На его каверзном пути через вселенные (гет)

Девчонка, которая никогда не умолкает

Сегодняшний код от двери «495632». Моё счастливое число. По крайней мере, на последние две секунды.

Боковой вход, спрятанный в неприметном переулке, щёлкнул замком. Изнутри лился яркий свет.

Код для отключения сигнализации «B62A83». Идиоты меняют его раз в неделю, а не ежедневно.

Никаких воющих сирен. Тишина. А потом по стене скользнули тени, и шаги их владельца были беззвучны.

Как же тут просторно. Это просто нечестно. Господи, нам побольше нужен дом... то есть база. Не дом.

Отголоски шагов миновал дверь. И вернулись.

Не будем рисковать. Эта комната сойдёт.

Дверь открылась и тут же закрылась. Внутри были только ящики и коробки.

Следующая смена караула через... примерно четыре минуты. Эх. Слишком долго, чтобы просто стоять, и слишком мало, чтобы закинуть ноги и отдохнуть.

Вскоре за дверью послышались шаги. Они стихли вдали.

...летающая капуста... что за бредя... а! Точно по расписанию. Ну, начинаем.

Ещё одна дверь, заперта дистанционно. В углу мигает огонёк. Где-то там сидит человек и смотрит в камеру.

Я знаю, что ты сделал со своим отцом. Твоя мать и родственники тоже могут узнать.

Дверь открылась сама. Всё, что нужно было сказать, было сказано несколько часов назад.

Хе-хе, на этот раз не зря старалась~

Впереди тянулся длинный коридор, такой широкий, что десять человек могли бы маршировать в ряд. Его строили для массового приёма гражданских при ЧС, но потом переоборудовали.

Так и тянет проскакать по нему вприпрыжку. Но лучше не надо. Код от следующей двери «302755»... стоп, или «104246»? А может, «483920»?

Впереди росла огромная дверь.

Чёрт-чёрт-чёрт... а, на ней нет замка.

Звук шлепка ладони по лицу. Вздох.

Так, в пересказе я этот момент точно опущу. Надо же показать ему, какая я крутая.

Поворот, лестничный пролёт вниз.

Этот уголок подойдёт. Угол обзора, старые следы на полу... да, место в самый раз.

Плащ взметнулся, превращаясь в ширму. Цвета расплылись, сливаясь с окружением.

Вот вы меня видите, а вот теперь — нет. Я волшебница. Ха.

Тяжёлые шаги берцев по бетону. Несколько фигур поднимаются по лестнице. Глаза за забралами шлемов скользнули по месту всего в паре дюймов от того.

Пока-пока. Лопухи.

Плащ снова лёг на хрупкие плечи.

Теперь осталась прямая дорога до цели.

По коридору прошла лёгкая вибрация. Где-то внизу раздался приглушённый рёв.

Что это... ах, последний из Скитальцев. С этим будет столько возни. Чем скорее он или она уберётся из города, тем лучше. И Сучёнышко эта тоже.

Последняя дверь. Глубокий вдох. Пальцы заплясали на клавиатуре. Замки щёлкнули.

Зовите меня Бонд. Джеймс Бонд. Или, может, я роковая женщина...? Из меня бы вышла потрясающая роковая женщина.

Дверь отъехала в сторону и закрылась. Звуки коридора мгновенно стихли.

Высокая худая фигура вскочила на ноги. Никто не должен был входить без его разрешения.

— Кто?!

— Снова приветик, Выверт. Я победила.

Окончательно. И в одиночку. Мне всегда не хватало лишь времени, ещё чуть-чуть времени, чтобы поставить тебе шах и мат.

Собеседник дёрнул рукой, в ней блеснул пистолет. Грянул выстрел.

— А ещё я пуленепробиваемая.

...Ай-ай-ай, больно.

* * *

Наступил вечер, а с ним пришли сообщения с обеих сторон, и от закона, и от беззакония. Все были готовы ко всему. Операция против АПП должна была начаться этой ночью.

