которая взорвалась между ним и Ашидо, оросив их обоих гейзером пены. Когда дым рассеялся, Ашидо была выбита с ринга, лежала на земле, покрытая пеной.

— Мне так жаль! — вздохнул Изуку. Он поспешил вперед, осторожно соскребая пену с лица Ашидо, отчего она закашлялась и захрипела. — Мне очень жаль, Ашидо. Ты в порядке?

— Я… Я… — Ашидо закашлялась. Затем она внезапно села, испугав Изуку. — Я никогда не видела ничего настолько удивительного! Мидория! Как, черт возьми, ты сделал это? Я даже не могу использовать свою причуду!

— Ну, видишь ли, мы с Хатсуме, вроде как, изучили, что у тебя за причуда, и сделали эти ракеты, чтобы отменить твою кислоту.

Ашидо моргнула:

— Серьезно? Вы так запарились на мне?

— Ну, твоя причуда действительно сильна, и мы подумали, что должны быть готовы, так как решили, что ты точно попадешь в финал.

— Это самый большой комплимент в моей жизни. Если бы мне только что не надрали задницу так сильно, я бы подумала, что это даже мило, — Ашидо поморщилась, опустив взгляд на себя. — Как бы там ни было, эммм, хороший матч. Поздравляю. Мне теперь нужен душ.

Изуку помог Ашидо подняться, затем прибыла бригада медиков, чтобы осмотреть её. Изуку чувствовал себя очень плохо из-за того, что матч был односторонним, но, подняв голову, он увидел Мэй, бегущую к нему.

— Изуку, это было потрясающе! — радостно воскликнула она, подскочив к нему. Изуку подхватил её на руки, и Мэй крепко обняла его. — Ты показал всем, какие у нас замечательные детки! У Ашидо не было ни единого шанса! Ракеты, они прекрасно сработали!

Вдруг Мэй забралась на Изуку, доставая откуда-то громкоговоритель:

— Вы все правы, — гремел голос Мэй. — Это удивительное шоу было представлено вам нами! Я, Мэй Хатсуме, величайший в мире изобретатель, и Изуку Мидория, следующий величайший в мире герой! Компании поддержки, обратите внимание! Разве вы не хотели бы финансировать нас? Только представьте, мы с Изуку вместе делаем детей в вашей компании всегда!

Тишина. Рев толпы внезапно утих, когда все в шоке уставились на Мэй:

— Она имеет в виду изобретения! — судорожно воскликнул Изуку. — Изобретения! Она называет их…

— Ну, я думаю, любовь может расцвести на поле боя! — воскликнула Мисс Полночь. — Ну, пожалуйста, освободите арену. Вы можете заняться детьми наедине в своей комнате ожидания.

— Спасибо! Мы так и сделаем! — согласилась Мэй, спрыгивая вниз. — Давай, Изуку, пойдем делать еще детей!

Изуку застонал про себя, но последовал за Мэй, когда толпа начала гомонить. За кого они его принимают?

Тем не менее, у Изуку не было времени смотреть два других матча, вместо этого он сосредоточился на ремонте и восстановлении Силового Костюма. Не успел он опомниться, как ожил громкоговоритель:

— Мэй Хатсуме, Мэй Хатсуме, пожалуйста, явитесь на арену.

— Хорошо! Не волнуйся, Изуку, я позабочусь о Бакуго для тебя! — С этими словами Мэй выбежала из комнаты, неся свое снаряжение.

— Подожди, Мэй! Ты уверена, что не хочешь взять Силовой Костюм? — спросил Изуку.

Мэй покачала головой:

— Я не умею им управлять, ты всегда это делал. Я могу случайно поранить нашего ребенка! Ты просто позаботься о нём, а я займусь Бакуго.

Несмотря на слова, Изуку решил уйти и поспешил к трибуне для студентов.

— Эй! Мидория! Сюда!

Изуку повернулся и увидел, что Ашидо машет ему с сиденья, одетая в гражданскую одежду. Он поспешил к ней, слегка покраснев. — Эм, привет, Ашидо. Ты в порядке?

— Да, они промыли меня из шланга, и я смогла создавать кислоту, как только сошла пена, — объяснила Ашидо. — Всё, что у меня было, это несколько царапин и синяков. Я удивлена, ты ведь мог бы избить меня этой штукой!

— Ну, я не хотел никому навредить, — нервно сказал Изуку, оглядывая поле.

— Ах да, это матч Хатсуме, да? Она ведь твоя девушка, верно? Надеюсь, вы двое используете защиту, иначе у вас могут быть большие неприятности.

Изуку резко отвернулся, его лицо покраснело, он пытался что-то объяснить, но его прервал Сущий Мик.

— Выходим на поле, это наша вторая участница с факультета поддержки! Она любит своих малышей, и, возможно, кого-то ещё тоже! Поприветствуйте Мэй Хатсуме!

Мэй вышла, широко улыбаясь и неся в руках ракетную установку, а также патронташ с дымовыми шашками и другими взрывчатыми веществами. На полминуты Изуку показалось, что у неё есть шанс.

— И с геройского факультета, финалист номер один на вступительных экзаменах! Он вспыльчив и полон решимости победить! Давайте поприветствуем Кацуки Бакуго!

Бакуго поднялся на арену, засунув руки в карманы, с кислым выражением лица. В этот момент сердце Изуку упало. У Мэй не было ни малейшего шанса.

— Ты заплатишь за то, что плохо отзывался о моих детях и Изуку! — огрызнулась Мэй, приготовив свою пусковую установку.

Бакуго фыркнул:

— Неважно. Если мне придется растоптать эту зануду, чтобы добраться до настоящих боев, пусть будет так.

— Готовы? — спросила мисс Полночь. — Начали!

Мэй немедленно выстрелила из ракетницы, но Бакуго уже двигался, используя свои взрывы для метания по полю. Мэй запаниковала, бросила пусковую установку и метнула в Бакуго взрывпакет и дымовую шашку. Сцена исчезла, сначала в ослепительной вспышке света, а затем в облаке густого темного дыма. Изуку напряг глаза, но ничего не увидел.

Внизу, на арене, Мэй хихикала про себя, подняв свою пусковую установку и сделав несколько шагов вперед:

— Как тебе нравятся мои детки?

— Честно говоря, ты хуже ботаника. Думаешь, несколько игрушек и фокусов меня остановят?

Из дыма появился Бакуго, злая ухмылка расплылась по его лицу, глаза блестели от нетерпения. Мэй снова запаниковала, выпустив ракету в упор. Она не успела бы выстрелить, но Бакуго метнулся к ней и отбросил её взрывом своей причуды. От этого Мэй отлетела к центру арены, кашляя и задыхаясь. Сам Бакуго оступился, скорчив гримасу боли.

— Ты называешь это взрывом? Ты жалкая! Почему они вообще позволили тебе принести это никчемное дерьмо — уму непостижимо! — пожаловался Бакуго, тряся запястьем, чтобы вернуть рукам чуствительность от отдачи. Вдруг он закашлялся: странный туман от ракеты покрыл его.

— Не смей оскорблять наших малышей! Изуку очень старался над ними! — крикнула Мэй, прыгая на Бакуго из тумана.

Застигнутый врасплох, Бакуго отступил на полшага назад и поднял руку, чтобы использовать причуду. К его потрясению, не появилось ничего, кроме нескольких искр. Его руки внезапно стали сухими, и Бакуго понял, что в этих ракетах было что-то, что могло отменить его причуду. Однако времени на раздумья у него не было: Мэй настигла его, ударив в нос, а затем в голову и грудь.

Пошатнувшись от удара, Бакуго на мгновение попятился назад сквозь все ещё густой дым, не в силах использовать свою причуду. Через секунду он пришел в себя, зарычал и схватил Мэй. Он повалил её на землю, а затем прыгнул на неё сверху, уложив Мэй на спину и нанося удары по её лицу. Мэй вскрикнула от боли и гнева, вцепившись пальцами в Бакуго, но тот был и больше, и сильнее Мэй. Хотя у неё было много мускулов, она не могла преодолеть преимущество тестостерона и многолетних боев и тренировок Бакуго.

Постепенно усилия Мэй ослабли, пока Бакуго бил её. В последнем порыве она схватила его за руки, борясь с Бакуго, пока он пытался избить её.

— Просто сдайся, чтобы мне не пришлось причинять боль, ботаничка! — прохрипел Бакуго.

Но Мэй была уже вне себя, она выла и плакала от боли. Она впилась пальцами в Бакуго, вызывая кровотечение своими короткими ногтями.

— Будь, по-твоему, — прорычал Бакуго. Он направил ладони на Мэй, наконец-то немного вспотев от своих усилий, поскольку антиперспирант не совсем мешал ему использовать свою причуду. Он выпустил приличных размеров взрыв прямо в лицо Мэй. Удар разбил её очки, посылая осколки стекла в глаза и обжигая волосы и лицо. Это было слишком сильно, и Мэй обмякла, потеряв сознание.

Медленно, задыхаясь, Бакуго поднялся на ноги. Вихрь дыма вокруг него наконец рассеялся, и он посмотрел вниз на разбитую и окровавленную Мэй.

— О Боже, — вздохнула мисс Полночь. — Матч окончен! Бакуго победил. Отойди от неё!

Бакуго сплюнул в сторону, вытирая окровавленный нос:

— Хорошо, — Больше он ничего не смог сказать, кровь залила его лицо, а сломанный нос затруднял речь.

Изуку наблюдал с трибуны, глядя вниз, держась за перекладину до скрипа костяшек пальцев:

— Нет… — прошептал он, слезы текли по его лицу. — Мэй…

— О, Боже. Это жестоко. Бакуго был слишком беспощаден с ней. Она всего лишь с факультета поддержки! У него не было причин для того, чтобы так издеваться, — пожаловалась Ашидо. — Прости, Мидория. Бакуго… ну, он вроде как засранец.

— Бакуго, — прорычал Изуку, слезы и ярость ослепили его. Впервые в жизни что-то внутри Изуку сломалось. Он потерял разум, всякое представление о том, кто он и где находится. Ослепительная, непреодолимая потребность уничтожить что-то, что угодно, особенно то, что причинило боль Мэй, заполнила его. Он пытался перелезть через перила и кричал во всю мощь своих легких.

— Я убью тебя, Бакуго! Ты слышишь меня? Я убью тебя за то, что ты сделал с Мэй! Я не прощу этого, ни сейчас, и никогда-либо! Я убью тебя!

— Воу! — воскликнула Ашидо. — Мидория, не надо! Ребята, ребята, помогите!

Руки схватились за Изуку, но он отбил их, крича и пытаясь перепрыгнуть через перила, несмотря на то, что он был на высоте не менее 10 метров. Бакуго просто смотрел на него, прижимая руку к носу и глядя на Изуку.

— Мидория! Мидория, успокойся! — закричал голос Ииды, который Изуку знал. — Помоги нам, Киришима! Уложи его!

Наконец, Киришима поспешил вперед, схватил Изуку и потащил его назад, вынужденный активировать свою причуду закалки, чтобы Изуку не побил его.

— Чувак! Успокойся! Слушай, это ужасно, что случилось с твоей девушкой, но расслабься! Ты не можешь так поступить, иначе они тебя выгонят, чувак! — убеждал его Киришима.

Наконец, Изуку смог глубоко вздохнуть, слезы всё ещё текли по его щекам, когда он опустился на пол, прижатый Киришимой:

— Всё кончено, Бакуго, — прошептал Изуку. — Я ненавижу тебя. Не за то, что ты сделал со мной, а за то, что ты сделал с Мэй.

— Что он тебе сделал? — спросила Ашидо, приседая перед Изуку.

Каминари поморщился:

— Ну, они вроде как вместе ходили в одну школу. Бакуго рассказывал мне раньше. Ты знаешь, что он без причуды, а Бакуго…

— Он полный засранец. Боже, только не говори мне, что он издевался над ребенком без причуды? — требовательно произнесла Ашидо.

Изуку ничего не ответил, только пыхтел и смотрел на свои сжатые кулаки. Он вытер нос тыльной стороной ладони:

— Я в порядке. Киришима, верно?

— Да, чувак, — Рыжеволосый юноша деактивировал свою причуду и протянул руку Изуку. — Это была полная неразбериха. Прости, парень. Я думал, что с Бакуго все в порядке, но…

— Погодите, все, — вмешался Иида. — Бакуго явно ранен. Похоже, что Мэй очень сильно сопротивлялась. Возможно, Бакуго был жесток, но…

— Чувак, сейчас совершенно не время для этого! — Киришима взорвался, набросившись на Ииду. — Девушку Мидории только что избили, а ты защищаешь парня, который это сделал?

— Не круто, Иида, — надулась Ашидо. — Бакуго полностью перешел черту.

Иида покраснел, но не отступил:

— Ну, возможно, но это была драка и…

Киришима положил руку на плечо Ииды:

— Чувак. Не. То. Время.

— Всё в порядке, — фыркнул Изуку. Он протер глаза. — Я, наверное, не в себе. Извините, мне нужно подготовиться к матчу.

— Хм, похоже, тебе предстоит встретиться со мной, — сказал Киришима. Он потер затылок. — Слушай, парень, я знаю, что тебе и так тяжко, но…

— Иди на меня со всем, что у тебя есть! — крикнул Изуку, сжав кулак и глядя на Киришиму. — Я хочу попасть на геройский факультет! Если ты хоть на секунду думаешь, что тебе стоит биться полегче со мной только потому, что я без причуды, то ты ошибаешься! Ударь меня всем, что у тебя есть, и я докажу всему миру, что заслуживаю быть героем! Ради Мэй!

Киришима сделал шаг назад, подняв руки в успокаивающем жесте:

— Я просто хотел сказать, что не могу относиться к тебе спокойно, парень. Я тоже хочу добраться до вершины. К тому же, я имею в виду, ты надрал задницу Ашидо. Без обид.

— Не обижаюсь. Он хорош. Тебе придется выложиться на полную, Киришима! Удачи вам обоим! — сказала Ашидо, улыбнувшись и показав им обоим большие пальцы. Затем она вдруг шагнула вперед, быстро обняв Изуку. — И мне жаль Хатсуме. С ней всё будет в порядке, за ней пришла Исцеляющая девочка.

Было время, когда Изуку вздрогнул бы от такого проявления физической привязанности, особенно со стороны девушки его возраста. Но сейчас он просто закрыл глаза и обнял Ашидо, крепко сжав её:

— Спасибо. Со мной всё будет хорошо. Надеюсь, с Мэй тоже.

— Я пойду проверю, как она, Мидория. Удачи! И я болею за тебя, чтобы ты попал на геройский факультет! Ты точно станешь потрясающим героем! — с этими словами Ашидо удалилась, поспешив в сторону лазарета.

— Думаю, мне пора готовиться к нашему матчу, — сказал Киришима. Он протянул руку Изуку. — Пусть победит лучший.

— Да. Спасибо. И тебе тоже, — неловко ответил Изуку. Киришима рассмеялся и хлопнул его по спине, а затем направился к своей комнате.

— Мидория, можно тебя на минутку? — тихо сказал Иида.

Изуку повернулся лицом к другому мальчику, у которого было серьезное выражение лица:

— В чем дело?

— Я знаю, что ты заботишься о Хатсуме, Мидория, — начал Иида. — Я понимаю, что может быть тяжело видеть, как страдает тот, кого ты любишь. Но Хатсуме знала, во что ввязывается, и…

— Неправда! — взорвался Изуку. — Она не понимает! Я пыталась ей сказать, но она иногда становится такой и не хочет понимать! Она становится одержимой, и тогда я не знаю, как ей помочь!

Иида покачал головой и поднял руку:

— Мидория, мне кажется, ты не слишком доверяешь Хатсуме. Она явно умная девушка и…

— У нее инвалидность! — огрызнулся Изуку, тыча пальцем в Ииду. Часть его души не могла поверить в то, как грубо он себя ведет, но другая часть всё ещё была полна гнева, который требовал выхода. — Я беспричуден! У неё аутизм! Мы оба слабые уроды для Бакуго! Она не живет в реальном мире! Я должен заботиться о ней, оберегать её! Она не помнит, что нужно есть, или спать, или вообще заботиться о себе, когда она на чем-то сосредоточена! Она была так убеждена, что ей нужно показать миру своих малышей и что она сможет справиться с Бакуго, потому что она никогда не была в ситуации, когда ей угрожала опасность, особенно со стороны Бакуго!

— А я был! Я потратил годы на то, чтобы Бакуго помыкал мной, потому что я считал нас друзьями! Но он никогда так не считал! Его оскорбляло само моё существование! Знаешь, почему? Потому что я без причуды! А теперь он ненавидит Мэй, потому что она со мной, потому что она тоже другая! Ну, я этого больше не допущу! Понимаешь меня? Я этого не допущу!

Иида сделал шаг назад, на его лице появилось выражение ужасающего недоумения:

— Прости, я не… я не знал… Мидория, мне… мне жаль. Это… это действительно мерзко. Я не думал, что Бакуго может так поступить с человеком.

Изуку фыркнул и отвернулся, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы:

— Однажды он сказал мне покончить с собой. Я думаю… я думаю, что если бы я не встретил Мэй… но сейчас это не имеет значения. Я встретил Мэй. И я собираюсь стать героем. Часть этого — спасать людей в беде. А другая часть? Это справедливость.

С этими словами Изуку повернулся и пошел обратно в комнату для подготовки. Часть его души хотела быть рядом с Мэй. Возможно, даже большая его часть. Но он знал, что ему нужно делать. Ему нужно было выиграть два следующих боя. Тогда он сможет увидеть Бакуго в финале.

— Не смей проигрывать, Бакуго. Не раньше, чем у меня появится шанс научить тебя, что, если кто-то отличается от других, это не значит, что он ничего не стоит.

---

Примечание автора:

Я не буду описывать каждый бой в мельчайших подробностях, но если вам это интересно:

1 раунд:

Мидория против Ашидо: Победитель Мидория

Бакуго против Хатсуме: Победитель Бакуго

Тодороки против Кендо: Победитель Тодороки

Бондо против Урараки: Победитель Бондо

Яойорозу против Янаги: Победитель Янаги

Фукидаши против Шинсо: Победитель Шинсо

Иида против Токоями: Победитель Токоями

Киришима: Везунчик

Если ты полностью во власти человека — молись, чтобы он был злым. Потому что злые любят власть, любят видеть страх. Молись, чтобы твой мучитель был злым. Хороший человек прикончит тебя без лишних слов.

— Терри Пратчетт, К оружию! К оружию!

---

До следующего боя Изуку оставалось чуть больше получаса. За это время он переоснастил Силовой Костюм фугасными и светошумовыми гранатами, а также зарядил все источники энергии. Работать без Мэй было тяжело, но Изуку твердо решил не сдаваться. Когда время пришло, он облачился в костюм и вышел на арену.

— От Геройского факультета, класса 1А — несгибаемый Эйджиро Киршима! — объявил голос за кадром.

Киршима вышел под аплодисменты, потирая кулаки с ухмылкой.

— Ну а этого вы все уже знаете — Беспричудное Чудо, Изуку Мидория! — На этот раз толпа взревела ещё громче, но Изуку едва обратил на это внимание.

Он шагнул на ринг без жестов и пафоса. Впервые за долгое время в нём не было ни паники, ни дрожи. Только спокойствие. Он справится. Должен справиться. Ради Мэй.

— Опять же, без обид, — сказал Киршима, активируя Причуду. Его кожа закаменела, а на руках выросли каменные шипы.

— Без обид, — кивнул Изуку.

— Начали! — скомандовала Полночь.

Киршима ринулся вперёд, как Изуку и ожидал. Но на этот раз он играл по своим правилам. Подпрыгнув, Изуку активировал реактивный ранец и ховерботы, затем выстрелил крюком в противника. Тот уклонился, но попадание и не было целью. Вместо этого Изуку облетел Киршиму, используя трос как привязь. За считанные секунды он опутал им противника, плотно зафиксировав.

Изуку приземлился, натягивая трос. Медленно подтягиваясь, он наблюдал, как Киршима пытается вырваться, но высокопрочный трос не поддавался. Одним рывком Изуку выдернул крюк, затем метнул Киршиму в воздух, удерживая трос в натяжении. Раскрутившись, он запустил противника, как молот в метании, отправив того в стену арены.

— Эм… Вау, это было быстро. Победа за Мидорией! — прокричал Сущий Мик, но Изуку проигнорировал это. Он спустился с платформы и подошёл вытаскивать Киршиму из стены.

— Чертова боль, — пробормотал Киршима. — Спасибо, чувак. Блин, да ты силён! И умён. Я даже не ожидал такого!

— Прости. Но мне нужно было победить, — сказал Изуку, помогая ему подняться.

— Да не парься. Я сам просил не поддаваться. Сдержал слово, как мужик. — Киршима протянул руку, и Изуку пожал её. Датчики давления завизжали — хватка Киршимы могла дробить валуны.

— Спасибо. Это был хороший бой, — сказал Изуку.

Киршима рассмеялся. — Тебе легко говорить! Похоже, мне ещё тренироваться, чтобы за тобой угнаться. Круто, чувак. Думаю, ты дойдёшь до финала. Но там, наверное, будут Бакуго или Тодороки. Будет жёстко.

Изуку пожал плечами, движение слегка повторил Силовой Костюм. — Лучше бы Бакуго. Пора ему понять, что «беспричудный» не значит «никчёмный».

Их бой стал первым во втором раунде, что дало Изуку время на переоснащение костюма. Он чувствовал себя беспомощным: мелкий ремонт ему давался, но диагностировать серьёзные поломки он не умел. Мэй всегда была в этом лучше — она определяла проблемы по звуку, запаху и тактильным ощущениям, а не инструментам, как Изуку. Тем не менее, костюм был в приличном состоянии. Повреждения пока минимальны, а благодаря короткой схватке с Киршимой энергозатраты остались низкими.

Он взглянул на экран и увидел, как Шинсо одержал очередную лёгкую победу над Янаги из класса 1Б. Та, казалось, частично понимала его Причуду, но после короткой схватки допустила ошибку, ответив на реплику Шинсо, после чего просто покинула ринг. Что до Бакуго, тот без труда разнес Бондо, уворачиваясь от клейких атак и выбив противника с арены одним мощным ударом.

Теперь очередь была за Бакуго. Его бой с Тодороки затянулся и измотал обоих. Даже используя огонь и лёд в отчаянной попытке, Тодороки не смог превзойти навыки и упорство Бакуго. Поединок остановили Цементосс и Полночь, посчитав его слишком опасным, и объявили победу Бакуго нокаутом. Однако Тодороки, дрожа от истощения, едва стоял на ногах после активации огненной стороны.

— Он даже не выложился на полную! — рявкнул Бакуго, пока его уводили.

Настал черёд Изуку. Он снова облачился в Силовой Костюм, глубоко вдохнув. Теперь ему предстояло сразиться с тем, кого он считал союзником и другом. Но ни слова нельзя было произнести.

— Этот полуфинал войдёт в историю, друзья! — провозгласил Сущий Мик. — У нас два студента не с Геройского факультета — беспрецедентный случай! Кто бы ни победил, он выйдет в финал!

— На арене загадочный Хитоши Шинсо! Его странная, но мощная Причуда обеспечила ему быстрые победы! Он метит в Геройский факультет, и с такими навыками у него есть все шансы! Но сможет ли он одолеть неудержимого титана?!

— А это вы все знаете и любите — Беспричудное Чудо с Факультета поддержки, Изуку Мидория! Сможет ли он дойти до финала, чтобы сразиться с легендарным Бакуго и отомстить за павшую любовь? Посмотрим!

Изуку замер напротив Шинсо, который криво усмехнулся:

— Ты не упростишь мне задачу, да?

Изуку не ответил, приняв боевую стойку. К его удивлению, Шинсо жестом призвал толпу к тишине. Через мгновение стадион затих.

— Шинсо, в чём дело? Желаете отсрочить бой? — спросила Полночь.

— У меня есть речь, — Шинсо повернулся к зрителям, положив руку на грудь и широко раскинув другую. — Я родился с сильной Причудой! Как многие догадались, она позволяет контролировать других. Не стану раскрывать детали, но Мидория уже знает секрет. И, честно говоря, на этом бой можно закончить.

— Вы сдаётесь? — уточнила Полночь.

— Минутку, — Шинсо продолжил, обращаясь к толпе:

— Меня отвергли на Геройском факультете. Как и Мидорию. Мы не вписываемся в общественные стандарты героев. Он — беспричудный, я — с Причудой, которая пугает. Меня клеймят злодеем, его — никчёмным.

— Но взгляните на нас сейчас! — он указал на Изуку, искажённая улыбка застыла на его лице. — Мы в полуфинале спортивного фестиваля Юэй! Обычно я бы дрался до конца. Ведь я тоже могу быть героем. Спасать жизни так, как не способны обладатели ярких Причуд.

— Но сегодня я поступлю иначе. Герой должен уметь отступать. Да, Мидория, наверное, победил бы меня. Но он борется за нечто большее. Я хочу доказать, что моя Причуда достойна. Это ради себя. А Мидория? Он бьётся за всех беспричудных!

— Наше общество отвергает тех, кто не в шаблоне! Говорит: «Делай это, но не мечтай о большем». Сегодня Мидория — это «большее». Он сильнейший, быстрейший, достойнейший кандидат в герои первого курса Юэй. Но его нет на Геройском факультете. Потому что он беспричудный. Справедливо ли это?

В толпе зашептались. — Это слишком опасно! — крикнул кто-то.

— Серьёзно? — Шинсо парировал. — Вы видели его в кавалерийском бою? Он сражался против всей школы и победил, даже когда все ополчились на него. Я помогал, но лишь потому, что верил в его победу без меня. Это я ехал на нём к успеху, а не наоборот.

— Я верю, что Изуку Мидория может стать героем. Нет, не так. Я верю, что он станет величайшим героем в истории. Нам лишь нужно позволить ему это.

С этими словами Шинсо повернулся к Полночи и шагнул за пределы ринга:

— Я сдаюсь.

Полночь кивнула:

— Изуку Мидория побеждает по умолчанию!

Шинсо пожал плечами, глядя на Изуку:

— Оправдай мою веру. Не подведи остальных беспричудных.

— Не подведу, — попытался сказать Изуку, но голос сорвался на хрип от нахлынувших эмоций. Вместо слов он поклонился.

Шинсо принял жест и ушёл со стадиона, оставив за спиной гул толпы.

— Ну… это было что-то! Теперь главный бой века: Мидория против Бакуго! Смогут ли старые друзья разрешить разногласия на поле боя? Узнаем через 15 минут!

Вместо того чтобы уйти, Изуку присел, ожидая. Костюм уже был подготовлен к схватке с Бакуго. Он знал, что победит Шинсо, если не заговорит — костюм давал подавляющее преимущество. Ранить того не хотелось, но победа была необходима.

— Спасибо, Шинсо, — прошептал Изуку. — Спасибо, что напомнил: это больше, чем я или Мэй. Я должен показать миру, что «беспричудный» — не приговор.

По истечении времени Бакуго вышел на поле, одежда прилипла к телу от пота. Значит, он подготовился. Изуку знал, что Бакуго посещал Исцеляющую девочку после боя с Мэй и Тодороки — усталость давала о себе знать. Но Бакуго учёл антиперспирант. Неважно. Изуку поднялся, ожидая противника на вершине арены.

— Ты правда возомнил себя выше меня, ботаник? — рявкнул Бакуго, поднимаясь по ступеням. — Или просто злишься, что я твою девчонку покалечил?

— В ярости, — Изуку принял боевую стойку. — Но это не только об этом, Бакуго. Когда-то мы были друзьями. Я готов был на всё ради тебя. Восхищался твоей силой, упорством, смелостью. Не замечал твоих изъянов. Теперь вижу. И пора тебе прозреть.

— Ты много болтаешь. Но это всё, на что ты годен, да? Костюм тебе девчонка смастерила. Пусть в нём же и похоронит, — прошипел Бакуго.

Изуку сжал кулаки, но на поле вышла Полночь:

— Хочу чистый бой! Никакой лишней жестокости! Если противник повержен — остановитесь. Иначе дисквалифицирую. Даже второго места не видать!

— Плевать. Когда он будет в грязи, всем будет ясно, кто победил, — Бакуго язвительно усмехнулся. — Убирайся, или будешь защищать урода?

Полночь сжала губы:

— Не потерплю ненавистнических высказываний, Бакуго. Особенно из-за его беспричудности.

— Да заткнись уже! Он урод, потому что ботаник, плакса, возомнил себя круче меня и тусуется с той нердкой. Беспричудный — просто следствие его слабости.

Полночь моргнула:

— Юноша, тебе нужен психолог. Но позволю этому бою продолжаться. Думаю, ты скоро получишь ценный урок.

— Ага, щас. Я заставлю вас всех пожалеть о своих словах. Проваливай!

Полночь взглянула на Изуку:

— Остановлю бой, если переусердствуешь.

Изуку кивнул:

— Он получит не больше, чем сам раздавал другим.

— Честно, — Полночь подмигнула. — И с Хатсуме потом не будь слишком груб. Шалун. — Она засмеялась и покинула ринг. — Начали!

Бакуго рванул вперёд, взмыв в воздух, ожидая, что Изуку повторит манёвры кавалерийского боя. Но тот пригнулся, уйдя в сторону, и выпустил полдюжины бомб с антиперспирантом. Бакуго уклонился, прикрывшись взрывами, но арену окутал туман.

— Чёрт! — взревел Бакуго. — Думаешь, остановишь меня так просто? Я накопил пот ещё до начала! — Он вытер руки о рубашку, добывая топливо, и обрушил на Изуку новые взрывы.

Время второго этапа. Изуку выпустил оставшиеся шесть ракет с пеной против кислоты. Они взорвались, покрыв арену и бойцов густым слоем пены.

— Это ещё что?! — Бакуго отряхнулся. — Ты вообще…

Его прервал взрыв, швырнувший его в воздух — пот на рубашке детонировал.

— Нитроглицерин нестабилен, — прокомментировал Изуку. — Особенно в щелочной среде. Как эта пена.

Бакуго застонал, пытаясь подняться, но крошечные взрывы покрыли его тело. Он корчился от боли — каждая потовая железа на руках, не заблокированная антиперспирантом, взрывалась при контакте с пеной.

Вид избитого Бакуго вызвал в Изуку смесь эмоций. Гнев смешался с жалостью. Ярость угасла, сменившись тошнотой — он унизил того, кто когда-то был другом. Но победа была необходима.

— Всё кончено, Бакуго. — Изуку шагнул вперёд, схватив противника за воротник, чтобы швырнуть за пределы арены.

— Чёрт… — Бакуго хрипло выдохнул, вцепившись руками в руку Изуку. Мини-взрыв прогнул броню, но Изуку лишь ощутил слабый толчок. Теперь это напоминало возню с ребёнком.

— Ты не сможешь меня победить! Ты просто никчёмный ноль! Слабак! Я лучше тебя! — хрипел Бакуго.

— Ты родился с даром, Бакуго. Я завидовал тебе. Но ты превратил его в обузу своим высокомерием. — Изуку схватил противника обеими руками, сжимая так, что у того перехватило дыхание. Он поморщился, услышав хруст — сломал ребро. Он не хотел этого, надеясь заставить Бакуго сдаться без лишних травм. Отвращение охватило его, когда он осознал: часть его наслаждалась страданием бывшего друга.

Аккуратно подняв Бакуго, Изуку крикнул:

— Он всё! Остановите бой!

— Я… ещё… могу… — прохрипел Бакуго. Кашель вырвал из его губ кровавые брызги. — Не смей…

— Ему нужна помощь! — Изуку повернулся к Полночи, но та уже бежала, разрывая рукав для усыпляющего газа. Маска защитила Изуку, а Бакуго потерял сознание.

Осторожно взяв его на руки, Изуку отнёс к Исцеляющей девочке, спешившей на арену. Глядя на избитого Бакуго, ненависть уступила место пустоте. Вместо торжества он чувствовал лишь опустошение. Чему он научил Бакуго? Тому, что сила оправдывает жестокость? Это не было его целью. Он опустил Бакуго для лечения и отступил.

— Переломы, ушибы, порезы. Вы, дети, совсем не умеете беречься, — проворчала Исцеляющая девочка, применив Причуду. Затем взглянула на Изуку:

— Теперь легче, юноша? Месть оказалась такой, как ждал?

— Нет, — признался Изуку глухо. — Я… беспокоюсь за Мэй. Как она?

— В медпункте. Можешь навестить её, но не волнуй. Ей нужен покой. Глаза сильно повреждены. Я устранила худшее, но до полного восстановления потребуются дни.

Изуку деактивировал Силовой Костюм и выбрался наружу, швырнув шлем в сторону:

— Прослежу, чтобы она отдыхала. Спасибо.

Сердце Изуку бешено стучало, пока он мчался по коридорам. Распахнув дверь медпункта, он окинул взглядом комнату и…

— Эй! Ты! Как мои малыши? Изуку победил? Все видели, как он лупил Бакуго?

Мэй сидела на кровати с повязкой на глазах. Её обычная безумная ухмылка вернулась, а после слов она принялась тихо напевать.

— Мэй, ты в порядке! — Изуку бросился к ней, схватив за руку. — С тобой всё будет хорошо?

— Изуку! Ты не ответил! Как наши малыши? Целы? Сработали? Все впечатлились? Побил Бакуго?

