Путями Силы: Предвидение (джен)

Система Раката Прайм, известная также как Лехон, лежала в самой глубине Неизведанных Регионов. От большой Галактики её отделяло множество пространственных аномалий — гравитационные колодцы, блуждающие магнитные бури, искажения самой ткани гиперпространства, — и долететь сюда мог лишь форсъюзер, в совершенстве владеющий некоторыми редкими навигационными техниками Силы. Обычный корабль с обычным экипажем сгинул бы здесь бесследно, так и не разгадав, в какой именно момент сбился с курса.

Сейчас Энакин с неподдельным интересом рассматривал легендарную систему, что некогда была сердцем и столицей Бесконечной Империи раката — древнейшей космической державы, поработившей половину известной Галактики задолго до возникновения и Республики, и Ордена джедаев. Как причудливо подшутила Сила над этой расой одарённых завоевателей. Когда-то раката держали в страхе тысячи миров, а теперь от их величия не осталось ничего.

Вейдер внимательно вглядывался в Лехон, медленно вращавшийся под кораблём, — планету, затянутую полосами облаков, с тёмно-зелёными массивами джунглей и сверкающими лентами океанов. Жизнь там, несомненно, присутствовала: буйная, изобильная, рвущаяся из каждой расщелины. Но жизнь дикая, хищная, необузданная. А вот разума Энакин не ощущал вовсе, только примитивные инстинкты, голод да слепое желание выжить. Если на планете и сохранились жалкие остатки некогда грозных раката, то теперь они представляли собой одичавших полуживотных, забывших и свою историю, и своё имя, и саму Силу, которой когда-то владели.

Энакин не сомневался: Дарт Сидиус, скорее всего, знал о существовании Лехона и, возможно, даже примерно представлял его местоположение. Но точных координат у императора не было, и здесь он не бывал никогда. Слишком велик риск, слишком сложна дорога. Самому же Скайуокеру координаты вместе с подробной инструкцией по навигации в аномалиях передал Дарт Вигилус — ещё одно доказательство доверия, которым древний ситх его удостоил.

И вот теперь Энакин сидел в рубке своего личного корабля — изящного, остроносого «Скимитара», — и разглядывал легендарную звезду Або. Тусклое багровое светило, от которого некогда питалась энергией чудовищная Звёздная кузня. Вокруг звезды, медленно дрейфуя в пустоте, плыли бесчисленные обломки — искорёженные куски тёмного металла, оплавленные фрагменты исполинских конструкций, целые секции неведомого назначения. Вейдер смотрел на это кладбище и невольно гадал: что из этих мёртвых обломков когда-то было частью легендарного оружия? Оружия, которое сначала возродил тёмный лорд Реван, а после собственноручно уничтожил.

Но мужчине нужны были не планета и не звезда системы Раката Прайм. Он искал кое-что иное — небольшой, ничем не примечательный астероид, дрейфующий на окраине системы. Внутри этой невзрачной каменной глыбы скрывалась тайная база ситхов Каджида. Именно там, в недрах безымянного астероида у края Галактики, Энакина ждала первая встреча с Учителем — лицом к лицу, во плоти.

Наконец нужный объект был обнаружен, и Вейдер плавно направил корабль к нему. Астероид был замаскирован безупречно — ничем не выделялся из сотен и тысяч таких же безжизненных каменных глыб, лениво дрейфующих в пустоте системы. Та же неровная поверхность, те же кратеры и трещины, тот же тусклый отблеск багрового света звезды Або на поверхности. К тому моменту, когда любой пилот заметил бы подвох, было бы уже слишком поздно. А ведь «Скимитар» нёс на борту самые совершенные системы сканирования, какие только могла предложить имперская военная промышленность, и даже они опознали скрытое вооружение базы, лишь когда корабль подошёл к ней почти вплотную. Аномалии системы Раката Прайм безжалостно забивали сканеры помехами, превращая высокоточную технику в почти бесполезный набор мерцающих экранов.

