Повелитель Тайн (джен)

Шэррон взяла успокоительное, хранившееся в стеклянной пробирке, посмотрела на казавшуюся чистой жидкость и слегка кивнула.

— Хорошо.

«Как обычно немногословна…»

Клейн улыбнулся и сказал:

— Мисс Шэррон, можешь назвать мне несколько заранее намеченных мест битвы, которые вы выбрали? Я хотел бы в ближайшие дни заранее ознакомиться с окрестностями. Тогда, какое бы место вы ни выбрали в итоге, моя подготовка будет более чем достаточной.

«А раз право выбирать место финальной битвы остаётся за ними, они не станут бояться, что я сообщу властям или другим Потусторонним, которые захотят поживиться за чужой счёт… Конечно, если она мне правда не доверяет, можно ещё раз провести „нотариальное заверение“…»

Шэррон несколько секунд смотрела на него голубыми глазами, а затем сказала:

— Вернувшись, подготовь карту Баклунда.

— Оставь её на кофейном столике.

— Без проблем. Надеюсь, наше сотрудничество пройдёт не только гладко, но и приятно. — Клейн по привычке наклонился вперёд, чтобы пожать руку.

Шэррон опустила взгляд на его руку, и её фигура постепенно растворилась в воздухе.

Клейн продолжил движение и поднял правую руку, чтобы пригладить чёрные волосы, сухо рассмеявшись.

Он заранее спросил о месте битвы не только ради подготовки к заданию, но и чтобы держаться настороже перед Шэррон и Мариком.

Хотя их философия заключалась в подавлении и сдерживании желаний, нельзя было исключить, что они избавятся от человека, когда тот перестанет быть полезен. Клейн не мог быть уверен, что у Призрака Стива, Зомби Джейсона и Оборотня Тира не найдётся чего-нибудь, к чему эти двое Мутантов испытают ненормальное желание. Если там действительно окажется сокровище, способное пробудить сильный злой умысел у любого обычного Потустороннего, Клейн не мог гарантировать, что оба Мутанта сумеют себя удержать.

Поэтому ему нужно было заранее разобраться в обстановке и подготовить путь отступления на случай, если они захотят заставить свидетеля замолчать.

Дело было не в том, что Клейн не доверял Шэррон, с которой уже вместе пережил смертельную опасность. Это была самая базовая форма самозащиты.

«Не замышляй зла другим, но остерегайся зла от других…» Клейн повернул голову к окну и мысленно вздохнул, вспоминая китайскую поговорку.

Экипаж ехал вперёд, оставляя позади один газовый фонарь за другим. Улицы становились просторнее и чище, и, заплатив три соли, чуть больше чем через полчаса он вернулся на Минск-стрит.

«В такое время брать экипаж и правда дорого…»

Клейн поднял голову к почти чёрному небу и красной луне, которая едва пробивалась сквозь облака.

Пройдя ещё немного, он вдруг увидел, что дом адвоката Юргена погружён во тьму.

Клейн достал золотые карманные часы, щёлкнул крышкой и взглянул на время. С усмешкой он свернул к двери Юргена и открыл её данным ему ключом.

В этот момент чёрный кот Броуди уже тихо сидел за дверью, глядя на посетителя парой изумрудно-зелёных круглых глаз. В комнатах было темно и тихо, пустынно и одиноко.

Клейн присел на корточки и попытался погладить Броуди по голове, но тот быстро отступил и с отвращением отбросил его руку.

Смеясь и качая головой, Клейн поднялся, открыл вентиль и зажёг газовую лампу. По описаниям Юргена он подошёл к шкафу и нашёл заранее приготовленную еду.

Затем он прошёл на кухню, поставил чайник и принялся готовить любимое блюдо Броуди — варёную куриную грудку.

Чёрный кот пошёл за ним и ловким прыжком оказался на рабочей поверхности. Он сел рядом и молча наблюдал, не устраивая шума.

