Прозрачность (гет)

Дверь с грохотом распахнулась. Женщины, сидевшие в утренних платьях за небольшим столиком с полноватым мужчиной, подскочили и уставились в проем. Их лица отражали испуг и негодование.

В ответ же на них смотрел неизвестный им юноша. Его лицо напротив, было безмятежно и дружелюбно. Он поднял руки ладонями к ним.

— Какое яркое солнце сегодня, правда?

— Кто ты во?..

Но вскочившую было женщину И Соа тут же перебил:

— Госпожа Перия, госпожа Моока, господин… — здесь он запнулся. Мужчина с квадратным лицом, который всегда присутствовал при утренних встречах совсем не запомнился И Соа, и он даже не был уверен, говорил ли этот мужчина хоть что-нибудь. — Не могу вспомнить ваше имя… Впрочем, не важно.

Юноша вернул улыбку, однако на этот раз в его искривленном рте было что-то фальшивое и отталкивающее. Он сделал шаг к сидящим.

— Так что же, давайте немного побеседуем. Виноградный или травяной — какой чай вы предпочитаете?

Топот охранников, приближающийся к ним, слышался уже отчетливо и было вполне очевидно, что хозяева лишь ждут, когда те прибудут сюда.

За окном только расцветало утро, многочисленные декоративные кусты с мелкими листочками еще не были пострижены, а сорняки из клумб с яркими цветами не вырваны. И сейчас, когда перед завтраком за утренней чашечкой чая к сидевшим ворвался данный неизвестный им человек, каким-то образом незамеченный охранной, женщины немного заволновались. Немного, ведь оружия при нем не наблюдалось, а фигура не вызывала страх своими незначительными габаритами.

И все же, некоторые опасения он внушал. Задавая абсолютно нелепые вопросы и выжидательно на них смотря, будто действительно ждал на них ответа.

— Травяной, — осторожно ответила госпожа Перия, старшая из сестер.

На это юноша понятливо кивнул и подошел еще ближе: оказавшись рядом со столом, он схватил чашку и заглянул в нее. Он разочарованно покачал головой, оставшись недовольным увиденным, и небрежно расжал руку. Чашка со всем содержимым со звоном упала, разбившись.

— М-да, — протянул он. — Кисель, а не чай.

В этот момент наконец-то появились вооруженные люди и не медля ни секунды, заломили ему руки и направили оружие, чтобы тот не двигался. Женщины переглянулись и заметно выдохнули. Теперь они чувствовали себя определенно увереннее. Мужчина в их гляделках не участововал.

— Итак, — расправила плечи госпожа Перия. — Кто ты такой и что тут забыл?

Она встала напротив юноши. Смотреть друг другу в глаза было сложно, его голову держали наклоненной, однако, несмотря на свое незавидное положение, он напряженным или испуганным не выглядел.

— Пришел на празднество, разве не очевидно?

Женщина нахмурилась и коротким взмахом ударила его по лицу. Ее кольцо с драгоценным камнем оставило кровавый росчерк.

— И как же ты прошел незамеченным?

Тот задумался.

— Попросил пропустить меня?

Перия вспылила и ударила еще раз. Юноша в ответ лишь поморщился и удивленно вскинул брови.

— Что ж вы так?.. — пробурчал он.

В этот момент в помещение вошли еще двое охранников: они держали перед собой алебарды и вели задержанных. Те, впрочем, не выказывали особого сопротивления, достаточно уверенно шествуя под внимательными взглядами. То были Гинтрейме и Тесхва. Лицо юноши, как только он заприметил их, приняло расслабленное выражение.

Женщина напряглась сильнее и вытянулась в струну. Рядом с ней встала госпожа Моока, таким же стальным взглядом обводя всех присутствующих. Что бы ни происходило у них обоих в головах, одно можно было сказать вполне уверенно: они злы и растеряны. Одна из них открыла рот, чтобы покончить с бардаком, но И Соа, лишь увидев вошедших богов, радостно улыбнулся и выкрикнул:

— Госпожа! Вы пришли за мной!

Девушка, только заметив его раны на лице, тихо ахнула, прижав ладонь ко рту. Но юноша успокаивающе покачал головой.

