Не проверялось на грамотность 
98-117 год н. э.
— Политическая обстановка в западной части империи стабилизировалась после двух пожаров в Риме, извержения Везувия, гражданской войны и репрессий Домициана(1). Тит практически опустошил Иудею, в результате войны погибло около миллиона антро, — перечислял Кассиус Квинтус.
— Ну да… И иерусалимское отделение «Приората» пришлось эвакуировать, — с досадой проворчал Вере Фолиум.
— Император Траян хотя бы в западной части империи действует куда более благоразумно и взвешенно, но на востоке он проводит откровенно экспансионистскую политику, и мира там можно не ждать ещё долго, — геолог начал выступление в несколько несвойственной ему манере — с короткого обзора политической ситуации. — Поэтому я вновь предлагаю вернуться к проекту освоения большого карстового района к северу от Понта. Там нет значимых готовых пещер, но сейчас, при наличии проходческих щитов, мы сможем справиться с этой задачей. К тому же, в процессе строительства могут обнаружиться карстовые полости, не имеющие выхода на поверхность.
— Проходческие щиты туда как доставить? — задал резонный вопрос Левис Алес.
— По рекам. Обратите внимание на mare Caspium#Каспийское море#, — Кассиус указал на большое солёное озеро к востоку от Понта. — В него впадает большая река, у неё есть полноводный приток, а река, протекающая по карстовому району, в этот приток впадает.
— Прекрасно, а в mare Caspium как мы попадём? — не отставал Левис. — Между ним и Понтом водного пути нет.
— Не совсем так. Постоянный водный путь там ещё недавно был, — ответил геолог, меняя слайд. — Обратите внимание на террасирование склонов долины. На них отчётливо видны предыдущие уровни воды. Уровень воды в местной реке Калаус, которая служит истоком сразу двух рек, расходящихся на запад и на восток(2), весной, во время таяния снега, значительно поднимается(3), и с февраля по май вся долина превращается в водный путь, соединяющий mare Caspium и Меотийское озеро(4). Местные антро вполне себе этим путём пользуются. Конечно, он мелководный, но мы можем использовать для доставки проходческого щита плоскодонные суда.
— На этих реках у антро оживлённое судоходство и рыболовство, — заметила Фулгур. — Да и предлагаемый к освоению район заселён ими уже достаточно густо. Там развитое земледелие. Незаметно протащить по рекам или по воздуху такую махину, как проходческий щит даже в разобранном виде будет непросто.
— Я давно уже предлагал этот район к освоению, но меня не послушали, — ответил Кассиус.
— Там нет больших пещер, потому и не послушали, — высказалась Стелла Люкс. — Без щитов нечего было и думать там копать. И даже со щитами будет непросто.
— Карстовые полости там есть, но небольшие, — пояснил Кассиус. — К тому же они забиты глиной и осадочными породами.
— Нам не так уж обязательно везти проходческий щит незаметно, — возразил Вере Фолиум. — С его доставкой вполне справятся антро из «Приората». Наша задача — изучить гидрографию в весенний период, разобрать и упаковать щит и прочее оборудование, предоставить антро плоскодонные суда, которые точно пройдут по долине во время половодья, загрузить их в начале пути и разгрузить в конце.
— Погоди, ты что предлагаешь? — удивлённо переспросил Вентус. — Тащить эту махину в открытую?
— Да. Под видом большого торгового каравана, — ответил куратор проекта «Морф». — Вместе с обычными товарами, которыми торгуют в тех местах антро. На большой караван с хорошо вооружённой охраной никто напасть не рискнёт, а если кто-то нападёт — мы можем вмешаться.
— Охрана, говорите? — Вентус задумался. — Кажется, я знаю, кто нам косвенно поможет. Император Траян.
— Это как? — выразил общий скепсис и удивление Вере Фолиум. — Ты, типа, пойдёшь к Траяну и попросишь у него пару легионов? Чисто временно погонять?
— Не-а, — Вентус ухмыльнулся и с озорным выражением прищурил глаз. — Траян сейчас набирает два новых легиона для кампании в Дакии. Соответственно, его основное внимание будет сконцентрировано там. Формирование ещё одного легиона, тем более — в провинциях никого особо не удивит. Нам надо через «Приорат» нанять ветеранов, легионеров, которые недавно отслужили и демобилизовались. Да, конечно, они получили землю, но ведь не всем же одинаково повезло? Наверняка кто-то согласится послужить ещё один сезон в частном порядке, за хорошие деньги.
Что делают легионеры, останавливаясь на стоянку? Строят военный лагерь. Строить легионеры умеют хорошо. Нам не нужно много места, чтобы собрать проходческий щит. Легионеры построят нам два лагеря, один внутри другого. Они сами будут во внешнем лагере, а щит мы соберём во внутреннем и там же начнём бурить.
— Хе! — Вере Фолиум оценил идею. — По-моему, годно придумано.
— Много легионеров нам не нужно, — добавил Вентус. — Нам нужны опытные бойцы-триарии и командиры низового уровня, которые смогут за время пути подготовить новобранцев, нанятых в портах по дороге.
— Эм-м… Не-а. Не в портах по дороге. Нанять надо в Галлии, — предложила Фулгур.
— Почему именно в Галлии? — удивился Вентус.
— В Галлии формировались три легиона: Legio III Gallica, Legio VIII Augusta — они существуют и сейчас, а вот Legio XVI Gallica был расформирован, — ответила Фулгур. — Мы можем использовать легенду, что Траян распорядился заново сформировать Шестнадцатый Галльский легион. Галлы на севере живут в климатических условиях, близких к тем, в которых им предстоит действовать в походе. Средиземноморские жители там будут страдать от холода.
А ещё именно в Галлии — потому что галльскую молодёжь можно заинтересовать путешествием далеко на восток. Что они в своей Галлии видели? В портах агенты «Приората» смогут найти разве что бывших моряков, которые с большой вероятностью уже на востоке бывали, либо откровенных жуликов, на которых нельзя положиться.
— Ну… так, — согласился Вентус. — Ты права.
— В Галлии очень почитают местную богиню лошадей Эпону. — ухмыльнулась Фулгур. — Поставим её изображение эмблемой легиона. У легионов часто бывает ещё второе название. Назовём его Legio XVI Eponica. Прикиньте реакцию галлов.
— Только не Шестнадцатый Галльский, — покачал головой Вере Фолиум. — Его эмблемой был бык. При восстановлении легиона он получает ту же эмблему. Пусть так и будет с самого начала Legio XVI Eponica.
— Так, стоп, — остановил их Левис Алес. — Легион — это четыре с половиной тысячи пехотинцев и несколько сотен всадников. Им всем надо платить жалование. Кормить. Вооружить, одеть, обуть. Деньги где?
— Вот это как раз не вопрос, — ответила Стелла Люкс. — «Приорат» за несколько тысяч лет работы накопил на содержание десятка легионов. Да и у нас более чем достаточно чистого технического серебра и производственных мощностей, чтобы начеканить этих самых «сестерциев» сколько нужно.
— Допустим, — согласился Левис. — По-вашему, римская администрация в Галлии будет спокойно сидеть и смотреть, как вы формируете целый легион?
— Решаемо, — ответил Вере Фолиум. — Среди сенаторов достаточно много членов «Приората». Оформить нужные документы не будет большой проблемой.
— Хорошо. Главный вопрос. Вот ваш легион войдёт в земли, где римлян никогда не было, — продолжил Левис Алес. — Местные что, будут молча на это смотреть?
— Мы же туда не воевать идём, а под видом торговцев, — напомнил Вентус.
— В походе по рекам переоденем легионеров в гражданское, — предложила Фулгур. — Пусть изображают торговый караван.
— Торговый караван на четыре с половиной тысячи антро? — Левис Алес посмотрел на неё с нескрываемым скепсисом. — Серьёзно?
— А нам и не обязательно набирать полный легион, — ответил Вере Фолиум. — Наберём столько, сколько нужно для похода, управления кораблями и строительства лагеря.
— Вот как раз для строительства полный легион и нужен, — заметил Вентус. — Ну, или почти полный, разве что без конницы. Так или иначе, все нюансы мы сейчас предусмотреть не сможем. Давайте примем решение — выносить ли проект Кассиуса на общее голосование или нет?
—=W=—
Проект вынесли на общее обсуждение и голосование. Клан Земли продолжал разрастаться, увеличиваясь в численности. Новым участникам требовалось место для расселения. Численность росла не очень быстро, но в отсутствие естественной смертности у долгоживущего населения свободное место в комплексах рано или поздно заканчивалось, а расширять их удавалось не всегда. Через несколько столетий после заселения горы с пещерами превращались в сложный лабиринт тоннелей, подходящих во многих местах к самой поверхности. Любой обвал мог вскрыть тоннель и демаскировать комплекс.
План похода складывался постепенно. Подготовка к его реализации заняла больше двух лет. Бо́льшая часть времени ушла на строительство больших плоскодонных барж для перевозки проходческого щита и оборудования. Помимо щита нужно было привезти с собой оборудование цементного завода и завода железобетонных изделий для производства тюбингов.
Щит решено было не строить заново, а использовать тот, который уже работал в горе на восточном берегу Понта. Оборудование для цементного завода и завода железобетонных изделий, а также для получения железа путём прямого восстановления было изготовлено новое. Его вывозили из комплекса по ночам буксируемыми аэростатами к побережью mare Superum(5) и грузили на стоявшие недалеко от берега баржи.
Ближе к окончанию подготовки начали нанимать будущих легионеров. Сначала нашли среди недавних отставников тех, кто согласился за предложенную плату тренировать новобранцев и отправиться с ними в ещё один, недолгий поход. Затем в северных галльских провинциях уже с помощью опытных бывших легионеров набрали основной состав легиона.
Получивших небольшой задаток новобранцев под командованием опытных отставников, в обычной одежде, отправляли небольшими группами на юг, в Массалию(6), где они грузились на корабли, перевозившие их на сборные пункты для обучения и тренировок. Только там они получали обмундирование и оружие. Подготовкой легионеров командовали два военных трибуна, назначенные из числа наиболее опытных ветеранов. Остальные ветераны получили должности центурионов и опционов. В отставку они выходили как обычные легионеры, максимум в должности декуриона, и повышение немало им польстило. Такие легионеры-отставники, вернувшиеся на службу, в легионах именовались «эвокатами» и пользовались особым почётом, учитывая их боевой опыт. Найм занял около полугода, за это время первые из нанявшихся галлов уже более-менее уверенно научились управляться с оружием, носить доспехи, преодолевать немалые расстояния пешим порядком, устраивать лагеря для ночёвки.
