Волшебство - это часть жизни (гет)

— Травмы становятся всё серьезнее, — взволнованно твердила девушка, вышагивая уже десятый круг в гостиной Гриффиндора, — обычными заклинаниями не удается излечить их полностью, а в некоторых случаях я и вовсе не знаю, что применить… Больничное крыло закрыто. Нужно срочно что-то придумывать, иначе…

— Что ты предлагаешь? — подала голос Джинни, которая сидела на спинке кресла, возле своего «брата».

— Нужно достать травы, зелья и лекарства, — уверенно заявил Симус, спокойно глядя на девушку, которая нарезала уже двенадцатый круг, задумавшись.

— О, да ты капитан очевидность, приятель, — усмехнулась Парвати.

— Да, Симус прав, — Анабель находилась в каком-то своем мире, её голос звучал как-то отдаленно, — нужно раздобыть это все.

— Но как? — Джинни внимательно следила за мыслительным процессом сводной сестры и пыталась понять, что у нее в голове.

— Проникнем в Больничное крыло? — предложил Невилл, крепче сжимая раненое плечо.

— Спятили? — наконец вмешался «Рон», — Хотите, чтоб нас отправили прямиком в Азкабан?!

— Брось, Рон, у нас получится, удается же нам каждую ночь писать Снеггу послания на стенах школы, а? — задорно произнес Невилл, довольный тем, что их еще не схватили.

— Нет, он прав, — почти полушёпотом сказала Анабель, наконец остановившись и устремив свой взгляд в огонь, — это рискованно, а нас слишком мало, чтобы провернуть это дело незамеченными, нужно больше людей, которые смогли бы отвлекать Филча, Керроу и Снегга, понимаете? — Девушка обвела взглядом всех присутствующих.

Джинни тяжело вздохнула и устремила взор в окно, она переживала за своего брата и Гарри, вестей от них никаких не было, в Лондоне не происходило ничего, чтобы можно было подумать, что Гарри, Драко и Рон справляются. Невилл лежал на диване, у него было много царапин на лице. Анабель удавалось залечить их, но шрамы оставались, так как были нанесены с помощью темной магии. А теперь ему еще и вывихнули плечо, конечно, Эни его вправила, но сделала это так, как делают магглы, ибо не знала другого способа, да еще и не очень умело, от этого оно сильно болело. Симус выглядел не лучше, он слишком часто поддавался заклятью Круциатус, ибо, как и Невилл, не мог просто молчать на занятиях Кэрроу. Однако они оба держались молодцом, не сдавались и не теряли надежды. Что не скажешь о Парвати, которая почти перестала верить в то, что есть хоть какой-то толк в том, что делают они сами и Гарри там, за стенами Хогвартса. Отряд Дамблдора был слишком мал, люди не верили в Гарри, боялись. Сейчас в него входили Анабель, «Рон», Джинни, Невилл, Симус, Парвати, Полумна и Ханна Аббот.

— Тогда что делать? — тишину прервала Парвати, она устремила на Эни взгляд, полный разочарования, ведь когда она присоединилась к отряду, думала, что у них есть четкий план действий.

— Дайте мне время, — Анабель посмотрела на сокурсницу уверенным взглядом, — Завтра я придумаю, что делать.

Все кивнули. Симус помог Невиллу подняться, и они вместе с «Роном» отправились в спальню мальчиков. Никто из отряда еще не знал, что «Рон» — это Гермиона. Джинни утверждала, что нужно сказать им, ведь это может подорвать их доверие. Анабель понимала это, но пока не представляла, как это сделать. Гермиона сказала, что сама найдет время и все расскажет.

Эта ночь была бессонной для Блэк. Нужно было придумать план, найти какой-то выход. Ведь если она сможет раздобыть лекарства, она сможет излечивать учеников, тогда у многих загорится надежда. Они присоединятся к Отряду Дамблдора. Возможно, перестанут так бояться за себя. Ведь их отпугивают именно внешний вид Невилла и Симуса. Все боятся, что и от них не останется живого места, поэтому помалкивают и не высовываются.

Утром, сразу после завтрака, ученики Гриффиндора и Пуффендуя направились в теплицы. Никто не спрашивал Эни насчет плана, но девушка видела взгляды всех своих друзей. Они ждали. Ждали, когда она все расскажет.

