По велению тьмы (джен)

— Вот и наступил этот день, — негромко произнес Итачи. Он сидел на троне в центре пустующего храма, и его взгляд, устремленный в потолок, казался бесконечно далеким.

— Значит, ты всё-таки решился, да? — Наруто стоял в тени угла, сосредоточенно изучая страницы книги.

— Мне казалось, Лидер отправил всех за Хвостатыми. Раз ты здесь, значит, он обо всём догадался, — голос Итачи оставался спокойным, несмотря на тяжесть момента.

— Не беспокойся, Красноглазик. Я пришел сюда чисто из любопытства. Понаблюдать за финалом великой драмы. Надеюсь, ты не против зрителей?

— Хм... Вот как. Могу предположить, что твой визит не ограничивается «простым интересом».

— А ты догадлив, — уголок губ Наруто едва заметно дернулся.

— Так зачем ты здесь на самом деле? — Итачи не успел закончить фразу — его тело содрогнулось в приступе тяжелого кашля. Когда он отвел руку от лица, на ладони алел густой сгусток крови.

— Похоже, твоя болезнь доберется до могилы быстрее, чем твой драгоценный братишка, — язвительно заметил Красноволосый. — Пока ты еще дышишь, я хотел спросить тебя кое о чем.

— Времени у нас достаточно, — Итачи равнодушно вытер кровь о край плаща.

— Ты сжег свою жизнь ради деревни, которая тебя прокляла. Поставил на себе клеймо убийцы и предателя, зная, что никто и никогда не узнает правду о твоем подвиге. Оно того стоило, Итачи?

— Я сделал то, что считал единственно верным, — Учиха посмотрел на свои дрожащие пальцы. — Никто не может знать последствий своих шагов, но я принимал решение, осознавая всю тяжесть ноши. Мне было плевать на репутацию. Только так я мог защитить Саске и сделать его достаточно сильным для этого мира. Единственное, о чем я искренне жалею... это о том, что не знал о существовании Киёми. Я так и не успел увидеть её.

— Понятненько... А ты занятный тип. Вот так запросто выплеснул душу едва знакомому человеку.

— Мне осталось недолго. К тому же, что-то подсказывает мне: ты и без моих слов знал всю правду.

— Вот как...

— Теперь моя очередь, — Итачи в упор посмотрел на юношу. — В чём твоя истинная цель? Из всех в Акацуки ты — самая большая загадка.

— Цель, смысл... — Наруто с сухим щелчком закрыл книгу, засмотревшись на её темно-красную обложку. — Эти понятия обходят меня стороной уже много лет. Всё, что мне нужно — это хаос. Видеть чужое отчаяние и познавать своё собственное. Разве есть развлечение прекраснее?

— Звучит как бред окончательно сумасшедшего.

— Похоже, они подошли к главным вратам, — Наруто посмотрел сквозь стену, чувствуя приближение команды Саске. Он медленно подошел к Итачи, и его аура на миг стала невыносимо тяжелой. — Помни, Красноглазик: любой из нас может сойти с ума. Достаточно лишь одного очень неудачного дня.

С этими словами Наруто растворился в воздухе, оставив Итачи наедине с его судьбой.

* * *

— Мы уже близко, — Неджи на бегу скорректировал направление. Вены у его висков вздулись от напряжения — Бьякуган работал на пределе.

— Ты видишь Саске? — Какаши прибавил скорости, поравнявшись с Хьюгой.

— Самого Саске — нет. Но его союзники замерли у главного входа. И там есть кто-то еще... Похоже, девушка. На ней маска, в руках черный зонт. Странно...

— Кто-то из Акацуки? — Менма рванулся вперед, его кулаки были сжаты до белизны костяшек.

— Не думаю. На ней нет характерного плаща с облаками.

— Разберемся на месте. Наша приоритетная задача — захват Саске и его возвращение в Лист. Любой ценой, — отчеканил Какаши.

— Постойте! — Неджи резко затормозил, едва не впахавшись сандалиями в землю. Он начал лихорадочно озираться по сторонам. — Что-то не так...

— В чем дело? — Менма тоже остановился, чувствуя, как воздух вокруг становится тяжелым.

— Это необъяснимо. Я чувствую чакру в трех точках вокруг нас, но не могу сфокусироваться на ней. Словно кто-то выставил барьер прямо перед моим зрением, закрывая обзор Бьякугану.

— Ловушка... — прошептал Какаши.

— Предлагаю разделиться! — выкрикнул Менма, чьи нервы были на пределе. — Мы с капитаном Ямато проверим эти точки, а вы идите к храму. Если это засада, мы её вскроем. Как закончим — догоним!