Жон ждал, когда злодеи начнут стекаться в маленький дворик в тени офисного здания. Он опёрся на один из вычурных геометрических столиков, расставленных по пустырю. Команда Трещины пришла первой, почти на час раньше. Причина того быстро выяснилась: их предводительница сразу же направилась к резвящейся Эске и принялась засыпать её бесконечными вопросами, смысла которых Жон не улавливал. С собой она привела четырёх кейпов, и те, не получив указаний, побрели к столу с пончиками и маффинами, которые он разложил.

А что? От гостеприимства ещё никто не умирал, даже если Сплетница и подкалывала его за это в своих сообщениях.

Из четверых самым общительным оказался парень неоново-оранжевого цвета. Он представился Тритоном и откусил черничный маффин (*фу*). От рукопожатия парень отказался, объяснив, что его кожа выделяет галлюциногены, способные свалить слона. Вместо него Жону пожал руку его напарник с плащом, на которым были нарисованы завитки и панцири, его звали Улитка Грегор. Были там и хрупкая молчаливая девушка в зелёных одеждах, которую он сперва принял за подростка, и настоящая подросток в плотном красном костюме, которая за ней присматривал. Лабиринт и Саламандра. Манипулятор реальностью, как похвастались её союзники, и...пиромант. Иногда название говорит само за себя.

Грегор выбрал круллер (признак хорошего вкуса, да), а Саламандра уговорила Лабиринт съесть пончик с ванильной глазурью (детский вкус, плюс рядом опекун, хм-м).

Вскоре после них во двор слаженно вошёл отряд мужчин и женщин в профессиональной экипировке. Они напоминали Гончих: чёрная броня, шлемы с затемнёнными визорами и штурмовые винтовки с футуристическими обвесами. Новоприбывшие оказались наёмниками Выверта, что сперва насторожило Жона, но он расслабился, когда они не выказали враждебности. Похоже, на данный момент все были на одной стороне.

Он заметил одну деталь: наёмники о чём-то яростно перешёптывались, уставившись в экраны телефонов. Жон насчитал уже три раза, как кто-то из них оборачивался в его сторону. Сплетнице это может быть интересно.

От угощений они отказались. Ну, им же хуже.

Следующими были Неформалы. Их лидер, Мрак, вошёл во двор уверенным шагом, окутывая себя тьмой. За ним по пятам следовала Рой в маске в стиле насекомого. Её голова вертелась, изучая каждого присутствующего и, если Жон не ошибся, оценивая зад Мрака. Местная Сплетница встретилась с Жоном взглядом на пару секунд, а потом спряталась за Рой. Девушка в собачьей маске зарычала на него; у её ног шагали три пса. Сука.

Он всё ещё отказывался верить, что это её настоящее злодейское имя. Сплетница наверняка шутила.

Последний член Неформалов, Регент, прямиком направился к пончикам, схватил один с заварным кремом и один в шоколадной глазури (сладкоежка, даже чересчур) и, балансируя ими и своим скипетром, отошёл в сторону. Остальным из команды он ничего не принёс.

Громовой рёв, похожий на звук автомобильного двигателя, только в десять раз громче, заставил всех замереть. Каждый приготовил оружие или суперсилы и повернулся в сторону шума. Из-за этого Чиркаш, появившись вместе со своими Барыгами, Скрип и Сочник (или всё-таки Мочник?), в панике бросился искать укрытие. Эту свою оплошность Чиркаш воспринял в штыки и с тех пор тяжело дышал и косился на любого, кто осмеливался смотреть на него слишком долго. Эта группа от угощений тоже отказалась.

Этот эпизод Жон быстро забыл, потому что следующей пришла Солнышко. Её балетная выучка чувствовалась в походке — хорошая осанка, лёгкие и изящные шаги. Она выглядела довольно нервной из-за такого количества людей и старалась держаться подальше от наёмников, шарахаясь от их оружия. Солнца, вышитые на её чёрном костюме, поблёскивали в свете дворового фонаря, чем притягивали взгляд.

А, ну и её команда была с ней, Скитальцы или как их там. Трикстер, Балли, Гена. Они были просто... фигурами. В одежде и всё такое.

