Как и ожидалось, моя школьная геройская жизнь не удалась (гет)

ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ

— Так. Всё хорошо. Этому должно быть разумное объяснение. Время ещё есть, я не мог уйти так уж далеко, — бормотал я себе под нос, переводя взгляд с распечатки в руках на здание рядом.

Как ни крути, но перед дверями всё так же лежала красная дорожка, а над входом висела огромная вывеска: «Milton Hotel». Иными словами, это точно не геройское агентство. Быстро сообразив, я взял адрес из официальных документов Юэй, которые держал в руках, и вбил его в телефон — даже если я где-то свернул не туда, GPS уж точно покажет правильное направление!

Но, к сожалению, «Мугл Карты» выдал результат с отметкой моего текущего местоположения. Значит, Юэй каким-то образом указала неверный адрес. Это, конечно, означало, что я не виноват — что принесло облегчение, — но для первого впечатления, особенно после того как я встал ни свет ни заря, ситуация была, мягко говоря, так себе.

С тяжёлым сердцем я набрал номер, указанный в бумагах для стажировки. Гудки прозвучали всего два раза, и трубку взяла сама Мирко.

— Усагияма, — отрывисто произнесла она своим низким контральто.

— Э-эм... Мирко-сан, это... эм-м... герой-ученик Д-Деку, и я... я дошёл до адреса из документов, но... — выдавил я, запинаясь, однако не успел объяснить, что в указаниях ошибка, как она меня перебила.

— Отлично, я тебя ждала. Заходи. Я в ресторане при отеле, завтракаю.

Я даже не успел сообразить, что ответить, как она повесила трубку. С секунду я стоял как статуя с телефоном у уха, пока мозг наконец не перезагрузился и до меня с опозданием не дошло: я встречаюсь с Мирко не в её агентстве.

И, ну... вообще-то в этом был смысл! Мирко была знаменита по многим причинам, и одна из главных — она, пожалуй, самый известный в Японии Странствующий Герой. А значит... сейчас она, должно быть, подменяет кого-то другого! Почувствовав себя уже не таким потерянным, я подошёл к парадной двери отеля. Самый настоящий швейцар распахнул её передо мной, стоило мне приблизиться.

Я невольно шагнул внутрь с опаской: отель был куда роскошнее любого места, где мне доводилось бывать, и я в глубине души ждал, что на меня сейчас накричат за то, что я вошёл в школьной форме, а не в костюме с галстуком.

К счастью, ресторан нашёлся легко, тот был прямо у главного входа. Я быстрым шагом пересёк мраморный вестибюль, нырнул в лифт и нажал кнопку. Кабина поднялась почти к самой крыше и открылась в просторный зал: полированный деревянный пол, столики с белыми скатертями и огромные окна от пола до потолка, из которых открывался потрясающий вид на центр Йокогамы.

Робко я направился к женщине с кроличьими ушами, заметной даже с другого конца ресторана. Она ничуть не выглядела неуместно, несмотря на то что сидела за столом в геройском костюме. От неё буквально исходила давящая аура, пока она доедала то, что выглядело как остатки завтрака, — настолько огромного, что он занял несколько тарелок. Возможно, именно поэтому, несмотря на её место в первой десятке Рейтинга Героев, рядом с ней никто не садился.

— Эм-м... доброе утро! Я... я Деку! — выпалил я, резко затормозив у её столика.

Мирко на миг встретилась со мной взглядом, затем пробежалась глазами по моему телу.

— Садись, — сказала она и тут же отправила в рот вилку с зеленью.

Я сел. Она прожевала и проглотила.

— Ну, — произнесла она.

Пауза. Будто она прикидывала, с чего начать.

— В рукопашке ты отстой. В досье, которое прислала Юэй, я видела кроличьи уши на твоём костюме. Ты фанат, да?

— Я... я... — заикнулся я.

Ну то есть я правда был фанатом, Мирко же невероятная: разъезжает по всей Японии, громко поддерживает права мутантов, у неё репутация одиночки, но при этом она помогает в куче важных дел... только вот уши на костюме вообще-то должны были напоминать чёлку Всемогущего, и о боже, как же это стыдно, и как ей объяснить? Неужели меня случайно приняли на стажировку из-за недопонимания? О нет, что если она отправит меня домой после того, как я скажу правду? Она и так считает, что я плохо дерусь, что мне...

— Забей, — с лёгкой, беспечной улыбкой перебила Мирко, обрывая мою панику. — Короче. Даже если сейчас ты хреновый боец, ты быстрый, и наши стили довольно совместимы. Я подумала, потрачу недельку-другую и покажу тебе, что значит быть Странствующим Героем. Нас и так мало, так что, хотя я обычно не беру сайд-киков и не работаю в паре... считай, я к тебе присматриваюсь как к... коллеге, может?

Она сделала долгий глоток апельсинового сока.

— Ага. Я покажу, что нужно для работы, и исправлю твои паршивые удары ногами. А ты покажешь мне, что у тебя есть всё, чтобы быть героем в дороге. А там посмотрим. Идёт?

Я сглотнул, выпрямив спину, как будто проглотил кол, и уселся на самый край стула.

— Эм-м. Да! — выпалил я.

— Отлично. Тогда правила, прежде чем начнём, — лениво сказала Мирко, прервавшись, чтобы прожевать и проглотить остаток бейгла. — Первое: не лезь в драки со злодеями. Не надо красть мои развлечения. Второе: не ломай себе кости как дурак. У меня есть дела поважнее, чем нянчиться с тобой в больнице. И третье: делай, что я говорю, если только это не совсем уж тупость, бла-бла-бла... Слушай, ты умный пацан и сам понимаешь, как работает стажировка, а мне уже скучно. Что скажешь: найдём крышу и немного побьём друг друга?

ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ

В наших учебниках по героеведению была глава про маневрирование в городской среде. Во всяком случае, я видел это в оглавлении — на уроках мы до неё ещё не добрались. План Мирко по «оценке моей рукопашки» был временно отложен: вместо этого она решила устроить мне ускоренный курс паркура. В основном он заключался в том, что она без усилий перепрыгивала с крыши на крышу, а я изо всех сил пытался не отстать и не смотреть вниз.

Её утренний маршрут патруля вёл нас по пожарным лестницам, заставлял прыгать через четырёхполосные улицы — с приземлением на крышу на несколько этажей ниже, — отталкиваться от верхушек фонарей и взбегать по стенам в узких переулках. И это всё не заканчивалось. Я и раньше использовал 5% Один За Всех в течение времени, которое казалось мне долгим, но я никогда не делал этого, мчась на пределе почти целый час. И уж точно не делал этого, пытаясь одновременно двигаться точно, повторяя движения опытного героя.

Не раз я промахивался с прыжком и должен был за долю секунды придумать, как восстановить равновесие или безопасно упасть. Ещё несколько раз Мирко приземлялась в идеальный кувырок, а я плашмя летел на крышу, после чего приходилось подниматься. Но несмотря ни на что, я был полон решимости не отставать. Каким-то чудом мне удавалось держать её в поле зрения, до тех самых пор, пока она не остановилась на безымянной крыше заброшенного жилого дома.

Тяжело дыша, я догнал её, согнулся пополам и упёрся руками в колени, отчаянно пытаясь унять бешеное сердцебиение. Пот градом катился с моих кудрявых волос, капая на асфальт крыши.

— Недурно, — смутно услышал я голос Мирко где-то над головой. — Похоже, ты и правда держишься довольно уверенно.

Вдруг я почувствовал прохладу на затылке. Если бы я мог нормально вдохнуть, то, наверное, взвизгнул бы, но вместо этого резко выпрямился и увидел, что Мирко протягивает мне бутылку воды.

— Пей, — сказала она. — И начни носить флягу или воду в снаряжении поддержки.

Я энергично закивал, принимая бутылку.

— Спасибо, — с чувством сказал я и сделал несколько жадных глотков, наслаждаясь прохладой, пока вода текла по горлу.

Когда я закончил, она забрала бутылку обратно и отпила сама, совершенно не переживая из‑за того, что только что пил я. Возвращая воду на пояс, Мирко окинула взглядом горизонт, словно прокладывая следующий безумный скоростной маршрут по крышам города. Она выглядела нетерпеливой, будто уже хотела снова сорваться с места. И ещё, эм-м... Может, это просто из‑за внезапного «непрямого поцелуя» мой мозг уехал не в ту сторону, но я вдруг очень хорошо понял, почему Денки-кун так мне завидовал.

К счастью, я был слишком вымотан, чтобы разгонять в себе какую-то неподобающую энергию. Я старался глубоко дышать, заранее страшась момента, когда она повернётся ко мне и скажет, что пора дальше. Вместо этого она повернулась и предложила кое-что похуже.

— Так. Место вроде нормальное. Давай драться! Хочу посмотреть, на что ты способен.

— Ч-что, прямо сейчас?! — в панике спросил я. — Эм-м... то есть... ладно, только... э-э... дайте мне секунду, — пробормотал я, из последних сил заставляя налитые свинцом конечности принять боевую стойку.

Мирко посмотрела на меня и нахмурилась.

— Ой, кстати. Ты же не из тех дебилов, которые считают, что девчонок бить нельзя, да? Я видела твой бой с той гравитационной девчонкой, так что предупреждаю заранее: если попробуешь эту фигню со мной, я просто буду лупить тебя, пока не выбью дурь. Так что рекомендую с самого начала бить в полную.

Судя по её виду, она и правда так сделает.

— Нет, я, эм-м... — я просто не бил Урараку, потому что... э-э... Моё лицо начало заливаться краской. — Она просто подруга! — выкрикнул я, и голос предательски пискнул, а щеки вспыхнули. — То есть... поэтому я не хотел её ранить! — добавил я, возможно, не до конца честно.

Хитрая, всё понимающая улыбка, расползшаяся по лицу Мирко, сделала только хуже — особенно потому, что теперь я не мог не заметить, какая она красивая.

— Подруга, значит? — насмешливо протянула она, но, к счастью, подняла руки в боевую позицию, а не стала развивать тему. — Ладно. Тогда посмотрим, на что ты горазд

Через несколько минут ответом оказалось: «на впечатляющий набор новых синяков».

Давно мне не приходилось драться с кем-то, кто просто сильнее меня. На 5% Один За Всех быстрее меня был разве что Иида-кун, и он в основном носится по прямой. Самое близкое к тренировкам с кем-то настолько же ловким, как я, было занятие с Юкиношитой-сан; она могла бить, наверное, сильнее меня и в боевых искусствах была куда лучше, но у меня никогда не было ощущения, что она настолько быстра, что от неё невозможно увернуться.

А Мирко-сан была.