Подлетев к шлюзу, Скайуокер ввёл запрошенный код доступа. На мгновение ничего не произошло, а затем массивные створы, идеально имитирующие неровную каменную породу, бесшумно разошлись в стороны, открывая чёрный зев ангара. «Скимитар» скользнул внутрь, и створки сомкнулись за кормой, вновь превращая базу в обычный астероид.

С интересом оглядываясь по сторонам, главнокомандующий имперским флотом не мог не признать: он и сам не отказался бы от подобного места — для базы военной разведки или для собственной службы безопасности. Скрытность, неприступность, абсолютная изоляция. Надо будет потом озаботиться поисками чего-то похожего; такой объект лишним точно не будет.

Ангар для кораблей располагался на первом уровне, а Учитель ждал Энакина на третьем. Вейдеру не нужны были ни карты, ни указатели — он отчётливо видел в Силе двойную звезду и направлялся прямо к ней. Лифт — узкая капсула с матовыми стенами — мягко поднял его и выпустил на третьем уровне. Прямой коридор, поворот направо. Энакин толкнул дверь и оказался в просторном помещении, где вместо одной стены тянулся огромный обзорный экран, имитирующий панорамное окно: за ними медленно проплывали обломки Звёздной кузни и тлела вдали багровая звезда.

В комнате находились двое.

— Добро пожаловать, мой юный апрентис, — произнёс высокий ситх, стоявший у «окна». Дарт Вигилус обернулся, и багровый свет с экрана мягко очертил его тёмно-красный профиль и серебряное шитьё на чёрных одеждах.

Напротив него, у стены, в удобном кресле расположился призрак Силы — полупрозрачная мерцающая фигура со смутно знакомым Скайуокеру лицом.

— Приветствую вас, Учитель, — Дарт Вейдер вежливо склонился в традиционном поклоне ученика. На колено он опускаться не стал — за время, прошедшее с первой встречи, он успел внимательно проштудировать литературу, указанную Вигилусом, и уже знал, что приветствие учителя коленопреклонением — это традиция исключительно линии Дарта Бейна, к которой каджидские ситхи не имели никакого отношения.

— Позволь представить тебе нашего гостя — магистра Сайфо-Диаса, — продолжил Дарт Вигилус, указывая на призрака.

Покойный магистр Ордена джедаев вежливо кивнул и принялся с откровенным, нескрываемым интересом рассматривать Энакина — изучающе, цепко, словно сверял что-то с собственными давними воспоминаниями.

— Приветствую вас, магистр, — учтиво поздоровался Скайуокер. И тут же поймал себя на том, что предвкушает предстоящую беседу: вопросов к отцу той самой синеглазой провидицы у него накопилось немало.

— Итак, прежде чем приступить к нашим занятиям, я решил прояснить несколько важных вопросов, — заговорил Дарт Вигилус, неторопливо отходя от обзорного экрана. — А то Сила подсказывает мне, что вы, Дарт Вейдер, вот-вот сгорите от нетерпения.

Это замечание оказалось весьма кстати. Времени до точки невозврата — того рокового рубежа, за которым разум его детей будет переформатирован настолько глубоко, что они попросту перестанут слышать и доводы отца, и голос здравого смысла, — оставалось всего ничего. По крайней мере, так подсказывало Энакину его пристрастное родительское чутьё. А ведь был ещё и Дарт Сидиус — вот кто точно не упустит возможности прибрать к рукам детей «Избранного», едва пронюхает об их существовании. Эта мысль холодной иглой засела где-то под сердцем.

Энакин вынырнул из тревожных размышлений — заговорил Сайфо-Диас.

— Мастер Скайуокер, — мягко произнёс призрак, и его полупрозрачная фигура чуть подалась вперёд. — До нас дошли новости о помолвке Императора с принцессой Руи Наберри. Насколько я понимаю, это произошло по вашей инициативе?

— И да, и нет, магистр, — просто ответил Энакин. — Сила показала мне благоприятный момент, и я лишь высказал Императору свои соображения по этому поводу. А дальше Его Величество принял решение сам.

