Последняя Певерелл (джен)

При упоминании Луны сердце Жасмин болезненно сжалось: подруга не могла последовать за ней в эту жизнь. Сделка Тео и Блейза со Смертью не распространялась на остальных друзей. К тому же Луну связывали особые узы с госпожой Судьбой, и Смерть никогда не стал бы заключать с ней никаких сделок. Судьба ревниво оберегала своих подопечных.

Луна неизменно присутствовала в изначальной временной линии Гарриет. Похоже, теперь она влияла на события из мира духов.

— Что ты знаешь о Луне? И кто назвал тебе моё имя? — прохрипела Жасмин.

Её глаза слегка защипало от слёз.

Что затеяла Судьба? Ей ещё не полагалось вмешиваться. В прошлых жизнях её вмешательство всегда лишь усугубляло положение.

Пандора одарила её мечтательной улыбкой, до боли знакомой Жасмин. Теперь стало очевидно, от кого Луна унаследовала свою внешность.

— Мне приснилась девушка, до странности на меня похожая… Она сказала, что я должна помочь тебе спасти мир и что ты пришла из будущего. По её словам, к этому причастна госпожа Судьба.

Ну конечно, кто же ещё.

Госпожа Судьба всегда вела себя с Жасмин как взбалмошная стерва, но нуждалась в ней не меньше Смерти: ведь Жасмин должна была спасти магический мир. Просто помогала Судьба весьма своеобразно. Порой Жасмин казалось, что Судьба специально подыгрывает Волдеморту, чтобы события стали интереснее.

Жасмин не привыкла отказываться от помощи, но не вполне понимала, чем может быть полезна Пандора. Девушка выглядела чересчур здравомыслящей для той, кого Судьба могла выбрать в помощницы.

— И как ты можешь помочь? — спросила Жасмин, вопросительно приподняв бровь.

Она прислонилась к одному из множества гобеленов, украшавших стены. В коридоре, как нарочно, не было ни единого портрета, способного за ними шпионить, но на всякий случай Жасмин негромко наложила вокруг них заглушающие чары.

— Луна сказала, что тебе понадобится провидица, которая подтвердит твои рассказы о будущем. Если хочешь спасти магический мир, тебе понадобится вся возможная помощь. Но нельзя допустить, чтобы кто-нибудь заподозрил, откуда ты на самом деле явилась.

Как будто кто-то вообще поверил бы Жасмин…

— В твоём роду были провидцы?

Жасмин знала, что этот дар был у Луны, но всегда считала, что подруга унаследовала его от отца. Ксенофилиус вечно витал в облаках и был не в себе. Однако по выражению лица Пандоры Жасмин поняла, что ошибалась.

Мечтательность исчезла с лица Пандоры, а её улыбка стала немного хищной. Вот теперь перед Жасмин стояла ведьма, побеждавшая в турнирных поединках.

— Мой дар превосходит дар обычных провидцев. В жилах моего рода течёт кровь древних оракулов и пророчиц. Госпожа Судьба веками присматривала за моим родом, как Смерть — за твоим. Похоже, они хотят, чтобы мы вместе разобрались с этой бедой.

Весьма маловероятно. Смерть наверняка понятия не имел, что Судьба решила запачкать руки. Он бы ей житья не дал.

Во рту у Жасмин пересохло. Неудивительно, что предсказания Луны почти всегда так или иначе сбывались. Провидцы изрекали пророчества, которые иногда сбывались. Однако большинство из них были самоисполняющимися, а при определённых условиях их можно было нарушить. С оракулами и пророчицами всё обстояло иначе. Их предсказания воплощались в жизнь, если никто не менял своих действий, чтобы предотвратить предречённое. Даже тогда… вселенная обычно не отступала и снова и снова пыталась исполнить их предсказания — подлинные предсказания Судьбы.

Своим даром оракулы и пророчицы могли научиться управлять — обычно под руководством родственников или надёжных наставников. Скорее всего, Пандора умерла ещё до того, как у Луны начали проявляться первые способности.

— Сомневаюсь, что ты предлагаешь свой дар даром.

