Blank Slate (джен)

После встречи с Миднайт мы с Луной решили больше не пытаться совмещать магию снов с моей ретрокогницией, по крайней мере, пока я не научусь её контролировать. Если одной из моих предшественниц удалось привязать свою душу к собственным воспоминаниям — кто знает, не сделали ли то же самое остальные? Тем более что они вполне могут оказаться враждебными.

Караван продолжил путь, покинув северные леса и выйдя на открытые равнины и луга. Из-за нашей численности и отсутствия укрытий нам пришлось ускорить шаг. Большую часть времени я то впрягалась в свою повозку, то заботилась о Ноктисе, когда ему требовалось моё внимание. Понадобилось всего шестнадцать дней, чтобы мы наконец добрались до отряда Глуми. Это стало поводом для очередного праздника, хотя на этот раз мы делали это на ходу, не устраивая долгой остановки. Пока мы праздновали, я знакомила чейнджлингов с пони из отряда Глуми. Поначалу они держались настороженно, но принц оказался таким милым, что пони быстро прониклись симпатией к чейнджлингам. Я также узнала, что, поскольку мы приближались к горам, разделяющим земли пони и гиппогрифов, Глуми отправила нескольких фестралов-разведчиков, чтобы установить с ними контакт. Оказалось, что у гиппогрифов, как и у грифонов, натянутые отношения с Церковью Пяти. Ну надо же… Интересно, почему? Как бы то ни было, всего через четыре дня после нашей встречи произошло нечто необычное.

* * *

— Ты… хочешь провести мне медосмотр? Почему бы тебе не спросить об этом Вивил? — спросила я, хмуро глядя на Тиброна. — После того как она залатала меня в первый раз, она наверняка может рассказать тебе всё, что нужно знать.

Он пришёл вместе с фиолетовой единорожкой, у которой была тёмно-синяя грива с белой прядью, а её кьютимарка — книга и перо. За толстыми стёклами очков на меня смотрели пурпурные глаза, а в сумках у неё едва хватало места для бесчисленных свитков и книг. Перед ней в пурпурной магической ауре парили такие же книга и перо, как на её кьютимарке.

— Ох, неудачно выразился, моя госпожа. На самом деле я хочу изучить все ваши физические и магические возможности, чтобы сравнить их с возможностями королевских особ чейнджлингов и других аликорнов! — сказал Тиброн, сияя энтузиазмом.

— Погоди, у тебя действительно есть данные о том, на что способна Кризалис? — спросила я, приподняв бровь.

— Э-э… Я попросил провести подробное исследование её способностей, но королева Кризалис вместо этого попросту дефенестрировала меня. Зато я получил неплохие данные о силе её броска, — сказал Тиброн, а я изумлённо уставилась на него. — Что? У меня же есть крылья — я просто завис на месте, когда импульс от её броска уступил гравитации.

— При необходимости мы можем повторить эксперимент, чтобы получить сопоставимые результа… — сказала единорожка гнусавым голосом, удивительно похожим на голос Тиброна, но осеклась, когда я подняла копыто.

— Я не собираюсь выбрасывать Тиброна из окна или делать что-либо ещё, что способно причинить ему вред… И, кажется, мы не знакомы. Кто ты? — спросила я.

— Ох, прошу прощения, ваше величество. Меня зовут Старбёрст Скролл, я партнёр Тиброна, — ответила Старбёрст, поклонившись, а Тиброн просиял.

Заметив выражение его мордочки, я нервно сглотнула и спросила:

— Ладно… Так ты научный партнёр Тиброна? Или ты его… романтический партнёр?

— Да, — просто ответила Старбёрст, улыбнувшись.

Тиброн хихикнул и подошёл к ней, обняв её за шею.

«О нет… Их теперь двое!» — подумала я, уже начиная жалеть, что вообще посоветовала Тиброну найти себе партнёра.

К счастью, небеса сжалились надо мной: ко мне подлетел Сайлент.

— Леди Шейдмист, разведчики вернулись вместе с посланником от клана гиппогрифов! — доложил фестрал.

— Простите, Тиброн, Старбёрст, но, похоже, у меня появились неотложные дела. Давайте обсудим всё это в другой раз, когда у нас будет достаточно свободного времени для тестов. До скорого! — быстро сказала я, подхватила Сайлента передними копытами и взлетела, оставив этих двоих в полном недоумении.

— Леди Шейдмист, что-то случилось? — спросил Сайлент, глядя на меня в замешательстве.

— Кажется, я открыла ящик Пандоры, о чём наверняка пожалею в ближайшем будущем. Собственно, я уже жалею, но дальше будет только хуже, — объяснила я. Тряхнув головой, чтобы собраться с мыслями, я спросила: — Так где этот посланник?

— Отпустите меня, и я провожу вас к ним, — ответил Сайлент.

Я отпустила его, и он полетел впереди, направляясь к северной окраине каравана. Там я увидела, что Глуми, Торакс и Луна уже ждали меня. Рядом с ними стояли пять гиппогрифов, которые уставились на Луну и Торакса, а затем заметили, как я приземлилась неподалёку.