Клейн взглянул на него, мысленно репетируя, как будет разбирать куриную грудку на волокна, и заговорил с Броуди:

— Ты, наверное, скучаешь по миссис Дорис, верно?

— Беспокоишься о её состоянии…

— Адвокат Юрген сегодня не вернулся домой. Тебе, одному коту, одиноко и неуютно? Чувствуешь, что тебе не хватает ощущения принадлежности и ты совершенно вымотан…

…

Пока он говорил, голос Клейна постепенно затих.

Чёрный кот Броуди всё так же сидел там и спокойно смотрел на него. Он не шумел и не мяукал.

* * *

Одри пригласили на чай в дом леди Нормы.

— Это те самые эксперты по мистицизму, о которых я говорила, — тепло представила почётных гостей леди Норма. — Это мистер Гильберт Алукард, психолог и дизайнер ювелирных изделий. Он очень талантлив. А это мисс Эскаланте Оселека. Она врач в сфере душевного здоровья, то есть психиатр.

Гильберту Алукарду было за сорок. Он выглядел человеком южноконтинентального происхождения, а кожа у него была коричневой.

Каштановые волосы, голубые глаза и черты лица ничем особенно не выделялись. От него исходило ощущение молчаливой сдержанности.

Эскаланте Оселека была круглолицей дамой с почти детским лицом: она выглядела как юная девушка, всё ещё учащаяся в публичной школе или гимназии, хотя уже была психиатром.

Она была на три-четыре сантиметра ниже Одри, с длинными, чёрными как вороново крыло волосами до талии и парой озёрно-голубых глаз.

Одри обменялась с ними несколькими любезностями, затем села и остро ощутила, что Алукард и Эскаланте наблюдают за ней.

Она не использовала способности Телепата и притворилась, что ничего не знает. Заводя разговоры о мистике, Одри постоянно следила за собственными эмоциями, чтобы они оставались в самом логичном состоянии.

«Нельзя позволить им узнать, что я уже Потусторонняя и уже приняла зелья Зрителя и Телепата…» Одри точно знала, какую роль ей нужно сегодня сыграть.

В отличие от молчаливого Алукарда, Эскаланте была весьма разговорчивой. После нескольких реплик она спросила:

— Вы знаете о Большом годе и Большом месяце?

— Нет, я о таком не слышала, — осторожно ответила Одри, пользуясь только знаниями, которые получила от общения с любителями мистики.

«На самом деле я уже узнала от мистера Повешенного, что такое Большой год и Большой месяц…» — с улыбкой добавила она про себя.

— Большой год — это число лет, за которое ось вращения нашей планеты описывает полный круг смещения; всего 25 920 лет. В мистике это считается полным циклом от начала до конца. Большой месяц — это число лет, за которое такое смещение проходит одно из двенадцати созвездий. Каждый Большой месяц длится 2160 лет. При переходе от одного Большого месяца к другому происходят страшные бедствия. А согласно расчётам, от конца текущего Большого месяца нас отделяет не так уж много лет… — Эскаланте говорила уверенно, сохраняя гармоничную атмосферу.

Одри скрывала, что знает немало, и время от времени с любопытным видом задавала неправильные вопросы.

Так время пролетело быстро. В конце чаепития Алукард и Эскаланте одновременно поднялись, чтобы попрощаться, и покинули дом леди Нормы.

Это довольно сильно разочаровало Одри. Она воображала, что в конце они всё же намекнут на Психологических Алхимиков, но в итоге ничего не сказали.

«Да, для тайной организации, которую нельзя раскрывать, проверка кандидатов не может быть такой простой и прямой… Похоже, им нужно несколько раз пообщаться со мной и тайно понаблюдать, прежде чем решить, раскрывать ли мне информацию и вербовать ли меня в организацию… Это тоже неплохо. Я могу сообщить об этом мистеру Шуту!»

Одри быстро поняла скрытую причину.

