Профессор Бербидж (джен)

Йольские праздники, или Рождество, прошли очень тихо и спокойно — ритуал колеса года вновь праздновали всей деревней. На следующий день я смогла дойти до кладбища и убраться на могилах «супруга и сына», а вечером отправила подарки — соленья, варенья и прочее. К примеру, Флитвик и свёкор очень любили выпить в компании с Хагридом. Так почему не отправить джентльменам пару бутылок столичной и две банки солёных огурцов? Странно? А я дама ненормальная — мне всё можно! Можно отправить банку джема в специально связанном для этой баночки свитере. Можно подарить Спраут семена и не подписать, что это. Можно любителю лимонных долек прислать самые настоящие сухие дольки лимона в сахарной посыпке и так далее.

Ответы на мои презенты были не менее оригинальны: Спраут прислала три листика с указанием, где и как посадить, свёкор — лукошко какой-то магической ягоды (надо будет потом спросить у Помоны, что это такое), директор — несколько килограмм сахара. Локхарт, помимо обещанной чешуи от василиска, приложил кусок жвала акромантула и копыто кентавра. Но самый интересный подарок преподнесла дорогая заместитель министра — Долорес Амбридж.

Чиновница высокого уровня прибыла в гости согласно заветам Винни-Пуха утром и с явным желанием похмелиться: видимо, Новый год отпраздновала удачно.

— Дорогая, какая это прекрасная еда! — воскликнула женщина, попробовав огуречный рассол.

— Если нравится, то можешь взять баночку, — ответила я.

— Ты сама придумала такой способ? — поинтересовалась Амбридж.

— Не совсем. — О боги! Ненавижу светскую беседу про погоду и природу! Хочу сразу к сути. — Это славянское блюдо. Я просто решила попробовать повторить рецепт. Сильванусу понравилось, и он попросил сделать побольше…

— Пожалуй, я заберу себе баночку, — перебила меня Амбридж, направляясь к декоративной полочке, где «для красоты» стояли маленькие баночки с закрутками по двести пятьдесят миллилитров.

— Долорес, давай ты расскажешь, зачем пришла, а потом будем праздновать Рождество дальше.

— Чарити, — важно сказала женщина, — тебя никогда не примут в высшем обществе. А знаешь почему?

— Родословной не вышла, — ответила я.

— Нет! Ты не умеешь вести светскую беседу.

Амбридж ещё минут двадцать распиналась о том, как вести себя в высшем обществе, попутно обчищая декоративные полочки с баночками, коробочками и мылом. Неприятно, конечно, но не смертельно. Долорес дама видная, сама пробивала себе дорогу, и не через постель, а умом, интригами, знаниями… Но можно вывести девушку из деревни, а деревню из девушки нельзя. Да, заместитель министра достигла определённых высот, хорошо держится на людях, и лишь с немногими друзьями-знакомыми она показывает истинное лицо — человека, который живёт в нужде и страхе за своё будущее… С одной стороны, даже жаль её, с другой — это мои баночки, стерва!

— Это не еда, а мыло! — крикнула я, наблюдая, как «подруга» пытается снять кожуру с мандарина.

— Да? А пахнет… Я возьму?

И что мне ответить? Иди на хер! Я столько времени на это убила, а ты мне тут всё испортила?

— Конечно, бери! — О, скоро научусь лицемерить, прям как в высшем обществе.

Амбридж продолжила рассматривать и обчищать мою кухню и только минут через десять перешла к сути — проблеме с собственным сыном. Ей необходимо было познакомить и окольцевать мальчишку, чтобы он вошёл в одну чистокровную семью.

— Не понимаю, что тут думать? — спросила я. — «Пророк», выигрыш, путешествие, знакомство, ну а дальше, может, есть смысл перевести мальчишку в Шармбатон?

— Чарити, — раздражённо сказала Долорес, — разложи всё по полочкам. Я уже голову сломала, как тут быть.

— А что непонятного? Пусть «Пророк» объявит конкурс. Приз — тысяча галлеонов. Выиграют три семьи — Рочестеры, Уизли, и пусть будут Девисы. Приз даётся для посещения какой-либо страны. И отправятся опекуны Луи вместе с детьми во Францию. Там мальчик познакомится с девочкой, подружится, а потом либо по обмену студентами уедет на полгода-годик во Францию, либо полностью переведется в Шармбатон.

— Так просто? — удивилась заместитель министра.

— А с чего бы я искала что-то сложное? Чем проще, тем лучше! — Надеюсь, в её светлую голову больше никакие «интересные» идеи не придут.

— Ох, милая! — наигранно воскликнула чиновница, резко обрывая тему разговора. — Как же я могла забыть?!

Амбридж взмахнула палочкой, призывая розовую сумочку, открыла её и извлекла два пергамента, перевязанных красной лентой с сургучной печатью.

— Твой участок попал под программу помощи бюджетным работникам! Здесь освобождение от уплаты земельного налога, пошлины за использование на участке рунических символов, разрешение на предпринимательскую деятельность и разрешение на животных класса опасности ХХХХ.

— А во второй? — Ой как интересно! А если бы я не придумала способ знакомства для сыночка, эта ж-ж-ж…женщина вспомнила бы о документах?

— Расширение твоего участка.

— Ого! — воскликнула я, разворачивая пергамент и вчитываясь в него. — Ничего себе!

Было от чего удивиться — недалеко от моего дома начиналась болотистая местность. Не полноценное болото, а так, немного хлюпающая грязь под ногами. Почти десять гектаров этой земли отписали мне! Теперь я очень даже богатая дама.

— Спишись с Крэббом, — продолжила Амбридж, — он ведь тебе защиту устанавливал? Пусть поставит руны и чары собственности, чтобы потом претензий ни у кого не было.