Иначе Пандора поступила бы глупо, а когтевранка должна была понимать это лучше других. Если Пандора не проявит осторожность, то обнародование семейной тайны может привести к её гибели или хотя бы превратить в мишень. Значит, здесь был какой-то подвох: своя цена за такую откровенность.

Пандора тут же отвела взгляд. Пол внезапно стал для неё необычайно занимательным, а её указательные пальцы занервничали и принялись тереться друг о друга.

— Вообще-то, есть одна вещь, с которой мне нужна помощь… — пробормотала она и на мгновение отвернулась. — НемоглабытыпомочьмнезаговоритьсКсенофилиусом!

Жасмин моргнула. Она понятия не имела, что только что сказала Пандора.

— Повтори, пожалуйста, последние слова. Медленно.

Шестикурсница глубоко вдохнула, и её щёки медленно покраснели.

— Мне нужна твоя помощь, чтобы поговорить с Ксенофилиусом. Он на седьмом курсе. Я почти год пытаюсь с ним заговорить, а он, кажется, вообще не замечает ни меня, ни кого-либо ещё! Он вечно сидит, уткнувшись в какую-нибудь книгу, и пытается открыть собственное издательство. По-моему, из этого может выйти нечто прекрасное, и я бы с радостью ему помогла, но…

— Как я могу тебе помочь? Похоже, ты уже пыталась…

— Ну… я сказала, что пыталась с ним поговорить. Но он ещё ни разу мне не ответил. А ты из будущего, Луна была очень на меня похожа, а Ксенофилиус…

Выходило, Пандора на самом деле с ним не разговаривала. Обычно когтевранка держалась куда увереннее… Всего две недели назад на турнире Пандора запускала людей в стены. Впрочем, в нескольких прошлых жизнях Гермиона тоже совсем не умела общаться с юношами. Самая умная ведьма своего поколения до пятого курса не могла поддержать разговор ни с Тео, ни с Блейзом, если Гарриет ей не помогала.

Жасмин вздохнула и провела рукой по волосам.

— Я могу попробовать привлечь его внимание. Мне как раз нужно предложить идею для книги, а его издательству не помешает небольшой толчок. Можешь присоединиться к нашей встрече. Может быть, тебе удастся отвлечь его от меня и самой сделать первый шаг?

Глаза Пандоры засияли, и она хлопнула в ладоши.

— Прекрасно. Просто скажи, когда мы с ним поговорим. У меня хорошее предчувствие на его счёт, Гарриет-Жасмин. Я очень хочу, чтобы у нас всё получилось.

Пандора быстро обняла Жасмин и вприпрыжку удалилась в противоположную сторону.

На мгновение Жасмин почувствовала, будто снова оказалась рядом с Луной. В прошлых жизнях Гарриет она часто вела себя так же. Приятно было знать, что частица Пандоры продолжала жить в её дочери, пусть ни одна из них об этом не знала.

Приятное чувство исчезло, когда Пандора схватилась за голову и чуть не рухнула на колени. Жасмин подбежала к ней и замерла рядом с протянутой рукой, готовая поддержать девушку.

— Ты в порядке? Отвести тебя к мадам Помфри?

Пандора покачала головой, и её голос вдруг стал глухим, почти нечеловеческим:

— Длани Судьбы отворачиваются от тебя. Души твоих друзей в опасности. Торопись, Повелительница Смерти…

Это было пророчество… нет, предупреждение.

Жасмин помчалась по ближайшему коридору к выходу из замка. В опасности могли оказаться лишь друзья, которые остались в Хогсмиде. Джеймс и Сириус всегда возвращались только перед самым комендантским часом. Жасмин не знала, что происходит, но если Судьба заговорила устами одной из своих подопечных, нельзя было рисковать. Жасмин не собиралась снова их терять.

Едва выйдя наружу, она поняла, что случилось. Всё вокруг казалось чересчур тихим и холодным даже для февраля. По спине Жасмин будто скользнула призрачная ладонь. В ушах нарастал глухой рёв, а мрачные воспоминания бились о ментальные барьеры.