Предложение Фулгур сделать эмблемой создаваемого XVI легиона богиню Эпону сработало как нельзя лучше. Почитаемая галлами богиня заняла место на штандарте легиона. Неожиданное уважение к галльскому божеству со стороны римлян импонировало личному составу, вместе с регулярной выплатой жалования, мотивируя их на добросовестное несение службы. Опытные легионеры, бывшие отставники, видя старание подчинённых, тоже оценили неординарный политический ход «высшего командования» и старались поддерживать общее настроение, также участвуя в общих обрядах поклонения Эпоне.
Поход начался в начале весны. Со сборных пунктов на небольших островах греческого Архипелага отдельные корабли везли легионеров через пролив Геллеспонт к восточному побережью Понта Эвксинского, где формировался караван. Здесь командование ими принял легат Марк Септимий Гемин, тоже опытный ветеран, вышедший в отставку в должности военного трибуна. Однако распоряжались всем несколько штатских советников и инженеров. Их советам и указаниям опытный легат следовал неукоснительно, почтительно именуя старшего из штатских «претор Клавдий».
В марте, когда вода в долине достаточно поднялась, длинная вереница судов вошла в образовавшийся пролив и за несколько дней прошла из Меотийского озера в mare Caspium. Корабли легионеров были обычными римскими триремами, а вот грузовые баржи, которые они сопровождали, вызывали у галлов и римлян удивление и суеверный восторг. Никто не мог понять, каким образом они движутся без парусов и вёсел, и почему у них под кормой бурлит вода. За прошедшие века эквиридо научились строить корабли, оснащённые уже не только колёсами, но и гребными винтами, и даже водомётами.
Ещё больше легионеры удивились, когда караван вошёл в большую реку, которую легат Гемин называл Ра(7), и пошёл вверх по течению. Триремы медленно ползли на вёслах, а огромные баржи без весёл сами шли против течения, лишь немного медленнее, чем по морю.
Путешествие по рекам оказалось почти вдвое дольше пути по морю. Оно заняло больше двух месяцев. Русла рек причудливо петляли, берега во многих местах были труднопроходимы. Гребцы могли справляться с течением только при попутном ветре. Если же ветер был встречным, в тех местах, где можно было идти по берегу, легионеры тащили триремы бечевой, на буксире, но это получалось далеко не везде. Во многих местах берег был или заболочен, или покрыт лесом. Даже там, где берег был проходимым, на буксире удавалось преодолеть всего от десяти до четырнадцати миль(8). Уже после нескольких попыток такой буксировки от неё отказались. Вместо того, чтобы тянуть бечеву пешком по берегу, спотыкаясь и пробираясь по болотам, предводители похода распорядились оснастить триремы лебёдками. Трос лебёдки крепили далеко впереди на берегу, затем легионеры начинали крутить лебёдку, и трирема медленно, но верно ползла вверх по течению.
В военном отношении поход оказался спокойным. Длинный караван судов с хорошо вооружёнными людьми на палубах отпугивал всех местных разбойников. Несколько раз путь кораблям преграждали челны с воинами мелких местных правителей. Легат и остальные предводители похода предпочитали решать все споры миром, предлагая торговлю вместо войны. Легионерам-ветеранам поначалу непривычно было слышать от легата фразу: «Мы пришли с миром». Как с удивлением узнали галлы и римляне, по этим рекам давно уже велась оживлённая торговля, пока ещё местного значения(9). К купцам здесь привыкли, беспокойство вызывали разве что огромные размеры барж и численность каравана. О римлянах здесь знали, а вот про галлов никто не слышал. Поэтому командиры выдали всем — и римлянам, и галлам — традиционное обмундирование галльских легионов, как лучше приспособленное для холодного климата. Что оказалось ещё более важным, галльское обмундирование, незнакомое местным жителям, в отличие от обычных красных плащей и сверкающих доспехов римских легионеров, давало больше шансов договориться мирным путём.
Третья река, впадавшая во вторую, «извилистую», как её окрестили легионеры, оказалась, к счастью, короткой. После нескольких дней путешествия вверх по её течению предводители похода отдали команду пристать к берегу, выбрав ненаселённое место, и строить долговременный лагерь. Место выбрали не простое, здесь вблизи берега были выходы известняковых пород. Легионеры подумали, что, возможно, предводители похода собираются добывать известняк для строительства.
Странности начались сразу же. Лагерь строили необычный. Внутри непривычно большого квадрата, окружённого земляным валом с деревянными башнями по углам, был устроен второй квадрат, меньшей площади, окружённый высоким частоколом, тоже с башнями. Грузы с барж разгрузили в этот внутренний форт. Сам процесс разгрузки был удивительный. Над баржей надувался огромный пузырь из тонкой ткани, поднимавший груз. Его тросами тянули на берег, переносили груз, затем пузырь тянули тросом обратно к кораблю. От форта до реки проложили невиданную дорогу из деревянных плах с закреплёнными на них длинными фигурными железными брусками. Каждая из таких железок наверняка сама по себе стоила целое состояние. По этой дороге с барж и кораблей возили на вагонетках с железными колёсиками грузы поменьше. Такие же железные дороги построили до леса и к карьерам — глиняному и песчаному.
Лес рубили для строительства не абы как, а проложили длинную просеку до обнаруженной среди леса большой поляны, хотя, казалось бы, можно было нарубить и ближе. На просеке поставили мощные столбы, поверх них проложили железный брус — в этот раз всего один — по которому на колёсиках катались вагонетки.
Внутри частокола быстро собрали какие-то тяжёлые железные машины. В них загружали куски известняка и глину, перемалывали их, затем молотую смесь отправляли в печь. Что было особенно удивительно — печь топилась без угля, почти невидимым пламенем, а вместо дыма получался водяной пар, который конденсировался в ящике, наполненном водой, с проходящими через него медными трубками, и снова превращался в воду. Тёплая вода использовалась на нужды лагеря. Легионеры впервые за весь срок службы имели возможность помыться в полевом лагере тёплой водой. Во внутренний двор их допускали по минимуму, только на время разгрузки оборудования и запуска производства. Всю работу во внутреннем форте делали полторы сотни штатских, по виду — свободные, частью провинциалы, частью — из квиритов(10).
Местные жители вскоре появились. К месту стоянки флота подплывали лодки, сначала с рыбаками. Местные интересовались: кто такие, зачем пожаловали? К ним выходил специально назначенный переговорщик, знающий здешние наречия, объяснял, что плыли купцы с товаром, решили сделать остановку для ремонта. Некоторые корабли за время похода действительно получили повреждения, их ремонтировали на берегу. Местным предлагали привезённые товары, те расплачивались мехами, мёдом, зерном. Постепенно вокруг лагеря пошла довольно бойкая торговля. Судя по рассказам местных жителей, какой-то государственной власти у них не было, жили в больших деревнях, общинами, занимались земледелием.
Самым интригующим моментом стала сборка огромного цилиндрического механизма. Он был настолько велик, что частокол его не скрывал, железный цилиндр был виден над частоколом почти наполовину. Механизм собирали целый месяц. Когда его собрали, ещё несколько дней ушло на подготовительные работы. Среди ночи послышался шум, перебудивший большую часть лагеря. Утром механизма уже не было, там, где он лежал, появился вход в шахту, из которой вагонетками вывозили обломки известняка. Их сразу пускали в перемолку, смешивали с глиной и готовили в печи цемент, который пускали на бетон для строительства. Сложная установка формовала слегка изогнутые бетонные квадраты с углублением в центре, из этих квадратов собирали облицовку тоннеля. Песок смешивали с цементом, получая бетон, из которого отливали детали нужной формы. Бетон в империи был хорошо известен, но здесь его усиливали сеткой из ребристых железных прутьев.
Привезённый с собой запас железа быстро заканчивался, и тут началось не менее удивительное. Из леса по «монорельсовой дороге», как её называли между собой бригадиры строителей, начали по утрам подвозить новые железные прутья. Похоже, что их привозили ночью на ту самую большую поляну, до которой была проложена просека. Но, как и откуда можно было привезти тяжеленное железо на изолированную поляну среди леса, без дорог — легионеры не понимали. Разве что по воздуху, таща на буксире такой же громадный пузырь?
Над входом в тоннель отлили невысокий бетонный купол, который поверху засыпали землёй. Получился небольшой холм, который сверху засадили деревьями. В куполе были устроены сдвижные каменные ворота. Снаружи они выглядели как известняковая скала, которая в нужный момент отъезжала в сторону, открывая проход.
В конце лета предводители похода распорядились сворачивать лагерь. Железные дороги, монорельс, частокол и вышки разобрали, дерево обменяли местным на зерно и прочие припасы, но деревянные шпалы, сняв с них рельсы, погрузили в освободившиеся от груза трюмы судов. Все производственные механизмы затащили в подземный тоннель. Исковерканную строительством почву легионеры разровняли и засеяли семенами трав, тоже привезёнными с собой. На месте бывшего лагеря и просеки даже высадили деревья и кусты взамен срубленных.
Перед отправлением легат Гемин собрал весь легион перед большим щитом, на котором была нарисована карта, и обратился к ним с речью:
— Легионеры! Настала пора возвращаться домой. Мы проделали долгий путь, прошли более двух тысяч миль только по рекам. Если мы будем возвращаться тем же путём, нам придётся зимовать на берегах mare Caspium, потому что пройти из него в Меотиду суда могут только весной, по высокой воде. Ещё один путь — волок между реками Ра и Танаис(11), длиной почти полсотни миль. Если пойдём этим маршрутом — рискуем попасть в сезон зимних штормов на море. Идти две тысячи семьсот миль по штормовому морю от Меотиды до Массалии я не рискну, и вы, думаю, тоже.
Есть другой путь до Галлии, много короче. Я рассчитал, что мы успеем до зимних штормов. Нам надо подняться на двадцать восемь миль по этой реке, и от этой излучины, — легат указал концом меча точку на карте, — построить железную дорогу длиной семьдесят миль на север и перетащить по ней триремы. Там протекает та самая река Ра, по которой мы шли весной. По ней нам нужно будет пройти против течения двести девяносто миль. Выше по течению река сужается, большие корабли там не пройдут, их придётся оставить на полпути. Триремы пройдут.
