Spiderpunk 2077 (гет)

Ход 31, Январь, 2072

Деньги: 630, 247

Материалы: 277, 957

Стресс: 35/100 (-0 ко всем броскам)

Модификаторы при броске кубика:

— Бой: +15

— КС Боя: -30

— Вражеский дебафф к броскам Боя: -23, -38 в ближнем бою

* * *

Продажи:

Чёрные паукодеки — 4

Красные паукодеки — 5

Паучьи киберконечности (руки): 5

Паучьи киберконечности (ноги): 5

ПаукоГлаз MK.1: 4

Инъектор химии МК.1: 5

Подкожная броня от «ПаркерТех»: 5

Подкожный биогель от «ПаркерТех»: 5

Укрепления костей и сухожилий от «ПаркерТех»: 4

Паукобот (Павлинчик): 5

Паукобот (Ткач): 3

Паукобот (Голый Тарантул): 5

Паукобот (Прокаченный Тарантул): 5

Паук-стрелок: 3

Хим-паук: 4

Паук-щитоносец: 4

Паук-разведчик: 4

Доходы от продаж:

10.000 (Чёрные деки) + 30.000 (Красные деки) + 1.250 (Киберконечность. Р) + 1.250 (Киберконечность. Н) + 38.000 (ПаукоГлаз MK.1) + 15.000 (Инъектор химии МК.1) + 15.000 (Подкожная броня от «ПаркерТех») + 3.750 (Подкожный биогель от «ПаркерТех») + 120.000 (Укрепления костей и сухожилий от «ПаркерТех») + 2.500 (ПБ Павлинчик) + 750 (ПБ Ткач) + 7.500 (ПБ Г. Тарантул) + 12.500 (ПБ П. Тарантул) + 3.750 (Паук-стрелок) + 2.500 (Хим-паук) + 15.000 (Паук-щитоносец) + 5.000 (Паук-разведчик) = 283,750 эдди

Фактор времени: (283,750 х2) 567,500

567,500 — 15% (доля Вика) = 482,375 эдди

Общая прибыль: 482,375 эдди

Всего денег: (450,712+ 630,247 (оставшиеся деньги на конец прошлого хода)) 1,018,122 эдди

* * *

Ежемесячная разведсводка:

— Война банд в Уотсоне сделала крутой поворот. Ещё недавно казалось, что верх одерживает Мальстрём, но теперь всё перевернулось — Альянс позёров вырывается вперёд. Потерянные территории отбиты; мальстрёмовцы откатываются назад: у них внезапно и банально не хватает стволов и патронов. Теперь Альянс стягивает силы для решающего броска в Промзону, рассчитывая так придавить хромовых торчков, чтобы наконец поставить точку в этой войне.

— Сообщается об атаках на две ключевые точки в Промзоне: по слухам, это были важные для Мальстрём позиции в продолжающейся войне за Уотсон. Ходят непроверенные разговоры, что за одну из атак отвечал таинственный Ананси. С какой стати этой чумбе ввязываться, можно только гадать.

— Поступают сведения, что в стычках с силами Альянса мальстрёмовцы будто срываются с катушек: рядовые гонки внезапно теряют инстинкт самосохранения и лезут прямо под пули. Одни списывают это на глючный хром, другие — на ослабление скрытого «поводка», но ветераны-то знают, в чём дело: ломка без депрессантов и ранняя стадия киберпсихоза.

— Из Пасифики приходят вести о серии кибератак на несколько корпоратских объектов в Хейвуде и его окрестностях. Цели неизвестны, но отсутствие реакции со стороны корпоратов наводит на мысль, что для них это мелочи.

— Беатрис шлёт ещё одну наводку: зашевелились представители корпораций при «Арасаке». Почему такая суета, она не понимает: все держат язык за зубами. Зато до неё дошло, что обещана награда в шесть месячных окладов тому, кто принесёт стоящую инфу о происходящем в Уотсоне.

* * *

Весь город гудит после моих теневых операций в Промзоне. Местная Сеть пылает от слухов и баек про Таинственного Чумбу.

Я пробегаюсь по ним, и над некоторыми откровенно ржу. Некоторые даже звучат правдоподобно: сбежавший подопытный суперсолдат НСША, сверхсекретный корпоратский полный борг, ИИ-шная вооружённая платформа, какой-нибудь разумный робот или сильно биомодифицированный клон Адама Смэшера или Моргана Блэкхенда. Фантазия у людей, как всегда, безгранична.

Есть даже мемы, где Ананси этакая жуткая крипипаста, что шастает по подполью и стебётся над раннерами и корпоратами. Парочку я сохраняю на потом.

Но новости обо мне вовсе не самое примечательное, что я нахожу в Сети.

Мои действия в Промзоне отозвались по всему Найт-Сити. Прежде всего в преступном мире: все косятся друг на друга, а потом на целые куски Промзоны, которые Мальстрём был вынужден уступить Альянсу Позёров.

Все знают, что позёрам, по большей части, эти районы не упёрлись. А значит, они останутся незанятыми, то есть будет более чем достаточно места, чтобы любая предприимчивая или уже существующая группировка могла зайти и закрепиться там.

После такой войны банд стычки неизбежны — банды попытаются отхватить себе пустующие куски Промзоны.

А ещё есть новости помельче. Например, дефицит химии в городе. И не какой-нибудь, а именно той, что помогает хромовым держать себя в руках. Депрессантов.

Жалобы и мольбы от тех, кого ломает, уже расползлись по Сети. До меня доходят сообщения о нариках и псевдокиберпсихах, которые беснуются по городу, отвлекая Макс-так и полицию от Уотсона.

Я вздыхаю. Ну, хоть не у меня под окнами. А то была бы просто непруха.

И ровно в этот момент я слышу стрельбу. Внутри дома. С криками, ответным огнём и грохотом, будто ломают что-то тяжёлое, стены и полы.

Я мгновенно вскакиваю, хватаю ствол и выскакиваю из мастерской. Саша и Пени напряжённо застыли у коридора, ведущего в хозяйскую спальню. У нетраннерши наготове её ПП, а Пени вцепилась в один из моих «Юнити».

Снаружи, в коридоре, снова крики и выстрелы. А затем я слышу это:

— Киберпсих! — орёт кто-то. — Звоните Шестой улице! Живо! Они...

Раздаётся мокрый хруст — и тишина.

Воздух застыл. Я прислушиваюсь, сердце у меня колотится как бешеное. Тишину прорезают тяжёлые шаги в коридоре.

— Х-химия... н-нужна химия... — жалобный стон отражается от дверей. — Что угодно. Возьму всё, только... д-дайте химии. Бля, я просто...

Стена моей квартиры содрогается от мощного удара.

— СУКА! БЛЯТЬ, А-А-А! — голос срывается на ярость и отчаяние. — ДАЙТЕ ХИМИИ, УЁБКИ! ЧТО, ТАК СЛОЖНО ЧУМБЕ ЗДЕСЬ ДОЗУ НАЙТИ?! БЛЯДСКОЙ ХИМИИ!

Стена снова дрожит, и тяжёлые шаги продолжаются, пока не затихают.

Мой агент пиликает, звонит Саша. Я отвечаю.

— В округе несколько психов. Шестая улица их отрабатывает, но они кинули общую рассылку: всем из затронутых зон сваливать, пока они разбираются, — говорит она. — Угадай, где мы?

— Блядь, — шиплю я в ответ по связи и кидаю групповой вызов Пени, та мгновенно принимает. — Нам надо валить. Сейчас же.

— Как? — шепчет Пени уже вслух. — Мы не можем...

— Я кого-то слышу, — доносится голос психа. — Я ВАС СЛЫШУ!

* * *

Ситуация

— Питер, Саша и Пени заперты в Питерскй квартире на одном из верхних этажей. За дверью находится киберпсих. У Питера дробовик, у Саши — ПП, у Пени — пистолет «Юнити»;

— Камеры паукоботов показывают одного гонка, но с приличным количеством хрома: кибер-руки и киберноги с модифицированной гидравликой для усиления ударов и скорости. Неизвестно, хватит ли этих имплантов, чтобы проломить укреплённую дверь или стены;

— Предварительное сканирование не выявило серьёзных внутренних имплантов, но операционка психа производная от «Берсерка»;

— Псих безоружен: ни ствола, ни холодного оружия. Он без рубашки, весь в крови. Камера показывает ещё три тела в коридоре с проломленными головами или грудными клетками, что говорит о чудовищной силе;

* * *

[Действие: Саша взламывает под действием препрарата (КС: 30/50/70/90)]

[Бросок кубика 1d100+20: 85]

[Действие: Убийство киберпсиха (КС: 20/40/60)]

[Бросок кубика 1d100+15: 109]

* * *

Я шиплю, когда псих с размаху врезается в дверь. От первого удара та дрожит, но держится, как я и рассчитывал.

Но вот второй удар, и что-то внутри трескается.

— ВЫ ТАМ! Я ЗНАЮ, ВЫ ТАМ! — орёт наркоман. — ВЫКЛАДЫВАЙТЕ! ВАШУ ХИМИЮ! ДАЙТЕ ЕЁ МНЕ!

— В дальнюю комнату. Живо, — шепчу я девчонкам по внутренней связи. Паутинка уже гонит паукоботов на огневые позиции в фальшпотолке. — Саша, отдай Пени свой ствол и на, держи.

Один из паукоботов подлетает ко мне и сбрасывает несколько ампул с моими самодельными препаратами. Я протягиваю их девушкам, они молча смотрят на ампулы.

Саша пожимает плечами и без тени сомнения всаживает их себе в шею, полностью доверяя мне. Пени замирает, таращась то на неё, то на меня.

— Я тестил на себе: никаких побочек, ни ломки, ни отходняка, — успокаиваю я её. — Даже зависимость убрал, чтобы нельзя было подсесть. Поверь, стопроцентно безопасно.

— Ты хоть представляешь, сколько раз я это слышала от барыг? — шипит Пени. — Пит, я не верю, что ты...

— ХИМИЯ?! У ВАС ТАМ ХИМИЯ?! — псих начинает колотить в дверь. Синтетический материал деформируется, трещины расползаются. — ЖАДНЫЕ УБЛЮДКИ! ДАЙТЕ МНЕ!

— Пени, принимай химию! — подгоняю я её. — Живо!

— Я... — лепечет она, мечась взглядом между препаратами в руке и психом, который вот-вот проломит дверь. — Чёрт с тобой, ладно!

— Саша, как только дверь откроется, ломай ему мозги, — командую я нетраннерше. — А мы с Пени разнесём его в клочья.

— Поняла, — кивает Саша, её зрачки расширяются. — Ого... Пит, это...

— ...почему всё будто замедлилось? — поражённо шепчет Пени. — Пит, что ты такое сотворил?