— Побил, — прошептал Изуку, сжимая её ладонь. — Я победил, Мэй. Все увидели, какая ты гениальная.

— Не-а, думаю, они поняли, что я дерусь как тряпка. Буду тестировать только через тебя, Изуку. Мне не понравилось. Но костюм цел? Бакуго не сломал?

— Совсем не пострадал, — рассмеялся Изуку, смахивая слёзы. — Ни царапины! Всё сработало идеально. Я использовал антиперспирант, чтобы блокировать его пот, потом пену против кислоты. Она щелочная, так что…

— Так она реагирует с его нитроглицериновым потом! Гениально, Изуку! Ха! Наверное, разнёс его в клочья!

Изуку отвел взгляд, чувствуя вину:

— Эм, нет. Сначала антиперспирант, чтобы не убить. Я… был в ярости, Мэй. Видеть, как тебя ранят… это было ужасно.

— Хорошо, что не видел мою старую школу, — заметила Мэй. — Поэтому мне нравится Юэй. С тобой меня реже бьют.

— Мэй, я… я… — Изуку подавился словами, лишь крепче сжимая её руку.

— Изуку, тебе нужно обняться? — тихо спросила Мэй. — Мистер Онизука говорил: иногда людям нужны объятия. Это нормально.

— Да, — прошептал Изуку, чувствуя вихрь эмоций.

Мэй наклонилась и крепко обняла его:

— Мне нравится обниматься. Ты обнял меня два дня назад. Думаю, стоит делать это чаще. Мне понравилось.

— Я буду обнимать тебя сколько захочешь, Мэй, — пообещал Изуку, зажмурившись. — Никто больше тебя не обидит.

— Что? Обниматься? Ты же только что согласился! — Мэй нахмурилась.

— Нет, я о Бакуго. Не позволю, чтобы тебя снова ранили.

— Это глупо.

Изуку отпрянул:

— Что? Мэй, я просто хочу защитить тебя.

— Рада, но ты же сам говорил не драться с Бакуго. Я не послушалась. Ты не сможешь всегда меня беречь. Собираешься отобрать сварку, как учителя? Я часто обжигалась. Смотри, шрамы. Но если отнимешь — обижусь.

— Я имел в виду защиту от других людей, — поправился Изуку.

— И это не выйдет. Меня всё равно обижают. Иногда ты — когда заставляешь бросать малышей ради еды. Но потом я рада, потому что голодна. Прекратишь?

— Эм… нет, — признал Изуку.

— Тогда просто будь другом. Говори, если я делаю глупость, типа «Мэй, ты опять лезешь к Бакуго». Я запомню. Даже если это не он.

— Понял, — кивнул Изуку. — Просто… чувствовал вину. Бакуго ненавидит меня.

— Он козёл, — согласилась Мэй. — Злой по отношению к тебе.

Изуку покачал головой:

— Ты не любишь его за то, что он меня обижает? Мэй, он тебя избил!

— Но давал сдаться. Я забыла, потому что хотела показать малышей. Использовала дымовушку — всё равно никто не увидел. Глупо, да?

Изуку замер:

— Бакуго предлагал сдаться?

— Ага. Несколько раз. Но я не слушала. Всё равно он сломал мои очки! Малыша №1! Не прощу!

— Сделаем новые, вместе, — пообещал Изуку. Теперь он чувствовал вину за слова о том, что Бакуго целенаправленно атаковал Мэй из-за инвалидности. Возможно, Ида не разболтает.

Мэй задумалась, напевая. Наконец кивнула:

— Мне нравится создавать малышей с тобой. Раньше хотела одна, но теперь… пусть ты мешаешь вечно. Давай продолжать! Они получаются милее, когда делаем их вдвоём.

— Хорошо, Мэй, — Изуку обнял её снова. — Будем делать малышей вместе.

— Кажется, пора провести вам беседу.

Изуку подпрыгнул на месте, заставив Мэй вздрогнуть.

— Исцеляющая девочка! — он прижал руку к груди. — Вы когда вошли?

— Вы были заняты. Садись, юноша. Кто-нибудь объяснял вам про пестики и тычинки?

Изуку моргнул:

— Нам читали лекции… о взрывах в лаборатории.

— Изуку устроил два взрыва! Я гордилась! — радостно сказала Мэй. — Он ошибся с топливом. Я предупреждала!

— Я не об этом. О продолжении рода, — Исцеляющая девочка достала презерватив. — Знаете, что это?

— Не-а, не вижу, — бодро ответила Мэй. — Изуку, что это?

По мнению Изуку, разговор покатился под откос. Оказалось, ни ему, ни Мэй никогда не объясняли этого. А Исцеляющая девочка оказалась экспертом.

---

Примечание автора:

Результаты турнира:

Раунд 2:

• Мидория vs Киршима — победа Мидории.

• Тодороки vs Токоями — победа Тодороки.

• Шинсо vs Янаги — победа Шинсо.

• Бондо vs Бакуго — победа Бакуго.

Раунд 3:

• Бакуго vs Тодороки — победа Бакуго;

• Мидория vs Шинсо — победа Мидории.

Финал:

Мидория vs Бакуго — победа Мидории.

Итоговый рейтинг:

Место 1: Мидория

Место 2: Бакуго

Место 3: Шинсо и Тодороки (ничья).

Удача — встреча подготовки с возможностью

— Сенека

---

Изуку гордо стоял на пьедестале победителя рядом с Силовым Костюмом. Он просил разрешить Мэй находиться рядом, но Исцеляющая девочка наложила вето раньше, чем кто-то успел придумать вескую причину для отказа.

— Этой девочке нужен постельный режим на несколько дней! Будь благодарен, что я разрешаю юному Бакуго остаться до конца церемонии! А потом — сразу обратно в кровать!

Вспомнив о Бакуго, Изуку бросил взгляд на бывшего друга. Тот стоял понурый и безучастный, уставившись в пол, его поза выражала поражение. Изуку ожидал взрыва ярости, когда Бакуго снова увидит его. Вместо этого Бакуго побледнел, опустил глаза и не произнёс ни слова. Теперь он застыл, как статуя, не замечая восторгов толпы.

— А теперь для вручения медалей — единственный и неповторимый, Всемогущий! — прокричал Сущий Мик.

Изуку наблюдал, как Всемогущий эффектно нырнул на арену под рёв зрителей. Тот улыбался, махал рукой и произнёс короткую речь. Но мысли Изуку витали в другом месте. Он посмотрел на Тодороки и Шинсо. Шинсо стоял, засунув руки в карманы, с лёгкой скукой на лице. Тодороки казался собраннее Бакуго, но всё равно был разочарован в себе.

— Юный Шинсо! Ты прошёл долгий путь, и это достойно похвалы! — Всемогущий надел медаль ему на шею. — Ты тоже можешь стать героем.

— Спасибо, — Шинсо выпрямился. Его губы дрогнули в едва заметной улыбке. Не от похвалы, а от того, что Всемогущий признал его равным.

Всемогущий обнял юношу. — Но тебе нельзя полагаться только на свою Причуду. До профессионала тебе ещё далеко. Пусть эта медаль станет не финалом, а вызовом!

— Обещаю, сэр! — Шинсо кивнул с решимостью. — Я стану героем!

Всемогущий в последний раз потряс его руку и подошёл к Тодороки, который, почти как Бакуго, смотрел в пол.

— Юный Тодороки, сегодня ты не подвёл ни себя, ни отца, — сказал Всемогущий.

При упоминании отца Тодороки резко поднял голову, глаза вспыхнули. — Я не он.

— Нет, не он, — согласился Всемогущий, обняв парня. Тот напрягся, будто не привык к таким проявлениям чувств. — Но ты — отдельная личность. Даже твоя Причуда — часть тебя. Прими всё это, и ты сможешь превзойти меня.

Глаза Тодороки заблестели. Он неловко ответил на объятие. — Хорошо, сэр.

Затем Всемогущий повернулся к Бакуго. — Юноша, в тебе уже есть всё для героя: решимость, сила…

— Какая разница? — пробормотал Бакуго. — Я проиграл. Безпричудному ничтожеству. Кто я после этого?

— Гордец.

Бакуго вздрогнул и поднял глаза. Всемогущий опустился на колено, ткнув его в грудь. — Ты совершил грех, с которым я сам боролся годы: гордыня. Ты ставишь себя выше других, Бакуго. Ты всё так же силён, как и до поражения от Мидории.

— Отпусти эту гордыню, Бакуго. Гордиться достижениями — одно, а тем, что дано от рождения — другое. Первое — радость от своих побед. Второе — смешение удачи и способностей. Научись различать, — Всемогущий повесил медаль ему на шею. — Мы ещё поговорим. Ты вырос с нашей первой встречи, но уроки не закончились. Пусть эта медаль напоминает: иногда наш главный враг — мы сами.

— Сам себе враг, да? — Бакуго взглянул на Изуку, и в его взгляде мелькнуло отчаяние, от которого Изуку съёжился. — Ага. Конечно.

Затем Всемогущий поднялся на высший пьедестал. Он замер перед Изуку, сжимая медаль. — Юный Мидория, мне кажется, я хуже всех подхожу для этого.

— Сэр? — Изуку растерялся. Его чувства к Всемогущему всё ещё были противоречивы, но он начал понимать: тот пытался защитить мальчика, а не сломать. Да и если бы не отказ, встретил бы он Мэй?

— Ты помнишь. Я помню, — тихо сказал Всемогущий. Он резко повернулся к толпе:

— Пусть все знают: даже Всемогущий может ошибаться. Сегодня мир увидел это. Когда-то Мидория спросил меня: «Могу ли я стать героем без Причуды?» Я ответил «нет».

Зал ахнул, загудел. Изуку сжало в груди, дыхание участилось. — Всемогущий? Неужели это повторится?

— Сегодня Мидория доказал, что я ошибался. Я был слеп. Сказал ему сдаться, чтобы уберечь от боли. Это было неправильно. Признаю сейчас.

Всемогущий резко указал на камеры:

— Кто бы ни смотрел — где бы вы ни были, — вы тоже можете быть героями. Это будет тяжело. Потребует труда, упорства. Может, захочется сдаться. Но помните Изуку Мидорию. Безпричудного мальчика, ставшего героем. Однажды мир назовёт его величайшим. Запомните мои слова.

Он вернулся к Изуку, опустившись на колени. — Я уже просил прощения. Сможешь простить старика за ошибку, которая ранила тебя?

Слёзы хлынули по щекам Изуку. Он кивнул:

— Да.

Всемогущий надел медаль ему на шею, положив руки на плечи:

— Юноша. Ты тоже можешь быть героем.

Изуку рухнул на колени, рыдая. — Жаль… жаль, что Мэй не здесь. Она… она одна верила в меня. Даже когда я не верил.

— Тогда не теряй её, Мидория. Даже ради мечты. Истинный друг, готовый быть рядом в тёмный час — дороже любой награды.

— Хорошо, сэр, — прошептал Изуку.

Всемогущий вскочил, подняв его руку:

— Изуку Мидория! Победитель Спортивного фестиваля Юэй! Давайте же поприветствуем его! Готовы?

— ПЛЮС УЛЬТРА! — ревела толпа.

— Молодец! — Всемогущий смущённо замолчал под свист и смех зала.

Изуку рассмеялся. Так бы поступила Мэй.

Позже Изуку вёл Мэй обратно в школу. Она наотрез отказалась от коляски, но позволила вести себя за руку. Она бурчала что-то под нос, и эти звуки успокаивали Изуку. Всё будет хорошо. Они уже почти вышли, когда путь преградил забинтованный человек.

— Итак. Ты Изуку Мидория, — голос человека был приглушён слоями бинтов. Он напоминал растрёпанную мумию с длинными волосами.

— Э-э… мы можем помочь? — Изуку отступил на полшага, прикрывая Мэй рукой.

— Кто там, Изуку? — нетерпеливо спросила Мэй. — Я же не вижу!

— Думаю, меня сложно узнать в таком виде, — сказал мужчина. — Я Шота Айзава, руководитель Геройского факультета.

— О! — Изуку опустил руку. — Всё в порядке, Мэй, это учитель. Его геройское имя — Сотриголова.

Айзава одобрительно кивнул. — Вижу, ты подготовился. Идёмте. Нам есть что обсудить. Влад ждёт.

Он повёл их к парковке, где Сэкидзиро Кан, известный как Влад Кинг, ждал у машины. К удивлению Изуку, на заднем сиденье уже сидел Шинсо, ёрзая от нетерпения.

— Садитесь, — приказал Айзава, занимая место спереди.

Изуку помог Мэй залезть внутрь и устроился рядом.

— Ну что, наконец переведёте Изуку на Геройский факультет? — потребовала Мэй.

— Мэй, здесь ещё Шинсо, — шепнул Изуку.

— Привет! Тебе понравились наши малыши? — Мэй повернулась к Шинсо. — Говорят, Изуку тебя победил!

— Он бы и так выиграл, — Шинсо фыркнул, прежде чем Изуку успел поправить её. — Я сдался. Не хотел, чтобы твой мех меня размазал.

— Погрузчику придётся объясняться, — проворчал Кан, запуская двигатель. — Если он думает, что я теперь заплачу…

— Не при студентах, — тихо прервал Айзава. Кан замолчал, продолжая бормотать под нос.

— Так переведёте Изуку или нет? — Мэй не унималась. Шинсо кашлянул, но она, как всегда, не поняла намёка.

— Обсудим позже, — ответил Айзава.

— Почему? Он всех победил! Даже того придурка Бакуго! Вам стоит выгнать его и взять Изуку. У него куда лучше социальные навыки!

Айзава оглянулся на Мэй, его единственный видимый глаз прищучился. — Думал, ты будешь тише.

— Ага, ну нет! Мой аутизм не включает задержку речи. Скорее, я не всегда понимаю, когда надо молчать. Эй, Изуку, мне сейчас стоит заткнуться?

— М-м-может, стоит, Мэй, — мягко сказал Изуку. — Ты ещё не здорова.

— Да ладно! Сними уже эти бинты. Я в порядке!

— Нет-нет! Исцеляющая девочка велела носить их ещё два дня. Помнишь, как ты не спала с температурой, а потом валялась в постели? Вот так же.

— Ладно, — вздохнула Мэй. — Но пока я болею, ты обязан следить за нашими малышами! Жду подробных отчётов!

— Давай сначала позаботимся о тебе, Мэй. А потом вместе о наших малышах, — Изуку сжал её руку; она так и не отпустила его в машине, и он не видел причин отдаляться. Более того, Мэй прижималась к нему, но, в отличие от обычного, Изуку не отстранился и не напомнил о личном пространстве.

— Зачем вы взяли девчонку? — вздохнул Кан. — Вы же не всерьёз думаете перевести её на Геройский факультет?

— Обсудим позже, — сказал Айзава, когда они подъехали к стоянке персонала. — Идёмте в мой кабинет.

Изуку аккуратно расстегнул ремень безопасности Мэй и помог ей выйти. Она вцепилась в его локоть, поднимаясь по ступеням, и не отпускала. Казалось, её ничуть не беспокоила ситуация — ей просто хотелось быть рядом. Изуку удивился, насколько она ему доверяла. Смог бы он так же положиться на неё, будь он на её месте? Возможно. По крайней мере, в том, что она его не бросит. Хотя не факт, что не затащила бы в женский туалет, забыв, что они вместе.

Наконец они вошли в кабинет Айзавы, где их ждал сам директор Нэдзу с чайным сервизом. Рядом сидел мистер Маиджима в строгом костюме и галстуке.

— Добро пожаловать! Поздравляю, Мидория, с блестящим выступлением! И вас тоже, Шинсо, Хатсуме, — сказал Нэдзу.

— Вообще-то, я провалилась, — весело заявила Мэй. — Видели? Бакуго меня разнёс! Но Изуку сказал, что малыши целы, так что не всё плохо.

— Просто прими комплимент, Хатсуме, — мистер Маиджима покачал головой. — Молодцы. Вы только что принесли мне по 50 000 иен каждый. Извини, Шинсо, на тебя не ставил.

— Раз я даже не знал о ставках, не обижусь, — беззаботно ответил Шинсо.

— Я знаю, ты что-то подстроил, Погрузчик! — зарычал Кан. — Они знали все Причуды! Ты годами пытаешься меня обвести вокруг пальца, но я не позволю…

— Не при студентах! — рявкнул Айзава, заставив учителей замолчать.

Директор Нэдзу рассмеялся, разливая чай. — Всё в порядке. Они должны гордиться, что вы в них верили, Маиджима.

— Мэй, вот чай, — Изуку протянул ей чашку.

— Может, кофе или энергетик? — поморщилась Мэй. — Не люблю чай.

— Мэй! — зашикал Изуку. — Социальные навыки!

— Спасибо за чай, — автоматически произнесла Мэй. — Очень вкусно.

— Без проблем. Кан, принесите кофе из учительской. Как вы его пьёте?

— Половина сахара, половина кофе, — оживилась Мэй, одновременно с Изуку, сказавшим: — Две ложки.

Мэй вздохнула. — Две ложки. Наверное, сейчас не время думать о малышах, даже если Изуку рядом.

Шинсо поднял бровь, глядя на Изуку через край чашки.

— Речь только об изобретениях, — вздохнул Изуку. — Мы даже не… ну, мы не парень с девушкой.

— Правда? — обиженно спросила Мэй. — Я думала, мы друзья, Изуку. Значит ли это…

— Это всё очень увлекательно, — Айзава отставил нетронутую чашку. — Но не по теме. Вы здесь, потому что оба хотели попасть на Геройский факультет. Всё ещё хотите?

— Я не хочу на Геройский, — начала Мэй. — Это Изуку…

Изуку сжал её руку, и Мэй замолчала.

— Ладно, объясню, зачем ты здесь, Хатсуме, — вздохнул Айзава. — Мидория и Шинсо получат шанс перевода. Но ты — потому что без тебя Мидория вряд ли справился бы. Нам важно понять, насколько ты вовлечена.

— Практически всё — её заслуга, сэр, — тихо сказал Изуку, помешивая чай. — Я уже сдался. Мэй изменила это. Она верила в меня, когда другие нет.

— Он был героем! — добавила Мэй. — Спас меня и малыша из мусорки! Но Изуку скромничает! Он трудяга и делает кучу деталей для наших малышей!

Кан вернулся с кофе, который Мэй принялась жадно пить. Айзава продолжил:

— Речь о снаряжении. Какой процент сделал ты, Мидория?

— Большую часть — она. Я отвечал только за проводку и системы питания. Немного лучше разбираюсь… потому что её версии сначала взрываются.

— Правда, — вступил Маиджима. — Парень — отличный инженер. Уровень мастера. Лучше многих выпускников. Научился сам по урокам из сети.

— Но костюм, крюк, ракеты, реактивный ранец — это её работа? — спросил Айзава. Изуку кивнул. — Это создаёт проблему. Технически, тебе запрещено использовать военное снаряжение на фестивале. Оно могло убить.

— Нам придётся обсудить правила для Факультета поддержки! — весело сказал Нэдзу. — Но не волнуйся, Мидория. Твоя победа останется. Удивительно, как ты победил Причуды героев.

— Потому что жульничали! — буркнул Кан, глядя на Маиджима.

— Мы не жульничали! Малыши просто супермилые! — Мэй стукнула пустой кружкой. — Изуку лучший пилот! Я пробовала, но у него получается лучше!

Айзава потер виски. — Хатсуме, вопрос: готова ли ты усерднее работать над снаряжением для Мидории?

— Значит, мне не надо ходить на пары? — оживилась Мэй. — Я перееду в мастерскую! Буду работать с Изуку круглосуточно! Он готовит, следит, чтобы я мылась! И мы будем делать малышей целыми днями!

— Хатсуме. Мидория будет занят на Геройском факультете, — мягко сказал Маиджима.

— Я всё равно помогу! — поспешил Изуку. — Как в средней школе! Мы будем вместе в свободное время!

— О… — Мэй поникла. — А мне можно перевестись с Изуку?

— Мэй?! Ты хочешь быть героем? Думал, тебя интересуют только изобретения! — Изуку резко повернулся к ней.

— Ну да, но я хочу быть с тобой. Учёба веселее, когда ты рядом, — ответила Мэй, как будто это было очевидно. — Лучше останусь в твоих классах и буду работать в свободное время.

— Это… не совсем то, о чём мы говорим, — медленно произнёс Айзава.

Маиджима что-то прошептал Нэдзу, и тот нахмурился. — Понимаю. Она вообще не общается с однокурсниками?

— Только если они или Мидория не начнут первыми, — подтвердил Маиджима. — Он весь её мир. А она — его.

— В моём курсе нет места детским забавам, — пожал плечами Айзава. — Никаких шалостей. Первая база — максимум, пока они на Геройском.

— Зачем героям играть в бейсбол? — возмутилась Мэй.

— Это… не совсем про спорт, — запинаясь, сказал Маиджима. — У Мэй… своеобразное мышление. Вы слышали о РАС?

Айзава хмыкнул. — Допустим, я компетентный учитель. Социальные навыки не в моей программе.

— Отлично, они скучные! — прокомментировала Мэй.

— Однако могу сделать исключение, — закончил Айзава, глядя на неё. — Готова ли ты усерднее работать над снаряжением для Мидории, помимо своей учёбы?

— Уже сказала «да»! — буркнула Мэй. — Я всегда буду делать малышей для Изуку. Но при чём тут бейсбол?

— Это значит: вторая база запрещена, пока он на Геройском. И уж тем более хоум-раны, — ответил Айзава. Изуку мечтал провалиться сквозь пол.

— Значит, нас берут? — нетерпеливо спросил Шинсо.

— Пока нет. Вы не готовы, — заявил Айзава. — Но это не значит, что вы не станете героями. Вам не хватает базовой подготовки. Консультаций по Причудам, физической формы…

Мэй подняла руку. Айзава вздохнул, кивнув Изуку. — Да, Хатсуме?

— Изуку бегает 10 км каждый день! Делает 100 подъёмов корпуса, 100 отжиманий, 100 приседаний! Плюс тренировки с весом, боевые стойки и практика в Силовом Костюме!

Айзава прищурился. — Серьёзно? Для подростка это интенсивно. Может, ты не так отстаёшь. Какой у тебя рекорд в забеге?

— В среднем 54 минуты. Лучший результат — 45. В Силовом Костюме — около 10.

— Этот костюм такой быстрый? — удивился Кан.

Маиджима усмехнулся. — Ещё бы. И они могут улучшить его. Без физической подготовки Мидория не справился бы. Единственное, что он делает без Хатсуме — тренировки. Думаю, он даже бегает до её дома и переодевается там.

— Э-э… да, так и есть, — признался Изуку. — Упражнения распределяю на день. Это «Геройская программа» из интернета.

— Проверю, но звучит солидно, — сказал Айзава. — А ты, Шинсо?

— Думал, у меня всё хорошо. Физкультура в норме, но больше не тренируюсь, — ответил Шинсо.

— Теперь изменится. Не обязательно повторять Мидорию, но…

— Буду делать всё, как он! — поклялся Шинсо. — Если он смог, смогу и я.

Айзава кивнул. — Хорошо. Одной Причуды мало. Профи нужны навыки. Твоя сила мощна, но бывают ситуации, где она бесполезна. Как у меня. Научу тебя приёмам. Меня тоже сначала не взяли на Геройский. Год в общем потоке.

— Правда? — заинтересовался Шинсо. — Не знал, сэр.

— Не афиширую, — пожал плечами Айзава. — Обоих вас пока не возьмём.

— А что мне делать? — спросил Изуку.

— Пройдёшь мои тесты. Докажешь, что умеешь применять снаряжение в разных ситуациях. Твои ракеты были заточены под конкретные Причуды. Кто-то дал данные о студентах?

— Мистер Маиджима. Мы делали снаряжение для героев: конденсаторы для Каминари, чтобы он не перегружался…

— Это жульничество! — буркнул Кан.

— Это стратегия, — парировал Айзава. — Они изучили противников, как профи. Как планировали справиться с Тодороки?

— Система отвода тепла на поверхность костюма. Огнестойкие материалы. Но… мы недооценили его силу.

— Но наш малыш справился бы! — гордо добавила Мэй.

Айзава проигнорировал её. — Вам повезло, и вы избежали прямого столкновения. Без Причуды нужна разведка и адаптация. Но у тебя есть козыри: сила костюма, мобильность. Хорошее начало.

— Признаёмся, мы должны извиниться перед вами обоими, — вступил Нэдзу. — Мидория, Шинсо, вступительные экзамены несовершенны. Они дают преимущество ярким боевым Причудам. Таким, как вы или Айзава, сложнее.

— Так же, как и в реальных условиях, — согласился Айзава. — Тест справедлив. Жизнь несправедлива. Если собираетесь ныть — вы мне не нужны. Понятно?

— План таков: тренировки до следующего семестра, — заявил Кан. — Сдадите летние испытания — попадёте на факультет.

— Вам придётся кого-то отчислить? — спросил Шинсо.

Кан пожал плечами. — Возможно. Но вы достаточно перспективны, чтобы мы пошли на это.

— А Мэй? — спросил Изуку.

— Она может посещать геройские занятия с вами, — объяснил Айзава. — Маиджима уверяет, что ему приходится запрещать ей ночевать в мастерской. Отставать по программе поддержки она не будет.

— Я же говорю, там можно поставить кровать! — проворчала Мэй. — Мы с Изуку могли бы даже делить её.

Шинсо и Изуку покраснели, но Айзава указал на дверь:

— Прервала меня. Коридор. Считай до ста, потом стучи.

Мэй вздохнула, нащупала дверь с помощью Изуку и вышла. Громко затараторила:

— Один… два… три…

Изуку прикрыл дверь, смущённо пробормотав:

— Простите, она…

— У неё свои особенности, — сказал Айзава. — Но она талантлива. Без неё твой перевод на Геройский был бы невозможен. Готов рискнуть?

— Да! — Изуку кивнул. — Сделаю всё, что потребуется.

— Хорошо. Вот ваша программа, — Айзава и Кан расписали многоуровневый план. Кан учил бы их поисково-спасательным операциям, первой помощи и геройскому праву. Шинсо освоил бы боевые приёмы от Айзавы. Изуку тренировался бы в Силовом Костюме. Им предстояло пройти полтора семестра геройской программы поверх основной учёбы.

В середине обсуждения Мэй постучала, отсчитав до ста. Изуку впустил её. Она тихо уселась, напевая, затем уснула на его плече.

— Итак, вы всё ещё согласны? — спросил Нэдзу. — Это больше, чем мы требуем от обычных студентов.

— Мы не обычные, — Изуку улыбнулся, глядя на Мэй. — Мне это нравится.

— Что ж, — Шинсо усмехнулся. — Быть «ненормальным» — неплохая перемена.

Айзава кивнул. — Хорошо. Начинаете в понедельник перед уроками.

---

Примечание автора:

Как и прежде, я — скромный учитель специального образования без степеней вне начального и спецобразования. Изображённая информация вымышлена, совпадения случайны. Это не нарушение конфиденциальности.

Поступившая психологическая оценка:

Имя: Шинсо, Хитоши

Возраст: 15

Пол: М

Школа: Средняя школа Сайтама

Причуда: E-3

Оценщик: Инуи, Р

Заметки оценщика:

Хитоши — типично развивающийся подросток 15 лет. Тесты и интервью с родителями и сверстниками указывают на средние показатели в когнитивной, социальной, адаптивной и академической сферах. Причуда Хитоши унаследована от обоих родителей. Со стороны матери — эмиттерные Причуды, позволяющие успокаивать других через пение или речь. Со стороны отца — эмиттерная Причуда, нарушающая моторные функции тех, кто отвечает вербально.

Причуда Хитоши, известная как Контроль разума, позволяет подчинять ответивших ему словесно. Он хорошо управляет ею, выбирая, активировать ли её. Сверстники подтверждают, что он не использовал Причуду с детства, кроме двух случаев:

• В 8-м классе остановил драку, заставив участников замереть до прихода учителей. Получил выговор, хотя предотвратил травмы.

• Защитил бабушку от грабителя, обездвижив его до прибытия полиции. Инцидент сошёл с рук, так как преступник использовал гетероморфную Причуду для угроз.

Хитоши стремится стать героем, используя Причуду для помощи людям. Не прошёл вступительные испытания на Геройский факультет Юэй, но зачислен в общий поток за академические заслуги. Сверстники боятся его, признавая, что он никогда не злоупотреблял Причудой.

Рекомендации:

• Продолжить наблюдение из-за потенциала злоупотребления Причудой.

• Оценить геройский потенциал. Причуда мощна и полезна в геройской работе.

Дополнение:

Сотриголова (Шота Айзава) поручился за Хитоши после его выступления на Спортивном фестивале. Перевод на Геройский факультет возможен при выполнении условий Айзавы.

Любовь можно найти в неожиданных местах. Иногда мы ищем то, что, как нам кажется, хотим, а в итоге получаем то, что нам предназначено.

— Кейт МакГахан

---

— Верь или нет, Изуку, но это самый долгий период, когда Мэй обходится без длительных визитов в больницу, — сказала Хари, пока Изуку помогал Мэй выйти из машины.

— Это правда! — согласилась Мэй, цепко вцепившись в Изуку, пока он вёл её по ступеням к мастерской и дому Хатсуме. — Я даже не умудрилась поджечь дом с тех пор, как поступила в Юэй!

— Эм, Мэй, не уверен, что это достижение, — Изуку нервно улыбнулся. — Тебе стоит отдохнуть пару дней.

Дверь с грохотом распахнулась, и Комару с Никиавой выскочили наружу, их лица сияли безумными ухмылками. Изуку на мгновение подумал, что они набросятся на него за то, что обидел сестру, но вместо этого оба закричали:

— Ты победил, Мидория, победил! — ликовали они.

Изуку покраснел, опустив взгляд:

— Это всё благодаря помощи Мэй.

— Не гони! Ты был офигенным! — Комару подпрыгнул, словно пружина.

Никиава закивал и начал размахивать кулаками в воздухе:

— Ты был типа бам! А потом пау! И размазал того придурка Бакуго!

— Он был очень злым, — поддержала Мэй. — Но Изуку и наши супермилые малыши победили, так что всё в порядке.

— Ага, — Никиава нахмурился, глядя на Мэй. — Ты теперь, типа, слепая?

— Марш отсюда! Ей нужно лежать! — прикрикнула Хари. — Чёрт возьми, дайте ей и Мидории хотя бы десять секунд покоя, маленькие монстры!

Мальчишки посторонились, но тут же заспорили, какой из боев Изуку был самым зрелищным.

Из дома выбежала миссис Хатсуме и бросилась обнимать дочь:

— Божечки! Дорогая, мы так волновались!

— Но гордимся, — мистер Хатсуме подошёл и крепко пожал руку Изуку. — Молодец, сынок. Проучил того громилу. Теперь он дважды подумает, прежде чем связываться с моей девочкой!

— Всё в порядке, мам, наши малыши почти не пострадали, — сказала Мэй. — Кроме номера 1, но мы сделаем новые очки ещё круче!

— Доктор говорит, глаза восстановятся за пару дней, но повязки нужно носить, и она должна оставаться в постели, — Хари обратилась к родителям. Она хлопнула Изуку по спине. — Не парься, как я говорила, это далеко не худшее, во что она вляпалась, Мидория.

— Всё равно виноват, — Изуку пробормотал, опустив взгляд. — Если бы не злость Бакуго ко мне, он, возможно, не стал бы так жесток к Мэй.

Мистер Хатсуме покачал головой:

— Тот парень, похоже, плевать хотел, кого сокрушить ради победы. К тому же, Мэй рассказывала, как он издевался над тобой ещё до поступления в Юэй, и что ты никогда не искал конфликтов.

Изуку удивлённо поднял глаза и посмотрел вслед Мэй, которую Хари с матерью вели наверх:

— Правда? Не думал, что Мэй вообще упоминала такое…

— Сынок, Мэй говорит о двух вещах. О тебе и о том, что вы создаёте вместе. Это, кстати, на 100% расширило круг её тем.

— О… Я… не рассматривал это так, — признался Изуку. Он снова посмотрел на лестницу, почти желая последовать за Мэй и остаться с ней, пока она выздоравливает. Но это было невозможно. — Мне так стыдно… Я ничего не смог сделать! Уговаривал её сдаться, не драться с Бакуго, надеть Силовой Костюм самой… Но она не слушала! Простите, я подвёл…

Рука мистера Хатсуме легла на плечо Изуку:

— Я знаю, что ты о ней заботишься. Я тоже. И иногда самое сложное в любви, особенно к таким, как Мэй, — понять, что ты не можешь их контролировать. Что нужно позволить им выбирать и ошибаться. Я рад, что ты пытался её уберечь — это благородно. Но и немного эгоистично.

Он вздохнул, глядя на лестницу:

— Когда-то я запрещал ей изобретать. В пять лет она собрала какую-то адскую штуковину, аккумулятор взорвался, кислота чуть не лишила её зрения. А потом она сама сделала очки и заявила, что всё под контролем. И как я ни пытался, не нашёл способа остановить её, не сломав мечты.

— Её мать такая же. Не в изобретениях, а в гонках. Не знал, да? Она была уличной гонщицей. Так мы и встретились — я её механик. Тысячу раз твердил, что это опасно. Падала, ломала кости, но бросать не хотела. Пока не родилась Хари и она не осела в мастерской. И знаешь? Если бы я пытался её контролировать, она никогда бы не полюбила меня. Я помогал, поддерживал, предупреждал об опасностях… А потом отпускал.