Поднявшись по течению реки, нам нужно будет затем построить ещё одну железную дорогу, длиной десять миль, до озера, из которого вытекает река Эридан(12). По ней, вниз по течению, мы пройдём ещё шестьсот девяносто миль до Oceanus Sarmaticus, иначе именуемого Свебским морем. Далеко, но это будет путь по течению. Дальше нам предстоит пройти тысячу семьсот миль по осеннему морю. Но в конце этого похода мы сразу вернёмся в вашу родную северную Галлию, без долгого путешествия вокруг Греции и Италии. Если пойдём по двенадцать часов в день, путь по морю можно преодолеть за двадцать дней.
Выбирать вам, легионеры. Либо долгий южный путь с неминуемой зимовкой, либо более близкий северный, но придётся построить железную дорогу, а потом приналечь на вёсла, чтобы вернуться до холодов. У нас с вами два полных месяца, и мы можем в это время уложиться.
— Сколько займёт путь по рекам, господин легат? — выкрикнул кто-то из строя.
— После первого волока участок реки Ра против течения можно пройти за семь дней, если пойдём по двенадцать часов в день, — ответил легат Марцелл. — Я беру десять дней. Дальше ещё один, короткий волок, и путь по течению, на него я беру ещё десять дней.
— Идём северным путём, господин легат! — решение легионеров было единогласным.
Затем легион погрузился на корабли. Первый волок строили долго, на его строительство и перевозку трёх больших судов и двадцати трирем ушёл почти весь сентябрь, при том, что корабли везли не на катках, а на деревянных рамах с железными колёсами от вагонеток. Арьергард сразу снимал рельсы, собирал шпалы, грузил их на вагонетки и катил следом за концевой триремой.
По реке Ра половину пути триремы прошли на буксире за большими кораблями. Освобождённые от груза баржи, как оказалось, могли тащить за собой сразу несколько трирем. К сожалению легионеров, дальше река становилась слишком узкой, и баржи пришлось бросить. Рельсы и шпалы погрузили на триремы.
Второй волок построили, уже имея хороший опыт, всего за два дня, и ещё пять дней перетаскивали по нему триремы. Ещё день ушёл на спуск трирем на воду и погрузку. Рельсы и шпалы на этот раз оставили на месте. Бросать столько железа выглядело жутким расточительством, но без этого груза триремы пошли заметно быстрее. В Галлию Шестнадцатый легион Эпоны вернулся в начале ноября.
— Легионеры! — обратился к личному составу легат Гемин. — Мы с вами с честью завершили беспримерный поход, побывали в краях, где не ступала ещё нога ни галла, ни римлянина. Я горжусь, что мне довелось вами командовать. Воистину, сама Эпона вела нас в этом путешествии!
— Viva Epona! — рявкнули в один голос легионеры.
— Сейчас подходите к квестору за окончательным расчётом и можете возвращаться домой, — закончил легат.
Пока легион возвращался в Галлию, эквиридо продолжали обустраивать новый комплекс. Снабжать его поначалу приходилось по воздуху, дирижаблями, однако новое место Клан Земли обживал быстро и успешно.
В семидесяти двух лигах на юго-запад были немалые залежи железа(13). Разработку месторождения пришлось вести шахтным способом. Шахту построили прямо посреди леса, доставляя оборудование дирижаблями, по ночам, чтобы не привлекать внимание местных жителей.
Кристальная империя.
Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.
Воздушные корабли не могли влетать под купол погодного щита, поэтому для них была построена причальная мачта снаружи, недалеко от железнодорожного вокзала. Дирижабль, зафрахтованный Санбёрстом, причалил к ней, затем с него сбросили тросы и притянули воздушный корабль к земле лебёдками. Он мог опуститься на землю и самостоятельно, но для безопасной разгрузки требовалось надёжно его закрепить.
Санбёрст распорядился, куда нужно доставить груз, затем поспешил в Кристальный замок с докладом. Принцесса Лу́на перемещалась телепортацией по всей Эквестрии, но на время проведения работ по созданию оружия против Тирека временно обосновалась в гостях у Кэйденс. Единорог представил Их Высочествам подробный отчёт о поездке в Мэйнхеттен.
— Дирижабль, на котором я прибыл, доставил первые четыре теплозащитные оболочки для двигателей ракет, и мы можем начать их делать, — сообщил Санбёрст. — По сути, у нас всё готово. Также дирижабль доставил две установки вакуум-плазменного напыления, — продолжил оранжевый единорог. — Как только мы их смонтируем и решим вопрос с электромагическим питанием, можно будет наладить мелкосерийное производство улучшенных кристальных аккумуляторов магии.
— О-о, вот это было бы прекрасно, — обрадовалась Кэйденс. — Я вчера написала тёте Селестии о переговорах с Кризалис. Вчера вечером она прислала ответ. Сейчас я вам прочитаю.
Её Высочество развернула свиток и прочла вслух:
«Дорогая Кэйденс!
Благодарю тебя за письмо. Переговоры с Кризалис, да ещё по её инициативе — это удивительно. Я, конечно, допускаю, что её действительно беспокоит угроза Тирека. Если хорошенько подумать, чейнджлинги в магическом плане действительно одна из наиболее зависимых от магии рас нашего мира. Тирек для них представляет собой несомненную угрозу, не меньшую, чем для пони.
Помни, однако, что Кризалис — воплощение лжи и обмана. Пожалуйста, будь осторожна с этой особой. Всё, что она говорит и обещает, надо делить на десять. Но поддерживать с ней контакт стоит. Это всё же хоть какое-то взаимодействие. Как говорится: "Держи друзей близко, а врагов ещё ближе", в смысле, не оставляй врагов без контроля.
Я очень рада, что ваша подготовка к появлению Тирека идёт успешно. Это сложный противник даже для меня, хотя идея кинуть в него хотя бы большим камнем, пожалуй, была бы действенной. Я всё-таки больше привыкла полагаться на магию в сражениях, а, как тебе известно, применять её в полную силу не могу, из опасений случайно мимоходом испепелить Эквестрию.
Если вам понадобится какая-либо помощь, техническая или организационная, не стесняйся обращаться. На данный момент корона оплачивает все счета "Лаборатории технологий связи" и их контрагентов, и я даже несколько удивлена, что размеры этих платежей настолько невелики.
Я намереваюсь прибыть в Кристальную империю для переговоров с Кризалис. Назначь переговоры на завтрашний вечер, чтобы Луна тоже могла в них участвовать.
Твоя любящая тётушка С.»
— Ничего себе! — Санбёрст и Старлайт удивлённо переглянулись. — Сама принцесса Селестия нам помогает?
— Принцесса прибудет в Кристальную империю? — переспросила Твайлайт. — Ой! Мы должны подготовиться, она же захочет всё осмотреть!
— Это только кажется, что сестра ничего не делает, только тортики лопает, — ехидно заметила принцесса Лу́на. — Кажется, мне удалось донести до неё серьёзность ситуации, и теперь она сама всё контролирует.
Старлайт рассказала Санбёрсту об испытаниях орудия. Единорог слушал её рассказ с отвисшей челюстью. Тогда ещё, в Понивилле, закладывая параметры в расчёт магических артефактов, он не вполне понимал, во что в итоге выльются эти «селестиалы в секунду», и сейчас полученные результаты стали для него немалым сюрпризом. Во время рассказа лейтенант Дип Шедоу принесла с почты отправленные сержантом распечатки.
— А, вот и они! Спасибо, лейтенант, — Старлайт тут же развернула листы и вместе с Санбёрстом попыталась оценить сложность задачи. — Ох… Тут без галлона сидра не разберёшься… Надеюсь, Дитзи поможет, она должна приехать завтра, если всё нормально.
— Я вот тут подумала, — задумчиво произнесла Саншайн. — Вот мы собираемся управлять ракетой. Я как раз паяю эти простые приёмопередатчики, которые будут принимать команды. А почему мы решили, что у нас сразу получится ракетой управлять? Жеребята-пегасы, когда летать учатся, у них начинает получаться далеко не сразу. Не такое это простое дело. Почему мы решили, что ракетой управлять будет проще? Что у нас сразу получится направить её в цель? Нам надо бы заранее потренироваться. Ракета — штука сложная и дорогая, и делать её долго. Нужно сделать что-то совсем простое и многоразовое, но с той же системой управления, чтобы на нём тренироваться.
— Э-э… Трикси думает, что Саншайн говорит дело, — добавила синяя единорожка. — И пони, которая будет управлять ракетой, должна быть не одна.
— Да, и тренироваться надо будет в Понивилле, — вставила Лира. — Потому что зеркало там.
— Сие есть истина, мои маленькие пони, — принцесса Лу́на с одобрением и уважением посмотрела на Саншайн. — Что у нас вообще с системой управления?
— Детали для систем управления изготовлены, — доложил Шарп Каттер. — Одну из них мы собрали и опробовали. Она работает от радиосигнала, рули поворачиваются. Но как оно будет вести себя в полёте, надо ещё проверять. Я могу относительно быстро разработать чертежи простого небольшого макета из обычной стали, который будет иметь такую же аэродинамическую схему. Если мисс Луламун, — Каттер взглянул на сидящую напротив единорожку, — сделает какой-то топливный заряд для макета, мы сможем на нём тренироваться.
— Трикси может, — ответила фокусница. — Трикси сделает, но такой макет будет одноразовый. Надо запускать его из телекинетической пушки. Тогда он будет многоразовый, даже если полетит недалеко. И у Трикси сейчас будет очень много основной работы по ракете. Трикси будет не до зарядов для учебного макета.
— Верно, Трикси права, — поддержала её Старлайт. — Но пушка сейчас будет тоже занята на испытаниях.
— А мы можем сделать ещё несколько колец-артефактов? — спросил Санбёрст.
— Не быстро. Заготовки для колец делали месяц, — напомнил профессор Молд.
— Из пушки макет вы не запустите, у него стабилизаторы и рули будут торчать и мешать, — напомнил Каттер. — Делать их складными — получится очень сложно. Хотя… минутку… У нас уже есть модули со складными стабилизаторами для снарядов. Если сделать складные рули, чтобы они раскладывались после вылета из пушки… Но тогда макет нужно делать в том же калибре, что и снаряды. Запихать систему управления в диаметр полтора копыта… Наверное можно, если удлинить тяги и перекомпоновать составные части, но она не поместится во внутренний объём снаряда.
— Так удлините его, коллега! — подсказал Молд. — Тем более, ракета у нас выходит длинная. Длинный макет будет ближе по характеристикам управляемости.
— И то верно, — согласился Каттер.
— Это не решит проблему с тем, что пушка будет занята на испытаниях, — напомнила Старлайт.