Пара прошла достаточно спокойно, на травологию из всего отряда теперь ходил лишь Невилл, а он никогда не задавал лишних вопросов, да и сам не только ждал, что придумают Эни или «Рон», он тоже много думал и искал какое-то решение. Например, писать на стенах по ночам «Отряд Дамблдора: мобилизация продолжается» — его идея. Так в команду присоединились Парвати и Хана.

Когда урок закончился и все стали покидать оранжереи, Анабель остановила Невилла, схватив того за руку и кивнув в сторону двери. Долгопупс, не задавая никаких вопросов, кивнул и, когда за последним учеником закрылась дверь, встал у входа. А Эни перевела взгляд на преподавательницу, которая уже копошилась в одном из горшков с мандрагорой. Тяжело вздохнув, гриффиндорка подошла к ней.

— Профессор, — осторожно позвала она.

— Да, дорогая, — женщина повернулась к ученице и мягко улыбнулась ей.

— У меня к вам будет просьба, — Эни говорила тихо, глядя прямо в глаза.

— Я вас слушаю.

— Она… немного необычная, — девушка не знала, как правильнее сказать.

— Говорите же, не пугайте меня.

— Профессор Стебель, — Анабель шумно выдохнула, решившись, — не могли бы вы выделить нам с Невиллом некоторое количество кое-каких трав?

Помона удивленно уставилась на свою ученицу, не зная, что ответить и как это понимать. Женщина перевела взгляд на взволнованного Невилла. Она достаточно давно подметила, что некоторые ученики, включая Долгопупса, ходят все искалеченные и израненные. Она даже побывала в Больничном крыле, чтобы узнать, почему мадам Помфри так халатно относится к своей работе, и просто пришла в ужас, узнав, что женщину уволили и крыло больше не работает.

— Для каких нужд, позвольте спросить? — решила-таки уточнить преподавательница.

— Вы знаете, для каких, — уверенно произнесла Анабель, — Вы поможете нам?

Стебель еще раз взглянула на Долгопупса, которой бросил на преподавательницу жалобный взгляд, и слабо кивнула.

— Какие именно травы вам необходимы?

— Все, которые носят лечебный характер.

В школу Эни и Невилл возвращались с набитыми сумками, правда, это было совсем не заметно, ведь Гермиона обучила Анабель использовать заклинание незримого расширения.

— Обращаться к ней напрямую было рискованно! — воскликнул «Рон», когда Анабель и Невилл вернулись в гостиную Гриффиндора и все рассказали.

Травы было решено переложить в одну сумку и спрятать в комнате девочек, пока они не придумают место понадежнее.

— Я знаю, — спокойно ответила Анабель, — Но я подумала, что даже если Стебель не согласится, то все равно не побежит докладывать все Снеггу, ведь она, как и другие преподаватели, не довольна его правлением.

— А если бы кто-то вас застукал?! — не унималась Гермиона.

— Рон, ты стал каким-то слишком мнительным, — усмехнулся Симус, он был просто в восторге, когда узнал, что сделали Невилл и Эни.

— Потому что это Гермиона, — усмехнулся Невилл.

«Рон», который в этот момент выкладывал ненужные учебники, выронил сумку из рук, та упала на пол с громким грохотом. Эни и Джинни удивленно переглянулись, а Симус вместе с Парвати расхохотались, но, когда увидели испуганные лица друзей, тут же замолчали.

— Что, серьезно? — осмелилась спросить Парвати.

Гермиона кивнула. После рассказа Гермионы все были в шоке от услышанного. Ну, а Эни было не до объяснений, она в это время попросила Долгопупса составить список всех трав, которые у них теперь имелись. Название, количество и применение. Невилл пообещал, что к завтрашнему дню список будет готов.

Следующим на очереди оказался профессор Слизнорт. Ребятам очень повезло, что зельеварение и травология стояли в один день. Некоторые зелья Гораций выделил сразу. Остальные Анабель будет готовить сама прямо на уроках. Пока все будут проходить зелья в соответствии с темой урока, у Эни будет своя программа. Риск, конечно, был. Ведь зельеварение у гриффиндора было совмещено со слизерином. Но разве что-то в этом мире дается легко?