— Да уж… — Изуку вздохнул. — Вы правы. Она поддерживает мою мечту стать героем, и я должен поддерживать её. Просто… она не всегда осознаёт последствия, из-за…

— Не из-за её РАС, сынок, — мистер Хатсуме усмехнулся. — А потому что она слишком умна для своего блага и упёрта, как осёл. К тому же…

— ПАП! — крикнула Хари сверху. — Срочно поднимись!

Изуку рванулся к лестнице, но мистер Хатсуме остановил его:

— Не беспокойся. Займи мальчишек. Теперь ты для них кумир.

Изуку обернулся: Комару и Никиава дрожали от возбуждения.

— Теперь ты герой?

— Покажешь медаль?

— Всемогущий правда встречался с тобой дважды?!

— Смог бы ты победить Тодороки? Он же сын Старателя!

Изуку начал отвечать, но прервался, почувствовав железную хватку на плече.

— Сынок. Нам нужно поговорить.

— Пап, а можно…

— Марш на улицу! Купите чипсов в магазине и не мешайте нам.

Братья с визгом умчались, оставив Изуку наедине с мистером Хатсуме.

— Слушай внимательно, пока я не взорвался. Хари уже готова тебя придушить, — его усы дёргались, глаза метали молнии.

— Простите! — Изуку поклонился в пояс. — Если она ослепнет, я…

— Не об этом! — Мистер Хатсуме встряхнул его. — Вот о чём! — Он разжал ладонь, демонстрируя презерватив.

Изуку тихо застонал.

— Ну? Объясняй, — голос мистера Хатсуме наполовину перешёл в рык. — Знай, я не убью вас за тинейджерские глупости. Но правила установим, чёрт подери, и…

— Это от Исцеляющей девочки! — закричал Изуку, размахивая руками. — Она… эм… решила, что мы встречаемся! Потому что Мэй называет изобретения малышами и говорит о «создании малышей» со мной… Ну, она подумала…

— Ох, — гнев мистера Хатсуме сменился разочарованием. — Значит, вы не…

— Нет! Я слишком уважаю Мэй, чтобы… э-э… воспользоваться её доверием или что-то такое! — Изуку покраснел до ушей, с трудом сдерживая слёзы. — Она точно не думает обо мне в таком ключе.

Эти слова почему-то ранили, хотя он знал, что это правда.

— Серьёзно? — мистер Хатсуме приподнял бровь. — Сынок, а как, по-твоему, она тебя воспринимает?

— Как друга, — Изуку ответил не задумываясь. Потом опустил взгляд: — И… как героя. Она верит в меня. Даже когда другие нет.

— Ага. Дорогая! Хари! Спускайтесь! Не убивайте парня, тут Мэй надо кое-что прояснить!

Изуку провели наверх, минуя кухню, в комнату Хари. Родители знали: если оставить Мэй в её мастерской, она сорвёт повязки к чертям и полезет изобретать.

— …вот так и появляются дети! — Мэй лежала в кровати в пижаме, глаза под бинтами. Сестра едва сдерживала смех, мать смотрела устало. — Но не супермилые малыши, а противные человеческие.

— Неужели, — Хари фыркнула, прикрыв рот. Увидев Изуку, подмигнула: — Прости, Мидория. Мы сделали поспешные выводы, найдя это в её кармане.

— Этот презерватив? — спросила Мэй. — Думаю, его стоит отдать Изуку. Ему нужно сохранить.

— Для чего, милая? — миссис Хатсуме вздохнула. — Собираешься что-то из него сконструировать?

— Для выпуска. Тогда и пригодится, — заявила Мэй, как о чём-то очевидном. — Исцеляющая девочка сказала, это для пар, которые собираются…

Мистер Хатсуме громко прокашлялся, бросив взгляд на Изуку:

— И почему именно тебе нужно хранить это до выпуска?

— Потому что мистер Айзава велел обождать с бейсболом до того момента, — ответила Мэй. — Изуку знает правила лучше. Думаю, презерватив там обязателен.

— Бейсбол? — Хари залилась смехом, едва не падая. — Ты думаешь, для бейсбола нужен презерватив? Хочешь играть с Изуку?

Мэй кивнула:

— Да. А потом я хочу, чтобы Изуку…

— Так. И вы мудро ждёте окончания школы? — мистер Хатсуме скрестил руки. — Не требую брака, но ответственность — прежде всего.

— М-м-Мэй? — Изуку заикался. — Но… Исцеляющая девочка… мистер Айзава… Ты… хочешь быть моей девушкой?!

Мэй нахмурилась, повернувшись к нему:

— Но мы уже ходили на свидание. Разве это не делает нас парой?

Хари фыркнула, игнорируя тычок локтем от матери. Миссис Хатсуме вздохнула:

— И когда же это «свидание» случилось, юная леди?

— Когда вы дали нам 10 000 иен, которые мы точно потратили на развлечения, а не на гидравлическую жидкость и микросхемы, — невозмутимо ответила Мэй.

— Мы… эм… смотрели фильмы у меня дома, — Изуку заерзал. — И мама была там! Мы ничего такого не…

— Изуку недавно узнал, что такое секс, — громко объявила Мэй. — Сегодня мы изучили биологию. И что значит быть парой! Оказывается, это не просто совместные ужины, веселье и создание супермилых малышей.

— Ладно, на сегодня хватит, — бледнея, мистер Хатсуме потянул Изуку к двери. — Спокойной ночи, Мэй.

— А ужин? Можно поесть перед сном? — крикнула она вдогонку.

— Теперь мы оба знаем лишнего, — проворчал мистер Хатсуме, спускаясь с Изуку. Он достал ключи от машины. — Подвезу тебя.

— Я обычно бегаю… Сегодня из-за Фестиваля не выполнил норму…

— Я настаиваю. — Он распахнул дверь. — Твёрдо.

Изуку нервно устроился на сиденье, бросая взгляды на мистера Хатсуме. Тот молчал первые минуты, пока они не выехали на главную дорогу.

— Честно, Изуку, ты не против, если я буду звать тебя по имени? Ладно. Так вот… Думал, взорвусь, если вы с Мэй… Ну, ты понял. Но не так уж и зол.

Изуку робко посмотрел на него:

— П-правда?

— Ага. Раньше я боялся, что Мэй останется одна. Она всегда любила вещи больше людей. Друзей не было. Даже в детстве. Только разбирала, собирала, изучала. А потом появился ты.

Машина остановилась на красный свет. Мистер Хатсуме вздохнул:

— Странный парень со странной мечтой. Ну, мечта нормальная, вот только для безпричудного… Не обижайся, но сначала я решил, что у тебя РАС, как у неё. Ты мямлил, глаза в пол, дни напролёт с Мэй возился.

— М-мне говорили, я не… — начал Изуку, но мистер Хатсуме махнул рукой.

— Неважно. Суть в том, что ты её понял. Вытерпел её выходки. А она — адский ребёнок. Порой тебя смущала, но ты не сдавался. Стал разбираться в технике. Помнишь, как помогал с стартером тойоты?

Изуку кивнул:

— Мэй верила в меня. Мне это было нужно. И ей нужен был друг.

— Точно. Вы сблизились. Очень. И… я заметил, что она тебе нравится. Как девушка. Согласен?

Изуку покраснел, едва не сгорая от стыда.

— И ты ей нравишься. Вы молоды, здоровы. Мы с матерью и Норико следили, но… доверяли вам. Надеюсь, не зря?

— Нет, сэр, — твёрдо сказал Изуку, на мгновение встретившись взглядом с мистером Хатсуме, прежде чем тот вернул внимание к дороге. — Я… мне нравится Мэй. Может… может, я даже люблю её. Но я не знаю, как общаться с девушками. То есть, с Мэй я могу, но не как с девушкой…

— Но вы оба ужасно неловкие. Мэй не выразит чувств, даже если перед ней робот, а ты в себя не веришь настолько, что не допускаешь, будто она может испытывать влечение, — резюмировал мистер Хатсуме.

Изуку облизнул губы:

— Думаете, она…

— Для Мэй ты — самый удивительный человек на свете. В её глазах ты не способен на ошибку, — мистер Хатсуме вздохнул. — И у неё ноль стыда. Сколько раз ты видел её голой?

Изуку покраснел, уткнувшись взглядом в колени.

— Вот именно. Ответ больше нуля. Будь на моём месте парень, которому нравится девчонка, он бы уже фантазировал. Но Мэй не понимает, что физическая близость может иметь… последствия. А я — трус.

— Что? — Изуку поднял голову, сбитый с толку.

Мистер Хатсуме сжал руль, его лицо залилось краской:

— Я не знал, как с ней говорить на эти темы. И её мать тоже. До тебя Мэй ими вообще не интересовалась. Даже после твоего появления она не понимала своих чувств. И ты, похоже, тоже. Так что… я избегал этого разговора. Ну а твой отец?

— Он… в Америке, — Изуку отвернулся к окну. — Видимся редко. Присылает подарки на дни рождения. Думаю… он стыдится, что я безпричудный.

— Посмотри на меня.

Изуку повиновался.

— Я зову тебя «сынок» не просто так. Думаю, однажды ты им станешь. И я буду горд. Ты хороший человек, Изуку. Ещё сырой, но с потенциалом. У тебя есть смелость, честь, и ты искренне заботишься о моей девочке. Если уж ей «играть в бейсбол», пусть это будет с тобой, а не с каким-нибудь подонком. Ты любишь её?

— Да, — прошептал Изуку, снова опустив глаза. — Но я никогда не говорил ей этого.

Мистер Хатсуме вздохнул:

— Не хочу это говорить, но, возможно, ты никогда не услышишь этого от неё. По крайней мере, сама она не скажет. Если хочешь — попроси, но тогда она начнёт твердить «люблю» всем подряд. Хотя для Мэй это не важно. Ты слышал — она считает, что вы встречаетесь. Не спросила, не сказала… Просто решила, что вы нравитесь друг другу. Так работает её мозг.

— Ага, — Изуку хмыкнул. — Мы оба странные.

— Величайший недосказ века, — фыркнул мистер Хатсуме, указывая на дом. — Это твой дом?

— Эм, да. Можно просто…

— Мне нужно поговорить с твоей матерью, сынок. Она должна знать. А ты, как и Мэй, промолчишь, чтобы не беспокоить.

— М-м-может быть, — признал Изуку. Мистер Хатсуме припарковался и последовал за ним. Дверь распахнулась прежде, чем Изуку успел коснуться ручки.

— Изуку! — зарыдала Инко, обхватив сына. — Я так волновалась! После того, как Мэй… — Она отступила, прижав ладонь к его щеке. — Прости, сынок. Всё это время я «защищала» тебя, отговаривая стать героем. Но… ошиблась. Ты можешь им быть! Ты сильнее, умнее…

Она замолчала, заметив мистера Хатсуме.

— Здравствуйте, миссис Мидория. Шу Хатсуме. Мы говорили по телефону.

— О! — Инко поклонилась. — Проходите! Спасибо вашей дочери за победу на Фестивале! Как Мэй? Если нужна помощь…

— Я здесь не из-за травмы, — мистер Хатсуме шагнул внутрь. — Дело в них обоих. Наших детях.

— О боже! Изуку, что ты натворил? — Инко схватилась за сердце. — Это Бакуго? Или Мэй? Она в порядке? Сейчас оденусь, поедем…

— Мам, всё хорошо. Мэй поправится. Мне… нужно кое-что сказать. И мистеру Хатсуме тоже.

— О, ну, наконец-то мы познакомились! Вы так близки с Изуку… — Инко засуетилась, включив чайник. — Чай? Или что-то ещё? У нас только протеиновые коктейли Изуку…

— Чай подойдёт, — мистер Хатсуме вертел кепку в руках. Его ногти были в масле, комбинезон запачкан — видимо, семейная черта.

Инко поставила чашки и села напротив:

— Изуку, что ты хотел сказать? И зачем мистер Хатсуме здесь?

— М-мы… вроде как… встречаемся с Мэй! — выпалил Изуку.

Инко прищурилась, поднеся чашку к губам:

— Наконец-то признался. — Она посмотрела на мистера Хатсуме. — Вы… не застали их…?

— Вёл себя прилично, — мистер Хатсуме вздохнул. — Но я плохо следил за ними. Не подумайте, что моя дочь… использует вашего сына.

— Мэй — милая девочка! Это Изуку втягивает её в свои авантюры!

— Скорее, Мэй похитила его для своих безумных проектов, — мистер Хатсуме потер затылок. — Но вот что я нашёл…

Он протянул презерватив. Инко ахнула:

— Хоть предохраняются!

— Мам! — Изуку побагровел. — Мы ничего не…

— Вижу, как вы смотрите друг на друга. Просто будьте осторожны. Не повторяйте ошибок меня и отца.

— Каких ошибок? — Изуку заморгал.

— Поговорим позже. Вы ещё слишком юны для глупостей.

— Думаю, они ещё ничего не пробовали, — мистер Хатсуме покраснел. — Изуку — хороший парень. Я не против их отношений. Но… что вы знаете о Мэй?

— Больше, чем следовало, — Инко вздохнула. — Она как-то спросила у меня гигиенические средства…

Изуку опустил взгляд, чувствуя, как жар разливается по щекам. Мэй действительно временами откровенно высказывалась о «раздражающих аспектах женской анатомии» и не раз просила его принести гигиенические средства. Фактически, Изуку пришлось спрятать их в углу мастерской Юэй, потому что Мэй постоянно забывала.

— Это, эм… спасибо. Ей… нужна помощь. Обычно мать и сестра заботятся об этом, но… — Мистер Хатсуме замялся. — Я хотел спросить: вы знаете о её состоянии?

— О каком именно? — Инко улыбнулась. — Неужели она в положении?

— Нет! — Изуку аж подпрыгнул. — Он о… о РАС.

— А, это. — Инко махнула рукой. — Изуку проверяли в детстве. Он был замкнутым, с речевыми трудностями. Мэй же просто… необычная. Рада, что он встретил такую напористую девушку. Ему не хватает уверенности.

Изуку будто перевернули. Он не знал ни о своих тестах, ни о сомнениях матери.

— Мэй… определённо в спектре. У неё много сложностей. Изуку очень помогает. Она… отталкивает людей, одержима изобретениями-малышами, груба и не уважает личные границы.

— Она добрая, — пробормотал Изуку. Взрослые уставились на него, и он покраснел. — Она… она просто Мэй. Мне нравится вся она. Даже… сложные стороны. То, что она трогает меня без спроса или долго не осознавала разницу между парнем и девушкой. Но я всё равно люблю её. Она верит в меня. А я верю, что её изобретения изменят мир. Хочу помочь ей.

— Рад слышать, сынок, — тихо сказал мистер Хатсуме, наконец отхлебнув чай. — У вас прекрасный сын, миссис Мидория.

— Он особенный, — Инко улыбнулась. — Рада, что он нашёл Мэй. Это его первый настоящий друг.

— Вы… не против наших отношений? — Изуку сглотнул. — Мы ведь даже не ходили на свидания…

— Сынок, если ты ждёшь чего-то «нормального» с Мэй, ты глупее, чем я думал, — мистер Хатсуме фыркнул. — Чего ты вообще ожидал?

— Я не знаю, — признался Изуку. — Но… я думал, что всё будет иначе. Я… не изменил своего отношения к Мэй. Просто хочу быть с ней, помогать ей.

— Меня это устраивает, — пробурчал мистер Хатсуме. Он неловко поднялся. — Мне пора в мастерскую. Спасибо за чай, миссис Мидория.

Инко проводила его до двери, затем вернулась с сияющей улыбкой:

— Сначала победа на Фестивале Юэй, потом девушка! Мой мальчик взрослеет!

— Спасибо, мам. Но… есть ещё кое-что, — тихо сказал Изуку.

Инко прищурилась:

— Вы с Мэй спите вместе? Я не буду злиться, но если…

— Нет! Точно нет! Это… касается меня. Мне предложили дополнительную подготовку для поступления на Геройский факультет Юэй. Я ещё не зачислен, но… смогу стать героем.

Инко замерла, заставив Изуку нервно поёрзать. Наконец, она прошептала:

— Ты… не злишься на меня?

— Нет! За что? — Изуку удивлённо моргнул.

— Я не поддерживала тебя. Не верила. Я мать, я… должна верить в мечты сына.

Изуку улыбнулся, сдерживая комок в горле:

— Всё в порядке. Мэй поддерживала меня. А ты… теперь здесь.

Инко протянула руку, смахивая слёзы:

— Ты нашёл ту самую, Изуку. Я рада, что ты попадёшь на Геройский факультет. И помогу, чем смогу. Верю в тебя. Всегда верила, просто… не так, как нужно.

— Спасибо, мам. Это многое значит.

Есть два типа людей. Те, кто совершают дела, и те, кто заявляют, что совершили дела. Первая группа менее многочисленна.

— Марк Твен

---

Солнце едва взошло, когда Изуку вышел из станции метро. Он бежал до самой школы, дыхание ровное, лишь капли пота стекали по лицу. Вчерашнюю тренировку он пропустил — настолько вымотался, что после ужина просто отрубился. Но теперь он снова в строю, готов к новому дню, новой жизни, где он наконец-то встал на путь героя.

Хотя… это не совсем правда. Он вступил на эту тропу ещё в день встречи с Мэй. Единственное отличие теперь — в его мечту поверили другие. Но пока с ним Мэй, всё будет хорошо. Они справятся.

В школу он пришёл задолго до шести утра и сразу приступил к упражнениям. Надел спортивную форму, сделал отжимания, скручивания и приседания, затем начал бегать по дорожке. Двигался в спокойном темпе, не перенапрягаясь. Через несколько минут появился Шинсо, молча отложил рюкзак, снял пиджак и встал рядом с Изуку.

— Д-доброе утро, — Изуку не знал, как себя вести. Парня он почти не знал — до вчерашнего дня они даже особо не разговаривали.

— Доброе, — буркнул Шинсо, по лицу уже струился пот. — Ты это каждый день делаешь?

— Д-д-да. Э-э-это… я меняю упражнения. Бег и основные элементы те же. Но сегодня понедельник — значит, 100 выпадов и 100 прыжков из стороны в сторону.

Шинсо кивнул. — А в другие дни?

— Э-э… Во вторник 100 подъёмов на бицепс и 100 жимов лёжа. Я, ну, около 25 килограммов на бицепс и 45 на жим. В среду — 100 прыжков с разведением и 100 прыжков через скакалку. В четверг — 100 подтягиваний и 100 подъёмов ног с утяжелением. В пятницу — 100 наклонов к носкам сидя и 100 секунд стойки на одной ноге… н-на каждую ногу. В субботу — 100 ударов кулаками и 100 резких пинков по груше. У меня… э-э… она дома, в комнате. В воскресенье только базовая программа.

Шинсо пробежал молча пару шагов, затем покачал головой. — Это звучит откровенно безумно. Как ты находишь время на что-то кроме тренировок?

— Я… э-э… нечасто выхожу куда-то, — признался Изуку. — К-кроме Мэй, у меня… ну, нет друзей. А на всё уходит всего два часа! Больше всего — на 10-километровую пробежку, но если стараться, можно уложиться меньше чем за час!

— Два часа тренировок. Восемь — в школе. Два на учёбу, по крайней мере мне столько нужно. Остаётся 12 часов. Чем ты занимаешься, кроме еды и сна?

— Э-э… н-ну, вообще-то я… я сплю всего часов шесть или семь. И, н-ну, мы с Мэй едим за работой. Так что… э-э… у меня остаётся часа четыре на совместные проекты. Обычно… обычно я бегаю в школу по утрам. Э-э… это экономит время. И иногда ночую у Мэй, или она у меня. Чтоб… э-э… время сэкономить.

— Неудивительно, что вы с ней так и не «заморочились», — пробормотал Шинсо. — Оба слишком выдохлись, чтобы этим заниматься.

Изуку покраснел, опустив взгляд. В этом была доля правды. Он почти всегда чувствовал усталость. По воскресеньям он обычно спал часов десять, а остальное время проводил с Мэй. Та, казалось, обходилась меньшим количеством сна, зато совсем не тратила время на тренировки.

После нескольких кругов появился мистер Кан, скрестив руки на груди. Изуку и Шинсо завершили круг и подошли к нему.

— Неплохо, — протянул мистер Кан. — Может, вы и вытянете, если будете заниматься так каждый день.

— Я сделаю всё, что потребуется, — твёрдо заявил Шинсо, сжимая кулак. — Даже эту безумную программу Изуку.

— Я проверял. Честно говоря, в мои времена про-героя это считалось лёгкой разминкой. Моя Причуда — Контроль крови — требует крепкого тела. У Сотриголовы то же самое. Мы до сих пор проводим в зале по несколько часов.

Шинсо медленно кивнул. — Полагаю, мне тоже нужно нарастить силу, если не хочу полагаться только на свою Причуду.

— Мудро. С этого и начнём сегодня. — Без предупреждения рука и нога Кана рванулись вперёд. Удар рукой пришёлся прямо в грудь Изуку, вышибая воздух из лёгких. Тот рухнул на колени, едва осознавая, что Шинсо получил аналогичный удар ногой.

Кан фыркнул, глядя на парней. — Итак, вы не умеете принимать удары. Хорошая отправная точка.

— Не… ждал… такого, — Изуку с трудом поднялся на колени, хватая ртом воздух.

— На поле боя нужно быть готовым ко всему. Да, это был низкий удар, но противники не станут церемониться. Враждебность может вспыхнуть в мгновение ока. Будьте начеку. А теперь — встать.

Изуку и Шинсо поднялись, пошатываясь. Кан кивнул. — Так. Перед тем как научиться бить, нужно научиться держать удар. Пошли.

Он привёл их в зал, где выдал защитные накладки и шлемы. — В бою важно многое. Одно из главных умений — подняться после того, как тебя сбили с ног.

— Разве не разумнее… просто не получать ударов? — спросил Шинсо.

Кан пожал плечами. — Да. Над этим тоже поработаем. Уклонения важны. Но рано или поздно тебя всё равно ударят. Важно либо встать как можно быстрее, либо вообще не падать. Злодеи используют любой шанс, чтобы прикончить тебя. Даже если ты мастер. Сотриголова — один из лучших бойцов врукопашную, каких я видел. Но он не стал похож на хэллоуинский декор потому, что всегда уворачивался. А теперь учимся принимать удар.

Кан бросил Изуку мягкую тренировочную палку. — Сейчас ты ударишь меня. Не стесняйся — можешь даже задеть. Целься в живот. Я напрягу мышцы и выдохну, чтобы создать жёсткую поверхность для отражения удара. Готов?

Изуку кивнул и ударил палкой по животу инструктора. Тот крякнул. — Слабовато. Дай Шинсо.

Шинсо попробовал, и Кан вздохнул. — Видимо, учиться придётся и бить тоже. Вы боитесь меня задеть. Новенькие всегда сдерживаются. Что ж, я выбью это из вас. Теперь моя очередь.

К утру Изуку обзавёлся множеством синяков на торсе, руках и ногах. Кан показал, как смягчать удар, блокировать атаки и подниматься после падения. Изматывающие полтора часа закончились, и Кан лишь махнул головой в сторону душевых:

— Освежитесь. Уроки через 20 минут. Не опаздывайте. К Исцеляющей девочке — не раньше обеда. Боль — тоже часть тренировки.

Со стонами Изуку и Шинсо поплелись под душ. Горячая вода смыла лишь часть боли.

— И… так каждый день? — Шинсо выдохнул.

Изуку пожал плечами. — Не знаю. Но… если так, я продолжу. Не сдамся.

— Да. Думаю, и мне стоит.

Учёба в тот день стала пыткой — не только из-за ломоты во всём теле. Все пялились на Изуку, поздравляли, заговаривали. Но единственного, чьё мнение значило, рядом не было. Мэй всё ещё отдыхала дома. На обеде Изуку попытался поесть в столовой, но, занервничав без Мэй, вернулся в мастерскую. Провёл диагностику Силового Костюма, оценил повреждения и слабые узлы. В целом костюм сохранил функциональность, но перегрузки выявили недочёты.

После уроков Изуку аккуратно конспектировал лекции, обещая учителям поделиться с Мэй. Большинство хвалили его, а мистер Маиджима буквально светился при встрече. Видимо, Кан рассчитался с долгом, хотя Изуку чувствовал — дело было в принципе.

К концу дня Изуку поспешил из школы прямиком на станцию. Обычно он задерживался, но сегодня мастерская казалась бессмысленной. Он примчался к дому Мэй, бегом от станции.

— Привет, Мидория, — окликнула Хари, когда он ворвался в мастерскую. В зале дремала лишь одна пожилая клиентка. Хари разбирала бумаги за стойкой, лицо чуть менее перепачканное машинным маслом, чем обычно.

— Здравствуйте, Хатсуме. Э-э… как Мэй? Она в порядке?

— Сводит всех с ума, вот как, — рассмеялась Хари. — Поднимайся, она тебя ждёт.

Изуку замялся, нервно оглядываясь в поисках родителей Мэй.

— Да иди уже, — Хари махнула рукой в сторону жилой части. — Пока ты ведёшь себя прилично. Ничего же не изменилось.

— Э-э… спасибо, — Изуку слегка поклонился и рванул наверх, в комнату Хари, где сейчас жила Мэй.

— Изуку? — Мэй крикнула, едва он открыл дверь. — Это ты?

— Да. Как догадалась? — Он вошёл, оставив дверь приоткрытой.

— Ты не снял обувь, — Мэй ухмыльнулась. — Лучше сделай это, пока мама не увидела.

Изуку вскрикнул и быстро стащил кроссовки, затем присел у её кровати.

— Как наши малыши? — потребовала Мэй. — Проверял их?

— Да, сейчас зачитаю диагностику Силового Костюма, — Изуку открыл записи. Мэй комментировала каждую систему, пока он перечислял данные.

Закончив, она кивнула: — Ну, модель 47 хотя бы держится. Рада, что папочка о них позаботился! А теперь помоги снять этот пластырь…

— Мэй, его нужно носить ещё день как минимум, — мягко остановил её Изуку, убирая её руку от повязки.

— Фу-у, скукотища, — заныла Мэй. — Целый день тупо валялась. Такого со мной ещё не было!

— Знаю, — Изуку слабо улыбнулся. Даже болея, Мэй обычно что-то мастерила. Безделье было ей чуждо.

— Ты уже начал заниматься с Сотриголовой? — перебила его размышления Мэй. — Чему он научил тебя о геройстве?

— Он тоже пока травмирован, — объяснил Изуку. — Занятия вёл мистер Кан. Э-э… он учил меня, как… принимать удары.

— Ну, это несложно. Я думала, ты не хочешь, чтобы тебя били, — Мэй нахмурилась.

— Н-н-нет, я имел в виду… как принимать удар, но не сдаваться, — поправился Изуку.

— А, — Мэй склонила голову. — Это могло бы помочь против Бакуго, наверное.

— Да. — Они замолчали. Мэй откинулась на подушки, будто впервые за день расслабившись. Тишину нарушало лишь её безымянное напевание, пока она теребила край простыни.

Неожиданно Изуку прервал молчание: — Мэй, э-э… насчёт… того, что ты вчера сказала.

— Вчера я много чего говорила. Уточни, — Мэй приподнялась.

— Я… о том, что мы встречаемся, — Изуку опустил взгляд.

— О! У меня есть ещё презерватив, если хочешь попробовать «бейсбол». Мы же договаривались не…

— Н-н-нет, не это! — Изуку покраснел, но вдруг улыбнулся. — Нет… не то чтобы я не хотел. Но… я обещал твоему отцу и Хари вести себя прилично. Так что… не сейчас. Я… ты правда… хочешь быть моей девушкой?

Мэй насупилась. — Не стала бы соглашаться, если бы не хотела.

— Ты серьёзно? — Глаза Изуку наполнились слезами.

— Да. Разве я не ясно сказала?

— Знаю, просто… я правда тебя люблю, Мэй. Не как друга, а…

— Ты… не хочешь быть друзьями? — Мэй замерла, перестав теребить простыню.

— Нет! То есть да… но «встречаться» — это другое. Я… хотел убедиться, что ты… понимаешь разницу.

— Какая разница? Это значит, тебе нравится человек, и ты хочешь быть с ним всегда. И иногда играть в бейсбол, — уверенно заявила Мэй. — Хотя не уверена, при чём тут бейсбол. Но если с тобой — может, будет весело. А давай сделаем специальную биту? Добавим ракетные ускорители или встроим в мяч гироскоп с магнитом, а в биту — электромагнит!

— Мэй, это же… метафора физической близости, — Изуку едва сдерживал смех.

— Типа объятий? Мы и так это делаем. Какая связь с бейсболом? — Мэй упёрла руки в бока.

— Не знаю… метафоры вообще странные, — вздохнул Изуку.

— Всё равно ракетная бита была бы круче, — пожала плечами Мэй. — Но если «встречаться» не как друзья… Мы разве перестаём быть друзьями?

— Нет, но… это значит быть только с одним человеком. И… любить его.

— А, — Мэй задумалась. — Ты мой единственный друг. И вряд ли найдётся кто-то лучше. Думаю, я люблю тебя. Но мне никто не объяснял, что это. Наверное, как с моими малышами, но не уверена.

— Ты мой лучший друг, Мэй, — тихо сказал Изуку, беря её руку. — И это похоже на любовь к изобретениям. Значит верить в человека, принимать его и помогать, даже когда трудно. Ты так делала для меня с самого начала. Не знаю, чем заслужил.

— Ты тоже так делал, — ответила Мэй, как будто это очевидно. — Значит, и я должна. Больше никто не делал.

Горло Изуку сжалось. — Да… Я понимаю.

— Это странно, — Мэй притянула его ближе. — У тебя нет РАС. Но ты безпричудный — наши мозги разные. Раньше я хотела «починить» себя, чтобы стать как все. Пыталась изобрести что-то для этого. Пока не встретила тебя.

— Приятно, когда кто-то заботится не из жалости.

— Ненавижу жалость! — в голосе Мэй прозвучала ярость. — Все считали меня ущербной! А ты лучший. Может, людям стоит быть без Причуд, как ты! Или мне отказаться от своей, когда глаза вылечу.

— Нет, — Изуку мягко прервал её. — Оставайся собой.

— И буду, — Мэй ухмыльнулась. — Я и так классная.

Вечером они разобрали школьные задания, включая английский. Мэй ворчала, но радовалась компании. Миссис Хатсуме принесла ужин — тёплый мисо-суп с кусочками курицы. Вдруг Изуку заметил, как поздно. Они увлеклись физикой и планами новых изобретений.

— Поздно, дети, — мистер Хатсуме заглянул в комнату. — Изуку, ночуй с мальчишками. Ты еле на ногах стоишь.

— Ага, — Изуку зевнул.

Братья Мэй уже спали, тихо похрапывая. Изуку улёгся на постель, глядя в потолок. «Неужели так пройдёт вся жизнь?» — подумал он. Улыбнулся. Если да — это лучшая из возможных.

Мне не нужен преемник — лишь готовые руки, чтобы принять факел нового поколения.

— Билли Грэм

---

Следующие два дня прошли похоже, хотя Секиджиро Кан немного изменил тренировки Изуку и Шинсо. В один день они учились правильно падать. В другой — читать язык тела противника, чтобы уклониться или смягчить удар. Шинсо начал приходить так же рано, как Изуку, чтобы выполнять программу. Было очевидно, что ему тяжело, и Изуку поддерживал его.

— Мне тоже поначалу было сложно, — сказал он Шинсо, пока тот лежал на полу, а скакалка беспомощно вилась рядом. Юноша задыхался, явно выдохшись. — Но станет легче. Не... не скоро. Но станет.

— Рад слышать, — выдохнул Шинсо. — Думаю... думаю, моя ошибка в том, что я пытался успевать за тобой. Ты знаешь, что ты монстр? Серьёзно, у тебя будто мускульная Причуда. Это нелепо.

Изуку покраснел. — Э-э, ну, любой может так натренироваться. Просто нужен труд.

— И, мои дорогие детишки, я рад, что вы готовы приложить усилия! — громогласно прозвучал весёлый голос.

Изуку вскочил по стойке смирно, а Шинсо с трудом поднялся. — Всемогущий!

— Да, это я! — рассмеялся Всемогущий, его улыбка сверкала под ярким светом спортзала, пока он шагал внутрь, развевая плащом. — Но я привёл друга! Кан сегодня занят, Айзава ещё не восстановился, а я... увы, преподавание отнимает столько времени, что на геройскую работу его почти не остаётся!

Всемогущий откинул голову и засмеялся. Затем упёр кулаки в боки, наклонившись вперёд. — Но без наставника вы не останетесь! Тогата! Выходи!

— Кажется, они правда усердно трудятся!

Изуку и Шинсо огляделись, пытаясь найти источник голоса, но никого не увидели.

— Вниз смотрите!

Оба моргнули, затем опустили взгляд. Из пола спортзала выглядывало улыбающееся лицо. Изуку испуганно вскрикнул и отпрыгнул, а Шинсо нахмурился. — Что ты там делаешь? И кто ты?

Обнажённый юноша на пару лет старше внезапно вынырнул из пола. — Я Мирио Тогата! Третьекурсник и... Упс! Секунду!

Без предупреждения он провалился обратно под пол. Изуку лишь уставился вслед, широко раскрыв глаза. — Я не знал, что он так умеет...

— Ха-ха! Тогата на многое способен! — рассмеялся Всемогущий. — Правда, когда он увлекается, то иногда забывает контролировать свою Причуду.