Я уже собираюсь ответить, как вдруг пара кибер-рук пробивает дверь насквозь, вырывая в ней дыру. Я вижу психа: высокий, мускулистый, с уличным хромом, от которого он кажется ещё больше. Его глаза похожи безумные бусинки, с его губ капает слюна, а всё его тело дёргается.

Он замечает нас и с визгом бросается вперёд, вытянув руки...

И резко застывает на месте.

— Есть, держу! — торжествующе кричит Саша по групповой связи. — Обнуляйте его!

Я, Пени и целая куча паукоботов в квартире одновременно открываем огонь.

Псих дёргается, пока мы со всех сторон поливаем его свинцом: мой дробовик, ПП и «Юнити» Пени, пауки-стрелки на потолке и даже Матка в моей мастерской. Всё огнестрельное оружие в квартире даёт залп, и результат не заставляет себя ждать.

Выстрелы дробовика вырывают из тела гонка кровавые ошмётки, заливая коридор за ним кровью и внутренностями. Пистолеты потолочных пауков искрят о хром психа, но под таким шквалом свинца он начинает поддаваться. Пули, попадающие в плоть, прошивают тело насквозь.

Пени больше не колеблется. Её выстрелы ложатся прямо в киберпсиха, а мой киберглаз подтверждает попадание в голову из «Юнити»: пули 45-го калибра выбивают тому глаз, входят в череп и вылетают с другой стороны с отвратительным фонтаном крови и мозгов.

Вся перестрелка длится считаные секунды — ровно столько, сколько нужно всем и всему в моей квартире, чтобы опустошить магазины.

В итоге от киберпсиха остаётся лишь кровавое месиво, кое-как держащееся на киберногах. Мгновение спустя этот памятник насилию падает на пол.

...я сношу ублюдку голову контрольным выстрелом, просто на всякий случай.

— П-Пит! — вскрикивает Пени, ударив меня по плечу. — А это зачем?!

— Никогда нельзя быть слишком осторожным! — возражаю я, пока Паутинка приказывает паукоботам разойтись. — Единственный способ убедиться, что псих мёртв, вынести ему мозги! Саша, ну же, поддержи меня!

Саша смотрит на меня широко раскрытыми, всё ещё расширенными зрачками. Она хватает молнию на своей кофте и резко дёргает её вниз. Пара мягких, упругих грудей подпрыгивает, и мой взгляд мгновенно приковывается к ним.

— С-Саша?! — ахает Пени. — Что ты...?!

— Пит, что это, чёрт возьми, такое? — требует она, подходя и впиваясь в меня поцелуем. — Я вколола эту химию, и всё вокруг замедлилось. Будто Санди врубила, только без хрома! Что это такое?!

— Самодельная химия. Ускоряет реакцию и слегка замедляет восприятие времени, — монотонно отвечаю я, так как слишком занят тем, чтобы придавать голосу в агенте хоть какие-то эмоции. — Не так сильно, как Санди, но...

— Я успела провернуть три взлома за то время, что обычно уходит на один! — рычит Саша, валя меня на пол и игнорируя возмущённые вопли Пени. — Сейчас я тебя оттрахаю, а потом ты будешь давать мне ещё этой химии!

— Да, — монотонно отвечаю я, расстёгивая ремень, пока Саша стаскивает штаны. — Боже, ты так прекрасна.

— ВЫ МЕНЯ ВООБЩЕ СЛЫШИТЕ?! — срывается на крик Пени, пока Саша насаживается на меня. — ЗДЕСЬ ТРУП ЛЕЖИТ В ТРЁХ МЕТРАХ! ВЫ ПРОСТО ОМЕРЗИТЕЛЬНЫ! ГОСПОДИ!

* * *

Я иду в спальню — когда-то мою, а теперь по праву завоевания принадлежащую Пени — и аккуратно укладываю Сашу. Я подбираю с пола полотенце и мягко провожу им по её бёдрам, отчего она вздрагивает и тихо стонет по связи.

— П-Пит, н-не так быстро снова...! — хнычет она. — Я... всё ещё чувствительная...!

— Знаю, знаю, я просто протираю тебя, — уверяю я её. — И не хочу, чтобы Пени злилась, что ты испачкаешь её простыни.

— Она слишком напряжённая. Ей бы мужика найти или ещё что, — нетраннерша хватает меня за руку. — Останься.

— Не могу. Нужно заделать дверной проём и позвонить насчёт замены, — вздыхаю я. — Пени тоже разозлится, если мы оставим его открытым дольше, чем уже оставили.

— Она достаточно взрослая, чтобы о себе позаботиться. Останься, — Саша с неожиданной силой тянет меня на себя, и я падаю прямо на её грудь. — Гонк. Ты что, не знал, что невежливо бросать девушку без обнимашек после секса?

— Это так обязательно? — моргаю я.

— Конечно, — хихикает она. — Это помогает продлить послевкусие и нормализовать организм после такой тренировки.

— Хах. Ну, каждый день узнаёшь что-то новое, — моргаю я. Похоже, придётся снова погрузиться на Зону Умников. — Так, э-э...

— М-м-м? — мурлычет она.

— Как тебе химия? — спрашиваю я, чувствуя себя совершенно не в своей тарелке. — Исследования по ней я забросил, так что хотел бы получить отзыв после этого импровизированного полевого теста. Я не особо горю желанием толкать «Слоу-Мо» и «Провидца», а вот «Демонюга», «Рывок» и «Эликсир», по-моему, вполне годятся для рынка. Они же просто улучшенные версии того, что и так можно найти.

Саша ненадолго замолкает, а потом обнимает меня, утягивая глубже в свою грудь так, что мой рот оказывается зажат и я чуть не задыхаюсь в её титьках.

— Ты иногда такой гонк, Пит, — говорит она со смесью веселья и досады. — Я-то думала, ты будешь хорошим секс-партнёром и будешь говорить о правильных вещах. Но нет, тебе прям надо ляпнуть глупость и задвигать про свою науку и задротство.

— Я... я что-то не так сделал? — моргаю я, слова звучат глухо через её мягкую грудь. — Я должен был сказать что-то другое?

— Да, но я другого и не ждала, — усмехается она. — Ну, итак, хочешь отзыв об эффективности той химии?

— Да, пожалуйста, — киваю я в её грудь, слова звучат как «да, пожалуйфта». Саша хихикает.

— Ну, во-первых, что за химию такую ты мне дал, от которой всё замедлилось? — спрашивает она. — И как мне достать ещё?

Я вкратце объясняю, что делает препарат: ускоряет передачу биоэлектрических импульсов между нейронами, что субъективно замедляет восприятие времени.

И поскольку всё происходит в мозгу, эффект, как я полагаю, лучше всего заметен у нетраннеров вроде Саши, чья специализация манипуляции в киберпространстве с помощью нейроимплантов. Это, по сути, ускоряет её способность к взлому. Что... хм.

— ...Я и не подумал, как эта химия будет взаимодействовать с хромом, — говорю я, видя, как Саша ошеломлена моим случайным откровением о, по сути, допинге для нетраннеров. — Хотя должен был, раз уж речь о нейрохроме, но меня, видимо, больше занимали его несетевые применения, а не...

— Пит, — перебивает Саша и целует меня. — Я хочу ещё.

— Саша... — пытаюсь я возразить, но она целует меня до беспамятства. — Пф-ф... подожди...

— Я заплачу, сколько скажешь. Я позволю трахать меня когда и где угодно, — обещает она между поцелуями, и я знаю, что она это серьёзно. — Просто дай мне дозу этой штуки, когда я иду на дело или ещё куда, и похер на зависимость.

— Она... она не вызывает зависимости, — бормочу я, ошеломлённый. — Ты не... не подсядешь... от передозировки...

Саша замирает.

— Ну, тогда я даже не знаю, что ещё могу позволить тебе со мной делать в обмен, — пожимает она плечами, продолжая меня целовать. — Но пока ты будешь мне её давать...

— Саша... С-Саша, подожди, — с нечеловеческим усилием воли я отталкиваю её. — Стоп. Дай я объясню кое-что ещё.

— А что тут объяснять? — моргает Саша. — ...погоди, есть какие-то жёсткие побочки? Бля, я что, стану бесплодной от злоупотребления?!

— Нет, нет, ничего настолько серьёзного, — вздыхаю я. — И тебе стоит больше волноваться о печени и почках, а не о бесплодии. Такое случается, только если использовать химию на животных.

— Справедливо, — пожимает она плечами. — Так что ты хотел объяснить?

— Ладно, Саша, — я двигаюсь и притягиваю её в объятия. Нетраннерша тут же утыкается мне в бок. — Этот препарат, который я тебе буду давать... принимать его можно только через внутренний хром. Никаких инжекторов. Я буду пополнять твой внутренний резервуар, когда ты будешь заходить. То есть никаких следов, по которым можно что-то отследить.

— Да, я так и думала, — кивает она мне в грудь. — Если кто-то про это узнает, ты станешь самым разыскиваемым человеком в Найт-Сити. Чёрт, может, и во всём мире.

— Вот именно. И если это случится, я больше не смогу тебе его давать, — говорю я. Она замирает. — Да. Так что никому ни слова. Если информация просочится, это станет опасно для всех.

— П-поняла, — кивает она. — Никому не говорить, следов не оставлять, внимания не привлекать.

— Умница, — я целую её в лоб, и она улыбается. — Пока ты будешь это соблюдать, я буду твоим поставщиком, и ты сможешь делать то, что делаешь как нетраннер. Справедливо?

— Очень, — кивает она, заметно оживившись. — Так чего ты хочешь?

— ...в смысле? — моргаю я.

— Ну, ты даёшь мне, по сути, химию, с которой я могу взламывать быстрее, с условием, что я никому об этом не скажу, — пожимает она плечами. — Должен же быть подвох, верно? Какая-то цена? Эдди или что-то ещё?

...

— Я всё время забываю, что у людей в Найт-Сити эта дурацкая установка, что за всё, что для тебя делают, надо платить, — вздыхаю я. — Даже не знаю, злиться мне или грустить по этому поводу.

— Почему? Это же нормально, — она смотрит на меня снизу вверх. — За то, что для тебя что-то делают, нужно отплачивать, верно?

— Верно. Но не всегда, — я обнимаю её крепче и зарываюсь носом в её волосы, вдыхая запах шампуня. — Иногда люди делают что-то для других просто потому, что хотят, а не ради денег.

— Звучит как сказка, — фыркает она, обнимая меня в ответ. — Никогда не встречала никого, кто делает что-то бесплатно.

— Ещё как встречала, — смеюсь я. — Он прямо сейчас тебя обнимает.

* * *

Саша не знает, что такое любовь.

Теоретически она понимает, что это значит. Она чувствовала это к матери и сестре, хотя это скорее платоническое. Этим же словом она описывает свою страсть к нетраннерству, когда её спрашивают.