— Ребята, вам что-нибудь взять? — спросила Солнышко у товарищей по команде, указывая на коробки на столе, и тяжело вздохнула, когда Трикстер тут же отошёл в угол покурить. — Тогда возьму ему черничный маффин или ещё что-нибудь. Баллистик? Генезис?

Упс. Ну, почти угадал.

— Пончик с джемом, — сказал Баллистик (без особого мнения на этот счёт).

— Посмотри, есть что-нибудь с корицей? — спросила совсем не похожая на гориллу, а скорее на волчицу Генезис (явно утончённая и умная особа). Жон припомнил, что Сплетница упоминала её способность к перевоплощению.

Солнышко кивнула и отошла от группы. Она немного споткнулась, заметив его взгляд, но всё же подошла к столу, вежливо поздоровавшись с ним и с командой Трещины на скамейках. Саламандра протянула коллеге-пирокинетику бумажную тарелку, на которую тут же легли черничный маффин и пончик с джемом. Затем она взяла пончик с заварным кремом (скромная, милая, смелая, добрая, забавная — так, стоп) и стала искать что-нибудь для Генезис.

Жон кашлянул в кулак, привлекая её внимание.

— Прости, я уже съел маффин с корицей.

— Ох... — пробормотала она и замялась. — Эм, спасибо, что сказал.

— Возьми круллер. Они вкусные.

Она смутилась ещё больше.

— Я, вообще-то, хотела его оставить. Всегда найдётся кто-то, кто захочет французский круллер.

Это слово всколыхнуло воспоминание. Он помнил, что Солнышко использовала слово «французский» в связке с его именем. А теперь — в связке с едой. Универсальное слово. Надо будет однажды узнать, что оно значит.

— Резонно, — ответил он. — Штука вкуснейшая, я видел, как из-за неё драки начинались, — потому что в Биконе все понимали: уступив лучшее, ты не заслужишь уважения, а просто останешься с худшей едой. — К счастью для тебя, Грегор свой уже съел.

Грегор кивнул, его полупрозрачная кожа тревожно всколыхнулась. Случай 53, чья физиология и внешность экстремально отличались от нормы. К счастью, парень не обиделся, что Жону понадобилось время, чтобы привыкнуть к его странному виду, а ещё Грегор оказался довольно разговорчивым.

— А значит, — продолжил Жон, указывая на Солнышко, — тот самый «кто-то» это ты, и вот это, — он показал на пончик, — можешь забирать.

Она тихо хихикнула, и Жон навострил уши. Но она всё ещё оглядывалась, словно ища, кто может возразить, поэтому он взял коробку с пончиками и протянул ей.

— Давай же, никто не будет против.

Его сердце сжалось, когда он увидел, как нерешительно она протянула руку. Та Солнышко, которую он знал, к концу их недолгого знакомства стала человеком, который мог быть с ним решительным. Она не боялась показывать свою открытую сторону, спрятанную за робостью. А эта Солнышко...

— Эм, что-то не так?

Жон стряхнул с себя тоску и натянул улыбку.

— Нет, всё в порядке.

Поверила она или нет, но вскоре девушка вернулась к своей команде, где Генезис тут же засыпала её вопросами — скорее дразнящими, чем любопытными. Любопытно, что пончик с кремом в итоге достался Генезис. А круллер (скромная, милая, смелая, добрая, забавная — да хватит) Солнышко оставила себе.

— Знаете, а по-моему, всё прошло неплохо, — сказал Жон вслух, обращаясь к застолью.

— Чувак, — ответил Тритон с набитым ртом. Он пошёл за второй порцией и теперь держал маффин хвостом. — У меня с кассиршей в круглосуточном разговоры и то интереснее бывают.

Жон сердито зыркнул на него.

— Ну, все с чего-то начинают. По крайней мере, это лучше, чем вчера.

— Да что угодно было бы лучше, чем вчера. И сомневаюсь, что ты всё исправил, подкупив её едой.

В поисках поддержки он повернулся к Грегору.

— Ты же видел? Я отлично справился, правда?