Дверь спортзала открылась, и появился Тогата, натягивая футболку и запрыгивая в кроссовки. — Простите за это! Я так рад был встрече, что буквально выпал из одежды! Можно сказать, мы познакомились «нагишом»!

Изуку растерянно переводил взгляд между Всемогущим и Тогатой, которые смеялись вместе. Шинсо же стонал, потирая переносицу. — Слишком рано для каламбуров…

— А знаешь, что говорят? — Всемогущий хлопнул Тогату по спине. — Нет ничего лучше удачной игры слов!

— И эта была ничем не лучше! — фыркнул Тогата. Они снова рассмеялись, а Изуку нервно хихикнул. Шинсо сохранял безразличный вид.

— Ладно, мне пора! — объявил Всемогущий. — Вы в надёжных руках! Тогата, можно сказать, мой напарник.

— Напарник?! — вскричали хором Изуку и Шинсо.

— Но Всемогущий, у вас никогда не было напарников! — Изуку чувствовал себя ошарашенным. — Разве что Сэр Ночноглаз!

— Чем он особенный? — Шинсо пристально разглядывал Тогату. — У него сверхсильная Причуда?

— Не-а! — Тогата весело подмигнул Всемогущему. — Пока мистер Всемогущий не показал, как вывести её на новый уровень! Поверьте, это был опыт, от которого волосы дыбом!

Всемогущий снова рассмеялся, смахивая слезу. — Вот за что я тебя люблю, Тогата! Ты всегда заставляешь меня улыбаться! — Затем его голос стал серьёзным. — Слушайте, мальчики. Мидория... ты уже знаешь. Шинсо, Приготовься.

— К чему? — спросил Шинсо.

Внезапно Всемогущий преобразился — его тело стало худым, глаза впалыми, а кожа почти прозрачной. Шинсо в ужасе отшатнулся. — К-кто вы?! Ч-что вы сделали с Всемогущим?!

Тень былого героя развела руками, её голос звучал хрипло: — Это и есть я, парень. Я хотел показать вам кое-что перед уходом. Изуку уже видел, но ему нужен урок.

Тогата кивнул, его лицо стало мрачным. — Быть героем... тяжело. Я видел... не так много, как Всемогущий или Сэр Ночноглаз, но достаточно, чтобы понять: миру нужны мы.

— Правда в том, что я недолго останусь Всемогущим, — тихо произнёс герой. — Скоро я стану просто... мистером Яги. И этот момент не за горами.

Изуку почувствовал, как слёзы катятся по щекам, и вытер их тыльной стороной ладони. Он уже видел Всемогущего в таком виде, но старался забыть. Даже когда злился на него, всё равно считал непобедимым героем. Пусть глуховатым к чужой боли, но легендой.

— Этого не может быть, — прошептал Шинсо. — Вы... вы же Всемогущий. Вы не можете просто...

— Мне придётся уйти, Шинсо. Я слишком долго играл в эту игру. И... были последствия. — Всемогущий снова приподнял рубашку, обнажив шрам. — Я сказал Изуку, что он не сможет стать героем. Не из-за недостатков... а чтобы уберечь от этого. Или хуже.

— Зачем... зачем вы нам это говорите? — Шинсо выглядел так же подавленно, как Изуку.

— Потому что вы — часть замены. — Всемогущий опустился на колени, положив руки на плечи мальчиков. — Я скоро перестану быть №1. Но я здесь, чтобы найти тех, кто займёт моё место. — Он взглянул на Тогату. — Он — моя главная надежда.

Тогата кивнул, сдерживая слёзы: — Я сделаю всё, сэр. Я не подведу вас.

— Но одного мало, — продолжил Всемогущий. — Я пытался быть опорой, но я — просто человек. Опора рушится. Нужны новые. И вы двое — часть её. Поступайте на Геройский факультет. Я помогу, чем смогу. Мой кабинет открыт.

Дверь с грохотом распахнулась. — Изуку! Ты уже герой? Всемогущий, вы отдали ему титул №1? С парой апгрейдов это реально!..

— Откуда ты знаешь?! — Всемогущий вскинулся. — Как...

Мэй нахмурилась: — Знаю что?

— Ч-что я... Всемогущий.

— На вас та же одежда. И глаза. И причёска. — Она склонила голову. — Или нет? Лица людей сбивают меня с толку.

— Нет, это я, но... молчи об этом. Пока, — пробормотал он.

— Рассказать людям что? Что вы тренируете Изуку? — Мэй нахмурилась. — Вы же учитель. Разве не должны помогать? Или мне нельзя говорить, что вы делаете свою работу?

— Нет, не в этом дело. Просто не говорите, что я выгляжу... так, — пробормотал Всемогущий, бросая взгляд на мальчиков. — Это касается всех.

— Я никому не говорил, — поклялся Изуку. — И не скажу.

— Мне бы всё равно не поверили, — Шинсо всё ещё дрожал. — И... я сам не верю. Не хочу верить.

— Поверьте. Ибо именно вы станете моей заменой. — Всемогущий закашлялся. — Мне пора. Тогата, позаботься о них.

— Так точно! — Тогата вытянулся, затем посмотрел на Мэй. — Ты тоже хочешь стать героем?

— Нет! — Мэй улыбнулась, пока герой уходил. — Я здесь за данными!

— Данными? — Тогата недоумённо моргнул. — Мы будем спарринговаться, а не уравнения решать.

— Именно эти данные мне и нужны! Чтобы понять, какое снаряжение требуется Изуку! — Она широко ухмыльнулась. — Он скромничает, а я — нет. Ему стоит поучиться у меня!

— Чем больше, тем веселее! — Тогата рассмеялся. — Присоединяйся! Видел твой бой с Бакуго — тебе самой не помешало бы потренироваться.

— Мой лучший приём — не лезть в драки. А если лезу — звать Изуку, — серьёзно заявила Мэй. — Он в этом мастер.

Тогата фыркнул. — Отлично! Думаю, мы поладим! Хатсуме, верно? Ладно, начинаем! Основам боя вы научились падать и уворачиваться. Теперь научитесь бить первыми!

Тренировка оказалась не менее жёсткой, чем у Кана, но с улыбкой. Тогата безжалостно атаковал, если удары Изуку и Шинсо были слабы.

— Чёрт, ты почти как Мидория, — Шинсо потирал новый синяк. — У вас что, Причуды на силу?

— Я даже её не использую! — засмеялся Тогата. — Учитесь держать удар!

— Разве твоя Причуда — не Проникание? — Изуку растерялся.

— Ладно, проверим, смогу ли я проникнуть сквозь твой удар! Давай, Мидория, бей так будто я назвал Мэй уродиной!

Изуку так разозлился, что вложил в удар всю силу. Но Тогата просто стал неосязаемым, и кулак прошел сквозь него.

— Чувствуется напор! Но не поджимай большой палец! И не размахивай локтем — сила теряется! — Тогата указал вниз. — Упс! Прости, Хатсуме!

— Мне бы тебе трусы сварганить, — заметила Мэй. — Не парься, я знаю — ты притворялся. Всё равно я не красотка.

— Но ты красивая! — возмутился Изуку.

Мэй ухмыльнулась. — Видишь, ты и правда мой парень! Так и надо говорить!

— Я тут единственный вменяемый? — вздохнул Шинсо.

— Наверное! Не волнуйся, мы это исправим! С ума сходить веселее! — Тогата поспешно натягивал штаны.

Прозвенел звонок. — Ой, время вышло! Кан будет с вами до конца недели. А я по четвергам. Бегите на урок! И тренируйте удары! — Тогата запрыгал, пытаясь одеться.

— Чёрт, мы даже не успеваем помыться! — простонал Шинсо.

— Помоемся позже, — пожала плечами Мэй.

Шинсо уставился на неё в ужасе, явно представив, как они все трое идут в общий душ.

— Обычно я пользуюсь женским, — уточнила она, заметив его панику.

— Я напоминаю ей, если что, — поспешно добавил Изуку. — Но она редко забывает.

— Единственный вменяемый… — Шинсо махнул рукой, всё ещё слегка бледный. — Ладно, пусть одноклассники думают, что хотят.

— Игнорируй. Найди в классе свою «Изуку» — того, кому плевать на запах! — посоветовала Мэй.

— Попробую. Но я предпочитаю девушек, — сухо ответил Шинсо.

— Найди безносую! Всё решится. Изуку, бежим! Твой запах напоминает о наших «малышах»! Спрошу у мистера Маиджимы, можно доработать Костюм!

— Он скучал без тебя, — улыбнулся Изуку, выбегая с Мэй.

— Правда?

— Да. Он сказал, что стало слишком тихо. Никто ничего не взрывал всю неделю.

— Ха! Забавно, ведь взрываю-то я! Давай найдём ракету для тебя!

Шинсо смотрел вслед паре, качая головой. — И это меня считают странным. У них даже Причуды не оправдание.

Жизнь вошла в привычный ритм. Тренировки выматывали Изуку, но присутствие Мэй придавало сил. Мистер Айзава, выздоровев, взялся обучать Шинсо работе с захватным оружием, а Изуку — анализу Причуд.

— Идея с системами против разных Причуд на Фестивале была хороша, — сказал Айзава. — Но досье будет не всегда. Учись определять способности на лету. Например, вода: создаётся, конденсируется или из тела? От этого зависит, как нейтрализовать.

— Я вёл тетради с анализом Причуд, — признался Изуку.

— Полезная привычка. Сейчас покажу кое какие записи. Определи, как бы ты остановил их носителей. Мэй, думай над устройствами.

— Придумаю супермилого малыша для каждого! — пообещала Мэй.

— Шинсо, отрабатывай стили захвата. Для мутантов — «змеиные удары».

— Чёрт! — Шинсо промахнулся, но Айзава поправил:

— Вот так.

Так продолжалось день за днём. Вскоре Изуку и Мэй разработали полдюжины новых типов ракет. Одна выпускала сеть из различных материалов, чтобы опутать противника. Другая распыляла пену, мгновенно затвердевавшую при контакте. Третья генерировала ЭМИ-импульс, выводящий из строя электронику. Были и снаряды со слезоточивым газом, перцовым баллончиком для нейтрализации врагов, а также звуковая ракета, оглушающая пронзительным визгом — особенно эффективная против тех, чьи Причуды обостряли слух.

Всё это время продолжались физические тренировки. К ним добавились занятия по первой помощи, спасательным операциям и работе с Причудами. Интересно, что «тренировки Причуд» для Изуку проводил мистер Маиджима — он помогал ему и Мэй совершенствовать Силовой Костюм и другие устройства. Шинсо же занимался с мистером Айзавой, чья Причуда, как и у него, не имела прямой боевой силы, но позволяла контролировать поле боя.

Несмотря на загруженность, Изуку и Мэй находили время помогать друзьям с экипировкой. Ашидо и другие ученики Геройского факультета обращались за доработками костюмов. Мэй с радостью создала для Ашидо резервуар с кислотой, превратив его в гранаты и пулемёт. Каминари получил усовершенствованный конденсатор, а остальные — различные модификации.

Самым неловким заказом стали трусы для Тогаты. Оказалось, для их создания требовались волосы самого Тогаты, которые Изуку аккуратно собрал. Вместе с Мэй они сплели специальное бельё, устойчивое к высокому трению.

— Я часто рву костюм, и мистер Маиджима ругается, — объяснил Тогата, потирая затылок. — Новая техника слишком нагружает ткань. Может, сделаете её прочнее?

— Устойчивость к трению? Мы такое делали для Сато и Иды из 1-А, — сказал Изуку. — Мэй, справимся с волокнами?

— Конечно! Сплетём их с синтетиком на основе нейлона — выйдет супермило! Теперь замри для замеров, — Мэй шагнула вперёд, заставив Тогату покраснеть.

— Может, я займусь этим? — Изуку тоже покраснел. — Ему... может быть неловко от прикосновений чужой девушки.

Сквозь всю эту суету в голове Изуку звучала навязчивая мысль: Всемогущий уходит. Его время как Символа Мира подходит к концу. Изуку страстно желал стать героем, спасать людей, как кумир. Хотел доказать миру: «Ты тоже можешь быть героем» — даже без сильной Причуды.

Но сможет ли он оправдать ожидания? Мир полнился новыми угрозами: Убийца героев Пятно, бесчинствующая Лига Злодеев... Быть героем означало бросить им вызов. Справится ли он с Мэй? Ответ предстояло найти — рано или поздно.

Если отбросить невозможное, то оставшееся, каким бы невероятным оно ни казалось, должно быть правдой.

— Шерлок Холмс

---

Впервые Изуку услышал об Убийце Героев Пятне почти год назад. Стелс-герой Прозрачный тогда оказался в центре скандала — его обвиняли в использовании своей Причуды в довольно извращённых целях. Он клялся в невиновности, и сначала казалось, что историю замнут. Пока Прозрачного не нашли с вырезанными глазами на полу женского туалета. На зеркалах кровью было начертано: «Пятно на героях».

Эта фраза закрепила за убийцей имя «Пятно» в СМИ. За ней последовала череда из дюжины смертей и вдвое больше жестоких нападений по всей Японии. Иногда жертвами становились герои с явными пороками — азартные игры, пьянство. Иногда — те, кого все уважали. Атаки казались случайными, но объединяло их одно: они всегда происходили кроваво, когда герой был в полном снаряжении и на дежурстве. Никто не погибал дома или в гражданской одежде. Ничего ценного не крали.

Личность Пятна оставалась загадкой. Его описывали как высокого мужчину в лохмотьях с ужасно изуродованным лицом. Но поймать его не удавалось. Страннее всего было то, что иногда Пятно нападал на героя, калечил, но оставлял в живых, заявляя: «Ты понял, что значит быть героем». Ходили слухи, что Пятно — революционер или даже сам герой, карающий тех, кто предал идеалы.

Однако для Изуку самым тревожным стало нападение на брата его нового одноклассника Ииды — Ингениума. Популярного и эффективного героя покалечили. Изуку волновался за Ииду, но они почти не общались, да и своих забот хватало.

Всё вскрылось за несколько недель до конца семестра. К ужасу Изуку и всей страны, Пятно наконец поймали — событие, встрепетнувшее Японию на годы вперёд. Первым это увидел Изуку в новостной ленте телефона. Лицо Пятна под заголовком соседствовало с победоносной улыбкой Мирио Тогаты.

---

УБИЙЦА ГЕРОЕВ ПОЙМАН! ЛЕМИЛЛИОН ОСТАНОВИЛ ПЯТНО, СПАС ЖИЗНИ ОДНОКЛАССНИКА И ИНДЕЙЦА

Автор: Иеро Джанарисуто

---

Прошлой ночью город Хосю стал ареной схватки с Убийцей Героев. Пятно пытался убить свою 41-ю жертву — героя-шамана Индейца. Юный Тенья Иида, брат знаменитого и трагически пострадавшего Тенсея Ииды (известного как Ингениум), попытался вмешаться, но был ранен и едва не погиб. Серийный убийца почти добился своего, если бы не вмешательство Мирио Тогаты — героя Лемиллиона. В потрясающем проявлении скорости и мастерства Лемиллион не только спас Иду и Индейца, выведя их в безопасную зону, но и решительно победил Пятно после краткой битвы.

Для некоторых может стать неожиданностью, что Лемиллион — ученик третьего курса Юэй, как и Тенья Иида, который учится на первом. Те, кто видел потрясающее выступление Лемиллиона на Спортивном фестивале Юэй в этом году, знают: он, возможно, величайший герой нового поколения в стране (Ссылка: Тогата доминирует на третьем курсе в Юэй).

Лемиллион также отличился, работая с ветеранами-профессионалами, включая Сэра Ночноглаза и его нынешнего наставника — Гран Торино. Известнее всего его роль ассистента Всемогущего в Юэй. В ту ночь он сражался вместе с Гран Торино против странных существ — Ному, связанных с Лигой Злодеев (Ссылка: Пятно и Лига Злодеев: Мастера преступности).

— Я спешил помочь эвакуировать гражданских, когда увидел Ииду в переулке. Сразу понял — что-то не так, и надо действовать! — заявил Лемиллион прессе. — Так поступил бы любой герой, особенно увидев Убийцу Героев. Иида — хороший парень, я не мог подвести его или Индейца!

На вопрос о схватке Лемиллион лишь рассмеялся, но Иида прокомментировал:

— Это было невероятно. Он вынырнул из стены и схватил меня, когда Пятно уже заносил меч для удара! Потом я оказался в безопасности. Из-за паралича мало что видел, но заметил, как он сражался. Пятно не смог задеть Лемиллиона! Он двигался быстрее всех, кого я видел, разве что кроме Всемогущего. Уложил Пятно за один обмен ударами после спасения Индейца! Лемиллион — пример для всех в Юэй.

Индеец был слишком ранен для дачи комментариев, но на место вскоре прибыл сам Всемогущий:

— Лемиллион — часть нового поколения героев. Я не вечен, поэтому преподаю в Юэй. Надеюсь, именно он и его однокурсники понесут эстафету!

С поражением самого разыскиваемого преступника страны остаётся признать: Лемиллион начал блистательно.

— Он победил Пятно?! — Изуку ахнул. Он ускорил утреннюю зарядку, помчался в школу, едва успев схватить две бобовые булочки для себя и Мэй. Та уже копошилась в мастерской, собирая голосовой модулятор для Шинсо — чтобы усилить его Причуду.

— Мэй, ты слышала? Тогата победил Убийцу Героев! — Изуку положил булочку перед ней, откусывая свою.

Мэй подняла глаза, слегка нахмурившись:

— Он использовал моё нижнее бельё?

Изуку задумался, жуя:

— В статье не писали, что он раздевался. Наверное, да?

— Ха! Наши малыши снова доказали, какие они супер-милые! — ликовала Мэй. — Но его костюм всё же требует доработок. Его Причуда изменилась с тех пор, как мистер Маиджима поручил Факультету поддержки создать остальную часть снаряжения.

— Правда? — Изуку нахмурился. — Я знал, что у него есть Проникание. Что ещё он может?

— Согласно записям мистера Маиджимы, это всё... Но нет! Разрывы на костюме похожи на те, что у Ииды или Сато при активации их Причуд — сверхскорости и сверхсилы. Я не дорабатывала их снаряжение — это было просто, — но передала рецепт ткани мистеру Маиджиме, и он поручил это другим.

— Хорошо. Не забудь съесть булочку. Мне нужно встретиться с Шинсо на утренней тренировке на Полигоне Бета. Тогата велел принести Силовой Костюм, но я буду осторожен. До пары! — Изуку быстро обнял Мэй и убежал, пока та, жуя булочку, набрасывала эскизы нового костюма для Тогаты.

— Слышал про Пятно и Тогату? — Шинсо спросил, встретив Изуку у тренировочной зоны. — С ума сойти, что он всего на пару курсов старше.

— Да... Есть к чему стремиться, — кивнул Изуку. — Пятно был главной угрозой. Теперь можно вздохнуть спокойнее.

— Не уверен, — Шинсо покачал головой. — Многие им восхищаются. Его слова после задержания... Если всё провалят, он станет мучеником.

Изуку нахмурился:

— Думаешь? Я мало читал об этом.

— Я... иногда лажу на определённых форумах, — признался Шинсо. — Раньше злился, что мою Причуду не уважают. Думал, общество прогнило. И таких в сети много. Пятно часто упоминали. Некоторые считали его правым. Устранять героев, которые злоупотребляют властью или гонятся за славой.

— Жутко, — Изуку содрогнулся. — Для меня он просто злодей.

— Можно сказать, он сам стал Пятном на обществе! — Тогата вынырнул из земли.

Изуку нервно улыбнулся каламбуру, а Шинсо лишь закатил глаза. Оба привыкли к его театральным появлениям.

— Не ждали тебя сегодня, — пробурчал Шинсо. — Надеялся отдохнуть от твоих шуточек.

— Расскажешь о схватке?! — Изуку загорелся. — Какая у Пятна была Причуда? Как ты её нейтрализовал?

— Это была причуда, связанная с кровью. Иида и Индеец говорили, что их парализовало после порезов, — объяснил Тогата. — Я нейтрализовал её, просто не давая себя порезать! Его мечи меня не задели!

— Неужели, — сухо протянул Шинсо. — Ладно, опиши сценарий. Как ты спас заложников?

— Использовал сверхсилу и скорость, чтобы схватить их и рвануть прочь! — Тогата напряг мышцы, приняв геройскую позу. — Улыбался всё время и сказал Пятно, что он на голову выше остальных!

— Конечно, — вздохнул Шинсо.

— Погоди, твоя Причуда даёт сверхсилу и скорость? — Изуку наклонил голову. — Я думал, это Проникание.

— Э-э, так и есть! — поспешно согласился Тогата. — Но я такой стремительный, что двигаюсь быстрее, чем можно представить!

— Видел, как ты движешься, — прищурился Шинсо. — Ты определённо быстрее обычного человека, и сильнее тоже.

— Можешь использовать Проникание, чтобы облегчать себя или предметы? — Изуку загорелся.

— Конечно! — Тогата хлопнул в ладоши. — Хватит болтовни! Сегодня отрабатываем спасение заложников! Я буду злодеем, а вы должны спасти это!

Тогата достал плюшевую собачку. — Ваша задача — отобрать её у меня, не дав мне закончить! Я спрячусь с ней где-то здесь, а вы найдёте и вынесете её за пределы Полигона Бета. Готовы?

— Поняли, — кивнул Шинсо. — Вытащить собаку из зоны. Ещё правила?

— Нет! Изуку, можешь использовать Силовой Костюм и любое снаряжение. Шинсо — свою Причуду. Поехали! — С этими словами Тогата провалился сквозь пол.

Изуку осмотрел зал, заставленный препятствиями. Тогата наверняка спрятался с игрушкой. Может, добавить в костюм тепловизор?

— Лучше подготовься, — предупредил Шинсо. — Он не станет сдерживаться.

— Точно. — Изуку залез в Силовой Костюм, запуская системы. — Как его найти?

— Разделимся. Кричи, если увидишь. Попробую заставить его ответить, но он не дурак.

— Нам нужны рации для связи, — пробормотал Изуку. — Занесу в список доработок.

Не тратя времени на скрытность, Изуку взмыл в воздух, запрыгнув на скалодром, чтобы осмотреть местность. В Полигоне Бета были десятки укрытий, где мог спрятаться Тогата. Изуку быстро обыскал с десяток зданий, но ничего не нашёл. Снова взмыв вверх, он заметил Шинсо, машущего ему снизу. Приземлившись, Изуку поднял облако пыли.

— Нашёл его?

— Кажется, — Шинсо указал на здание с ярко-красными иероглифами на баннере: «Здесь нет заложников».

— Думаешь, он там? — Изуку нахмурился.

Шинсо пожал плечами:

— Мы можем час искать, и тогда уже пора будет на занятия. Думаю, это его способ поддаться. Есть идеи, как проникнуть внутрь?

— Взрывать стены фугасными ракетами нельзя — можем навредить заложнику, — пробормотал Изуку.

— Да и преподы вряд ли обрадуются, — добавил Шинсо. — Ладно, зайдёшь первым?

Изуку кивнул:

— Попробую выманить его. Сможешь сымитировать мой голос?

— «Ох, Мэй, ты такая умная и красивая! Надеюсь, мы сделаем малышей вместе, но не изобретения!» — пискляво продекламировал Шинсо.

— Я т-так не говорю! — запротестовал Изуку, затем замялся. — Правда?

— Твой голос не всегда звучит как у девочки, — усмехнулся Шинсо.

— Фух, — Изуку облегчённо вздохнул, затем моргнул. — Эй, это не смешно!

— Будем спорить о моих пародиях или спасать Снаффлса, Чудо-Пса? — Шинсо поднял бровь.

Изуку вздохнул:

— Я иду первым. Запущу пенную ракету. Если не сработает — светошумовую гранату и звуковую ракету. Ты в это время хватай собаку.

— Понял, — Шинсо кивнул. — Вперёд.

Изуку рванул к зданию, развернув Силовой Костюм так, чтобы плечом выбить дверь. Та с грохотом отлетела.

— Э-э, сдавайся, злодей! — крикнул он.

— Муа-ха-ха-ха! Жалкий герой! Моим планам не помешать! — донёсся голос из глубины.

— Я знаю, ты здесь! — Изуку двинулся внутрь, вынужденно сгибаясь вдвое. Чтобы пролезть в дверной проём, пришлось проломить стену ударом. — Сдавайся, и я... э-э, пощажу тебя!

— Это тебе стоит сдаться! — Тогата возник за спиной Изуку.

Изуку резко развернулся, но успел лишь мельком увидеть, как Тогата проваливается сквозь пол. — Где заложник?! — крикнул он, но ответом стал резкий удар в спину.

— Ух! — Изуку закрутился, пытаясь ударить Тогату, но намеренно сбавил силу, чтобы не травмировать старшекурсника. К его шоку, Тогата легко поймал кулак, усиленный Силовым Костюмом.

— Слабо! — Тогата рыкнул и ударил свободной рукой, отшвырнув Изуку в стену.

На дисплее замигали индикаторы повреждений, зазвучал сигнал тревоги. Изуку, кряхтя, поднялся и увидел Тогату, жестом вызывающего его вперёд.

— Раз так... Добавлю мощности! — Изуку рванул в атаку, забыв про ракеты.

Тогата усмехнулся, ловя костюм обеими руками. Несмотря на двадцатикратное усиление силы, Изуку проигрывал в схватке.

— Какая... у тебя... Причуда...? — выдохнул Изуку, пытаясь вынудить Тогату заговорить.

Тогата лишь хмыкнул, затем внезапно просочился сквозь Изуку, заставив того врезаться в стену. Очухавшись, Изуку увидел Шинсо: тот крался на цыпочках с плюшевой собакой в руках. Он пробрался с другой стороны! — мелькнуло у Изуку, и он ринулся обратно к Тогате.

— Неплохо, но я едва начал! Ручное управление! Активировать Режим Сокрушения!

Костюм бипнул, предупредив о снятии ограничителей. Теперь удары могли размозжить обычного человека.

— Весело! — Тогата рассмеялся. — Но я тебя раскусил!

Вместо того чтобы принять удар, Тогата просочился сквозь Изуку, и тот влетел в очередную стену, застряв в проёме. За спиной Шинсо вскрикнул:

— Как ты догадался?!

Тогата не ответил. Когда Изуку выбрался, он увидел, как тот убегает через чёрный ход.

— Останавливай его! — крикнул Шинсо. — Он уходит!

— Забирайся! — скомандовал Изуку. Шинсо вскочил на него, и они бросились в погоню. Выбежав наружу, они увидели, как Тогата бросает собаку и жестом «Давайте!» подзывает их.

— Думаешь, справишься с нами вдвоём?! — Шинсо крикнул, передразнивая Изуку. Тогата молчал, и Изуку выпустил в него пенную обездвиживающую ракету.

Тогата рванул вперёд с невероятной скоростью, поймал ракету в воздухе и швырнул обратно.

— О нет! — Изуку попытался увернуться, но ракета взорвалась, покрыв их пеной. Та мгновенно затвердела, обездвижив Силовой Костюм.

— СИИИЛА! — Тогата прорычал, встав в победную позу: руки вверх, ладонями наружу. Изуку вздохнул.

— Я застрял. Ты как, Шинсо?

— ММММФ! — Шинсо мычал. Пена попала ему в рот. Она была дышащей, но на вкус — отвратительной, как Изуку знал по опыту.

— Сдаёмся! Вытащи нас! — крикнул Изуку.

— Ясно! — Тогата подбежал к пенной горе. — Эм... Как это сделать, Мидория?

— В костюме есть растворитель, но механизм заклинило. Придётся звать Мэй.

Тогата поморщился. — Проблемка... — В этот момент прозвенел звонок.

— Ммммфф... — Шинсо застонал.

— Вот чёрт, — простонал Изуку.

В тот день они опоздали на час. Тогата привёл Мэй, помог найти растворитель в мастерской — Изуку бы нашёл мгновенно, но Мэй вечно всё теряла. Пена растворилась через несколько минут. К счастью, Изуку пропустил только первый урок и занятия с мистером Маиджимой.

— Вы и так со мной достаточно времени проводите, — учитель махнул рукой на извинения Изуку. — Главное — не повторяйте.

Шинсо же получил выговор от классного руководителя, но отделался лёгким внушением.

— Придётся написать извинительное письмо и пообещать не опаздывать, — Шинсо сообщил Изуку и Мэй. Он часто обедал с ними в мастерской, так как тоже с трудом заводил друзей до Спортивного фестиваля.

— Думаю, до конца триместра будет проще, — Изуку вытирал Силовой Костюм тряпкой. Они всё ещё очищали его от пены, после чего нужно было смазать механизмы. — Экзамены на следующей неделе.

— Надеюсь, ты не будешь мучить нашего малыша ещё сильнее! — Мэй прожевала кусок еды.

Шинсо, уже привыкший к её манерам, флегматично добавил:

— Считай это сбором данных. Если Мидория станет про-героем, твои «малыши» будут страдать постоянно.

— Цена популярности, — вздохнула Мэй, отхлебнула энергетик и громко рыгнула. — Надо было предупредить о тесте ракет! Я бы посмотрела.

— Извини, не подумал, — Изуку улыбнулся. — Ты бы гордилась! Я активировал Режим Сокрушения! Но Тогату это не остановило.

— С ним что-то нечисто, — Шинсо нахмурился. — Как у него две Причуды? Проникание плюс сверхсила и скорость? Ты врезался в него с такой силой, что снёс бы стену. А он просто поймал тебя.

— Так не бывает, — Изуку покачал головой, наконец сев за бенто от мамы. — У всех только одна Причуда.

— Почему? — Мэй наклонилась.

Шинсо поспешил:

— Это... как есть. Все рождаются с одной. — Он вдруг сморщился. — Ой, прости, Мидория.

— Всё в порядке, — Изуку мирно откусил рисовый шарик.

— А если ему добавили ещё одну? — Мэй выпалила.

Оба уставились на неё. — Чего?

— Ну, как Ному. В Зоне Ненастоящих Катастроф и вчерашней атаке. Я говорила с Ашидо: у Ному были поглощение ударов и регенерация. А вчерашний Ному кучу Причуд имел. Может, Тогате тоже добавили?

— Бред, — фыркнул Шинсо. — Причуды нельзя передать.

— Всемогущий как-то сказал, что хотел бы дать мне Причуду, если бы мог, — задумчиво произнёс Изуку, вспоминая первый день учёбы.

— Может, он отдал свою Тогате? — Мэй наклонилась вперёд. — У Всемогущего же сверхсила. Тогата теперь её проявляет, а Всемогущий уходит. Может, передал?

— Нелепо! Причуды не передаются! — Шинсо сжал вилку, раздражённо хмурясь.

— Да... Хм. — Изуку уставился на последний рисовый шарик. — Всемогущий называл Тогату преемником, говорил о «передаче мантии». Может, в прямом смысле?

— Я бы смогла придумать, как передавать Причуды! — Мэй всплеснула руками. — Они в ДНК! Проявляются через ген QR.16. Если его модифицировать — можно создать новую Причуду!

Шинсо замер:

— Мэй, ты серьёзно? Ты... можешь дать Причуду?

— Пока нет. Я не биолог, — Мэй махнула рукой. — Но если собрать аппарат для изоляции гена QR.16 и изучить Причуды... Думаю, смогу!

Сердце Изуку ёкнуло:

— Мэй... Ты думаешь... Мне можно?

Мэй нахмурилась:

— Возможно. Но зачем тебе?

— Я... всегда мечтал... о своей Причуде, — Изуку потупился. — Пусть даже слабой... Но своей.

— Не глупи! — Мэй рассмеялась. — У тебя же я и наши малыши! Это лучше любой Причуды!

— Д-да, — Изуку сглотнул, хватая протеиновый коктейль. Краем глаза он заметил взгляд Шинсо. А что бы я отдал за свою Причуду?

Иногда двое людей, чьи основы разрушены, находят друг друга и вместе строят нечто нерушимое. — Свапна Раджпут

---

— Ладно. На сегодня хватит, — сказал Айзава, обматывая шарф-ловушку вокруг тела.

Простонав, Изуку с трудом поднялся с синих матов в спортзале «Гамма», покрытых пылью. Хитоши Шинсо просто опустился на корточки, тяжело дыша. Оба мальчика были в синяках после часа жестоких спаррингов друг с другом и мистером Айзавой. Они наконец перешли от обучения «как принимать удар» к «как наносить и принимать», но процесс был болезненным.

— Эй, вы даже не дали Изуку использовать наших малышей! — возмутилась Мэй.

Айзава взглянул на неё, слегка нахмурившись. Он всегда будто слегка раздражён Мэй, хотя Изуку заметил: учитель неизменно спрашивает, где она, если та не приходит. — В любом случае, на следующей неделе у вас перерыв. С финальными экзаменами вам нужно сосредоточиться на учёбе.

— Слава богу, — простонал Шинсо. — Я чувствую, будто вообще не занимался.

— У вас есть воскресенье, чтобы это исправить. И запомните: если завалите экзамены, я не позволю вам поехать на летний тренировочный лагерь.

— Летний лагерь? — Изуку встрепенулся.

— Классы Геройского факультета отправляются на недельные тренировки в лес. Я рассматриваю возможность взять вас троих, — заявил Айзава.

Мэй подняла голову. — То есть я тоже? Но я же не учусь на героя.