Амбридж посидела ещё минут двадцать и упорхнула, оставив «подарок» в виде двух документов, абсолютно пустые полочки и кучу вопросов.

Я очень сомневаюсь, что землю и освобождение мне дали специально по распоряжению Амбридж. Скорее всего, это дают всем, но не все про это знают. А почему меня не оповестили о том, что теперь я землевладелица и освобождена от уплаты налогов и пошлин? Зачем разрешение на ХХХХ животных? Какие претензии могут быть, если за мной земля документально закреплена?

Эти вопросы я задала лорду Крэббу, к которому, по совету Амбридж, я и обратилась.

— Всё очень просто, — отвечал мужчина, накладывая какие-то чары на болотце и чертя руны на деревьях, — место дикое, твари разные, налоги на землю большие, а облагораживать надо. Вот вас и освободили от всего, и разрешение дали. Единороги, что во-о-о-н там лежбище себе устроили, считаются животными четвертого класса опасности, а шерсти от них там много останется, да и рога скоро сбросят. А что касается вашего вопроса про «не поставили в известность» — это нужно самостоятельно раз в полгода выяснять, не приписали ли вам чего или не отписали от вас чего-нибудь.

— Могут и отобрать? — удивилась я.

— Если в течение года не заберёте документ и в течение полугода после получения документа не закрепите территорию, то всё уйдет обратно в казну.

Ритуал и закрепление территории продлились ещё около двух часов. Теперь при попадании на болотце любой разумный будет чувствовать чужой взгляд и желание поскорей уйти. Конечно, с сильными волшебниками типа Малфоя, Пруэтта и им подобных это не пройдёт, но от тех же братьев Уизли, оборотней в полнолуние, акромантулов, броллаханов и прочей мелкой нечисти спасёт. А я, честно говоря, подумываю о том, чтобы засеять всю территорию такой замечательной ягодой, как клюква. Почему? Во-первых, клюква, растущая на магической территории, сама по себе является мощным оберегом от мелкой нечисти (как говорится, на Крэбба надейся, а сама не плошай). Во-вторых — место подходящее, расти хорошо будет. В-третьих — варенье вкусное. В-четвертых — чай из листьев можно сделать. Внимание, вопрос: где достать клюкву?

Своей радостной новостью и мыслями о ягоде я поделилась со Спраут. Деканша желтеньких быстро просчитала выгоду и очень хотела прогуляться по моей местности, но только я умолчала о чарах и рунах, наложенных Крэббом, поэтому от идеи сходить на болотце (читай, в Запретный лес) она отказалась, но пророщенную клюкву на весну помогла мне заказать.

Весть о моём «богатстве» быстро разнеслась по Хогсмиду. Во время посиделок в пабе Аберфорта аж сам директор пожаловал с просьбой.

— Чарити, подскажите старику, — сказал мой начальник, — это правда?

— Что я вдова и сплю с вашим братом? — я решила поехидничать. Многие находящиеся в пабе поперхнулись. — Так это наглая ложь! Мы не спим вместе — у каждого есть своя постель.

— Аг-хм! Хм… Эм-м-м, — директор явно не ожидал такого ответа. — Я, собственно, другое хотел спросить… Ваш участок…

— А что мой участок? — О, ещё один любитель халявы!

— Мне бы хотелось вас попросить… Не могли бы вы… разрешить нашему многоуважаемому охотнику поймать на вашем участке парочку мелких тварей для уроков защиты?

— А чем опушка не угодила? — А раньше почему не просил-то?

— Согласно некоторым договоренностям, ловить со стороны школы решительно невозможно…

— Директор, — перебила я, — давайте начистоту: что мешало раньше со стороны Хогсмида кого-то поймать?

— Отсутствие отца Винсента, — ответил директор. — Естественно, ловля на вашей территории за определённое вознаграждение…

— Интересное предложение, — сказала я, глядя на Аберфорта, который знаками давал понять, мол, соглашайся. — Давайте попробуем. Получится — ловите. Не получится…

— Вы думаете, что может не получиться? — удивился директор.

— Всё может быть. Дама я в возрасте, поведение — непредсказуемое. Решу молодого профессора изнасиловать, а он упираться станет! Ну и для чего он тогда мне нужен? Скормлю какой-нибудь нечисти.

В пабе было достаточно людно, и посетители с интересом прислушивались к нашему разговору, хихикали. Но как только я сказала про изнасилование, в пабе был не смех, а откровенный ржач. Народ шутку заценил и, видимо, от себя добавил, потому что прибывший на следующий день для поимки болотника Локхарт краснел, бледнел и боялся глаза на меня поднять.

— Ой, да не переживайте вы так! — Интересно, что там додумали к нашему разговору, раз он так стесняется. — Не трону я вас. Это шутка была.

— А? Да! Э-это, я пойду тогда… территория тут… большая, — белобрысый преподаватель довольно шустро скрылся за оградой и бодрой походкой потопал в болотце.

Территория у меня действительно огромная! Десять гектаров леса — это реально заблудиться можно! Мы с Крэббом прошли только три с половиной гектара, а руны и символы на остальную часть он направлял чарами. Так что оставшиеся семь мною не изучены, и, честно говоря, изучать не тянет. Желает Локхарт пройти всю территорию пешочком — да ради бога!

Вышеупомянутый профессор пропал на три дня. Я начала беспокоиться уже на следующий день, но Дамблдор заверил, что всё хорошо и не стоит паниковать.

Через трое суток профессор ЗОТИ прибыл ко мне на участок, таща за собой три аквариума, две клетки и пару ящиков с какой-то нечистью. Он сердечно поблагодарил меня за разрешение, отказался от чая и, левитируя добычу, отправился к Аберфорту, где ему помогли отправить учебные пособия (и не только) в Хогвартс.