Она была сильнее. Быстрее. Опытнее. Я полностью проигрывал ей во всём. И всего этого она добилась трудом и тренировками. Я смотрел на неё с восхищением. Вот что значит быть про-героем из первой десятки — одним из тех, кто стоит на вершине.

И в отличие от меня, она стояла там совсем одна.

— Эм-м, Мирко-сан? — спросил я в короткой паузе между избиениями. — Можно... эм-м... спросить? Почему вы решили всегда работать в одиночку?

Её светлые брови приподнялись. Она на секунду откинула длинные белые волосы за плечо.

— Ну, причин несколько. Во‑первых, терпеть не могу, когда кто-то крадёт у меня драки, — сказала она с хищной ухмылкой, чем-то напомнившей мне Ка-чана. — Во‑вторых, я слишком хороша в своей работе. Когда я приезжаю в город и начинаю ломать черепа, обычно хватает недели-двух, чтобы все злодеи поумнели, затаились и резко стало скучно. Партнёр только ускорил бы процесс.

— О... — пробормотал я.

Почему-то я ожидал другого ответа. Думал, она скажет, что если полагаться только на себя, становишься сильнее, или что-то в этом духе.

— Это... эм-м... поэтому вы Странствующий Герой?

— В основном, — пожала плечами Мирко. — Ну, ещё мне нравится, что работа странствующего героя важна. Никто не заслуживает быть брошенным только потому, что герой их захолустья подхватил насморк или укатил на Гавайи в медовый месяц. Да и вообще, герои часто натыкаются на злодеев, чья причуда полностью контрит их собственную, и вот тогда-то нужен кто-то со стороны, чтобы их выручить. Но да... в основном потому, что так я дерусь раз в десять чаще, чем если бы всё делала «по-обычному».

Я раньше как-то не задумывался, что герои вообще берут выходные... но если вспомнить, Всемогущий постоянно подменял других или подстраховывал их. Он не был странствующим героем в строгом смысле — у него всё же было центральное агентство, — но он был настолько быстрым, а радиус его действия был настолько огромным, что это почти одно и то же.

Если смотреть так, то люди вроде Мирко и Всемогущего — не просто великие герои-одиночки. Они — важные элементы огромной сети поддержки, благодаря которой герои по всей Японии могут лучше делать свою работу. И снова меня накрыло осознанием масштаба той роли, которую мне однажды предстоит сыграть.

Чтобы дойти до этого, мне нужно стать сильнее.

Стараясь держаться бодро, я стёр с лица грязь и вернул кулаки в защитную стойку.

— Ещё раз, — сказал я, чувствуя, как в груди разгорается новый энтузиазм. — Я готов.

Улыбка Мирко в ответ была чуть насмешливой, но без злобы.

— Вот это мне нравится! — сказала она и легко, пружинисто подпрыгнула на носках. Я изо всех сил старался следить за её руками и ногами. — Не каждому достаётся профи моего уровня в учителя, пацан, так что постарайся, чтобы я не зря тратила время!

1-В*1-В*1-В*1-В*1-В*1-В*1-В*1-В*1-В*1-В*1-В*1-В*1-В*1-В*1-В*1-В

Моя стажировка оказалась пустой тратой времени, и виноват в этом был весь класс 1‑А! Ну то есть это же была откровенная ложная реклама, так? Я думал, что принял предложение стажировки у Старателя, а прошло уже целых три дня, и я едва его видел, не то что разговаривал с ним. Можно было бы списать всё на занятость, но Онима, один из «Пылающих Сайд-киков» (людей, с которыми, как выяснилось, я и проходил стажировку на самом деле), по-тихому сообщил мне, что «босс» злится, так как «рассчитывал, что здесь будет его сын», и что из-за отсутствия сына планы на мою стажировку резко изменились.

Это было самое доброе, что он мог сделать. Пожалуй, это и были два главных урока, которые я вынес: некоторые герои не дотягивают до собственной репутации; и то, что гро-герой, который сайд-кик, вовсе не значит, что у него нет собственного мнения... или своих способов вставить тебе палки в колёса, если он решит, что так будет правильно. Кроме этого, хотя Пылающие Сайд-кики и старались учить и тренировать меня вместо Старателя, всё, что они рассказывали о работе агентства и геройском бизнесе, было взглядом со стороны сайд-кика. А мне нужно стать главой агентства.

Так что, когда Лига Злодеев напала на город Хосу, и вместо того, чтобы наблюдать, как герой реагирует на реальный кризис, меня отправили эвакуировать гражданских в нескольких кварталах от эпицентра — настолько далеко, что почти никто вокруг даже не считал нужным эвакуироваться. В общем, неудивительно, что я был слегка взбешён.

— Простите! Сэр! — крикнул я одинокому старичку на улице, который брёл не прочь от пожаров, а к ним. — Сэр, вам нельзя туда! — прокричал я. — Маршрут эвакуации по этой улице! Пожалуйста, пройдите к пункту регистрации и ждите указаний от полиции и Геройской Комиссии!

Когда низенький старик подошёл ближе, я с удивлением увидел, что тени вокруг его глаз вовсе не тени, а чёрная маска, а его «пижама и жёлтый халат» — на самом деле бело‑жёлтый геройский костюм с плащом.

— А? Ты кто такой? — сонно пробормотал он, и голос его скрипнул по‑старчески. — Что тут вообще творится?

Ну зашибись. Какой-то пациент с деменцией сбежал из ближайшего дома престарелых, а ещё либо нарядился в костюм, который носил лет двадцать назад, либо перепутал косплей с реальностью и теперь двинулся «на помощь». Но всё же он спросил, кто я такой. Было бы невежливо не ответить.

Я отвесил вычурный поклон, наслаждаясь тем, как фалды моего костюма эффектно распахиваются за спиной, и подарил ему самую профессиональную улыбку.

— Профессиональный герой‑стажёр Призрачный Вор, прохожу стажировку в агентстве Старателя, к вашим услугам, сэр.

Старик никак не отреагировал, поэтому я выпрямился и указал на дорогу слева от себя.

— Поблизости происходит нападение злодеев, поэтому мы просим всех граждан уйти в безопасную сторону, то есть на юг.

— А? — переспросил старик и приложил ладонь к уху. — Призрачный... кто? Веер, что ли? Не слыхал о таком.

У меня дёрнулась бровь от раздражения.

— В общем, я герой, видишь? — продолжил старик, указывая на свой мешковатый, плохо сидящий наряд. — Куда мне идти, чтобы помочь?

Сдерживая вздох, я снова указал влево.

— Сэр, вы больше всего поможете, если останетесь в безопасности, подальше от...

В лицо ударил резкий порыв ветра, и я невольно отшатнулся. Старик, который секунду назад стоял передо мной, теперь оказался позади и положил руку мне на плечо.

—...опасности?

— Совет тебе, малец, — прорычал у самого моего уха старческий хриплый голос, и внезапно в нём не осталось ни вялости, ни слабости — только ясность и энергия. — Внешность обманчива. Если герой доживает до моих лет, значит, он был достаточно хорош, чтобы не сдохнуть по дороге.

Я не успел ответить, ведь его уже не было рядом. Он уносился прочь, к центру города.

Я обернулся и уставился ему вслед. Что это вообще сейчас было? Он правда старый про-герой, как сказал? Или просто короткая вспышка ясности посреди старческого маразма? Волосы на затылке у меня встали дыбом, и это ощущение подсказывало первое. Но достаточно ли я уверен, чтобы позволить беспомощному старику уйти в зону боевых действий?

Я включил рацию.

— Э‑э... Жжение? Тут какой-то чокнутый старик в геройском костюме только что пронёсся мимо меня в сторону Ному, — сказал я, провожая взглядом бело‑жёлтое пятно, стремительно исчезающее вдали. — Разрешите преследование? Он быстрый, но я скопировал его Причуду, так что должен успеть.

— Он назвал геройское имя? — спросила Жжение.

— Нет.

Она тяжело вздохнула.

— Можешь проследить за ним ровно настолько, чтобы убедиться, что он реально герой, на всякий случай. Но как только разберёшься, сразу возвращайся на пост. Следи за боковыми улицами и перекрёстками на случай, если придётся направить профи для эвакуации старика.

— Есть, мэм! — с энтузиазмом отозвался я.

Я почувствовал, как у меня будто растягиваются рёбра и покалывает ступни: это моё тело подстраивалось под новую причуду. Я вдохнул и удивлённо поднял брови: воздух всё вливался и вливался в меня, как будто внутри меня надували воздушный шар. Я принял спринтерскую стойку, прислушался к инстинктам новой причуды и сжал этот «шар».

— Твою ж...! — заорал я, когда меня катапультировало вперёд; швы на белых ботинках моего костюма лопнули от внезапного напора воздуха.

На лице у меня сама собой растянулась недоверчивая улыбка от этой скорости, хотя желудок у меня и подскочил к горлу от резкого ускорения. Но, какой бы дикой и мощной она ни была, это была не первая причуда, которую мне приходилось осваивать на ходу. Я годами занимался гимнастикой специально для того, чтобы моё тело было достаточно ловким и могло адаптироваться к самым странным движениям. И с этой я тоже разберусь. Желательно ещё до того, как расквашу нос об асфальт.

Через несколько секунд я придумал... наверное, не самый оптимальный способ применять причуду старика, но хотя бы такой, который не даст мне разбиться в лепёшку. Если вовремя выпускать короткие струи воздуха в такт шагам, можно было, по сути, бежать по воздуху. И это было не просто быстро — это было стильно.

Фалды моего плаща трепались на ветру, пока я парил, как те самые книжные «призрачные воры», в честь которых и выбрал себе имя, стремительно приближаясь к главному полю боя.

Ещё недавно спокойный городской пейзаж превратился в руины из огня и стекла. Густой чёрный дым, воняющий горелым пластиком и резиной, валил из остова разбитой машины. По всему бульвару окна были выбиты, витрины — разбиты, а фасады магазинов обрушились. А в центре всего этого две громадные твари дрались с героями, числом в несколько раз превосходящими их.

Я прищурился, впервые разглядев Ному. Подходить близко я, конечно, не собирался; я был уверен, что справлюсь с любым противником, с которым бы ни сцепились эти зазнавшиеся придурки из 1‑А, и даже с чем-то посерьёзнее. Но к врагу, которого даже Всемогущему пришлось валить с помощью другого учителя, я относился куда осторожнее.

Один Ному выглядел ровно так, как описывали слухи: высокий чёрный мускулистый гигант с открытым мозгом. Второй же был приземистый, краснокожий, с пузом; тот поджигал здания вокруг ядовитыми отрыжками. Но при всей своей угрозе они были далеки от того ужаса, который расписывал класс 1‑А.

