Ронин в Хогвартсе (джен)

Вторник девятнадцатого сентября выдался будничным. Гермиона никогда не делала из дня рождения события — просто повод съесть лишнюю порцию сладкого, выслушать короткие поздравления, получить символические подарки. Не более. С детства она не устраивала вечеринок, не собирала друзей. До Хогвартса у неё их и не было. Только книги — предсказуемые, понятные. Они не пытались обидеть в самый неожиданный момент.

Она села в кровати и нащупала на тумбочке палочку. Тусклый свет Люмоса выхватил из полумрака горку свёртков — в этом году их оказалось непривычно много.

Гермиона потянулась за первым. Шуршание обёрточной бумаги в тишине спящей спальни показалось неприлично громким. Традиционная коробка с домашней выпечкой от миссис Уизли. Плотный конверт от родителей, а в нём — чек на пятьсот фунтов. Гермиона мысленно уже обналичила его в лондонских книжных. Аккуратный, милый набор волшебной косметики от Джинни — явный отголосок разговоров в гардеробной Морган Мэнора.

А вот дальше начались странности.

Пальцы наткнулись на небольшую деревянную шкатулку. На крышке проступал резной ворон с кинжалом в лапах. Внутри, на чёрном бархате, лежал браслет из тёмных камней. К нему прилагалась карточка, исписанная размашистым, острым почерком: «С праздником, красотка! В шестнадцать дарить конфеты уже поздно. Привыкай носить красивые вещи. С любовью Саманта».

Гермиона провела подушечками пальцев по прохладным камням. Защелкнула замочек на запястье. Металл тихо клацнул, матовый агат лёг на кожу, словно всегда там и находился.

Окончательно добил её последний свёрток. Тяжёлый, упакованный в плотную бумагу с серебряным тиснением. Разорвав обёртку, Гермиона обнаружила коллекционное издание трактата по древним рунам. На форзаце лежала карточка с сухим, безупречно формальным поздравлением, выведенным каллиграфическим почерком Дафны Гринграсс.

Гермиона запустила пятерню в волосы. Сюрреалистичное начало дня.

С соседних кроватей доносилось мерное дыхание Лаванды и Парвати. Соседки ещё крепко спали. Гермиона бесшумно спустила ноги на пол, подхватила полотенце и выскользнула в ванную.

Ей не хотелось сейчас сталкиваться с кем-то и выслушивать неловкие дежурные фразы. Вряд ли девчонки помнят о её празднике. Впрочем, подумала она, тихо прикрывая дверь, после такого подарка от Гринграсс она бы уже ничему не удивилась.

Спустя десять минут Гермиона неторопливо спускалась по винтовой лестнице. Внизу, у самого подножия, переминался Киран. В руках он сжимал небольшой бумажный свёрток.

Гермиона на мгновение остановилась, невольно улыбнувшись. Этот высокий парень существовал для неё в двух разных состояниях: либо звериная, смертоносная стремительность, либо вот эта очаровательная, угловатая неловкость. Третьего, казалось, не дано.

Она продолжила спуск. Киран неотрывно следил за каждым её шагом. Если с верхней площадки она смотрела на его макушку сверху вниз, то по мере спуска ракурс менялся. Преодолев последнюю ступеньку, ей пришлось запрокинуть голову, чтобы заглянуть в его тёмные глаза.

Киран деревянным жестом протянул свёрток.

— С днём рождения, Гермиона. — Голос прозвучал сдавленно, словно он вышел к трибуне Визенгамота и до одури боялся ляпнуть глупость.

Она приняла подарок и надорвала плотную бумагу. На ладонь легли красивый резной гребень из гладкого, тяжёлого камня и миниатюрная записная книжка в кожаном переплёте.

— Гребень зачарован, — торопливо, будто оправдываясь, заговорил Киран. — В него вшито с десяток укладок, он никогда не позволит волосам спутаться. А на блокноте Протеевы чары. Парный экземпляр у меня. Для быстрой связи.

Гермиона молча смотрела на него секунду, а затем шагнула вперёд, обхватила его шею и коротко поцеловала в щёку.

Киран вздрогнул, будто получил крепкий удар. Но Гермиона не отстранилась. Она упрямо держала его в объятиях, пока длинные руки сначала неуверенно, а потом крепко не сжали её в ответ.

Она мягко отстранилась, глядя на него со смешинками в глазах.