— Ты необходима для тренировок Изуку, учитывая, что фактически заменяешь ему Причуду, — Айзава пожал плечами. — Пока остальные будут отрабатывать способности, вы двое будете тестировать снаряжение в полевых условиях. Без тебя ремонтировать и модифицировать оборудование некому, так что смысла везти Изуку нет. Так что оба сдаёте экзамены.

— Даже английский? — подколола Мэй.

Айзава лишь уставился на неё воспалёнными глазами. Мэй вздохнула: — Ладно, в этот раз поучусь. В прошлом году с Изуку всё равно занималась, кое-что помню.

— Конечно, тебе раньше и учиться не приходилось, — проворчал Шинсо. — Видимо, ты во всём талантлива от природы.

— Не-а! Я ужасна в английском и дерусь так себе. Помнишь, как Бакуго меня избил? Было больно! — Мэй говорила весело, словно вспоминала пикник.

Шинсо моргнул. — Видимо, жаловаться не стоило. А что насчёт меня, сэр?

— У тебя множество способов развить Причуду. Например, увеличить число методов контроля над людьми. Маскировать голос с помощью модулятора, который делает Мэй, и так далее, — пояснил Айзава.

— А для нас там будет мастерская? — с любопытством спросил Изуку.

Айзава кивнул. — Мы подготовим специальное оборудование. Передай Маиджиме список необходимого — он всё организует. И захватите инструменты для помощи первокурсникам с их Причудами. Это шанс создать полезное снаряжение совместно.

— Вы так стараетесь для нас... — Изуку нервно потупился. — Не хочу быть обузой.

— Не беспокойся. Ситуация накаляется. Вы слышали о Пятне и Лиге Злодеев? — спросил Айзава.

Шинсо побледнел. — Да. На форумах только об этом и говорят. Лига вербует сторонников идеологии Пятна. Говорят, к ним присоединились Мускул и Мунфиш.

— Правда? — Айзава нахмурился. — Этого я не слышал. Зайди ко мне после уроков, Шинсо. Расскажешь об источниках. Это может быть полезно.

— Это просто... знакомые с подозрительных форумов. Я всё ещё с ними общаюсь, — признался Шинсо, виновато опустив взгляд.

— Похоже, у тебя собственная сеть информаторов. Для героя это ценно. Как сказал — зайди позже. А сейчас — к Исцеляющей девочке до занятий, — приказал Айзава. — Мне составлять экзамены.

— Шинсо, присоединишься к нашей учёбе? — спросила Мэй, выходя из зала.

Шинсо поднял бровь. — Не хочешь побыть наедине с парнем? Не буду мешать вашему... бейсболу.

— В чём смысл, если не разбирать ответы по математике? Ты их уже знаешь? — Мэй недоуменно наклонила голову.

— Я не... Ладно, присоединюсь. Всё лучше, чем в одиночку, — вздохнул Шинсо. — Если, Мидория, ты не против. Ты же в курсе, что такое бейсбол?

— Э-э, почти. Мы с Мэй... мистер Айзава сказал не заходить дальше первой базы, вот мы и соблюдаем, — пробормотал Изуку.

— Мы всё равно не любим бейсбол. Мистер Кан взбесился, когда я предложила команде ракетную биту, так что бросили эту затею, — весело пояснила Мэй.

— Знаешь, забавно, но это даже не самый бессвязный твой вывод за неделю, — заметил Шинсо. — Когда и где занимаемся?

— М-может, у меня дома? — предложил Изуку. — Мама всегда готовит закуски, да и хотела тебя увидеть после фестиваля. Завтра днём?

— Договорились, — согласился Шинсо. — У меня оценки неплохие, но пропустить летний лагерь нельзя. Это шанс влиться в Геройский факультет и доказать им своё место.

Учёба шла хорошо. Мэй, как всегда, зевала от скуки, но Шинсо усердно концентрировался. А после они смотрели ужасный фильм — японскую озвучку «Бэтмен и Робин» из XX века. Сначала Шинсо раздражали комментарии Мэй и Изуку, но, осознав, что фильм — полный провал, втянулся.

Шинсо кивнул на экран и ехидно ухмыльнулся: — Мэй, сделаешь Изуку костюм как у Бэтмена?

— Наверное, — пожала плечами Мэй. — Выглядит несложно.

— Только пусть на нём будут соски, — Шинсо прикрыл грудь руками. — Без них костюм — не то.

— Ладно, если я сделаю тебе наряд Ядовитого Плюща, — парировал Изуку. — Тебе бы подошли накладные брови и синяя подводка.

Шинсо метнул убийственный взгляд, затем расхохотался, и все присоединились.

— Бэт-кредитка? Серьёзно? Его сила — не быть богатым! — возмутился позже Изуку.

— А я думаю, да! — засмеялась Мэй. — Я посчитала: даже с нынешними технологиями его реактивный самолёт и машина стоили бы миллиарды иен! Он в этом фильме не детектив, а просто богатый идиот!

На следующий день начались экзамены. Изуку, как всегда, нервничал: грыз ногти и карандаш, перепроверял ответы. Но стоило услышать напев Мэй или увидеть её спокойное лицо — тревога отступала. Несмотря на загруженность, он чувствовал уверенность.

Шинсо, как и Мэй, в перерывах и после уроков сохранял хладнокровие, подкалывая обоих:

— Изуку, ты правда пишеешь этим? — он щипцами держал обгрызенный карандаш. — Выглядит, будто его крыса глодала. Тебе нравится, как они на вкус?

— Н-нервная привычка, — смущённо признался Изуку.

— Мэй, тебе обязательно напевать? Кое-кто пытается думать, — проворчал Шинсо.

— Знаю. Поэтому и напеваю, — ответила Мэй, продолжая мелодию.

Шинсо попытался сохранить раздражённый вид, но Изуку заметил, как уголки его губ дрогнули. Похоже, сарказм и колкости были для Шинсо способом выразить симпатию. Позже он оставил Изуку коробку жвачки с запиской: «Мне помогает». Изуку улыбнулся, а мистер Маиджима разрешил жевать её, если тот не мусорит.

Главным экзаменом оказался не письменный, а оценка снаряжения, созданного за семестр. Изуку впервые увидел работы одноклассников и поразился их простоте: сшитые костюмы, модифицированные рации. Мистер Маиджима дал советы, ранжировав студентов по вкладу, а затем вызвал Изуку и Мэй.

— Помните, как в начале семестра я велел обращаться к ним за помощью? Но большинство проигнорировало это. Теперь вы увидите, что они создали.

— Это нечестно! — возмутился Ката. — Они гении! Мидория даже выиграл фестиваль с роботом! Им наверняка помогали!

— Это не робот! — огрызнулась Мэй. — Силовой Костюм — экзоскелет для усиления силы и ловкости со встроенными модульными системами!

— И мы сделали его сами! — Изуку снял панель, показывая классу механизм. — Источник энергии — модифицированный двухреакторный модуль Мицубиси нового поколения...

Он подробно объяснил систему питания, резервные батареи, нейроинтерфейс и голосовое управление: — Если заложен нос или тон голоса неверный, система тормозит. А цепочка из трёх команд вызывает сбой. Есть вопросы?

Изуку поднял голову и увидел класс в оцепенении. Глазные стебли Каты втянулись почти полностью. Мистер Маиджима закашлялся, пряча улыбку.

— Отлично! Теперь объясню гидравлику, сервоприводы и моторные ассисты! — Мэй энергично ткнула в схему. — Костюм усиливает движения через сенсоры и тактильную обратную связь. Сложность — не переборщить, чтобы пользователь не травмировался. Изуку уже весь в синяках из-за этого! Гидравлика сделана из особого сплава, который мы...

Мэй говорила даже после звонка, но никто не ушёл. Она позвала одноклассников осмотреть системы, открывая панели. К концу даже Ката впечатлился: — И... вы всё это сами сделали?

Мэй терпеливо отвечала: — Нет, Изуку помог! Вот эту деталь он выточил, тут переделал разводку, а здесь...

Изуку сам удивился, осознав свой вклад. Мэй повторяла: — Сама я могу создать милых малышей! Но для самых крутых нужен Изуку! Партнёр важен!

Когда Мэй закончила, мистер Маиджима велел всем сесть: — То, что создали Мэй и Изуку, выше обычных студенческих проектов. Не требую такого уровня... пока. Но теперь вы видели, что возможно. В следующий раз жду невероятного. И помните: даже если эти двое странные, у них есть чему поучиться. Свободны, оценки завтра.

Впервые он выгнал Мэй и Изуку сразу, сославшись на проверку работ. Одноклассники же, вместо игнора, засыпали их вопросами:

— Ваш радиоприёмник неплох, но батареи слабоваты. Попробуйте... — начал Изуку.

— Нельзя делать обычное! Только супер-милое! — перебила Мэй. — Изучите Причуды героев, но не ограничивайтесь текущим использованием! Думайте, как их усилить!

Обсуждение длилось до вечера. По пути в мастерскую Мэй объявила:

— Сюрприз! Супер-Милый Малыш №189 — CRISPR-Рис! Та-да!

Мэй указала на громоздкий аппарат с лотками и отверстиями, некоторые из которых были заполнены пробирками с прозрачной жидкостью. Изуку подошёл ближе и увидел на экране последовательность букв и цифр: случайные комбинации A, T, C и G. Через мгновение он всё понял.

— Это же ДНК-секвенатор! — ахнул Изуку, повернувшись к Мэй. — Ты построила целый генный секвенатор сама?

— Ну, пришлось почитать статьи и порыться в старом медоборудовании! — Мэй гордо подняла подбородок. — Папа возил меня на свалку, мы два часа искали детали! Сделала в воскресенье перед учёбой.

— Мэй, зачем это? — Изуку недоумённо моргнул.

— Чтобы выяснить, какие Причуды у Тогаты! — она схватила его за рукав. — Теперь мне нужна твоя ДНК!

Мэй прижалась к нему так близко, что их дыхание смешалось. Изуку машинально приоткрыл рот, и их губы встретились. Она мгновенно обвила его руками, прижавшись всем телом. Очки впились ему в лоб, но боль растворилась в губах Мэй. Через минуту Изуку отстранился, задыхаясь.

— И-Изуку... — выдохнула Мэй, её щёки пылали.

— П-прости... я не хотел... — он попытался отступить, но Мэй вцепилась в него.

— Я тоже, — призналась она. — Но я не это имела в виду. Мне нужна твоя ДНК вот так. — Она подняла ватную палочку, предназначенную для мазка изо рта.

— О-о боже! Мэй, прости! — Изуку попытался вырваться, но она притянула его ещё сильнее.

— Не надо. Это было приятно. Повторим! — Мэй снова прижалась губами к его губам.

Изуку потерял равновесие и рухнул на груду её одежды. Мэй придавила его, продолжая целовать так долго, что у него закружилась голова. Когда она наконец оторвалась, то ловко сунула палочку ему в рот, собрала образец и засунула пробирку в аппарат.

— Готово! — радостно объявила Мэй. — Теперь у меня есть контрольная группа!

— Ч-что? — Изуку заикался, ум ещё путаясь. Он ахнул, когда Мэй запрыгнула на него.

— У тебя нет Причуды! Значит, я смогу изолировать ген QR.16! — Мэй сбросила очки и устроилась на его груди. — Занмёт пару недель. Уже добавила свои образцы, папины, мамины, братишек, Хари, Тогаты и Шинсо (выдрала у них волосы).

— О... — Изуку обнял Мэй. — П-прости за... э-это. Я не хотел красть твой первый поцелуй.

— Не крал! В детстве я целовала маму и папу, — Мэй ухмыльнулась. — Но это было классно. Повторим?

— Да, — прошептал Изуку, приподнявшись к её губам.

Именно в этот момент в комнату ворвались братья Мэй, звавшие их к ужину.

— ФУУУУ! — завизжали они в унисон.

— Мам, пап, Изуку с Мэй целуются! — заорал Хироки, выбегая.

Комару скорчил рвотную гримасу, пока Изуку пытался встать, а Мэй швыряла в брата одеждой.

— Вам тут быть нельзя! — кричала Мэй. — Это наша с Изуку комната!

— Изуку, у тебя трусы Мэй на голове! — Никиава прыгал, уворачиваясь от носка.

— Твой папа меня убьёт, — простонал Изуку.

— Не посмеет! Я проверила: это первая база в бейсболе. Почему никто не сказал, что он такой весёлый? Только зачем столько игроков? Целовать всех — слишком сложно! — возмущалась Мэй.

Изуку покраснел ещё сильнее, стряхивая с себя бельё. К его удивлению, родители Мэй не пришли ругаться. За ужином лишь братья хихикали.

Комару ткнул вилкой в отца: — Их вообще накажут?

— Они были одеты? — мистер Хатсуме не отрывал глаз от тарелки.

— Ну да... Но они целовались!

— Они подростки, которые встречаются. Беспокоиться надо, если бы не целовались, — флегматично ответил отец. — Не лезь не в своё дело.

— Но это был самый первый раз! — воскликнула Мэй, отчего её отец и сестра подавились едой, а мать испустила многострадальный вздох. Изуку мечтал провалиться под низкий столик.

— Это было мерзко, — заявил Никиава. — Не надо целоваться на виду.

Мэй сверкнула глазами: — Соплякам нечего соваться в мою лабораторию!

— Ты говорила, это мастерская! — огрызнулся брат.

— Теперь тут лаборатория, ведь я занялась биологией! — фыркнула Мэй.

— Главное, чтобы эксперименты не требовали раздеваться, — миссис Хатсуме едва сдерживала улыбку.

— Мы всегда в СИЗ! — Мэй ткнула пальцем в защитные очки. — Но для поцелуев пришлось снять. Мешали.

— Практично, — мистер Хатсуме потёр виски. — Только... э-э... убедитесь, что используете правильные средства защиты.

— Перчатки? Но они загрязнят образцы! — Мэй в ужасе замахала руками.

— Мы... не выйдем за первую базу, — пробормотал Изуку, краснее помидора.

— Не ожидала такого от сестрёнки, — хихикнула Хари. — Ты же ненавидишь спорт.

— Это весело! Поиграй с Тогатой или Шинсо! — Мэй улыбнулась.

Теперь покраснела Хари, а мистер Хатсуме фыркнул: — Думаю, твоя сестра разбирается в бейсболе лучше тебя.

Хари что-то пробормотала в тарелку, но Мэй подхватила: — Если не найдёшь партнёра, познакомлю с друзьями!

— Какие планы на лето? — миссис Хатсуме сменила тему. — Кроме лагеря?

— Выясним, как у Тогаты появилось две Причуды! — Мэй загорелась. — Всё ещё думаю, он сын Всемогущего!

— Тогата — сын Всемогущего?! — Хари аж подпрыгнула. — Но... он же Лемиллион, который победил Пятно?

— Он супер-крутой! — Никиава засиял. — Приведи его к нам!

— О-они не связаны родством, — поспешно объяснил Изуку. — Мэй просто заметила, что Причуда Тогаты проявляется схоже с Всемогущим.

— И они оба блондины со смешными глазами! — добавила Мэй. — Добуду ДНК Всемогущего — докажу, что их Причуды одинаковы! Может, он его сын!

— Приведи его! — взвизгнул Комару. — Пусть подпишет мои комиксы и фигурки!

— Он такой весёлый и сильный! — Мэй размахивала ложкой. — До сих пор злюсь, что он сломал нашего малыша... но использовал нашу пену, так что всё равно круто!

— Весёлый, сильный и знаменитый? — Хари вздохнула. — Обычно не люблю младших, но скажи, что ему уже 18.

— Он ещё учится, — строго сказала миссис Хатсуме. — Ты для него слишком взрослая.

— Мне всего 20! — проворчала Хари. — Я же ещё не рождественский торт!

— Торт? Где? С карамелью? — Мэй засветилась.

В итоге Хари испекла торт под восторженные крики Мэй. Изуку знал: если бы Мэй готовила сама, это было бы несъедобно даже для больной собаки. Но Хари чётко следовала инструкции на упаковке, а Изуку помогал, избегая её экспериментов вроде соевого соуса в тесте.

Через пару минут Мэй сбежала в мастерскую, оставив Изуку и Хари наедине.

— Первый поцелуй, да? — Хари поставила торт в духовку.

— Э-э, да, — Изуку покраснел. — Она хотела взять мой ДНК... подошла слишком близко, и я...

— Только не говори, что это метафора, — Хари закатила глаза.

— Нет! Она собиралась сделать мазок, — Изуку помешивал карамель. — Я — контрольная группа, так как безпричудный. Мэй ищет гены Причуд. Она считает, что Всемогущий передал свою Тогате, поэтому у него две.

— Обычно я сказала бы, что это бред, но после её изобретений уже ничему не удивлюсь, — вздохнула Хари, прислонившись к стене. — В детстве я мечтала о второй Причуде. Моя полезная, но скучная. Не могу летать или стрелять лазерами. А быть безпричудным... даже не представляю, как ты вырос с этим. Меня дразнили из-за глаз, но тебе явно хуже досталось.

— Было... тяжело, — Изуку постучал ложкой по кастрюле, накрывая её. — Бакуго ненавидел моё существование. Я хотел дружить, но он видел во мне слабака.

— Сейчас ты не слабак, — ткнула Хари ему в бок, заставив вздрогнуть. — Сестра выбрала красавчика. Ты не в моём вкусе, но мышцы прокачал. Надеюсь, Мэй ценит это.

Изуку покраснел, а Хари смягчила тон: — Извини, не хотела смущать. Просто... я рада за вас. Раньше волновалась за Мэй. У меня были друзья, парни... А она всегда была странной. Но теперь у неё есть ты, Шинсо, Тогата...

— Она иногда общается с Ашидо и Джиро с Геройского факультета, — добавил Изуку. — Они приходят в мастерскую обсудить костюмы.

Хари положила руки ему на плечи: — Если познакомишь Мэй с нормальными подругами, разрешу жениться на ней.

Изуку побледнел, затем побагровел, заикаясь. Вдруг он вскрикнул: — Карамель!

К счастью, карамель не подгорела. За ужином все ели торт, но Изуку думал о чём-то слаще — от чего снова залился румянцем.

Я никогда не был тем, кто смеётся в лицо опасности. Куда лучше хихикать у неё за спиной и показывать неприличные жесты, пока она не видит. — Комиссар Каифас Каин, Герой Империума

---

Изуку впервые в жизни оказался первым в классе по результатам экзаменов. Его оценки по общеобразовательным предметам были высокими, но настоящим прорывом стала практическая часть — они превзошли результаты всех, кроме Мэй. Неожиданностью стало даже то, что его общий балл оказался выше её. Мэй блистала в точных науках, но гуманитарные дисциплины (включая английский) сдала лишь на «хорошо», что опустило её на третье место, позади вечно самодовольного Коджи.

— Я не могу поверить, что занял первое место! — Изуку повторил это уже в двенадцатый раз, пока они шли к станции.

— Да. Я знала, что сможешь, — кивнула Мэй. — Так что поверь уже.

— Просто… Мне трудно поверить, что я действительно в чём-то хорош, — признался Изуку. — Раньше я думал, что все лучше меня.

— Ну, ты выиграл спортивный фестиваль, — напомнила Мэй.

— Да, но только благодаря тебе, — покраснел Изуку.

Мэй пожала плечами:

— Конечно, благодаря. Но это всё равно твоя победа. Ты тоже помогаешь мне, но я же не начинаю сомневаться в себе! Если бы я искала причины, почему что-то невозможно, мои супер-милые малыши никогда не родились бы!

— Это то, что мне больше всего в тебе нравится, Мэй, — вздохнул Изуку. — Ты всегда уверена. В себе… и во мне.

— Спасибо! А мне нравится, как ты слушаешь и обнимаешь меня! — радостно ответила Мэй.

Изуку резко остановился, ощутив онемение. Он это сказал. Через мгновение Мэй тоже замерла, обернувшись с нахмуренным лицом:

— Изуку, нам нужно домой! Надо закончить список снаряжения для летнего лагеря! Мистер Айзава ждёт его к понедельнику!

— Ты… ты сказала, что любишь меня, — пробормотал Изуку, краснея и глядя в землю. — И я… я сказал, что люблю тебя.

Мэй подошла вплотную, вглядываясь в его глаза с беспокойством:

— Правда?

— Да… Я… Думаю, я люблю тебя, Мэй. Потому что… ты верила в меня, и потому что ты красивая, и…

— Отлично! — Мэй развернулась и зашагала дальше. — Тогда быстрее закончим список. Нам понадобится дополнительный вольфрам для усиленного снаряжения, и…

Изуку шёл дальше, на мгновение почувствовав горечь от того, что Мэй не повторила взаимность. Но затем он задумался: Мэй редко говорила о чувствах — своих или чужих. Как он понял, это было частью её натуры. Зато она выражала любовь иначе: желанием быть рядом, делиться мечтами, верить в него. Возможно, ему стоило смириться с…

— О, и Изуку, я тоже тебя люблю. Хари сказала, что важно отвечать взаимностью. Но ты ведь и так знал?

Уголки губ Изуку дрогнули в улыбке:

— Да, наверное. Но приятно слышать. И не забудь, нам понадобится больше топлива для ракет и материалов для новых. Ещё хочу улучшить пену-захват — её вкус ужасен, люди могут подавиться.

— Какая разница, если они в безопасности? — фыркнула Мэй, но, поймав его взгляд, сдалась. — Ладно, добавим вишнёвый ароматизатор. Только не виноградный. Ненавижу виноград.

Дни перед лагерем они провели в лаборатории, кроме случаев, когда Шинсо тащил их куда-нибудь.

— Вам нужны хобби, — заявил Шинсо, явившись в джинсах и футболке. — Играете в игры?

— Раньше да, но сейчас нет времени, — признался Изуку.

— Наверное, только про Всемогущего? — Шинсо осмотрел секвенатор генов, явно не понимая его назначения.

— Был фанатом… Рад, что перерос.

— А ты, Хатсуме?

— В школе заставляли, но не нравилось, — Мэй протянула устройство. — Вот! Голосовой модулятор с радио! Попробуй взять меня под контроль разума!

Шинсо нацепил устройство и фальцетом произнёс:

— Хатсуме, подчинишься?

Мэй нахмурилась, тыча в модулятор:

— Не работает. Может, нужно…

Её взгляд внезапно остекленел. Шинсо кивнул:

— Отойди. Ты в моём личном пространстве.

Мэй шагнула назад, слюна стекала по подбородку. Изуку прикрыл рот, сдерживая тошноту.

— Скажи Мидории, что нам стоит сходить у игровым автоматам и развлечься, — Шинсо указал на Изуку.

Мэй засеменила к двери, её рот открывался и закрывался беззвучно.

— П-прекрати, Шинсо, это жутко! — запротестовал Изуку.

Шинсо лениво посмотрел на него, но пожал плечами. Мэй внезапно заговорила:

— …голос должен быть естественным по тону и высоте. Усиление не сработало — твоя Причуда работает только с настоящим голосом, электроника не помогает. А я думала, мой малыш сможет модулировать…

— Сработало, Мэй, — Шинсо снял модулятор. — Хорошая идея. Мой голос звучал ненатурально. Если настроить тон ниже или выше?

— Можно! Вот регулятор — крути вверх для высокого, вниз для низкого! — Мэй оживилась, будто и не была под контролем разума. — Мой супер-милый малыш гениален!

— Ладно. Вы вообще хотите куда-то выйти? — Шинсо скривился. — Каждый раз, когда пишу, вы тут копаетесь.

— Они обожают гулять! — в дверь просунулась Хари. — Ты Шинсо? Рада познакомиться! Хорошо, что кроме Изуку кто-то терпит мою сестру.

— Это я. Обещаю не зомбировать вас. Сильно, — Шинсо неловко поклонился.

— Пфф, вот как Мэй тебя заполучила! Хотя нет, это ты её. Я-то думала, ей придётся похитить кого-нибудь для дружбы. Как Изуку.

— Правда? — в глазах Шинсо блеснул интерес. — Думал, они встретились на свалке.

— Почти! В мусорном контейнере! — Мэй улыбнулась. — Изуку вытащил меня, когда я искала запчасти для малышей. Влюбился в Силовой Костюм с первого взгляда!

— Думаю, в тебя, а не в костюм. Он не говорил, что я могу стать героем, — Изуку взял её руку, сжав ладонь.

— Меня сейчас вырвет, — буркнул Шинсо. — Итак, как насчёт автоматов? Может, там есть сломанные автоматы для ваших подделок.

— Они уже согласны! Идите социализироваться, — приказала Хари.

— Да, пожалуй, — Изуку кивнул. — Пошли, Мэй.

— Окей, переоденусь, — Мэй потянулась за подолом футболки.

Шинсо, судя по всему, срочно сбежал, чем насмешил Хари. Изуку спокойно переоделся, отвернувшись от Мэй. Её привычка раздеваться при нём уже не смущала его так, как раньше. В конце концов, они же пара.

— Предупреждай в следующий раз, — проворчал Шинсо по дороге в торговый центр.

— Прости, ты ещё не привык к нам, — Изуку подмигнул Мэй.

Та ответила тем же, оставив очки дома по настоянию сестры:

— О чём извиняться? Шинсо почти увидел меня голой! Ревнуешь, Изуку? Бывшие Хари злились, когда на неё смотрели.

— Не то чтобы ты не симпатична, но Мидория прибьёт меня, если заподозрит в попытке увести тебя, — Шинсо сунул руки в карманы.

Мэй задумчиво кивнула:

— Ничего! Мы найдём тебе девушку. Хари говорит, всем нужен кто-то. Она сейчас свободна!

Шинсо покраснел, сгорбившись сильнее:

— У меня… свои проблемы с романтикой. И Хари вряд ли заинтересует кто то младже неё.

— Ей нравится Тогата! Ну, она не знакома, но видела по ТВ — сказала, милый, — продолжила Мэй.

— Мэй, в какие игры хочешь сыграть? — Изуку сменил тему, спасая Шинсо от смущения.

— Есть где создают супер-милых малышей? Или с огнемётами! Хочу добавить его в Силовой Костюм, но Изуку говорит, топливная смесь взрывается.

— Ого. Интересно, почему он так думает? — саркастично хмыкнул Шинсо.

— Потому что это правда! Но огнемёт был бы очарователен! — Мэй захлопала в ладоши.

— У меня есть кое-что получше, — Шинсо указал на автомат Super Robot Wars: Ultra Arcade в дальнем углу молла.

— Выбираешь робота и сражаешься, — объяснил он. — Бери GoLion — у него огнемёт.

— Но это же ненастоящий! — надулась Мэй.

— Просто считай это вдохновением для твоих малышей, — Шинсо махнул рукой. — Попробуй. Эй, Изуку, сыграем в Disney vs Capcom?

— Эм, давай, — согласился Изуку, бросая взгляд на Мэй. Та провела картой аркады и выбрала GoLion, увлечённо тыкая в кнопки.

— Беру Zero и Халка — они тут имба, — Шинсо усмехнулся, загружая игру. — Бери кого хочешь. Человек-паук или Люк Скайуокер подойдут новичкам.

— О, тут есть Железный Человек! — Изуку тут же выбрал его. — А Бэтмен есть?

— Не знаю. Игры старые, половину персонажей не узнаю, — признался Шинсо.

— Тронн Бонн похожа на оператора Силового Костюма. Возьму её, — решил Изуку.

— Выбери ещё одного. Я беру рандомов, — посоветовал Шинсо.

Изуку добавил Человека-паука, помня кроссоверы с Железным Человеком. Первый раунд он проиграл, хаотично жмя кнопки. Во втором, изучив комбо, едва выиграл. В третьем Шинсо включил серьёзный режим и разгромил его.

— Весело! — рассмеялся Изуку. — Ещё игры? Мэй, как ты?

Он обернулся и увидел Мэй, спорящую с сотрудником:

— Нет-нет-нет! Ты всё неправильно подключил! Ух, Изуку бы объяснил, но я сама починю! Ты это сам собрал?

— Да! — огрызнулся мужчина. — Я не лезу к вам в лабораторию!

— И правильно — там всё грамотно подключено! — Мэй потянулась к отвёртке. — Давай разберу и исправлю! Пять минут!

— Проблема? — подошли Шинсо и Изуку.

— Ваша девчонка ломает мой автомат! — ткнул пальцем сотрудник.

— Я не его девчонка, я девушка Изуку! — поправила Мэй.

Мужчина уставился на Изуку, глаза округлились:

— Чёрт возьми! Ты же тот безпричудный, что выиграл спортивный фестиваль Юэй!

— Эм, да, это я, — признался Изуку. Его редко узнавали — на фестивале он не снимал шлем, кроме церемонии награждения.

— Значит, она та самая, что помогла собрать меху? — владелец аркады уставился на Мэй.

Шинсо усмехнулся:

— Да, Абэ. Это Мэй Хатсуме и Изуку Мидория. Я же говорил, что учусь в Юэй?

— Потому и даю скидку, — Абэ почесал подбородок. — Ладно, бери инструменты. Автомат вечно глючит — хуже не сделаешь.

Он ушёл, а Мэй вытащила отвёртку из кармана и принялась разбирать панель.

— Мэй, тебе всё ещё весело? — нервно спросил Изуку.

— Теперь да! Он разрешил играть бесплатно, если починю! Тут глюк на экране — исправлю, — замурлыкала Мэй.

— Мы пойдём играть? — Шинсо покосился на автомат.

— Да-да! Я присоединюсь позже, — Мэй уже копошилась в проводах.

Шинсо и Изуку опробовали Rogue Squadron VI и Wacky Races Reborn. Мэй иногда подключалась, но на гонках её начало укачивать.

— Может, уйдём? — предложил Изуку.

— Всё норм. Нужен энергетик, — махнула рукой Мэй.

— Идея! — Шинсо достал купюры. — Купи мне тоже. Пару бургеров в том киоске — с двойными огурцами, без сыра.

— Изуку, тебе что? — повернулась Мэй.

— Что посоветуешь? — спросил Изуку.

— Гамбургеры и фри. И газировку, — ответил Шинсо.

— Да, звучит вкусно, — кивнул Изуку. — Раньше пробовал.

— Только те, что с игрушками Всемогущего? — Шинсо подмигнул.

— М-может быть, — покраснел Изуку.

— Ха! Я тоже их коллекционировал. Не парься, ты не один такой фанат, — рассмеялся Шинсо.

Пока они садились за очередной автомат, Шинсо огляделся:

— Кстати… Думал о том, что сказал Всемогущий? О том, что он… знаешь… уходит…

— Страшно, — согласился Изуку. — Мир без него… Пугает. А он хочет, чтобы мы продолжили его дело. Я всегда мечтал стать величайшим героем, но… заменить Всемогущего…

Шинсо кивнул, глядя на мигающие огни игры:

— Не смог бы. Я не… не люблю публичность.

— Ты станешь отличным героем, — уверенно сказал Изуку. — С твоей Причудой и упорством ты спасешь многих. Просто… улыбайся чаще.

Шинсо растянул губы в неестественной ухмылке, обнажив крупные зубы. Изуку невольно поморщился. Это заставило Шинсо улыбнуться по-настоящему — тепло, но едва заметно:

— Не все могут улыбаться, как он. Я ближе к мистеру Айзаве. Буду сражаться в тени. Если узнают мою Причуду — эффективность упадёт. Это твоя роль, Мидория.

— Возможно, — Изуку перевёл взгляд на автомат. — Hungry Hungry Hippos? Как играть?

— Детская игра. Бьёшь по кнопке, собираешь шарики, получаешь билетики. На них — только хлам. Иногда беру конфеты.

Сыграв несколько раундов, Изуку встревожился:

— Мэй до сих пор нет. Всё в порядке?

— Возможно, очередь, — предположил Шинсо.

— Проверим. Если так — подождём вместе, — Изуку уже встал. — Она иногда теряется.

— Абэ, мы уходим. Может, вернёмся позже.

— Конечно! Благодарю за твою подружку! Хатсуме починила четыре автомата! — Абэ махал рукой. — Ей вечный бесплатный доступ!

— То есть никогда, — буркнул Шинсо за дверью. — Ты часто волнуешься за неё, да?

— Она особенная. Думаю… я люблю её, — Изуку покраснел, отвернувшись.

— Очевидно. Но ты следишь за ней, как нянька, — заметил Шинсо.

— Ну, да. Но я не против! Она просто… похожа на меня, — попытался объяснить Изуку.

Шинсо фыркнул:

— Вы оба странные, но Мэй особенная. У неё же РАС, да? Это типа психическое расстройство?

— Немного, но… она просто мыслит иначе, — Изуку сглотнул. — Это личное, но… она не всегда понимает социальные нормы. А если увлечётся — может натворить бед. Год назад бы разобрала автомат без спроса.

— Не удивлён. Хотя сейчас спросила. А вот и она. Ты знаешь того типа? — Шинсо указал на скамейку.

Мэй сидела, сжимая энергетик. Рядом — парень в тёмном худи, волосы скрывали глаза. Изуку сначала подумал, что это её знакомый, но затем заметил: лицо Мэй было искажено страхом. Глаза расширены, губы дрожали, пальцы вдавили бутылку.

— Она в ужасе! — Изуку рванул вперёд. — Мэй!

Та метнулась, но парень схватил её за шею, прижав палец к горлу:

— Изуку! Уйди! Не хочу говорить! — её крик заставил прохожих обернуться, но те решили, что это подростковые разборки.

Изуку замер, сердце колотилось. Кто этот незнакомец? Что он делает?