Оба старших форсъюзера весело переглянулись — призрак и древний ситх, словно два заговорщика, чья давняя догадка только что подтвердилась.

— Вот видишь, Диас, — с удовлетворением сказал старый ситх. — А я тебе говорил.

— Действительно, Дарт Вигилус. Тот самый Избранник Силы, — кивнул Сайфо-Диас.

После этих слов Энакин не сумел удержать лицо — его откровенно перекосило. После падения Ордена он просто не выносил, когда его называли Избранным. Слишком много горечи, несбывшихся пророчеств и чужих ожиданий было сплавлено в этом слове.

— А ты не куксись, апрентис, — усмехнулся Вигилус, и в жёлтых глазах его блеснула снисходительная ирония давно живущего разумного. — Избранность — это тяжкая ноша, а вовсе не привилегия. Но есть у неё и свои положительные стороны. Почему, по-твоему, Дарт Сидиус столько лет держит тебя подле себя, несмотря на почти полную неспособность к придворным интригам? Ты ведь не думаешь, будто на твоё место мало охотников?

Энакин невольно хмыкнул. Охотников хватало — он знал это прекрасно. Половина имперской верхушки спала и видела, как бы потеснить лорда Вейдера от армейской кормушки.

— И вы полагаете, всё дело в том, что я якобы Избранник? — спросил он, и голос его так и сочился скепсисом.

— Юноша, а что вы вообще знаете об Избранниках Силы? — вступил в разговор магистр Сайфо-Диас, его призрачная фигура чуть мерцала в багровом свете обзорного экрана.

— То, что они существуют и призваны уравновесить Силу, — заученно, по-ученически отчеканил Скайуокер.

На это призрак только хмыкнул — мягко, без насмешки, скорее с сожалением.

— На самом деле это означает несколько иное, — неторопливо ответил магистр на свой же вопрос. — Означенный Избранник должен владеть обеими сторонами Силы. Не отвергать одну ради другой, а держать обе в равновесии, как держат в руках два конца одного балансировочного шеста. Если бы вас в Ордене обучали иначе — скажем, по методикам срединного пути, тем самым, с помощью которых я обучал собственную дочь, — вам не пришлось бы искать столь глубокого и болезненного познания Тёмной стороны. Вы пришли бы к ней спокойно, осознанно, как к равноправной части себя.

— Это вы сейчас так изящно намекнули, что я не стал бы падшим и не погубил бы Орден? — невесело хмыкнул Энакин.

— Ну, во-первых, — лекторским тоном принялся перечислять Сайфо-Диас, загибая полупрозрачные пальцы, — Орден погубили отнюдь не вы. Во-вторых, я сильно сомневаюсь, что ваше падение длилось долго — не тот вы человек, чтобы пребывать во тьме годами. А в-третьих… да, в интригах вы не сильны. Зато как катализатор событий исключительно эффективны. И вас, без всякого сомнения, использовали втёмную — причём не только Дарт Сидиус, но и Высший Совет джедаев. Вспомните судьбу вашей жены. Йода ведь тоже сильный провидец, и он, вне всякого сомнения, видел событийную линию с гибелью сенатора Амидалы. Дальше разжёвывать не стану — разумный вашего положения обязан понимать подобные вещи сам.

Энакин помрачнел. Слова призрака ложились на старую, так и не зажившую рану.

— Падшим я был не меньше полутора лет, — глухо ответил он, и голос прозвучал особенно тяжело. — А рассудок я окончательно потерял в тот день, когда увидел, что эта мразь Тремейн учинил в Храме. С детьми.

— А Тремейн — это?.. — уточнил Сайфо-Диас.

— Он называет себя Гранд инквизитором и держит своё настоящее имя в тайне, — отозвался Вейдер. — От всех. Кроме первых лиц Империи.