— Значит, зачарованный гребень? — протянула она. — Это такой изящный намёк, что тебе не нравятся мои волосы?

В глазах Моргана мелькнула паника.

— Нет! — выпалил он. — Я просто подумал, что это будет... удобно. Практично.

Гермиона не выдержала и рассмеялась.

— Я пошутила, Киран! Это потрясающий подарок. И он мне правда очень нравится!

Морган глянул с осуждением, но тут же улыбнулся.

Вскоре на лестнице послышались торопливые шаги. Появились Гарри и Рон, сгребли Гермиону в охапку, наперебой поздравляя и вручая новые свёртки. День, начавшийся со странностей, набирал обороты.

За завтраком в Большом зале к гриффиндорскому столу подошла Луна Лавгуд с загадочным выражением лица и молча вложила Гермионе в руки перевязанный бечёвкой пакет. Следом подтянулись Невилл, Лаванда и Парвати, выгрузив перед именинницей гору сладостей. Внимание сбивало с толку, но отрицать было глупо — это оказалось чертовски приятно.

Однако самым необычным оказалось даже не это. Будто сговорившись, на уроках парни вели себя образцово. Никаких жалобных взглядов, никаких попыток переписать формулу или переложить расчёты на неё. Они скрипели перьями и честно думали головой. Это радовало Гермиону больше любой коробки шоколадных котелков.

После гербологии, когда студенты потянулись от теплиц обратно к замку, Рон придержал её за рукав мантии. На его лице играла заговорщицкая ухмылка.

— Слушай, — вполголоса начал он, оглядываясь. — Есть идея. Не хочешь сходить в «Три метлы»? Соберёмся приятной компанией, выпьем по бокалу сливочного пива, отпразднуем как взрослые.

Гермиона поправила сумку и произнесла очевидное:

— Рон, следующий официальный выход в Хогсмид только в субботу.

Ухмылка Уизли стала шире.

— Знаю. В этом вся суть. Сливочное пиво в «Трёх мётлах» гораздо вкуснее, когда ты должен сидеть в замке.

Гермиона нахмурилась, скрестив руки на груди.

— Ты сейчас серьёзно предлагаешь старосте нарушить школьные правила?

— Наоборот, — Рон гордо выпятил грудь, на которой блестел точно такой же значок. — Это староста предлагает тебе выпить пива и немного расслабиться.

— И кто ещё подписался на эту авантюру?

Рон принялся загибать пальцы:

— Гарри, Джинни, Морган, чудачка Лавгуд. Ещё Лаванда с Парвати напросились, когда услышали.

При упоминании соседок Гермиона выразительно закатила глаза. Рон этого не заметил или сделал вид.

— Ну так что? Пойдёшь или боишься?

Она отреагировала резче, чем ожидала.

— Я боюсь? А ты ничего не перепутал, Уизли?!

Гермиона осеклась, нахмурилась, но давать заднюю было поздно.

— Мы пойдём ненадолго. Так, чтобы никто не заметил отсутствия. Факультет не должен потерять баллы. Всё нужно продумать аккуратно.

Рон снисходительно похлопал её по плечу.

— Расслабься. Мои братья — лучшие в побегах. Их никогда не ловят. Значит, не поймают и нас. Маршрут надёжный.

Гермиона кивнула, соглашаясь.

Рон зашагал догонять Гарри, а она осталась стоять на вымощенной камнем дорожке, чувствуя недоумение. Что с ней происходит в последнее время? Раньше она нарушала устав исключительно ради спасения жизней, борьбы с василисками или защиты философского камня. А теперь спокойно подписывается на нелегальную вылазку в деревню просто ради развлечения.

Гермиона двинулась следом за парнями. Если так пойдёт и дальше, она рискует незаметно превратиться в кого-то вроде Фреда или Джорджа Уизли. И эта мысль даже не ужасает.

* * *

Дверь кабинета Древних Рун едва захлопнулась за спиной, когда путь Гермионе преградил Рон. На его лице играла широкая заговорщицкая ухмылка.

— Готова перестать быть самой правильной девочкой Гриффиндора? — с ходу спросил он.

Гермиона обречённо выдохнула и кивнула, поправляя тяжёлую сумку с книгами.

Рон развернулся и уверенно зашагал по коридору. Гермиона кинулась следом — угнаться за длинными ногами Уизли было непросто. Спустя десять минут непрерывного петляния и постепенного спуска температура ощутимо упала: они забирались всё глубже в подземелья, шли мимо основных лестниц и явно смещались в сторону территории Слизерина.