— Можно делить время, — предложила Лира. — Часть времени на испытания, а часть на обучение управлению.
— Это можно, — согласился Санбёрст.
— Пока я сделаю чертежи, пока изготовят детали и соберут макет, испытания уже закончатся, — успокоил Каттер.
— Да, но как сделать, чтобы макет не разбивался, падая на землю? — спросила Саншайн. — Пожалуй, я спрошу совета у Андрея.
— Сейчас нам нужно провести испытания взрывного генератора, — напомнил Санбёрст. — И помочь мисс Луламун с изготовлением двигателей ракет. Дирижабль привёз первые четыре теплозащитных оболочки, остальные доставят поездом, по готовности, скорее всего, через несколько дней.
—=W=—
Саншайн и Лира связались с сержантом Сторм Клаудом и попросили его установить связь с человеком.
— Один момент, — ответил сержант голосом. — Докладываю. Мисс Ду вместе с дочерью сегодня выезжает к вам, я ей всё передал. Минутку, мэм. Связь установлена, передавайте!
Метеоролог отстучала ключом вопрос:
«ЗДРАВСТВУЙТЕ, АНДРЕЙ. МЫ ДЕЛАЕМ ЛЕТАЮЩИЙ МАКЕТ, ЧТОБЫ НАУЧИТЬСЯ УПРАВЛЯТЬ РАКЕТОЙ. ХОТИМ ЗАПУСКАТЬ ЕГО ИЗ ТЕЛЕКИНЕТИЧЕСКОЙ ПУШКИ, КАК СДЕЛАТЬ, ЧТОБЫ ОН НЕ РАЗБИВАЛСЯ ПРИ ПАДЕНИИ? ОН БУДЕТ СТАЛЬНОЙ, СО СКЛАДНЫМИ РУЛЯМИ И СИСТЕМОЙ УПРАВЛЕНИЯ ОТ РАКЕТЫ.»
«То есть он будет в калибре снаряда, только более длинный?» — через пару минут уточнил человек.
«ДА, У НЕГО НЕ БУДЕТ СВОЕГО ДВИГАТЕЛЯ. НАМ НУЖНО, ЧТОБЫ ОН БЫЛ МНОГОРАЗОВЫЙ», — передала Саншайн.
«Вы знаете, что такое парашют?» — спросил Андрей.
«НЕТ. ДАЖЕ НЕ СЛЫШАЛИ НИКОГДА!» — ответила пегаска.
«Ну, логично. Зачем парашют, если у вас треть населения умеет летать, ещё треть может телепортироваться, а остальным полёты вообще не упёрлись», — человек приписал к сообщению улыбающийся смайлик.
«НЕ СОВСЕМ ТАК, — ответила Саншайн. — ТЕЛЕПОРТИРОВАТЬСЯ МОГУТ АЛИКОРНЫ И ОЧЕНЬ НЕМНОГИЕ ЕДИНОРОГИ, ВРОДЕ СТАРЛАЙТ. ЗЕМНЫЕ ПОНИ ТОЖЕ ЛЕТАЮТ, НА ВОЗДУШНЫХ ШАРАХ И ДИРИЖАБЛЯХ. ДАЖЕ В ПОНИВИЛЛЕ ЕСТЬ ЗЕМНАЯ ПОНИ, ЕЕ ЗОВУТ ЧЕРРИ БЕРРИ, ОНА ЛЕТАЕТ НА ВОЗДУШНОМ ШАРЕ. И ЕЩЕ ЭППЛЫ СТРОЯТ ДИРИЖАБЛИ, ОНИ ТОЖЕ ЗЕМНЫЕ ПОНИ.»
«О-о, Черри замечательная, — почему-то вдруг обрадовался человек. — Передавайте ей привет. Я сейчас отправлю сержанту схемы. В общем, парашют это такой купол из шёлковой ткани, с отверстием в центре и прочными тросами по периметру. Он выбрасывается из контейнера, разворачивается и замедляет падение.»
«ИЗ ТКАНИ? СЕРЖАНТ, КОГДА ПОЛУЧИТЕ СХЕМЫ, СХОДИТЕ К МИСС РЭРИТИ БЕЛЛЬ, ВОЗМОЖНО, ОНА СМОЖЕТ ПОМОЧЬ.» — написала пегаска.
«Прежде чем идти к Рэрити, нужно понимать, сколько будет весить ваш макет, — предупредил человек. — От этого будет зависеть размер парашюта. Ткань должна быть лёгкая и прочная, парашют должен складываться в маленький объём. Раз у вас макет будет с радиокомандным управлением, вам можно будет погасить скорость, в конце траектории направив его вертикально вверх, и выбрасывать парашют, когда макет начнёт падать.»
«СПАСИБО БОЛЬШОЕ, МЫ ПОНЯЛИ! ПОСТАРАЕМСЯ СДЕЛАТЬ ЧТО-ТО ТАКОЕ», — ответила метеоролог.
Закончив сеанс связи, Саншайн и Лира поспешили к Шарп Каттеру и передали ему всё, что рассказал человек.
— Это может сработать, — после недолгого размышления согласился учёный. — Давайте попробуем.
Распечатанную схему и формулу расчёта для парашюта Сторм Клауд прислал уже через пару часов. На схеме была приписка от сержанта:
«Человек показал мне расчёт парашюта. Он назвал его "онлайн-калькулятор". Единственная сложность там — в расчёте используются сталлионградские единицы измерения, массу надо вводить в граммах [1]. При расчёте надо учитывать массу самого парашюта.»
— Формула простая, — Старлайт едва взглянула на расчёт. — Вот только с аэродинамическим коэффициентом непонятно, какой брать.
— Тут написано, что для простого круглого парашюта коэффициент — ноль и девять десятых, — подсказала Лира, читая распечатку. — Нам и надо чем проще, тем лучше.
—=W=—
Трикси с бригадой помогающих ей кристальных пони занялась подготовкой к намотке первых корпусов ракетных двигателей. Оснастку и эпоксидную смолу уже привезли из Сталлионграда. Единорожка с помощниками надули первую из привезённых на дирижабле теплозащитных оболочек, закрепили её во вращающейся оснастке и попытались намотать на неё углеволоконную нить, смазанную смолой.
Пони и смола, как известно, совместимы плохо. Это уже давно и вполне определённо доказали и временами продолжали доказывать Меткоискатели. Предсказать, чем закончится контакт эпоксидной смолы с шёрсткой, было несложно. Поэтому самую ответственную и опасную часть работы Трикси, как единорог, взяла на себя. Она была очень осторожна, и ей даже удалось не испачкаться и ни к чему не приклеиться.
Пока Трикси занималась намоткой, а лейтенант Дип Шедоу с гвардейцами продолжала замеры дальности стрельбы орудия и составление графиков, Саншайн, Лира, Санбёрст и Старлайт отправились на дирижабле в путешествие на южную сторону Кристальных гор. Им предстояло провести испытание взрывного генератора.
Для испытаний они взяли с собой несколько десятков детекторов магии и датчиков для измерения мощности электромагнитного импульса, который пони по привычке называли электромагическим. Датчики и детекторы расположили по нескольким направлениям от эпицентра будущего взрыва, с шагом в одну милю. Их расстановкой занимались Саншайн, как пегаска, и ещё трое прикомандированных гвардейцев-бэтпони, и к концу этой работы крылья у них едва не отваливались — масса датчика с самописцем хоть и была подъёмной для пегаса, но их было много и доставлять было далеко.
Пока летающие пони расставляли датчики, единороги: Старлайт, Санбёрст и Лира — готовили к испытанию взрывной генератор. Его нужно было взорвать в воздухе на небольшой высоте, поэтому его подвесили к привязному аэростату, не заморачиваясь строительством вышки. Трикси объяснила Саншайн и Старлайт, как установить детонатор, а метеоролог, вернувшись после расстановки датчиков, подключила к детонатору радиоприёмник. Учитывая опасность для самих испытателей, взрывать решили издалека, по радио. Саншайн трижды проверила электромагическое питание генератора и заряд конденсаторов, которые будут создавать начальный магнитный поток перед собственно взрывом.
— Вроде всё в порядке, — доложила пегаска. — Генератор готов к испытанию.
— Тогда забираемся в дирижабль, отлетаем на северную сторону гор и даём сигнал на подрыв, как собирались, — решил Санбёрст.
Поднявшись в опускаемой корзине на борт ожидавшего их дирижабля, пони прошли в пассажирскую кабину, и Санбёрст дал отмашку капитану Бризу. Бэтпони отцепили швартовные концы воздушного корабля от вбитых в землю кольев и на лету забрались в гондолу. Дирижабль неторопливо развернулся, шевеля плавниками, и с привычной для эквестрийских воздушных кораблей медлительностью поплыл к горам.
Чтобы перевалить через Кристальные горы, ему потребовалось часа два. Заняв позицию за горами, воздушный корабль замедлил скорость. Саншайн повесила на спину седельные сумки с передатчиком. Старлайт помогла ей надеть экранирующий шлем — буквально «шапочку из фольги», и пегаска выпрыгнула из двери гондолы, расправляя крылья. Она взяла на себя самую опасную часть испытаний. Ей предстояло подать радиосигнал на подрыв. Трикси предусмотрела замедлитель в детонаторе, но всего на четыре секунды. Детонатор взяли сталлионградский, от обычной гранаты, и немного переделали, добавив срабатывание от радиосигнала.
Метеоролог подлетела к скале, на которой присмотрела небольшую ровную площадку, и приземлилась. Выставила антенну с длинным кабелем на край площадки, с которого был едва различим на горизонте воздушный шар с привязанным к нему на длинном тросе генератором. Самого генератора отсюда не было видно, и даже шар был виден как крошечная точка.
Саншайн воткнула кабель антенны в гнездо. Включила рацию, махнула крылом наблюдателям на дирижабле, висящем под прикрытием горы, сосчитала до пяти и передала сигнал подрыва. Пегаска тут же отключила рацию и выдернула кабель антенны, чтобы наводки от взрыва не повредили чувствительные схемы даже обесточенного приёмника.
Метеоролог озадаченно выглянула из-за выступа скалы. Взрыв явно произошёл — привязной трос аэростата перебило, и он медленно дрейфовал по ветру в сторону. Бэтпони выпрыгнули из дирижабля и полетели на юг, намереваясь перехватить улетающий воздушный шар. Смотав кабель и сложив антенну, Саншайн вернулась на воздушный корабль, и он вновь полетел на юг, чтобы снять показания датчиков с механических самописцев.