Тем временем Тесхва, даже не удивившись застать проклятого в подобном состоянии, сделал шаг вперед. Ему тут же преградили путь клинком.

Он заговорил:

— Понимаем ваше беспокойство и встревоженность. Но мы здесь как представители мануфактуры спичек и свеч. В Фешере мы общались насчет сотрудничества с господином Табером.

Услышав имя, госпожа Перия ощетинилась. Она вздернула бровь и сложила руки на груди.

— И о каком именно сотрудничестве вы договаривались с ним? — сухо осведомилась она. — Старик мертв уже как год.

— О предоставлении дешевой рабочей силы, — криво улыбнулся Тесхва.

Со стороны любой бы сказал, что мужчина чувствует себя неуютно. Его светлые салатовые глаза будто посветлели еще сильнее и нервно перескакивали с одного человека в комнате на другого. Без особого труда это заметили и те, с кем он говорил.

— Голубчик, — впервые подал голос мужчина с квадратным подбородком, который развалился на стуле. — Что же вы так волнуетесь?

Тесхва сглотнул. Но его спас И Соа:

— Я приложу к вашей шее меч в следующих раз и спрошу, как вы себя будете чувствовать.

— Ах ты наглец, — прошипела Моока и тоже, как и ее сестра, занесла руку для удара.

Однако в этот момент произошло две вещи: первое — на этот раз И Соа увернулся, и чужая рука задела его лишь кончиками пальцев; второе — вперед сделала шаг Гинтрейме, вскинувшись.

— Стойте! Он… — она неловко и нервно нахмурила брови и выдавила: — Он мой слуга. Не трогайте его.

Полный мужчина с лохматыми бровями, лысеющей макушкой и квадратным подбородком, что в предыдущие дни лени лежал, закинув ноги на подлокотники на диване, с тяжелым вздохом поднялся, и потер ладони. В его глазах заблестел хищнический огонек.

— Давайте отставим некоторые заминки нашего знакомства пока в сторону? — он жестом остановил Мооку, что бросилась было возражать и продолжил: — Если вы говорили со стариком Табером, то наверняка должны знать… особенности работы. — Он смерил своих собеседников пристальным взглядом, а затем снова расплылся в добродушной мине. — Вы так и не представились, господа. Как я могу к вам обращаться?

— Оклед Парафус, — поспешно ответил Тесхва, будто боясь, что больше возможности назваться не представится. — Второй сын Гиппира Парафуса, вы могли слышать о нем три года назад: в его имении проходила встреча глав провинций. Эта госпожа, — он указал на стоявшую рядом Гинтрейме, — моя двоюродная сестра, Дикея Ларс. Ее муж приближенный во дворце мудрейшей Цу.

Тесхва отчаянно потел от волнения, а мужчина напротив с легкой насмешкой наблюдал за ним. Но после того, как прозвучали имена и фамилии, его лицо переменилось, как и у тетушек, и он произнес:

— Давайте тогда побеседуем с вами наедине. Вы ведь для этого пришли? — он направился к выходу. — А заодно расскажите мне, как так вышло, что по дороге вы каким-то образом растеряли весь свой багаж и письмо с приглашением не дошло до нас.

Тесхва снова криво улыбнулся.

— А ты, — Тесхва обернулся к все еще стоявшему на коленях И Соа, — стой за дверью и никуда не уходи. Как вернемся, подумаю над твоим наказанием, — добавил он важно. — Извините его, слугу взяли из жалости. Юноша страдает слабоумием.

И Соа незаметно закатил глаза, но препираться не стал. На самом деле он был приятно удивлен, а если выразиться еще точнее — ошеломлен подвешенным языком бога Удачи. И откуда он только взял все эти имена… Они действительно существуют?

Перия недовольна отдала приказ отпустить его. Тесхва также вздохнул свободнее, когда от него отодвинули мечи. Лицо Гинтрейме не изменилось, казалось, ее мало волновала щекотливая ситуация, в которой они находились. Но так лишь казалось.

Вытирая кровь с лица рукавом рубашки и вставая на место в теньке под навесом, И Соа последовательно наблюдал за уходящими людьми: тетушки, морщась, тихо переговаривались; охранники расходились по своим местам; Тесхва уже вовсю о чем-то беседовал с лохматым мужчиной, обсуждая процент инфляции после последней войны. Он посмотрел в темные глаза Гинтрейме, давая понять, что все в порядке. Хмуриться она не перестала.