— Тащи это все в башню, — распорядилась Анабель, выйдя из кабинета преподавателя.

— А ты куда? — спросил «Рон».

— В библиотеку, — спокойно ответила Эни, — Невилл отлично разбирается в травах, но совсем не ладит с зельеварением, а нам нужно будет готовить снадобья. А мой уровень знаний в травах тебе известен, Рон, вообще удивительно, как профессор Стебель не погнала меня со своих уроков. Придется мне настроить свои мозги на всю эту скукоту.

— Я мог бы помочь тебе, — предложил «Рон», понимающе глядя на подругу.

— Читать книжки я и сама умею, — усмехнулась Анабель, — лучше помоги Невиллу, и найдите место для хранения всего этого и сборов ОД.

«Рон» кивнул и направился прямо по коридору в башню Гриффиндора, а Анабель свернула вправо. В библиотеке было тихо, как и всегда. Девушка пробежалась по стеллажам, стараясь не привлекать лишнего внимания. Если кто-то из слизеринцев увидят, какие книги она читает на досуге, то сразу же насторожатся. Никто не должен знать об этом. По крайней мере, пока.

Анабель просидела там весь вечер. Глаза просто разбегались, а мозг закипал. Девушка приходила туда изо дня в день и сидела до самого закрытия, выписывая необходимое в тетрадь. Она изучала травы, пополняла свои знания в области лечебных снадобий, записывала рецепты, отдельно составляла список тех зелий, которые просто не сможет приготовить в виду отсутствия ингредиентов и огромного количества времени.

В голове сутками крутились заученные фразы из учебника:

«Спиртовые настойки с аконитом применяют при простуде, различных болях, бессоннице, заболеваниях пищеварительного тракта. С помощью этого растения лечили сибирскую язву».

Девушка шла на завтрак и повторяла про себя:

«Бадьян считается превосходным лекарством при желудочных и простудных заболеваниях. Великолепное средство от кровотечений разной сложности. Раны, обработанные бадьяном, затягиваются на глазах. После использования аниса, даже после глубоких порезов, практически не остаётся шрамов».

Она шла на пары, возвращалась с них и все твердила себе:

«Лирный корень пользуется в зельеварении, являясь составляющим многих противоядий и способствуя очищению организма от токсинов. Так же он входит в состав зелья против хронической икоты».

Она сидела за ужином и не слышала, что говорят вокруг, в мыслях было лишь:

«Алоэ применяется для кожи, заживления ран и стимулирования роста волос, ногтей».

«Женьшень — корень жизни. Применяется в кроветворных зельях, в Костеросте. Имеет свойство увеличивать магическую силу того, кто носит его у себя в кармане».

«Плоды и листья падуба обладают жаропонижающими и иными лечебными свойствами».

«Омела помогает при кровотечениях, болях, при незаживающих ранах. Поможет омела и при плохом самочувствии, упадке сил и головокружении».

«Крапива обладает кровоостанавливающими, противовоспалительными, бактерицидными качествами».

«Корни медуницы добавляются в зелья для усиления их эффекта».

«Раны, обработанные зельем с визгоперкой, затягиваются прямо на глазах, даже не остается шрамов».

Прошло чуть больше месяца, прежде чем Анабель начала применять свои знания, полученные травы и собственноручно сделанные зелья и снадобья на практике. Помогли ей в этом, разумеется, Невилл и Гермиона.

Когда после очередной пытки круциатусом Невилл вошел в большой зал целый и невредимый, начались бурные перешептывания. Уже через пару недель к Отряду Дамблдора присоединилось около пяти человек, среди которых были Зак Хадсон и Чжоу Чанг, что позволило проникнуть в Больничное крыло и достать оттуда большое количество лекарств.

Естественно, это все не ускользнуло от директора и профессоров Кэрроу, которые ужесточили свои меры и принялись допрашивать учеников на предмет их чудесного и быстрого исцеления. Разумеется, им не составило труда догадаться откуда растут корни. И вот, на очередном уроке по ЗоТИ, который теперь был больше похож на урок по Темным искусствам, Амикус начал свой допрос вперемешку с угрозами.