Но сама любовь? Нет, она её не знает. Не по-настоящему.

И где-то в глубине души — не хочет знать. Её работа опасна и имеет свойство оставлять много-много неприятных хвостов, если хоть что-то пойдёт не так. Поэтому она обычно ограничивается одноразовыми связями и быстрыми перепихонами, если есть настроение или партнёр достаточно симпатичный.

Она видела, что случается, когда люди, у которых есть кто-то мэйнлайн, теряют его из-за неудачного дела. Она не хочет испытывать такого отчаяния, терять что-то настолько важное, что это могло бы стать частью её самой.

Но здесь, в объятиях Питера, она всё равно начинает это чувствовать.

И дело не только в том, что он милый и умный, потому что это так. И не только в том, что он продаёт ей топовые штуки или вообще отдаёт их бесплатно.

Он заботится. Он заботится о ней не только в профессиональном и деловом смысле. Она видела, как он мгновенно бросился на выручку Пени, когда та попала в беду, и слышала от Киви, как он помог ей выбраться из заварушки.

И он делает это, не требуя и не ожидая ничего взамен. Он потерял кучу всего и почти раскрыл свою теневую личность, по сути, уйдя в чистый убыток. И ради чего? Ради плаксивой девчонки и нетраннера, чья команда откусила больше, чем могла проглотить?

За меньшее люди убивали друг друга. Но не Пит. Никогда не Пит.

И это... это заставляет Сашу что-то чувствовать. Она не знает, что это — счастье, наверное. Удовлетворение, вероятное. И что-то ещё, вроде тепла, разливающегося по телу, от которого она улыбается и хочет большего.

Так вот каково это, любить?

Она не знает. Но хотела бы узнать.

— Так какую неприступную крепость мне нужно построить, чтобы защититься от чего угодно, кроме Смэшера? — спрашивает парень, как и подобает полному гонку-задроту. — Раз уж моя работа, во всех смыслах этого слова, кажется, привлекла внимание корпоратов.

Саша вздыхает и обнимает его крепче.

— Гонк, — говорит она, нежно и с лёгкой досадой. — И что мне с тобой делать?

* * *

В последующие дни всё немного утихает: последних буйных психов усмиряют, и в Санто-Доминго возвращается относительное спокойствие. Труп убирают, а мою дверь меняют в тот же день.

По Найт-Сити всё ещё бегает несколько таких типов, но полиция и Макс-так разбираются с ними по одному. Кстати, непринуждённые разговоры с моими фиксерами принесли полезную информацию о внезапном всплеске активности эджраннеров в районах, затронутых киберпсихозом. Как мило.

Я, может, и не одобряю преступность и сопутствующие ей занятия, но эджраннеры сейчас делают полезное дело. Так что респект им за усердие.

Работа оказывается настолько прибыльной, что Мэйн вызывает Сашу, и та уходит, предварительно получив дозу «Слоу-Мо». Мне определённо стоит задуматься о создании отдельного производства химии, если она будет так часто этим заниматься.

Тем не менее, теперь я знаю, что открыл новый источник дохода; и если я решу продавать свою химию, то смогу не только сорвать куш, но и что-то изменить в Найт-Сити. Всё это хорошие перспективы.

Нужно только найти продавцов, которым можно доверять и которые не сдадут тебя при первом же запахе эдди и власти. Но, опять же, это можно сделать позже — когда Вик закончит свою проверку и у меня появятся кандидаты на выбор.

А до тех пор нужно создать запас химии, хотя бы для Саши. А затем...

Раздаётся стук в дверь. Я проверяю, кто там, и открываю.

— Киви! Привет! — смеюсь я, обнимая её; она отвечает тем же. — Вообще не думал, что увижу тебя здесь! Заходи, заходи!

— Спасибо. Была неподалёку и решила заскочить, проверить, как ты, — радостно говорит она, входя за тобой. — Ага, вижу, ты перешёл на диванную жизнь.

— Не по своей воле, — вздыхаю я. — Пени и Саша живут здесь, и эти двое отжали мою удобную кровать.

— Как и положено женщинам, — с глубоким и понимающим видом кивает Киви.

— А не должны были. Кровать моя, и за аренду плачу я, — фыркаю я, проходя на кухню. — Нахлебницы могли бы хоть какой-то вклад делать.

— Саша не делает? — моргает Киви. — С Пени понятно, она ещё ребёнок, но можно было подумать, что у эджраннерши найдутся лишние эдди на аренду. Или хотя бы на еду.

— Да она, наверное, занята или что-то в этом роде, — вздыхаю я. — Будешь что-нибудь? Препак, воды?

— Хм... есть что-нибудь сладкое?

— Полно. Саша тащит «Сойлент Ред» как не в себя, — смеюсь я, доставая из холодильника и протягивая ей бутылку. — Есть ещё «Сака-Сип» и «Мили-Рейд», если хочешь.

— Фу, «Мили-Рейд»? — морщится Киви. — Кто это пьёт? Только не говори, что ты, Пит, у него отвратительный вкус.

— Не я, Пени. По-видимому, на вкус оно как что-то, с чем она была знакома до Найт-Сити, — пожимаю я плечами. — Не мне ей указывать, что пить. И к тому же, могло быть и хуже, — я бросаю на неё взгляд. — Она могла бы подсесть на «Фри Ворлд Физз».

— ...ладно, справедливое замечание, — уступает Киви.

— Ага, — киваю я. — Так что привело тебя в Санто-Доминго? Я думал, твоя территория это Уотсон.

— Так и есть, но Рич захотел на время отойти от риска, взять несколько лёгких заказов, чтобы подзаработать, — говорит она. — Последние две недели мы работаем по всему Найт-Сити. Санто-Доминго просто наша текущая остановка.

— Хм. Я думал, он захочет воспользоваться всей этой темой с войной банд. Там же полно заказов, нет? — моргаю я. — Хотя, ваша команда довольно маленькая... могло бы быть слишком рискованно.

— Да. Но он потихоньку снова склоняется к работе в Уотсоне, — пожимает она плечами. — Кто знает, может, это приведёт к чему-то хорошему.

— Да, возможно, — киваю я. — Со мной ведь так и случилось.

Киви на мгновение замирает, моргает в раздумье, а потом смеётся. Я улыбаюсь ей, прекрасно понимая, на что намекаю. Потому что даже сейчас, и, возможно, до последних дней, я буду считать свою случайную встречу с Киви чем-то хорошим, что со мной произошло.

— О, и теперь я наркобарон, — буднично говорю я, доставая из шкафчика быстрый перекус. — Ну, не совсем, но потенциал стать им у меня теперь есть.

Киви на мгновение замолкает.

— Откуда у тебя такой запас химии? — спрашивает она вместо ответа, её голос бесстрастный.

— Откуда? — фыркаю я. — Киви, я сам их делаю. Прямо здесь, в этой квартире.

Она снова молчит. Затем тяжело вздыхает, и я слышу, как она прикрывает лицо рукой.

— ...я вообще хочу знать, как? — спрашивает она, и в её голосе внезапно проявляется усталость.

— Эй, всё не так уж и плохо! — оборачиваюсь я к ней, видя, как она уткнулась лицом в ладони. — Я пока дал попробовать только двоим, и у них нет никаких негативных побочек. Чёрт, да это главная причина, почему им так нравится.

— Пит, ты... — вздыхает Киви. — Ладно, забудь. То есть ты можешь делать самодельную химию без негативных побочек?

— Ага! — киваю я, радостно улыбаясь. — Есть лечебная микстура вроде «МаксДока», но менее эффективная и в жидкой форме, я называю её «Эликсир». Есть боевые стимуляторы, которые делают тебя сильнее и выносливее, я называю их «Демонюга» и «Рывок» соответственно. И... —я делаю паузу, решив умолчать о «Провидце», — ...ещё один препарат, который помогает замедлить восприятие времени.

Киви уставилась на меня.

— Да, так и есть! Проверял на себе и на паре пойманных крыс, — киваю я. — О, забыл тебе сказать: «Слоу-Мо», который я сделал, ну, тот, что замедляет восприятие времени? Саша уже попробовала один такой.

Киви продолжает на меня смотреть.

— ...ладно, и она на него подсела, но не потому, что препарат вызывает зависимость! Я позаботился, чтобы они не были аддиктивными, — я качаю пальцем. — Она сказала, что подсела на то, как он позволяет ей быстрее взламывать. Сказала, что успевает сделать три взлома за то время, которое обычно уходит на один.

Киви всё ещё смотрит на меня. Я начинаю ёрзать.

— ...м-можешь хотя бы что-нибудь сказать? Пожалуйста? — почти умоляю я. — Давай, Киви, ты начинаешь меня пугать.

Она глубоко вздыхает.

— Питер, — начинает она. — Судя по твоему описанию, ты создал не вызывающий привыкания химический Сандевистан. Я правильно поняла?

— Верно, — киваю я.

— И... ты осознаёшь, насколько это ценно, да? — настаивает она.

— Да, я знаю. Я сказал Саше, что могу дать ей ещё, если она поставит внутренний хром и не будет использовать внешние способы для получения следующей дозы, — киваю я. — Она должна быть осторожна, иначе я перекрою ей поставки.

— Хорошо, хорошо, — кивает Киви, глубоко дыша. — ...можно мне тоже?

В итоге я ставлю ей те же условия, что и Саше, и даю ей пробную дозу «Слоу-Мо» — в достаточных количествах, чтобы она поняла, что происходит, но в такой малой дозировке, что эффект пропадает через несколько минут.

Как и Саша, Киви поражена тем, что делает препарат; она экспериментирует, подбрасывая в руке какой-то предмет, или просит меня бросить что-нибудь, что она без проблем ловит в воздухе. Её выражение лица похоже на смесь трепета и растущего изумления, что так согревает моё сердце, что я аж улыбаюсь до боли в щеках.

— Хм... в общем, это не совсем химический Санди. Восприятие времени замедляется не так сильно, как от скоростного импланта, но и само по себе это очень даже неплохо, — комментирует она. — Но ты видишь, что вещи движутся медленнее обычного, так что знаешь, куда что-то полетит или что оно вот-вот сделает.

— Более или менее. Такое наиболее полезно для нетраннеров, — указываю я.

— Понимаю почему. Раз нетраннеры взламывают мозгом, то что-то, что его ускоряет, было бы бесценно, — кивает она. — Так что, мне нужен внутренний хром, да?

— Да. Никаких внешних инжекторов, никаких следов, — киваю я. — Как ты и сказала, нельзя рисковать, что кто-то сможет отследить это до меня.

— Молодчинка, уже учишься заботиться о себе на улице, а? — ухмыляется она. — И мне даже не пришлось тебя учить.