Гермиона нахмурилась, оглядывая сырые каменные стены.

— Ты уверен, что нам именно сюда?

Рон почесал затылок. Былая уверенность слегка потускнела.

— Фред и Джордж объясняли маршрут довольно подробно, — пробормотал он. — Очень надеюсь, что они не решили разыграть меня в честь твоего праздника.

В самом конце глухого, пыльного коридора стоял ржавый рыцарский доспех, закрывая глубокую нишу. Рон подошёл вплотную и дважды звонко стукнул концом палочки по забралу шлема. Металл лязгнул. Доспех со скрежетом отшагнул в сторону. Каменная кладка за ним беззвучно подалась назад и съехала вбок, открывая провал узкой винтовой лестницы, тонущей в чернильной темноте.

Гермиона с сомнением посмотрела в чёрную дыру, но отступать было поздно.

— Люмос.

Бледный свет на конце палочки выхватил крутые, истёртые ступени. Она решительно перешагнула порог. Рон скользнул следом, и стена за его спиной сомкнулась, отсекая путь.

Они спускались долго. По ощущениям Гермионы, они миновали не меньше трёх уровней вниз, прежде чем лестница перешла в тесную каменную кишку, извивающуюся, как тело огромного змея.

— Знаешь, — вдруг глухо произнёс Рон ей в спину. — Всё это так похоже на наши первые курсы.

Гермиона, не сбавляя шага, освещала путь.

— В каком смысле?

— Ну, ещё до появления Моргана, чудачки Лавгуд... До того, как начались реальные опасности.

Гермиона фыркнула, перешагивая через выбоину в полу.

— Рон, ты что-то путаешь. Опасности были всегда. На первом курсе тебя едва не забила насмерть каменная статуя на гигантской шахматной доске.

Она не видела его лица, но по интонации поняла, что Уизли пожал плечами.

— Тогда я хотя бы что-то контролировал, — ответил он с непривычной горечью. — От меня хоть что-то зависело. А сейчас...

— Сейчас всё точно так же, — жёстко возразила Гермиона. — Просто стараться нужно ещё больше.

— Легко сказать, — проворчал Рон, задевая низкий свод. — Когда вместе собрались Избранный, поехавший самурай и самая умная ведьма Хогвартса, нужно из кожи вон лезть, чтобы хоть на что-то влиять. Особенно когда ты просто обычный человек.

Гермиона чуть улыбнулась внезапному комплименту.

— Так уж и самая умная?

— Даже слизеринцы так считают, — припечатал Рон. Спорить в тёмном туннеле не имело смысла.

Луч света упёрся в глухую каменную плиту. Путь закончился.

Рон протиснулся вперёд.

— Отойди немного, — предупредил он. — Сейчас будет пыльно.

Несколькими быстрыми пассами палочки он сдвинул преграду. Плита со скрежетом ухнула в сторону, подняв в воздух удушливое облако вековой пыли. Они закашлялись, жмурясь и пытаясь разогнать пыль руками, пока пролезали в узкий проём.

Миновав заставленный старыми бочками погреб, они по ветхой деревянной лестнице поднялись наружу.

В лицо ударил влажный вечерний воздух. Гермиона отряхнула мантию и осмотрелась. Задний двор, загромождённый пустыми ящиками и кегами. Рон подмигнул ей, снимая паутину с рыжих волос.

— Задний двор «Трёх мётел». Об этом ходе почти никто не знает. Считай его ещё одним подарком.

Он потянулся и открыл перед ней неприметную заднюю дверь паба.

Гермиона перешагнула порог. Глазам потребовалась секунда, чтобы привыкнуть к желтоватому полумраку полупустого зала после улицы.

Взгляд мгновенно выцепил дальний угловой стол. Гарри, Киран, Невилл, Луна и Джинни. Рядом с ними — Лаванда и Парвати. В центре столешницы возвышался огромный торт, окружённый запотевшими бокалами со сливочным пивом. Все ждали только их.

Заметив Гермиону, компания мгновенно пришла в движение. Гарри и Луна торопливо, едва не толкаясь локтями, принялись поджигать свечи кончиками палочек. Киран поднялся из-за стола, делая шаг навстречу.

— С днём рождения, Гермиона! — грянул нестройный хор голосов.

С сухим треском взорвалась одинокая хлопушка, осыпав деревянный пол конфетти.