Повелитель Тайн (джен)

Невидимая тюрьма вокруг тела Паркера тут же разрушилась, не оставив ни малейшего следа.

Однако подвижность к нему не вернулась. Вместо этого он рухнул на землю и непрерывно дрожал, словно всё ещё был заморожен.

Это было не только последствием Прикосновения к душе, но и результатом прямой атаки Клейна по его душе.

Паркер был всего лишь Последовательностью 8 и не мог быстро восстановиться. Он даже не контролировал дыхание и снова вдохнул большое количество биологического яда, идентичного тому, что уже был в его теле.

Ослабленное состояние ускорило действие яда внутри него. Его глаза пусто уставились вперёд, и он инстинктивно изменил направление.

Он увидел Капима, который катался по полу и безостановочно чесал лицо и тело. Он увидел тонкие полоски плоти, свисавшие по краям ран, и призрачно-белый цвет костей.

Паркер тяжело задышал и с трудом пополз к нему.

Капим, из-за зуда сдиравший с себя внешний слой кожи, вдруг обнаружил, что Паркер ползёт к нему с налитыми кровью глазами. У него появилось дурное предчувствие, но он не мог увернуться: у него не было сил, и он не мог перестать чесаться. Он даже не мог крикнуть «нет» и заменил это леденящим кровь воплем.

В этот момент Клейн, уклонившийся от заклинания «Сковать», выкрикнул на древнем гермесе:

— Святость!

Затем он потёр пальцы и выстрелил Воздушной пулей сквозь переливчатое сияние тёмно-золотой Броши Солнца.

Едва Воздушная пуля сформировалась, она обрела святой блеск и устремилась прямо в лицо Харрасу.

Это была Святая клятва, предоставляемая Брошью Солнца, и Клейн усилил Воздушную пулю святым уроном!

Харрас давно сменил позицию. Он был необычайно проворен и, в отличие от мага, больше походил на мастера кулачного боя.

Уклоняясь от Воздушной пули Клейна, он жестом приказал Кэти ударить хлыстом и задержать Клейна.

Когда атака Клейна была прервана, Харрас достал из потайного кармана железно-чёрную металлическую перчатку и попытался надеть её на левую руку.

В состоянии духовного тела Клейну не нужно было смотреть краем глаза, чтобы видеть происходящее, даже когда он не был обращён к Харрасу лицом. Он немедленно взмыл вверх, избегая удара хлыста Кэти, перелетел через люстру и бросился на Харраса.

Увидев это, Харрас поднял чёрную металлическую перчатку и указал наискось вверх.

— Изгнание!

Клейна внезапно ударила подавляющая невидимая сила. Всё его духовное тело отнесло ветром, и он врезался в стену — стену, созданную «Заключением», — но не прошёл сквозь неё и не вырвался наружу.

Воспользовавшись этой возможностью, Харрас надел железно-чёрную металлическую перчатку.

В мгновение ока он будто стал немного выше, а его величие усилилось, словно он был фигурой, способной решать, кому жить, а кому умереть.

В тот момент, когда Клейн освободился от состояния «Изгнания», он ощутил необъяснимый ужас. Ему невольно захотелось опустить голову, пасть ниц, слушать каждое слово Харраса и выполнять любой его приказ!

Его движения стали вялыми, а в зрачках отразилась быстро приближавшаяся Кэти.

Па!

Кэти взмахнула длинным чёрным хлыстом и точно ударила Клейна.

Хлыст прошёл сквозь его духовное тело, но принёс психике Клейна огромную боль, будто кто-то прижал раскалённое железо к самому уязвимому месту его тела.

Он резко поднял голову и закричал.

А Кэти нажала на спуск револьвера в другой руке.

Бах! Бах!

Две пули со светло-золотым свечением вылетели одна за другой и поразили тело Клейна.

Вспыхнули яркие лучи света, и фигура в чёрных доспехах быстро истончилась, превратилась в бумажную фигурку и сгорела дотла.

Клейн появился в тёмном углу. Брошь Солнца внутри его духовного тела светилась тёмно-золотым сиянием.

Тёплая сила мгновенно заполнила его тело, и крайний ужас, которому подверг его Харрас, быстро исчез.

Одним из эффектов Броши Солнца, похожих на заклинание, была Устойчивость к ужасу!

За короткий промежуток меньше минуты Клейна уже дважды вынудили использовать подмену бумажной фигуркой.

Хотя отчасти он сделал это намеренно, этого было достаточно, чтобы доказать силу совместных атак Харраса и Кэти. И достаточно, чтобы подтвердить полученный Клейном результат прорицания.

Эта операция будет довольно опасной!

Если бы Паркер не был временно выведен из строя эффектами Ядовитого Флакона и его первой внезапной атакой, ситуация стала бы ещё опаснее.

Его план заключался в том, чтобы разумно отступить, если все четыре бумажные фигурки будут израсходованы, а возможность так и не появится. Дело было не в том, что Клейн не хотел подготовить больше заменителей, а в том, что в бою его духовности хватало только на четыре раза.