— Я гонк, но не дурак, — фыркаю я, улыбаясь. — Так, хочешь чего-нибудь, пока я свободен? Кто знает, когда меня снова заклинит в режиме мастера.

— Честно говоря, на этот раз у меня не так много просьб, Пит, — она делает паузу. — Хотя, я бы не отказалась от новых паукоботов.

— Их у меня полно. Выбирай, — сияю я, приказывая Паутинке вывести несколько моих творений на обозрение Киви. — Может, что-то отремонтировать? Модифицировать твоё снаряжение?

Киви надолго задумывается. Я делаю удивлённое лицо.

— Мне что, опять придётся чинить твоё кресло для нетраннинга? — дразню я. Она фыркает и краснеет. — Уф, ну ладно.

— Гонк, — фыркает она. — Ремонтировать ничего не надо, но... может, ты можешь сделать что-то другое?

— Например? — моргаю я. Киви вздыхает.

— Найти Ричу и моей команде работёнку получше? — просит она. — Мы слышали об операциях Ананси в Уотсоне, насколько они успешны... даже слишком успешны, — она делает паузу, и я стараюсь не дёргаться от того, что невольно стал причиной нынешнего нашествия киберпсихов. — Раннеры, которых ты нанял, хвастаются, что получают хорошую плату от «Таинственного Чумбы», и...

— И ты хочешь, чтобы мой «приятель» рассмотрел тебя и твою команду для работы? — подвожу итог я. — Я имею в виду... задания у меня всё-таки не из лёгких.

— Знаю, знаю, — вздыхает она. — Но все уже на взводе. Рич особенно.

Я немного думаю, а потом киваю.

— Это будет опасно, — говорю я. — С самого начала там будут враги, и вы, вероятно, можете погибнуть во время миссии.

— Где это будет происходить? — спрашивает она.

Моё лицо каменеет.

— В Уотсоне, — говорю я. — Вы будете делать то, что прямо и косвенно повлияет на войну банд, а это значит, будет много экшона и повышенные риски даже для эджраннеров. И зная всё это, ты точно уверена, что твоя команда готова к такому?

— ...Я их уже спросила, — вздыхает она. — Заметь, в прошедшем времени. Они согласились взять «Паучью работу» в любом случае.

— «Паучью работу»? — моргаю я.

— Так теперь на улице называют задания Ананси, «Паучьи работы», — объясняет она. — Таинственные, опасные и редкие. Но с хорошей наградой и бонусами, если хорошо себя проявить. И самое главное, клиент не пытается никого кинуть, — она улыбается. — Это единственное, что у Ананси есть наверняка: люди верят, что он выполнит свою часть сделки.

Я усмехаюсь.

— Да, я так и думал, — киваю я. — Так ты согласна?

— Да, — уверенно кивает она.

— Хорошо. Можешь сказать Ричу и его ребятам, что у них скоро будет новая работёнка, — сияю я. — И совершенно не связано, но как ты смотришь на то, чтобы грабануть Мальстрём?

Из Киви выходит стон.

[Команда Рича утверждена в качестве нанятых эджраннеров для операции «Хромовая пиньята»; можно нанять дополнительную команду для поддержки]

* * *

На фоне последних событий в Уотсоне я решаю навестить Вика и нанятые банды позёров, которых приставил охранять его и Мисти. Лично с ними я не общаюсь, вместо этого я запускаю к собравшимся главарям паукобота... и обнаруживаю, что те режутся в карты с Виком. Хм.

Я оставляю мелкого робота на потолке, пусть пишет их праздную болтовню, а сам захожу в лавку Мисти. Я киваю двум бугаям у двери, те вежливо кивают в ответ.

— А, Пит! Приветик! — ярко улыбается она, едва я вхожу. — Давно не виделись!

— Я бы не сказал, что три недели, это «давно», — хмыкаю я с улыбкой, когда она тянется меня обнять. — Как дела?

— Шумновато. Ну, из-за всей этой движухи на севере, в Промзоне, — пожимает она плечами. — Но в основном всё там и остаётся. Здесь пока тишина, всё же это далеко на юге.

— «Далеко на юге», — бурчу я. — Я же тебе говорю: не надо оставаться в Уотсоне, пока всё это творится. В Санто-Доминго или Хейвуде полно мест, я могу вас пристроить. Мой кошелёк этого даже не заметит.

— Уж не пойму: ты факты излагаешь или просто хвастаешься? — довольно хмыкает она. — И вообще, даже если мы переедем куда скажешь, останется вопрос с жильём.

— Повторяю: в тех районах полно мест, я всё оплачу, — легко киваю я. — И для моих финансов это, мелочь.

— Гонк, — фыркает она и треплет мне волосы.

— Мой обожаемый гонк, — парирую я, ухмыляясь и следуя за ней к прилавку. — Как там позёры, кстати? Общаются с тобой? Что-нибудь покупают?

— Было дело. Удивительно, знаю, — кивает она, заметив мои удивлённо поднятые брови. — Но, по их словам, то, что я продаю, помогло там, где лекарства и химия бессильны, — пожимает она плечами. — Оказалось, духовный дисбаланс и эмоциональные проблемы вполне реальная штука для банд Найт-Сити. Кто бы мог подумать, что жизнь в сплошном негативе к такому приводит?

— Полегче, Мисти. Эти люди из той самой жизни тебя с Виком и прикрывают, — напоминаю я.

— Да они шутки понимают, не парься, — смеётся она. — Вообще, за последние два месяца у меня в лавке неожиданно много посетителей. Куча позёров приходили за благовониями или амулетами, некоторые — за советом.

— О чём? Как не словить пулю? — фыркаю я.

— И об этом тоже, — хихикает Мисти. — Но ещё и о навязчивых чувствах, которые не отпускают, и о бессоннице без лекарств.

— Хм. На удивление безобидно, — моргаю я. — Я понимаю, что они такие же люди, как мы, но думал, что бандитская жизнь закаляет не только хромом и здоровенными пушками.

— Кого-то, да. А кого-то, нет, — пожимает она плечами. — Вот я, например, в банде долго бы не протянула, будь то позёры или кто ещё. Это просто не моё.

— Аналогично, — киваю я. — Не мой стиль.

— «Не мой стиль», — фыркает Мисти. — У тебя и правда талант говорить что-то, совершенно не замечая, насколько это противоречиво, да?

— Что? В смысле? — моргаю я.

— Хах. Неважно, — смеётся она. — Так что я могу для тебя сделать?

— Ну... расскажи, как ты. Я зашёл проверить, всё ли в порядке, уж прости мою паранойю, — начинаю я, оглядываясь. — И, может, прикуплю что-нибудь, чтобы оживить квартиру. Техники у меня навалом, а чего-то «живого» не хватает.

— Такого добра у меня полно, — улыбается она. — А насчёт того, «как я»... в целом, нормально.

— Определи «нормально» по-найт-ситивски, — подкалываешь ты.

Она хихикает.

— Да ты понял, гонк, — говорит она. — Ничего плохого здесь не случается, пока Вик рядом, а теперь, с позёрской охраной, и подавно. Я и сама по большей части спокойна, разве что немного нервничаю из-за войны банд в Уотсоне, — она делает паузу. — Слышала, она начинает затихать. Наступления Мальстрёма слабеют.

— И это отличные новости. Просто прекрасные, — киваю я. — Мой приятель держит руку на пульсе в Промзоне. Судя по всему, Уотсон вернётся к нормальной жизни через пару недель. В худшем случае, через месяц.

— Ого? Какой оптимизм, — она криво улыбается. — Похоже, твой приятель в этом очень-таки уверен.

— Скажем так, он держит руку на пульсе, — я подхожу к стеллажу, и мой взгляд цепляется за одну вещь. — О. Ловцы снов тоже продаёшь?

— Ага. Нашла поставщика в НСША, он только начинает, так что я взяла оптом по дешёвке, — кивает она. — Хочешь?

— Ещё как, — я несу ловец снов к прилавку. — И, пожалуй, посмотрю, что ещё можно у тебя утащить.

* * *

Примечательные эзотерические товары:

— Амулет с четырёхлистным клевером (???)

— Кроличья лапка (???)

— Статуэтка манэки-нэко (???)

— Голографическая клетка со сверчком (???)

— Настоящая подкова (???)

— Настенный декор «Божья коровка» (???)

— Амулет «милагро» (???)

* * *

У Мисти оказывается полно всякого добра: амулеты и талисманы с духовным и эмоциональным значением со всего света. Выбор вроде бы огромный, но в то же время я немного ограничен, потому что не силён во всём, что не связано с наукой.

Но кое-что я всё же знаю и делаю свой выбор. Мисти приносит покупки к прилавку.

Первое, амулет с четырёхлистным клевером, залитый в смолу (скорее всего, искусственную) и насаженный на цепочку. Можно носить на шее или прикрепить к одежде. Глядя на него, я на мгновение улыбаюсь, вспоминая свою прошлую жизнь.

Второе, вещица, которую я не раз видел в китайских семейных лавочках в Куинсе, на прилавках, где расплачивался: кошка с машущей лапкой. Когда-то я спросил о ней, и мне сказали, что она «зазывает» клиентов и приносит удачу.

— Думаю, Пени это понравится, — поднимаю я статуэтку. — Она же, ну, частично азиатка. Вдруг в ней что-то родовое откликнется.

— Расист, — тут же отзывается Мисти.

— Это называется культурная осведомлённость, извольте, — фыркаю я. — Но всё равно, спасибо.

— И тебе спасибо за покупку, — улыбается она. — Что-нибудь ещё?

— Ну... — мнусь я. — Может, расклад на картах?

— Вау. А ты, оказывается, по эзотерике угораешь больше, чем я думала, — хихикает она. — Не ожидала, что тебе так понравятся таро.

— Прогнозы были интересные, есть над чем подумать, так что нечего меня судить, — бурчу я, краснея. — Давай, тащи карты, посмотрим, что мне там судьба напророчит.

[Действие: Расклад Таро]

[Бросок кубика 3d22: 11, 8, 6]

Мисти достаёт свою колоду и начинает тасовать, негромко болтая:

— Сделаю обычный расклад на три карты. Первая твоё текущее положение, вторая — проблема, с которой ты столкнулся или столкнёшься, и третья — как её преодолеть, — она делает паузу. — И без перевёрнутых, чтобы ты себе голову не ломал, пытаясь понять, что они значат.

— Подожди, карты могут быть перевёрнутыми? — моргаю я.

— Тш-ш, — шикает она, вытягивая первую карту. — Итак, твоя карта... Колесо Фортуны.

— Колесо символизирует циклические изменения, можно даже сказать, кармические, — объясняет она. — Это значит, что твоя жизнь сейчас меняется. К лучшему или к худшему, не могу сказать. Но она меняется, и ты должен быть к этому готов.

— Значит, пора подыскивать запасные убежища. Понял, — киваю я.