Затем она тоже попрощалась, и леди Норма проводила её до двери, улыбнулась и сказала:

— Одри, я вижу, ты тоже интересуешься психологией. Почему бы тебе не подумать о том, чтобы до замужества стать психиатром?

— Граф Холл и его жена — последователи Богини. Они должны поддержать тебя в таком деле.

Среди аристократов, если не случалось финансового кризиса или иных особых обстоятельств, договорённость о браке требовала долгого процесса. Решение принимали только после тщательных размышлений и сравнений. Ведь это было не только дело двух молодых людей, но и союз, взаимная поддержка двух семей.

Поэтому, хотя аристократки после восемнадцати лет могли под покровительством королевы официально выходить в свет, объявляя о совершеннолетии и готовности рассматривать брак, по статистике они часто создавали семью только после двадцати шести.

Точно так же средний возраст первого брака у аристократов-мужчин, которые идут в армию или политику, составлял 28,5 года.

Иными словами, после совершеннолетия у Одри будет около восьми лет, чтобы заниматься тем, что ей нравится.

Церковь Богини Вечной Ночи всегда поощряла верующих женщин выходить на работу и заниматься определёнными профессиями. В аристократических кругах немало молодых леди и женщин становились литературными критиками, музыкантами, пианистками, художницами и прочими.

«Это проверка?»

Одри слабо улыбнулась и ответила:

— В таком случае мне нужно будет прочитать больше книг.

На самом деле Одри всегда считала, что членам Психологических Алхимиков не слишком безопасно становиться психологами или психиатрами, ведь верхушка официальных организаций, например Ночные Стражи и Уполномоченные Каратели, скорее всего, знала о Методе Действия. Поэтому они обязательно уделяли бы этой группе людей больше внимания.

Леди Норма, казалось, была довольна её ответом и с улыбкой произнесла:

— Эскаланте и Алукард — хорошие учителя.

— Что ж, возможно, мне стоит попросить мисс Эскаланте стать моей домашней наставницей по психологии. — Одри послушно кивнула.

* * *

Когда Клейн проснулся ранним воскресным утром, он обнаружил, что на карте Баклунда, лежавшей на кофейном столике в гостиной, обведено несколько мест, причём они находились недалеко друг от друга. Поэтому всё утро он провёл за тем, что внимательно знакомился с окрестностями, точно выясняя, какие именно здания находятся вокруг и где находится ближайшая церковь.

Во второй половине дня, снова оказавшись свободен, он отправился в клуб «Квилег», чтобы потренироваться в стрельбе и потусторонних силах.

Едва войдя в холл, он увидел хирурга Аллена Цереса, который, опираясь на костыль, медленно ковылял из буфета.

Поздоровавшись с ним, он озабоченно спросил:

— Как вы в последнее время, Аллен? Удача улучшилась?

Аллен, от природы обладавший бесстрастным лицом, искренне улыбнулся.

— По крайней мере, теперь я уже не такой невезучий.

— Я последовал вашему совету, сходил в церковь и рассказал епископу об этом деле. Он велел мне сразу идти в исповедальню и молиться Богине.

— Во время молитвы я правда уснул, но почувствовал, будто Богиня даровала мне состояние покоя. После этого моя удача стала нормальной!

— Хвала Богине!

Он начертил на груди багровую луну.

«Судя по моему опыту, скорее всего, тебя погрузил в сон некий Ночной кошмар Последовательности 7. Потом Ночной Страж, специализирующийся на ритуалах, быстро установил алтарь, помолился Богине и нейтрализовал твоё невезение…»

Клейн улыбнулся.

— Прекрасно!

В этот момент Аллен взглянул на Клейна и заявил:

— Шерлок, мне всегда казалось, что в своей вере в Бога Пара и Машин вы не особенно благочестивы. Почему бы вам не сменить веру? Посмотрите на меня — я идеальный пример. Уверуйте в Богиню!