Новелла о Янгчен (джен)

ПРИМИРЕНИЕ

Кавик одиноко ждал в своей комнате.

Не было нужды так бояться за безопасность Аватара. Всех трёх членов «Единодушия» поймали. С единственной силой в мире, которая могла бросить вызов могуществу Янгчен, было покончено.

И всё же он ещё никогда в жизни не испытывал такого облегчения, как когда Янгчен постучалась в его дверь и заглянула внутрь. Он явно не подошёл бы для курирования миссий, где ему пришлось беспокоиться, надеясь, что всё прошло гладко.

— Можно зайти? — спросила она.

Он опять позволил ей сесть на его кровать. На ней было то же самое платье, что она надевала в чайной «Золотая морошка».

— Я попросила твоих родителей выйти из дома ненадолго, — сказала она. — Должна была придумать оправдание, почему так одета.

— Без парика?

Она полагалась исключительно на свой капюшон в сокрытии татуировок.

— Без парика.

Болтали они натужно. До сей поры, они говорили исключительно о миссии, о том, как разыскать магов огня, как нанести быстрый удар и одолеть их. Но ни о чём больше.

Они могли начать с более простой и очевидной темы.

— Джуджинта, — сказала Янгчен.

— Джуджинта, — кивая, повторил Кавик.

Янгчен потёрла лицо.

— Рискованная вербовка, — сказала она. — Успешная, однако. Ты углядел в нём потенциал. Оценил его душевное состояние, слабости, вероятность того, что он согласится действовать наперекор тем, кому был прежде верен.

— Я повлиял на него, — парень нисколько не хвастался. Манипулирование Джуджинтой с помощью его же проблем, безусловно, попало в список ужаснейших поступков Кавика. Но в тот момент он не придумал лучше способа передать послание Янгчен, не давая наводку ассоциации Чайси. Её члены не следили за Джуджинтой и не имели причин подозревать его в чём-либо.

— Ну, зато теперь у меня есть новый компаньон, — сказала Янгчен. — Хотела я того или нет.

Присутствие Джуджинты, так же как и Акуудана с Таягумом, значило, что Янгчен сначала вернулась в Джондури. Единственное, что ей бы там сказали, — как можно быстрее вернуться в Бинь-Эр. Она бы сделала вывод, что поставка «Единодушия» проскользнула мимо них, а Кавик в её глазах выглядел бы так, будто героически сделал всё возможное ради Аватара в ужасных обстоятельствах.

— Где остальные? — спросил он. — Где все?

— Они в безопасности, — всё, что она сказала.

Кавик почувствовал, как колесо принимает своё финальное положение, когда его уже будет невозможно остановить.

— Я также отправил тебе послание в Порт-Туугак. Не знал, в каком городе ты окажешься. Нужно было предусмотреть оба варианта.

Янгчен полезла под одежду и вытащила небольшой деревянный цилиндр. Она держала его между большим и указательным пальцами как аптечную таблетку, которая при попадании в воду растворяется и пузырится. Он был распечатан.

— Я покинула Порт-Туугак до того, как получила его, полагая, что мы двое просто ошиблись насчёт «Луча солнца», — сказала она. Указательный палец вдавливался в цилиндр, а ноготь белел от напряжения. — Я знаю о содержимом этого сообщения только потому, что ястреб, которого ты отправил, вернулся в Бинь-Эр, после того как не нашёл меня в Порт-Туугаке.

— Я рад, что так сложилось, — сказал Кавик с болью в горле.

Послание в её руке, отправленное с помощью Бомы, содержало дополнительную информацию, которую парень узнал после отплытия из Джондури. В письме говорилось, что «Единодушие» включало в себя трёх человек, магов огня, чья внешность тоже была описана, на случай если Кавику не выдастся шанс переговорить с Янгчен лично.

А ещё там было его признание в предательстве.

Он сам себя погубил. Рассказал Янгчен о своём брате. Рассказал ей всё, что узнал от Каляана.

Писал он очень мелко.

— Тебе не стоило отправлять это сообщение, — сказала Янгчен надломленным голосом. — Ты мог пустить всё на самотёк. Я бы никогда не узнала, что ты отвернулся от меня, а мы бы и так покончили с «Единодушием». Вместе.

Она ошибалась. Больше всего на свете Кавику нужно было письменно заявить о своём предательстве и убедиться, что он не сможет забрать свои слова назад. Он не доверял себе, чтобы признаться лично. Парень хотел очистить свою совесть, оттого и ухватился за первый подвернувшийся шанс.

— Как давно ты прочла его?

— Когда я связалась с Бомой, оно уже дошло до меня.

Значит, на протяжении всей охоты за магами огня она делала вид, что всё было в порядке. Притворялась ради миссии.