— Что-то не то, — озадаченно произнёс Санбёрст. — Я ожидал намного более сильного импульса.
— Мы всё-таки были далеко от места взрыва, — напомнила Старлайт. — Давайте соберём датчики и проверим, что они записали.
Сбором информации с датчиков снова пришлось заняться Саншайн, да ещё и в одиночку, так как бэтпони ловили воздушный шар, а потом тащили его к дирижаблю. Всё же они вернулись с шаром раньше, чем метеоролог облетела хотя бы половину датчиков, и помогли ей. Датчики и самописцы решили пока не убирать. Взять их в этой ненаселённой пустоши нипони не мог. Крупных зверей тут не водилось, а процедура расстановки датчиков была уж очень трудоёмкой. Первое испытание вышло неудачным, значит, придётся проводить как минимум ещё одно.
Уже первый беглый просмотр записей с датчиков показал, что полученная мощность электромагического импульса оказалась заметно меньше ожидаемой.
— Что могло пойти не так? — спросил Санбёрст.
— Что-то с электромагической частью, — предположила Саншайн. — Возможно, нужны конденсаторы бо́льшей ёмкости. Я взяла самые ёмкие, какие были в сталлионградском каталоге, и столько, сколько могло поместиться в отведённый для генератора объём в ракете.
— Ну, вблизи эпицентра взрыва импульс был довольно ощутимый, — заметила Старлайт, внимательно изучая цифры. — Но явно недостаточный, чтобы вырубить Тирека. И мощность очень быстро уменьшается с расстоянием.
Дирижабль развернулся и лёг на курс к Кристальной империи.
— Давайте я ещё попробую связаться с Андреем и спросить у него, — предложила пегаска.
Она включила рацию и установила связь с метеостанцией Понивилля. Сторм Клауд вызвал по радио человека и доложил, что контакт установлен.
Метеоролог принялась стучать ключом, описывая результаты испытаний. Человек терпеливо дождался, пока она отправит весь свой отчёт, разделённый на несколько сообщений.
«Скорее всего, вы правы, Саншайн, — подтвердил он её опасения. — Ёмкость конденсаторов могла быть недостаточной.»
«Я И ТАК ВЗЯЛА САМЫЕ ЕМКИЕ! — написала в ответ пегаска. — ЕСЛИ БРАТЬ БОЛЬШЕ КОНДЕНСАТОРОВ, ОНИ НЕ ПОМЕСТЯТСЯ В РАКЕТУ!»
«Попробуйте сделать самодельные конденсаторы, — посоветовал Андрей. — Только посчитайте сначала доступный объём и прикиньте, какая получится ёмкость. Жаль, у вас нет алюминиевой фольги. Но сойдёт и медная, наверное. И не забудьте, что под конденсатор большей ёмкости нужно будет намотать новую катушку. Индуктивность катушки должна быть согласована с увеличившейся ёмкостью конденсатора.»
— Ох, сено! — сообразила метеоролог. — Это ж мне придётся все тридцать катушек перематывать!
— Сначала давайте сделаем один этот конденсатор и перемотаем проволоку на одном генераторе, — предложила Лира. — Испытаем, и тогда будет ясно. Если у нас получится создать мощный импульс, тогда и будем перематывать остальные, и конденсаторы для них делать. Кстати, а как их делать вообще?
— Сейчас расскажу, — Саншайн передала ключом:
«СПАСИБО БОЛЬШОЕ! МЫ ПОНЯЛИ, БУДЕМ СЧИТАТЬ И ПРОБОВАТЬ.»
Затем метеоролог объяснила Лире и остальным, в чём заключается проблема:
— В цилиндрическом конденсаторе длинные полосы фольги и бумаги плотно свёрнуты в спираль. Ёмкость не зависит от формы и считается как для плоских полос. То есть чем плотнее мы свернём эту фольгу и бумагу, тем более длинные полосы сможем использовать, и тем бо́льшая ёмкость получится у конденсатора. Сейчас я взяла батарею из нескольких стандартных конденсаторов. Они даже близко не заполняли весь доступный объём, как я ни пыталась запихать их как можно больше. Всё равно между корпусами оставалось много места.
— Так, а мы сможем сделать всё это сами? — спросил Санбёрст. — Не лучше ли будет вычислить размеры и ёмкость конденсатора, исходя из доступного объёма, и заказать их в Сталлионграде или Мэйнхеттене?
— Конечно, лучше! — согласилась Саншайн. — Только надо сначала испытать, и потом уже заказывать большую партию.
Размеры отсека для боевой части в ракете она уже выучила наизусть. Вместе с Лирой, помогавшей чертить, метеоролог рассчитала размеры для нового конденсатора, потом прикинула ёмкость и вычислила требуемую индуктивность катушки. Перечитала получившиеся цифры и посмотрела на Санбёрста и Старлайт слегка офигевшим взглядом.
— Что-то не так? — забеспокоилась сиреневая единорожка.
— Почти в десять раз можно увеличить ёмкость, — ответила Саншайн. — Если плотно свернуть ленту и занять почти всё свободное место. Стандартные конденсаторы укладывались в отсек слишком неэффективно.
Старлайт тут же прикинула величину импульса, исходя из полученных замеров:
— Оёй… Да… Вот таким импульсом можно будет Тирека если не вырубить сразу, то неслабо перегрузить его магическую систему, — сообщила единорожка. — Проблема в том, что магические возможности Тирека не постоянны и увеличиваются с его ростом, по мере поглощения магии. И рассчитать их мы не можем, потому что нет достоверной точки отсчёта.
— Будем заказывать новые конденсаторы, — решил Санбёрст. — Только сначала ещё раз прикинем на собранной боевой части, чтобы не ошибиться с размерами. Будет обидно, если чуть-чуть не влезет.
—=W=—
Медленно плывущий в небе дирижабль добрался до Кристальной империи лишь поздно вечером. Пони сразу же пошли в гостиницу, все слишком вымотались, чтобы ещё что-то делать.
Утром Санбёрст был вынужден закрыть контракт на фрахт с капитаном Бризом, так как неудачное испытание частично изменило график работ.
— Всегда к вашим услугам, леди и джентлькольты, — заверил Сильван Бриз, записав Саншайн радиопозывной своего воздушного корабля. — Если моя посудина вам понадобится, я всегда готов помочь за умеренную плату.
— Нам скоро понадобится опытный командир для нашего собственного дирижабля, — ответил Санбёрст. — У нас намечается сложная и опасная миссия.
— Эм-м… — капитан Бриз замялся. — Я — торговец. Опасных миссий я всю жизнь старался избегать. Но у меня есть на примете один знакомый, который может вам помочь. Запишите его имя и адрес.
— Пишу, — оранжевый единорог достал блокнот и карандаш.
— Лейтенант-коммандер Корвин Блиццард, пегас, — продиктовал капитан. — Комиссован по ранению из Воздушной Кавалерии, имеет немалый опыт командования дирижаблем-пегасоносцем. Адрес: 38, 54-я улица, Мэйнхеттен.
— Ого! Спасибо, капитан Бриз, — поблагодарил Санбёрст. — Похоже, это как раз тот, кто нам нужен.
После завтрака пони пошли посмотреть, как дела у Трикси. Вместе с ними осмотреть производство отправились Твайлайт, Шайнинг Армор и принцесса Кэйденс.
Единорожка с гордостью показала коллегам четыре длинных чёрных оболочки, закреплённые для полимеризации на деревянных подставках. Их поверхность выглядела гладкой, как полированный янтарь, но под поверхностью просвечивала перекрёстно намотанная нить углеволокна.
— Они такие лёгкие! — изумлённо пробормотала Саншайн, попробовав приподнять одну из них копытцем. — При таких размерах! Как будто почти ничего не весят!
— Как Трикси понимает, на это и был расчёт, — авторитетно пояснила единорожка. — Сегодня попробуем залить в них топливную смесь, — она показала на несколько висящих над огнём больших котлов, где уже разогревался битум, смешанный с порошками магния и перхлората калия. — Очень сложно было равномерно перемешать порошки с битумом. Когда объём небольшой, смесь приготовить проще.
Сейчас ещё начали делать самые сложные и ответственные детали для ракет — сопловые вкладыши, — Трикси показала вакуумную электромагическую печь, где при высокой температуре запекались кольцевые детали. — Обычно Трикси делает сопла из керамики, но для большой ракеты нужны совсем другие материалы.
— А почему другие? — спросила принцесса Кэйденс.
— В состав топлива входит магний, — пояснила единорожка. — Когда он горит и вылетает через сопло, оно быстро изнашивается, потому что оксид магния — это абразив. В маленькой ракете за те секунды, пока горит двигатель, через сопло пролетает хорошо если унция оксида магния. Когда у нас ракета большая, за те же секунды через сопло пролетят сотни фунтов оксида. Этот поток разъедает сопло — и в двигателе падает давление. Ещё хуже — износ идёт неравномерно, и ракету будет уводить в сторону.
— Как всё сложно! — ужаснулась Кэйденс. — И какой же материал вы используете?
— Армированный углеволокном пирографит, — ответила единорожка. — Это ещё одна, очень сложная технология, которую передал человек.
— Насколько сложная? — поинтересовалась Твайлайт.
— Ну… если кратко… Сначала мы делаем кольцо-подложку из кварца по форме соплового вкладыша, но большего внутреннего диаметра, — Трикси подняла телекинезом кварцевое кольцо и показала всемпони. — Кладём его в форму и укладываем внутри кольца углеволокно. Помещаем его в вакуумную печь и долго держим при температуре около тысячи ста градусов, понемногу впуская в печь метан. Он каталитически разлагается на поверхности кварца на углерод и водород. Углерод тоже является катализатором для разложения, как и кварц. Водород собирается вверху печи, и мы его откачиваем. Углерод оседает на подложке и волокнах, постепенно закрывая промежутки и поры, пока не образуется плотный слой графита, армированный углеволокном#из пирографита делали сопловые вкладыши «Трайдент-1»#.
— Эм-м… Никогда бы не догадалась, что так можно делать, — Твайлайт вновь почувствовала себя школьницей. — А как вы получаете метан?
— Биологическим способом, брожением… м-м-м… извините, дерьма из туалета, — синяя единорожка не смогла сдержать ухмылку, видя выражение мордочки Твайлайт. — Трикси ещё не знает, получится ли сделать материал с нужными свойствами. Если бы Трикси заранее знала, во что она вляпалась, Трикси бы ещё сорок раз подумала, соглашаться или нет…
— Трикси, ну что ты такое говоришь! — ужаснулась Саншайн и немедленно обняла подругу. — Что бы мы без тебя делали?