— И это всё? — пробормотал я, хмуро рассматривая злодеев.

Против этих двух видов биооружия стояла разношёрстная толпа героев уровня «С» и местных спасателей Хосу. И хотя им не удавалось сдерживать Ному, бой всё же не выглядел безнадёжным. Да, чёрный Ному был сильным — настолько, что герой с бычьими рогами, пытавшийся его скрутить, едва выдерживал удары. Но монстр был медлительным и неуклюжим: он разрушал всё вокруг скорее потому, что просто пёр напролом, чем из-за какой-то запредельной мощи. Огонь красного Ному выглядел опаснее, но я видел куда более масштабное пламя у Жжение, не говоря уже о Старателе.

Зато герои уровней «С» и «D», которые им противостояли, разочаровывали ещё сильнее. Дядька, у которого из предплечий торчали крылья насекомого, подлетел и попытался пнуть чёрного Ному в лицо, но тут же был отброшен. Герой, одетый как ниндзя, создал клонов и начал швырять сюрикены в лицо красному Ному, но того это даже не впечатлило: царапины на нём затягивались почти так же быстро, как появлялись. Поодаль я заметил блондинку, которая держалась в стороне, та была уже слишком упала духом, чтобы участвовать в битве.

У меня сжались челюсти. Если за ближайшие три года я не сделаю себе имя, то именно такой уровень героев и будет максимумом, который я смогу привлечь в своё агентство: среднячки без хороших причуд и перспектив. Герои, чью способность мне даже копировать нет смысла. У меня всего три года, чтобы стать достаточно известным и собрать по-настоящему талантливую команду, а эти гады из 1‑А украли у меня один из немногих шансов!

Когда чокнутый старик, за которым я гнался, обозначил себя на поле боя, я увидел, насколько разительной может быть разница в таланте. Одним движением тёмная тварь, которая безнаказанно громила район, вдруг оказалась на лопатках. Жёлтое пятно, сбившее её, не остановилось: оно взмыло на несколько этажей вверх, а затем рухнуло вниз, как метеор, прямо на живот чёрного Ному — да с такой силой, что треснул асфальт, а в земле образовалась круглая воронка размером в несколько машин. Старик легко отскочил назад, уворачиваясь от струи пламени, а затем герой‑ветеран в жёлтом плаще повторил рывок в небо и падение, выбив такую же воронку под красным Ному.

— Хорошие новости, — сказал я, щёлкнув рацией. — Старик, за которым я шёл, оказался не хухры-мухры.

— Если тот, на кого я сейчас смотрю, и есть тот, о ком ты говорил, — отозвалась Жжение, — то это мягко сказано.

Вниз по улице пробежал мерцающий отблеск пламени — это Старатель мчался на предельной скорости к месту боя, а Пылающие Сайд-кики не отставали за ним. Герой в жёлтом плаще ещё пару секунд вбивал в лежащих Ному вторую серию «воздушных» ударов — те двое уже начали дёргаться и регенерировать, — а затем подлетел к Старателю и обменялся с ним парой слов. Через считанные секунды мой «наставник» повернулся и почти небрежным взмахом руки испепелил обоих Ному мощным потоком синего пламени. Он не остановился, пока существа не превратились в пепел, а растрескавшийся асфальт вокруг них не расплавился.

Вот! Вот чему я должен учиться! Мгновенному реагированию и применению мощных причуд, а не тому, как регулировать движение!

Запах дыма наполнил мои лёгкие. Я поднял глаза и увидел два силуэта, летящих по крышам к другой горячей точке. Мне до боли хотелось рвануть следом, погнаться за собственными возможностями. Но, помня о том, что время заимствованной причуды истекает, я нажал кнопку рации.

— Говорит Призрачный Вор, — с горечью произнёс я. — Возвращаюсь на позицию.

ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ

Моё дыхание с шипением вырывалось из-под фильтрующей маски моего геройского костюма. Один За Всех наполнил мои конечности на 5%, и даже чуть больше, на самой грани дискомфорта, пока я отчаянно перескакивал с крыши на крышу, преследуя окаймлённый огнём силуэт Мирко, мчащийся к хаосу в центре Хосу. И этого всё равно было недостаточно.

Три дня Мирко натаскивала меня в городском маневрировании. Три дня я делал только одно: гнался за Странствующим Героем по крышам разных городов, из последних сил пытаясь не отстать от ушастой героини, пока она подменяла других в их больничные, заявлялась без приглашения, чтобы перехватить злодея у чужих героев, и заскакивала в маленькие пригороды, где местные преступники не привыкли даже к героям из первой тысячи, не то что к топ-десятке. Три дня я падал без задних ног на кровати в незнакомых отелях, наблюдая жизнь, как выражалась Мирко: «Героя, не привязанного к месту, Героя, которому не нужно Агентство». И к концу каждого из этих трёх дней одна только попытка удержаться у неё на хвосте выжимала меня досуха.

Часть меня только сейчас осознала, насколько сильно Мирко всё это время сдерживалась ради меня.

С адреналиновым криком я рванул вперёд и перемахнул на крышу по ту сторону четырёхполосной дороги. На миг я ощутил только ветер, свистящий в ушах, а потом желудок ухнул вниз: инерция уступила место гравитации, и я начал падать. Ступни задели крышу всего в нескольких сантиметрах от края, и я бросил тело вперёд, уходя в страховочный перекат, чтобы погасить удар. Асфальт и битум больно прошлись по моей спине и плечам — я уже понимал, что потом это расцветёт синяками, — но пока сердце бешено колотилось, а воздух врывался в лёгкие рывками, мне было легко заглушить это, отложить боль на потом. Когда я снова вскочил на ноги, Мирко уже была на следующей крыше: её фиолетово-белое трико сияло маяком на фоне закопчённого неба.

Стиснув зубы, я прыгнул к хлипкой на вид пожарной лестнице, доверяя перчаткам костюма защитить ладони от ржавого металла, и схватился за внешние перила. Вместо того чтобы терять время на ступени, я подтянулся и перемахнул через перекладину, поджав ноги к груди, чтобы приземлиться на платформу. Потом я прыгнул вверх насколько возможно ровно: чуть дальше вперёд и я ударюсь головой о лестницу, чуть дальше назад — и сорвусь в переулок далеко внизу. Каждый прыжок для меня был упражнением на точность и контроль, и каждый раз, когда я на секунду замирал, чтобы поймать равновесие и оценить следующий ход, Мирко уходила всё дальше и дальше.

Пот стекал с меня по кудрям и попадал в глаза, когда я выбрался на крышу. Я моргнул, отгоняя жжение, и тут же моргнул снова, потому что резкий порыв ветра забил глаза дымом. Когда я открыл их, Мирко была на месте:её взгляд перебегал то на что-то вроде GPS-карты, то вниз, на бурлящую улицу.

— Дальше тебе нельзя, пацан, — окликнула она, когда я подошёл.

— Я... понимаю, — выдохнул я. Часть меня отчаянно хотела рухнуть прямо здесь и хоть секунду отдышаться, но я заставил себя поспешить к ней, чтобы не задерживать. — Без... лицензии, да? — спросил я.

Мирко чуть повернула голову, глянула через плечо и ухмыльнулась.

— Даже будь она у тебя, я не люблю делиться моими драками, — сказала она. — Там внизу и так хватает халтурщиков, так называемых профи, которые только путаются под ногами. Не хватало ещё сопливого пацана в придачу. Но да, конечно. Можешь списать на лицензию, если тебе так спокойнее.

— Я, эм-м... ладно, — пробормотал я. Несмотря на резкость её слов, я не удержался от улыбки. Почему-то я легко мог представить, как Ка-чан говорит ровно то же самое.

Если Мирко и заметила мою странную реакцию на «оскорбление», виду она не подала, снова оценивая взглядом залитые огнём улицы.

— Так... посмотрим. Кто тут есть и кто тут хотя бы чуть менее бесполезен, чем остальные? — вдруг её уши дёрнулись, и Мирко присела. — Нашла. За мной! — скомандовала она и тут же сорвалась с места, кувырком ныряя с десятиэтажной высоты к краю огненного ада.

Несмотря на головокружительную высоту, я последовал за ней, доверившись Один За Всех, чтобы пережить приземление. И только в последний момент понял: Мирко целилась в верхушку фонаря, чтобы прервать падение. Она оттолкнулась от него, превратив резкое снижение во что-то более мягкое.

Я этого не сделал.

Я приземлился тяжело. По моему телу пробежали судороги боли: колени и лодыжки взвыли от внезапной перегрузки. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы ноги вообще распрямились и я смог, прихрамывая, потащиться за Мирко. Та уже разговаривала с героем в синей форме и шлеме с плавником. Офигеть... это же Мануал. Сейчас явно было не время просить автограф, и было бы сложно объяснить, насколько вдохновляет то, что он сумел добиться успеха как «Обычный Герой» с просто средненькой причудой — особенно теперь, когда у меня есть Один За Всех, — но после Всемогущего он был одним из моих личных любимчиков!

— Слуш, Мидзусима, ты же вродь уже не даёшь одному ребёнку убиться, — сказала Мирко, когда я подошёл достаточно близко, чтобы слышать их разговор. — Второго что ли не потянешь?

— Я не говорю, что не потяну! Я говорю, что ты не можешь просто явиться и... и свалить на меня своего стажёра... — запинаясь, выдал Мануал, выглядящий совершенно ошарашенным.

— Ещё как могу, — с бесящей ухмылкой ответила Мирко. — Бывай!

И она ускакала, оставив меня с Мануалом, который плевался от возмущения. Мануал с досадой посмотрел на меня, затем натянул профессиональную улыбку.

— Как тебя зовут, парень? — спросил он, но тут же выдал: — Ой!

Он резко переключил внимание на ближайший пожарный гидрант, вызвал мощный поток воды и выстрелил им над крышами соседних зданий, заливая их, прежде чем внезапный шквал искр, принесённых ветром, успел бы что-то поджечь.

— Д-Д-Деку! — выкрикнул я, как только стало видно, что он может уделить мне секунду. — В смысле, моё имя! То есть... не имя, а... геройское имя! Я... я так понимаю, это...

— Да-да, Деку, понял, — рассеянно отозвался Мануал; между бровями у него пролегла складка от концентрации. Ещё один столб воды ударил по следующему зданию, рядом с тем, которое он только что временно обезопасил. — Мирко ввела тебя в курс дела?

Я поморщился и покачал головой.

— Она, эм-м... просто была неподалёку, услышала взрыв, почувствовала дым и... ну... крикнула «за мной!» и побежала в эту сторону?