Не дожидаясь ответа, Менма сорвался с места.

— Ладно, — бросил Какаши Ямато. — Присмотри за этим сорвиголовой. Если столкнетесь с Акацуки — в бой не вступать! Сразу отходите!

Ямато кивнул и бросился вслед за Менмой. Но не успели они сделать и десятка шагов, как сама земля под их ногами содрогнулась. Оглушительный взрыв разорвал лесную тишину. В радиусе двадцати метров сдетонировали сотни взрывных печатей, спрятанных под корнями и листвой.

Шиноби отбросило ударной волной. Лес заволокло густым, едким дымом.

— Перегруппироваться! Живо! — Какаши приземлился на ноги, активируя Шаринган.

Из серой завесы медленно выступил изящный силуэт. Все мгновенно выставили оружие, ожидая атаки. Но то, что они увидели, заставило их сердца замереть.

Из дыма вышла девушка. Короткое темно-синее каре с удлиненной челкой на правую сторону, черный плащ Акацуки, который она, видимо, надела за мгновение до этого. На лице — зловещая черная маска демона с застывшей кровавой ухмылкой и шрамом через всю щеку. В центре маски тускло горел символ, пугающе похожий на знак клана Нара — тот самый «знак Врат». Шея была плотно обмотана белыми бинтами.

Она медленно подняла руку к лицу. На её большом пальце тускло блеснуло кольцо организации с кандзи «Милосердие».

— Приветик, — раздался тихий, мелодичный, но совершенно чужой голос.

Девушка небрежным жестом сняла маску и поправила волосы, закрывая правый глаз. На Коноховцев взглянул чистый, жемчужный глаз Бьякугана, в котором больше не было ни капли прежней робости.

— Хи... Хината?! — Менма застыл. Он не мог дышать, слова застряли в горле комом. Мир вокруг него просто рухнул. Перед ним стояла та, чью смерть он оплакивал годами, но теперь она была частью тех, кто принес в его жизнь лишь боль.

— Хм… Зачем я здесь? Ах, да, точно! Дальше вы не пройдете, — Хината мило улыбнулась, но в этой улыбке не было тепла, лишь пугающая пустота. — Любой, кто попытается сделать шаг вперед, будет убит.

— Почему ты с ними, Хината? Почему «Акацуки»? — Какаши старался сохранять голос ровным, но его Шаринган лихорадочно метался по фигуре девушки, пытаясь найти хоть какой-то признак того, что это иллюзия. Он не хотел верить, что Лист вырастил себе такого врага.

— Ох, Какаши-сан… Вы разбиваете мне сердце. Прошло три года, а вы задаете настолько скучные вопросы.

— Я думал, ты погибла… — Менма сделал шаг вперед, его голос дрожал. — Мы все так думали.

— А вот это уже интереснее, — Хината склонила голову набок, разглядывая джинчурики как диковинное насекомое.

— Не слишком ли ты самоуверенна, говоря об убийствах? — Киба оскалился, переглядываясь с Акамару. — Тебе бы хоть с одним из нас совладать, «покойница».

— Киба, назад! — резко оборвал его Неджи. Его Бьякуган пульсировал от напряжения. — Её объем чакры… он выше, чем у любого из нас. Она не блефует.

— Ха-ха, вы всё такие же зазнайки, — Хината лениво убрала руку за спину, складывая печати. — Ну а ты, братишка, особенно мешаешь.

Вокруг шиноби Конохи внезапно заклубился иссиня-черный туман. Он был плотным, маслянистым и пах озоном.

— Я ничего не вижу! — выкрикнул Неджи. — Этот туман… он блокирует зрение Бьякугана!

— Вот так-то лучше. Постойте смирно, и, возможно, никто не сдохнет.

— Заткнись! — Киба рванулся вслепую, используя Гатсугу.

Хината даже не шелохнулась. Один короткий жест — и из тумана выметнулся водяной хлыст, который мертвой петлей захлестнул горло собачника, прерывая технику.

— Убить тебя сразу — слишком скучно, — прошептала Хьюга, появляясь прямо перед задыхающимся Кибой. — Но времени в обрез, так что мучить тебя не выйдет. Придется кончать сейчас.

Она выхватила кунай, целясь точно в сонную артерию, но в последний миг сталь лязгнула о протектор Какаши. Джонин успел перехватить её запястье.

— Я не допущу смерти своих учеников!

— Мою же допустили, — Хината легко вырвалась из захвата и мгновенно перешла в атаку.

Вспыхнула яростная схватка в тайдзюцу. Неджи, Ли и Менма попытались воспользоваться моментом, чтобы прорваться к храму, но были отброшены мощными, точечными ударами Мягкого кулака. Воздух буквально взорвался от их столкновения с невидимыми барьерами.