— Эм-м… сделали бы ракету без помощи Трикси? — спокойно предположила синяя единорожка.
— Нам сейчас надо найти обсидиан для экранирования магической схемы управления, — напомнила Старлайт. — А мне надо делать баллистический вычислитель для телекинетической пушки. Я уже составила набросок его структурной схемы и алгоритма работы, но ещё плотно созданием не занималась.
— Тогда нам стоит отправиться за ним как можно скорее, — ответил Санбёрст.
— Дело за малым, где его искать? — спросила Лира. — Понятно, что где-то в горах, но горы большие.
— Нам нужен специалист-геолог, — решил Санбёрст. — У кого-нибудь есть такой на примете?
— Мод Пай. Сестра Пинки, — тут же предложила Трикси. — Но с ней надо договариваться через Пинки. Мод довольно необычная пони. С нами она и разговаривать не станет.
— Вау… А ты откуда её знаешь? — удивилась Лира.
— Трикси некоторое время работала на ферме Пай, — коротко ответила фокусница. — Потом Трикси оттуда выгнали. Собственно, Мод и выгнала.
— Эм-м… И ты всё равно советуешь к ней обратиться? — Лира такого явно не ожидала.
— Да, — ответила Трикси. — Потому что Мод — один из лучших геологов в Эквестрии. Сейчас не время для личных счётов.
— С-сэр! Я немедленно отправлюс-сь к мис-с Пай, — заявила лейтенант Дип Шедоу. — Но будет лучше, ес-сли вы попрос-сите Её Выс-сочес-ство с-снабдить меня её выс-сочайшим указанием, как в с-случае с-с мис-с Луламун. Вам дос-статочно будет напис-сать запис-ску.
— Хорошо, лейтенант, но мне не хотелось бы прерывать испытания пушки, — Санбёрст достал блокнот и карандаш.
— Меня может подменить лейтенант Гранит, с-сэр, — прошипела бэтпони.
— Лейтенант Гранит? Кто-то из местных гвардейцев?
— Да, с-сэр. Он только что закончил краткос-срочные офицерс-ские курс-сы, с-сэр, но он вполне компетентный офицер, — заверила Дип Шедоу, — раньше с-служил на с-сержантс-ской должнос-сти.
— Отлично, — Санбёрст написал записку и отдал её лейтенанту-бэтпони. — Передайте ваши обязанности по испытаниям лейтенанту Граниту и отправляйтесь за мисс Пай.
Затем Санбёрст и Саншайн отправили телеграмму в Мэйнхеттен, на кафедру физики MIT. В телеграмме они сообщили необходимые габаритные размеры для изготовления нового конденсатора, и Санбёрст попросил изготовить пять опытных образцов как можно скорее.
—=W=—
Принцесса Селестия прибыла в Кристальную империю днём. Она появилась в белой вспышке телепорта прямо в воздухе над площадью перед замком и грациозно приземлилась на свободный от туристов пятачок перед входом, под восторженные приветственные крики пони. Принцесса приветственно помахала всем собравшимся:
— Здравствуйте, здравствуйте, мои маленькие пони. Я очень рада всех вас видеть.
Заранее предупреждённые о её визите гвардейцы отсалютовали и проводили Её Высочество в тронный зал замка.
— Тётушка Селестия! Как я рада вас видеть! — Кэйденс вскочила с трона навстречу принцессе Солнца.
— Моё почтение, Ваше Высочество! — Шайнинг Армор тоже подошёл для приветствий следом за супругой.
— Здравствуйте, мои дорогие! Кэйденс, Шайнинг. А где Твайлайт?
— В лаборатории, вероятно, как обычно, — предположил принц-консорт.
— Я здесь! — Твайлайт торопливо вбежала в тронный зал. — Здравствуйте, Ваше Высочество! — подбежав к остальным, она почтительно поклонилась.
— Нет нужды кланяться, дорогая, — улыбнулась Селестия. — Ты такая же принцесса Эквестрии, и мы не на официальной церемонии. Я прибыла для переговоров, и чтобы ознакомиться с вашими достижениями. Лу́на докладывала мне, что ваши специалисты достигли впечатляющих успехов. Можно мне на них взглянуть?
— Конечно, тётушка! — обрадовалась Кэйденс. — Желаете посмотреть прямо сейчас?
— Да, конечно! — тут же согласилась Селестия. — Нам же ещё нужно подготовиться к переговорам.
Принцесс проводили на фабрику на окраине города, где кристальные пони под роговодством Трикси заливали топливную смесь в отформованные корпуса. Высочайший визит переполошил всех. Всепони забегали едва ли не в панике. Трикси, сама изрядно перетрусившая, поклонилась принцессам, а затем рявкнула на рабочих, приводя их в чувство:
— Продолжаем заливку! Нельзя останавливаться, процесс непрерывный!
Пони вернулись к работе, фокусница повернулась к принцессам и ещё раз поклонилась:
— Прошу прощения, Ваши Высочества, но процесс заливки двигателей прерывать нельзя. Мы уже заливаем последний пока что, четвёртый двигатель. Нам нужно ещё несколько минут.
— Всё хорошо, продолжайте, мы только посмотрим, — успокоила её принцесса Солнца.
Принцессы терпеливо дождались окончания заливки. Наконец Трикси, отдав последние распоряжения рабочим, повернулась к гостям и поклонилась:
— Мы закончили, Ваши Высочества. Трикси готова ответить на ваши вопросы.
— Это и есть ваши «ракеты», про которые мне рассказывала сестра? — спросила Селестия, указывая на чёрные блестящие цилиндры.
— Это их двигатели, Ваше Высочество, — ответила Трикси. — Примерно как фейерверки, только очень большие. У них ещё будут головные части с зарядом и системой управления, маленькие крылья и сопла, для ускорения вылетающей струи огня. Это пока первые четыре штуки, для испытаний.
— А что это за трубы торчат из двигателей? — спросила Кэйденс, озадаченно глядя на торчащий из отверстия оболочки кусок стальной трубы с чем-то вроде приваренных к нему продольных лопастей.
— Это закладные стержни, — пояснила единорожка. — Они формируют центральный звездообразный канал, чтобы топливо горело равномерно. Когда топливная смесь застынет, мы их вынем. Без этого канала площадь горения с торца будет слишком маленькая, ракета полетит недалеко. Если канал сделать просто круглым, он будет при горении увеличиваться изнутри, давление в двигателе будет расти, и в конце двигатель может просто взорваться. Поэтому канал делают звездообразным, чтобы площадь горения оставалась примерно одинаковой.
— Как всё сложно, оказывается, — пробормотала принцесса Селестия. — А про какие заряды вы говорили?
— Сюда, пожалуйста, Трикси вам всё покажет, — фокусница пригласила гостей в другое помещение, где на столах лежали взрывные генераторы. — Заряды мы уже приготовили, но после вчерашнего испытания выяснилось, что их придётся переделывать. Сейчас Саншайн и Лира будут этим заниматься, как только получим новые конденсаторы.
— Вы что же, хотите Тирека просто взорвать? — нахмурилась принцесса Солнца. — Ведь разговор был о том, чтобы его поймать и вернуть в Тартар.
— Мы так и собираемся, — ответила Трикси. — Этот заряд при взрыве должен создать мощный электромагический импульс, чтобы временно вырубить Тирека, если почему-либо не получится набросить на него сеть. Но сначала его нужно будет выманить из населённой местности, потому что импульс заодно вырубит и всех пони.
— В этом плане я вижу существенный недостаток, — заметила Селестия. — А если Тирек не выманится из населённой местности? Что вы тогда будете с ним делать?
— Я его выманю, Ваше Высочество, — уверенно ответила Твайлайт. — Он точно захочет отнять магию аликорна.
— Так, а если всё-таки ситуация с Тиреком пойдёт не по плану? — Селестия выглядела очень обеспокоенной.
— На такой случай у нас приготовлены разрывные снаряды для телекинетической пушки, — ответил Шайнинг Армор. — На самый крайний случай. Мы постараемся до этого не доводить. Но мы готовы и к такому исходу событий.
— А где ваша пушка? — спросила принцесса Солнца. — Можно на неё взглянуть?
— На испытаниях, за городом, — ответил принц-консорт. — Для неё нужно составить таблицы стрельбы. Вечером её привезут в город, можно будет посмотреть после переговоров.
— Хорошо, — согласилась Селестия. — Какие у вас затруднения? Чем Эквестрия может вам помочь?
— У нас сейчас основная проблема — недостаток электромагии, — ответила Трикси. — Из-за этого приходится подключать станки к батареям аккумуляторов. Вторая проблема — баллистический вычислитель для пушки. Старлайт сейчас им занимается, но там сложности с математикой. Третья и основная проблема — экранирование магических схем в ракетах. Чейнджлинг подсказал, что для этого нужен обсидиан. Нам нужно его найти. Наш офицер связи отправилась за геологом.
— Ракетами ещё нужно научиться управлять, и откуда-то их запускать, — добавил Санбёрст. — Доктор Хувс поехал в Сталлионград, возможно, ему удастся договориться насчёт сталлионградского поезда. Мы заказали в Мэйнхеттене дирижабль для перевозки пусковой установки. Мистер Каттер сейчас проектирует учебный летающий макет, на котором мы будем учиться управлять ракетой.
— Понятно. Прокладка электромагического кабеля от Понивилльской ГЭС в Кристальную империю идёт полным ходом, — ответила принцесса, — но работу затягивает необходимость его проведения в обход Кристальных гор, параллельно железной дороге.
Сталлионградский компьютер, который заказали для вашей лаборатории, доставлен, машинный зал для него пристроен к зданию, и сейчас его уже собирают, — продолжила Селестия. — Для начала мы соединим линиями связи все крупные города Эквестрии, Кристальную империю и Сталлионград. Это и будет основой той континентальной сети, к которой в будущем сможет, надеюсь, подключиться каждый пони. Закупленные в Сталлионграде компьютеры в Кантерлоте и Мэйнхеттене уже связаны между собой, пока что по медным проводам, и сейчас наши учёные работают над автоматизацией существующей системы заказа железнодорожных билетов по телеграфу. В ближайшее время планируем подключить к этой системе компьютеры в Филлидельфии и Балтимэйре. Понимаю, что вам нужен портативный вычислитель. Я попробую запросить в Сталлионграде. У них есть артиллерия, значит, и вычислители должны быть.
