Пардус. Разорвавший грань (бывш. Театр теней) (джен)

Марина рывком села на узком диване в редакции «Полуночного экспресса». Она вздохнула и огляделась.

Все то же, что и в прошлый раз, когда она просыпалась здесь после кошмара. Кажется, это было не так давно. А теперь... теперь все повторилось.

Марина сглотнула. Она должна вспомнить, что случилось. Должна восстановить хронологию.

Прогулка. Парк. Авария. Мужчина, по которому пробегали искры. Кажется, он и был причиной аварии? Возможно, он управлял электричеством? А потом был писк. Он впивался в голову, вытесняя все остальные звуки. Дальнейшие воспоминания были подернуты дымкой. Кажется, она упала. А затем... напала на Кирилла?

Марина медленно, почти боязливо посмотрела на свои руки. Сейчас они были привычными — коротко подстриженные ногти, ни следа чего-то необычного. Но в тот момент они были другими. Она помнила это смутно: темная шерсть, покрывающая кожу, и острые, чуть изогнутые когти. Она чувствовала, как мышцы двигались иначе, как тело слушалось, но, как и все вокруг, воспринималось как-то по-другому.

Что с ней произошло? Кем она теперь стала?

Вопрос повис в тишине редакции, не находя ответа. Она привыкла искать ответы, докапываться до сути. Но сейчас она сама стала загадкой. И это, стоило себе признаться, пугало сильнее любого расследования.

Скрипнула входная дверь. Марина обернулась. В проеме показался Кирилл.

— О, проснулась? — сказал он, проходя внутрь и прикрывая за собой дверь. — Как себя чувствуешь?

Марина опустила руки и попыталась изобразить хоть какое-то подобие спокойствия.

— Неплохо. Просто будто не выспалась. — Она помолчала, собираясь с духом, а потом спросила прямо: — Что произошло там, у парка?

Кирилл не стал делать вид, что не понимает, о чем она. Он подошел ближе и сел на табуретку у другого края дивана. Его взгляд был внимательным, чуть настороженным.

— А что ты помнишь?

— Помню звук, а потом все как в тумане. Я, кажется, отбивалась и напала на тебя... — она почувствовала, как щеки заливает краска, и поспешила добавить: — Извини. Ты в порядке?

Кирилл усмехнулся. Он покачал головой:

— Не беспокойся. Все в порядке, ты меня практически не задела. А если где и попала, то заживет как на кошке. — Он выдержал короткую паузу, и в его глазах мелькнул насмешливый огонек. — Хотя это скорее к тебе сейчас применимо.

Марина нахмурилась. Она не была уверена, что готова услышать продолжение, но другого пути не было.

— В смысле?

— Ты выглядела по-другому, когда нападала, — сказал Кирилл спокойно. — Ты такого не помнишь?

Обрывками, но она помнила.

— Я... Я помню, что двигалась будто не на двух ногах. — Она прижала руку к голове, силясь вытащить на поверхность хоть что-то более конкретное. — И, кажется, у меня была шерсть и когти.

— Ага, так все и было, — подтвердил Кирилл, кивнув. — Там, конечно, была не совсем кошка, а что-то между ею и человеком, но кошачьи глазки, ушки и коготки прослеживались.

Марина попыталась представить себя в новом облике и не смогла. Воображение услужливо подсовывало искаженные картинки из фильмов, но не давало ответа на вопрос, как это выглядело на самом деле. Ей стало не по себе.

— Нда-а, то еще зрелище, наверно, — сказала она.

— Да не, если бы ты не нападала так агрессивно, то это было бы даже мило, — Кирилл ухмыльнулся.

Марина закатила глаза, но напряжение чуть отпустило. Она оценила его попытку перевести все в шутку.

— Извини, — снова сказала она с искренним сожалением. — Я не хотела.

Она сожалела, что напала на своего... друга? Марина запнулась на этом слове даже в мыслях. Кто он был для нее? Друг? Да, наверное. Хотя в последние месяцы они проводят довольно много времени вместе, и она часто замечает его внимательный взгляд, а себя иногда ловит на мысли, что ждет его прихода больше, чем следовало. Но признаться в этом даже себе было сложно. Они еще не прошли вместе достаточно, чтобы называть это как-то иначе. Или нет?

Марина отогнала эти мысли. Сейчас не время.

А если бы он не увернулся от ее удара? Она помнила свои ощущения в тот момент. Желание убрать препятствие, ярость и полную готовность убить. С такой силой она действительно могла это сделать. От этой мысли к горлу подкатил комок.

— Не за что извиняться, — сказал Кирилл, и его голос прозвучал на удивление серьезно. Он смотрел ей прямо в глаза, без тени усмешки. — Все обошлось. Ты не виновата в том, что произошло.

Марина сглотнула и медленно кивнула. Ей хотелось в это верить.

