Остров таких далеких сокровищ! (джен)

Солнце поднялось над горизонтом в чистое небо, не тронутое белилами облаков.

День обещал быть тёплым и солнечным. Воздух прогрелся быстро, наполнившись ароматом нагретой соли и сухих водорослей.

Плот, построенный пиратами из нескольких длинных толстых брёвен поваленных деревьев, чтобы перебраться через бушующий пролив, разделяющий землю острова с островом Скелета, был сколочен грубо, но надёжно. Брёвна были связаны просмолёнными канатами крест-накрест.

Разбойники налегали на вёсла — широкие доски, привязанные к бортам верёвками, — и самодельный плот с удивительной скоростью плыл вперёд, увлекаемый сильным отливным течением прямо в горло бухты.

Сильвер стоял на самом носу этого шаткого сооружения, широко расставив для упора единственную ногу и остриё костыля. Лёгкий утренний бриз трепал его тёмные волосы и полы капитанского камзола. Он смотрел вперёд, прищурив глаза, словно капитан линкора, ведущий эскадру в бой.

Пираты выглядели довольно бодро — уверенность их капитана передалась и им, и они даже начали напевать свою старую песню хором громких голосов, радуясь скорому обогащению.

— Пятнадцать человек на сундук мертвеца! Йо-хо-хо, и бутылка рому!

До острова Скелета оставалось не больше сорока ярдов, и теперь можно было рассмотреть его во всех деталях. Это действительно был странный участок суши — полностью состоящий из острых серых скал и валунов, поросших мхом и обвитых редкими ветвями сухой лозы, он и впрямь разительно напоминал человеческий череп. Округлая скала имела две зияющие дыры примерно на одном уровне, напоминающие пустые глазницы. Зияющие отверстия, больше трёх футов в диаметре, вели, судя по всему, в просторную пещеру или грот. В небе вилась целая стая чаек, то и дело опускавшихся на волны и хватавших из воды мелкую рыбёшку.

--

Грей, сидевший на краю скалы, отнял от глаз подзорную трубу.

— Они направляются к острову.

Доложил он Трелони, который нервно расхаживал вдоль кромки берега.

— Что? Но зачем?

Непонимающе протянул сквайр, комкая в руках карту. Его лицо осунулось за эти дни.

— А Элуис?

— Не начинайте этого снова, капитан!

С холма, покрытого камнями и валунами, куда они забрались час назад, открывался отличный вид на бухту.

— Элуис я не вижу — покачав головой, сказал Грей, опуская трубу — Слишком далеко.

--

Элуис, отплёвываясь от попавшей в рот солёной воды, снова подняла голову над поверхностью, глядя на маячивший впереди плот. Течение несло её и небольшое бревно, за которое она крепко уцепилась пальцами, прямиком к острову.

Скелет шипел и фыркал от воды, что было сил впиваясь когтями в спину Элуис сквозь мокрую ткань рубахи, чтобы не упасть в бурлящие волны. Работая ногами изо всех сил, девушка плыла вперёд, держась так низко над водой, что была видна только её макушка — изредка поднимая голову, она делала резкий вдох полной грудью воздуха.

Элуис не знала определённо — зачем и почему она это делает. Казалось, с неё хватит глупых бездумных поступков, стоивших жизни Джойсу и Редруту. Но она просто не могла уйти! Что-то в глубине её сердца тревожно подсказывало девушке, что она не может покинуть центр этих трагических событий. Она должна там быть — если пираты найдут клад, она должна знать это первой. Она ещё успеет найти своих друзей, к тому же Сильвер сам сказал ей, что они недалеко.

Течение вскоре прибило плот пиратов к скалистому утёсу — и тот застрял меж торчащими из воды острыми камнями, издав глухой треск дерева о камень.

--

Сильвер поднял голову. Прямо над ними, на высоте около десяти ярдов, зияла левая чёрная впадина-глазница, ведущая в чрево горы-пещеры.

— Левая глазница черепа.

Сказал Сильвер напряжённо, оглядывая отвесную стену.

— Нужно подниматься. Подъём крутой — будьте аккуратны! Один неверный шаг, и костей не соберёте!

Крикнул он своим людям, указывая костылём на едва заметные уступы в скале.

--

Когда брёвнышко Элуис прибило к скалам чуть восточнее того места, где остановился плот пиратов, — она тотчас ухватилась за один из торчащих камней, моля небеса не налететь нечаянно на какой-нибудь острый подводный риф.

