Кое-что общее (гет)

Страх сделал Тома агрессивнее: ему захотелось снова стать хозяином положения, доминировать. Он толкнул Драко к стене поместья — прямо рядом с террасой, у которой рос защищающий их густой кустарник. Драко вздрогнул, когда холод камня просочился к нему под мантию, но ничего не сказал и не предложил вернуться в тепло. Том вдавил их спутника в стену и с силой, которую удвоили регулярные полеты Джинни на метле, схватил оба запястья Драко, вжимая их в стену. Драко опешил и охнул, невольно открывая рот, но ответил на неожиданный яростный поцелуй.

Джинни ждала поодаль, отчасти наблюдая за тем, что делал Том, и отчасти переживая о чудовище, разгуливающем по бальной зале поместья. Наконец Том отстранился от «жертвы» со смешком, переводя дыхание. Драко попытался высвободить руки, но Том не позволил, вливая немного магии в сильный захват Джинни. Обескураженный Малфой почти испугался, и Том наконец ослабил хватку.

— Нежнее, — заметила Джинни.

— Я и был нежным, — хмыкнул Том. — Он наслаждался каждой секундой.

С этим сложно было поспорить. Тем не менее, Джинни толкнула Тома обратно в глубину сознания и, взяв Драко за руку, повернула ее запястьем к себе. На них красовались кровившие царапины. Даже в неверном свете свечей, исходившем из окон, Джинни заметила, что Драко поранился. Джинни вздохнула, Том — самодовольно хмыкнул, а Драко смотрел, как она подносит его запястье к губам и целует ранки.

— Прости, — сказала она.

Драко выдавил из себя привычную ухмылку.

— Все в порядке, — ответил он. — Не буду же я жаловаться, что у меня… м-м-м… дикая девушка.

Джинни скривилась. «Зашибись», — подумала она. Ей уже виделось, как Драко важно восседает в слизеринской спальне с Грегом и Винсентом, живописуя, какая у него безбашенная и дерзкая спутница.

— Не станет, — отрезал Том, и по его тону казалось, что он, видимо, решил запугать Драко, чтобы тот не болтал. В такие моменты Джинни сомневалась, что Том вообще встречал живых людей. Если дело не касалось обольщения и запугивания, он, казалось, не понимал, как интерпретировать чужие эмоции.

— Станет, — возразила Джинни и снова посмотрела на царапины на запястье Драко. — Надо ему рассказать.

— А если он… — начал было Том, но замолк: Джинни была права. Рано или поздно Драко догадается — если только Том не станет сидеть взаперти во всех смыслах, а такая перспектива ему самому совсем не нравилась. — Ладно, можно стереть ему память, если будет переживать на тему меня.

— Угу, — ответила Джинни, думая, что этим должен будет заняться сам Том: теоретически она понимала, как накладывать заклинание, но ведь не будешь же такое практиковать на садовых гномах, шныряющих по двору «Норы».

— Драко… — начала Джинни. — Мне нужно тебе кое о чем рассказать.

Тот сунул раненое запястье себе в рот, слизывая кровь, и хмыкнул, показывая, что слушает.

— В общем… Ты ведь замечал, что у меня время от времени будто пустеет взгляд, будто я не тут, да? — спросила Джинни.

— Ну да, — кивнул Драко, — ты вот только что снова «отключалась».

— Это потому, что мне надо поговорить кое с кем у себя в голове.

Драко замер, и Джинни заметила, как его взгляд мазнул по террасе, будто Драко присматривал пути отступления.

— Я не сумасшедшая, — поспешно заверила она, всплеснув руками, — ну, или мне так кажется. У меня есть дневник.

— Дневник? — переспросил Драко.

Убеждения в том, что она не свихнулась, похоже, не очень помогли, так что Джинни рассказала ему все с самого начала: как она нашла дневник у себя в учебниках в тот день, когда они с Драко познакомились, как обнаружила в дневнике настоящего человека… вернее, половину этого человека.

— Я не половина человека!

— Ой, заткнись ты.

— Вот, ты опять «отключилась», — отметил Драко, — будто выпала из реальности на секунду.

— Просто он ведет себя, как придурок, — фыркнула Джинни. — Спорит со мной и не хочет, чтобы я называла его половиной человека.

— Потому что я не половина!

— А вон то пугало, шатающееся по бальной зале, по твоей логике, даже не является половиной — если ты и впрямь создал семь крестражей! И он, видимо, вообще какая-нибудь одна пятая человека!

— От человека в нем меньше одного процента, — поправил Том. Джинни опешила, не понимая, откуда он это взял. — Ну, считал я всегда хорошо.

Драко вежливо кашлянул.

— Извини, Том капризничает.

— То есть, — медленно проговорил Драко, будто бы собираясь с мыслями, — этот человек у тебя в голове… это парень?

— Но… в этом же ничего такого, да? — спросила Джинни.

Драко посмотрел на нее так, что она рассмеялась.

— У тебя в голове поселился некий тип по имени Том, и ты каким-то образом вытащила его из волшебного дневника! — всплеснул руками Драко. — Да в этом рассказе всё такое! — Тут он на мгновение замешкался. — Тот поцелуй… Это ведь он меня сейчас целовал, да?

Джинни кивнула, ожидая, что Драко сейчас психанет и сбежит. Ей нравилась жемчужная подвеска. Ей нравилось встречаться с ним. Она просто думала, что Драко — не из тех, кто захочет иметь… больше одного партнера. Встречаться с девушкой, которая не совсем и девушка… Наверное, ожидать такого от человека — перебор. Наверное, сейчас он скажет, мол, это все, конечно, прекрасно, нам было хорошо вместе, но давай-ка сделаем паузу в отношениях…

Однако Малфой обнял Джинни за талию и спросил:

— А можно, на этот раз я поцелую тебя, а не твоего «пассажира»?

Вместо ответа Джинни приблизилась к его лицу, и Драко стал несмело, очень нежно покрывать поцелуями ее губы и все, что вокруг. Джинни буквально таяла. Он никуда не собирался уходить! Никаких дурацких отговорок тоже не приплел, и никаких расставаний тоже не планировалось! Джинни приникла к Драко — на этот раз как хрупкая девушка, а не агрессивный парень, и тот прижал ее к себе теснее. Его губы оказались сладкими, с легким хмельным духом — и, кажется, привкусом того, что, возможно, у них получится нечто большее, чем…

Когда они отстранились друг от друга, Драко сказал:

— Я чувствую. — Джинни сморщила нос, и он добавил: — Я чувствую, когда тут ты, а когда — он.

— Уж надеюсь, — ответил Том.

— Да блин! — воскликнула Джинни, выхватывая у Тома контроль над телом.

Драко рассмеялся.

— И это я тоже чувствую. Он совсем другой человек.

— Мой Том… — начала Джинни. — Которого я вытащила из дневника. — Она ткнула пальцем в грудь Драко. — Не смей никому говорить.

Драко кивнул.

Ни один из них не привык к крепким напиткам. После выпитого, да и после откровенного разговора они оба так расслабились, что снова прильнули к стене и принялись целоваться, легонько касаясь друг друга носами — и не потрудившись убедиться, что их никто не подслушал.

…Нарцисса незаметно вернулась к гостям, держа бокал своими тонкими пальцами. В очередной раз похвалив мантию Айрис Гойл — ужасную тряпку кислотно-пурпурного оттенка, которые Айрис так любила, миссис Малфой изящно подошла к Люциусу и шепнула что-то ему на ухо. Он обнял ее за талию и ответил:

— Конечно, дорогая. Вечером мы обязательно это обсудим.