— Два аликорна тьмы?! Что это за обман?! — выкрикнула грубым женским голосом гиппогриф с персиковыми перьями и фиолетовой гривой, одетая в меховой жилет и рогатый шлем; она уже выхватила топор, и остальные гиппогрифы последовали её примеру.

— Эй, эй, всем успокоиться! — крикнула я.

Луна и Торакс в ответ зажгли рога, но, взглянув на меня, тут же прекратили колдовать.

— Знаю, всё это может сбивать с толку: насколько мне известно, во всех легендах аликорн тьмы сражается с остальными пятью, так что встретить сразу двух здесь…

— Хватит болтать! — перебила меня персиковая гиппогриф. — Ты говоришь прямо как те пони-проповедники, которые приходят нести нам свою «истинную веру». Если действительно хочешь доказать, что ты не какая-нибудь гнилая тварь, которая пытается нас обмануть, доказывай делом, а не словами.

— Ладно… И как ты предлагаешь это сделать? — спросила я, приподняв бровь.

Гиппогриф убрала топор и подошла ко мне вплотную, пока её клюв не оказался в считанных сантиметрах от моей мордочки.

— Эм… Чт… — не успела договорить я, потому как гиппогриф боднула меня головой. — Какого лешего ты это сделала?!

Луна и Торакс снова зажгли рога, но гиппогриф рассмеялась и немного отступила.

— Значит, ты всё-таки не одна из тех пяти аликорнов, которые просто перекрасили себе шерсть. Они бы не позволили мне подойти настолько близко, не говоря уж о том, чтобы боднуть. Я Ривер Тэлон из клана Вороньего Когтя. Приятно познакомиться, — сказала она, протягивая мне лапу.

Я осторожно вложила в неё копыто и получила такое энергичное пожатие, что мне показалось, будто она пытается оторвать мне ногу.

— Это обязательно было делать? — спросила Луна, пока остальные гиппогрифы смеялись.

После того как Ривер отпустила мою ногу, я потёрла место, куда она меня боднула.

— Есть претензии — обращайся в церковь. Эти святоши не гнушаются грязных приёмов, зато самомнения у них хоть отбавляй. Так что спровоцировать — лучший способ их разоблачить, — объяснила Ривар и пожала плечами. — Ну так кто вы такие и что вам от нас нужно?

— Ладно… Я Шейдмист, аликорн тьмы. А это принцесса Луна, аликорн из другого мира, но объяснять всё слишком долго. А это Торакс, чейнджлинг, — представила я себя и своих спутников, а Ривер приподняла бровь и с интересом посмотрела на Луну. — Мы здесь, чтобы попросить безопасного прохода через ваши земли и, если возможно, помощи в постройке кораблей для долгого путешествия.

— Принцесса-аликорн, говоришь?.. Должна признать, титул получше, чем у тех пятерых, которые вечно называют себя королевами. Что до кораблей, то это не мне решать, тебе нужно поговорить с ярлом Штормклоу. Но раз вы не шайка лживых церковных пони, я могла бы сопроводить двоих из вас на встречу с нашим ярлом. Правда, встречаться придётся на территории нашего клана, так что дорога займёт пару дней, — сказала Ривер.

Я моргнула, услышав слово «ярл», и присмотрелась к остальным гиппогрифам: они тоже были одеты в меха и рогатые шлемы.

«Твою ж мать… В этом мире гиппогрифы — викинги?» — подумала я, прежде чем ответить: — Мне нужно обсудить это с моими спутниками.

Ривер лишь пожала плечами, и я подошла к Луне и Тораксу; Луна окружила нас куполом тишины.

— Ну, что думаете?

— Это слишком рискованно, моя госпожа. Мы не знаем всех возможностей гиппогрифов в этом мире, — предупредил Торакс, настороженно поглядывая на них.

— Но без помощи гиппогрифов нам, возможно, не обойтись, если мы хотим получить эти корабли. И что-то мне подсказывает, что культура этих гиппогрифов куда более воинственная, чем у гиппогрифов моего мира, — заметила Луна, задумчиво потирая подбородок. — Если мы отправимся к ним, это продемонстрирует нашу доблесть и поможет в переговорах, а при наших скудных ресурсах стоит использовать любое доступное преимущество.

— Согласна с вами обоими, но выбор у нас невелик — думаю, рискнуть всё-таки стоит. Торакс, сообщи остальным, что происходит; вы с Глуми будете здесь за главных. Но мы пойдём вооружёнными — сомневаюсь, что они будут против, — ответила я, и оба, кивнув, улетели, а купол тишины рассеялся. Я вернулась к Ривер и сообщила ей: — Мы с Луной пойдём с тобой, но сначала нам нужно подготовиться и взять снаряжение. Ты не возражаешь?

— Нисколько. Мы считаем знаком уважения, когда к нам приходят как воины, а не как эти сладкоречивые «дипломаты», которые говорят одними любезностями. Я отправлю двоих своих вперёд, чтобы предупредить клан о предстоящей встрече.