Что до эффекта «Заключения», созданного Харрасом, Клейн совсем не беспокоился. Сейчас он был «призванным» духовным телом. Стоило ему завершить «призыв», и он тут же вернулся бы над Серым Туманом. Если только процесс не перехватили бы силы божественного уровня или особые эффекты Запечатанных Артефактов Класса 0 или Класса 1, ничто не могло бы ему помешать.

Ранее, когда Клейн ходил в Королевский музей, чтобы украсть карту Чёрного Императора, женщина, подозреваемая в принадлежности к Потусторонним Высокой Последовательности, не смогла помешать ему уйти.

Это и было главной причиной, по которой Клейн осмелился бросить вызов невозможному, хотя знал, что опасность велика!

Увидев, что враг больше не охвачен ужасом, Харрас, надев чёрную металлическую перчатку, подал Кэти знак задержать Клейна. Затем он указал вперёд и торжественно сказал:

— Привидениям и Призракам здесь запрещено находиться!

Тело Клейна, покрытое чёрными доспехами, тут же задрожало, словно его сильно отталкивала мощная невидимая сила.

Однако уровень карты Чёрного Императора был чрезвычайно высок, поэтому и уровень духовного тела был сравнительно высоким. Такое воздействие, напрямую нацеленное на конкретное существование, быстро подавлялось.

Харрас прищурился, чувствуя, что вторгшийся призрак очень странный.

Он увидел, что Клейн легко избегает вмешательства Кэти с помощью полёта, поэтому снова вытолкнул ладонь вперёд и объявил на древнем гермесе:

— Здесь запрещено летать и парить.

Внезапно Клейн почувствовал, как тело стало тяжёлым, и рухнул из воздуха на пол. Кэти быстро бросилась к нему, взмахнула запястьем и ударила хлыстом, который напрямую воздействовал на разум и душу.

При ней оставалось много потусторонних пуль, но тех, что были нацелены на привидений и Призраков, было меньше трёх. Поэтому она временно отказалась от револьвера и полагалась только на вспомогательное оружие.

Клейн перекатился по полу и ловко увернулся от хлыста Кэти. Он услышал треск удара, пришедшегося по земле.

Кэти уже собиралась провести хлыстом по дуге, когда ощутила зуд в горле. Она дважды кашлянула и упустила возможность продолжить яростную атаку.

Это был признак действия яда!

Харрас глубоко вдохнул и снова задержал дыхание. Он согнул запястье, указал на себя и сказал:

— Цель дисциплинарного воздействия: Призраки и привидения!

Поверхность его тела тут же засияла светом, ярким как утреннее солнце. Даже кулак начал испускать блестящее сияние.

Бам!

Мрамор под ногами Харраса беззвучно треснул, и его высокое худое тело стремительно и яростно рванулось вперёд, мгновенно сократив расстояние до Клейна.

В этот момент он выглядел даже больше рыцарем, чем Кэти!

Бам! Он выбросил кулак вперёд, и воздух, казалось, взорвался. Однако Клейн заранее шагнул назад и, поддавшись потоку воздуха, уклонился от удара.

Хлоп! Кэти помогла сбоку и ударила хлыстом туда, куда уклонялся враг.

Клейну ничего не оставалось, кроме как снова и снова перекатываться. Он занял боевую стойку, следя за похожим на заклинание «Сковать» Харраса.

Под грохот ударов и хлопки хлыста Харрас продолжал наступать, а Кэти помогала сбоку. Меньше чем за две минуты Клейна загнали туда, где уклониться было уже невозможно. Даже перекаты перестали помогать.

Па!

Чёрный хлыст Кэти ударил Клейна в лицо; он успел сделать лишь один шаг вбок, и удар пришёлся ему по руке.

Пронзительная боль снова атаковала его психику, заставив замереть на месте. Даже духовное тело стало немного тоньше.

Воспользовавшись этой возможностью, Харрас сжал левый кулак и торжественно объявил:

— Смерть!

Его тело соединилось с какой-то странной силой, оставляя заметный остаточный след, и врезалось в Клейна.

Швинг!

Фигура в чёрных доспехах мгновенно рассыпалась на части, превратившись в клочки бумаги, которые порхали в воздухе как бабочки.

Клейн израсходовал третью бумажную фигурку!

Взгляд Харраса скользнул по комнате и быстро зацепился за врага, появившегося в углу. Он усмехнулся и сказал:

— Посмотрим, сколько заменителей у тебя осталось!

В процессе поиска врага он обнаружил, что Паркер извивается поверх Капима. Сцена была кровавой и мерзкой, отталкивающей, одновременно ужасной и пугающей.

Однако Харрас не мог позволить себе роскошь спасать подчинённого. Он хорошо понимал, что со временем действие яда будет только усиливаться, поэтому нужно как можно скорее избавиться от врага и нельзя отвлекаться.

Иначе ему придётся сначала покинуть столовую, чтобы восстановиться от яда, а это позволит врагу сбежать, не дав никакой полезной информации.