Грегор задумался, глядя на луну.

— Плод, который не съели, со временем принесёт свои плоды, — наконец произнёс он своим рокочущим голосом.

— ...Что это значит?

Грегор похлопал его по спине.

— В следующей жизни повезёт.

Ох. Больно.

По правде говоря, он и сам не знал, чего хотел или ждал. Солнышко, стоявшая перед ним сегодня, была другим человеком, не его подругой. Она никогда не сражалась рядом с ним и не должна была для него ничего значить.

И всё же, какими бы разными они ни были, у этих двух девушек было общее прошлое и общие мысли, так что в одном он был уверен: эта Солнышко была несчастна. Несчастна из-за того, что она злодейка. Из-за работы на Выверта. Из-за этой жестокой жизни. Если и были причины, по которым он всё ещё пытался с ней заговорить, то именно эти. Она не была его подругой, но ей нужен был друг.

— Ну-у-у, так и будешь на неё томно вздыхать? — спросил Тритон.

— Оставь парня в покое! — отругала его Саламандра. — По-моему, это очень романтично!

— Нет, он прав, — вздохнул Жон. — Сейчас есть проблемы поважнее. Мы здесь не для того, чтобы сотрясать воздух.

Хотя выглядело всё именно так. Возможно, угощение заставило всех расслабиться, а может, то, что ни одна из собравшихся групп не была прямым конкурентом для другой. Как бы то ни было, люди начали общаться вне своих команд, коротая время. Всё началось официально, с едва уловимого позёрства, которое Жон наблюдал в «Сомерс Рок» и счёл нормой. Но это продлилось недолго: то тут, то там слышались шутки и жалобы на квартплату. По негласному соглашению все сбросили напускные маски суперзлодеев и стали похожи на обычных людей со своими повседневными заботами. Картина, подумал он, была почти гармоничной.

Если не считать Чиркаша, который впаривал какой-то наркотик Трикстеру, а тот выглядел таким задолбавшимся, что, казалось, готов был прибегнуть к насилию. И Суку, которая, услышав неудачное замечание, сверлила взглядом одного из наёмников и хрустела костяшками. И Рой, которая делала... что бы она там ни делала с целым облаком насекомых, разговаривая с Солнышко, а та, кажется, вот-вот начнёт задыхаться. И...

Ладно, это была скорее гармония в хаосе, но суть та же. Он надеялся, что так будет и во время предстоящей операции.

Жон проверил время на телефоне — с поправкой на местные условия — и обеспокоенно поискал глазами Сплетницу. Сбор был назначен на восемь вечера. Злодеи скоро начнут спрашивать детали плана, а полная картина была только у неё. Ему очень не хотелось неловко признаваться, что он понятия не имеет, что делать и куда идти.

Его взгляд выцепил в толпе фиолетовое пятно.

— Сплетница! — крикнул он, с опозданием сообразив, что местная версия тоже где-то здесь. Но волновался он зря: перед ним тут же возникли две Сплетницы.

— Надо было мне точнее выражаться.

— Ага. Это было тупо.

— Точняк.

Как мило. Они отложили разногласия, чтобы вместе наехать на него.

— Ладно, наверное, неважно, раз ты, — он махнул рукой в сторону местной Сплетницы, — скорее всего, будешь всё координировать. По опыту, на поле боя это твой конёк.

— И бомбы обезвреживать, — прощебетала Сплетница. — Моя младшая сестрёнка должна отработать свой хлеб.

Так вот какая сегодня легенда — давно потерянная сестра-близнец? Наверное, в это поверить и правда легче, чем в клонов и двойников.

— Кончай заливать, — процедила местная. — У меня нет сестры.

— Насколько тебе изве-е-естно~, — пропела Сплетница. Другие признаки — то, как она покачивалась на пятках и не могла сдержать улыбку, — заинтриговали Жона.

— Ты какая-то радостная сегодня. Случилось что-то хорошее?

Её взгляд, обращённый к нему, потеплел.

— Самое лучшее, — ответила она с удивительной честностью. — Расскажу тебе потом.