Сайфо-Диас кивнул и неуловимым движением призвал к себе планшет — тот плавно перелетел через всю комнату и лёг в полупрозрачную ладонь. Магистр ввёл несколько запросов и некоторое время молча изучал полученные сведения, скользя взглядом по строкам. А Вейдер с нескрываемым интересом наблюдал за тем, как призрак Силы — существо, давно покинувшее мир живых, — без малейшего напряжения манипулирует вполне материальными предметами. Выходит, при жизни магистр был по-настоящему могущественным форсъюзером: подобная посмертная лёгкость в обращении с материей дорогого стоила.

— Антиннис Тремейн, бывший рыцарь-джедай с Утапау, — негромко зачитал Диас, не отрываясь от экрана. — Ученик мастера Дэва Килану. Перед падением Храма носил звание стража. — Призрак на мгновение умолк, и в его голосе прорезалась холодная нота. — Так, значит, он — один из организаторов той резни среди курсантов академии стражей?

И в этот самый момент до Дарта Вейдера наконец дошло. Сайфо-Диас входил в Совет Первого Знания. Более того, если верить осторожным храмовым слухам, какое-то время даже возглавлял его.

И сразу многое встало на свои места, особенно если сопоставить это с донесениями его собственной военной разведки. Убитых детей в Храме джедаев оказалось заметно меньше, чем должно было быть, окажись там все юнлинги Ордена до единого. Кто-то заблаговременно организовал тайную эвакуацию и провернул её настолько профессионально и чисто, что даже Айсард с его вездесущим департаментом не заподозрил ровным счётом ничего. Подобное было под силу только Совету Первого Знания — самому закрытому и загадочному органу Ордена, чей состав не был известен полностью даже членам Высшего Совета. А имя его главы не разглашалось вовсе, оставаясь тайной за множеством печатей.

И вот теперь один из этих таинственных, легендарных джедаев сидел напротив него — в виде мерцающего призрака Силы — и преспокойно набирал что-то в планшете, словно архивариус за обычной канцелярской работой.

Скайуокера, пожалуй, нисколько не удивило бы, если бы в недалёком будущем Гранд инквизитора Тремейна настигла крайне неприятная смерть, обставленная именно как казнь, как приговор, приведённый в исполнение. В конце концов, страж Храма приносил священную клятву защищать тех самых детей, которых впоследствии хладнокровно убивал. А такие долги Силой рано или поздно взыскиваются сполна.

— Кстати, магистр, на вашем месте я бы обратил пристальное внимание на деятельность ректора Джерека, — заметил Скайуокер. — Под прикрытием безобидных археологических изысканий он ведёт на Руусане какие-то весьма мутные исследования. Желает обрести могущество и в конечном счёте свергнуть Императора.

— Юноша, — Сайфо-Диас неторопливо оторвался от планшета и поднял на него полупрозрачные глаза. — Для столь масштабной операции у нас попросту нет ресурсов. А вот вы — главнокомандующий имперским флотом — ими располагаете в избытке. Вот вы бы и занялись этим неблагонадёжным элементом, благо у вас и полномочия, и средства. В настоящий момент Совет Первого Знания трансформировался в Орден Равновесия и поглощён своими текущими делами, а их, поверьте, накопилось немало.

Призрак сделал паузу, словно сверяясь с чем-то в собственной памяти, и продолжил уже другим, более официальным тоном:

— Однако, ознакомившись с информацией, полученной здесь и сейчас, я готов огласить наше решение относительно помощи бывшему мастеру Ордена джедаев — Скайуокеру.

Вейдер заметно насторожился. Теперь всё окончательно прояснилось: магистр Совета Первого Знания присутствовал на этой встрече отнюдь не случайно. Значит, именно ради этого разговора Учитель и пригласил его — чтобы обсудить ту самую операцию по освобождению юного поколения Скайуокеров. И вот теперь Сайфо-Диас готов был вынести вердикт. Энакин мысленно стиснул зубы и пообещал себе: если ответ окажется отрицательным, он будет осаждать юную госпожу Диас своими просьбами до тех пор, пока та не сдастся. Отступать он не собирался.