Я чувствовал вину за то, что не смог удержаться рядом с Мирко в её бешеном рывке через город. Может, если бы я не отставал, у неё было бы время объяснить. Если она вообще знала детали, потому что я не видел, чтобы она связывалась с Геройской Комиссией на бегу.

Мануал нахмурился, услышав мой ответ.

— Ладно. Вкратце: команда Злодеев атаковала центр Хосу, судя по всему, ради бессмысленного разрушения. Мотивы и цель пока неизвестны, поэтому большинство про-героев сейчас сосредоточены на эвакуации гражданских и сдерживании огня. По сообщениям, злодеи довольно опасные, так что пока герои просто удерживают их до прибытия «тяжёлой артиллерии».

Тяжёлой артиллерии вроде Всемогущего... который, возможно, и не придёт. Слишком уж поздное время суток. Если верить фан-сайтам, отслеживающим его появления (я не мог удержаться и проверял их на перерывах), он весь день носился по району Мусутафу, поддерживая иллюзию, будто его сила по-прежнему полностью при нём. Вряд ли у него оставалось больше пары минут, если вообще оставалось.

Снова я ощутил острую необходимость стать сильнее. Оправдать мечту, которую доверил мне Всемогущий.

— Что мне делать, Мануал-сан? — уважительно спросил я.

Он указал на перекрёсток, где неровной цепочкой тянулись гражданские, быстро уходя от огня.

— Иди помоги Мисс Мистерии, — сказал он. — Помоги ей координировать эвакуацию. У меня нет времени объяснять тебе то же, что я объяснял ей, так что просто следуй её примеру.

Я проследил взглядом за его пальцем и увидел шатенку в развевающемся белом плаще и таком же цилиндре. Удивительно, но я её не узнал. Новый герой? Мануал взял себе нового сайд-кика, пока я был занят в Юэй и не следил за новостями? На мгновение мне даже захотелось достать телефон и проверить, но здравый смысл победил, и я резко кивнул.

— Есть, сэр, — сказал я и, о чудо, ни разу не заикнулся.

Этого Мануалу явно хватило: он почти сразу отвернулся обратно к огню, который снова лизал крыши соседних зданий. Я тоже развернулся, направляя Один За Всех в ноги, чтобы быстрее добраться до толпы, бегущей из центра. Я затормозил рядом с женщиной в белом, на которую указывал Мануал.

— Мисс Мистерия? — вежливо спросил я, краем глаза наблюдая за ней и одновременно оценивая местность на предмет угроз.

— А? Мидория-сан? — отозвалась героиня. — Что ты здесь делаешь?

Я удивлённо повернулся, чтобы рассмотреть её как следует. Она определённо выглядела знакомо, но маска-домино и тень от полей цилиндра мешали узнать лицо. А потом я заметил облачко кудрявых волос по бокам.

— А! Э-э... Оримото-сан? — неуверенно спросил я.

— Ага! — подтвердила ученица класса 1-В. — Не знала, что кто-то ещё из Юэй будет в Хосу. Ты тоже стажируешься у кого-то из приезжих, кто охотится за Штейном?

— Типа? Наверное? — я почесал затылок. — Мирко-сан вообще не говорила мне, что мы идём в район Хосу из-за Штейна, но я видел слухи на паре форумов фанатов, так что, наверное, просто решил, что мы здесь поэтому.

— Она не сказала? — воскликнула Мисс Мистерия и хихикнула. — Спорим, она просто не хотела выглядеть глупо, если вы его так и не поймаете!

Я начал заикаться, пытаясь защитить Мирко, но не успел вставить и слова, как Мисс Мистерия огляделась.

— Так это Мирко, да? Круто! А где она? Думаешь, она даст мне автограф?

Я поморщился.

— Она, эм-м...

Одно торопливое, сбивчивое объяснение спустя Оримото смеялась так, что некоторые эвакуирующиеся даже оборачивались.

— Она просто оставила тебя с Мануалом? Ну умора! — выдавила она сквозь смех. Я почувствовал, как щёки у меня горят от смущения, но её смех не был злым, скорее искренне весёлым. — Ладно. Короче, Мануал сказал, что для нас главное оставаться на виду и успокаивать людей. Мы, типа, новички, нам нельзя использовать причуды без присмотра, так что мы не должны расчищать завалы или вытаскивать людей из окон и всё такое. Но мы можем помогать как обычные люди, без причуд, в смысле, и давать указания.

С этими словами она шагнула вперёд, привлекая внимание новой пары гражданских, показавшихся из-за угла.

— Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и продолжайте движение! — крикнула она, указывая вниз по улице, прочь от места битвы Мануала с огнём. — Пункт эвакуации в двух кварталах к северу, на авеню Вампа!

Голос у неё был спокойный, чёткий и звонкий: даже с другой стороны улицы люди махнули в знак понимания и двинулись в нужном направлении.

Я был впечатлён.

— У тебя отлично получается! — сказал я Оримото. — Мне было бы трудно вот так раздавать людям команды.

Оримото снова рассмеялась.

— Да ну, брось, — довольно сказала она. У неё была приятная улыбка, и я невольно улыбнулся в ответ. — Просто у меня громкий голос, вот и всё. Это несложно. Давай, следующий твой.

Я глубоко вдохнул, готовясь окликнуть следующую группу, как вдруг заметил движение над северными зданиями. Я напрягся на долю секунды, но тут же расслабился, увидев, что это всего лишь поезд, пролетающий через Хосу на высокой скорости, не замедляясь для посадки.

А потом, со скрежетом искорёженного металла, слышным даже за несколько кварталов, он взорвался.

Секунду я просто смотрел, не веря глазам, пока крики — я вдруг понял, что слышу крики, — не выдернули меня из ступора.

— Пошли! — заорал я Оримото. — Надо помочь!

Ноги понесли меня почти сами, работая на пределе обычных человеческих мышц. Позади я слышал, как Оримото кричит Мануалу, куда мы бежим; её голос затихал, пока я медленно отрывался от неё. Но даже будучи быстрее неё, я был мучительно медленным. Искушение схитрить — совсем чуть-чуть позаимствовать каплю силы у Один За Всех, чтобы оказаться рядом с людьми в беде хоть на мгновение раньше, — было трудно игнорировать. Было много причин не делать этого: это незаконно, мчаться неподготовленным на злодея опасно, это может разрушить мою карьеру... Но сдерживался я не поэтому.

В конце концов, это была вера. Вера в то, что Мирко и Мануал не просто так приказали мне держаться подальше от опасности. Вера, что другие Герои в Хосу окажутся на месте так же быстро или быстрее меня. Вера, что им будет легче помочь невинным, если я не буду путаться под ногами. Поэтому я бежал, кусал губы изнутри, сжимал кулаки так, что ногти впивались сквозь кожу перчаток, и молился, чтобы моя вера была вознаграждена.

Когда я впервые увидел злодея, атакующего город, всё внезапно стало куда сложнее — не только потому, что я узнал в нём Ному, но и потому, что он, похоже, узнал меня.

По крайней мере, внимание крылатого шестиглазого летающего оружия резко переключилось на меня, отвлекаясь от попытки вскрыть вагон на эстакаде. Он мгновенно бросил атаку на железную дорогу — а это было хорошо, — но так же быстро спикировал в мою сторону. Я запаниковал и приготовился, активируя 5% Один За всех, так как запрет на использование причуды не действовал при прямой атаке суперзлодея, тут уже вступали в силу пункты закона о самообороне... И почему вообще я думаю о юридических тонкостях, когда на меня летит Ному?! Я бросился в сторону, когда он спикировал, едва увернувшись от захвата когтистых лап. Порыв ветра от его крыльев отбросил мне волосы назад, когда тварь взмыла вверх для нового захода.

— Что ты делаешь?! — вдруг закричала Мисс Мистерия. — Беги!

Точно! Если его внимание сфокусировано на мне, я должен увести его за собой, прямо к профи, за подкреплением! Я схватил с дороги кусок асфальта и метнул его, как мячик, заставив Ному дёрнуться в сторону.

— Ну давай! Иди сюда, ты... ты, злодей! — заорал я, и, как только тот снова пошёл в пике, я развернулся и понёсся в противоположную сторону.

«Мирко-сан!» — не удержавшись, мысленно крикнул я. — «Сейчас было бы очень хорошее время вернуться!»

SCR*YED*SCR*YED*SCR*YED*SCR*YED*SCR*YED*SCR*YED

— Да сколько времени нужно этой женщине, чтобы, сука, переодеться?! — заорала я, отступая на шаг и впечатывая идеальный правый прямой в челюсть биоинженерного оружия ужаса.

Мне бы самой не помешало переодеться: какое-то шальное щупальце-язык (и что за мерзкая, извращённая деталь для боевой машины?) во время уклонения, которое едва не провалилось, изодрало мой плащ в клочья. Ух блин, а ведь замена таких стоит недёшево. Серьёзно, Харуно, ты акула бизнеса, но хотя бы компетентная; так какого чёрта долго?

Неудивительно, но как и в прошлые разы, когда я попадала по Ному как следует, тварь почти не отреагировала на удар. Единственным плюсом в драке с ней было то, что сознания у неё кот наплакал; в этом жутко выставленном наружу мозге крутился, похоже, ровно один пункт — следующий ход, из-за чего читать её намерения было почти оскорбительно просто.

Я нырнула под неуклюжий захват, скользнула назад шагом окури-аси, а ладонью, скользнувшей по её торсу, считала намерение придавить меня массой к земле. Почти лениво я ударила туда, где у обычного человека была бы почка, когда тварь пролетала мимо меня, потом добавила ещё три раза в ту же точку — просто потому что могла, время позволяло. Обратной связи о боли через причуду не приходило, так что вряд ли это её замедлит, но, честно говоря, день был паршивым. Поэтому иметь под рукой грушу, на которой можно сорвать злость, отнюдь не худший вариант.

А злости во мне хватало. Харуно выше меня в Рейтинге? Ладно. Герои-следователи никогда не берут верхние строчки. Харуно постоянно язвит про мой возраст? Плевать, я привыкла, что она мымра. Харуно взяла стиль боя, которому я её учила, и прославилась раньше меня...?

Я выбила колено из-под Ному, когда тварь снова рванула на меня, затем я перехватила её руку, упёрлась ногой ей в спину и дёрнула, выкручивая. Обычному человеку это выбило бы плечо, но Ному был таким перекачанным, что мне пришлось отпустить и отскочить, чтобы он не размозжил мне голову.

Честно, я могла бы простить Харуно даже это — видит Бог, я никогда особо не любила этот шоу-бизнес. Но делать всё это, играя персонажа, который очевидно списан с меня, и при этом намекать, что я уже не достаточно молода или привлекательна, чтобы играть, блять, саму себя?