К тому времени и у него накопится к ней пара вопросов — о грабежах банков и пауках.

Сплетница окинула взглядом двор.

— А сейчас давай разберёмся с тем, что нас ждёт этой ночью.

— Отлично, — согласился Жон и доложил обстановку. — Все здесь и готовы к бою. Только с наёмниками Выверта что-то не так. Они все на нервах, и, что-то мне кажется, это из-за нас.

Она пожала плечами.

— Не переживай. Я знаю почему. Как и моя копия, они просто получили новые приказы, — убедившись, что наёмники на них не смотрят, она достала незнакомый телефон и помахала им перед носом у Жона.

Её двойник издала странный горловой звук, лихорадочно переводя взгляд с телефона на Сплетницу и обратно. Видимо, она узнала устройство и не ожидала увидеть его в руках Сплетницы.

— Вот-вот, так что отбрось свои грязные мыслишки, милочка. Тебе больше не платят за то, чтобы выискивать наши слабые места.

Местная Сплетница вздрогнула от этих слов, но тут же натянула улыбку.

— Понятия не имею, о чём ты. Я просто милая и игривая воровка по найму. Никаких интриг. Обещаю, — всё это время её взгляд был прикован к чужому телефону, а у неё в голове, без сомнения, проносился ураган мыслей.

— Ага-ага. Рада, что мы поняли друг друга, — язвительно протянула Сплетница. Усмехнувшись, она повернулась к нему и что-то нажала на своём телефоне. В кармане Жона мелодично звякнуло уведомление. — Вот список адресов, по которым я хочу направить героев. Они пронумерованы по порядку, я даже на карте их отметила. Помни...

— ...не выкладывать всё сразу.

— Молодчинка, ты помнишь. Если выдашь им весь список с ходу, они могут начать хитрить. Нельзя забывать про рычаги давления.

Жон сомневался, что герои опустятся до такого. Один конкретный человек мог бы, но дюжина других его бы удержали; Бесстрашный, в частности, казался готовым к сотрудничеству. Но Сплетница всегда перестраховывалась, так что он принял её совет, просто кивнув.

— Жди моего сигнала, потом начинай раздавать цели. Если спросят, вали всё на меня, скажи, что я вычисляю их на ходу. Держи связь. Лучше всего, если обе стороны будут двигаться в одном темпе.

— Как мне разделить команды героев? Я не очень хорошо знаю их силы.

— Оставь это им, у них больше опыта. Держись того, кто у них главный.

Жон скривился.

— Оружейник.

— Может быть. А может, в Протекторате наконец поймут, что он не очень-то ладит с людьми и ему место на передовой, а на его место поставят Б-Бесстрашного... Бха-ха-ха-ха-ха! Не могу! Я просто не могу!

Пока Сплетница — обе Сплетницы, на самом деле, — хохотали от души, Жон потёр переносицу. Ему, конечно, было приятно, что кто-то ещё невысокого мнения об Оружейнике, но вполне реальная перспектива работать с этим типом в паре его ничуть не радовала, и дельный совет был бы очень кстати. Но, похоже, его он не дождётся.

Отсмеявшись, Сплетница вернулась к делу и провела его по маршрутам, которые складывались из списка адресов. Она планировала наступление с двух сторон, чтобы команды, сменяя друг друга, на огромной скорости выносили основные базы АПП и склады с бомбами. Громкая, прямолинейная стратегия, и на то была причина.

— Если за кем-то увяжется Лунг или Они Ли, сразу звони. Я скажу, каких злодеев послать или какие герои мне нужны с вашей стороны. Как только увидишь, что эти двое увязли в бою, сразу отходи.

Потому что в этот момент прямой удар по Бакуде уже не будет рискованным — другие кейпы АПП не успеют вмешаться. Сила Лунга заключалась в трансформации в дракона, и его мощь росла со временем. На пике он сражался с Левиафаном. Им совершенно не хотелось, чтобы он ввязался в драку в критический момент. А Они Ли, правая рука в АПП, был телепортером. Этим, в общем-тоЮ всё сказано.