Когда И Соа остался один, вокруг сделалось спокойно. Раннее утро стало наконец напоминать обыкновенное утро в загородном имении. Минут десять юноша спокойно сидел, высунув лицо под солнечные лучи, выжидая. Затем огляделся. Тихо.

И Соа поднялся, посмотрел на несколько каменных дорожек и вспомнил расположение домов. Ступив на одну, он решительно направился вперед. Первым делом ему необходимо было найти брата Эри.

* * *

— Слышал, у тетушек и дяди Версена гости. Придется тебе сидеть за завтраком одной.

Эри подпрыгнула.

— Тогда, может, ты побудешь со мной?

Алиссум в ответ издал сдавленный смешок.

— Не думаю, что тетя Перия будет довольна, если узнает, что я ел за хозяйским столом.

— Глупость, — пробурчала девочка. — Ты же все еще мой брат, какая разница…

Последние слова утонули в шуме листвы, зашуршавшей от неожиданного порыва ветра, но и без того И Соа понимал, что хотела сказать Эри. Он расположился на мягкой траве прямо под окном домика с задней стороны, где даже дорожек не предусмотрено. Привалившись к стене, он ждал, когда дети договорят, и парень вручит сестре свой презент. Голоса ненадолго притихли, переместившись в другую комнату.

— Положу в секретное место! — донеслось до юноши.

Рядом с его ухом раздался мелкий топот, шуршание, вновь топот, на этот раз затихающий, и хлопок двери. И Соа поднялся и заглянул в окно. Небольшая, но богато обставленная комнатка, ее он уже видел и ничего примечательного не замечал.

Хотя, возможно, посреди ночи заметить это было сложнее, чем при дневном свете, но взгляд юноши только сейчас зацепился за тихонько стоявшее в уголке напольное зеркало. на секунду оглядевшись и прислушавшись, И Соа залез в комнату и тихо подошел к зеркальной поверхности. На самом деле работу свою оно выполняло не очень хорошо, мутное и старое, покрасоваться утром у девочки бы не получилось. Однако, хотя оно отчетливо напоминало зеркало в кабинете, даже имея схожую раму, но от прикосновения рябью не шло и потайной вход никакой не открывался. И Соа привычно прищурился. Что-то все-таки с зеркалом было не так.

Но сейчас времени у И Соа не было, Эри уже заканчивала говорить с Алиссумом, и скоро они разойдутся.

И Соа снова перелез через окно, выйдя из дома таким же способом как и зашел, и отряхнул руки. Входная дверь с обратной стороны скрипнула, Эри с братом спускались по ступенькам. Юноша выглянул из-за угла.

Какое-то время они о чем-то говорили, стоя на крыльце. Затем Эри, спрыгнув на землю, легким шагом направилась по заворачивающей влево дорожке, ведущей к веранде. Алиссум же, постояв и посмотрев ей вслед, двинулся в противоположном направлении. Прямо в сторону поджидающего его И Соа.

Мысленно юноша невольно потер ладони. Алиссум, ничего не подозревая, пинал камешек, и каждый шаг приближал его к И Соа. Когда паренек поравнялся с ним, И Соа цепкой хваткой поймал того за воротник и плавным быстрым движением уволок за угол.

— Чт… — успел только подать голос Алиссум, как уже оказался на траве. Над ним возвышался незнакомец.

— Привет, — улыбнулся И Соа.

Алиссум выпучил глаза. Он в непонимании уставился на юношу и осторожно спросил:

— А… вы кто?

И Соа опустился на корточки рядом с ним.

— Тот, на чьи несколько вопросов ты сейчас ответишь. Все ясно?

Паренек, которого к земле прижимала не крепкая рука, а цепкий взгляд хитрых пронзительных глаз, испуганно кивнул. День, несмотря на крайне радостное начало, неожиданно приобрел напряженные оттенки.