Я повернулась, чтобы проследить за Ному, прошедшего мимо меня, и краем глаза уловила движение. Сердце у меня подпрыгнуло от облегчения, но, увидев, кто это, я взорвалась яростью.

— Серьёзно? — рявкнула я на режиссёра Коноэ, который жался у приоткрытой двери, вернувшись с портативной камерой в руках.

— Я обязан! — крикнул он в ответ. — Это лучшая экшн-сцена, которую мне когда-либо доводилось снимать!

У меня было примерно восемьдесят шесть миллионов способов объяснить ему, какой он дебил, но Ному, к сожалению, выбрал этот момент, чтобы пойти буграми и раздуться, наращивая массу и мышцы перед серьёзной атакой. Я яростно попятилась, сменив работу ног кендо на боксёрскую ради лишней скорости. К счастью, вместо того чтобы схватить один из разбросанных контейнеров и швырнуть в меня, тварь просто использовала прибавившуюся силу для прыжка, взмыв высоко в воздух. Её рот и горло раздулись.

Вот же ж блять.

Я нырнула в укрытие, перекатом уходя в металлический контейнер. Долю секунды спустя язык Ному, похожий на сеть, ударил по крыше контейнера как автоматная очередь по кузову машины: отвратительные мясные щупальца прошили листовой металл. Я танцевала в лесу падающих пик, полагаясь только на рефлексы и на то, что Ному меня не видит, иначе меня бы мгновенно насадило на язык. И даже так мне пришлось увернуться от пары ударов в миллиметре, получив за свои старания ещё и дыры на брюках и жилете.

— Да чтоб меня, — выдохнула я, когда атака наконец прекратилась.

Затем я ударом кулака вбила одно из щупалец в стенку контейнера, потому что, видимо, мне нужно было защитить гражданского рядом, и мне не нужно было, чтобы злодей отвлекался.

— Эй, сюда, уродливая ты ебанина! — крикнул я, выбегая из укрытия.

Когда язык втянулся и тварь поскакала за мной на четвереньках, в животе у меня появился холодок. Не из-за Ному, а потому что Кампестрис уже должна была быть здесь.

Я совсем забыла, что Хикигая всего лишь ребёнок; посчитала его активом, на который можно положиться, а не тем, кем он был — тем, кого всё ещё нужно защищать. Почти никакого боевого опыта, моя прямая ответственность, и я упустила его из виду!

Когда Ному нагнал меня длинными скачками и прыгнул, я успела развернуться к нему лицом ровно вовремя, чтобы меня сбило с ног. Моя спина ударилась о землю, но я подняла обе ноги твари в живот, затем толкнула, швырнув Ному в осветительные стойки. Электричество, к счастью, уже было отключено, так что пожара не будет, но пол снова усыпало осколками стекла и металла.

Ному встал и пошёл на меня, его босые ступни хрустели по острому как бритва стеклу, оставляя кровавые следы, но без признаков боли. Я прищурилась. С одной стороны, отсутствие болевой реакции означало, что многие мои привычные приёмы тут бесполезны. С другой же, ступни Ному не регенерировали. Значит, у него может не быть причуды исцеления. Значит, я, возможно, в самом деле способна нанести ему необратимый урон и нейтрализовать.

Смогу или нет, но мой стажёр пропал, моя злоебучая бывшая стажёрка, вероятно, тоже в беде, так что придётся постараться. Я упёрла кибернетический кулак себе в челюсть и надавила вверх и вбок, хрустнув шеей, потом повторила то же «обычной» рукой. Встряхнула кисти, я сжала кулаки, хрустнув костяшками. Пару раз я подпрыгнула на носках, разгоняя кровь.

— Раунд три, сука, — объявила я, пока Ному продолжал идти на меня. — Готовься, потому что ты сейчас ляжешь.

Словно в ответ Ному снова начал раздуваться. Он пойдёт на меня с массивным рывком сверхчеловеческой силы, с такой инерцией, блокировать которую есть чистое самоубийство. Но если использовать его импульс против него же... Подсечка? Бросок айкидо, если успею занять позицию? Сосредоточься. Приготовься. У меня будет лишь доля секунды. В момент, когда он двинется, я...

— Лунное Падееееение!!!

Будто бы бомба рухнула сквозь дыру в потолке. Только вместо ста килограммов взрывчатки полезной нагрузкой оказались килограммов сорок ушастого про-героя, загорелого и мускулистого, и она приземлилась дропкиком, размозжившим кости, плоть и бетон под ней. Ному, доставивший мне столько проблем, превратился в лепёшку от силы удара, а сама Мирко — ну конечно, это была эта сучка — использовала отскок для совершенно ненужного пафосного сальто назад и приземлилась с пальцами в знаке «победы».

— Йо, Кибер, — нагло ухмыльнулась она. — Проблемки?

Я фыркнула.

— Всё было под контролем, — легчайше соврала я. Может, и мелочно сразу щетиниться на Мирко, когда она только что спасла мне задницу, но у нас с ней была история.

У Мирко была дурная привычка красть аресты у других героев. И получать очки за «активизм в защиту мутантов», хотя на деле она ничего не делала, кроме как попала в топ-десятку. Хотя не то чтобы я завидовала.

— Ты что тут делаешь? — спросила я, стараясь сохранять вежливость.

Мирко закатила глаза.

— Отвечаю на твой аварийный сигнал, алло, — сказала она как само собой разумеющееся. — Это оно? — она презрительно махнула на Ному. — А то, если ты не заметила, снаружи всё ещё жарковато, так что, если я не нужна, то я побежала.

— Не уверена, — мрачно сказала я, давя раздражение от её высокомерия. — Это не мой сигнал, это сигнал Кампестрис, — часть меня успокоилась от того, что сигнал был отправлен; это значило, что Хикигая хотя бы с другим про-героем. Но если он нашёл Харуно, то где она? — Я отправила стажёра за ней, так как оставила свой маяк в машине, и это было несколько минут назад... — что в бою было целой жизнью.

Мирко с тоской посмотрела на дыру в потолке, но вздохнула и махнула в темноту склада.

— Ладно, пошли выкапывать эту охотницу за славой из очередной ямы, в которую она угодила.

Охотница за славой, да? Рыбак рыбака видит издалека.

Хотя я бы предпочла посидеть и отдышаться, я указала на дверь в другую часть склада.

— Сюда, — сказала я.

Пока мы быстрым шагом шли к входу, Мирко повернулась ко мне, приподняв белую бровь.

— Так. У тебя тоже стажёр на этой неделе? Как он?

На язык просилось множество ответов, но в итоге я выбрала:

— Вызывает тревогу, но смышлёный. Хороший пацан, — и надеюсь, я его не угробила. — А твой? — спросила я. — Не думала, что ты берёшь стажёров.

— Всё бывает в первый раз, наверное. Он... — она замялась, обдумывая ответ. — Удивительно хрупкий? Даже когда не ломает себе кости, как дурак... — погодите, она взяла того пацана, что занял первое место на Спортивном Фестивале? Ну конечно, как же иначе. — ...пару спаррингов, и он весь в синяках. Потому и оставила его.

— Если думаешь гонять новичков в боёвке, купи защитные накладки, — посоветовала я. — Знаю хорошего поставщика вещей, которые выдержат то, что ты обычно выдаёшь.

— Ну, звучит... — вдруг, когда мы подошли к двери на другую сторону павильона, длинные уши Мирко дёрнулись и развернулись к ней. — Тихо. Я что-то слышу, — скомандовала она.

Я встала в боевую стойку. Мирко на секунду замерла, потом сделала то же самое, потянулась к ручке и резко распахнула дверь.

На той стороне была паникующая, залитая кровью школьница, которую я на секунду приняла за Харуно, пока не заметила более длинные волосы и лавандовую окантовку формы там, где она не была испачкана.

— Киберпанч-сан! — глаза Юкиношиты Юкино расширились, когда она увидела меня рядом с Героем-Кроликом. — И, эм-м, Мирко-сан! Быстрее! На сестру напал Убийца Героев Штейн, она ранена, и мы втроём его скрутили...

— Тц, — от досады цокнула языком Мирко.

Я была слишком шокирована, чтобы на неё наорать. Эти трое сделали что?

— ...но сестра и Хикигая-кун ранены, им нужна медицинская помощь... — блять, —... и Тодороки-кун тоже ранен, но не так сильно, так что он остался с ними, и...

— Они сильно ранены? — перебила я, положив руку на плечо младшей Юкиношиты, чтобы успокоить её. — Нам нужно срочно доставить их в больницу?

Она сделала глубокий вдох.

— Я, эм-м... сестра в сознании, а Хикигая то отключается, то приходит в себя, но они оба потеряли много крови, так что я не знаю.

Мирко вздохнула.

— Оставляю это тебе, Кибер, — сказала она с недовольным видом из-за того, что Штейна взяли без неё. — В остальной части города всё ещё идут бои. Мне пробиться к медикам и вызвать скорую перед тем, как я уйду?

Я закатила глаза от нетерпеливости Мирко, но кивнула.

— Давай.

Она прыгнула обратно к дыре в крыше, а я повернулась к сестре Харуно.

— Инверна, — сказала я, намеренно используя её геройское имя, чтобы привлечь внимание и удержать её спокойствие. — Ты помнишь, где был медпункт? А, подожди, — я развернулась к проёму, откуда снимал режиссёр. — Эй! Коноэ-сан! Ты ещё там?

Полноватый режиссёр высунул голову из-за кадки с растением. Его кудрявые волосы и жилет были покрыты белой цементной пылью от ударов, сотрясавших всё вокруг, но его глаза сияли энтузиазмом.

— Это. Было. Невероятно! — начал он, но я подняла руку, останавливая его.

— Помоги нам добраться до медпункта, а потом мне нужно, чтобы ты эвакуировался по-настоящему. Нет гарантии, что это место не рухнет, — сказала я.

Повернувшись к всё ещё слегка контуженной девушке передо мной, я наклонилась и посмотрела ей в глаза:

— Инверна. Соберись. Нам нет смысла бежать на помощь сестре без чего-либо, чем можно реально помочь, и мне нужно, чтобы ты помогла быстро найти её в этом лабиринте. Твоя нога выдержит ещё немного бега? — спросила я, глядя на уродливую рану на её голени, покрытую блестящим красным льдом.

Она перевела взгляд с меня на полноватого режиссёра, который уже слегка запыхался, подбегая к нам. К моему облегчению, уголок её рта дрогнул в слабой улыбке.

— Тормозить нас я не буду, — сказала она.