Любой из них мог всё усложнить. Убери обоих — и жизнь станет проще. Останутся только их команда, их союзники, Бакуда и куча бомб. В общем, всё просто.

Сплетница задумчиво постучала пальцем по подбородку.

— Я ничего не упустила? Вроде нет...

— В таком случае, ты командуй здесь, а я пойду к Протекторату, — сказал он. Достав телефон, он набрал её номер, а затем повесил аппарат на шнурке на шею, убавив громкость, чтобы никто не подслушивал. Так они смогут общаться во время операции. — Если понадоблюсь, кричи.

Уходя из дворика, Жон захватил со стола, за которым сидел, пару нераспечатанных коробок с пончиками.

В конце концов, гостеприимство всегда окупается.

* * *

Точка сбора Протектората находилась на первом уровне крытой парковки, прямо через дорогу от места встречи злодеев. Герои ждали его в дальнем конце, на расстоянии, с которого нельзя было ничего толком увидеть или услышать, если какой-нибудь ретивый злодей вдруг решит привлечь к себе внимание, задействовав свои силы. Так сохранялась видимость разделения. Сияющие герои не работают вместе с подлыми злодеями, они просто случайно оказались в одном районе, ничего не зная друг о друге. Правдоподобное отрицание — какая прекрасная вещь.

Не то чтобы все герои с этим соглашались. Идя под мерцающими лампами, Жон насчитал почти половину хмурых лиц. И как только сталь его ботинок зазвенела по бетону, немалая часть этого раздражения переключилась на него. Он сохранял дружелюбный вид и не давал этому себя задеть. Они ведь союзники.

Он собирался подойти к тем, кого счёл лидерами ещё вчера — к Оружейнику, Бесстрашному и Мисс Ополчение. Но дорогу ему преградила размытая фигура. Слава была здесь, и у неё были свои планы.

— Йо, — только и успел вымолвить он, как улыбающаяся героиня схватила его. Через несколько секунд он уже стоял перед другой группой супергероев, а Слава приземлилась рядом.

Общие черты — белые обтягивающие костюмы с индивидуальными элементами и полное отсутствие масок — выдавали в них одну команду. Расстояние между членами группы указывало на близкие отношения: две родительские пары, две пары детей. Жону не понадобилось много времени, чтобы их опознать, а присутствие знакомых брата и сестры окончательно подтвердило его догадку: независимая команда героев, Новая Волна.

Лазершоу и Барьер выглядели куда здоровее, чем будут выглядеть через пару недель. Он знал, что они прекрасные и смелые люди, и помахал им рукой. Барьер помахал в ответ, а Лазершоу изучала его с любопытством.

— Итак, короче, это тот парень, о котором я вам рассказывала! — Слава театрально раскинула руки, представляя Жона, словно ценный приз.

Под их пристальными взглядами он сделал первое, что пришло в голову.

— Кто-нибудь хочет пончик? — он поднял перед собой коробки, которые принёс с собой, будто щит.

Их тут же конфисковала Слава как свою законную добычу. Она моментально нацелилась на фирменный пончик «именинная выпечка» (яркая, кричащая). Это было месиво из посыпки и глазури, под которым едва угадывалось тесто. Она с наслаждением умяла это сахарное чудовище и передала коробки дальше.

Пока угощение шло по рукам, одна из старших женщин шагнула вперёд. От выпечки она отказалась, но бросила взгляд на героев Протектората. Получив от них некое безмолвное согласие, она сосредоточилась на нём.

— Охотник, верно? Надеюсь, сработаемся. Я Леди Фотон, в обычной жизни Сара Пелхэм, — она протянула руку.

Жон пожал её.

— С заглавной «О», но да, это я, — почему все так на него за это косятся? — Рад помочь, — он замялся. — А мне надо...?

— О нет, пожалуйста, не думай, что ты обязан называть своё настоящее имя, — опередила его вопрос Леди Фотон. — Просто Новая Волна считает, что кейпы должны быть открыты, но я понимаю, что многие не разделяют этого мнения, — она улыбнулась. — Хотя, должна признать, я удивлена, что ты без маски.