Но Дарт Вигилус, по-прежнему стоявший у обзорного экрана, поощрительно кивнул призраку, и тот продолжил:

— Мы готовы оказать помощь в планировании операции. Более того — готовы рассмотреть возможность участия в ней добровольцев из нашего Ордена.

После этих слов Энакин слегка расслабил напряжённые плечи. Но расслабился не до конца: слишком явно в безупречно гладкой речи магистра проступал некий подвох.

— И что же вы хотите взамен? — спросил он прямо, глядя на призрачную фигуру.

— Разумеется, сотрудничества с вашей стороны, — невозмутимо ответил Сайфо-Диас.

— И какого же именно сотрудничества ждёт от меня Орден Равновесия? — терпеливо уточнил Вейдер, скрестив руки на груди.

— Ну, во-первых, передачу нам наиболее адекватных джедаев — тех, кого можно вернуть к нормальной жизни, — невозмутимо принялся перечислять Сайфо-Диас. — Во-вторых, детей, что по тем или иным причинам не подходят для обучения на Альмасе. Полагаю, таких немало.

— А в-третьих, посильную помощь в наказании преступников? — Вейдер усмехнулся одними губами.

— Вы схватываете на лету, молодой человек, — улыбнулся Сайфо-Диас, и в его призрачных глазах мелькнуло одобрение.

— Пока вы не запросили ничего запредельного, — задумчиво произнёс Энакин, медленно проходя вдоль обзорного экрана, за которым тлели бесчисленные обломки Звёздной кузни. — Но, при всей моей официальной должности второго лица государства, в реальности мои возможности несколько ограничены. Вы сами сказали: интриги — это не моё. Поэтому передавать я смогу лишь тех, кого получится вытащить без ущерба для собственной репутации. А она, поверьте, висит на куда более тонком волоске, чем кажется со стороны.

Он сделал паузу, словно подбирая слова.

— С детьми сложнее. Их контролируют куда строже, чем взрослых. Тот же Тремейн… вы не представляете, чего мне стоило просто запретить ему обучать женщин. И всё равно эти жуткие «сёстры по номерам» до сих пор пугают честных граждан Империи. Деть их попросту некуда, вот и утилизируем понемногу, когда подворачивается случай.

— Есть ещё одна область сотрудничества, — деликатно прервал его Сайфо-Диас, и тон его голоса заметно изменился: стал мягче, доверительнее, как у человека, переходящего к самому важному. — Чужаки из-за пределов Галактики. Пока что они ведут себя аккуратно, держатся в тени. Но цели у них, к великому сожалению, очень и очень далеко идущие.

— Вы намекаете на финансирование сопротивления? — напрямую спросил Энакин, остановившись и развернувшись лицом к призраку.

— И это тоже, — призрак чуть склонил голову, ничуть не смутившись прямого вопроса. — Видите ли, мастер Скайуокер, в настоящий момент форсъюзеры в большой Галактике испытывают сильное давление со стороны государственных структур. И это, к сожалению, играет на руку чужакам — отвлекает наши лучшие силы на междоусобную возню, ослабляет тех, кто мог бы дать им единственный достойный отпор. Хотелось бы немного ослабить этот режим контроля. Не отменить — этого вы себе позволить не можете, — но именно ослабить. Однако, если вы попытаетесь действовать прямо, наши бывшие братья по Ордену непременно выкинут нечто совершенно неприемлемое — они умеют, поверьте. Поэтому требуется более гибкое решение. Если вы понимаете, о чём я…

Вейдер только мысленно вздохнул. О, как он хотел бы провернуть нечто подобное! Идея была здравой, своевременной и политически обоснованной. Вот только как именно это осуществить, оставаясь правой рукой Палпатина и не вызывая у того ни малейших подозрений? Задача из разряда тех, что когда-то изящно решал канцлер до своего восхождения на трон. Но Энакин Скайуокер — увы — никогда не был канцлером.

А магистр Сайфо-Диас тем временем уже плавно подводил итоги встречи.