Дементоры.

Целая стая.

Эти твари были ненамеренно созданными Смертью чудовищами… Они появились ещё до того, как Смерть создал Дары. Дементоры должны были облегчить его работу во время Чёрной смерти… Их существование лишний раз доказывало, что Смерти нельзя позволять создавать живых существ: его дело — лишь провожать их в загробную жизнь.

Жасмин надеялась, что ещё не опоздала и успеет спасти жителей деревни, на которую натравили этих чудовищ. Обычно дементорам требовалась цель: они плохо осознавали собственные действия. Кого Волдеморт хотел оставить без души так рано, едва начав войну? Или просто проверял, как действуют эти твари? Жасмин не помнила, чтобы ещё два-три года где-нибудь упоминалось о подобном нападении.

Жасмин прикусила губу. Ещё одно изменение временной линии, и она не знала, принесёт ли оно что-то хорошее. Волдеморт начал действовать агрессивнее и гораздо раньше. Придётся ускорить планы, чтобы он не создал новые крестражи или не начал поход против Хогвартса.

Жасмин бросилась бежать к Хогсмиду, держа палочку наготове. Аура Смерти таилась под самой поверхностью. Дементорам не помешало напомнить, кто их истинный повелитель. И это точно не Тёмный Лорд, страдающий папиным комплексом.

Приближаясь к деревне, Жасмин увидела, как дементоры носятся над землёй и играют с жертвами. Повсюду лежали дети и взрослые, но при беглом взгляде было не понять, превратились ли они в бездушные оболочки. Все они дышали, но иногда участь бывает хуже смерти. Джеймса и Сириуса нигде не было видно. Впрочем, немало дверей оставалось закрытыми: дементоры колотили по ним, пытаясь прорваться внутрь.

И тут до неё донёсся знакомый голос, слабо кричавший:

— Экспекто Патронум!

По хрипоте было ясно, что эти слова повторяли уже давно. Жасмин повернула голову к стене «Трёх метел» и увидела Беллатрису Блэк. Она защищала два лежавших позади тела и удерживала перед собой почти прозрачный белый щит. Для тёмной ведьмы Беллатриса на удивление долго продержалась.

Жасмин подоспела вовремя. Ноги Беллатрисы подкосились, однако она так и не опустила щит. Четыре дементора пикировали вниз, а щит почти не мог их сдержать. На лежавших за ведьмой учениках была форма Хогвартса, и Жасмин больше не намеревалась сдерживаться.

Она выпустила наружу свою силу, привлекая внимание всех дементоров. Жасмин потянулась к магии, которую соткала сама Смерть.

— Что вы натворили? — спросила она через эту связь.

Но твари лишь принялись кружить вокруг неё, а их гниющая плоть колыхалась на ледяном ветру. Дементоры отказались слушать Смерть и отвечать на его зов — они действительно служили Волдеморту. Их отвратительный танец дал Жасмин нужную возможность призвать Патронуса.

— Экспекто Патронум! — крикнула она, и из палочки вырвался телесный Патронус.

Он принял облик фестрала, и его скелетообразное тело одним мощным взмахом изгнало дементоров из деревни. Прошло некоторое время, прежде чем гнетущее чувство наконец рассеялось.

Жасмин поспешила к Беллатрисе: их роды всё-таки состояли в союзе.

— Ты в порядке? — спросила она и положила руку на плечо старшей ведьмы.

Беллатриса уже несколько минут не шевелилась, и Жасмин испугалась, что она потеряла сознание. Гриффиндорка присела перед женщиной, прикрывавшей собой двух учеников.

— Ты их всех остановила, — прохрипела Беллатриса.

Жасмин прикусила губу и мягко ответила:

— Они все ушли. Теперь всё будет хорошо.

Беллатриса повернула голову, и её фиолетовые глаза впились в Жасмин.

— Ты меня спасла. Ты рисковала ради меня жизнью.

