А это точно курорт (джен)

Франция, Реймс. Крепость в сердце хаоса.

Они добрались. Долгие дни пути, стычки с мутантами, нервное ожидание на разбитых дорогах остались позади. Теперь все действия были сосредоточены во Франции, в городе Реймс, где они наконец обосновались. Место было выбрано не случайно — на окраине, рядом с полуразрушенным промышленным парком, дававшим и материалы, и относительную изоляцию. Самое странное, что все заметили: небо над Реймсом, в отличие от кровавого марева Марселя, с каждым днём становилось всё чище, синее и синее. Это был не просто ясный день; это была тенденция, как будто сама атмосфера здесь была иной, менее затронутой скверной. Это давало призрачную, но важную надежду.

На отведённом участке кипела работа. Ден, как главный инженер и архитектор, отдавал чёткие команды, его голос, усиленный мини-усилителем в броне, разносился по площадке.

— Так, эту балку — сюда, выровнять по лазеру. Эту ферму — поднять на отметку второго уровня. Плиты фундамента — сюда, по контуру. — Он показывал, жестикулировал, проверял уровни и расчёты на планшете. Они строили не просто укрытие, а базу, и делали это с отчаянной скоростью, будто чувствуя, что времени на раскачку нет.

Работа кипела. Фат, используя свою магию ветра в новом, утилитарном ключе, левитировал на кресле из обломков, но не отдыхал, а точно и плавно перетаскивал тяжёлые мешки с цементом, листы металла и балки к нужным точкам, экономя силы остальных.

— Так, ладно. Прям масштабно развернулись. Но многое уже сделаем, — крикнул он Дену, перемещая очередную груду кирпича.

Саинс и Алм работали в паре на «уплотнении». Алм, с его чудовищной силой, вбивал сваи, затягивал болты до предела, укладывал массивные блоки. Саинс же, когда требовалась не грубая сила, а точность или работа на высоте, призывал своих духов. Дух Биг Вайна (слона) помогал удерживать тяжелейшие конструкции, Вайран (птица) с высоты корректировал положение балок, а Вайрог (бык) использовался для трамбовки грунта. Все материалы, несмотря на их разношёрстность, укладывались удивительно слаженно. Они работали как единый механизм под чётким командованием Дена.

Хок, чья скорость была бесполезна в тонкой строительной работе, помогал Фату с самой грубой, но требующей быстроты работой — расчисткой территории, доставкой инструментов с дальних складов и мгновенным реагированием на возникающие мелкие угрозы (редкие бродячие зомби, которые, впрочем, здесь тоже были странного, пепельно-серого оттенка).

Через несколько дней напряжённого труда каркас будущей крепости вырос.

— И так... Всё, каркас готов. Можно приступать к обшивке и внутренней планировке, — объявил Ден, собирая всех перед макетом, который он нарисовал на большом листе фанеры. — Объект будет пятиэтажным, плюс подземная часть.

Он ткнул указкой в схему:

1 этаж: Жилая зона общего пользования. Кухня-столовая, санузлы, комната отдыха. Первый рубеж бытового комфорта.

2 этаж: Жилая зона — личные помещения. Небольшие, но отдельные каюты для каждого, место для уединения и восстановления.

3 этаж: [Ден сделал паузу, его лицо стало непроницаемым] Промолчу. На схеме этот этаж был обозначен просто как «Сектор 3» с значком замка. Он промолчал про лабораторию, ту самую, идею которой он вынашивал со времён Натала. Место, где можно было бы изучать образцы, чинить и улучшать оружие, анализировать данные с планшета Кириешки. Знать о её истинном предназначении и оснащении пока никому, кроме него, не нужно было.

4 этаж: Склад и зона выращивания. Система гидропоники под искусственным светом для производства зелени, место для хранения всех запасов.

5 этаж и крыша: Наблюдательный пост и пункт управления. Панорамный обзор, антенны, резервный генератор.

Ниже, под всем этим, обозначался заглублённый бункер — последнее убежище на случай штурма.

Осмотрев план, все почувствовали смесь гордости и тревоги. База была почти осязаемой. Но прежде чем погрузиться в дальнейшее строительство, предстояло другое дело.