— Гонк, — цокает она. — Твоя вторая карта, проблема, с которой ты столкнёшься... это Колесница.

— Она означает либо триумф и свободу, либо нерешительность и отсутствие воли сделать выбор. В твоём случае это знак, что в будущем ты можешь столкнуться с нерешительностью в чём-то важном, — она делает паузу, давая тебе переварить сказанное. — Ты ведь не делал ничего плохого в последнее время, Пит?

— Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть это заявление, — нейтрально отвечаю я.

— Справедливо, — пожимает она плечами. — И, наконец, твоя третья карта: как преодолеть проблему... Верховный жрец.

— Он олицетворяет усвоенные уроки, верность и приверженность прежним добродетелям, — объясняет она. — Отсюда, вероятно, можно сделать вывод, что способ справиться с тем, что тебя ждёт, это просто... быть собой.

— Собой? — моргаю я. — Серьёзно?

— Да. Без шуток, Пит, ты один из самых добрых и отзывчивых людей, которых я встречала, — говорит она. — Ты приютил Пени, когда ей некуда было идти, переживаешь за других, и я точно знаю, что твой «приятель» прислушивается к тому, что ты говоришь. Эти добродетели то, за что стоит держаться.

— И если я буду их придерживаться, то смогу преодолеть момент нерешительности, по крайней мере, так говорят твои карты, — киваю я. — В это я могу поверить.

Между вами на мгновение повисает тишина.

— ...Звучит очень пророчески, да? — спрашивает Мисти.

— Ещё как, — киваю я. — Это одновременно и круто, и жутко. Мне даже немного страшно.

— Мне бы тоже было, — кивает она. — Но, эй, если тебе понадобится помощь, я здесь. И Вик тоже.

Я улыбаюсь ей, и она улыбается в ответ, тепло и радостно.

— Спасибо, Мисти, — с благодарностью киваю я. — Возможно, я воспользуюсь твоим предложением.

[Получено:

— Амулет с четырёхлистным клевером (+5 к броскам на случайные встречи)

— Статуэтка манэки-нэко (3% шанс на +15% к прибыли от продажи одного тех-предмета)]

* * *

[Действие: Зельеварение (КС: 55/65/85)]

[Бросок кубика 1d100+10: 89]

[Действие: Сыворотка «Провидец» (КС: 50/70/90/100)]

[Бросок кубика 1d100+10: 108]

[Действие: Прокачка Сыворотки «Провидца» (КС: 50/70/90/100)]

[Бросок кубика 1d100+10: 105]

* * *

Пени в восторге от появления в квартире манэки-нэко, она с благодарностью обнимает меня. Она быстро подкладывает под статуэтку сложенный платок в качестве подушечки и ставит её на видное место, где та не будет мешать.

Она смотрит на маленькую фигурку ещё несколько долгих мгновений, а затем снова обнимает меня, бормоча благодарности мне в рубашку.

— Пожалуйста, — глажу я её по голове. — Я догадывался, что тебе понравится, но приятно знать наверняка. Да и этому месту не хватало немного домашнего уюта.

Пени кивает мне в грудь и отстраняется с широкой, сияющей улыбкой.

— Это лучшее начало дня, — вздыхает она.

— Ты куда-то собираешься? — моргаю я. — Только смотри, ствол с собой возьми.

— Я нет. А вот Бекка — да, — ухмыляется она, и в этот момент раздаётся стук в дверь. — Это, должно быть, она. Иду!

Я быстро проверяю внешнюю камеру и подтверждаю, что это Ребекка. Дверь открывается, и невысокая девчонка-стрелок едва не сбивает Пени с ног, заключая её в объятия. Обе сияют от радости.

— Я по сарафанному радио слышала, что у вас тут случилось. Вы круто того психа обнулили, — говорит Ребекка. — Жаль, меня здесь не было. Звучит весело.

— Только в Найт-Сити найдутся люди, для которых убийство киберпсиха это «весело», — стонет Пени. — Вы вообще нормальные?

— Эй, как будто у нас есть куда отсюда свалить, — дует губки Ребекка, затем замечает меня и машет. — Привет, Пити!

— Привет и тебе, — отвечаю я. — Вы куда-то собираетесь? Мне стоит знать?

— Да нет, ничего особенного. Просто погуляем по городу, поглазеем на витрины. Может, по дороге парочку бандосов разденем, — пожимает она плечами. Пени краснеет. — Ой, да ладно, нечего тут стесняться! Выше нос, подруга!

— Мне всё равно не по себе грабить людей. Д-даже если это бадниты, — вздыхает она. — Уф, теперь мне грустно.

— Ща я тебе настроение подниму. Пошли, я знаю одно классное место в Доминго, там лучшие тако, какие только можно найти, — она хватает Пени за руку и тащит её прочь. — До скорого, Пит!

— Да. Пока, — машу я им вслед и вздыхаю. — Господи, интересно, в какое синтетическое дерьмо сейчас превратились тако...

Когда девушки уходят, я удаляюсь в свою берлогу, чтобы заняться мужскими делами — в данном случае, варить химию.

Чёрт, никогда бы не подумал, что буду говорить или думать такое. Что бы сказали дядя Бен и тётя Мэй, если бы узнали, чем я занимаюсь? Хотя нет, я прекрасно знаю, что бы они сказали, и от этого мне становится грустно-смешно. Сначала бы убили, а потом умоляли прекратить или хотя бы заняться чем-то более достойным.

Я шепчу извинения под нос и приступаю к работе.

Сконцентрировавшись на своём химическом наборе, я достаю всё для двух главных проектов на данный момент: «Эликсира» и «Сыворотки “Провидец”».

Из-за меньшей сложности я сначала занимаюсь «Эликсиром», моей самодельной версией «МаксДока», жидкой лечебной альтернативой более распространённому ингалятору.

В отличие от «МаксДока», «Эликсир» лечит не так быстро из-за своей жидкой основы; всё-таки ингалянты попадают в дыхательную систему и немедленно проникают в кровоток через диффузию. Жидкостям же, для сравнения, нужно сначала расщепиться в организме, прежде чем их эффект станет заметен.

Конечно, можно обойти процесс пищеварения путём прямого введения в кровоток, но для этого нужно с точностью попасть иглой в крупный кровеносный сосуд — на что средний гонк в разгаре боя вряд ли способен.

И это должен быть именно крупный сосуд, потому что иначе эффект от введённого препарата будет локализован в определённой части тела или будет слишком долго циркулировать по организму; обычно первое. Почему? Потому что мелкие кровеносные сосуды слишком малы, чтобы быстро разнести большой объём чужеродной жидкости в сколько-нибудь значимом количестве времени.

Можно, конечно, сделать внутрисердечную инъекцию, которая доставит химию прямо в сердце, чтобы оно прокачало кровь с ней по всему телу, но опять же — для этого нужна точность, которой у среднего гонка может и не быть.

Хм... сложно, сложно...

Я долго размышляю над этим, прежде чем прийти к выводу, что мне нужен специальный механизм доставки для этого препарата — вроде автоинжектора адреналина из моего родного мира.

...собственно, это именно то, что мне нужно. Автоинжектор. Маленький, портативный, лёгкий и идеальный для среднего гонка. Я мог бы обойти всё это и поставить внутренний химический инжектор, но это для широкого потребления. Я сомневаюсь, что у КАЖДОГО гонка найдутся мозги или средства, чтобы купить что-то такое сложное, как мой внутренний хром.

С механизмом доставки более-менее определившись, я приступаю к тому, чтобы сделать сам препарат более мощным и эффективным.

Раньше его лечебные эффекты были ограничены мягкими тканями и повреждениями кожи; тут сказались мои ограниченные познания в восстановлении органов и костей.

Немного чтения и копания в Зоне Умников приносят некоторые ответы: повреждённые и сломанные кости заживают поэтапно. Сначала в воспалённой области и вокруг неё образуются сгустки крови, затем формируется мягкая костная мозоль, или каллус, которая со временем постепенно твердеет, чтобы соединить части сломанной кости в поражённой области.

«МаксДок» ускоряет этот процесс, эффективно разгоняя естественное заживление организма с помощью химических стимуляторов. Главная проблема в том, что этот процесс происходит не только в локализованной области, но и во всём теле.

Это полезно тем, что пользователь выглядит моложе и все его текущие травмы заживают. Однако это также сокращает его продолжительность жизни. Не настолько, чтобы быть опасным в краткосрочной перспективе, тем более что есть хром для смягчения последствий, но в долгосрочной... ну, в общем, ясно.

Мой «Эликсир» отличается тем, что, хотя он и делает то же, что и «МаксДок» (ускоряет естественный процесс заживления организма), он также действует локально. Это означает, что его метаболическая нагрузка на организм сравнительно невелика.

Пока он остаётся локализованным, думаю я, метаболическая нагрузка приемлема. Так что я приступаю к работе.

К счастью, в составе «Эликсира» не так много нужно менять. Необходимая химическая смесь для стимуляции заживления уже есть, всё, что мне нужно сделать, это поиграть с количеством, чтобы получить более мощный эффект, которые остаётся при этом локализованным.

Метаболическая нагрузка на организм немного облегчается за счёт богатой питательными веществами жидкости, которую я изменяю так, чтобы она активировалась не при контакте с желудочной кислотой, а при контакте с гемоглобином — белком в эритроцитах.

Это должно, в ограниченной степени, помочь компенсировать метаболическую нагрузку, которую препарат оказывает на организм. В итоге мне остаётся просто найти подопытного, чтобы проверить препарат.

Я выхожу из дома и отправляюсь на поиски неприятностей — точнее, их последствий. В Найт-Сити их найти несложно.

В пустынной подворотне я замечаю избитого гонка, стонущего на земле. Он весь в синяках и ранах, с заметным отёком на левой руке. Я подхожу к нему, присаживаюсь на корточки и осматриваю его.

— П-пожалуйста... У м-меня ничего нет, мужик... — жалобно скулит он. — Оставь м-меня...

— Не-а, ты и так выглядишь достаточно хреново, — говорю я, доставая образец «Эликсира». — Держи, у меня есть «Отскок». Правда, только один.

Я ввожу ему инъекцию в руку, и мужчина стонет. Я смотрю, как его синяки начинают бледнеть, а отёк спадать — медленно, постепенно, но процесс идёт.

— С-спасибо, мужик, — хрипит он, садясь. — Не думал, что в Найт-Сити ещё остались такие добрые люди, как ты.

— О, мы ещё есть. Просто нужно очень хорошенько искать. Мы как те маленькие фурри в канализации в 2020-х, забыл как их звали, — усмехаюсь я. — Чувствуешь себя лучше? Никаких болей, судорог или чего-то такого?

— Не, мужик, всё ещё болит. Этот «Отскок» был слабоват, — хмыкает он. — Но... хрень на моей руке спала. В основном.