Жасмин сделала бы то же самое для любого, но не стала этого говорить. Вместо этого она слегка улыбнулась потрясённой ведьме. Послышался скрип нескольких дверей: люди начали понимать, что происходит снаружи. Беллатриса отстранилась от лежавших, и Жасмин задохнулась, увидев прислонённых к стене Джеймса и Сириуса. Джеймс защищал Сириуса своим телом. Беллатриса спасла их обоих… хотя, скорее всего, лишь ради Сириуса: он всё-таки наследник.

— Их успели…

От одной мысли, что кого-то из них поцеловал дементор, в животе у Жасмин образовался тяжёлый ком.

Беллатриса покачала головой.

— Нет, но всё было очень близко. Сегодня мы чуть не потеряли наследника. Они решили поиграть в гриффиндорцев и помогали детям спрятаться в домах. Сегодня этот Тёмный Лорд нажил себе могущественного врага.

По деревне разнеслись хлопки множества аппараций. Обе женщины замерли и прислушались, пытаясь понять, кто прибыл. Это могли быть Пожиратели смерти. Однако вскоре послышались мужские и женские голоса, зовущие целителей. Похоже, наконец прибыли авроры. Конечно, Жасмин уже прибрала за ними весь бардак, но с удовольствием позволила бы им присвоить все заслуги, пока жители поздравляли их с успешным завершением дела. Кажется, никто не видел, что всех спасла именно Жасмин.

Поднимаясь, Беллатриса вся дрожала.

Жасмин достала из мантии плитку шоколада и протянула Беллатрисе. Жасмин не особо любила сладости, но для таких случаев всегда носила шоколад с собой. Джеймс уверял, будто он нужен ей для «этих дней», но жизнь за жизнью Жасмин подвергалась нападениям дементоров и давно выработала привычку держать в кармане пару плиток.

Беллатриса откусила большой кусок, и к её щекам сразу вернулся цвет. Жасмин всё ещё сидела на корточках перед двумя юношами и похлопывала их по щекам, надеясь добиться хоть какой-нибудь реакции. Джеймс пробормотал: «Ещё пять минут», а Сириус застонал и посоветовал ей убираться. Значит, с ними всё было в порядке: они лишь полностью обессилены нападением дементоров. Теперь придётся самой тащить их в замок.

— Не поможешь донести этих самоотверженных придурков до Хогвартса, пока лазарет не переполнился? — спросила Жасмин у Беллатрисы, наложила на обоих юношей облегчающие чары и закинула руку Джеймса себе на плечо.

Мерлин, до чего же высоким вымахал её кузен! Жасмин с удовольствием применила бы левитационные чары, но призыв Патронуса всегда отнимал у неё много сил, а энергии, чтобы поднять в воздух и одного, и другого самой, у неё уже не осталось.

Жасмин точно не стала бы ждать, пока авроры наконец выполнят свою работу. Если они так долго добирались до Хогсмида, когда там возникла угроза, значит, в их рядах уже находился сторонник Волдеморта. Жасмин не собиралась рисковать и допускать, чтобы её друзей отдали ему.

У Юфимии случился бы удар, узнай она, что сегодня Джеймс чуть не погиб. Хотя она возглавляла Департамент магического правопорядка, сама Юфимия руководила небольшим сплочённым отрядом элитных авроров. В департаменте было не меньше шести отделов, и она не могла контролировать их все одновременно. После сегодняшнего дня она, вероятно, устроит там хорошую чистку, заодно избавившись от ещё нескольких пожирателей смерти в Министерстве.

Беллатриса взвалила на себя Сириуса, и две ведьмы отправились в путь, чтобы донести своих дев в беде до лазарета, пока Министерство, скорее всего, пыталось замять нападение. Беллатриса оказалась гораздо сильнее, чем полагала Жасмин. Несмотря на явное изнеможение после нападения дементоров, она без единой жалобы донесла Сириуса до самого замка. Жасмин оставалось лишь гадать, что же в ближайший год-другой сведёт Беллатрису с ума и заставит присоединиться к Волдеморту. Сейчас Беллатриса казалась чрезвычайно крутой ведьмой, которая не желала ни перед кем склоняться.