— Ну, если ты так говоришь... — она помолчала, собираясь с мыслями. — А что было дальше? Как в итоге получилось меня остановить?

Кирилл посмотрел в сторону окна, будто вспоминая.

— Ну... ты стала убегать, когда не получилось по мне попасть. Я смог кое-как тебя догнать и прижать к земле. Ты поначалу отбивалась, а потом довольно быстро выдохлась и уснула. После этого шерсть и когти исчезли.

Марина слушала, и в его словах не было ничего, что могло бы вызвать недоверие. И все же было легкое, почти незаметное ощущение несоответствия.

— Перед тем, как уснуть, я чувствовала какой-то успокаивающий запах, — сказала она медленно, вглядываясь в его лицо. — Ты такого не замечал?

Кирилл слегка нахмурился и покачал головой.

— Я подумал, что, может, воздействие растения прошло или ты просто устала от драки и изменения тела. — Он сделал паузу, будто обдумывая следующую фразу. — Запаха я не заметил. Может, у тебя обоняние тоже изменилось и ты почувствовала что-то, чего человек не может?

Звучало логично и правдоподобно.

— Так что ты думаешь, что со мной произошло? — спросила она, откидываясь на спинку дивана. Силы после сна возвращались, и вместе с ними — привычная жажда докопаться до истины.

Кирилл вздохнул и развел руками.

— Ты не у того спрашиваешь. — Он смотрел на нее с легким сожалением. — Могу только предположить, что это, как и вся мистика за последнее время, связано с разломом и растением, будь оно неладно.

— Что с ним, кстати? — Марина вдруг поняла, что совершенно не в курсе последних новостей. Она проспала неизвестно сколько, а мир за окном не стоял на месте.

— А, да, точно. — Кирилл оживился и полез в карман за телефоном. — Рекомендую посмотреть новости. Если вкратце, то было замечено несколько людей с различными способностями. В основном они не контролировали себя, как тот мужик с молниями и ты. Но сейчас все закончилось.

Он нашел нужную страницу и протянул телефон Марине. Она быстро пробежала глазами по заголовкам. Ниже шло официальное заявление о стабилизации обстановки.

— А растение? — спросила она, возвращая телефон.

— Растение... — Кирилл запнулся, подбирая слово. — Сдулось? Сгнило? Короче, теперь оно стало сильно меньше, не светится. Выглядит будто высохшее дерево. Даже не сильно отличается от наших.

Марина вздохнула и откинулась на подушку. В итоге она не смогла ничего узнать и сделать статью. Теперь, когда все закончилось, ее материал точно никому не будет нужен.

— Нда... — протянула она. — А я так и не смогла ничего написать...

— Уж не тебе разочаровываться! — Кирилл фыркнул. — Ты смогла поучаствовать другим образом. — Он выразительно посмотрел на нее, и Марина поняла, что он имеет в виду. — Хорошо, если никто не заметил нас, а то могут быть проблемы.

Марина вздрогнула. Об этом она как-то не подумала. Если ее видели в звериной форме... Если кто-то снял на телефон... Она представила заголовки: «Журналистка „Полуночного экспресса“ оказалась оборотнем». Или того хуже — ее лицо, искаженное трансформацией, на первых полосах. От этой мысли стало дурно.

Ж-ж-ж-ж.

Ж-ж-ж-ж.

Лежащий на столе телефон Марины завибрировал, разрывая тишину редакции. Кирилл проследил за ее взглядом.

— Это ж-ж неспроста, — проговорил он с усмешкой.

Марина встала, подошла к столу. На экране светился номер Панкрата. Она посмотрела на Кирилла, который наблюдал за ней с любопытством.

— Будешь ему говорить, что у тебя лохматость повысилась? — с усмешкой спросил он.

— Очень смешно... — Марина закатила глаза. — Узнаю, зачем звонит, а потом посмотрим.

Она нажала на зеленую кнопку ответа и поднесла телефон к уху.

— Привет, Марин, — голос Панкрата звучал ровно, но с легкой настороженностью. — Ты в порядке? Сегодня в городе не слишком безопасные события происходили...

Марина бросила быстрый взгляд на Кирилла. Тот смотрел на нее внимательно, чуть нахмурившись. Она отвернулась и ответила, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее:

— Да, все в порядке. К счастью, меня там сегодня не было.

Ложь прозвучала гладко, но внутри все сжалось. Он ведь не может знать...

— К сожалению, ты там была, — сказал Панкрат, и его голос стал жестче. — Приезжай ко мне в офис, надо поговорить.

Откуда он знает? Он тоже был там, или произошедшее утекло в интернет?

— Ладно, сейчас приеду, — ответила она, стараясь не выдать панику. Она взглянула на Кирилла, который ободряюще ей кивнул.

— Жду.

Он отключился.