Повелитель Тайн (джен)

Лоуренс сидел в кабинке кофейни и не мог перестать думать о тяготах, которые семья Авраам переживала все эти годы.

С тех пор как они разделились на малые семьи и расселились по разным местам, контроль Совета старейшин над членами семьи упал до предела. Множество Авраамов отказывались продвигаться, чтобы избежать влияния проклятия, поэтому многие оставались на Последовательности 8 или 9. Некоторые даже не пытались стать Потусторонними: они хотели быть обычными людьми, обладающими определёнными знаниями и определённым достатком, и жить спокойно и мирно.

Совет старейшин считал это забвением семейной чести, но не мог действовать жёстко, поскольку это было бы равносильно саморазрушению.

В такой ситуации верхушка семьи Авраам начала думать о переменах. Они подражали системе передачи от учителя к ученику, принятой в Школе Мысли Жизни, и обучали людей вне семьи, надеясь, что, когда те продвинутся до Высоких Последовательностей, они, в свою очередь, смогут помочь семье Авраам справиться с проклятием, существовавшим тысячу пятьсот-шестьсот лет, и найти их предка, Бетеля Авраама, исчезнувшего в Войне Четырёх Императоров.

Поначалу план шёл гладко. Ученики, которым не приходилось беспокоиться о проклятии, быстро становились всё сильнее под тщательной опекой семьи Авраам. За каких-то десять лет среди них появилось несколько сильных Потусторонних Последовательности 5, тогда как среди прямых потомков семьи Авраам не было ни одного Потустороннего Последовательности 6.

Ствол был слишком слаб, а ветви слишком сильны; так были посеяны семена трагедии, и честолюбивые ученики начали поглядывать на могущественные Запечатанные Артефакты, которыми владела семья Авраам.

Их заговор провалился, но это тоже привело к серьёзным последствиям. Все не принадлежащие к семье Потусторонние Последовательностей 6 и 5 считали, что их положение внутри семьи Авраам не соответствует их силе, а им самим не доверяют и потому не дают распоряжаться некоторыми Запечатанными Артефактами.

В ходе этих препирательств, тяжёлых переговоров и взаимных уступок произошла случайность. Один из них, Путешественник Ботис, был соблазнён Истинным Творцом и вступил в Орден Авроры, что привело к страшному бедствию.

Во время этой катастрофы верхушка семьи Авраам была почти полностью уничтожена. Больше половины немногих мощных Запечатанных Артефактов было утрачено, осталось лишь три. В результате погиб Ричард, родной брат Лоуренса по матери.

Ботис не только извлёк из этого огромную выгоду, но и собрал все нужные ему потусторонние ингредиенты. С помощью Истинного Творца он успешно преодолел опасности и стал полубогом, одним из пяти святых Ордена Авроры, Угодником Тайн.

После бедствия восстановленный Совет старейшин семьи Авраам обдумал свои действия за последние годы, но так и не нашёл решения. Уныние, подавленность и безнадёжность окутали сердца немногих оставшихся членов семьи.

Лоуренс не хотел оставаться в такой среде и каждый день видеть вздохи и сдержанные эмоции. Он нашёл повод покинуть Совет старейшин и приехал в Баклунд, чтобы разыскать других своих братьев: Лаберо, брата по матери, и Сэма, брата от другой матери.

Но теперь он внезапно понял, что остался единственным представителем линии своего отца.

Ему уже почти восемьдесят, а все его дети погибли в бедствии, принесённом Ботисом.

Одни только воспоминания о прошлом наполняли его сердце скорбью.

Самым мучительным было то, что он не видел надежды на месть и не видел рассвета, когда слава его клана вновь взойдёт.

«Я уже очень стар, к тому же раньше был ранен. Если это не будет абсолютно необходимо, я больше не посмею использовать свои потусторонние силы: это может привести к потере контроля или даже навлечь проклятие… Что ждёт семью Авраам в будущем?» Лоуренс сделал глоток кофе «Фермо» и надолго замолчал.

* * *

Вернувшись в арендованный дом, Форс сразу вошла в спальню и заперла за собой деревянную дверь.

Она села на край кровати, успокоила мысли и шёпотом произнесла почётное имя, которое олицетворяло надежду и будущее.

— Шут, не принадлежащий этой эпохе,

— Таинственный владыка над серым туманом;

— Король Жёлтого и Чёрного, повелевающий удачей.

— Я хочу сообщить вам о том, с чем столкнулась сегодня.

— Я встретила старшего брата мужа той пожилой леди, из-за которой стала Ученицей. Похоже, он член некой семьи…

— Я не упоминала ничего, связанного с мистицизмом, но боюсь, что у него есть чрезвычайно сильные способности к прорицанию и он сможет узнать всю правду…

…

В этот момент Клейн как раз находился над Серым Туманом.

Он увидел, как багровая звезда, символизировавшая Мага, расширилась наружу, пошла рябью, и услышал многослойную молитву.

Разобравшись в подробностях, Клейн постучал по краю древнего стола и молча сказал себе: «Какая осторожная: догадалась обратиться за помощью к Шуту.»

«К тому же твоя догадка верна. Последовательность 7, соответствующая Ученику, — Астролог…»

Поскольку недавно он внимательно прочитал Книгу Тайн, Клейн быстро придумал план, который позволил бы ему через ритуал вмешаться в прорицание.