Аварийные маяки притягивают про-героев как дерьмо мух, особенно в конце кризисных ситуаций. Но я не собиралась жаловаться. Я и сама не раз опаздывала на атаки злодеев, и жгучее чувство бессилия не становилось легче, сколько бы раз это ни случалось. Поэтому я не удивилась, увидев, что к тому времени, как мы с Инверной вышли из медпункта, Мануал, Индеец и пара потрёпанных стажёров уже прибыли к павильону и искали маяк. Индеец увидел меня и неловко помахал. Я сдержала вздох. Ну естественно, я и на него сегодня наткнусь. Так мне и надо за то, что уехала из Чибы.

— Эй, вы четверо, идите помогите нам тащить аптечки! — крикнула я.

Когда они подбежали, я заметила, что зеленоволосый пацан выглядит знакомо. Когда я поняла, что это победитель фестиваля Юэй (а значит, стажёр Мирко), я не могла не заметить, что его костюм изодран в клочья, покрыт дырами и царапинами.

«Господи боже, Мирко, ты маньячка», — подумала я. — «Что за нахер «спарринги» у тебя такие?»

ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ*ОЗВ

Пока я мчался обратно к Мануалу так быстро, как мог, становилось всё очевиднее, что я совершил ошибку. Я принял решение бежать навстречу опасности, потому что эмоции не позволяли мне стоять без дела; теперь же я нёсся обратно, потому что не мог сделать ничего. Ни защитить людей, на которых напали, ни защитить себя. Я гнал тело на пределе, пытаясь оторваться от крылатого злодея, наседающего на меня. 5% силы Один За Всех потрескивали вокруг ног, как молнии. Мои недавно измученные колени и лодыжки протестовали против такой нагрузки. А Ному всё равно приближался с пугающей скоростью.

Я едва преодолел четверть пути до Мануала, как когти с силой железа вцепились мне в плечи и начали поднимать в небо. Заваленная обломками улица и тлеющие здания провалились вниз, и я изо всех сил старался напомнить себе, что был на такой же высоте, когда бегал по крышам с Мирко по собственной воле. Это не особо помогало. Ветер свистел у меня в ушах, я схватился за лодыжки Ному, пытаясь вырваться, но, как я ни тянул, хватка того не ослабевала. Мне просто не хватало рычага.

— Отпусти меня! — заорал я.

— Держись, Мидория! — крикнула снизу Мисс Мистерия, срываясь на полный спринт, чтобы не отстать от твари, уносящей меня.

Она превратилась в облака белого пара, вырывающиеся из её белого плаща и цилиндра, и когда эти клубящиеся облака потянулись ко мне, я на миг различил её лицо. Но тут крылья злодея взмахнули, создав мощный нисходящий поток ветра — слишком сильный даже для такого размаха крыльев. Часть меня подумала, нет ли у него второй причуды, в то время как остальная часть хотела простонать от отчаяния. Облачное тело Оримото отреагировало на внезапный шквал так, будто её ударили. Она рухнула на землю, а Ному взмыл ещё выше над крышами.

Я, вероятно, всё ещё мог бы приземлиться без серьёзных травм, но мы поднимались всё выше, и Ному не собирался останавливаться. Я обещал Мирко, что не буду ломать себе пальцы, как на Спортивном Фестивале, но думаю, даже она согласилась бы, что это чрезвычайная ситуация! Я заставил руки согнуться, несмотря на когти, впившиеся мне в плечи, схватил левой рукой своё правое запястье, прицеливаясь в голову Ному, и приготовился. Не только к боли от сломанного пальца, но и к тому, что сразу после этого мне нужно будет вернуть концентрацию, чтобы приземлиться целым и живым. Если бы только он пролетел над зданием! Я уже собирался выстрелить, как вдруг мелькнувшее движение в ночном небе заставило меня передумать.

Окружённый светящимся тотемом огромного орла, герой в коричневом комбинезоне, меховом плаще и с перьевой повязкой камнем рухнул на нас с ближайшего небоскрёба.

— Пикирование Тотемного Орла! — крикнул он, и его голос сопровождало странное эхо, похожее на крик хищной птицы.

Герой врезался в Ному сверху, отправив нас всех троих в кувыркающееся падение, а главное вынеся нас над крышей соседнего здания. Увидев возможность, я схватил ноги, держащие мои плечи, и подтянулся, как при подъёме ног в висе, резко выбросив ступни вперёд, пока они не стали параллельны земле. Если бы Ному летел нормально, он, вероятно, компенсировал бы резкую смену веса, но, будучи уже выбитым из равновесия, моё движение потянуло его в пике к крыше внизу. Удивлённый и отвлечённый он ослабил хватку, и мощным рывком, разорвавшим костюм на моих плечах, я вырвался из когтей, отшвырнув себя в сторону, уйдя в перекат на крыше. На грубой, ребристой алюминиевой крыше.

Когда мир перестал вращаться и я смог загнать воздух обратно в протестующие лёгкие, я сел и увидел, что спасший меня герой — теперь я узнал в нём Индейца — прессует Ному сверху, прижимая его к улице. Ному был быстрее и наверняка сильнее, но Индеец брал верх за счёт чистого мастерства и решимости. Он не мог делать это вечно, но ему и не нужно было. Как только Ному оказался достаточно близко к земле, мощный хлыст воды взметнулся вверх, как живое существо, схватил Ному и с силой впечатал его в землю.

Я встал. Этот последний манёвр, который точно был делом рук Мануала, убрал Ному из моего поля зрения, а мне всё равно нужно было спускаться. Слегка поморщившись, я поднялся на ноги, подключился к неиссякаемой энергии внутри и побежал к краю крыши. Я спрыгнул в переулок, отталкиваясь от стен, чтобы контролировать падение, и осторожно выглянул из-за угла.

Индеец удерживал Ному на земле изо всех сил, его плечи дрожали от напряжения, а поверх его фигуры накладывался призрачный силуэт медведя. Мануал тем временем загонял струю воды, похожую на поток из пожарного шланга, в рот и нос Ному, пытаясь его утопить. Даже со сверхсилой и множеством причуд Ному нужен был воздух, и вскоре его дёрганья и борьба прекратились.

Паника поднялась у меня в сердце.

— Мануал-сан! — крикнул я, подбегая к герою в шлеме с плавником.

— Назад, Деку! — рявкнул Мануал, на секунду отведя взгляд от Ному, чтобы глянуть на меня. — Мы обсудим, насколько невероятно безрассудным было то, что ты только что учудил, но позже, — неодобрительно добавил он.

Я поморщился. Слышать такое от человека, которым я восхищался, было больно, но то, что вода Мануала всё ещё закрывала лицо Ному, заставило меня сделать ещё несколько шагов вперёд.

— Мануал-сан, его нельзя убивать! — крикнул я. — Там внутри может быть человек!

Его хмурый взгляд стал ещё мрачнее, но Мануал всё же отвёл струю воды от обмякшего Ному.

— Уведомление от Геройской Комиссии разрешило все меры, вплоть до летальных, — с натянутым терпением сказал он. — И я не знаю, насколько обычная потеря сознания удержит такую тварь, — даже сейчас его струя воды висела рядом с лицом Ному, готовая ударить снова, если тот очнётся. — Я уважаю твоё желание не лишать жизни без необходимости, но, по информации от Геройской Комиссии, эти существа неразумны.

У меня скрутило живот. Сколько таких существ атаковало город? И сколько из них уже было убито людьми, которые, как они думали, поступали героически?

— Хикигая-кун... э-э, это один из моих одноклассников... — сказал я, стараясь смотреть Мануалу в глаза, чтобы убедить его в своей серьёзности, — у него причуда копирования, которая ещё делает анализ. Он коснулся Ному, ну, первого, в «USJ», и... он узнал одну из его причуд. Она принадлежала его другу из средней школы.

Вдруг я услышал, как кто-то ахнул позади меня. Пока я был сосредоточен на Мануале, Оримото-сан, видимо, догнала нас.

— О господи, это был Займокудза-кун? — с ужасом спросила она.

— Я, эм-м, кажется, да? — сказал я, поворачиваясь к ней. Её руки были прижаты ко рту. — Я слышал имя только раз, но, кажется, да.

— Господи боже, — повторила она тише.

Мануал вздохнул.

— Попробую уточнить по связи, — сказал он, прижимая руку к боку шлема. — Если ты прав, то летальная сила точно не должна быть разрешена.

Пока Мануал отошёл, Индеец, всё ещё сидевший над распластанным Ному на случай, если тот внезапно очнётся, повернулся и посмотрел на меня с ухмылкой.

— Кишка у тебя не тонка, парень. Уводить Ному от поезда было не самым умным ходом, но ты, скорее всего, спас там немало людей.

Я почувствовал, как краснею.

— Я... эм-м... то есть... э-э... с-спасибо, что спасли меня, сэр! — пролепетал я, кланяясь несколько раз, чтобы показать искренность.

— Да не парься, — легко сказал он. — И не парься насчёт Геройской Ассоциации. Ты тоже, девочка, — добавил он, кивнув Оримото. — Я видел всё своим орлиным зрением и с радостью подтвержу, что никто из вас не использовал причуды, пока вы не подверглись нападению и не оказались в непосредственной опасности.

Это точно не было моей главной заботой этого вечера, но я всё равно немного расслабился. Дальнейшее обсуждение прервал Мануал, вернувшийся к группе.

— Геройская Ассоциация подтвердила, что Ному безмозглы, — сказал он с облегчением на лице, — но наличие живого экземпляра, похоже, им полезно, так что, ну, мы всё сделали правильно. Ассоциация перенаправит кого-то, кто сможет удержать Ному; после их прихода нас попросили оказать первую помощь раненому профи до прибытия скорой.

Я выдохнул с облегчением. Пока мы ждали героя, которого присылала Ассоциация, я повернулся к Оримото-сан.

— Ты как? — спросил я. Она всё ещё выглядела бледной под чёрной маской-домино, вшитой в цилиндр, и ей потребовалась секунда, чтобы ответить, будто она была погружена в мысли.

— Я... — начала она, но покачала головой. — Просто всё ещё в шоке, наверное? — её лицо выглядело обеспокоенным. — Я же вообще не знала. Неужели поэтому... — она снова оборвала фразу, не находя слов. — Неудивительно, что Хикигая так изменился.

Воспоминание о преследующем крике потери эхом отдалось у меня в ушах. Теперь настала моя очередь не знать, что сказать. После пары попыток, когда я просто открывал и закрывал рот, я наконец выдавил:

— Мы его поймаем, знаешь. Того, кто всё это натворил.

Светло-карие глаза Оримото встретились с моими.