— Я же сказала: дальше — нельзя, — Хината сидела на ветке высокого дерева, глядя на них сверху вниз. — Какаши-сан, вам понравилось возиться с моим клоном?

Фигура, с которой сражался джонин, развеялась облаком черного дыма. Настоящая Хината спрыгнула вниз, безразлично оправив плащ.

— Осталось пару минут, так что стойте спокойно. Сенсей очень разочаруется, если вы испортите финал его шоу.

— Сенсей?! О ком ты говоришь? — Менма сжал зубы, чувствуя, как чакра Кьюби начинает жечь кожу.

— Тебе не обязательно это знать. Скажу лишь одно: только благодаря ему я еще дышу.

— Хината-сама… прошу вас, — Неджи опустил голову. — Простите наш клан…

— Клан? — Хината рассмеялась, и этот звук был страшнее крика. — О, я им даже благодарна. Если бы они в тот день не решили меня убить, я бы никогда не встретила Сенсея. И продолжала бы гнить в вашей лжи и лицемерии.

— Довольно! Гатсуга: Сотога! — Киба и Акамару закрутились в неистовом вихре, несясь прямо на Хинату.

Девушка собиралась легко сместиться, но в решающий миг её нога зацепилась за корявый корень. Она пошатнулась, и Киба, промахнувшись на считанные сантиметры, с грохотом впечатался в ствол векового дуба. Пользуясь заминкой, отряды Конохи рванули вперед, разделяясь на две группы, чтобы обойти преграду.

— Эх… Ну что за морока, — Хината поднялась, брезгливо отряхнув плащ от лесной пыли.

Её пальцы сложили печать. В ту же секунду из черного тумана соткались пять водяных клонов, преградив путь шиноби.

— Похоже, вы до сих пор не воспринимаете меня всерьез, — в унисон произнесли фигуры. — Придется кого-нибудь убить. Например... тебя.

Все клоны разом указали на Хитоми Кайдзю. Девушка замерла, её разномастные желтые глаза расширились от ужаса. Ли и Неджи мгновенно закрыли её собой, но Хината уже была не перед ними. Оригинал материализовался за спиной Хитоми. Тонкий сенбон с влажным хрустом вошел в шею куноичи, пробивая позвонки.

— Кто следующий? — Хината выдернула иглу из обмякшего тела.

— СУКА! — взревел Менма.

Он метнул кунай с печатью в ближайшего клона и в золотой вспышке переместился к нему, вмиг разрывая технику мощным Расенганом. Поняв, что в этом лесу его друзья — лишь мишени, Менма начал серию безумных прыжков. Один за другим он подхватывал сокомандников и с помощью Хирайшина перемещал их за пределы зоны боя, отправляя прямиком к границе Конохи.

Через минуту на поляне остались только двое.

— Хм… Ты испортил всё веселье, — проворчала Хьюга, развеивая остатки тумана.

— Я хочу поговорить, — Менма тяжело дышал, не сводя глаз с бывшей подруги.

Хината молча отодвинула бинты на запястье и полоснула кожу кунаем. Алая кровь закапала на траву, но её взгляд оставался безжизненным.

— Ну, и чего тебе, ничтожество? — она медленно надела маску демона, и её голос стал глухим и колючим.

— Что произошло в тот день?! Что могло ТАК тебя изменить?!

— Не твое собачье дело!

— Хм… Мне казалось, здесь было гораздо больше народа, — раздался спокойный женский голос.

Из теней выступила еще одна фигура в тёмном плаще с черным зонтом в руках. Её длинные темные волосы были собраны в строгий пучок, а лицо скрывала маска, закрывающая рот и правую сторону. Под глазом на маске тускло поблескивал выгравированный символ Наруто.

— Ну как? Они закончили? — спросила Хината, даже не обернувшись.

— Да. Итачи мертв, — ровно ответила черноволосая.

— Досадно. Ну что, идем?

— Сенсей ждет нас.

Учиха взмахнула рукой, и в воздухе закрутился черный воронкообразный портал. Девушки направились к нему, полностью игнорируя джинчурики.

— Постой! Хината! — Менма рванулся вслед за ними.

— Совсем про него забыла, — Хината остановилась у самого края портала. — Киёми, разберешься? Только…

— Не убивать. Я помню.

— Киёми?! Неужели ты та самая… — Менма не успел закончить фразу.

Реальность перед его глазами треснула. Единственное, что он успел увидеть — это как три томоэ в глазу незнакомки слились в сложный, хищный узор Мангёко Шарингана. Мир погрузился в абсолютную, ледяную тьму.