На самом деле Алиссум Кейн, привыкший за свою жизнь к беспардонному и пренебежительному отношению к себе, испугался не настолько сильно, как можно было подумать. Скорее удивился и поспешил приспособиться к новым неприятностям. Потому что иначе как “неприятность” встречу с И Соа по иному назвать было нельзя.

* * *

Когда предыдущим вечером Гинтрейме с И Соа поднялись из подвала обратно в библиотеку, Тесхва нервно ходил вокруг и все порывался спуститься за ними. Лишь завидев их, он всплеснул руками:

— Чем вы там так долго занимались?!

И Соа протянул руку, помогая Гинтейме выбраться из проема подвала. Та вместе с юношей пребывали в задумчивом состоянии.

— Гинтрейме? — снизил тон Тесхва.

Девушка поставила крышку на место, щелкнув внутренним механизмом. Ее густые брови не переставали хмуриться с того момента, как в подвале осветилось пространство и она увидела все, что смогла рассмотреть. Мельком она поглядывала на своего спутника, но он казался бесстрастным, лишь лицо приняло странное выражение, и бледная кожа побелела еще сильнее.

Далеко они идти не стали, и двое богов с И Соа уселись вокруг стола в кабинете. Говорили также скупо, без лишних комментариев, лишь пересказав Тесхве о всем, что им удалось найти в подвале: зеркала, клетки с пустыми мисками, инструменты и бумаги. На них остановились немного подробнее, но не сильно — обсуждать их не хотелось.

В общем-то, разговор не клеился. И Соа постукивал пальцами по столешнице, раздумывая, пока наконец Тесхва не задал давно назревший вопрос:

— Так… что мы собираемся делать?

Гинтрейме кивнула, будто подтверждая необходимость поднятия темы. Девушка, в последние недели кропотливо пытаясь найти ответы в старых расчетах, теперь сидела еще тише обычного.

И Соа продолжал смотреть куда-то в сторону и выстукивать медленный ритм.

— Ну так?.. — через время молчания вновь спросил Тесхва, выжидающе переводя взгляд с одного собеседника на другого.

Гинтрейме не глядя взяла один из многочисленных листов, лежавших на столе, пробежалась по строкам и отложила. Все также не поднимая головы, она слабо пожала плечами, брови сошлись на переносице. Тесхва на это почти вскочил и воздел руки к потолку.

— Серьезно? Я один думать должен? Гинтрейме, соберись, ну же! Не бери пример с проклятого.

Может быть, таким образом Тесхва хотел растормошить еще и И Соа, но юноша никак не отреагировал на свое упоминание в разговоре. Зато он отреагировал на тихий, но тяжелый вздох девушки. Она поправила нашейный платок, распустила длинные вьющиеся волосы и хотела пересобрать их заново, чтобы сосредоточиться, но И Соа остановил ее: он положил свою ладонь поверх руки Гинтрейме. Та вздрогнула, но убирать ее не стала. Несмотря на высокий рост, сейчас, когда их ладони находились столь близко, стало отчетливо ясно, что ее рука могла полностью скрыться под бледной ладонью И Соа.

Он поднялся на ноги.

— Надоело торчать здесь. Очевидно же, нам всего лишь нужно узнать все возможное о… Дасхе.

— Будущем акаре? — зачем-то уточнил Тесхва.

— Да, об этом засранце.

Тесхва поперхнулся. Но возразить не успел — И Соа уже говорил следом:

— Как только узнаем, кто он на самом деле и что в его голове, станет ясно, что делать с его благословением на Гинтрейме. — Сделав небольшую паузу, И Соа продолжил: — Сам он, очевидно, на контакт не пойдет, так что просто обратимся к тому, кто знает его лучше остальных. И готов к сотрудничеству с незнакомцами.

Гинтрейме неуверенно посмотрела на юношу, наконец впервые за разговор подняв голову.

— Ты говоришь о том мальчике, с которым он дружит?

— Ага, — кивнул И Соа.

— И, — нахмурилась девушка, — я правильно понимаю, он является тем Кейном, который похитил тебя в прошлый раз?

— Ага.

Она сложила руки в замок и пристально уставилась на И Соа.

— И что же ты собираешься делать, чтобы он рассказал все необходимое?

Юноша расплылся в очаровательной улыбке.

— Конечно же, допрашивать.