Он поднимает руку, в которую я ввёл «Эликсир», и с удивлением разглядывает, насколько уменьшился отёк и синяки. Я прячу улыбку, ни один «Отскок» на такое не способен. Но этому гонку знать не обязательно.

— Что это за «Отскок» был? — с любопытством спрашивает он.

— Тот, что работает на локальные травмы, наверное. Не знаю, я не рипер, — пожимаю я плечами. — Ладно, бывай.

— Эй, серьёзно? И это всё? — кричит он мне вслед. — Мне ничего не нужно тебе платить?

— Не-а. Я же говорил, добрые люди в этом городе ещё встречаются, — кричу я в ответ, поднимая руку на прощание. — Я просто твой дружелюбный сосед-целитель.

[Создан препарат «Большой Эликсир»]

* * *

Следующим крупным проектом, которым я занялся, стала Сыворотка «Провидец».

Проприоцепция, чувство непростое. Изначально оно было нужно, чтобы мозг отслеживал «внутренности» тела — мышцы, суставы, кожу, органы и так далее. «Провидец» же расширяет это чувство вовне, заставляя учитывать всё, что находится снаружи.

И поскольку внешняя среда по большей части неподвижна, любое движение на фоне этой «статики» сразу же привлекает моё внимание, и я реагирую соответственно.

Проблема, с которой я столкнулся: как увеличить дальность этого чувства. Сам факт, что мне вообще удалось сварить такую химию, был чистой удачей, так что сделать её лучше...

Что ж, это как минимум вызов.

Обычно проприоцепция работает через сеть сенсорных рецепторов в мышцах, суставах и сухожилиях. Характерное кинестетическое движение активирует эти рецепторы, они посылают нервные сигналы в ЦНС, а та уже интерпретирует их как движение тела.

«Провидец»... по сути, превращает кожные рецепторы осязания в подобие проприорецепторов и оптимизирует их для гораздо более широкого диапазона восприятия. Нет, я понятия не имею, как это работает без негативных последствий.

По сути, я создал временный мутаген: на заданное время он переделывает части моего тела во что-то иное, а потом всё возвращается к норме. Опять же, как это обходится без побочек, неясно. Вероятно, организм чувствует это грёбаное вмешательство и как-то его компенсирует.

Я предположил, что «Провидец» превращает тактильные рецепторы в проприоцептивные, и подтвердил это парой безвредных опытов на себе. Так и родился мой план.

Ограничение первой версии «Провидец» в масштабе: она преобразует лишь малую долю рецепторов. Из примерно четырёх миллионов она затрагивает от силы 20-50 тысяч.

Следовательно, чем больше таких «перекованных» рецепторов, тем дальше «видит» это чувство. А значит, пора мне за работу.

Между прокачкой «Эликсира» и подготовкой к предстоящим операциям «Провидец» отнимает больше всего времени — в основном из-за сложности того, что тот делает.

Как я и подозревал, под микроскопом с ультравысоким увеличением образец «Провидца» действительно превращает внешний кожный рецептор во что-то... иное. Не совсем то, как должен выглядеть внутренний проприорецептор, ведь этот предназначен для внешнего использования.

Он меньше похож на обычный рецептор осязания и больше — на пучок длинных, тонких волосков. Кажется, в книгах я читал, что у некоторых животных есть нечто похожее — или, по крайней мере, достаточно близкое, чтобы считаться аналогом.

Закончив анализ, я принимаюсь изолировать каждый компонент смеси, чтобы понять, что за что отвечает.

И тут мне открывается истинная сложность химического состава «Провидца». Каждая отдельная химическая реакция вызывает свой эффект, который накладывается на другой, превращая весь процесс в нарастающее домино, из-за чего разобраться в происходящем становится ещё труднее.

Результаты одной серии реакций запускают вторую, та — третью, и так далее, что в итоге приводит к мутации сенсорного нейрона; меняется тип внешних стимулов, которые он улавливает, и...

— Капец, это уже слишком, — ворчу я, отстраняясь от стола. — Мне срочно нужна выпивка. Тред, ты всё записал?

— //Да, сэр,// — подтверждает мой ВИ-помощник. — //Внимание: зафиксирована высокоактивная химическая реакция.//

— Высокоактивная? — моргаю я, добираясь до мини-холодильника в своей лаборатории и доставая банку «Сака-Сип». — На что?

Я открываю банку, и углекислый газ с шипением вырывается наружу.

— //На углекислый газ.//

...

— Хм. Ничего не случилось, — оглядываюсь я. — Ты уверен, что...

* * *

Я прихожу в себя на полу, чувствуя лёгкий запах гари. В ушах звенит. Я сажусь и осматриваю бардак, в который превратилась моя мастерская.

За файлы и информацию я не переживаю — всё давно загружено в безопасное место в Сети, под защитой лучшей кибербезопасности, которую я смог состряпать. Хотя стоит подумать о том, чтобы её ещё немного усилить.

Я мотаю головой, вставая. Плохой Пит, СЕЙЧАС не время думать о других проектах. Нужно убрать этот беспорядок, прежде чем...

— Какого хера вообще?! — кричит знакомый голос, и моя входная дверь распахивается. — Ты что, бомбу взорвал?!

— Моя вина, моя вина, — вздыхаю я, поворачиваясь к хозяйке квартиры. Она ахает. — Не сообразил, что два химиката, которые я смешивал, могут так бахнуть.

— Твою ж мать, парень, ты как? — морщится она. — Я знала, что у тебя тут химлаборатория, ты сам мне сказал, но я думала...

— Там было совсем немного, — вздыхаю я, подходя к кухонному уголку. — Чуть больше десяти миллилитров. В сумме.

— Милли... чего? — моргает она. — Да плевать. Ты тут что-то взорвал, так что теперь будешь это чинить.

— Да-да. Извините за беспокойство, — вздыхаю я, беру «Отскок» и вкалываю его себе, не желая палить свои «Эликсиры» и всё остальное. — Я заплачу за ремонт.

— Ещё бы, — фыркает она и уходит.

Я отписываюсь друзьям, и некоторые тут же перезванивают, чтобы проверить, как я. Пени просто присылает смеющийся эмодзи, засранка.

— //Сэр,// — встревает Паутинка, как раз когда я собираюсь начать уборку. — //Обнаружено химическое расхождение. Передаю данные.//

— Расхождение? — щурюсь я, глядя на то, что нашёл Паутинка. Затем перечитываю ещё три раза, чтобы убедиться. — О. О-о-о-о-о-о. Вот с этим... можно работать.

Я заканчиваю уборку, прячу все свои секреты и вызываю ремонтников, которые приезжают и приступают к устранению ущерба. К счастью, чинить немного, но цена...

Что ж, я рад, что у меня в принципе ЕСТЬ деньги, чтобы заплатить. Дело не в том, что придётся, а в том, что я могу себе это позволить.

Итак, Сыворотка «Провидец»!

С помощью Паутинки я выделяю нужные химикаты и конкретные реакции, которые их вызывают. Затем (очень осторожно!) извлекаю сенсорный нейрон из своей кожи и помещаю его под микроскоп, чтобы в деталях увидеть, как всё происходит.

Когда голова у меня перестаёт соображать, я загружаю запись в Зону Умников и бросаю её, словно на съедение метафорическим волкам, чтобы посмотреть, что они смогут выяснить.

Как и ожидалось, местные фанаты биологии налетают на видео и немедленно требуют подробностей. Я играю роль тупого идиота: мол, нашёл, когда лазил по какой-то канализации, и снял чип с трупа с примечательным хромом.

Теории на этот счёт в основном удовлетворяют тех, кто ищет подтверждения, и оставляют настоящих задротов делать за меня всю тяжёлую работу.

Короче говоря, это действительно мутагенный химикат. Но вместо того чтобы грубо изменять нейрон, он просто... делает его более чувствительным.

И ещё кое-что. У людей ОЧЕНЬ слабая электрорецепция, но она есть и проявляется в достаточно сильных электрических полях. Этот химикат не только усиливает тактильные рецепторы или полностью превращает их в проприоцептивные, но и повышает электрорецептивную чувствительность тела.

Это значит, что вдобавок к движению извне пользователь может улавливать электрические поля — например, те, что исходят от машин или живых организмов. Что... довольно круто.

Разобравшись в деталях, я беру химикат и немного его дорабатываю, снова и снова тестируя на извлечённых сенсорных нейронах, чтобы понять, что работает, а что нет. Когда я нахожу нужную пропорцию, я добавляю его в «Провидца» и провожу испытание.

* * *

Ребекка моргает, когда Пени внезапно застывает как вкопанная. Та оглядывается по сторонам, её глаза широко раскрыты, а поза её напряжена, словно она ищет что-то важное.

— Что не так? — спрашивает наёмница. —Ты как будто напугана.

— ...Н-нет. Ничего, — качает головой Пени. — Мне показалось, будто где-то происходит... что-то. Наверное, просто нервы шалят.

— Нервы? Сейчас? Девочка, да сколько ты уже в Найт-Сити? — фыркает Ребекка. — Я понимаю, ты всё ещё немного дёрганая, но, капец, чумба, расслабься. Мы же гуляем по городу, подальше от этого гонка Пита, занимаемся своими делами.

— Да, ты права, — вздыхает Пени. — Мы будем мочить очередную мелкую банду, да?

— Угу! Тут поблизости должна быть одна, они сделали себе имя, работая с мусорщиками. Давали наводки, — кивает Ребекка. — Их кличут «Стукачами».

— Подходяще. Значит, мы их застукаем, — решительно кивает Пени. — Мочим насмерть?

— Ещё бы, мать его! — хохочет Ребекка. — Но сначала надо сыграть «бедных беззащитных девочек», чтобы...

Из переулка выходят четверо. Ещё двое выскакивают из-за двери позади девушек. Они свистят.

— Легки на помине, — хихикает Пени. — Готова?

— Я родилась готовой, — ухмыляется Ребекка подруге, а затем поворачивается к гонкам, пытающимся зажать их в кольцо. — Эй, уроды! Вы же с мусорщиками работаете, да? Что ж, ловите порцию правосудия от мстителей! Получите и распишитесь!

* * *

[Создана Сыворотка «Провидец» МК.2]

* * *

Как только квартира была отремонтирована, а мои эксперименты на этот месяц — закончены (не в последнюю очередь из-за нытья Пени по поводу взорванной квартиры), я решаю заняться проблемой, которая давно была отложена в долгий ящик.

Представительница «Арасаки», которую я похитил.

С помощью Вика я смог ввести её в искусственную кому, чтобы она не сбежала из убежища, где я оставил её во время операций в прошлом месяце. Тогда я был, по понятным причинам, занят и отложил допрос. Но теперь, когда у меня есть свободное время, я собираюсь пойти и выяснить, какая сочная информация у неё имеется.