— Я очень рад, что вы организовали нашу встречу, Дарт Вигилус, — призрачная фигура Сайфо-Диаса чуть наклонилась в знак почтения. — И поздравляю вас с обретением ученика. Достойного ученика.

— Я тоже рад, что нам всем удалось плодотворно побеседовать, — отозвался старый ситх. Багровый свет с обзорных экранов скользнул по серебряной вышивке его одежды, мягко переливаясь при каждом движении. — Каким, по вашему мнению, сроком мы располагаем для благополучного изъятия детей?

— Не более полутора лет, — ответил Диас, и его призрачные пальцы задумчиво коснулись подбородка. — Скорее всего, операцию придётся приурочить к императорской свадьбе. За полгода до торжества во всех имперских структурах начнётся такая бюрократическая и логистическая кутерьма, что мы сможем тихо воспользоваться образовавшимися лазейками.

— А разве нельзя раньше? — нетерпеливо вмешался Скайуокер, шагнув вперёд.

— Так, чтобы не заметил Дарт Сидиус? — Сайфо-Диас скептически поднял полупрозрачную бровь. — Весьма сомнительно. Вы ведь собрались похищать ни много ни мало дочь вице-короля Альдераана, действующего сенатора Империи. Йода в своё время прекрасно знал, куда именно помещать девочку, — на самое видное, охраняемое место, под пристальное наблюдение многих заинтересованных сторон. Любое необычное движение вокруг семьи Органа будет замечено немедленно: у Бейла Органы свои осведомители повсюду, и не только у него. А вот подготовка к самому пышному, самому торжественному празднику в истории Империи открывает действительно большие возможности: внимание тысяч глаз будет приковано совсем к другому. Но детали плана мы ещё проработаем — времени на размышления у нас более чем достаточно.

— Совершенно согласен с вами, магистр, — кивнул Дарт Вигилус.

— На этом я вас покидаю, — Сайфо-Диас плавно поднялся из кресла и с лёгкой улыбкой поклонился сначала учителю, затем ученику. — До новых встреч, господа.

И просто растворился — будто и не было его никогда. Только воздух в том месте, где он только что сидел, на мгновение чуть подёрнулся рябью, как поверхность пруда, в который бросили камень.

В комнате повисла тишина. Энакин некоторое время смотрел на пустое кресло, переваривая услышанное, а затем повернулся к Учителю.

— Вы сотрудничаете с джедаями, Учитель? — в голосе лорда империи прозвучала плохо скрытая нота удивления.

— Орден Равновесия — не джедаи, — задумчиво ответил старый ситх, не отрывая взгляда от обзорного экрана, за которым медленно вращался обломок неведомой древней конструкции. — Возможно, дже'дайя — изначальные, какими они были на Тайтоне до Великих Расколов. Но от погибшего Ордена джедаев они отличаются кардинально, в самом существенном. И я всегда придерживался того мнения, что все форсъюзеры, независимо от стороны Силы, к которой они склоняются, должны держаться вместе. Особенно сейчас. Особенно перед лицом того, что приближается из-за края Галактики.

В комнате на некоторое время воцарилась тишина. Учитель и ученик одновременно погрузились в собственные мысли — каждый о своём, но мысли эти, чувствовал Энакин, странным образом перекликались. Резонировали через узы Силы как две струны, настроенные в одну ноту.

Первым стряхнул задумчивость древний ситх.

— Однако хватит размышлений, апрентис, — Вигилус повернулся к Энакину, и в его жёлтых глазах вспыхнул живой интерес — интерес наставника, готового приступить к делу. — Нас ждёт тренировочный зал. Ты покажешь мне, на что способен по-настоящему. А затем мы начнём твоё настоящее обучение.

Энакин почтительно склонил голову — коротко, без церемоний, как принято у ситхов Каджида, — и они вместе вышли из комнаты, направляясь вглубь скрытой в астероиде станции. К следующему этапу. К тому, ради чего лорд Вейдер и проделал весь этот долгий, опасный путь в Неизведанные Регионы.