— Пошлите на тот поединок. Я не для бега, а просто посмотреть, чтобы не было жульничества, — предложил Хок, и в его глазах читалось не столько спортивное возбуждение, сколько холодная аналитика. Тот «незнакомец» в капюшоне, предложивший пари, вызывал слишком много вопросов.

Все согласились. На рассвете следующего дня они отправились в сторону заброшенного городского стадиона, места, указанного для «забега». Они шли осторожно, и пришли на место за пять минут до назначенного времени.

Стадион, когда-то вмещавший тысячи болельщиков, теперь был пуст и мрачен. Трибуны зарастали травой, поле было изрыто воронками.

— Ну, как можно не прийти ещё? Наглец, — пробормотал Саинс себе под нос, но на каком-то странном, интуитивном языке, который он иногда использовал для общения с духами.

— Прячьтесь. Все. В трибуны, в развалы, кто куда. Не попадайтесь на свет, — тихо, но чётко скомандовал Хок. План был прост: он выйдет как участник, а остальные будут наблюдать из укрытий, готовые вмешаться, если что-то пойдёт не так. Просто дать Хоку забег было бы глупостью в мире, где правила больше не существовало.

Они бесшумно рассредоточились и залегли среди обломков бетона и ржавых сидений. Хок остался один в центры поля, под прицелом невидимых взглядов своих друзей.

— Минута. Кажись, опоздает, — шепнул Хок в микрофон рации, смотря на часы, где оставалась одна минута до условленного времени.

— Ну, может, опоздает немного. Такие любят делать эффектный вход, — тихо ответил Ден, выглядывая из-за своего укрытия и снова прячась.

Время вышло ровно. И в ту же секунду, без звука, без искажения воздуха, в десяти метрах от Хока появился «незнакомец». Он был одет в длинный, поношенный плащ с капюшоном, наброшенным так, что лица не было видно. В его stance была неестественная, почти расслабленная уверенность.

— Бро. Готов ли проиграть? — раздался голос из-под капюшона. Он был спокойным, почти дружелюбным, но от этого становилось только страшнее.

Хок лишь кивнул, принимая стартовую позицию. Незнакомец начал говорить, и по телу каждого, скрывавшегося на трибунах, пробежали ледяные мурашки. Это был не просто голос. Это было давление.

— На старт... — произнес он. Воздух стал густым, как сироп.

— Внимание... — Мускулы Хока и всех остальных напряглись до предела, распределившись для моментальной атаки, инстинкты кричали об опасности.

— Марш!

Хок рванул с места, развивая чудовищное ускорение. Он планировал не просто выиграть, а сделать круг по стадиону и сбить незнакомца с ног на первом же вираже. Но не успел он сделать и трёх шагов, как его голова с глухим стуком ударилась о невидимую, абсолютно твёрдую преграду в полуметре от земли. Он рухнул, оглушённый.

Из-под капюшона послышался тихий, насмешливый звук.

— Думал, я буду играть честно? Я не такой тупой.

В этот момент кусты и обломки на трибунах зашевелились. Скрываться больше не имело смысла.

— Я так и знал. Нечестная игра, — громко сказал Ден, выходя из укрытия. Его броня с лёгким гудом активировала защитные поля. Он был готов немедленно связать или нейтрализовать угрозу.

— Не нужно! Я сам его убью! — проревел Хок, поднимаясь. Ярость и унижение пересилили боль. Он разогнался до невообразимых 5 Махов (более 6000 км/ч). Он был не человеком, а живым снарядом. Но незнакомец лишь слегка пошевелил пальцем. Пространство перед Хоком буквально разошлось, образовав пустотный карман. Хок врезался не в противника, а в эту пустоту, и его тело застряло в ней, как муха в янтаре, обездвиженное искажённой реальностью.

— Чего?! Пуст... — не успел договорить Хок, как мощный, сконцентрированный удар невидимой силы пришёлся ему в голову, вырубив сознание.

— Чёрт! Он сильнее, чем мы думали! Пушку при... — начал Ден, его рука уже тянулась к энерго-мечу, но он не успел договорить. Он почувствовал, как пространство вокруг него сжалось, а затем выплюнуло его обратно, но уже без сил, с ощущением полного энергетического истощения. Он рухнул на колени, не в силах пошевелить даже пальцем.