— Слушай её, дружок, — парень шипел. — Мы просто… старые приятели. Иди поиграй.

— Клёвый худи, — Шинсо небрежно приблизился, руки в карманах. — Где взял?

Парень взрычал, подняв голову. Красные глаза сверкнули:

— Не твоё де…

Взгляд остекленел. Шинсо скомандовал:

— Отпусти и отойди!

Парень механически отступил. Мэй вырвалась, бросившись к Изуку. Она дрожала, слёзы текли по щекам.

— Мэй, что случилось? Что он сделал? — Изуку обнял её.

— Он хотел ранить нас, уничтожить малышей! Говорил, что из Лиги Злодеев, ненавидит Юэй за уничтожение ному! Хотел стать как Пятно! Я боялась… боялась, что тебе навредит! — Мэй рыдала, вцепившись в него.

— Изуку, звони в полицию! — Шинсо скрипнул зубами, удерживая контроль. — Я прикрою.

Люди начали останавливаться, замешательство сменилось паникой.

— Эй, он использует Причуду! — крикнул кто-то из толпы. — Загипнотизировал парня!

— Вы что, твари, применяете силы здесь?! — мужчина грубо толкнул Шинсо.

— Нет, стой! — закричал Изуку, но поздно.

Шинсо рухнул в кадку с растением. Парень в худи встряхнул головой, рыча, двинулся к Изуку и Мэй.

— Мэй, беги! — Изуку оттолкнул её.

— Нет! — Мэй бросилась между ними, но толпа уже напирала.

— Вызовите охрану! Кто-то схватил незнакомца, но тот взревел:

— Не мешайте!

Его пальцы сомкнулись на запястье мужчины. Крик боли — рука рассыпалась в пыль, кровь хлынула на пол. Толпа в панике ринулась к выходам, сбивая Изуку и Мэй с ног.

Остались только Шинсо, выбравшийся из листвы, и незнакомец.

— Ты, — парень скривился, указывая на Изуку. — Безпричудный ублюдок, которого Всемогущий выставил героем! Должен был присоединиться к Лиге Злодеев, разрушить этот прогнивший мир! А ты виляешь хвостом перед ними! Умри!

— Мэй, беги, — прошептал Изуку. — Я задержу его. Ищи помощь.

— Но…

— Люблю тебя! — он резко оттолкнул её. — БЕГИ!

— Дурак! — незнакомец прыгнул, пальцы протянулись к горлу Изуку. — Убью вас обоих!

Мэй вскрикнула, бросившись прочь: — Люблю, Изуку!

Изуку увернулся, но противник схватил его за куртку. В сантиметре от лица блеснули когти — и вдруг парень ахнул, согнувшись от удара Шинсо в живот.

— Не такой уж крутой, — Шинсо оскалился. — Давай, тварь!

Парень хрипло зарычал, но не ответил, бросившись на Шинсо.

Изуку пригнулся, ударив ногой по ноге противника. Тот споткнулся, давая Шинсо отступить. Они сомкнули ряды, держа дистанцию, но оставаясь в зоне поддержки.

Раненый мужчина полз прочь, заливая пол кровью. Изуку сжал зубы — помощь нужна, но отвлечься означало смерть.

— Чёрт, чёрт, чёрт! — бормотал незнакомец. — Всё идёт не по плану!

— Ой, мы помешали? — язвил Шинсо. — Пятно бы тебя прибил за такое!

В ответ — новый рывок. Шинсо отпрыгнул, Изуку попытался зайти сбоку, но противник сделал финт, рванув в магазин. Внутри раздались крики.

— Трусливая мразь! — Шинсо кинулся вдогонку, но злодей скрылся через чёрный ход.

— Не догоним, — Изуку остановил его. — Поможем пострадавшему.

Сорвав футболку, он наложил импровизированную повязку, а Шинсо жгутом из ремня перетянул рану. Через минуту прибыла полиция и скорая. Изуку завернули в одеяло, всех троих доставили в участок. Мэй, найдя Изуку, вцепилась в него, дрожа.

В отделении их развели по кабинетам. Следователь с кошачьей головой уставился на Изуку янтарными глазами:

— Расскажите всё, Мидория.

Изуку подробно описал произошедшее, включая момент, когда Шинсо использовал Причуду.

Следователь потер лапой морду:

— Уверены, что Шинсо применил Причуду? Может, просто отвлёк?

— Эм, да, он застыл и подчинился, как когда…

— Гражданским запрещено использовать Причуды в общественных местах, — сказал офицер, будто в пустоту. — Но если ваш друг просто отвлёк преступника…

— Знаю. Но Мэй не умеет лгать, — объяснил Изуку.

— Наше дело — разобраться, — офицер нахмурился. — Твёрдо уверены, что Шинсо использовал Причуду?

— Нет. Не совсем.

— Тогда запишем, что отвлёк. Никто не применял Причуд, кроме злодея?

— Я… безпричудный, — тихо добавил Изуку.

Офицер моргнул:

— Знаю. Официально: преступник — Томура Шигараки. Глава Лиги Злодеев, организатор атаки на Зону Ненастоящих Катастроф Юэй. Возможно, связан с Пятном.

— О боже… — Изуку схватился за голову. — Он мог убить Мэй!

— Вас воссоединят. Убедите Мэй не упоминать Причуду Шинсо.

— Не хочу заставлять её лгать…

— Доказать ментальную Причуду почти невозможно. Вы точно уверены?

— Нет.

— Хорошо. Теперь уговорите девушку.

В соседнем кабинете Мэй жестикулировала перед офицером:

— …с нашими супер-милыми малышами Изуку размазал бы того злодея! Больше никогда не выйду без огнемёта! — она обернулась: — Изуку! Скажи ей, что…

— Слава богу, вы здесь, Тамакава, — вздохнула офицер. — Уговорите её дать показания? Она трещит о каких-то «малышах»! Ей 16! Откуда столько детей?!

— Она имеет в виду изобретения, — поспешил объяснить Изуку, обнимая Мэй, которая прижалась к нему. — Мы болтаем, когда напуганы. Мэй, расскажи офицеру, что случилось?

— Да, — Мэй уткнулась лицом в его грудь.

— Мисс Хатсуме, нам нужно ваше заявление, — мягко сказал Тамакава.

Мэй кивнула, потом покачала головой:

— Расскажу Изуку.

Офицеры переглянулись:

— Включим запись. Пусть говорит ему.

— У неё… РАС, — тихо произнёс Изуку, гладя её волосы. — Иногда… таким людям сложно говорить с незнакомыми.

— Чудесно, — проворчала офицер. — Остаёмся на связи.

Они вышли. Мэй молчала, покачиваясь и напевая. Изуку приподнял её лицо:

— Мэй, что случилось?

— Я пошла за едой… Очередь была длинной. Купила напиток… Он подошёл… Сказал, узнал меня с фестиваля… Потом стал страшным… Схватил за шею… Пригрозил убить… Деньги в руке рассыпались… Заставил сидеть… Говорил о ненависти к Юэй… к нам… к Всемогущему… к Ному… к Пятну… Я не слушала… Потом ты пришёл… Я думала, он убьёт тебя…

— Он злодей, Мэй. Ненавидит всех… Поэтому я хочу быть героем. Защищать людей… Особенно тебя.

— Окей, — тихо согласилась Мэй. — Для этого и нужны наши малыши, да?

— Да. Что-то ещё?

— Потом Шинсо закричал на него, и тот отпустил меня, — прошептала Мэй. — А потом… не помню. Была кровь, крики… — она снова уткнулась лицом в грудь Изуку. — Останови это. Пусть всё исчезнет. Мне страшно.

— Обещаю. Он больше не притронется к тебе, — Изуку сжал её плечи.

Они сидели так, пока Мэй не начала напевать. Через несколько минут вошли офицеры.

— Показания Шинсо совпадают. Вы молодцы — спасли жизни, — Тамакава поставил две кружки чая.

— Мэй предпочитает энергетики… или кофе с сахаром. Как пострадавший?

— Руку до локтя ампутировали. Но вы помогли. Принесу кофе, — офицер вышел.

Через двадцать минут прибыли родители. Инко рыдала, мистер Хатсуме обнял Мэй, а его жена утешала остальных.

— Моя девочка! — рыдал мистер Хатсуме, сжимая дочь.

— Изуку, что случилось?! — Инко прижала сына.

— Мэй попала в руки главы Лиги Злодеев. Шинсо спас её, — объяснил Изуку.

— А Изуку побил злодея! — Мэй вырвалась из объятий. — В следующий раз дам ему огнемёт!

— Изуку спас тебя? — мистер Хатсуме уставился на него.

— Это был Шинсо. Он использовал Причуду, но нам пришлось солгать. Шигараки сбежал, — Изуку покраснел.

— Ты ещё не герой! — всплеснула руками Инко.

— Он уже лучший! — Мэй упёрлась руками в боки. — Он спас меня!

Инко замолчала, а мистер Хатсуме обнял Изуку, едва не задушив:

— Ты спас мою девочку. Настоящий герой. Спасибо…

— Это… была… честь, — выдохнул Изуку, освобождаясь от объятий.

Мистер Хатсуме вытер слёзы:

— Нам пора. Но, Изуку…

— Да?

— Зови меня папой. Или Шу. Ты заслужил. Доверяю тебе самое дорогое. — Он мягко подтолкнул Мэй к Изуку. Та обняла его, мурлыча.

— Береги её, сынок. Ты станешь великим героем. Но важнее, что готов рискнуть жизнью ради неё. Больше мне ничего не надо. Она нашла настоящего мужчину.

— Дорогой, им всего шестнадцать, — миссис Хатсуме покачала головой. — Свадьба в их возрасте не в моде.

— Я не это имел в виду! — мистер Хатсуме вздохнул. — Просто… пусть знает.

— Он знает. Теперь отпустим Инко. Мэй, братья волнуются.

— Ладно. Завтра увижу Изуку? — Мэй потянулась к матери.

— Конечно.

— А огнемёт можно?

— Спроси у отца.

— Это значит «нет».

Инко проводила их взглядом, затем взяла сына за руку:

— Пойдём домой.

В машине она молча плакала. Изуку боялся, что мать запретит ему быть героем, но дома Инко встала на цыпочки и поцеловала его в щёку:

— Я ошибалась, Изуку. Ты не станешь великим героем…

— Мама? — сердце ёкнуло.

— Ты уже им стал. Просто я не понимала этого раньше.

— Ты… не боишься?

Инко рассмеялась сквозь слёзы:

— Боюсь до смерти! Но ты спас Мэй. И других. Без брони, без снаряжения. Просто ты.

— Шинсо помог. Это он спас её, — потупился Изуку.

— Надеюсь, такие друзья всегда будут с тобой. Но это был твой выбор, Изуку. Ты — герой.

Она прикоснулась к его лицу:

— Я так горжусь тобой.

Гордыня обходится нам дороже, чем голод, жажда и холод. — Томас Джефферсон

---

— Изуку! Ты не забыл положить запасное бельё? А вдруг похолодает? Куртку взял? А ещё...

— Всё в порядке, мам, — Изуку криво улыбнулся, прерывая поток вопросов. — Ничего не забыл.

— Ох, ты уверен? — Инко заломила руки, нервно перебирая пальцами. — Это же... твоя первая долгая поездка без меня! Вдруг ты что-то забудешь?

— Я справлюсь. Со мной будут Мэй, Шинсо, мистер Айзава и другие ребята с Геройского факультета, — успокоил он её.

— Ох, ладно. Просто... постарайся повеселиться, хорошо? И будь осторожен! — напутствовала мать, всё ещё не скрывая тревоги.

Изуку улыбнулся и обнял её — с тех пор как Мэй приучила его к тактильности, объятия стали привычкой. — Обещаю. Всего неделя, да и учителя присмотрят за нами. Мы просто едем в лес тренироваться. Будет весело!

— Хорошо. Тогда увидимся через неделю! И не забывай звонить! — крикнула Инко ему вслед.

— Мам, мы в глуши. Там нет связи! Всё будет в порядке! — помахал он рукой и спустился к машине, где его уже ждали Хари и Мэй.

— Готов к походу? — Хари помогла ему забросить рюкзак в багажник.

— Ага. Думаю, понравится, — Изуку устроился на заднем сиденье рядом с Мэй.

— Надеюсь, они не забыли наших малышей! — Мэй ёрзала, словно на иголках. — Что, если забудут коготь? Или ракеты? Как мы будем заботиться о малышах в лесу?!

— Успокойся, Мэй. Боже, расслабься. Помнишь, как папа водил нас в поход? — Хари бросила взгляд в зеркало, выезжая на дорогу.

— Помню, что лягушки на вкус странные, — буркнула Мэй.

Изуку фыркнул, прикрыв рот рукой, чтобы не рассмеяться.

— Смейся, смейся, Мидория. Но я надеюсь, ты проследишь, чтобы она вернулась без визита в травмпункт, — отчитала его Хари.

— Я уже не ребёнок. Лягушек есть не стану. К тому же, теперь у меня есть Изуку и наши малыши, — заявила Мэй, утыкаясь носом в окно.

— Я... постараюсь избегать лягушачьего меню, — серьёзно пообещал Изуку.

— Они всё равно невкусные, — вздохнула Мэй. — А ещё после них начинаешь слышать цвета. Да и больницы скучные.

Они прибыли в школу точно к назначенному времени. Большинство учеников уже ждали у входа в Юэй, болтая или развалившись на чемоданах. Одна девочка — Изуку почти уверен, что это была Яойорозу — похоже, притащила с собой полдома: её окружала гора из десятка сумок. Бакуго стоял в стороне, один, с единственным рюкзаком. Увидев Изуку, он нахмурился и отвернулся, отойдя ещё дальше от группы.

— Мэй! Изуку! — Ашидо замахала руками, подбегая. — Нам сказали, что вы едете! Это же круто! Вы теперь переходите на Геройский факультет?!

— Э-э, возможно, — Изуку смущённо почесал затылок. — Ашидо, это Хари Хатсуме, старшая сестра Мэй.

— Привет! — Ашидо улыбнулась, вежливо поклонившись. — Твоя сестра просто гений! И у неё розовые волосы! Как у меня! Нам, розововолосым, надо держаться вместе!

— Приятно познакомиться с подругой Мэй, — Хари ответила на поклон, поправляя свои короткие розовые пряди. — Но согласна: розовый — лучший цвет для волос.

— Точно! Мэй, айда с нами! Джиро и я выбираем музыку на дорогу. Что ты любишь?

Мэй моргнула, явно озадаченная вопросом.

— Иди, Мэй. Развлекись с друзьями, — подтолкнула её Хари.

— А... а как же Изуку? — Мэй беспокойно оглянулась.

— Всё в порядке, я побуду тут, — Изуку успокоил её. — Не волнуйся, веселись с Джиро и Ашидо.

— Да ладно! Ну, что тебе нравится? Джиро фанатеет от рока, а я обожаю хип-хоп — американский или корейский! А ты?

Мэй позволила увести себя за руку, а Изуку с улыбкой наблюдал, как Джиро и Ашидо окружили её. Радостно было видеть, как Мэй заводит новых друзей — даже если это неугомонная Ашидо и язвительная Джиро.

— Благодарю тебя, о мудрый и могущественный, — Хари сложила ладони в почтительном поклоне. — Ты сдержал слово. Я дарю тебе руку сестры в жёны.

— Х-х-хари! — Изуку поперхнулся. — Это же не...

— Брось, Мидория, ты всё равно на ней женишься. Не ври, — Шинсо подошёл, ехидно ухмыляясь. — Просто смирись.

— Ну... но это же Мэй... — залепетал Изуку.

— Забавный ты, Изуку, — Хари рассмеялась, хлопнув его по спине. — Чё как, Шинсо? — Она протянула кулак синноволосому парню. Тот взглянул на неё, затем нехотя кулакнул в ответ.

— Ничего. Значит, мне следить, чтобы эти двое не натворили дел? — спросил Шинсо.

— Хоть попытайся не дать им спалить лес, — фыркнула Хари. — Кто-то же должен быть вменяемым.

— По моему опыту, обычно виновата Мэй, — произнёс Шинсо сухо. Уловив недоумённый взгляд Хари, добавил: — Если что-то загорается, ваша сестра почти всегда первопричина.

— Ха! Я знала, что ты мне нравишься! Ну, развлекайтесь. Изуку, через неделю заберу вас с Мэй. Пришлите смс, когда автобус будет приближаться к городу, окей?

— Х-хорошо, — кивнул Изуку. — Спасибо за подвоз.

— HATSUME MOTORS к вашим услугам! — Хари прыгнула в машину и умчалась, оставив за собой шлейф пыли.

— Эй, Мидория!

Изуку обернулся на голос: Киришима и Каминари направлялись к нему. — Как дела, чувак? — Киришима поднял руку для «пяти».

— Н-нормально. Надеюсь, моё присутствие не помешает... — Изуку нерешительно хлопнул по ладони.

— Чем нас больше, тем веселее! Да и ты присмотришь за этим болваном, чтобы он мозги себе опять не поджарил, — Киришима ткнул большим пальцем в Каминари, широко ухмыляясь.

— Ага! — Каминари тут же надулся. — Эй!

— Шинсо, верно? — Киришима повернулся к синноволосому. — Я Эйджиро Киришима. А этот с дурацкой причёской — Денки Каминари. Ждали, что ты чаще будешь мелькать после полуфинала на фестивале. Ты жёсткий!

— Вижу, вы в курсе, кто я, — Шинсо ответил холодно. — Надеюсь, не против, что мечю на ваше место в Геройском факультете.

— Вот это да! — Киришима засмеялся, активируя Причуду: его рука покрылась каменной бронёй. — Вызов принят! Мужик на мужика!

— Чувак, а если он меня вышибит? — Каминари заёрзал. — У меня худшие оценки в классе, да и на практическом завалился!

— Правда? — Шинсо оскалился, словно надгробие. — Значит, цель ясна.

— Блин, отстой, — Каминари сгорбился. — Я даже в финал фестиваля не попал!

— М-может, никого не исключат? — Изуку попытался смягчить ситуацию. — Может, добавят места. Мэй... она вряд ли перейдёт с Факультета поддержки. Так что, наверное, только я и Шинсо.

— Серьёзно? — Киришима бросил взгляд на Мэй. Та слушала Ашидо и Джиро, кивая с редким для неё вниманием. — А почему? Она же тоже в финал вышла. Хотя да, нарвалась на того придурка...

Изуку бросил взгляд на Бакуго, сидевшего спиной к группе на своём рюкзаке. Тот устремил взгляд вдаль, подперев голову рукой. — Ну... наверное. Но разве Бакуго не популярен в вашем классе? Он силён, занял второе место, да и оценки у него всегда...

— Его? — Каминари скривился, с отвращением глядя на Бакуго. — Сила есть, да характер — огненная помойка. Если бы голосовали, кого исключить ради вас двоих, он был бы вторым.

— Правда? А кто первый? — Шинсо насторожился.

— Минета, — хором ответили Каминари и Киришима.

— Этого подонка поймали, когда подглядывал за девчонками в душевой, — Киришима понизил голос, кивнув на низкорослого фиолетоволосого паренька. Тот болтал с тихой рыжеволосой девушкой, которая нервно улыбалась. — Геройским такое не назовёшь.

— Кто-то должен спасти Акаи, — вздохнул Каминари.

— Не стоит. Кажется, ей нравится этот уродец, — Киришима поморщился. — Не понимаю её вообще.

— Внимание, все! Автобус подъедет через минуту! Прошу построиться организованно! — Иида взмахнул руками, призывая к порядку.

— Да-да, — Киришима закатил глаза. — Раздражал бы, если б не был так часто прав.

— Потому он и староста. Чтобы не мозолил глаза, — проворчал Каминари, затем оживился. — Эй, Шинсо, Мидория, садитесь с нами! Познакомимся поближе. И... спасибо за повязку, Мидория. Помогает.

— Не за что. Мэй ещё хочет сделать для тебя снаряжение, чтобы направлять электричество, а не стрелять наугад, — Изуку улыбнулся.

— Это было бы огнисто! — Каминари засветился, как автобус, подъехавший к остановке. — Я всё ещё боюсь задеть своих, но хотя бы не туплю после сильных разрядов.

— Э-э, — ехидно протянул Киришима, ловко уклонившись от тычка Каминари.

В автобусе Мэй в итоге села рядом с Изуку, а Шинсо завёл беседу с Киришимой. Ашидо и Джиро устроились сзади, вовлекая пару в разговор. Мэй сыпала идеями снаряжения для обеих, чем вызвала искренний интерес.

— Правда думаешь, сможешь увеличить радиус моих «джеков»? — Джиро загорелась, дёрнув за штекер в ухе.

— Да! И ещё можно добавить сонар! — Мэй закивала так, что розовые пряди заплясали. — Нужно, чтобы ты посылала высокочастотные звуки, которые никто не услышит, а милый малыш будет их считывать и показывать окружение! Изуку, сделаешь электронную начинку?

— Конечно, — согласился Изуку. — Мы же делали радар для Силового Костюма. Принцип тот же, только вместо радиоволн — звук. В мануале есть схема для адаптации.

— А для меня? — Ашидо подпрыгнула на сиденье. — Придумаешь что-то крутое под мою кислоту?

— У тебя уже есть пушка и гранаты, — Мэй приложила палец к подбородку. — Но можно улучшить мобильность! Спецобувь + форсунки для выброса кислоты под давлением. Будешь летать!

— Это же мегакруто! — Ашидо захлопала в ладоши.

— А мне? — девушка с зелёными волосами и большими глазами наклонилась вперёд. — Я Цую Асуи, но зови Цую.

— Ты же лягушка? — Мэй прищурилась. — Не волнуйся, есть не стану.

Изуку покраснел, сжав её руку, но Цую лишь кивнула: — Да. На вкус вряд ли хороша, но спасибо.

— Тебе нужен тепловой каркас для костюма! — Мэй оживилась. — Ты же пойкилотерм?

— Чего? — Каминари высунулся из-за спинки кресла.

— Холоднокровная, — пояснила Цую. — Немного регулирую температуру, но в жару или холод тяжело.

— Изуку сделает! Он мастер по терморегуляторам — помнишь малыша №47 для Силового Костюма? — Мэй ткнула пальцем в грудь Изуку.

— С радостью помогу, — улыбнулся он.

Услышав это, половина класса тут же засыпала их запросами. Мэй сияла от восторга, а Изуку увлечённо обсуждал идеи, пока через полчаса не поднялся мистер Айзава.

— Подъезжаем к зоне отдыха. Выходите размяться. Впереди ещё долгий путь.

— Не забудьте посетить туалет! — Иида вскочил, размахивая руками. — Избежим лишних остановок!

— Да, мамочка, — Шинсо бросил через плечо, вызвав смех у остальных.

— В выполнении долга нет стыда! Как староста, обязан заботиться о классе! — Иида заалел, но продолжал жестикулировать.

— Расслабься, Спиди, я пописал, — Шинсо закатил глаза, выходя из автобуса.

Иида покраснел. — Я Тенья Иида, также известный как Ингениум, и...

— Спиди, а? — Киришима фыркнул, следуя за толпой. — А меня зови Рокки!

— Эй, а где тут туалет? — Каминари озирался. Остановка оказалась пустынным участком у обрыва. — Тут же ничего нет! И кто это?

Незнакомый мальчик в кепке и шортах хмуро наблюдал за студентами.

— Он мой племянник! — Женщина в красном морском костюме с механическими кошачьими ушами на голове вышла вперёд. — А мы — ваши гиды!

— Встречайте нас сияющими взорами! — Вторая женщина в синем костюме с белокурыми волосами приняла эффектную позу. — Мы здесь, чтобы помочь!

— Появляясь из ниоткуда, очаровательные и грациозные, это...

— Дикие Дикие Кошечки! — Изуку ахнул. — Герои горного спасения! Они легенды! Геройствуют уже 12 лет!

— Эй, не кради наш выход, малыш! — Пикси-Боб (теперь Изуку её узнал) цыкнула. — И не разглашай возраст дам!

— Он не сказал, сколько вам лет, — заметила Мэй.

— Но если вам 12 лет в геройстве, значит, вам минимум 30! — заключила Мэй бодро.

Пикси-Боб сверкнула глазами: — Сотриголова, можно начинать?

— Давайте, — Айзава равнодушно махнул рукой. — Все вышли.

— Что? — класс ахнул хором.

— О нет, — Киришима застонал. — Опять подстава?!

— Логично, — Айзава усмехнулся.

— Пока-пока, детки! Веселитесь! — Пикси-Боб вдавила ладони в землю. Изуку почувствовал, как его подхватило волной, швырнув к обрыву. В панике он обхватил Мэй, прижав к груди, и развернулся, чтобы принять удар на себя.

— Попались! — чей-то голос прозвучал рядом. Падение замедлилось, и они мягко отскочили от земли. — Отпускаю!

Изуку грохнулся на землю, задохнувшись под весом Мэй.

— Какого чёрта? — Мэй ворчала, отряхиваясь. — Это было грубо!

— Ты в порядке? — девушка протянула руку Изуку. Он с благодарностью принял помощь.

— Спасибо. Ты Урарака, правда? Пользовательница антигравитации?

— Да! — она улыбнулась. — Вы же Мидория и Хатсуме?

— Ага! Как теперь вернуться к автобусу? — Мэй нахмурилась. — Коготь не дали, а...

Над обрывом возник ящик.

— Берегитесь! — крикнула Пикси-Боб.

— Отходите! — Изуку оттолкнул Урараку и Мэй. Ящик врезался в землю рядом с ними.

На краю обрыва показался мистер Маиджима. — Пригодится, Мидория! И не вздумайте возвращаться!

— Что? — Изуку не понял.

Но Мэй уже вскрывала ящик. — Мистер Маиджима! Как вы посмели швырнуть нашего малыша с обрыва?!

— Меньше крика, больше дела! — отозвался Маиджима.

Айзава поднял мегафон: — Внимание, Класс 1-A и гости. У вас три часа, чтобы добраться до лагеря. Он на северо-западе, через лес. Успеете — будет обед. Опоздаете — останетесь голодными. Веселитесь.

— Веселитесь? — Шинсо застонал. — Что за...

Из леса донёсся рык. Среди деревьев зашевелилась огромная тень.

— Мэй, активируй Костюм! — Изуку бросился к ящику, залезая в броню, пока Мэй запускала систему.

— Скорее! — Урарака указала на приближающуюся массу. — Что-то идёт!

— Я справлюсь! — Киришима выступил вперёд. — Каминари, за мной!

— Да-да, Рокки, — Каминари оглушил чудовище разрядом. Киришима ударил, превратив каменного медведя в пыль.

— Ещё один! — Урарака указала на каменного волка, коснувшись его ладонями. Чудовище взмыло в воздух, а затем рухнуло, разбившись на осколки.

— Это Пикси-Боб! — Изуку поднялся, завершая запускСилового Костюма. — Её Причуда позволяет управлять камнями и пылью.

— Изуку, мне это не нравится, — Мэй нервно озиралась. — Я не создана для драк! Ты же полевые испытания проводишь.

— Не бойся, Хатсуме! — Ашидо подбежала, прикрывая её. — Мы тебя прикроем!

— Да, пора оправдать наше снаряжение, — Джиро приняла боевую стойку.

— Все, группируемся! — Иида взмахнул рукой. — Я разведаю путь вперёди! Вперёд!

— Делай что хочешь, — Бакуго фыркнул, шагая в чащу. — Сам о себе позабочусь.

— Удачи биться с ветряными мельницами! — Киришима крикнул вдогонку. — Может, найдёшь девчонок, чтобы поиздеваться?

— Если найдёшь, позови! — Минета оживился. — Я их... э-э... спасу!

Изуку активировал радар Костюма и нахмурился: — Деревья слишком плотные. Дальность ограничена. Но вижу три цели на севере.

— Идём к лагерю, — предложила Цую. — Это верный путь.

— Прикрою тыл, — Изуку бросился навстречу движению. — Крикну, если понадобится помощь!

Через несколько метров он нагнал Бакуго, который обернулся с гримасой: — Чего?

— Справа приближаются! — Изуку сдержал раздражение.

— Пошёл ты. Я говорил, сам справлюсь, — Бакуго взорвал прыжком воздух, ринувшись на каменных гориллу и медведя. Взрывы разорвали монстров в пыль. — Занимайся своей девчонкой. Мне плевать.

— Можешь остаться на фланге? Отражать атаки? — Изуку не отступал.

— Ладно. Если увижу — не пройдут. Закончил приставать? Или будешь стоять и трепаться? — Бакуго отвернулся, готовя новые взрывы.

— Я займусь тылом! — крикнул Изуку.

— Погодите! — Яойорозу догнала его, протянув рацию. После секундного колебания вручила вторую Бакуго. — Держите связь! Координируем оборону! Иида сообщил о четырёх целях с запада. Мидория, прикроешь тыл?

— Есть! — Изуку кивнул. — На какой частоте? Передайте Мэй, у меня встроенный приёмник.

— Отличная мысль! — Яойорозу повернулась к Мэй. — Хатсуме, сможешь координировать?

— Да! — Мэй надела гарнитуру. — Итак, четыре с севера. Изуку! Что сзади?

— Две цели. Одну возьму сам, на вторую нужна подмога, — доложил Изуку.

— Хорошо! Блэкберд, помоги Изуку! — приказала Мэй.

— Токоями я, — поправил голос в рации. — Прикрываю тебя, Мидория.

— Правая моя, — Изуку рванул к пылевому пауку, свисавшему с дерева на «паутине». Чудовище бросилось в атаку, но Изуку увернулся, активировав лазерный целеуказатель. Луч прожег бок твари, заставив её взвыть. Ударом бронированной перчатки он разорвал паука пополам, превратив его в пыль.

Тёмная Тень Токоями сразилась с летучей мышью, впечатав её в ствол дерева.

— Тыл чист, — сообщил Токоями.

— Блэкберд, двигай на северо-запад! Лента заманил ещё одного, нужна помощь! — Мэй щёлкала переключателями.

— Эм, я Серо, вообще-то. Да, не могу добить эту штуку.

— Три с запада, — голос Киришимы прервал эфир. — Тодороки взял двоих, я — одного. Каминари перегрузил конденсаторы. Без охлаждения станет ещё тупее.

— Прости! Позже сделаем механизм сброса, — пообещал Изуку.

— Спасибо, бро. Хотя трёх успел поджарить, — Каминари хихикнул.

— Молчи, если не докладываешь! Каминари, отходи ко мне! — Мэй рявкнула в микрофон. — Бакуго, что за взрывы? Докладывай!

— В порядке! — рявкнул Бакуго, разнеся очередного голема в щебень.

— Нет, ты придурок. Сколько их? — Мэй требовала ответа.

В ответ грохнули взрывы, затем Бакуго прорычал: — Шесть.

— Ясно. Пинки, Уши, подмога Придурку! — Мэй отдала приказ. — Виноград, Рыжая, на запад! Рыжая, напомни свою Причуду!

— Э-э, это ко мне? — тихий голос Акаи дрогнул. — Я могу телепортировать объекты вдвое больше себя на километр...

— Отлично! Ты — мобильный резерв, — Мэй щёлкнула пальцами. — Перемести Создательницу с пушкой вперёд!

— Ещё один с тыла, — Изуку открыл ракетный отсек. — Выпускаю фугасный снаряд!

Ракета врезалась в змееподобного монстра, разорвав его надвое. — Уничтожен! Но следом ещё двое!

— Попрыгунья, помоги ему! — Мэй крикнула в рацию.

— Х-хорошо! — Урарака бросилась к Изуку.

Так продолжалось часами. Иида вёл разведку, Тодороки, Киришима, Сато и Изуку пробивали путь сквозь орды пылевых чудовищ. Бакуго неожиданно эффективно прикрывал левый фланг, Яойорозу, Коджи и Оджиро — правый. Изуку с Токоями держали тыл, а Акаи с резервом перебрасывала подкрепление на горячие участки.

К концу марша даже Изуку еле волочил ноги, а Мэй отдавала лаконичные приказы: — Лента, Виноград, юг! Создательница, залп 60 градусов!

На закате они выползли из леса — избитые, окровавленные, измождённые.

— Это... конец? — Шинсо охнул, с трудом поднимаясь. Его Причуда оказалась бесполезной против безмозглых монстров, и он отделался лишь ролью приманки.

— Мы только начали, — Айзава вышел к группе, ехидно ухмыляясь.

— И мы пропустили обед... — Сато простонал, плюхнувшись на землю.

— Заткнись, Сладкоежка. Хотя бы перекусил, — Киришима буркнул. — Причуды, связанные с едой — тухлятина.

Сато вздохнул: — Эти прозвища от Хатсуме теперь навсегда прилипнут, да?

— Мне понравились, — Пикси-Боб рассмеялась, сверкнув зубами в сторону Мэй. — Усвоила урок насчёт возраста, милашка?

— Вряд ли, — Мэй пожала плечами. — С социальными навыками у меня туго.

— Эй, отстань от неё, — Киришима шагнул вперёд. — Она... особенная. И помогла нам. Да и Мидория тебя в пыль разнесёт, если обидишь.

— У-у-у! Боец с характером! — Пикси-Боб протянула руку к Киришиме. — Люблю таких горячих!

— Успокойся, — Мандали одёрнула напарницу. — В целом справились неплохо! Шесть часов вместо ожидаемых восьми. Профи уложились бы в три, но вы пока дети.

— А значит, ужин за наш счёт! — Пикси-Боб щёлкнула пальцами.