Работа над созданием оптоволокна по полученной технологии в MIT идёт полным ходом, но технология, как мне доложили, весьма непростая. Первые образцы уже изготовлены, но они, как мне доложили, получились недостаточно прозрачные. Простите, мои дорогие, я в этом не специалист.
Подготовка к учениям по отражению вторжения из другого мира через предполагаемый портал пока что идёт, к сожалению, не так хорошо, как хотелось бы. Не все командиры Солнечной гвардии и Воздушной кавалерии понимают, зачем это вообще нужно. К тому же мы сильно отстали в технологиях за тысячелетие мирной жизни. Надеюсь, мы будем готовы, когда Тирек будет обнаружен.
Осмотрев производство, принцессы Селестия, Кэйденс, Твайлайт и принц Шайнинг Армор вернулись в Кристальный замок.
—=W=—
Новое помещение, куда определили Торакса, было не в пример комфортнее. Гостиничный номер располагался на втором этаже отеля, выходившего фасадом на площадь Кристального Сердца. Собственно Сердце было видно прямо из окна. Окно было забрано решёткой, но его нижняя часть поднималась по раме, её можно было открыть и питаться.
У дверей дежурили двое гвардейцев, сопровождавших чейнджлинга при выходах в город. К ним можно было обратиться с просьбой, и его незамысловатые желания выполнялись без промедления. Впрочем, Торакс старался гвардейцам не надоедать. В номере был отдельный туалет и ванная, что для чейнджлинга, привыкшего к минималистичным условиям в сотах Улья, было верхом комфорта.
Что было немаловажно — здесь, выше уровня земли, он мог поддерживать мысленную связь с Роем. Раньше, когда он жил в Кристальной империи до ареста, такой возможности у него не было. Из этого Торакс предположил ранее, что в город пронесли какой-то артефакт-ретранслятор, и сейчас догадка лишь подтверждалась — других чейнджлингов поблизости он не чувствовал.
Во второй половине дня его навестил гвардейский офицер. Поинтересовавшись для порядка условиями содержания и спросив, не нужно ли чейнджлингу что-нибудь ещё, он сообщил:
— Её Высочество принцесса Каденза просила передать, что специалисты по магии предварительно подтвердили переданную вами информацию. Её Высочество готова к продолжению переговоров. Также в Кристальную империю прибыла принцесса Селестия. Принцесса Лу́на в последнее время бывает у нас постоянно.
Торакс тут же доложил королеве по мыслесвязи. Кризалис откликнулась немедленно:
«Хорошая работа, Торакс. Предложи переговоры вечером, когда синяя засоня проспится. Вызови меня, когда принцессы явятся на место. Я буду готова.»
Чейнджлинг пересказал ответ королевы в изрядно смягчённом виде офицеру, тот кивнул:
— Я всё передам Её Высочеству.
За десять минут до восьми часов вечера гвардейцы проводили Торакса в Кристальный замок. Их Высочества — принцесса Каденс и принц Шайнинг — приняли чейнджлинга в тронном зале. После положенных по статусу церемонных приветствий, принцесса Кэйденс спросила:
— Удобно ли вам вести переговоры здесь, или нужно выйти на открытое место?
Внутри замка мыслесвязь принималась заметно хуже, о чём Торакс и сообщил принцессе.
— Можно попробовать подняться на балкон, — предложил Шайнинг Армор.
Их Высочества и чейнджлинг в сопровождении гвардейцев и леди Эйелинн поднялись на балкон Кристального замка, откуда обычно принцесса обращалась к народу. Здесь мыслесвязь работала отлично.
— Ну как, здесь лучше? — приветливо поинтересовалась Кэйденс.
— Да, Ваше Высочество, здесь отличное место.
На балкон принесли стол и кресла. В этот момент сверкнула белая вспышка, и на балконе появились принцессы Селестия и Лу́на.
— Её Величество королева Кризалис будет слушать моими ушами и говорить моим голосом, — произнёс Торакс ритуальную фразу начала переговоров.
— Мы приветствуем королеву Кризалис, — ответила Кэйденс.
— Приветствую, принцессы, принц, — и вновь голос Торакса неуловимо изменился. По тональности он остался тем же, но в нём прорезались уверенные властные интонации. — Я так поняла, что вы проверили свойства обсидиана по справочникам и убедились, что мы не обманываем.
— Верно, мы провели предварительную проверку, — подтвердил Шайнинг Армор. — Но нужно ещё проверить на опытных образцах. Пока у нас нет обсидиана, чтобы провести такие опыты.
— Итак, что вы решили насчёт нашего предложения? — спросила Кризалис голосом Торакса.
— Помощь нам не помешает, — ответила Кэйденс. — Даже помощь чейнджлингов. Но Кристальная империя — это лишь небольшая долина и один город на севере. Обсуждать взаимодействие с вами на территории Эквестрии нужно с её правительницами.
— Что именно ты предлагаешь, Кризалис? — спросила принцесса Селестия.
— Помощь в поиске Тирека. Обмен информацией. Обучение ваших гвардейцев некоторым нашим методам маскировки. Помощь с логистикой, — Кризалис повторила свои предложения.
— Что скажешь, сестра? — Селестия посмотрела на принцессу Лу́ну.
— Сие выглядит приемлемо, — кивнула Лу́на. — Что хочешь ты взамен?
— Гарантию, что битва с Тиреком состоится не в Бэдлэндс, — ответила королева. — Мы предлагаем заманить его на север Эквестрии, в ненаселённые южные предгорья Кристальных гор. Либо в любое другое малонаселённое место, откуда несложно эвакуировать население. Мы не требуем установления формальных дипломатических отношений, но предлагаем прислать своих офицеров связи для координации действий. Хотя бы на время кризиса.
— Звучит разумно, — признала принцесса Солнца. — Я склонна согласиться с предложением Кризалис. «Худой мир лучше доброй ссоры». Моё условие: никакого насильного поглощения эмоций у пони. Допускается сбор фоновых эмоций на массовых мероприятиях, без ущерба для пони.
— Дополнение, — твёрдо произнесла Лу́на. — Все передвижения чейнджлингов по территории Эквестрии допускаются только в их истинной форме, без маскировки, в сопровождении солнечных или ночных гвардейцев.
— Согласна, — подтвердила Селестия. — Это обязательное условие.
— Принимается, — ответила Кризалис. — Мы понимаем, что в ходе взаимодействия чейнджлингов и пони неизбежно будут возникать мелкие недоразумения и конфликты. Кто-то не так понял, кто-то испугался. Всего не предусмотришь. Мы готовы решать эти вопросы в рабочем порядке. Ваше мнение?
— Если чейнджлинги будут следовать оговорённым правилам, всё будет в порядке, — ответила принцесса Солнца.
— Хорошо. Будем считать, что мы договорились, — заключила Кризалис. — Составьте письменное соглашение. Настоящим я назначаю Торакса официальным представителем Улья в Кристальной империи с правом подписи одобренных сторонами документов и соглашений. Немного позже я пришлю нашего представителя в Кантерлот.
— Полагаю, в Кантерлоте уже есть ваш «представитель», и не один, — в голосе принцессы Селестии явно сквозило ехидство.
— Без комментариев, — не менее ехидно ответила королева. — Есть ещё какие-нибудь вопросы, предложения, дополнения?
— Полагаю, они появятся по ходу будущего взаимодействия, — ответила принцесса Селестия.
— Тогда всего хорошего, — голосом Торакса попрощалась Кризалис. Чейнджлинг облегчённо выдохнул и уже со своими обычными интонациями добавил. — Её Величество прервала связь.
—=W=—
Дитзи и Динки вышли из вагона на железнодорожную платформу и крошка-единорожка сразу заметила встречавшую их Саншайн.
— Здравствуйте, Дитзи! Здравствуй, Динки, солнышко! — поздоровалась метеоролог.
— А-а, здравствуйте, Саншайн! — заулыбалась серая пегаска. — Спасибо, что встретили.
— Как вы доехали? — Саншайн перехватила у неё вторую пару седельных сумок с вещами и надела себе на спину. — Извините, что так внезапно вас выдернули, но Старлайт очень нужна помощь.
— Да, мне объяснил сержант Сторм Клауд. Я привезла описание сталлионградского компьютера, — Дитзи повернулась к дочери и присела. — Динки, залезай.
Обе пегаски взлетели и направились к городу. Сначала заскочили в гостиницу, сняли там номер и оставили сумки, затем полетели в замок, где принцесса Кэйденс выделила для исследователей из лаборатории пару комнат на нижнем этаже рядом с археологами.
Старлайт с самого утреннего совещания сидела над документацией, чертила рунные схемы и рассчитывала заклинания для баллистического вычислителя. Работа у неё продвигалась не слишком быстро — уж очень непохожа была задача на то, чем занимались единороги-артефакторы обычно.
Когда Дитзи присоединилась, дело пошло быстрее. Серая пегаска, уже прочитавшая в поезде пояснения по двоичной арифметике и документацию на сталлионградский компьютер, довольно понятно растолковала Старлайт, как работают все эти регистры, аккумуляторы, сумматоры, арифметико-логическое устройство, оперативная память и прочие элементы, из которых состоит компьютер.
— Первое, что нам нужно — триггер, — пояснила Дитзи. — Комбинация рун, которая может хранить два состояния — ноль и единицу. Есть у единорогов такая комбинация?
— Есть! — ответила Старлайт, рисуя замысловатую руну. — Вот она.
— Так. Теперь из таких рун нам надо набрать регистры, — продолжала почтальон. — Нам не нужно сейчас повторять архитектуру сталлионградского компьютера. Она для нас слишком сложная и не самая подходящая. Нам сейчас нужно сделать намного более простой вычислитель. Но на будущее нам необходимо заложить совместимые форматы данных с компьютерами в мире Андрея. Тогда в последующем нам будет проще переходить от калькулятора к более универсальному компьютеру, который уже можно будет программировать.
Я перед отъездом порылась дома в книгах Хувса и нашла пару годных справочников, — Дитзи вытащила из седельных сумок два увесистых тома. — Вот смотри, это схема калькулятора, похожего на то, что нам нужно. У нас основная проблема, что нам нужно куда-то записать таблицу соответствия угла наклона ствола, количества разгонных колец и дальности стрельбы.
— Я думала, мы запишем её на кристалл? — спросила Старлайт.
— Да, она будет храниться на кристалле, но для работы нам нужно, чтобы доступ к данным был быстрый, — пояснила пегаска. — Есть у вас руны, которые сохраняют изменившееся состояние, если к ним не подана магия?