Я делаю несколько звонков как Ананси бандам позёров, которых нанял в качестве телохранителей для Вика, и прошу самых жутко выглядящих из них для быстрой операции. Одновременно я звоню Вику и Киви, чтобы предупредить их.

Коматозную представительницу проверяют на наличие жучков, а Киви творит свою техномагию и на всякий случай отключает весь её арасаковский хром. Затем её перевозят в Красной гряде, к северу от городской свалки. Вик задействуют старую услугу, чтобы одолжить мне трейлер в трейлер-парке, куда я её и доставляю.

Нанятые мной бойцы рассредоточены по всему трейлер-парку и окрестностям, выступая и как наблюдатели, и как подкрепление. Затем, пока она всё ещё без сознания, я надёжно привязываю её к стулу.

Мы с Виком и Киви собираемся вместе, чтобы обсудить, что именно я хочу от неё получить; Киви присутствует лично, а риппердок — через Агент.

— Ясное дело, инфа — говорит Киви. — Она может и не из верхушки, но занимает руководящую должность. Она должна знать что-то, чем мы могли бы воспользоваться.

— Но нужно ли нам это? — предостерегает Вик. — Ты же знаешь «Арасаку». Они не простят утечку информации — ни тому, кто её слил, ни тем, кому она досталась.

— Корпы и так, и сяк мрази, — фыркаю я.

— Да, но у этой мрази есть частная армия. К тому же, главная страшилка Найт-Сити сидит у них на зарплате, — напоминает Вик.

— Они не станут вызывать Смэшера ради неё, — уверенно говорю я. Киви кивает. — Она занимает слишком маленькую должность, чтобы ради неё настолько заморачиваться, а её информация уже месячной давности.

— Информация есть информация. «Арасака» не захочет, чтобы она просочилась, — говорит Вик. — Я не стану тебя останавливать, но просто будь осторожен»

— Я его прикрою, — говорит ему Киви. — Спасибо, Вик.

— Да-да, — вздыхает старик. — Ты ведь помнишь дозировки и процедуру вывода из комы, Ананси?

— Ты вбил мне это в голову так, что я помню это как свои пять пальцев, — киваю я. — Я справлюсь.

— Ты уж постарайся. Не хочу из-за какой-то ошибки лишиться своего самого стабильного источника дохода, — усмехается Вик. — Удачи.

— Я возьму на себя кибербезопасность и прослежу, чтобы за нами никто не следил, — кивает Киви, когда Вик отключается. — Если замечу что-то странное, я тебе скажу.

— Понял, — киваю я, провожая её взглядом. Затем поворачиваюсь к представительнице корпорации, обмякшей на стуле. — Ну что ж.

Я выполняю все шаги, которым научил меня Вик, проводя детоксикацию, чтобы женщина не умерла при пробуждении. Затем, убедившись, что она не откинется, как только очнётся, я ввожу ей нужные препараты.

Пробуждение произойдёт не мгновенно — без хрома она не очнётся внезапным рывком. А значит, у меня есть время на последние приготовления.

Паукоботы на стенах, их оптика готова к активации; комната очищена от всего лишнего; единственный источник света включён и направлен прямо на женщину; на мне нет оружия; куртку... Нет, куртку я оставлю. Так её снятие будет выглядеть более устрашающе. И я вызываю Матку, потому что... собственно, а почему бы и нет?

Правда, я подзываю её в обход охраны снаружи. Просто на всякий случай.

Всё готово к тому времени, как представительница начинает приходить в себя, постанывая от дискомфорта и внезапной яркости.

Я наблюдаю из темноты, как она полностью приходит в сознание, оглядывается по сторонам в темноту и ничего не видит. Она проверяет свои путы и обнаруживает, что они крепкие. Она замирает, уставившись в пустоту, и бледнеет, осознав, что её хром не отвечает.

«Она очнулась», — пишу я Киви. — «Начинаю допрос».

«Слежу за окружением. Вторжений в Сети пока нет», — отвечает она. — «Все охранники в боевой готовности. Можешь начинать».

— ...Э-э, есть тут кто? — зовёт корпоратка. — З-здесь есть кто-нибудь? Пожалуйста, помогите, я привязана к стулу!

Я даю ей немного поёрзать, затем сажусь на Матку и приказываю паукоботам включить оптику.

Один за другим, сначала перед ней, а затем в разных точках тёмной комнаты загорает оптика. Затем я включаю оптику самой Матки и, наконец, свою собственную, когда паук-носитель медленно, лениво ползёт вперёд — расслабленно и беззаботно, как спокойное вьючное животное.

Корпорация тише некуда, видя, как зажигаются огни, и смотрит на меня с бледнеющим лицом, когда я появляюсь, сидя на Матке, которая выкатывается на свет.

Я спрыгиваю и смотрю на неё в упор, а паук-носитель обходит её слева. Глаза корпоратки мечутся между мной и массивным роботом-пауком, и она с трудом сдерживает желание обернуться и рассмотреть его целиком.

— С добрым утром, миссис Арасака, — говорю я, мой голос низкий, но уверенный. — Надеюсь, вы хорошо выспались, потому что вам предстоит за многое ответить.

— ...М-мне? — пытается она храбриться с дрожащим смешком. — Ты... ты понятия не имеешь, что тебя за такое ждёт, Ананси. Когда «Арасака» до тебя доберётся, тебе конец!

— Правда? — склоняю я голову набок. — Тогда это значит, что мне нечего терять, если я тебя убью.

Матка, теперь уже за её спиной, подползает вперёд и приставляет одну лапу с лезвием к горлу женщины. Она замирает, её глаза расширяются, когда лапа давит на её кожу всё сильнее и сильнее.

— П-подожди! Подожди! — умоляет она. — Я... я ещё могу быть полезна!

Остриё замирает, и я смотрю на её жалкое лицо, со слезами на глазах и испариной на лбу.

— О? — протягиваю я. — И как же?

— У меня... у меня есть информация! Очень ценная информация! — быстро кивает она. — Я... я всё расскажу, если ты оставишь меня в живых!

Я выдерживаю долгую паузу, и Матка отводит свою острую лапу, позволяя женщине вздохнуть с облегчением.

— Соблазнительно. Очень соблазнительно, — я подхожу к ней и присаживаюсь на корточки, упираясь руками в колени и глядя ей в лицо; мои камера и диктофон работают. — Тогда выкладывай, что тебе известно о планах «Арасаки».

* * *

Что корпоратка рассказывает? (КС: 20/40/60/80)

[Бросок кубика 1d100: 7]

Результат: Она даёт инфу, которую Питер уже знает, и вываливает такую чушь, что такое попросту невозможно. Со стороны смахивает, что она держит язык зубами.

* * *

[Действие: Ананси «убеждает» корпоратку проявить побольше искренности (КС: 20/40/60/80/100)]

[Бросок кубика 1d100+15: 66]

Женщина говорит, долго и подробно, о чём-то, что я не считаю слишком важным. Офисные интриги, внутренние новости из филиалов «Арасаки» в Найт-Сити и в Японии.

Она рассказывает о неважных вещах — какой кофе любят её боссы, как все они спят с корпоративными нетраннерами, и что оперативник спецназа «Арасаки», которого она привела в качестве телохранителя на ту злополучную встречу, прилетел прямо из штаб-квартиры в Японии.

Я рычу, резко встаю и хватаю её за волосы. Я оттягиваю их назад так сильно, как только могу, не опрокинув стул, но причиняя ей как можно больше боли.

Моя вторая рука выхватывает ствол и прижимает его к её подбородку. Она прекращает свои мучительные стоны в тот момент, когда чувствует холодный металл на коже.

— Ничто из этого не было хоть сколько-нибудь важным, — говорю я ей прямо. — Я начинаю подозревать, что всё это пустая трата времени.

— Н-нет! Это не так! Это не так! — кричит она, её глаза полны страха. — Это очень важная информация! Ты... ты можешь использовать её для убийств! И-или шантажа!

— Меня не интересует ни то, ни другое», — отвечаю я, медленно проводя дулом своего оружия вверх по её лицу. — Ты прекращаешь нести эту хрень и говоришь мне, что знаешь. Иначе я закончу этот разговор за тебя, — мой пистолет останавливается у её виска. — Навсегда.

— Хорошо! Х-хорошо, я скажу! — отчаянно кивает она. — Только... только не убивай!

— Тогда говори, — приказываю я. — Зачем «Арасака» помогает Мальстрёму захватить Уотсон?

— С-старая набережная в Промзоне! Моим боссам нужна старая набережная! — выпаливает она. — Начальство планирует расширять существующие объекты «Арасаки», но им нужно получить права от города!

— И как поддержка Мальстрёма должна в этом помочь? — давлю я.

— Это всё подстава! Они хотят предать Мальстрём и отбить Уотсон, как только закончится война банд! — тараторит она. — Они хотят устроить из этого шоу, чтобы убедить город, что «Арасака» действует исключительно из благих намерений! А потом они бы выкупили набережную и начали расширение!

Я моргаю, переваривая информацию. Моё молчание пугает женщину, и она начинает говорить ещё больше.

— У них... у них даже есть группы спецназа, готовые к операции по отвоёвыванию! Даже Смэшер будет задействован! — добавляет она. — Они собирались работать вместе с полицией и службой безопасности «Арасаки», чтобы выбить Мальстрём из Уотсона, а Смэшер должен был выследить и обезглавить руководство банды!

...Ладно, да, это примерно то, чего я и ожидал. Но это означает, что в Найт-Сити есть спецназ «Арасаки», а Адам Смэшер...

— Что ещё, что ещё... ах, да, операция «Нукекуби»! — восклицает она. — Запасной план на случай, если операция в Уотсоне провалится!

...

Я отступаю и встаю перед корпораткой, пока она, задыхаясь, пытается отдышаться. Но её глаза всё ещё прикованы ко мне, а точнее — к «Юнити» в моей правой руке.

— Операция «Нукекуби», — требую я. — Объясняй.

— Это... — она сглатывает. — Э-это операция, чтобы заставить мэра Найт-Сити согласиться продать набережную Промзоны «Арасаке». Я... я не знаю подробностей, просто случайно подслушала разговор двух менеджеров, когда они проходили мимо меня по коридору. Пожалуйста, я больше ничего не знаю.

— Правда? — протягиваю я. — Ты кажешься слишком уж осведомлённой о текущей операции в Уотсоне. Ты, должно быть, участвовала как минимум в планировании, раз тебя выбрали для личной встречи с Мальстрёмом.

Она отводит взгляд, на её лицо проскальзывает гримаса.

— Я... я уже слишком много сказала, — говорит она мне. — «Арасака» понизит меня за то, что я уже рассказала, а если я скажу ещё что-то, они меня убьют.