— И без костюма, — добавила Лазершоу, оценивающе оглядев его пончо и джинсы. Она ещё не заметила пятнышко клубничной глазури (причудливая, а может, эксцентричная) в уголке своих губ. Оно напоминало размазанную помаду и придавало ей лёгкий эротический флёр.

Но говорить об этом при её матери он, пожалуй, не станет.

— Плащ, конечно, красивый, но он немного мешает, — объяснил он. — Думаю, сегодня вечером понадобится одежда покрепче.

Его вчерашний наряд был сценическим, и пара хороших ударов превратила бы такую тонкую ткань в лохмотья. Устраивать всем бесплатное стрип-шоу ему как-то не хотелось.

— А что до маски, мне нечего скрывать. И кстати, меня зовут Жон Арк.

Улыбка Леди Фотон стала заметно теплее. За её спиной среди героев Протектората, которые внимательно слушали, прокатилась волна смятения.

Именно так. Никаких секретов, народ.

Тихий голосок внутри шептал, что, выдав им столь поразительное откровение, он отвлечёт их от других, куда более неудобных мелочей. Жон не очень-то любил этот свой голосок и, как обычно, проигнорировал его.

В этот момент встряла Слава.

— Ну что я вам говорила? Мы с ним как две капли воды: у него силовое поле, он одевается как Эми и даже думает как мы! Попробуйте сказать мне в лицо, что он не из нашей семьи!

Если только её семья не состоит сплошь из двуличных лжецов, то вряд ли.

Старшее поколение переглянулось. Они были примерно ровесниками его родителей, лет сорока с небольшим. Все блондины, а женщины — очень похожи друг на друга. На их фоне, по мнению Жона, отсутствие родства с ним было более чем очевидным.

— Э-э-э, ну не знаю, Вики, — осторожно сказала Лазершоу. — Я отчасти понимаю, о чём ты, но ни у кого из наших родственников нет фамилии Арк.

— Он мог взять девичью фамилию матери!

— Не брал.

— Тихо, ты. Это утверждение недоказуемо, а значит, не считается. Но у нас есть простой способ всё решить, — перейдя на приторный тон, она позвала: — О-о, Эми~!

Из группы вышла девушка, доедая последний кусочек своего пончика с глазурью (простая, безвредная, немного липкая). Она, казалось, не вписывалась в общую картину. Ни в семью Даллон, ни в семью Пелхэм. Жёсткие каштановые волосы выбивались из-под капюшона. В отличие от уверенности, которую излучали все члены её семьи, она сутулилась и пыталась спрятаться за красным шарфом на шее. Она не смотрела ему в глаза, бросая быстрые взгляды то на его лицо, то себе под ноги, то по углам парковки. В общем, девушка производила впечатление страшно тревожной и унылой.

Он склонил голову, заметив кое-что в её одежде. Белая основа с красными крестами — рисунок точь-в-точь повторял панацейское пончо, которое было на нём.

Ох, блин. Это же и есть Панацея, да?

— Сразу скажу: это пончо я купил спонтанно, — поспешил он уточнить. — Шёл дождь, и мне нужно было что-то, чтобы не промокнуть. Я о ней раньше даже не слышал.

На лице Славы расцвела победная ухмылка.

— То, что ты называешь спонтанностью, на самом деле продиктовано кучей подсознательных решений, принятых за долю секунды. Это довольно известный психологический факт. Подумай сам. Ты мог бы выбрать из десятков брендов. Почему ты выбрал дизайн, характерный именно для Панацеи, возможно, самого узнаваемого кейпа Новой Волны? А?

К этому моменту Жону стало совершенно ясно, что Слава уже всё для себя решила и теперь лишь ищет подтверждения в мелочах, отметая любые противоречия. Даже его молчание она приняла за доказательство и радостно поманила Панацею подойти ближе.

— Протяни ей руку, — скомандовала она. — Сила Эми позволяет ей понимать биологию человека, чтобы лечить. Через прикосновение она может прочитать тебя до самого ДНК и сравнить с другим человеком. Например, со мной.