— Мне просто нужно имя, — говорил преподаватель, выхаживая по классу и внимательно оглядывая семикурсников, — Никто не пострадает, если вы сознаетесь сразу.

«Рон» зарылся с головой в книгу, не зная, как еще спрятать свое волнение. Невилл и Симус с вызовом следили за Амикусом, а Анабель сидела спокойно, облокотившись о спинку стула и вырисовывая что-то на пергаменте, девушка вообще редко хоть как-то реагировала на угрозы пожирателей, она не боялась за себя и всегда сохраняла хладнокровие. Такое поведение не ускользнуло от друзей. Джинни все сваливала на шрам, оставленный оборотнем, а Гермиона с усмешкой предполагала, что такое внешнее спокойствие и безразличие к ситуации Анабель переняла у Малфоя, на что Эни лишь громко смеялась и отшучивалась.

— Хорошо, раз вы не хотите по-хорошему, — мужчина взмахнул палочкой, и двери в кабинет открылись.

В класс вошла его сестра. Но была она не одна. Она тащила с собой первокурсницу с гриффиндора. Девочка плакала и упералась, не понимая, в чем она провинилась. Все ученики тут же напряглись, а члены ОД обменялись короткими изумленными взглядами.

Алекто бросила девчонку в центр кабинета, возле доски, и злорадно улыбнулась.

— Может быть, это развяжет вам языки, — хмыкнула женщина и подозвала к себе Кребба, — покажи им, что будет с теми, кто действует против нас.

Парень сразу же повиновался, он наставил на заплаканную гриффиндорку палочку и произнес: «Круцио». Аудиторию тут же заполнил детский крик, вперемешку со слезами и мольбами о помощи. Эни стиснула челюсти и сжала в руках перо. «Рон» отвернулся и зажмурил глаза, Парвати зажала уши, лишь бы не слышать этого. А Невилл вдруг поднялся со своего места.

— Это я! — опередила его Анабель, заставив весь класс обернуться на неё, а Кребба остановить заклятье.

Невилл с ужасом в глазах плюхнулся обратно на стул и одними лишь губами прошептал:

— Зачем?

За эти два месяца осени на Эни ни разу не применялось заклятье Круциатус, ведь за неё всегда вступались Симус и Невилл, поэтому все ужасы терпели именно парни, а Блэк отделывалась парой легких повреждений, что её даже злило. Но в этот раз она не позволит Долгопупсу страдать. Она знала, что наказание за кражу лекарств и подпольное лечение учеников — слишком тяжкое преступление.

— Выйди вперед и повтори, что только что сказала, — прошипел Амикус.

Анабель молча поднялась со своего места и прошла к доске.

— Это я похитила лекарства из Больничного крыла, — спокойно произнесла девушка, но она не смотрела на пожирателей, она обращалась к сокурсникам. — Это я незаконно лечу всех, кто в этом нуждается. И буду делать это и дальше, потому что нам нужны силы в этой борьбе. Силы и люди.

Даже сейчас, оказавшись в такой достаточно серьезной и опасной ситуации, Анабель нашла выгоду для Отряда Дамблдора. Все начали перешептываться. Члены отряда с ужасом уставились на свою подругу. Да, она впервые заявляла об этом открыто. Впервые обращалась к своим сокурсникам и напрямую просила их о помощи.

— Я не боюсь наказаний, — она взглянула на обомлевших её смелостью пожирателей. — И я прошу вас всех не терять надежду! Когда придет время, Волдеморт падет и не без вашей помощи!

Это были последние слова, которые произнесла девушка, прежде чем упасть и затрястись от неимоверной боли, распространяющейся по всему телу и разрывающей каждую клеточку на куски. Она не кричала, как не кричала и тогда, на пятом курсе. Она знала — это закончится рано или поздно. Знала, что это того стоит. Она верила, что Гарри, Драко и Рон вновь спасут её, как спасли тогда. И не важно, сколько на это уйдет времени, не важно, сколько раз еще ей предстоит испытать эту боль, главное — помочь друзьям, подарить надежду преподавателям и студентам, вселить страх в пожирателей и Снегга. Теперь в приоритете было это.