— А чего волноваться? Их же здесь нет, тебя они не услышат, — пожимаю я плечами. — Я убедился, что наше место чисто от жучков. Ничего из того, что ты скажешь, не выйдет наружу.

— Ты не понимаешь, как работают корпорации, да? — шипит она, и на её глазах появляются слёзы. — Я так много сделала, чтобы добраться туда, где я сейчас, я сожгла столько мостов. Теперь же, когда я вернусь к началу, мне придётся строить их все заново. Я навсегда останусь рабыней корпорации!

— Тогда не стоило попадаться, — пожимаю я плечами. Она кипит от злости. — А теперь операция «Нукекуби».

— Я... я же сказала тебе, что...

Я приказываю паукоботу выйти на свет, и тот запрыгивает женщине на колени. Он выставляет свои остроконечные лапки и начинает резать её одежду, царапая кожу на животе.

— Это шантаж! — кричит она, дёргаясь в кресле. — «Арасака» наймёт эджраннеров, чтобы похитить семью мэра, а потом будет угрожать им, пока он не отдаст «Арасаке» права на покупку! Вот, я сказала! Теперь убери эту тварь с меня!

* * *

???

[Бросок кубика 1d100: 10]

Результат: ...Что, думали, вы узнаете, что это?

* * *

[Действие: Ананси «убеждает» корпоратку рассказать, что «Арасака» знает о нём (КС: 80/90/100)]

[Бросок кубика 1d100+15: 94]

Мысленным приказом я послушно убираю с неё паукобота, позволяя ему вскарабкаться по моей ноге, перебежать по спине и устроиться у меня на плече, словно механический арахноид-попугай. Корпоратка тяжело дышит от чистого ужаса, её лицо всё бледное, она вся в поту.

Я даю ей немного прийти в себя, прежде чем задать следующий вопрос.

— Где мне найти какие-нибудь тайные объекты «Арасаки»?

Она долго смотрит на меня, и я с трудом сдерживаю желание поёжиться под её недоверчивым взглядом.

— ...Я... я всего лишь менеджер среднего звена. Я не знаю, где могут быть какие-то тайные объекты — говорит она, беспомощно качая головой. — У меня нет... у меня не было допуска к чему-либо, кроме управления своим отделом и выполнения своей работы. Я... я не знаю, где могут быть какие-то тайные объекты.

...Ладно, я ей поверю. Хотя бы потому, что сомневаюсь, что корпы отправили бы кого-то с такими знаниями на полевую операцию.

— Справедливо, — киваю я. — Тогда задам более разумный вопрос. Что конкретно «Арасака» знает обо мне?

Корпоратка шевелит губами, и я вижу, как в её голове проносятся мысли, пока она решает, что сказать. Паукобот на моём плече принимает атакующую позу, и она напрягается.

— Они... они просто... — заикается она. — Т-ты цель очень высокого приоритета для «Арасаки», Ананси. Очень высокого! Настолько, что за любую информацию о тебе назначена награда!

— Я в курсе, — протягиваю я. — И я спросил совсем о другом, а не об этой корпоратской мути. Говори правду, и говори её чётко.

Она колеблется, и в её глазах снова появляются слёзы.

— П-пожалуйста... — всхлипывает она. — Позволь мне сохранить этот секрет. М-мои боссы убьют меня, если я скажу ещё что-то, я ведь... я уже...

Второй паукобот выползает из темноты и садится на моё другое плечо. Корпоратка издаёт сдавленный, полный слёз звук и несколько раз топает ножками по полу.

— Х-хорошо! Хорошо, я скажу! — рыдает она. — У них есть имена! Имена и адреса!

Я благодарен маске, скрывающей моё лицо, потому что она прячет мой шок и растущую тревожность.

Потому что... ладно, я не особо принимал меры предосторожности по сокрытию своей личности, когда гулял по Найт-Сити. Я дважды удостоверился, что никто, кроме моего ближайшего круга, не знает о моём альтер-эго Ананси, но Пит «Чин-Почин» и человек за этим именем были довольно известны, по крайней мере, когда он работал в клинике риппердоке у Вика.

Но я никогда не думал, что недостаток безопасности свяжет мою гражданскую личность с Ананси. Было слишком много допущений, слишком много удобных алиби, которые вряд ли можно было сложить воедино.

...Хотя, с другой стороны, я был слишком уж вольно распоряжался технологиями, которые выпускал Ананси.

— Подробнее, — прошу я.

— Они, м-мои боссы — они знают людей, которые на тебя работают. П-по крайней мере, они подозревают, что эти люди работают на тебя! — всхлипывает она. — Виктор Вектор один из них, н-но его они тронуть не могут, потому что его охраняет слишком много позёров. Поэтому они переключились на Пита «Чин-Почина», паренька, который работает с Ананси, тот бесплатно ремонтирует хром! — она делает паузу, чтобы успокоить рыдания. —«Им удалось отследить его до Санто-Доминго, они выяснили, где он живёт!

Пиздец.

— Они знают... они знают, что у него есть соседки; две девушки живут с ним. Н-недавно к нему домой приходила крутая уличная нетраннерша из «Посмертия, и арасковская разведка уже рвётся отправить людей, чтобы схватить паренька и всех, кто с ним повязан! — выпаливает она. — Они думают, что он твоя правая рука, и-или раннер, которого ты используешь для неофициальных дел!

Пиздец.

— Это всё, что я знаю! Пожалуйста, верь мне!» — умоляет она.

Я издаю долгое, зловещее мыканье, пока паукоботы на моих плечах соскальзывают и растворяются в темноте, а корпоратка рыдает и задыхается после своего истеричного срыва. Я решаю быть с ней помягче и немного ослабить тактику запугивания, чтобы она не потеряла сознание ненароком.

Затем я делаю шаг вперёд и присаживаюсь перед ней, видя, как она успокаивается.

Полученная информация... не то чтобы золотая жила, но достаточно значительная, чтобы я наконец увидел множество крупных и очевидных дыр в своей гражданской личине, которые потенциально связывают меня с Ананси.

Более того, я вижу, какую угрозу это представляет для людей, которые мне дороги. Пени, Саша, Вик, Мисти, Киви... я никогда себе не прощу, если с ними что-то случится из-за этого. А значит, мне нужно исправить это как можно скорее.

— ...И-и что теперь, — слышу я всхлип корпоратки. — Ч-что со мной будет?

— А ты как думаешь? — спрашиваю я в ответ.

— Не знаю, я не шпионка, — беспомощно пожимает она плечами, насколько это возможно в связанном состоянии. — Я слышала слухи о том, что арасаковская разведка делает с теми, кто сливает информацию, или со шпионами. Это... это никогда не кончается хорошо, — она опускает глаза. — Когда они до меня доберутся, наверное, я сама всё узнаю. Ну спасибо тебе, блять, Ананси.

— Если не хотела оказаться в такой ситуации, не стоило попадаться, — пожимаю я плечами, всё так же сидя на корточках.

— Меня охранял спецназ «Арасаки»! Как, сука, я должна была предвидеть, что ему снесут башку?! — шипит она. Я смеюсь. — Ебучий ты гонк!

Я встаю и провожу указательным пальцем по спусковой скобе.

...

А затем я убираю пистолет обратно в кобуру.

Не то чтобы я не мог этого сделать — я уже обнулял гонков раньше и знаю, что буду обнулять их и в будущем. Мужчина или женщина, молодой или старый — для меня это не имеет значения, так же как и для следующего гонка с пушкой, который возомнит о себе невесть что.

Но я постараюсь держать руки как можно менее окровавленными, в память о своей прошлой жизни и людях, которые учили меня быть лучше, а не из-за какого-то личного кодекса.

— Наверное, я и вправду гонк. В Найт-Сити все в какой-то степени гонки, — пожимаю я плечами с тем же безразличием. — Но, раз уж ты предала свою корпорацию, как насчёт... смены работодателя?

Она смотрит на меня.

— По первой должность будет не очень, да и стартовая зарплата невысока. А ещё условия проживания не самые лучшие, — говорю я ей. — Но ты получишь чистый лист, хром взамен старого, чтобы «Арасака» тебя не отследила, и бесплатную процедуру биоскульпта, чтобы изменить лицо.

— ...Н-но у меня нет эдди, чтобы за всё это заплатить... — бормочет она.

— Зато у меня есть. Это будет небольшой вычет из твоей зарплаты, но не что-то тупое вроде 80% или выше, — обещаю я. — У тебя всё равно останется приличная сумма на жизнь.

Она продолжает смотреть на меня, но я вижу надежду в её глазах. Я отправляю сообщение Киви, приказывая ей зарядить хим-паука дозой седативов на случай, если она согласится.

— ...М-мне нужно что-то подписать, чтобы подтвердить сделку? Что-то сделать? — спрашивает она с растущим энтузиазмом. — Это было давно, но если захочешь, мой рот не самая плохая дырка.

Я тяжело вздыхаю и качаю головой.

— Почему я не удивлён, что ты готова использовать собственное тело как разменную монету? — вздыхаю я. — Найт-Сити такое странное место.

— ...Ты то есть предпочтёшь мою киску? — ёрзает она.

— Пока что достаточно устного соглашения. Если захочешь какой-то гарантии, позже можем обсудить юридические формальности, — пожимаю я плечами. — Назови своё имя и повтори следующую фразу: «Соглашаюсь работать под руководством Ананси на контролируемой должности до тех пор, пока он не сочтёт достаточным либо повысить меня, либо достойно уволить с выплатой полного выходного пособия».

— Я, Кобе... — она замолкает. — Мне ещё и выходное пособие дадут?!

— Просто повтори фразу», — говорю я ей, получая сообщение от Киви о том, что хим-паук с седативом уже заряжен. Я впускаю его, пока девушка говорит.

— Я-я, Кобени Коруэлл-Хигашияма, соглашаюсь работать под руководством Ананси на контролируемой должности до тех пор, пока он не сочтёт достаточным либо повысить меня, либо достойно уволить с полным в-выходным пособием, — произносит она, пока хим-паук подползает всё ближе и ближе. — Н-ну как? Ты записал каждое слово? Может, мне стоит... ай! Что-то меня укусило!

— Не волнуйся, ничего вредного. Просто седатив, чтобы ты уснула, — говорю я ей, замечая сонливость в её чертах. — Когда ты проснёшься, у тебя будет новое лицо, новое имя и информация, чтобы начать всё с чистого листа. И всё за мой счёт.

Она пытается что-то сказать, но её слова смазаны. Она начинает качаться на стуле, пока наконец не падает вперёд, потеряв сознание.

...

— Пожалуй, интересный нанимать к себе людей, — говорю я себе, отправляя сообщение «мы закончили» охранникам и Киви. — А теперь... Как бы мне разобраться со всем, что ты наговорила...

[Получена тревожная новая информация о планах корпораций и будущих операциях, получен новый «подчинённый»]