Он ещё раз взглянул на неприметную Панацею. Звучало мощно. Может, и не в прямом бою, но для врача, ищущего скрытые травмы и болезни, просто идеально. Некоторые болезни ведь наследственные? Сможет ли она их обнаружить? Или даже вылечить?

Такие невероятные способности — и они собирались использовать её как навороченный тест на родство.

М-да. Ну и ладно. Что до него, то это хотя бы положит конец фарсу. Ему было немного жаль Славу, ведь в её желании обрести семью было что-то трогательное и невинное, но это не помешало ему протянуть руку.

Но когда Панацея потянулась к его ладони, он её отдёрнул. Подойдя ближе, он заметил очень тревожное пятно на рукаве её белого халата.

— Почему у тебя на одежде кровь?

Панацея опустила взгляд и простонала:

— Ой блин! А я её только постирала, — с сожалением покачав головой, она добавила: — Не обращай внимания. Перед этим был экстренный вызов.

Он поморщился.

— О-оу. Всё плохо?

— Не хочу об этом говорить, — довольно резко отрезала Панацея.

— Она скромничает, — вмешалась Слава. — Её позвала сама Александрия!

Она хвасталась так, будто это должно было что-то для него значить. Его хладнокровие, рождённое невежеством, похоже, произвело впечатление на героев Новой Волны.

Восприняв это как вызов, Слава продолжила:

— И да, «плохо» — это ещё мягко сказано. Эми сказала, что жертву нашли слишком поздно, так что...

— Вики, прекрати, — резко оборвала её Панацея. — Это не его дело.

— Ой, да ла-а-адно.

— Хватит, Вики. Дай сестре сделать своё, — сказала Леди Фотон.

На лице Славы промелькнула недовольная гримаса, но она тут же исчезла, как только Панацея схватила Жона за руку. Этого хватило, чтобы отвлечь её от предыдущей темы — ей не терпелось разгадать его тайну.

Он ожидал сияющих рук, светящихся глаз, пары электрических разрядов — чего угодно, что указывало бы на активацию силы Панацеи. Но ничего столь драматичного, насколько он мог судить, не произошло. Целительница просто стояла и изучала его ладонь, пока Слава порхала вокруг них, не в силах сдержать нетерпение.

Затем Панацея поджала губы и нахмурилась. Она подождала, и, когда он не отреагировал, сказала:

— Убери силовой щит.

— ...Прошу прощения?

— Твой силовой щит мешает! Я не могу коснуться твоей кожи, тебе нужно его убрать.

Он отвёл взгляд. Свободной рукой почесал щеку.

— Я не могу, — смущённо пробормотал он.

— Что?! — вскрикнула Слава.

— Он спадает, только когда меня изобьют до полусмерти.

Повисла секундная тишина.

— И мы не будем этого делать, — добавил он, словно прочитав мысли Славы. Судя по тому, как она сникла, она думала именно об этом.

Однако улыбка вернулась на её лицо в рекордно короткие сроки.

— Погоди, погоди, погоди. — Она подлетела к нему, ткнув пальцем ему в лицо. — Ты ведь просто так говоришь, да? Типа, ты можешь отключить щит в любой момент, но притворяешься, что не можешь, потому что это докажет мою правоту?

И вот уже толпа начала склоняться к версии Славы, потому что он выглядел крайне подозрительно, уклоняясь от стопроцентно точного теста. В телефоне, висевшем у него на шее, кто-то откровенно расхохотался.

— Я могу показать семейный альбом.

— Тогда почему не покажешь?

Потому что он не знает, какие выводы люди сделают, взглянув на свиток, или даже из простого вида гостиной его родителей. Потому что ему не нужна сотня дотошных вопросов, которые приведут к выводу, что он пришелец из космоса.

Ему здесь не победить.

Закрыв лицо руками, он спросил:

— Можем мы, пожалуйста, сосредоточиться на реальной причине, по которой мы здесь, а не на твоих буйных фантазиях? Ну, там, Бакуда, бомбы и всё такое?

— Конечно... кузен.

Броситься в бой было почти облегчением.