Группа слабо зааплодировала, но Мандали подняла палец: — Только на сегодня! С завтра готовьте сами.

— Слава богу, а то я уже молилась, — Ашидо плюхнулась на землю.

— Очередная логичная уловка, — пояснил Айзава.

Бакуго фыркнул: — Тебе вообще верить можно, старикан?

— Редко с ним соглашусь, но тут он прав, — Киришима поднялся со стоном. — Врёшь — доверие теряешь.

— Значит, не всё потеряно, — Айзава усмехнулся. — Теперь жрите. Тренировки только начались.

---

Примечание автора:

20-й ученик класса 1-A — Шацу Акаи.

Грубость — это слабая подделка под силу. — Эдмунд Бёрк

---

Ужин в тот вечер выдался шумным и оживлённым. Класс 1-Б прибыл вскоре после 1-А, и вместе они расселись за шведским столом с супом, рисом и несколькими мясными блюдами. Изуку радостно наложил себе полную тарелку, и на этот раз ему даже не пришлось напоминать Мэй поесть — она сама схватила порцию. Они уселись с новыми товарищами, смеясь и наслаждаясь едой.

Снова Изуку заметил, что Бакуго держится особняком. Тот отошёл и сел спиной к остальным, словно одиночество его ничуть не смущало. Когда большинство закончили есть, к удивлению Изуку, Бакуго молча подошёл и начал мыть посуду, хотя его об этом не просили. Мандали даже сказала ему, что помощь не требуется, но он проигнорировал её, скрывшись на кухне с подносом грязных тарелок.

— Что с Бакуго? — спросил Изуку у Киришимы.

Тот поднял взгляд, недоумевая. — В смысле? Он опять к тебе пристаёт? Если что, мы разберёмся…

— Нет, я о том, что он всегда один. И… раньше я не видел, чтобы он убирался, — пояснил Изуку.

— Да кому какое дело, — Каминари громко рыгнул. — Он перестал с нами тусить после того, как Киришима его отчитал.

— Ну, скорее это мы перестали с ним общаться, — признался Киришима. — Думал, в нём есть что-то крутое… Но узнав, что он травил безпричудного парня и девчонку-инвалида…

— На ком он отрывался? — вскипела Мэй. — Этот подлец!

Киришима и Каминари уставились на неё. — Эм… на тебе, — выдавил наконец Каминари.

Мэй залилась румянцем, сжав кулаки. — Я. Не. Инвалид, — прошипела она. — Я умнее тебя, жареный мозг. — Она резко встала и зашагала прочь, бормоча что-то о проверке «малышей».

Изуку замер, провожая её взглядом. Чувство было словно от удара под дых. Неужели он снова оттолкнул Мэй?

— Чего её колбасит? — Каминари скривился. — Она же аутистка, да?

— Ну… да. Но, может, ей не нравится, когда называют инвалидом? — предположил Киришима.

Внезапно воздух разрезал громкий хлопок. Голова Киришимы с треском ударилась о стол, оставив на поверхности осколки дерева — он невольно активировал свою Причуду. За его спиной стояла Ашидо, её жёлтые глаза пылали в полумраке.

— Конечно, ей не нравится, когда её называют инвалидом! — Хлопок. Каминари взвизгнул.

— Зачем ты это сделала, Ашидо?! — огрызнулся он, сверля её взглядом.

— Это я, — сказала Джейро, разглядывая ногти. — Думаю, ты заслужил. Слушай, Мэй, может, и получила от Бакуго, но это лишь потому, что драки — не её конёк. Она потрясающий инженер.

— Ну, ладно, но она всё равно инвалид и всё такое, — пожал плечами Киришима, получив ледяной взгляд от Ашидо.

— Да ладно, Мидория! Она твоя девушка! Ты должен за неё заступиться! Сделай что-нибудь! — отчитала Ашидо.

Изуку почувствовал себя беспомощным, не зная, что сказать или сделать. Он хотел помочь Мэй, утешить её, но разве это не его вина? Это он рассказал другим о её аутизме. На глаза навернулись слёзы. Как он может защищать её, если сам — причина проблемы!

— Эм, прости, если перешли границы, — Киришима почесал затылок. — Не думал, что она… ну, воспримет так. Она же странная. Ай! Отстань, Ашидо!

— Отстану, когда перестанешь быть болваном, — фыркнула Ашидо. Как только Киришима отвернулся, она сморщилась, подула на пальцы и встряхнула рукой.

— Я… я не знал, что она так чувствует, — Изуку встал, вытирая глаза. Ему казалось, все смотрят на него, но он всё равно двинулся к выходу. — Вернусь позже.

— Хоть один из этих парней не слеп как крот, — вздохнула Ашидо.

Джейро кивнула. — Хорошие всегда заняты.

Изуку покраснел, но, бросив взгляд на Джейро, заметил её хитрющую ухмылку. Она дразнила его? Он не был уверен.

Мэй он нашёл там, где и ожидал — за работой над Силовым Костюмом. Не зная, с чего начать, Изуку молча принялся помогать: снимал панели, проверял повреждения. Мэй бормотала что-то о технических показателях костюма, временами ворча про «идиотов», «жареные мозги» и «не инвалид».

Внезапно она швырнула отвёртку и резко повернулась к Изуку:

— Ты считаешь меня инвалидом?

Он замер, затем глотнул и посмотрел ей в глаза:

— А ты считаешь меня таким?

Мэй моргнула, нахмурилась, подняла отвёртку и ткнула ею под нос Изуку:

— Это инвалид?!

— Н-нет! — он отпрянул.

— Но она плохо забивает гвозди! — Мэй размахивала отвёрткой, словно пыталась проткнуть воздух. — Не измеряет ток, не паяет! Значит, она инвалид!

— Она нужна для винтов, — Изуку осторожно взял её руки, притягивая к себе. — Она не должна делать всё остальное.

— Верно, — Мэй кивнула. Слёзы навернулись на еёглаза. — С ней всё в порядке. И со мной тоже. И с тобой. Ты — безпричудный. Я — аутистка. Ну и что? Ты — крутая отвёртка. Я — гаечный ключ. Нет, я супер-милая сварочная горелка! А ты — мультиметр! Не наша вина, что они все тупые уродливые молотки! — Она разрыдалась, всхлипывая и шмыгая носом. — Просто… иногда хочется и гвозди забивать.

— Понимаю, — прошептал Изуку, обнимая её. — Но я всё равно люблю тебя. Даже если ты сварочная горелка или гаечный ключ.

Голова Мэй затряслась, уткнувшись в его плечо:

— И… и я люблю мультиметры. То есть тебя, Изуку. Хари говорила, мне стоит чаще это повторять. Кажется, я уже говорила… но если скажу ещё, запомню.

— И прости, что назвал тебя инвалидом, — добавил он.

Мэй резко вырвалась, глаза полные ужаса:

— Ты думаешь, я сломана?!

— Нет-нет! — Изуку замахал руками. — Просто… люди всегда говорили… что со мной что-то не так. Потому что я другой. И… я поверил. А когда ты тоже оказалась другой… я хотел, чтобы ты была как я. Вот и решил, мы оба инвалиды.

Мэй нахмурилась, зашагала прочь. Изуку потянулся к ней, но рука бессильно упала. Он снова всё испортил. Сейчас она уйдёт, возненавидит, как Бакуго, как отец, как…

Внезапно Мэй развернулась, ткнула его в грудь:

— Мы не инвалиды! — прошипела она. — Мы сварочная горелка и мультиметр. С нами всё в порядке! Мы просто другие, ясно? И это нормально! Я тоже думала, что со мной что-то не так! Пока… не появился ты! Ты никогда не смеялся, не говорил, что я плохая! Так что не смей… не смей так думать! Понял?! У меня нет нужных слов! Аргх! Столько слов, а я не…

Она схватила сварочный аппарат, включила его и начала чинить повреждённый участок Силового Костюма.

Через мгновение Изуку присоединился. Они работали час, заменяя детали, пострадавшие за время пути. Наконец, Мэй убрала инструменты и повернулась к нему:

— Понял?

— Думаю, да, — Изуку встал рядом. — Просто… знай, я верю в тебя, Мэй. Ты сможешь создать любого «малыша», какого захочешь. И… я люблю тебя. Даже если я глупый… или иногда раню. Прости. Ты прощаешь?

Мэй кивнула. — Ты правда понял. Думаю, я прощаю тебя. Но всё равно больно. Хари… Хари говорила, что любить иногда больно. Я не понимала. Кажется… я начинаю понимать.

— Хари умная, — согласился Изуку.

— Да. Иногда мне кажется, она умнее меня.

— Нет никого умнее тебя, Мэй. И… и ты очень красивая. И… милее Силового Костюма.

Мэй повернулась к нему, её обычная ухмылка вернулась. — Это было правильно сказано. Сейчас я тебя поцелую.

Изуку был готов, когда она почти набросилась на него. Соприкоснувшись губами, он понял: он до конца не понимает её. Но это нормально. Он любит её, даже если иногда ошибается.

Через несколько минут даже неиссякаемый энтузиазм Мэй угас после тяжёлого дня. Они вернулись в столовую, где Пикси-Боб рассказала о банях.

— Вам двоечкам тоже не помешает помыться. Идите. Мальчики налево, девочки направо.

— Да, я запомню, — твёрдо сказала Мэй. — Больше не перепутаю. Я тренирую социальные навыки. Изуку не нравится, когда я забываю.

Пикси-Боб странно посмотрела на неё, но пожала плечами. — Милая, будь мой парень тут — я бы попробовала подглядеть. В душе мне всё ещё восемнадцать! Но даже не думай. Рэгдолл следит за всеми вами, так сказать. Не бойся, она не подглядывает.

Изуку и Мэй разошлись у входа в банный комплекс. Он взял полотенце и погрузился в тёплую воду с облегчённым вздохом.

— Всё в порядке с Хатсуме? — Киришима беспокойно спросил. — Прости, если мы накосячили.

— Нет, это я сам всё испортил, — вздохнул Изуку. — Но Мэй потрясающая. И… простите, что назвал её инвалидом. Просто… меня самого так часто унижали, что я начал верить.

— Интересно, какой придурок это начал, — пробурчал Каминари.

Шинсо приоткрыл один глаз, сверкнув взглядом. — Завязывай. Он и так себя уже достал.

— Да, он точно достал, — согласился Каминари.

— Ты вообще не знаешь, что это значит, да? — простонал Киришима.

— Ну типа «придурок», да? — спросил Каминари. Киришима фыркнул, и парень повторил: — Да?

— Ты иной раз туп как пробка, — усмехнулся Киришима.

— Тогда что значит? — насел Каминари. — Эй, Иида, что он имеет ввиду?

— Не втягивайте меня, — вздохнул Иида, погружаясь глубже в воду. — Посмотришь потом сам. Тебе не помешает подтянуть лексикон.

Молча Шинсо поднялся, вышел из общего бассейна и направился к Бакуго, сидевшему в одиночестве. Опустился в воду рядом.

— Чего тебе? — прорычал Бакуго.

— Ничего, — Шинсо закрыл глаза, с наслаждением выдохнув. — Там слишком громко.

— Хмырь. Ты же кореш Мидории. Тоже трепаться пришёл? — огрызнулся Бакуго.

Шинсо приоткрыл один глаз. — Только если не заткнёшься и не дашь мне отдохнуть.

Бакуго медленно усмехнулся. — Как знаешь. Я не сдвинусь.

Шинсо хмыкнул, откинувшись на спину.

Изуку на мгновение задумчиво посмотрел на них. Отвёл взгляд, когда Бакуго, нахмурившись, приоткрыл глаз и сверкнул в его сторону.

— Эм, Кода, это было круто, как ты использовал птиц против грязевыхмонстров. Надеюсь, они не пострадали?

Тихий парень улыбнулся, покачал головой и поднял большой палец.

— Все в порядке? Отлично, — Изуку с облегчением вздохнул. — Было бы ужасно, если бы твои друзья пострадали ради нас.

Кода улыбнулся шире, слегка поклонился и погрузился в воду с довольным вздохом.

— Молчаливый, — заметил Киришима. — Уважаю. Настоящий мужчина — сильный и немногословный.

— Тебе бы последовать его примеру, — пробурчал Токоями.

— Да! Заткнись! — прокаркала Тёмная Тень.

— Не могу поверить в вас, — вдруг вскочил Минета.

— Что ещё? — простонал Серо. — Только не говори, что опять полезешь с похабщиной.

— Тогда не скажу, — Минета встал и заковылял к забору, разделяющему мужскую и женскую части бани.

— Минета… — Иида тревожно поднял голову. — Что ты задумал?..

— Подумайте! Там же девушки! Мидория! Что бы ты отдал, чтобы увидеть Хатсуме голой?

Изуку моргнул. — Что?

— Она твоя девушка, да? Расскажи, как она выглядит? — Минета прижался лицом к забору. — У неё такие изгибы, да ещё и мышцы… Ох, представить её и других дам с их юными телами!

— Минета! — рявкнул Иида, вскакивая. — Не смей!

— Больше не могу! Это долг каждого мужчины! Я должен увидеть! — Минета начал карабкаться по забору.

Позже Изуку не мог вспомнить, как это сделал, но причина была ясна. В глазах помутнело от ярости. В следующий миг он уже выпрыгнул из бассейна, ударив Минеты в лицо как раз в тот момент, когда тот использовал свои липкие шарики для подъёма. Мальчишка полетел через всю баню и плюхнулся в бассейн к Бакуго и Шинсо.

Шинсо приоткрыл глаз, брезгливо скривившись:

— Похоже, в воду упало дерьмо.

— Без сознания, — констатировал Бакуго, вытаскивая Минеты за шиворот. — Неплохой удар, — кивнул он Изуку, затем стал трясти Минету, пока тот не захлебнулся и не закашлял.

— Что случилось? Где я? Я умер и попал в рай! Мне больно! Покажите сиськи!

— Ты урод, — проворчал Бакуго. Вылез из воды, не выпуская Минеты. — Пошли. Нам нужно поговорить.

— Да! Наконец-то! Кто-то меня понимает! — вскричал Минета. — Давай, Бакуго, с твоей силой и моими извращёнными инстинктами мы сможем…

— Знаешь, ты единственный, кого я могу избить до полусмерти, и все меня поддержат, — заметил Бакуго, таща его к выходу.

— Нужна помощь? — крикнул Шинсо одновременно с возгласом Ииды:

— Бакуго! Не смей!

— Расслабься. Шутка, — буркнул Бакуго. — Просто проведу беседу с этим рогатым дебилом. Так что успокойся, ракета-ноги. Возвращайся к своему «отдыху». Теперь два самых надоедливых уродца не потревожат вас.

Шинсо молча последовал за ними.

— Я тебя не звал, — зарычал Бакуго, выходя.

— Я не спрашивал разрешения, — сухо ответил Шинсо.

— Ты хочешь занять моё место? Может, получишь, если не будешь выёживаться, — Бакуго резко развернулся, сверкнув взглядом. Минета захныкал, явно напуганный.

— Не моя сильная сторона, — пожал плечами Шинсо. — Зато интересно, что ты скажешь. Может, я тоже хотел «полюбоваться прелестями» и нуждаюсь в наставлении.

— Идиот. Мы ВСЕ хотели на голых девчонок глазеть, — прорычал Бакуго. Он замолчал, заметив Аояму, который, завернув волосы в полотенце, наносил на лицо зелёную грязь. — Ну, кроме него, может. Но я этому дебилу всё объясню! Так что если не хочешь слушать бред — отвали!

— Не, послушаю. Забавно, — Шинсо усмехнулся.

Бакуго зарычал, но продолжил путь. — Ладно. Может, ты втолкуешь ему. У меня не получается.

Изуку моргнул, наблюдая, как трое уходят, а Минета хнычет о пощаде.

— Эй, Шинсо в порядке, да? — беспокойно спросил Каминари. — Он не… помог бы Бакуго скрыть труп?

— Н-нет! Бакуго не убьёт… Да и Шинсо не стал бы, — Изуку замотал головой.

— Учителя следят, — сказал Иида, но в голосе звучала тревога. — Они не допустят…

— Да, — согласился Изуку, но продолжал размышлять. Что происходит с Бакуго?

После бани все разошлись по спальне, расстелив маты на полу. Перед сном Изуку отправился чистить зубы, где встретил Шинсо.

— Привет, — кивнул Шинсо.

— Эм, привет, — Изуку взял зубную пасту, выдавил горошину на щётку. — Спасибо… что проявил понимание к Бакуго.

Шинсо нахмурился, глядя в зеркало. — Он напоминает мне себя.

— П-правда? — Изуку вздрогнул.

Шинсо кивнул. — Он зол на весь мир, и мир отвечает ему тем же. Думаю, он хлебнул собственного зелья и понял, как оно противно на вкус.

— Ч-что ты имеешь в виду? — Изуку осторожно начал чистить зубы.

Шинсо взглянул на Изуку, нахмурившись. — Неужели не заметил?

— Э-эм, нет? — предположил Изуку.

— Его изгнали, — заявил Шинсо. — Весь класс.

— Ч-что? Но Бакуго всегда был популярен! Он сильный, талантливый и…

Шинсо покачал головой, и Изуку замолчал. Тот указал на спальню:

— Изуку, все там сильные, талантливые, умные — всё, что ты хотел сказать про Бакуго. Но они ещё умеют быть людьми, а не конченными ублюдками.

— Д-да, но…

— Ты видел, как они к тебе относятся? — Шинсо повернулся, впиваясь взглядом в Изуку. — Кто-нибудь из них был по-настоящему жесток? Не подтрунивал или язвил, а пытался ранить? Особенно из-за того, что ты безпричудный, или победил их на Фестивале.

— Н-нет. Все… все были добры, — признался Изуку. — Они знают, что я безпричудный, но… будто им всё равно.

— Потому что им плевать. Они знают, кто они. И им комфортно с этим. Все хотят быть героями. А для большинства это значит быть ещё и нормальными людьми, — пояснил Шинсо. — Чёрт, они даже меня не считают уродом, хотя я могу контролировать их разум. Думают: раз я хочу быть героем, значит, и сам не плох.

Изуку моргнул. — Ооо.

— Да. Это почти больно. Бакуго — единственный, кого я понимаю. — Шинсо взглянул в зеркало, тяжело вздохнув. — Чёрт. Только с ним я чувствую себя нормально.

— Шинсо… ты же знаешь, что ты мой друг? — спросил Изуку, смущённо запинаясь.

Шинсо улыбнулся, кивнул: — Да. Хрен пойми, почему. И не думай, что из-за моих тусовок с Бакуго я тебя ненавижу. Ты тоже друг, Изуку.

— Да. Раньше… мы с Бакуго были друзьями. Может, смогли бы снова… но это сложно. Сейчас мы не друзья. Но… я был бы рад, если бы у него появился друг.

— Чёрт, Изуку. Ты заставляешь меня сомневаться, реален ли ты вообще, — Шинсо покачал головой.

— М-м? — Изуку окончательно запутался.

— А ещё говорят, у Мэй проблемы с общением, — усмехнулся Шинсо, хлопнув его по плечу. — Не меняйся, Изуку. Миру нужно больше таких, как ты, и меньше — как мы с Бакуго. Иначе мы бы никогда не поняли, что можем быть другими.

Изуку остался в замешательстве, но усталость перевесила. Почистив зубы, он вернулся в спальню и рухнул на матрас. Через мгновение его уже клонило в сон. Впервые в жизни он чувствовал себя среди людей, которые действительно его принимают.

Железо железо острит, и человек изощряет взгляд друга своего. Как в воде лицо к лицу, так сердце человека к человеку. — Царь Давид (Псалом 27, традиционное приписывание)

---

Следующим утром Изуку и остальные поднялись с рассветом. Они ныли от усталости, многие едва протирали глаза, но будущие герои встретили новый день с решимостью и энергией. Изуку казалось странным находиться среди стольких людей, которые просто вставали и начинали тренировки. Каждый из парней словно выкатывался из постели и принимался за отжимания, скручивания, растяжку или ката — прямо в комнате или снаружи, где некоторые девушки делали то же самое. Изуку выполнял свои упражнения, молча отсчитывая подходы.

— Вторник. Интересно, здесь есть гантели? — пробормотал он, заканчивая приседания. — Как я буду делать сгибания и жим?

— Ха! Похоже, кто-то тоже на «Герое»! — рассмеялся Киришима, качая пресс. — У меня в рюкзаке пара маленьких штанг.

— У меня есть утяжелители, — сказал Шоджи, доставая бетонные блоки с ручками. — Можешь взять их, когда я закончу.

— Эм, спасибо, я не подумал взять свои, — признался Изуку. — Но ничего, я принёс скакалку. Обойдусь её и прыжками.

— Импровизируй, адаптируйся, преодолевай, — хрипло согласился Оджиро, подтягиваясь на потолочной балке. — Так мой отец говорит. Дед был морпехом в Америке.

— Хороший совет, — закончив растяжку, сказал Иида. — Я отправляюсь на утреннюю пробежку. Убедитесь, что все готовы к завтраку.

Денки засмеялся, отрабатывая ката:

— Сомневаюсь, что это проблема. Если вы все голодны как я, то сожрёте целый дом.

— Обычно говорят «слона», чувак. Дома едят только термиты, — усмехнулся Киришима, начав подход со штангой.

Закончив упражнения, Изуку робко постучал в дверь девичьей комнаты:

— Мэй, ты проснулась?

Дверь открылась, и перед ним возникла парящая повязка для пота над пустой футболкой и шортами.

— Мэй уже ушла! Сказала, что надо проверить своих малышей, — прозвучал голос Хагакуре. — Доброе утро, Мидория!

— О, эм, спасибо, Хагакуре, — Изуку покраснел. — Я пойду её поищу.

Изуку трусцой направился к мастерской, где застал Мэй, усердно ремонтирующую Силовой Костюм.

— Привет, Изуку! — крикнула она, махнув рукой. — Помоги доделать! Чуть-чуть осталось, и он будет готов к твоим тренировкам!

— Хорошо! — Изуку быстро помог собрать последние детали, после чего они отправились завтракать.

— Наконец-то явились, — буркнул Бакуго, пригнувшись над газовой плитой. Он щёлкнул пальцами, высекая искру и разжигая пламя. — Хоть кто-то из вас умеет готовить?

— Да. Я знаю, что ужасно не умею! — заявила Мэй.

Бакуго нахмурился, затем пожал плечами:

— Ладно. Наполните эти кастрюли водой. — Он ткнул пальцем в сторону посуды. — Мидория, ты хотя бы не отравишь всех. Придумай, чем быть полезным. Я не командую.

— Эм, ладно, — кивнул Изуку, принявшись разбивать яйца в миску. Бакуго забрал у Мэй воду и начал промывать рис. Через несколько минут подтянулись остальные: одни помогали готовить, другие, под руководством Ииды, протирали столы. Бакуго молчал, лишь хмыкал в ответ на просьбы или пробивался локтями, чтобы выполнить задание, которое считал важным.

Мэй, закончив простые поручения, держалась в стороне. Никто не возмущался — все понимали, что она старается помочь по-своему. Что, по мнению Изуку, было правдой: она хотя бы не пыталась готовить.

Завтрак получился хаотичным. Единственное, чего хватило на всех — риса, которого Бакуго наварил на небольшую армию. Яйца, мясо, молоко и хлопья разобрали в считанные минуты. Мэй с энтузиазмом взялась за уборку, но насупилась, когда Бакуго присоединился к ней. Поймав растерянный взгляд Изуку, она лишь пробормотала что-то невнятное.

После завтрака началась серьёзная работа. Появился мистер Маиджима, широко ухмыляясь:

— Ну что, Мэй, готова? Говорят, у тебя идеи по снаряжению поддержки.

— Ещё как! Думаю начать с кислотных реактивных ботинок для Ашидо! Нам понадобится создать кислотоустойчивый полимер, потом...

— Мидория. — Изуку обернулся на голос Айзавы. — Костюм готов?

— Да, сэр! — бодро ответил он. — Эм, что мне с ним делать?

Айзава пожал плечами:

— Придумывай новые способы сломать его. Узнай пределы возможностей, а потом найди, как их преодолеть. Это, по сути, твоя личная Причуда.

— Эм, не думаю, что Мэй обрадуется, если я снова сломаю Силовой Костюм, — Изуку поморщился.

Айзава пронзил его ледяным взглядом:

— А злодеи? Думаешь, они не разнесут эту железяку, если ты вежливо попросишь?

Изуку нервно сглотнул.

— Э-эм, нет, сэр. Я сделаю. Но... как?

— Рад, что спросил. Ты будешь мишенью. Для всех.

Вскоре Изуку стоял напротив Киришимы, который оскалился в широкой ухмылке.

— О да! Время реванша! На этот раз я не сдамся так легко, Мидория! Ты получишь по полной!

— Давай! — Изуку принял боевую стойку.

С рёвом Киришима активировал Причуду и ринулся в атаку, пытаясь повалить Силовой Костюм на землю. Вместо этого Изуку схватился с ним в борьбе. Ему запретили использовать спецснаряжение — нужно было проверить физические пределы способности костюма наносить и поглощать урон. Они обменивались ударами, словно два молота. Причуда Киришимы делала обычные удары почти бесполезными, и Изуку вкладывал в каждый удар всю силу. Но Киришима не просто стоял, принимая удары: блокировал, контратаковал, уворачивался и бил в ответ.

Через десять минут Изуку запыхался, но Киришима застонал, опускаясь на колени.

— Не могу... больше удерживать Причуду. Сдаюсь. — С хрипом его кожа вернулась в нормальное состояние, обнажив синяки и ссадины.

— Прости, — пробормотал Изуку, чувствуя вину. Сам он отделался парой ушибов — гелевые амортизаторы и броня костюма защитили его. Пару минут отдыха, и он снова в строю.

— Хотя бы скажи... что я хоть что-то повредил, — прерывисто дышал Киришима.

Изуку проверил показатели и кивнул:

— Да. Бронепластины сильно помяты. Несколько внутренних систем слегка повреждены, сервопривод левой руки скрипит и заедает.

— Отлично. Выходит, я всего лишь царапнул краску, — простонал Киришима.

— Нет-нет! Ты молодец! Просто мы... эм, учли твою Причуду при подготовке к фестивалю. Ты и, ну...

— Я буду следующим! — К ним приблизился новый противник, сталь его тела сверкая на солнце. — Камень ты победил, но теперь столкнёшься с металлом! Тецутецу из 1-Б жаждет реванша!

— Тецутецу следующий! — рявкнул Кан. — Начали!

Изуку едва успел перевести дух, как всё началось снова. Он отчаянно уворачивался от ударов, пытаясь свалить Тецутецу, но схватка превратилась в грубую силовую. Заметив слабое место, Тецутецу обрушил удары на левую сторону. В итоге сервопривод руки захрипел, предупреждающие индикаторы замигали — и после мощного удара в сустав рука согнулась, намертво заклинив. На этот раз через восемь минут сдался уже Изуку.

— Стоп! — рявкнул Кан, одобрительно кивнув. — Победа за 1-Б!

— Я не... не уверен, сэр, — простонал Тецутецу, деактивируя Причуду и оседая на землю. Изуку с ужасом заметил кровь на его разбитой губе и опухающий правый глаз. — Думаю... если бы он продолжил, меня бы прикончил. Чёрт, Киришима. А я считал себя твёрже тебя.

Изуку глянул на панель и побледнел:

— Эм, не совсем. Ограничитель сломался. Я бил на полной мощности.

Тецутецу хрипло рассмеялся:

— Ха! Так и знал! Я... я самый... твёрдый... — Его голова бессильно упала на грудь — он отключился.

— Чёрт, — пробормотал Кан. — Ладно, отведите их к Исцеляющей девочке. Мидория, чини свой костюм. Следующий — Тодороки. Проверим, насколько жарко он может разогреть пламя. Теплоизоляцию-то добавили?

— Да, — Изуку потупился. — Но... мы ещё не тестировали её в бою, так что...

— Значит, самое время! Вперёд! — оборвал его Кан.

К удивлению Изуку, Мэй совсем не злилась.

— Я собрала все данные! — ликовала она. — Полдюжины идей для улучшения нашего малыша! А теперь вылезай — покажем всем, какой он милашка!

— Эм, я застрял, — Изуку дёрнул заблокированную руку. — Механизм повреждён.

— Что ж, придётся вырезать, — мистер Маиджима достал лазерный резак. — Пора старику показать класс.

Сразиться с Тодороки в тот день Изуку не удалось. До обеда они с Мэй чинили костюм, изрядно потрёпанный Киришимой и Тетсутетсу. После перерыва Айзава велел ему сразиться с Оджиро, Шоджи и Шинсо под наблюдением Тигра из Диких-Диких Кошечек. Шоджи разгромил Изуку влёт, а с Оджиро он выиграл лишь один раунд из трёх. Изуку подозревал, что тот просто пожалел его. Без костюма его навыки рукопашного боя оставляли желать лучшего.

— Чувствую себя неловко, — Оджиро помог ему подняться. — Может, подождём, пока починишь костюм? Так было бы честнее.

— Нет, я должен... сражаться... без него, — Изуку, тяжело дыша, встал в стойку. — Ещё раз.

В отличие от Изуку, Шинсо справлялся с Оджиро и даже выиграл несколько раундов против Шоджи благодаря навыкам с захватным оружием. Однако через пару часов его охватило разочарование — Причуда оказалась бесполезной против осведомлённых противников.

— Вы даже не разговариваете со мной! — взорвался Шинсо после очередного поражения от Шоджи. Ему удавалось опутать того лентами, но щупальца Шоджи сводили все усилия на нет.

— Потому что они не идиоты, — рыкнул Тигр. — Злодеи тоже будут знать о твоей Причуде. И что тогда? Сдашься как на Спортивном фестивале?

— Нет, — резко ответил Шинсо. — Просто... я не могу их победить!

Тигр кивнул:

— Верно. Не можешь. Важно понимать, когда битва проиграна. Иногда нужно отступить или дождаться подмоги. Но если на кону жизни — решай, стоит ли сражаться, зная исход.

Шинсо задумался:

— Если под угрозой невинный — стоит.

— Хороший ответ. Хватит на сегодня. Иди к Айзаве — будешь тренироваться контролировать нескольких сразу.

— Сейчас могу подчинять четырёх-пятых, — Шинсо потер подбородок. — Думаете, получится больше?

— Ты как котёнок, только открывший когти, — усмехнулся Тигр. — Пока не заточишь их и не вырастешь — не узнаешь, на что способен.

— Я помогу, — предложил Изуку, прижимая к фингалу холодный компресс. Его отстранили после сильного удара в глаз.

— Уверен? — Шинсо приподнял бровь.

Изуку кивнул:

— Да, ты же никогда...

Следующее, что он помнил — вечер. Изуку моргнул, оглядываясь в растерянности:

— Что... что случилось?

— Сам как думаешь? — Бакуго толкнул ногой лежащее тело. Изуку с ужасом узнал Шинсо.

— Эй, вставай. Твой максимум — шесть. Хватит валяться, пора ужин готовить! — он грубо встряхнул его.

Стоная, Шинсо сел, вытирая кровь сноса:

— Я... пытался подчинить седьмого, но...

— Шестерых ты таки удержал. И Мидорию наконец отпустил, — Бакуго, к удивлению Изуку, протянул Шинсо руку и поднял его. — Не так уж хреново. Ты не настолько жалкий, как выглядишь.

— Сочту за комплимент, учитывая, что я похож на зомби, — пробормотал Шинсо, глянув на Изуку. — Спасибо за помощь. Держал тебя часа три, наверное.

— Откуда мне знать? — огрызнулся Бакуго. — Хватит болтать, пошли!

Изуку огляделся: Урарака, Минета, Яойорозу, Каминари и Сато стояли ошеломлённые.

— Ну... Рад, что помог? — неуверенно сказал он.

— Помог, — кивнул Шинсо, поклонившись остальным. — Спасибо всем. Со мной... Со мной ещё никто так не поступал.

— Пустяки! — Урарака слабо улыбнулась. — Всё равно меня тошнило от перегрузки Причудой. Ужин даже не лезет...

— Этот лагерь — полный отстой! — взорвался Минета, сверкнув взглядом на Изуку. — Спасибо некоторым.

— Эй, кретин! Я тебе не говорил?! — Бакуго навис над ним. — Хочешь, чтобы урок усвоился лучше?!

— Н-нет! Я... буду «вежливее»! — Минета отступил, бормоча себе под нос: — Сам бы послушал свои советы. Тебя тоже никто не любит...

— Спасибо, кстати, — Яойорозу повернулась к Изуку. — Мы слышали, что Минета вчера вытворял.

— Да, Мэй наверняка рада, что у неё такой защитник! — Урарака игриво ткнула кулаком в воздух.

Бакуго фыркнул и отошёл, но Урарака догнала его:

— И спасибо, что приструнил Минету. Это благородно. Приятно, что некоторые парни знают о чести.

— Терпеть не могу мразей, — рыкнул Бакуго. — Он позорит всех. Надо было ему рожу начистить.

— Держи, а я ударю! — рассмеялась Урарака. — Эй, поужинаешь с нами и Иидой? Ты всегда один. Может, познакомимся ближе? Ты изменился за эти недели, а мы этого не ценим.

Бакуго замер, взгляд метнулся к Шинсо, который одобрительно поднял большой палец. Бакуго сглотнул.