«Должен признать, с Книгой Тайн и продвижением к Последовательности 7 я над Серым Туманом становлюсь всё более богоподобным. Конечно, пока что я всё равно лишь пустая оболочка…

Кстати, я уже несколько раз действовал перед мисс Справедливость и мистером Повешенным и полностью их одурачил. Почему же я не получил никакой обратной связи от своей духовности? Скорость переваривания зелья, похоже, из-за этого не выросла. Значит, это должно происходить в реальном мире? Да, возможно, их „аплодисменты“ как аудитории блокируются Серым Туманом и не могут напрямую на меня повлиять. Точно так же, как Вечное Палящее Солнце и Истинный Творец не способны проникнуть сквозь Серый Туман и найти это таинственное пространство…

Судя по всему, взаимодействие Серого Тумана с этим таинственным пространством довольно механическое. У него недостаточно собственной воли, ему недостаёт разума… Впрочем, для меня это даже хорошо…»

Размышляя, Клейн превратил свои знания в древний лист козлиной кожи и бросил его в багровую звезду, символизировавшую Мага.

Перед глазами Форс внезапно разлился безбрежный серовато-белый туман, и с неба опустился иллюзорный желтовато-бурый лист козлиной кожи.

Увидев написанное на нём, она вдруг успокоилась.

«С мистером Шутом мистер Лоуренс уж точно не сможет получить правильное откровение через прорицание!» Форс искренне поблагодарила его и поспешно начала готовиться к ритуалу.

Она видела немало случаев, когда злые духи причиняли людям вред. На самом деле она не так уж доверяла Шуту, но проклятие полной луны вынуждало её на него полагаться.

«Какими бы плохими ни были последствия, я просто потеряю жизнь. Без помощи мистера Шута я бы уже потеряла контроль во время прошлой Кровавой Луны и превратилась в чудовище… Каждый прожитый день — это лишний день. Всё это дал мне мистер Шут, и он может забрать это обратно в любой момент. Что ж, лучше бы он этого не делал…» Форс вдохнула и зажгла две свечи, символизировавшие Шута.

Первые шаги ритуала ничем не отличались от тех, которыми она уже овладела. Так продолжалось до тех пор, пока свечи не были зажжены, а эфирные масла, экстракт и травяной порошок — брошены в огонь.

Когда комнату наполнил спокойный, неземной аромат, весь алтарь накрыл слабый иллюзорный туман. Согласно содержанию листа козлиной кожи, Форс быстро привела в порядок тело и разум, вошла в Когитацию и снова и снова повторяла соответствующее имя Шута.

Монотонные повторяющиеся действия позволили изначально спокойной и расслабленной Форс постепенно войти в состояние, где разум погружался в глубокий сон, а духовность рассеивалась. Всё её существо затуманилось, но она сохраняла странную ясность. Ей казалось, что её дух парит и непрерывно поднимается вверх.

Это напоминало процесс «тайного деяния», вызываемый с помощью внешнего предмета, но во многом от него отличалось. Это была медиумическая техника для общения с духами более высокого уровня. В предельном случае она даже могла позволить Потустороннему путешествовать по духовному миру, сохраняя особую ясность.

Некоторые Потусторонние, специализировавшиеся на воздействии на разум, называли это «искусственным сомнамбулизмом». С помощью гипноза и подобных техник они могли вводить в такое состояние и обычных людей.

Тогда обычный человек словно находился бы в глубоком сне, но всё равно мог бы отвечать на вопросы. Хотя его глаза и рот были бы закрыты, он мог бы обнаруживать присутствие различных духовных тел вокруг и таким образом до некоторой степени осуществлять общение.

Клейн не позволил Форс использовать ритуал тайного деяния потому, что тот мог дать только знания или прямые эффекты вроде очищения либо осквернения, позволяя разуму цели получить удивительный опыт. Он не мог вмешаться в прорицание или иные действия, совершаемые другим человеком.

Проще говоря, ритуал тайного деяния напрямую воздействовал на Тело Души, Астральную Проекцию, Тело Сердца и Разума и Эфирное Тело цели. Связанные с ними положительные или отрицательные состояния удалялись. А ритуал искусственного сомнамбулизма позволял Клейну сделать нечто косвенное, чтобы справиться с внешним вмешательством.

В полузабытьи Форс почувствовала, что снова плывёт к величественному древнему дворцу над Серым Туманом, и увидела мистера Шута, сидящего высоко наверху и взирающего на всё с высоты.

Клейн посмотрел на образ Мага, спроецированный тёмно-красным звёздным светом. Он не спеша поднял бумажную фигурку, которую раньше нашёл в куче мусора в углу.

Как Провидец, продвинувшийся дважды, он знал немало способов вмешаться в чужое прорицание, поэтому ему не нужно было полагаться на мистические предметы.

В этот момент из-за влияния ритуала таинственное пространство над Серым Туманом начало слегка дрожать, и часть силы пришла в движение из-за возмущения.

Левой рукой Клейн прижал карту Чёрного Императора к поверхности длинного бронзового стола, соединив её со своим духовным телом и подняв себя на более высокий уровень. Это возвышало его уровень так же, как прежде Амулет пылающего Солнца и медный свисток Азика укрепляли его духовное тело.

Затем он щёлкнул правым запястьем и бросил бумажную фигурку.

Фигурка внезапно увеличилась, и у неё на спине выросли двенадцать пар чёрных ангельских крыльев, вырезанных из бумаги. Перья казались яркими и живыми.

Бумажный «ангел» пронзил тёмно-красный свет и наложился на иллюзорную фигуру Мага.

Без всякого предупреждения он загорелся и полностью исчез.

Полусонной Форс показалось, что она видит величавого и торжественного ангела, который слой за слоем оборачивает вокруг неё смоляно-чёрные крылья!

Спустя неизвестное время Форс внезапно очнулась от искусственного сомнамбулизма. Перед ней были только три свечи, тихо горевшие на алтаре, и туман, наполнивший всю комнату. У кончика носа оставался знакомый спокойный, неземной аромат.

Ангел… Форс так задумалась, что на мгновение забыла завершить ритуал.