— А остальные? — его глаза защипало. — Ты им говорила?

— А ты хочешь?

— Да, — это оказалось нетрудно сказать. Его обман поставил их всех под угрозу. Они заслуживали знать правду.

Янгчен вздрогнула, словно давала отпор собственному взрыву.

— Ты должен кое-что понять. Приняв сторону своего брата, вместо моей, пустив меня по ложному следу, потеряв шанс помешать «Единодушию» добраться до Бинь-Эра, ты высвободил худший вид информации на свете. Породил шероховатость, сгладить которую не выйдет никогда.

Не важно, что Кавик не знал о сути «Единодушия», когда повернулся против неё. Поверить на слово следовало Аватару, а не Каляану.

— Маленький человек, такой как цзунду Хэньше, сотворил такое со своим городом ради денег, — сказала Янгчен. — Полагаю, мне стоит быть благодарной за то, что он и Чайси не верны никому, кроме самих себя. Если бы «Единодушие» попало в руки кого-то вроде Царя Земли…

Она покачала головой и глубоко вздохнула.

— За закрытыми дверьми лидеры Четырёх Народов всё ещё грызут друг другу глотки. Напряжение такое, что даже малейшая искра спровоцирует воспламенение. Если они узнают, что кто-либо, помимо Аватара, может обладать такой чрезвычайной силой, то пойдут на всё что угодно ради контроля над ней. Весь мир может сгореть дотла.

Кавик действовал как торговец, большим пальцем прижавший чашу весов с товаром. Каляан бы им гордился.

— Я понимаю, — сказал он. Ничто во вселенной не давило сильнее, чем груз извинений.

Янгчен прижала колени к груди, как делала много лет назад, в совсем другую эпоху. Она раскачивалась, будто пыталась найти утешение там, где никто другой не мог его дать.

— Знаешь, что в этом самое ужасное?

Она замолчала, сделала долгую паузу, чтобы собраться с мыслями. Конечно же, из стольких ужасных сторон было трудно выбрать одну.

— Какая-то часть меня знает, что ты не был вынужден признаться тогда. Мой внутренний голос, мой собственный, говорит, что у тебя не было никаких скрытых мотивов в первый раз побыть со мной честным.

Она прокашлялась.

— И я не могу позволить себе потакать этому голосу. Не исключено, что ты до сих пор мною манипулируешь. Возможно, ты рассказал мне о своём брате только для того, чтобы я помогла вытащить его из организации Чайси.

Кавик даже не думал об этом, правда. Она была на шаг впереди него, обдумывая ходы за обе стороны. С учётом всех фактов он никак не мог опровергнуть её обвинения.

Янгчен была права. Каляан освободился от угрозы в лице Хэньше, но ценой действий, противоречащих интересам Чайси. Это был лишь вопрос времени, когда цзунду Джондури узнает, что он натворил, и тогда его прежде непобедимая удача иссякнет. Брат Кавика оказался в большей опасности, чем когда-либо. Если только Аватар не спасёт его.

Кавик не отследил скрытую логическую цепочку, в отличие от Янгчен. И она была вынуждена довериться ему, тогда как он сам этого не хотел.

— Я больше не могу принимать твои слова за чистую монету, — сказала она. — Ты отказал мне в этой роскоши. Даже в твоём признании я не могу быть уверена.

Опять же, он понимал это. И всё равно вопросы стремительно полились из его уст, как будто он проверял бочку на наличие трещин.

— Что ты собираешься делать с магами огня?

— Думаю, что теперь это не твоё дело.

— А как насчёт Хэньше и Чайси? Что будет с ними?

— Не твоё дело.

— А со мной что?

Здесь ей потребовалось больше времени на то, чтобы ответ созрел, а глаза просохли от слёз. Она звучала собрано и решительно.

— Что с тобой? Ещё не уверена. Но тебе не о чем беспокоиться. Со всей информацией в твоей голове и всеми перипетиями, с которыми ты связан, твоя ценность возросла, как никогда прежде.

В день их первой встречи Кавик объяснил Аватару мантру, по которой жил весь Бинь-Эр. «Ты ничего не стоишь, пока кто-то другой не решит иначе». Её это действительно расстроило до глубины души. Позднее, при обсуждении пропусков в качестве его оплаты, она чуть не разорвала их договор просто потому, что не хотела пользоваться этим парнем.

И теперь она говорила о нём, словно о зерне с мельницы. Как будто самая добрая, неистовая, самоотверженная её часть полностью сломилась.

— Довериться тебе было ошибкой, Кавик, — сказал Янгчен. — Ты мне не компаньон.

Она встала с его кровати и расправила плечи.

— Но ты всё ещё можешь представлять для меня ценность.