Лучший друг (джен)

— Значит, Оби-Ван, — подытожил Вейдер, разглядывая несколько голографий, отправленных дроидом-разведчиком, которого запоздало уничтожил бывший мастер-джедай. — Интересно, почему именно Татуин?

Вейдер не хотел возвращаться больше никогда в ту дыру, из которой с трудом сбежал в детстве, но долг дружбы перед Асокой звал.

Из огромного лобового стекла открывался величественный вид космического пространства. Бледно сияли туманности, перешептывались звезды.

* * *

Песок разлетелся в разные стороны, ревел двигатель небольшого шаттла, приземляющегося на поверхность планеты. Вышедший из него мужчина развел руки в стороны и глубоко вздохнул, сказав:

— Здравствуй, дом!

Энакин Скайуокер глубже надвинул капюшон, защищая глаза от солнц, заходящих за горизонт.

Несмотря ни на что, он любил эту планету. Было в белом и желтом песке, который часто поднимался пыльными столбами в воздух, что-то родное. На небе не было ни облачка. Длинные синюшные тени расползались от любых, пусть даже самых малых неровностей рельефа. Энакин считал, что ненавидит Татуин, но стоило ему снова ступить на знакомый с детства песок, сердце затрепетало, а на душе стало легко.

— Оставайся на борту, R2-D2, — скомандовал он, обернувшись.

Энакин вышел в путь. Неглубокие следы на песке пропадали через минуту. Второе солнце закатилось за горизонт. На пустыню легла ночь. Мелкие твари, прятавшиеся в темных норах, вылезли и начали охоту. Пустыня ожила. Неожиданно для себя Энакин рассмеялся.

— Я дома! — выкрикнул он. Это восклицание разрезало ночь, как луч солнца.

Он ускорил шаги, а потом перешел на бег. Темная тень встала перед ним, появившись из-под земли. Вомп-крыса. Энакин усмехнулся в ответ на грозное рычание и провел рукой перед носом зверя. Рычание утихло, шерсть на спине крысы улеглась. Энакин протянул к ее морде руку, и крыса послушно подалась вперед. Ситх провел несколько раз по шерсти крысы.

— Уходи, — прошептал он зверю, и тот повиновался, уходя с его дороги. — Славная! — наградил Энакин крысу комплиментом и продолжил свой путь.

Он держал курс, повинуясь Силе, ведущей его за руку через мрак и ночь. Где-то там впереди возвышался, как маяк в море, в Силе Оби-Ван Кеноби, к встрече с которым Энакин был готов. Более того, он ждал этой встречи, и сейчас размышлял, стоит ли перед дракой поговорить, расспросить джедая.

Идя по песку мимо угольно-черных барханов, Энакин вспоминал все то, что принес ему Татуин. На мгновение показалось, что из тьмы на него посмотрела мама и улыбнулась, Квай-Гон кивнул, поздравляя с победой в гонке, C-3PO первый раз назвал его хозяином.

— Я ошибался, — прошептал Энакин себе под нос, — это все-таки славное место.

* * *

Когда он подошел к узкому входу в пещеру, замаскированному в скале, внутри его ждали. Конечно, Энакин прятался в Силе, но ученическая связь, вернее, ее жалкие остатки, которые привели его сюда, сообщили и для Кеноби о появление гостя.

«Так странно, — подумал Энакин, — почему же он не ушел?»

Энакин толкнул дверь. Щелкнула лампа, включаясь. Теплый свет залил маленькую комнату, посреди которой сидел за столом мужчина.

— Ну, привет! — грустно хмыкнул Оби-Ван Кеноби.

— Здравствуй, — сказал Энакин спокойно и тихо.

Вдруг сам для себя неожиданно, он почувствовал, что не ненавидит этого человека и не желает ему смерти, хотя тот и причинил ему огромную боль.

— Ты хочешь поговорить? — спросил Оби-Ван, подняв голову, и Энакин не узнал эти глаза. Никогда раньше в них не было столько боли, печали и чего-то еще, что ускользало от Энакина. Наверное, это было раскаяние.