— Есть, — ответила Старлайт, рисуя ещё одну замысловатую руну. — Э-э… получается, это будет довольно сложная рунная схема, примерно такая, — единорожка изобразила таблицу из множества одинаковых рядов рун, вписанную в круг рунной печати. — Внешний контур будет считывать данные, а храниться они будут внутри, в этой таблице.
— Верно. И надо предусмотреть руны для хранения адреса, по которому мы будем делать поиск данных из таблицы в кристалле. Для этого нам нужен будет адресный регистр в вычислителе, — пояснила Дитзи. — В нём будет храниться адрес ячейки памяти, к которой мы обращаемся.
Они сидели до вечера, Динки успела было заскучать, но Дитзи поручила дочери рисовать рунные схемы, которые они со Старлайт обсуждали. Крошка-единорожка внимательно слушала объяснения Старлайт. Такую сложную магию она ещё ни разу не видела, и ей стало интересно. Нарисовав рунную схему на бумаге, Динки попробовала влить в неё магию. Руны замерцали, по ним забегали искорки света.
— Опа, смотри-ка, — Старлайт обратила внимание на эксперименты маленькой единорожки. — Кажется, схема работает.
— Вот, чтобы не гадать, нам надо предусмотреть устройство для отображения результата, — сразу сообразила Дитзи. — Причём такое, чтобы оно могло работать в полевых условиях. Есть у вас такие руны?
— Есть! — ответила Старлайт, рисуя очередную строку рун. — Будем проецировать их на пластинку полупрозрачного стекла.
К концу дня у них были уже не просто наброски структурной схемы вычислителя, но и несколько прорисованных основных принципиальных схем блоков процессора, оперативной памяти, схемы считывания из постоянной памяти и схемы проекции данных для отображения результата вычисления. Они выглядели в разы сложнее тех рунных схем, с которыми Старлайт работала обычно.
— Теперь нам нужно как-то сделать, чтобы эти схемы размножить и сделать на прочном носителе, — Старлайт озадаченно смотрела на кучу схем, разложенных по столу.
В этот момент к ним заглянула Саншайн и услышала фразу единорожки.
— Что размножить? Вот эти схемы? А заклинание размножения не подойдёт? — спросила метеоролог.
— Нет, оно для бумаги, — ответила единорожка. — Нам нужно что-то более устойчивое для вычислителя. Будь схемы попроще, я бы могла их сделать тем же способом, как делала рунные схемы для телекинетических артефактов на кольцах. Но тут сама видишь, схемы такой сложности, что я их не смогу запомнить. Нам бы сделать что-то вроде твоих плат, на которых ты паяешь всякие радиодетали. Ты как их делаешь?
— Ну… обычно рисую дорожки на плате лаком, — рассказала Саншайн. — Потом вытравливаю ненужную медь в растворе хлорида железа. Но эти ваши схемы рисовать — это очень сложно и долго получится даже для единорога. Их как-то копировать надо. Мы с человеком обсуждали, как у них платы делают. У них используют фотокопирование. Можно схему в большом масштабе нарисовать, потом сфотографировать и спроецировать на плату, уменьшив до нужного размера. Но нужен какой-то состав, реагирующий на свет, чтобы в тех местах, куда свет попал, он закреплялся, а там, где было темно — смывался. Или наоборот, это не так важно, важен принцип.
— Ага! Поняла, — сообразила Старлайт. — Идём к Санбёрсту.
Санбёрста они нашли в отеле. Оранжевый единорог сидел у себя в номере и что-то писал. Старлайт показала ему нарисованные схемы:
— Санни, расскажи ещё раз про травление плат и фотокопирование.
Метеоролог повторила свой рассказ. Санбёрст слушал очень внимательно, глядя на схемы с множеством рядов повторяющихся одинаковых рун-триггеров.
— Завтра утром я напишу в MIT, на кафедру химии и алхимии, — ответил оранжевый единорог, когда Саншайн закончила. — Может быть, они подскажут нам какие-нибудь вещества, твердеющие или распадающиеся под действием света.
— Я ещё свяжусь завтра с Андреем, попрошу его поискать сведения о таких веществах, надеюсь, он что-то подскажет.
— Санни, а если ещё посмотреть те схемы радио в подземелье, которые ты изучала? — спросила Старлайт. — Помнишь, ты разбиралась, как устроены запчасти к демикорнскому радио? Может быть, там найдётся какая-нибудь подсказка.
— Проверить можно, — согласилась пегаска. — Но надо понимать, что радио и вычислитель — всё же устройства сильно разные, хоть внешне и выглядят похоже.
-=W=-
Мэйнхеттен
Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.
Третий советник посольства Грифонии Гримор уже который день с тоской наблюдал за потугами профессора Гидеона Гаусса добиться нормальной работы его «электромагнитного ускорителя массы». Таким замысловатым названием профессор предпочитал именовать своё творение.
Беда заключалась в том, что устройство, бодро и успешно метавшее гирьку в три унции на пару селестиалов, у профессора получалось, а когда перешли к более серьёзному устройству, рассчитанному на стрельбу уже однофунтовым снарядом на пару миль, проблемы посыпались как из легендарного «рога изобилия». В первых опытах снаряд падал на землю, пролетев несколько селестиалов.
Испытания проходили в нескольких милях от Мэйнхеттена, на пустыре, где грифоны устроили импровизированный полигон. Профессор в очередной раз подключил кабели от униполярного генератора к соленоидам, ещё раз проверил схему и замкнул цепь.
Подаватель с силой вбросил снаряд в первый соленоид. Выбросив снопы искр, оторванные от клемм кабели упали рядом с опытной установкой. Снаряд, пролетев сотню селестиалов, упал на землю, глубоко зарывшись в кучу песка, служившую уловителем. Двое наёмников с лопатами подлетели к куче и принялись его откапывать.
— Опять оторвало кабели? — спросил Гримор.
— Как видите! — огорчённо развёл лапами профессор Гаусс. — Ума не приложу, почему их каждый раз отрывает.
— Слушайте, профессор, — резидент рискнул поделиться своим мнением, хотя профессор, с его на редкость едким и склочным даже для грифона характером, обычно не терпел ни советов, ни указаний. — Если кабели всё время отрывает, может быть, сделать клеммы съёмными? Не прикручивать их намертво, а сделать надевающимися на штыри и подпружиненными для лучшего контакта…
— Вы что, инженер, герр Гримор? — ядовито осведомился профессор. — Или, может быть, вы — учёный-физик? Я не припоминаю, чтобы когда-либо подписывал ваш диплом.
— Помилуйте, герр Гаусс! — притворно поднял лапы вверх Гримор. — Конечно же нет! Но меня очень беспокоят неудачи нашего проекта.
Больше всего ему хотелось сейчас свернуть тощую шейку этого зловредного старикашки. Но резидент понимал, что никто, кроме профессора, не сможет довести до готовности этот злосчастный проект.
— Смотрите, профессор, — он открыл блокнот, взял карандаш и набросал кривоватый, но понятный эскиз. — Может быть, попробовать сделать что-то подобное? С широкими плоскими электродами и пружинами?
— Хм-м… — профессор хмуро взглянул на его рисунок. — Чушь! Дилетантская чушь! Как это нам поможет? Кабели перегорают в месте крепления к клеммам!
— А мы сделаем клеммы в виде медной трубы, сунем кабель в трубу на приличную длину и зальём расплавленной медью, — предложил Гримор.
— Вы понимаете, сколько такая клемма будет весить? — фыркнул профессор.
— Зато её не будет отрывать! — парировал резидент.
— Хорошо! Попробуем, — неожиданно согласился старикан. — Другого выхода я всё равно не вижу.
— Герр Гримор! Герр профессор! — их окликнул неожиданно звонкий голос.
Повернувшись, Гримор увидел приближающуюся со стороны города грифину. Это была его секретарша. Она приземлилась рядом с установкой.
— Что случилось, Гретхен? — спросил резидент.
— Донесение от Гуннара! — грифина вручила ему запечатанный сургучной печатью конверт.
Гримор распечатал конверт, достал сложенный вдвое листок бумаги, раскрыл, прочитал… и, зашипев от досады, протянул донесение профессору.
— Читайте.
Старый грифон в несколько секунд пробежал глазами текст:
— Не может быть! Как пони нас настолько обошли? Их пушка стреляет от Кристальной Империи почти до самого Рэйнбоу-Фоллс? Да ещё и тяжёлым разрывным снарядом? Не верю!
— Они используют другие принципы, профессор, — напомнил Гримор. — У них пушка телекинетическая.
— Магия! Дискордова магия! Снова! — злобно прошипел старик. — Каждый раз пони нас дурачат, используя свою магию! Дискордовы читеры!
— Это не их магия, профессор, — вздохнул Гримор. — Они использовали маготехнологии Подгорного Ужаса.
— Что-о? Но это же просто древняя легенда! — возмутился старый грифон. — Как? Откуда они могли о них узнать?
— Это тёмная история, профессор, — произнёс резидент. — Мои бойцы побывали в таинственных подземельях под Кристальной Империей и видели там древние руны и артефакты.
— Я… слышал об этих рунах… и об артефактах, сделанных в древние времена, — мрачно кивнул старик. — Но всегда считал эти истории досужим вымыслом.
— Нет. Это не вымысел, — покачал головой Гримор. — У пони в Кристальной работает целая археологическая экспедиция, уже больше года. Дискорд знает, что они могли там отыскать.
— Я найду решение! — уверенно заявил профессор. — Такая дальность, как у пони, нам не нужна. Они на таком расстоянии всё равно никогда в Тирека не попадут. Нам нужно выстрелить всего на несколько миль, из засады. Попасть один раз, но точно, и дело будет сделано.
— Грифония рассчитывает на ваш гений, профессор, — ответил резидент.
1) пожар 64 года, устроенный Нероном, гражданская война 69-70 гг. между императорами Вителлием и Веспасианом, пожар 80 году в период правления Тита, репрессии Домициана в период 85-96 гг.
2) совр. реки Западный Маныч и Восточный Маныч
3) на 2,3-2,6 метра
4) античное название Азовского моря
5) Адриатическое море
6) Марсель
7) Волга
8) здесь римская миля = 1480 м в день
9) Волжский торговый путь заработал на всём протяжении лишь к середине 1 тысячелетия н.э.
10) свободные граждане Рима
11) т. н. волгодонская переволока
12) Западная Двина
13) Курская магнитная аномалия
14) —=W=—
Популярное
VKontakte
WhatsApp
Telegram
Отключить рекламу