— Моя способность — управление пространством на микро- и макроуровне, — спокойно произнес Незнакомец, глядя на двух поверженных. — Вся ваша еда, ваши запасы, ваша хлипкая крепость — теперь мои.

Он обернулся к трибунам, откуда выбегали Саинс и Алм.

— Не нужно даже утруждаться, — проговорил он, и просто махнул рукой. Невидимые пространственные лезвия, тонкие как бритва, отсекли им пути, сковали движения, а затем и сознание. Алм и Саинс рухнули, отрубленные от реальности одним словом.

Остался лишь Фат. Он видел, как падают его друзья, один за другим. Отчаяние смешалось с яростью. Он ощутил внутри себя не только огонь, но и всю палитру стихий, с которыми был теперь связан.

— Чёрт! Пусть звенят огненные воды, ветер, и свет! И пусть тьма ползёт! — крикнул он, и это был не просто крик, а заклинание, фокусировка всей его воли.

Из его рук вырвались не просто струи воды и пламени. Вода, соприкасаясь с особым огнём, превратилась в кипящую лаву. Лава мгновенно остыла и затвердела в чёрный, сверкающий обсидиан. Всё это смешалось с ветром, светом и тенями, образовав над его головой громадный, звенящий на низких частотах колокол из чистой энергии и материи.

— Свет и тьма! Выйди всё и убей его скорей! — закричал Фат, и колокол издал ослепительную, пронизывающую всё вспышку сияния, которая должна была испепелить любое живое существо.

Но Незнакомец лишь усмехнулся. Он шагнул в сторону, и пространство перед ним сложилось, как бумага, укрыв его в собственном кармане реальности. Вспышка прошла сквозь то место, где он стоял, не причинив вреда. А затем, выйдя из укрытия, он лёгким, почти небрежным жестом отбросил Фата ударом сжатого пространства. Тот полетел назад, колокол рассыпался.

— Откуда... такая сила? — с трудом выдохнул Фат, уже почти теряя сознание, но отчаянно пытаясь понять, хотела узнать напоследок. Он видел, как его друзья постепенно возвращались в сознание, но их тела были парализованы невидимыми силами.

Незнакомец медленно подошёл к Фату.

— Я не управляю просто пространством. Я разжимаю атомы, увеличиваю расстояния между ними в точке удара, а затем резко сжимаю. Удар становится силой, способной разорвать что угодно. Я убью тебя с одного касания, — **равнодушно объяснил он и поднял руку, кулак которого начал странно мерцать и расплываться, готовясь нанести тот самый смертельный удар. Воздух вокруг него завыл от нарастающего напряжения.

И тут в сознании Фата, как вспышка, пронеслось видение. Галлюцинация, но настолько яркая и точная, что затмила реальность.

Он стоял не на стадионе, а в той же каменной комнате, что и раньше. Перед ним — человек в капюшоне, но теперь капюшон был откинут. Это был тот же человек, что и в прошлом видении. Мейс. Он протягивал Фату небольшой кристаллический сосуд с мерцающей жидкостью.

— Готов получить этот ингредиент, Мейс? — спрашивал Фат в видении, и в его голосе не было страха, а было странное сотрудничество.

Конец галлюцинации.

Реальность с грохотом вернулась. Кулак Незнакомца был уже в сантиметрах от его лица. И в этот миг Фат, глядя сквозь боль и предсмертный ужас, увидел. Увидел черты лица под капюшоном, которые совпали с чертами из видения. Увидел шрам на щеке, форму скул, цвет глаз.

Его собственный голос, хриплый от неверия и шока, вырвался наружу прежде, чем он успел подумать:

— Погоди... Невозможно... Это... МЕЙС?! — прохрипел Фат, глядя прямо в глаза незнакомцу.

Удар остановился. Кулак, мерцающий разрушительной силой, замер в миллиметрах от лица Фата. Глаза под капюшоном, секунду назад холодные и безразличные, внезапно расширились от чистого, немого изумления. Капюшон слегка съехал назад. Воздух перестал выть. На стадионе воцарилась звенящая тишина, в которой только и было слышно тяжёлое дыхание побеждённых и один вопрос, висящий в воздухе: что теперь?