— Я... спасибо. Эм, я... Слушай, я не меняюсь ради тебя! Просто... Я буду героем, который всегда побеждает! И... кто-то сказал, что сила — не главное. Но я не слабак, ясно?!

— Я и не говорила, что ты слабак? — Урарака нахмурилась, слегка задето. — Ты что, считаешь меня слабой?

— Не говорил, — прошипел Бакуго, стиснув зубы так, что послышался скрежет. — Только не смей меня жалеть. Я знаю, что вы все обо мне думаете. Не надо притворяться, Урарака. Иида меня ненавидит.

— Ладно. Но, Бакуго? Я тебя не жалею. Просто тебе стоит расслабиться, — Урарака отвернулась. — Приглашение в силе. И Иида тебя не ненавидит. Я тоже.

Остальные ушли, Шинсо поддерживали Урарака и Яойорозу. Изуку неловко замер, Бакуго стоял в паре шагов.

— Эй.

Изуку обернулся. Бакуго смотрел на него, челюсть нервно подрагивала.

— Я... прости.

На мгновение Изуку показалось, что он ослышался. Он лишь моргнул, не веря услышанному.

— Повторять не буду. И да: я не извиняюсь за победу над Хатсуме на фестивале. Она мне нос сломала, ты... защитник хренов. Речь о детстве. — Бакуго резко отвернулся, закончив разговор.

Изуку шагнул вперёд, не зная, что сказать:

— Бакуго! То есть, Каччан, я...

Бакуго взвился, глаза полыхнули гневом:

— Не зови меня так! Я не... — Он резко вдохнул, сжав зубы, затем выдохнул. — Не зови. Или я снова начну звать тебя Деку.

— Нет, — признал Изуку. — И... мы ведь больше не друзья.

— Нет. Не друзья. — Бакуго отвел взгляд. — Это моя вина.

С этими словами он ушёл. Изуку последовал за ним, не понимая, что произошло. За ужином Бакуго ворчал как обычно, но сел за стол рядом с Ураракой и Иидой. Молчал, уставившись в тарелку, но они периодически кивали в его сторону.

Однако внимание Изуку приковала Мэй — они обсуждали апгрейды и починку костюма.

— Простите, не успела сегодня ваших малышей доделать! — Мэй крикнула Джиро и Ашидо. — Изуку выжал нашего малыша по полной! Слышала, Киришима, тебя размазали?

— Ага, — Киришима потупился. — Моя Причуда не выдержала.

— Ха! Потому что мы учли твою Причуду при настройке параметров костюма! — засмеялась Мэй.

Изуку кивнул:

— После нашего боя на фестивале мы с Мэй поняли: против таких сильных Причуд нужна броня круче. Улучшили амортизаторы и пластины.

— Но Тецутецу-то тебя одолел, — напомнил Киришима.

— Только потому, что ты меня измотал, — Изуку напомнил про сломанный ограничитель. — Без него костюм перегружается. По сути, он сам себя сжёг.

— Не волнуйся! Сделаем нашего малыша ещё милее и круче! — пообещала Мэй.

— Вот бы мне апгрейд, — вздохнул Киришима.

— Расслабься! Для этого мы и тренируемся! — Каминари хлопнул его по спине. — Твоя Причуда уже прокачалась. В следующий раз Мидория обделается!

— Точно! — Киришима оскалился, демонстрируя клыки. — Я не остановлюсь, Мидория! Чтобы обогнать меня, вкалывай в три раза сильнее! Мужское слово!

— Мы тоже не сбавим, — улыбнулся Изуку. — Но помни: без Мэй я бы не справился. Ты родился с крутой Причудой. Мне же пришлось её... создать.

Киришима покраснел:

— Ой, да, прости. Я иногда забываю, что ты...

— Всё ок, — Изуку махнул рукой. — Ты относишься ко мне как к равному. Это и нужно мне с Мэй.

— Кто посмеет смотреть свысока на Мэй? — фыркнула Ашидо. — Она же их лазером поджарит!

— Многие, — пожала плечами Мэй. — Может, мне на геройский перевестись? Драки — скукота, зато люди приятные. — Она кивнула на Бакуго, тихо собиравшего тарелки. — Даже он стал милым. Молодец, Бакуго! Общение помогает, да?

Бакуго побагровел:

— Заткнись, болтушка! — рявкнул он, швырнув тарелку Изуку обратно. — Сам уноси! — Вырвав грязную тарелку из рук Изуку, он замаршировал на кухню.

— Эй, вы заметили, Бакуго странно себя ведёт? — Каминари бросил взгляд в сторону кухни. — Всё ещё злится на всё подряд, но... нормальнее? Не знаю, как описать.

— Может, стал настоящим мужиком, — пожал плечами Киришима. — Хотя бы перестал лупить беззащитных девочек и малышей.

— Жаль. Минете бы это не помешало, — проворчала Джиро.

— Нам пора за костюм, — Изуку встал со вздохом. — Завтра он должен быть готов.

— Да ладно! Сегодня же Испытание смелости! — запротестовал Киришима. — Ты обязан пойти!

— Звучит скучно, — фыркнула Мэй. — У Изуку хватает смелости, а мне она не нужна.

— Прости, надо чинить, — Изуку извиняюще поднял руки. — Может, завтра.

— Шинсо, ты с нами? — Киришима ткнул пальцем в Каминари. — Этот лузер завалил тесты, мне компания нужна!

Шинсо усмехнулся:

— Ладно. Посмотрю, как ты обделаешься. Принесу запасные трусы.

Киришима рассмеялся, и все разошлись убирать. Изуку с Мэй направились в мастерскую, где их уже ждал мистер Маиджима.

— Закончили с ужином? — спросил он.

— Мэй говорит, почти готово, — Изуку кивнул на костюм.

— Точно! Добавила апгрейдов, но проверь проводку — твоя всегда аккуратнее, — Мэй ткнула паяльником в жгут проводов.

— Отдохните лучше, — посоветовал Маиджима. — Вечером будут развлечения.

— Не интересно, — надулась Мэй. — Лучше новых малышей для друзей сделаем.

— Я тоже останусь, — признался Изуку. — Я... эм, пугаюсь легко. Без Мэй не справлюсь.

— Почему? Ты же дрался без меня весь день, — удивилась Мэй. — Нужны данные?

— Нет, просто... с тобой спокойнее, — Изуку покраснел. — Играть в страх не люблю.

— Как знаете, — Маиджима развёл руками. — Я пойду пошалю. Пикси-Боб меня прибьёт, если вы тут рванёте.

— Мистер Маиджима! Мы ничего не взрывали с конца учёбы! — возмутилась Мэй.

— Знаю. Потому что не пускал вас в мастерскую. Было спокойно.

Оставшись вдвоём, Изуку копался в проводах, пока Мэй приваривала бронепластины. Работа шла слаженно, и Изуку расслабился. Летний лагерь и правда оказался неплох.

Пой, о муза, о гневе Ахиллеса, сына Пелея, который навлек на ахейцев бесчисленные беды. — Гомер, Иллиада

---

Бакуго ушёл один после ужина, всё ещё злой. Остальные собирались участвовать в этом тупом испытании на храбрость. Ну уж нет, он не собирался играть в их дурацкие игры. Без толку. Он не боялся идиотских трюков или странных звуков. Да и злость на Хатсумэ всё ещё кипела в нём, так что находиться рядом с кем-либо он всё равно не мог.

― Иногда отстранение от всех помогает выпустить пар, гав! Физические нагрузки тоже полезны. Гав! Если ты так зол, что не можешь мыслить здраво, останься один и буквально взорвись, Кацуки, — звучал в его голове голос мистера Инуи, более известного как Гончий.

― Да пошёл ты, Рё, — проворчал Бакуго себе под нос. Он стиснул зубы, засунув руки в карманы. Каждый раз, когда его начинало подташнивать от злости, он невольно вспоминал слова Гончего.

Он вспомнил ужин. Сидел рядом с Ураракой. Бакуго сгорел бы со стыда, если бы кто-то догадался, но она ему нравилась. Особенно после тренировок с Ганхедом. Она здорово прокачалась и надрала ему задницу в рукопашной на последних занятиях перед каникулами. Конечно, поражение вывело его из себя, но раньше он не встречал девушек, которые действительно умеют драться. Ну, кроме одноклассниц. Большинство из них не были полными лузерами.

― Но этот чёртов подлиза Иида тоже был там, — пробурчал Бакуго. Девчонки ведутся на таких зануд-правильных типов. Мидория! Слабак, ничтожный Мидория, умудрился найти девчонку, безпричудный лузер, который...

Бакуго остановился, схватившись за голову и стиснув зубы.

― Я сильный, — прошептал он себе. ― Я сильнее своей злости. Мне не нужно унижать других, чтобы стать сильнее. Я становлюсь сильнее, делая сильнее других. Чтобы быть сильным, нужно испытывать себя. Поражение не означает слабость — оно показывает, что ты ещё можешь расти. Победители не рождаются, победители становятся.

После Спортивного Фестиваля всё пошло под откос. Сначала Иида отчитал Бакуго перед половиной класса за избиение инвалида и дискриминацию. Он мог бы попытаться объяснить, что избил Мэй до синяков не потому, что она аутистка или что-то там ещё, а потому что она заблокировала его причуду и сломала ему чёртов нос. И что он ненавидит Изуку не за отсутствие причуды, а за то, что тот смотрит на него свысока. Но какой в этом смысл? Бакуго не нуждался в оправданиях. Или так ему казалось. После этого с ним перестали все разговаривать, кроме как по необходимости. Даже Киришима, который раньше вился вокруг как потерянный щенок.

А потом начались предложения от агентств после Спортивного Фестиваля. Тодороки засыпали ими, но он выбрал своего отца — избалованный мальчишка. Ашидо получила несколько десятков. Токоями — одно от Ястреба, героя из топ-10. Урарака, чёрт её побери за её доброту, получила десять. Даже Иида, который даже не попал в топ, получил пару, как и другие. А сколько получил Бакуго, занявший второе место? Ни одного.

Потому что он был слаб. Не из-за слабой причуды. Не из-за неумения сражаться. Даже не из-за поражения от безпричудного мальчишки. А потому что избил девчонку до крови, когда мог найти другой путь. Потому что орал, бушевал, хвастался и гордился. Потому что он был гордецом. Он был слаб. И ему нужно было снова стать сильным.

Повторив мантру несколько раз, Бакуго всё ещё кипел от злости. Но не на Мидорию или Ииду. На себя. Последние месяцы он часто злился на себя. Вообще-то, он злился на себя уже давно. Мистер Инуи помог ему это осознать.

— Чёрт тебя дери, Всемогущий, — Бакуго зашагал через лес, не особо понимая, куда идёт. Он двигался по тропинке вверх по холму, зная, что сможет вернуться. Чувство направления у него всегда было отличным.

Мысли о Всемогучем вернули его к Спортивному Фестивалю. Стояние на подиуме, выставление своего провала на всеобщее обозрение. Пока Изуку Мидория гордо впитывал похвалы и восхищение, которые Бакуго всегда считал своим правом по рождению, но теперь их лишился.

Тогда Бакуго понял: победителями не рождаются. Ими становятся.

— Я не проиграл. Я ещё стану сильнее. Сильнее Мидории. Сильнее всех. Даже герои проигрывают, — Бакуго тяжело дышал. Всемогущий говорил ему это. Показывал тот ужасный шрам. Показывал, насколько он слаб. Это было шоком.

Потом Всемогущий привёл Бакуго к Гончему, школьному психологу. Сначала Бакуго только орал и огрызался. И впервые кто-то ответил ему тем же. После первой «сессии» кабинет Гончего превратился в руины — частично от взрывов Бакуго, частично от того, как психолог крушил всё вокруг. А Бакуго пришлось наложить десять швов.

Он усмехнулся воспоминанию. Гончий был силён. И он помог Бакуго понять, что тот всё ещё силён. Но и хрупок одновременно.

— Думаешь, герои всегда побеждают? — рычал Гончий. — Ты идиот, Кацуки! Даже Всемогущий проигрывал! Ты видел его шрам! И что ещё он тебе сказал?

— Что уходит на пенсию! — орал Бакуго в ответ. — Мне плевать, если какой-то старый лузер сдаётся!

― Потому что ты выдохшийся лузер, а тебе всего шестнадцать! Садись, пока я не вцепился тебе в глотку! ― рычал Гончий.

― Я не лузер! ― огрызнулся Бакуго, но всё же плюхнулся на стул. ― Хотя да… Меня побил безпричудный ботан с его железной банкой! Я ничтожество! Лучше отчислюсь! Весь класс знает, что я слаб, поэтому они меня ненавидят!

― Они тебя не ненавидят, мажорный сопляк! Они просто отвечают тебе тем же уважением, какое ты им показываешь! Садись, пока я не начал: ГАВ ГАВ ГАВ!

Та сессия закончилась повторным визитом к Исцеляющей девочке для обоих. Лишь недавно Бакуго понял: Гончийпозволял ему использовать себя как грушу для битья. И в конце концов Бакуго начал слушать. Последние недели он пытался следовать советам дока — быть добрее, позволять себе слабости, ведь признать, что нужна помощь, — не слабость.

― Жаль, я в этом полный ноль, ― хмыкнул Бакуго. Он взобрался на вершину холма, оказавшись на каменистом уступе с видом на долину.

― Ты что здесь делаешь, тупица?!

Бакуго обернулся. Перед ним стоял тот самый мелкий кретин, которого он видел в лагере. ― Тебе какое дело, сопля… ― Он сглотнул, пересиливая себя. ― Тебе какое дело, мелкий? И не смей называть меня тупицей! Это грубо!

Малыш не отступил, шагнув вперёд и сверля Бакуго взглядом. ― Это моё укромное место! Ищи своё!

― Я не прячусь, грубиян мелкий! ― рявкнул Бакуго, внутренне поморщившись. Ну и лажово у меня получается быть «добрым». ― Иначе бы ты меня не нашёл!

― Тогда проваливай! ― у ребёнка заблестели глаза. ― Я не хочу ни с кем говорить.

Бакуго сел, повернувшись к нему спиной. ― Отлично. Я тоже не хочу с тобой трепаться.

Он ожидал, что кретенёк попытается ударить его, давая повод поставить наглеца на место. Нет! Если подумают, что я опять обижаю детей — всё пропало. Чего он вообще хотел? Помощи? Чёрта с два! Хотя… возможно, да. Было бы неплохо иметь того, с кем можно поговорить.

Малыш плюхнулся рядом. Бакуго почувствовал, как дёрнулась бровь, но игнорировал его. Пусть сидит, если хочет.

― Герои — тупые, ― заявил ребёнок.

Бакуго взглянул на него. ― Смелая оценка. Разве твоя мамаша не из этих… Диких-Диких Кошечек?

― Нет! ― огрызнулся ребёнок. ― Ты даже не знаешь, кто я?

― Нет, ― ответил Бакуго, едва сдерживаясь, чтобы не отвернуться. Затем заставил себя улыбнуться. ― Я Бакуго. А ты?

Малыш взглянул на его лицо и побледнел. Отлично. Улыбка сработала. ― Эм… Я Кота. Не бей меня, пожалуйста.

― Я не собираюсь тебя бить, заткнись! ― рявкнул Бакуго. Он сидел, кипя от злости, и желал, чтобы ребёнок исчез. Потом закрыл глаза. Доброта. Я могу быть добрым. Я сильный.

― Так… зачем прячешься? Это часть их тупой игры?

― Нет. Я прячусь от тебя, ― ответил Кота.

Бакуго фыркнул. ― Классно получается. Ты прям профи в этом.

― Заткнись! Ты не должен был сюда приходить! ― захныкал Кота, опуская взгляд. ― Герои тупые. Поэтому я здесь.

― А ты-то чё тут делаешь? В лагере? Родители сдохли? ― резко спросил Бакуго.

У Коты заблестели глаза. Он подтянул колени к груди, всхлипывая. ― …Ненавижу тебя. Ненавижу всех героев.

― Хм. Ты не в ту сторону лаешь, мелкий. Я не герой, ― сказал Бакуго. Чёрт. Его родители и правда мертвы. Теперь Урарака опять возненавидит за то, что довёл ребёнка до слёз. Но какая разница? Зачем ему мнение Урараки… или кого-либо ещё? Почему он вообще переживает? Чёрт, зачем ему это нужно?

― Но ты же здесь! Ты из этой школы для героев! ― всхлипнул Кота. ― Мне всё равно! Вы все проиграете и умрёте, как мои родители! Они не любили меня!

Бакуго взглянул на него и вздохнул. Неуверенно положил руку на плечо ребёнка. ― Я… думаю, они любили тебя. Они же были героями, да?

Кота лишь кивнул, слёзы текли по щекам.

― Ну, наверное, они стали героями, чтобы защищать тебя или какую-то такую хрень. Поэтому большинство идиотов лезут в герои, ― пожал плечами Бакуго.

Кота поднял голову, хмурясь. ― Тогда почему они не вернулись ко мне? И не смей называть их идиотами!

― Ладно, как скажешь. Слушай, они же были сильными, да?

Кота снова кивнул.

― Ну, может, был какой-то злодей, которого надо было остановить. Может, они спасли людей. Значит, они были сильными. Они победили. Спасли тех людей. И тебя. Так что хватит называть героев тупыми, неблагодарный мелкий! Твои родители сделали всё ради тебя, так что прояви хоть каплю уважения!

Неожиданно Кота разрыдался в истерике и вцепился в Бакуго, обхватив его и рыдая без остановки. Бакуго окаменел, не зная, что делать. Медленно обнял мальчика, пытаясь вспомнить: а что говорила его мама, когда он плакал в детстве?

― Хватит реветь, как тряпка, ― проворчал Бакуго. ― Ты сильнее этого. Победители не плачут. Ты же не лузер, да?!

― Н-н-нет, ― шмыгнул Кота, вытирая нос рукавом. Отвратительный сопляк. ― Я сильный! А ты сильный?

Бакуго хмыкнул, отвернувшись. ― Думал, что да.

― Я видел, как ты тренируешься. Ты умеешь взрываться, да? Значит, ты сильный, ― Кота отпустил Бакуго, но прижался к нему головой. ― Почему ты не спас моих родителей?

― Я же сказал: я не герой. Пока. Может, никогда и не буду. Я… плох в этой доброте. А герои, видимо, обязаны быть милыми или типа того.

― Мои мама и папа были добрыми, ― прошептал Кота.

Бакуго посмотрел на него и неохотно похлопал по спине. ― Да. Наверное.

― Если ты не умеешь быть добрым, то что ты умеешь? ― спросил Кота, уставившись на него.

― Взрывать. Ломать. Вещи. И людей, ― Бакуго разжал ладонь, глядя на искры. ― Так что если что-то надо уничтожить — обращайся.

― Ты можешь убить Мускула? ― Кота съёжился, словно ожидая удара.

Бакуго замер, затем резко повернулся к нему. ― Твоих родителей прикончил этот урод? Чёрт возьми, малыш, кто твои родители-то были?! Этот псина — чудовище! Маньяк!

― Они… были... Команда Морские Коньки, ― прошептал Кота.

― Блин. Да, слышал про это, ― Бакуго осторожно положил руку на плечо мальчика, и тот снова прижался к нему. ― Твои родители были героями. Настоящими. Они спасли кучу людей перед смертью. Сорян. Опять повёл себя как мудак.

Кота пожал плечами, вытирая лицо. ― Ничего. Я тоже грубил. Я… рад, что ты нашёл меня.

― Серьёзно?! Ну, тогда на твоём надгробии напишут то же, что и на мамочкином с папочкой! Умер, как они!

Волосы на затылке Бакуго встали дыбом. Не думая, он схватил Коту одной рукой и рванул в сторону, взорвав ладонью воздух. Ветер свистнул у уха, а через мгновение каменный уступ позади них разлетелся вдребезги, осыпав спину осколками.

Взрывом Бакуго развернулся в прыжке, прижав Коту к себе, как мяч, и приземлился в боевую стойку.

― Неплохо, пацан! ― засмеялся белокурый гигант со шрамом через глаз. Его красная майка обтягивала тело, а из-под кожи торчали мышечные волокна. ― Рефлексы у тебя что надо!

Кровь застыла в жилах Бакуго. ― Мускул… ― выдохнул он.

― Во плоти! ― монстрозный злодей раскинул руки. ― Не смог пройти мимо вашей трогательной беседы! Прослезился бы! ― Он стёр несуществующую слезу, но улыбка его дышала злобой. ― Я просто разведывал местность перед началом вечеринки, но, похоже, стартую по-крупному! Кстати, ты случайно не… AssumingDirectControlN7? Сплошное слово, с дурацкими заглавными. В интернете или типа того. Нам поручено его найти. Ну?

― О чём ты несёшь, урод? ― прошипел Бакуго, чувствуя, как учащается пульс. Мускул. Убийца Морских Коньков. После ареста Пятна он, наверное, самый разыскиваемый в Японии. Или Мунфиш.

― Значит, нет. Отлично! Мне запретили его убивать. Он нам очень помог! ― Мускул ударил кулаком в ладонь, оскалившись. ― Зато вас двоих прикончу с чистой совестью!

Бакуго рванулся вперёд, едва заметив движение ног злодея. Взрыв под ботинками отправил его в воздух, разорвав обувь в клочья. Единственный шанс запутать противника. Кота закричал, пока Бакуго пролетал над Мускулом, врезавшимся в склон горы.

― Кота, беги! ― приказал Бакуго, ставя мальчика на землю и разворачиваясь к врагу. ― Убирайся отсюда!

― Но я…

― Я не спрашивал, а приказывал! Ты мне только мешаешь, никчёмный кретин! А теперь вали к мамаше! ― проревел Бакуго.

Он не обернулся, но услышал, как Кота всхлипнул и побежал вниз по тропе. На мгновение Бакуго подумал последовать за ним, но Мускул вырвался из камней, смеясь.

― Я убью тебя, пацан! А потом найду этого слабака и закопаю, как его родителей! Их воля была хрупкой, как и его! И твоя тоже!

― Посмотрим, попробуй! ― зарычал Бакуго. ― Ты просто тупой качок! Ты — ступенька на моём пути к славе!

― О-хо, люблю, когда мошки боевые! ― Мускул усмехнулся. ― Тем веселее видеть их отчаяние, когда я выдавливаю из них жизнь!

На этот раз Бакуго не стал ждать атаки. Он ударил первым. Правило боя: кто бьёт первым, тот и побеждает. Подходить близко к такому монстру было безумием, но взрывы давали дистанцию. Дождавшись рывка Масскуляра, Бакуго выстрелил мощнейшим взрывом, отбросив себя назад.

Это едва не стоило ему жизни. Мускул оказался быстрее и сильнее, чем он представлял. Взрыв сорвал с злодея одежду и порвал кожу, но тот даже не дрогнул. Прорвавшись сквозь огонь, злодей вцепился в скалу, а Бакуго, взрывая камни под ногами, отлетел на уступ выше.

― Ну, ты не совсем слабак! ― Мускул рассмеялся. Кровь стекала по его лицу, но он будто не замечал. ― Я даже почувствовал это! Молодец, но… ты ещё не показал и капли настоящей воли. Ты просто очередной лузер!

― Я убью тебя, урод! ― Бакуго поднял руку, с которой капал пот. Хорошо — больше взрывчатой смеси. Но это был и риск. Впервые в жизни он испугался. В бою с Мидорией он до конца верил в победу. Но сейчас…

Теперь Бакуго не видел шансов против этого чудовища. А если даже он не верил в победу — зачем всё это?

― Это ты слаб! Ты нападаешь на тех, кто слабее? Ну что ж, сегодня ты нарвался, мудила! ― Бакуго взревел, когда враг прыгнул к нему.

― Вот это да! ― злодей засмеялся. ― Так-то лучше! Давай, посмотрим, кто сдержит слово! Ставлю на себя!

Бакуго использовал прыжок Мускула в свою пользу. Тот был силён, но не умел, как Бакуго, менять направление в воздухе. Вместо того чтобы держать оборону, он нырнул под атаку, выпустив серию взрывов снизу, подбрасывая качка всё выше. На мгновение казалось, будто Бакуго парил, вздымаясь на взрывах и подкидывая злодея. Но затем рука Мускула задела скалу. Гигант врезал кулаком в камень под углом, оттолкнувшись обратно к Бакуго.

Но Бакуго был готов. Заметив сближение Мускула со скалой, он взрывом отбросил себя вбок и вниз, приземлившись на уступе с оглушительным грохотом. Не дав себе времени на раздумья, он рванул вперёд вдоль склона, используя взрывы как реактивный двигатель. Едва успел: удар Мускула расколол скалу, и осколки впились в босые ноги и руки Бакуго, изодрав форму в клочья.

Вращаясь в воздухе, Бакуго обрушил новый взрывной залп на злодея. Он сместил траекторию, устремившись к краю обрыва. Когда здоровяк ринулся за ним, Бакуго рванул вниз, ударил ладонью по скале и выпустил взрыв. Камень под ногами злодея рассыпался, обрушившись лавиной вниз. Бакуго не останавливался, прыгая и стреляя взрывами, чтобы сбить противника с толку.

Однако Мускул вонзил руки и ноги в скалу, застыв на краю пропасти.

― Чёрт побери! ― Бакуго взревел, взбираясь обратно. ― Да сдохни уже!

― Это твоя работа! ― засмеялся Мускул, вырываясь из камней. ― Ты не выдержишь вечно!

― Дольше, чем ты, мудак! ― Но внутри Бакуго содрогнулся. Злодей был прав. Взрывы слабели, силы таяли.

― Думаешь, ты крут?

― А то! ― враг внезапно замолчал, взгляд остекленел.

Бакуго моргнул, отступив. За спиной злодея в воздухе парил Шинсо.

― Эй, ― Шинсо помахал рукой. ― Звучит тупо, но поймай меня.

― Ладно, ― Бакуго буркнул. ― Как ты это делаешь?

Шинсо закатил глаза. ― Я внезапно проявил летающую причуду. Как думаешь?

― Ребята, меня сейчас вырвет… ― дрожащий голос Урараки прервал тишину. ― Я сегодня перегрузила причуду…

― Ладно, я его поймал! ― рявкнул Бакуго, прыгнув и схватив Шинсо, который на мгновение стал невесомым.

― Отпускай!

Шинсо тут же обрёл вес, и Бакуго рухнул вниз. Взрывами он смягчил падение, но приземлились они всё равно жёстко.

― Аккуратнее, ― застонал Шинсо, поднимаясь с Бакуго. ― Контроль ещё держится, но не тряси меня.

― Бакуго! Ты в порядке? ― крикнула Урарака.

― Живой. Где Кота? ― Бакуго резко спросил, затем моргнул. С чего это я беспокоюсь о мелком?

Урарака улыбнулась, смахнув слёзы. ― Он уже бежит в лагерь. Шинсо, можешь двигаться?

― Да, просто выдохся. Чёрт, не знаю, сколько ещё продержу контроль, ― Шинсо тяжело дышал.

Бакуго взглянул на Мускула, застывшего над ними. Сорвал рубашку, обмотав окровавленные ступни. Медлить нельзя.

― Прикажи ему прыгнуть с обрыва, ― процедил Бакуго.

― Это сбросит контроль, ― Шинсо покачал головой. ― И не бей его — тоже сорвётся.

― Тогда бежим, ― Бакуго рванул вперёд.

― Согласна! ― Урарака побежала рядом.

Троица мчалась прочь. Бакуго стиснул зубы, не оглядываясь. Спину сводило от ощущения, что Масскуляр уже настигает.

― Вы вообще зачем здесь? ― проворчал Бакуго на бегу.

― Спасали твою задницу, ― Шинсо хрипел. ― «Спасибо» не помешало бы!

― Мы волновались! ― Урарака запнулась. ― Игры начались, а тебя нигде не было!

― Потому что я не собирался в них играть! ― Бакуго огрызнулся, но затем сглотнул. ― И… спасибо. Вы… вы спасли меня. Не знаю, сколько бы я продержался. Я уже… ― Он замолчал, вспоминая, как был на грани.

― Ты вёл себя как герой! Ты спас Коту! ― заявила Урарака. ― Я всегда знала, что ты добряк, Бакуго!

― Какого чёрта! ― огрызнулся Бакуго.

― Меньше болтовни, больше бега. Он вырвался, ― задыхался Шинсо. ― Кто-нибудь ещё чувствует запах дыма?

Внезапно в голове Бакуго прозвучал голос: ВНИМАНИЕ. В ЛАГЕРЕ ЗАМЕЧЕНЫ ЗЛОДЕИ. ИДЁТ НАПАДЕНИЕ. СТУДЕНТАМ НЕМЕДЛЕННО ВЕРНУТЬСЯ В ЛАГЕРЬ. МАНДАЛИ, КОНЕЦ СВЯЗИ.

Вскоре они начали кашлять, задыхаясь от дыма. Пройдя ещё несколько метров, остановились, прикрыв рты рубашками.

― Слышу плач… ― Урарака подавила кашель. ― Это Кота!

― Что за ад творится? Ты поджёг лес, Бакуго? ― Шинсо выругался.

― Нет, ты что идиот!? Огонь был бы за нами, а не впереди! Ветер дует в лицо, тупица! ― Бакуго огляделся. ― Кота! Вылезай, пока не задохнулся!

― П-помогите… ― Кота вывалился из-за деревьев, захлёбываясь дымом.

― Заткнись, всё под контролем, ― Бакуго подхватил мальчика. ― Сворачиваем с тропы, иначе Мускул нас настигнет.

Урарака кивнула. ― Спрячемся в тех кустах.

Они пробирались сквозь колючки, Бакуго шикнул на Коту, чтобы замолчал. Тот прижался к его груди, сдерживая рыдания.

Через минуту по тропе пронёсся рёв Мускул:

― Убью вас, сволочи! Вернитесь!

Дождавшись, пока звуки шагов стихнут, Шинсо махнул рукой: ― Сюда. Здесь дыма меньше.

― Но лагерь в другой стороне! ― возразила Урарака.

― Шоссе там, ― Бакуго кашлянул. ― Нам надо валить отсюда. Кота еле дышит. И… ― он сжал кулаки, ― сегодня я выдохся.

― Все выдохлись, ― Шинсо согласился. ― Пошли.

Они пробирались через чащу, избегая густого дыма.

― Откуда взялся Мускул? И кто поджёг лес? ― Урарака едва выдавила вопрос.

― Думаю, он не один, ― мрачно процедил Бакуго. ― Он говорил о разведке. Упомянул, что «мы» ищем кого-то.

― Кого? ― Шинсо остановился, заставив Бакуго чуть не врезаться в него. ― И зачем им искать кого-то здесь?

― ХЗ. Какое-то тупое имя. Типа N7 Control или вроде того, ― ответил Бакуго.

Шинсо вдруг замер, лицо его побелело. ― Они… они искали AssumingDirectControlN7? ― резко повернулся он, хватая Бакуго за рукав.

― Да, точно. Чё, знаешь этого психа? ― Бакуго вырвался.

Шинсо побледнел ещё сильнее. ― О боже. Что я наделал? ― Без лишних слов он оттолкнул Бакуго и рванул обратно к тропе.

― Шинсо! ― кашлянула Урарака.

― Чёрт! ― Бакуго сунул Коту в её руки. ― Береги мелкого! Я за этим идиотом!

― Но, Бакуго…

― Будь героем, блин! ― рявкнул он. ― Не потеряй его!

Он мчался за Шинсо, игнорируя жжение в лёгких. Чёрт, да он быстро бегает! Неужели каждый день тренируется? Но это неважно. Шинсо — единственный, кто за последние месяцы не списал Бакуго со счетов. И он не даст ему погибнуть из-за какой-то тупой затеи.

Потому что Бакуго не слаб. Он силён. Даже если иногда ему приходится спасать задницу чужими руками.

---

Имя: Бакуго, Кацуки

Дата рождения: 20 апреля

Возраст: 16 лет

Пол: М

Проверяющий: Инуи, Р.

Направлен на психологическую оценку

Причина направления: Дезорганизованное поведение, эмоциональная нестабильность, трудности в установлении связей со сверстниками.

Инициатор направления: Яги, Т.

Результаты оценки: —

Нарушения самофункционирования:

Бакуго чрезмерно зависит от восприятия окружающих для регуляции эмоций и самооценки.

Воспринимает предложения помощи как оскорбления, подразумевающие его слабость.

— Нарушения в сфере близости:

Неспособен формировать глубокие связи со сверстниками и преподавателями.

Отношения носят поверхностный характер и служат подтверждением его силы и превосходства.

— Патологический антагонизм (грандиозность):

Считает себя вправе требовать восхищения и особого отношения из-за своей силы.

Убеждён в собственном превосходстве, пренебрежителен к тем, кого считает слабее.

История:

— Нарушения стабильны во времени и проявляются во всех средах (дом, предыдущая школа).

— Поведение не соответствует возрастным нормам и не связано с недавними успехами.

— Состояние не вызвано фармацевтикой, травмами, проявлением Причуды или общим здоровьем.

Заключение: Бакуго соответствует критериям нарциссического расстройства личности (DSM-XII). Диагноз подтверждён командой специалистов. Родители и сам Бакуго согласны на лечение.

Рекомендации:

— Терапия 3 раза в неделю.

— Семейные консультации еженедельно.

— Назначен стабилизатор настроения (после депрессии из-за поражения на Спортивном Фестивале Юэй). Прогноз: При осознанном подходе позитивные изменения ожидаются в течение 3 лет. Расстройство требует пожизненного наблюдения.