— Ты знаешь, кто это? — спросила она, вдруг напряжённо сфокусировавшись на мне.

Упс. Мне, наверное, не стоило упоминать Все За Одного, да? К счастью, прежде чем она успела надавить на меня вопросами, один из сотрудников агентства Старателя, один из Пылающих Сайд-киков, подъехал на оборудовании поддержки, похожем на трёхколёсный велосипед-переросток. Он поправил рогатую маску, выдохнул облако пахнущего спиртом тумана на Ному, а затем начал сковывать злодея сверхпрочными кандалами.

— Я закончил, — сказал сайд-кик через пару минут. — Вы, ребята, можете идти.

— Спасибо, Онима, — сказал Мануал. — Как там обстановка?

Онима махнул рукой в воздухе.

— Новых сообщений о злодеях нет, экстренные службы берут пожары под контроль, но Хосу сегодня определённо досталось. Говорят, было шесть этих штук, Ному.

Мануал поморщился, но кивнул.

— Спасибо за информацию. Береги себя, — затем, повернувшись к нам, он указал на ближайший перекрёсток. — Нас попросили оказать первую помощь и защиту группе героев в одном из складов вон там, — сказал он. — Будьте начеку и не убегайте никуда, — добавил он, серьёзно глядя на меня и Оримото.

Несмотря на отсутствие скоростной причуды, Мануал двигался быстро; сам я, конечно, без проблем не отставал благодаря Один За Всех, а Индеец окружил себя аурой в форме оленя, которая, казалось, увеличивала его скорость, но вот Оримото немного запыхалась, когда мы добрались до указанного склада. Мы прибыли как раз вовремя, чтобы увидеть, как Юкиношита-сан выходит из пункта первой помощи с другим иногородним про-героем, которого я узнал — Героем Кулака Будущего, Киберпанч, — и нас тут же припрягли таскать аптечки и другие припасы.

Естественно, я спросил Юкиношиту-сан, что она здесь делает.

Естественно, она всё рассказала.

Пока меня защищали про-герои от атаки Ному, Хикигая Хачиман помогал защищать про-героя от атаки Убийцы Героев Штейна, самого известного серийного убийцы за последние годы. Крошечное чувство гордости, которое я испытывал за то, что защитил людей в том поезде от Ному, испарилось в суровом свете правды. Снова Хикигая Хачиман был впереди меня. Если бы я не верил, что однажды смогу контролировать полную силу Один За Всех, что однажды смогу оправдать наследие Всемогущего, я мог бы даже позавидовать.

Вместо этого, пока мы пробирались через необычный склад (оказывается, его использовали как киностудию), и «съёмочная площадка» сменилась «зоной боевых действий», я направился прямо к Хикигае Хачиману, чтобы обработать его раны самому. Даже если не я спас других героев от Штейна, я всё ещё мог избавить одноклассника и товарища-героя от лишней боли и страданий.

И вообще, трудно завидовать, когда его руки выглядят как чистый фарш.

Закончив помогать Хикигае и сделав фото с ним, чтобы он мог успокоить родителей, что с ним всё в порядке, я почувствовал себя немного растерянным. Я огляделся, не нужна ли помощь ещё кому-то, но, учитывая, что рядом было почти полдюжины нераненых героев, проводящих сортировку, всё выглядело под контролем. Как раз когда я собирался спросить, нужно ли кому-то что-то ещё или хочет ли Хикигая, чтобы я помог ему сделать тот звонок, о котором он упоминал, я услышал выкрик.

— Эй! Кто-нибудь видел зелёного коротышку с фальшивыми кроличьими ушами?

Я аж поморщился от описания.

— Кто бы говорил, — крикнула в ответ Киберпанч, поднимая голову, продолжая удерживать Штейна своей металлической рукой. С любопытством я посмотрел туда и увидел Мирко, теперь покрытую сажей, с пятнами крови на носках её длинных фиолетовых чулок, которая широким шагом входила в комнату. — Ты сама не то чтобы великанша, знаешь ли. В общем, если ты про того пацана Деку, то он здесь, — сказала она, указывая в мою сторону.

— Пф-ф, уши добавляют двадцать пять сантиметров, — с ухмылкой сказала Мирко, но когда наши глаза встретились, её самоуверенная маска сползла ровно настолько, чтобы показать облегчение, прежде чем она снова улыбнулась и дёрнула большим пальцем через плечо. — Пошли, пацан. Шоу окончено, город успокоился. Мы валим отсюда.

Я моргнул от удивления, так как ожидал остаться хотя бы до прибытия экстренных служб, но я был её стажёром, поэтому поспешно поклонился Мануалу и Индейцу.

— Эм-м, спасибо, что позаботились обо мне! — крикнул я. — Б-было приятно познакомиться с вами всеми!

Индеец поднял взгляд со своего места рядом с раненой Кампестрис, которую уже переложили на переносную койку в ожидании служб, улыбнулся мне и лениво отсалютовал. Мануал, с другой стороны, ограничился куда более сдержанным кивком. Наверное, я всё же произвёл на него не лучшее первое впечатление. Честно, я не мог не чувствовать разочарование, и прежде всего в себе.

— Мирко, у тебя есть пара минут, прежде чем ты уйдёшь? — окликнул Мануал. Он тоже не выглядел особо довольным ею. — Я хотел бы переговорить с тобой.

— Не-а! — беспечно бросила Мирко. — Дела, встречи, сам понимаешь. Пересечёмся позже! — предсказуемо, неодобрение на лице Мануала только усилилось от этого заявления, но она проигнорировала его и повернулась ко мне. — Ты готов? — спросила она.

Я кивнул. Теперь, когда чрезвычайная ситуация закончилась, я чувствовал каждый километр нашего раннего патруля, каждую ссадину и синяк. Я был более чем готов идти, но больше всего мне хотелось домой, а не в очередную отдельную кровать.

— Тогда поскакали, — сказала она.

Неловко помахав на прощание Киберпанч, Оримото, которая стояла в стороне одна, и своим одноклассникам, образовавшим свободный круг после оказания помощи, я бросил последний взгляд на лежащие тела про-героя Кампестрис и Убийцы Героев Штейна и последовал за наставницей в прохладный вечерний воздух.

В отличие от наших ранних безумных рывков через город, Мирко пошла быстрым шагом, направляясь к центру, откуда мы начали патруль. Несколько секунд мы шли в тишине. Воздух пах гарью и был наполнен звуками сирен, но почему-то почти ночной бриз всё равно поднимал мне настроение. Когда вой сирен стал ближе, Мирко повернулась ко мне.

— Слушай, я слышала по рации, что ты не ранен, но решила спросить на всякий случай, раз уж скорые едут. Ты сам в норме? Точно не нужна помощь?

— Я в порядке, — поспешно сказал я. Несмотря на то, сколько у меня было болячек, занятия в Юэй отлично подготовили меня к тому, как ощущаются настоящие травмы. — Наверное, заработал ещё пару синяков, — сказал я, — но Индеец-сан успел спасти меня до того, как могло случиться что-то серьёзное.

Рот Мирко на секунду скривился в горькой усмешке, затем разгладился.

— Это хорошо, — тихо сказала она.

Мы продолжили идти. Одна за другой мимо нас проносились машины скорой помощи с ревущими сиренами. Часть меня умирала от любопытства узнать, что случилось с ней после того, как она отделилась от меня, услышать о Ному, с которыми она сражалась, и о людях, которых спасла, но я так устал, что казалось слишком утомительным нарушать тишину, особенно с постоянными перерывами на сирены. Она, должно быть, чувствовала то же самое, потому что только когда последняя машина скрылась вдалеке, моя наставница наконец заговорила снова.

— Ты извини, — сказала она. — Мне не стоило оставлять тебя, если там не было безопасно.

— Я, эм-м, нет, в смысле, всё нормально! — запаниковал я. — В смысле, вы же шли куда-то по важному делу, верно? Я слышал, как Киберпанч говорила, что вы пришли помочь ей, и вы наверняка ещё дрались, и, эм-м...

— Так и было, — грубо перебила меня Мирко. — Но я могла бы, и, наверное, должна была взять тебя с собой. Или потратить пару минут, чтобы оставить тебя там, где реально безопасно. Или ещё что-то, хрен его знает, — она глубоко вздохнула и выдохнула, глядя на оранжевое уже ночное небо, облака которого всё ещё отражали медленно угасающие пожары. — Вот поэтому я никогда не занимаюсь этой командной хренью, — пробормотала она, наполовину себе под нос. — Я в этом как-то хреновата.

Это был отрезвляющий момент. Со временем я привык видеть случайные промахи и недостатки Всемогущего; узнал его как человека, а не просто как идола. Но слышать, как Мирко признаёт ошибку, слышать сожаление в её голосе, было острым напоминанием, что в конце концов даже лучшие про-герои — всего лишь люди.

— Я тоже напортачил, — неожиданно для себя сказал я. — Я бы, наверное, вообще не оказался в опасности, если бы не рванул помогать людям вместо того, чтобы держаться поближе к Мануалу.

Мирко посмотрела на меня искоса.

— Балбес, — обозвала она меня, но с кривой улыбкой, смягчающей слова. — Похоже, нам обоим есть что поправить в следующий раз, — с этими словами она посмотрела на ближайшие крыши. — Дыхалку восстановил? — спросила она.

Честно говоря, у меня болело всё тело. Там, где мышцы не ныли от беготни по всему городу, они были растянуты и в синяках от борьбы с когтями Ному и падения с высоты. Но даже если моё тело выдыхалось, сила Один За Всех была бесконечной. Всемогущий никогда не сдавался, никогда не уходил, если мог помочь ещё кому-то; даже если я всё ещё совершаю очевидные ошибки, даже если я всё ещё не готов соответствовать его наследию, его решимость, по крайней мере, я мог повторить.

— Думаю, справлюсь, — бодро ответил я.

— Мы пойдём медленно, — успокоила меня Мирко. — Но если уж я собираюсь относиться к этому наставническому дерьму чуть серьёзнее, то мне, наверное, стоит реально чему-то тебя научить, а не просто заставлять гоняться за мной по всему городу. Давай, — сказала она, и её уши дёрнулись от энтузиазма. — Время учиться пост-кризисному патрулированию, — и с этими словами она запрыгнула на крышу ближайшего круглосуточного магазина.

С радостной улыбкой, пробивающейся сквозь усталость, я последовал за ней.

ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ*ЛЗ

Было больно. Тонкие пылающие струйки бежали параллельно вниз по моей шее. Жир и омертвевшая кожа, скопившиеся под ногтями, которые я почти никогда не утруждал себя стричь. Но это было приятным отвлечением от ненависти.