* * *

Надев доспехи, мы с Луной отправились вслед за Ривер в горы. На Луне были стальной нагрудник и шлем, на спине была пристёгнута шипастая булава, а в сумках лежали припасы. Когда мы добрались до гор, нас встретил порывистый холодный ветер, хотя для Луны и меня это было не так уж плохо благодаря нашей физиологии аликорнов. Я взяла это на заметку для остального каравана, а заодно надо будет расспросить Нерииду о том, как чейнджлинги переносят холод. На ночь мы разбили лагерь в одной из пещер, и Ривер предложила флягу эля, к которой Луна с радостью приложилась. Утром мы снова отправились в путь и летели примерно до полудня, пока я не увидела лагерь из палаток, раскинутый на заснеженной поляне: палатки стояли по кругу, а центр оставался свободным — там собрались гиппогрифы, которых, по прикидке, было около двух сотен. Ривер спикировала прямо в толпу, и та расступилась, а я увидела светло-голубого гиппогрифа с бронзовой гривой, укутанного в плотный тёмный плащ, с золотым обручем на голове; его тёмно-синие глаза смотрели прямо на меня. Ривер приземлилась в нескольких шагах от ярла, а мы с Луной опустились чуть позади неё.

— Ярл Штормклоу, представляю вам аликорна тьмы Шейдмист и принцессу Луну, — сказала Ривер, поклонившись.

Мы с Луной тоже коротко поклонились, и я сказала:

— Приветствую тебя, ярл Штормклоу, и благодарю за аудиенцию.

Штормклоу хмыкнул и ответил хриплым голосом:

— Вижу, ты проявляешь к нашему народу больше уважения, чем аликорны прошлого, Шейдмист. И даже пришла договариваться, тогда как нашим предкам приходилось иметь дело с одними требованиями. Но если твои намерения действительно искренни, то ты почтишь наши обычаи для таких переговоров, пройдя несколько испытаний.

По нейтральному выражению мордочки Штормклоу было трудно понять, что у него на уме. Я взглянула на Луну, и та, выглядя решительно, лишь кивнула мне.

Снова повернувшись к ярлу, я ответила:

— Мы пройдём твои испытания, ярл Штормклоу.

— Они согласились пройти испытания! — объявил Штормклоу, расплывшись в улыбке.

Толпа взревела от восторга, некоторые даже выкрикивали боевой клич.

— Испытаний будет два: испытание отваги и испытание сердца. При желании ты можешь позволить своей спутнице принять участие в одном из них.

— Испытание отваги беру на себя, — сказала Луна, бросив на меня взгляд. — Если, конечно, ты не против. Думаю, испытание сердца лучше подойдёт тебе — пусть они увидят, что ты за кобыла.

— Испытание сердца — моё, — согласилась я, кивнув.

Толпа зашумела ещё сильнее, а ухмылка Штормклоу приобрела зловещий оттенок, от которого мне стало немного не по себе.

— Что ж, раз вы чужеземцы, я объясню вам правила. Испытание отваги — это состязание в выпивке. Участнику предстоит сразиться с нашим действующим чемпионом и пить медовуху из рогов как можно быстрее. Победит тот, кто первым осушит семь рогов! — объявил Штормклоу.

После этих слов толпа слева от нас расступилась, пропуская двух гиппогрифов, которые катили бочку. За ними шёл серый гиппогриф с самодовольной улыбкой, глядя прямо на Луну.

— Вот это испытание мне по душе! Не волнуйся, дорогая Шейдмист, для меня это будет лёгкая и весьма приятная победа. Уверена, твоё испытание окажется куда проще, — сказала Луна и хлопнула меня по спине.

— Что касается испытания сердца, — это будет поединок без оружия и магии с нашим сильнейшим воином! Кто останется на ногах — тот и победил! — выкрикнул Штормклоу, вскинув лапы в воздух, и толпа разразилась приветственными криками.

— Поединок? — удивлённо переспросила я.

— Не бойся, Шейдмист, мало найдётся тех, кто способен сравниться с аликорном в испытании силы, — уверенно заявила она с улыбкой. — Как говорят некоторые из наших последователей, победа у тебя в копытах.

Я уже собиралась возразить, но толпа принялась скандировать имя «Айрон Бик», снова и снова топая копытами и когтями по земле. Толпа расступилась справа от нас, пропуская огромного коричневого гиппогрифа с короткой рыжей гривой. Он возвышался над толпой на голову и плечи, а шириной был, как два поставленных рядом гиппогрифа. Тело его было сплошными мышцами — это было особенно заметно по его мощным конечностям и бугрящимся мускулам на груди. Своим именем он был обязан верхней части клюва, заменённой железным протезом; его жёлтые глаза блеснули, когда он посмотрел на меня и широко улыбнулся. Глядя на эту громадину, я слегка выпучила глаза и потеряла дар речи.

— Прости меня, Шейдмист. Кажется, я не совсем удачно выразилась — да помилует Фауст твою душу, — сказала Луна.