Он снова подал Кэти знак идти вперёд, чтобы задержать Клейна, который больше не мог летать или парить. Сам же вдохнул и попытался перевести дух.

«В воздухе странный запах… Наверное, это результат растущей токсичности яда…» Эта мысль мелькнула в голове Харраса, но он не стал думать об этом слишком много.

Он поднял левую руку и торжественно объявил:

— Незаконное вторжение в чужой дом — преступление!

— Незаконное вторжение…

Повторяя утверждение во второй раз, Харрас обнаружил, что снова трудно дышать. На мгновение он не смог перевести дыхание и вынужден был остановиться на середине.

Он снова глубоко вдохнул, привёл себя в порядок и произнёс ещё раз:

— Незаконное вторжение в чужой дом — преступление!

Он повторил это трижды, и Клейн, всё ещё не способный вырваться из затягивающего его боя с Кэти, ощутил непонятный холод.

— Кхе! Кхе! Кхе!

У Кэти снова появились признаки кашля, и размахи хлыста стали вялыми.

Клейн воспользовался возможностью и прекратил схватку с ней, но не стал нападать. Вместо этого он поднял голову, открыл рот и издал резкий крик, неслышимый человеческому уху!

Гул! Голова Кэти дёрнулась вверх, а тело качнулось. Ей показалось, будто земля поднимается и опускается.

Харрас ощутил лишь лёгкое головокружение и быстро вернулся в норму. Он холодно посмотрел на Клейна и величественным голосом сказал:

— Виновный должен быть ограничен!

Клейн, бросавшийся к нему, с удивлением обнаружил, что ноги будто обездвижены невидимыми кандалами. Движения внезапно стали скованными.

Кэти, немного оправившись, откинула барабан револьвера и быстро высыпала отстрелянные и неиспользованные патроны.

Затем она достала устройство быстрой перезарядки и вставила в барабан шесть патронов, включая оставшиеся очищающие пули.

Харрас сжал левый кулак и приготовился к атаке.

Он хотел связать свою атаку со стрельбой Кэти, чтобы наверняка покончить с врагом или израсходовать его заменителей.

В этот момент Клейн в чёрных доспехах улыбнулся.

Потому что возможность, которой он ждал, наконец появилась!

Он знал, что Ядовитому Флакону требуется время, чтобы оказать на врагов серьёзный эффект. А как только Потусторонние почувствуют неладное, они начнут действовать соответственно: либо искать скрытого врага, либо покинуть отравленное место. Так было бы трудно серьёзно ранить их, не говоря уже о том, чтобы добить. Поэтому у него были ещё две причины использовать Ядовитый Флакон.

Первая причина — ослабить врага.

Вторая — замаскировать некоторые запахи, чтобы Харрас и остальные списали все обнаруженные аномальные запахи на яд в воздухе. Это заставило их сосредоточить всё внимание именно на этом.

Это был самый важный этап «магического представления» и ключ к успеху или провалу.

Этим аномальным запахом был запах газа!

Клейн заставил газовые лампы и огонь в камине внезапно вспыхнуть и погаснуть не только ради того, чтобы повлиять на зрение Харраса и остальных. Главная цель состояла в том, чтобы привлечь их внимание и в этот момент разрушить несколько скрытых газовых труб!

В начале боя он намеренно подставился под опасность, чтобы выманить у Кэти пулю, предназначенную для Призраков и привидений, и она больше не стала слепо стрелять по нему и случайно не вызвала взрыв!

Он продолжал связывать их боем и не предпринимал других попыток лишь потому, что ждал, пока воздух наполнится газом!

Поэтому он всё это время сдерживался и не использовал Пламенный прыжок или управление огнём!

Что касается того, что Харрас применил к комнате Заключение, Клейн этого ожидал, но не думал, что всё получится настолько удачно. Поэтому перед входом в столовую он любезно проверил, плотно ли закрыты двери и окна. Он разрушил скрытые газовые трубы в зале, чтобы вся область, и внутри, и снаружи, превратилась в огромную «бомбу». Даже без Заключения в итоге это ни на что не повлияло бы!

Как «призрак», Клейн, несомненно, не боялся взрыва!

Низкоуровневых духов огонь мог уничтожить, но «призрак» самое большее получил бы от него ранения. Именно поэтому Клейну пришлось дополнительно купить очищающие пули и Брошь Солнца, несмотря на то что он владел управлением огнём.

Когда он увидел, что Кэти подняла револьвер и вот-вот выстрелит, а Харрас собирается вынести ему «Смерть», Клейн улыбнулся и щёлкнул пальцами.

Харрас внезапно ощутил опасное предчувствие.

Однако в этот момент он увидел, что в камине сбоку уже вспыхнуло пламя, мгновенно воспламенившее окружающий воздух.

Бум!

С громким взрывом поле зрения Харраса мгновенно заполнил адский огонь, занявший всю комнату. Казалось, он смотрит на грандиозный фейерверк.