— И это всё? — обвинил я тупого дворецкого. — Я думал, эти Ному должны были быть совершенным оружием. Город должен полыхать, а не просто... вот это, — презрительно сказал я, махнув рукой на всё ещё в основном целый город внизу. — Они почти ничего не сделали!

Ветер принёс клуб дыма в нашу сторону, но он пах только сажей и пеплом, а не жареной плотью. Он принёс с собой звук сирен, но не звуки криков. Пальцы мои зудели. Мне хотелось спрыгнуть с крыши небоскрёба, на котором мы стояли, чтобы разобрать город по кирпичику.

— Мастер говорил вам, что это неудачные образцы, — напомнил мне тупой дворецкий. Как обычно, его лицо было скрыто в этом его чёрном дыму, но светящиеся жёлтые глаза ярко сияли, встречаясь с моими. — Считайте, что вы просто потратили несколько одноразовых пешек. И вы достигли своей первоначальной цели, не так ли, юный господин?

Я злобно посмотрел на Курогири через щели между пальцами Отца.

— Да, да, я зачистил уровень, — прорычал я. — И что? Я не понимаю, зачем Сенсей вообще хотел, чтобы я возился с этим парнем, если он всё равно собирался проиграть и сразу попасться.

— Мы провалили нашу первую попытку убить Всемогущего из-за нехватки надёжных союзников, — сказал Курогири. Ему не нужно было напоминать. Сотриголова умрёт. Я выдавлю эти его грёбаные глазные яблоки, которыми он так гордится, своими большими пальцами, и только затем я его убью. — Жаль, что Штейн не оправдал ожиданий Мастера, правда жаль, но Мастер планировал и этот исход тоже, не так ли?

Моя рука снова потянулась к шее от кипучей злости.

— Это был мой план, — поправил я его, сопротивляясь желанию протянуть руку и схватить тупого дворецкого за шиворот, пока он не развеется, как дым на ветру. — Я был тем, кто сказал, что мы должны украсть всю его славу, это я сказал. Сенсей просто научил меня как.

Курогири выдержал паузу чуть дольше, чем нужно, затем сказал:

— Да, я вспомнил, юный господин. Мои извинения, — снизошёл сука этакая. — В таком случае, позвольте поздравить вас с успехом вашего плана. Полагаю, Мастер тоже хотел бы поздравить вас, — сказал он, жестом указывая в сторону и создавая портал из клубящегося тумана.

Ладно. Мне всё равно надоело просто стоять. Я шагнул в туман. Как обычно, Варп-Врата Курогири сработали гладко и бесшовно, высадив нас обратно в старом баре, который Сенсей использовал как наше убежище. Я сразу направился к антикварному радио за барной стойкой. Сенсей был одной из немногих вещей в этом мире, которую я не презирал до глубины души, и слова Курогири о том, что я смогу снова поговорить с ним, немного смягчили моё бешенство от выступления Ному. Как обычно, голос Сенсея затрещал в эфире, мне даже не пришлось включать радио.

— Томура, — произнёс его богатый голос. Его голос был как тёплое пальто и холодный зимний ветер одновременно, любящий и безжалостный. — С возвращением. Тебе было весело?

— Не успел по полной насладиться, — пожаловался я, садясь на один из барных стульев перед радио и укладывая подбородок на сложенные руки.

Отец мешал, как всегда, но когда я говорил с Сенсеем, было нормально, если хватка Отца сдвигалась, если немного воздуха попадало под пальцы Отца. Даже когда я не видел его, я всегда был на ладони у Сенсея.

— Ному почти никого не убили, — с раздражением сказал я. — Спорим, количество жертв даже не дотянет до трёхзначного числа.

— Будь терпелив, Томура, — мягко пожурил меня Сенсей. — Это был только первый шаг. Ному выполнили свою задачу, не так ли? Штейн теперь будет неизгладимо ассоциироваться с Лигой Злодеев. Все его поклонники станут твоими. Все его союзники станут твоими. А поскольку он провалил свою последнюю попытку убийства и был арестован, его даже не будет рядом, чтобы оспаривать твои решения.

— Он облажался?! Я же дал ему его целого Ному! — пожаловался я. — Тоже мне, Убийца Героев, — злобное удовлетворение наползло на моё лицо. — Хотя, наверное, это избавило меня от необходимости убивать его самому, когда он начал бы путаться под ногами, — сказал я, чувствуя себя теперь гораздо более довольным собой.

И Сенсей всегда знал, что сказать.

— Я очень доволен твоим прогрессом, Томура, — сказал Сенсей. Это было достаточно редко, чтобы я поднял голову с рук. — Тот факт, что ты начал осознавать необходимость союзников, и что ты проявил инициативу связаться со Штейном, несмотря на неприязнь к нему? Сегодняшняя работа была выполнена превосходно.

— Зачем нам вообще нужны союзники, если у нас есть Ному? — пожаловался я, сдерживая желание надуться. — Штейн же ничего из себя не представлял. Если бы я послал всех Ному за тем героем, которого он хотел убить, вместо того чтобы просто устраивать отвлекающий манёвр, спорим, я бы его прикончил. А он даже не сумел закончить начатое — презрительно сказал я. Чем больше я думал об этом, тем больше мне хотелось убить его самому.

Сенсей рассмеялся; богатый, тёмный звук был приглушён динамиком антикварного радио, но всё равно оставался совершенно спокойным и собранным.

— Ному требуют времени и усилий для создания, Томура, — сказал он. — Всё, чего стоила тебе помощь Штейна, это пара слов, не так ли? И мы видели, что против Всемогущего нельзя рассчитывать на то, что один Ному справится с поставленной задачей. Не тогда, когда другие герои могут в любой момент прийти ему на выручку. Чтобы отвлечь этих героев...

— Мне нужно пушечное мясо, — сказал я, следуя его мысли. — Хм. Ладно, и где мне взять таких ещё? — спросил я, жадно наклоняясь вперёд, чтобы послушать совет Сенсея. Мне даже в голову не приходило, что у него не будет ответа. У Сенсея всегда был план.

Как и ожидалось, он ответил немедленно.

— О, мой дорогой Томура, — с любовью сказал он. — Теперь, когда ты украл дело Штейна, они начнут сами приходить к тебе. СМИ расскажут об аресте Штейна. Они назовут его членом Лиги Злодеев. И пока они провозглашают свой триумф, они посеют семена собственной гибели.

Я потянулся, чтобы поправить Отца, снова плотно прижимая его к лицу. Но даже его объятия не могли помешать мне улыбаться.

ВЗ*РВ*ВЗ*РВ*ВЗ*РВ*ВЗ*РВ*ВЗ*РВ*ВЗ*РВ*ВЗ*РВ*ВЗ

— Сэр, местные СМИ сообщают о нападении в Хосу, — доложил один из сайд-киков Джинса, тот, у которого ноги выглядели как у робота. Кажется, его звали Камисоль?

Честно, у меня были проблемы с запоминанием имён — их было так много, а Баку-Баку постоянно называл их странными кличками вроде Робо-Ноги и Большерот, совсем меня путая. В любом случае, пока Камисоль объяснял ситуацию Бест Джинсу и другим сайд-кикам, я поймала себя на том, что... как бы не слушаю? Я чувствовала себя виноватой, но мы ничего не могли сделать, так как это было на другом конце Токио, а совещание длилось уже очень долго, и волосы Баку-Баку всё ещё были прилизаны!

Глядя на него, я поняла, что я не единственная, кому трудно сохранять внимание. Глаза Баку-Баку как-то остекленели, что было даже забавно, потому что обычно они такие хмурые и сверлящие. Вообще-то, с прилизанными волосами и таким расслабленным лицом он выглядел даже как-то миленько. Он, наверное, разозлится, если я ему это скажу, но... он злится из-за всего, так что, может, всё равно сказать?

Совещание монотонно продолжалось.

— ...пока что очень мало различий между репортажами местных СМИ и национальными новостями, но местные СМИ заявили, что одной из потенциальных целей атаки была съёмочная площадка...

Пока я слушала вполуха, пытаясь решить, стоит ли доброта проблем, Баку-Баку вдруг дёрнулся. Я увидела, как его глаза метнулись туда-сюда, и я поспешно перевела взгляд обратно на Бест Джинса, не желая, чтобы меня поймали за разглядыванием. Но я не могла не бросить ещё один взгляд через пару секунд, чтобы проверить, не поймал ли он меня. Когда я посмотрела, он не смотрел в ответ. Вместо этого он медленно, осторожно вытаскивал свой сотовый телефон из кармана. Я плотно сжала губы, чтобы подавить хихиканье. Баку-Баку был таким плохишом! Я немного завидовала; я тоже хотела так сделать, но точно знала, что меня поймают.

Его, наверное, тоже поймаю, это было супер очевидно. Я не знаю, почему кто-то думает, что если смотреть в телефон на уровне пояса, это скроет его; практически любой, кто посмотрит на тебя, сразу поймёт, что ты проверяешь телефон.

— Отличный доклад, Камисоль, — сказал Джинс. — Блоуст, была ли какая-нибудь преступная или злодейская активность в сводках полиции Харадзюку?

Пока Джинс переключал внимание на парня, которого Бакуго называл Большерот, я заволновалась, что он может увидеть, что Баку-Баку не слушает, поэтому шагнула чуть ближе к другу и мягко ткнула его локтем в ребра.

Он не пошевелился. Он просто стоял там, глядя в телефон, совершенно очевидно и не замечая ничего вокруг.

Я пихнула его снова, немного сильнее. Когда он всё ещё не пошевелился, я рискнула реально посмотреть на него, готовясь прошептать, чтобы он убрал телефон, но когда я увидела его лицо, слова у меня застряли в горле. Его глаза пылали злобой, такие узкие и напряжённые, что я практически видела огонь в них. Я посмотрела вниз на телефон, чтобы увидеть, что случилось, но он сжимал его обеими руками, его большие пальцы закрывали экран, и его телефон начал издавать зловещие потрескивания. Медленно губы Бакуго отъехали от зубов, которые были стиснуты в оскале, пока воздух свистел через них в долгом, долгом вдохе, и я начала пятиться, так как одна за другой пряди грязно-блондинистых волос, которые Бест Джинс так старательно уложил Бакуго, начали подниматься с его головы.

— Если коротко, Джинс-сан, я считаю... — остаток того, что говорил Блоуст, оборвался, так как, больше не заботясь о приличиях на совещании, я заткнула пальцами уши.

И как раз вовремя: лёгкие Бакуго наконец наполнились, его волосы взорвались все разом, и он издал невероятно громкий ор:

— ХИКИГАЯ, УЕБ...!