Подняв голову, она увидела, что пираты начинают подъём по крутой скале с множеством острых выступов в левую «глазницу» острова-черепа. Ею было принято решение залезть в правый ход в пещеру — благо, подъём там казался не таким крутым и опасным.

— Скелет, держись за меня крепче.

Шепнула она котёнку, вскидывая его на свои плечи. Тот что было сил прижался к мокрой спине девушки, выпустив когти, когда та, ловко хватаясь за удобные каменные выступы и трещины, поползла вверх по почти отвесной стене.

--

Сильвер первым попал в зияющее отверстие входа — и, поднявшись, упёрся остриём костыля в гладкий каменный пол подземелья.

Вскоре вслед за ним поднялись и пятеро самых крепких пиратов.

— Ладно, ребята.

Сказал Сильвер громко, сбрасывая напряжение последних минут.

— Обыщите мне эту пещеру сверху донизу!

— Есть!

Ещё минута — и тёмные коридоры пещеры осветил огонь сразу нескольких горящих головешек, которые пираты подобрали снаружи. Трое из разбойников держали импровизированные факелы и, разбившись по группам, разошлись по боковым ответвлениям пещеры, громко переговариваясь, так что их эхо гуляло по коридорам, создавая жуткое многоголосие.

Сильвер шёл вперёд по центральному проходу, и стук его костыля гулким эхом раздавался в тишине древних сводов. Рядом с ним семенил Паппи, робко и испуганно оглядываясь по сторонам, сжимая в дрожащих руках горящую головню.

--

Элуис слышала переговоры пиратов меж собой — но из-за акустики грота не понимала, с какой стороны они доносятся. Тёмная пещера освещалась лишь у самого входа, куда проникал дневной свет — впереди же всё было окутано первобытным мраком. Элуис, выставив руки перед собой, двинулась вперёд по широкому, извилистому коридору пещеры.

Пол здесь был не таким гладким, как в начале — и девушке приходилось быть очень осторожной, чтобы не запнуться об очередной выпирающий базальтовый зуб. То и дело сверху капало, пахло сыростью и гнилью.

Скелету было легче за счёт врождённого кошачьего зрения: он резво трусил перед Элуис, высоко подняв хвост трубой и принюхиваясь. Девушка решила следовать за котёнком, чья рыжая шёрстка смутно различалась в кромешной темноте, служа единственным ориентиром.

Коридор свернул вправо — и пошёл круто вверх. Элуис пришлось чуть ли не ползком продвигаться по каменистому полу, чувствуя, как уклон становится всё сильнее, а воздух — холоднее и затхлее.

Внезапно до её слуха донеслись голоса — судя по звуку, люди находились совсем рядом, за поворотом.

— Чёрт!

Услышала она мужской голос, в котором сразу узнала Джорджа Мерри.

— Что такое?

Прокряхтел другой, по старческому скрипу которого Элуис поняла, что это Том Морган.

— Я… Поранил палец. Проклятый камень…

Прошипел Джордж, видимо, ударившись о свод низкого потолка.

Элуис, низко припав к ледяному каменному полу, продвинулась вперёд и, выглянув из-за россыпи сталагмитов, увидела свет факела.

Джордж и Морган стояли у стены, одноглазый пират потирал ушибленную руку. Свет факела выхватывал из темноты их искажённые злобой лица.

Девушка замерла, вжавшись в нишу, словно вспугнутая лань, но решила дослушать разговор до конца. И как оказалось, сделала это не зря.

— Убью его.

Тихо прошипел Джордж, и в голосе его звучала такая ненависть, что Элуис стало страшно.

— Кого?

Глупо переспросил Морган, моргая, на что его товарищ презрительно хмыкнул.

— Кого? Ты ещё спрашиваешь? Сильвера, разумеется!

Старик крепче сжал в руке факел, пламя заколебалось. На его озарённом лице Элуис прочитала неуверенность и страх.

— Мы уже пробовали…

Пробормотал он, оглядываясь на темноту прохода.

— Глупец, — перебил его одноглазый мужчина, сплюнув на пол. — Неужели ты думал, что Сильвер простит нам предательство после всего? Да он убьёт нас, как собак, в ту же секунду, как мы найдём клад! Мы для него сейчас — простая рабочая сила, которую вышвырнут за борт, как только золото окажется на корабле!

Он сплюнул на камни и грязно выругался.

— Сейчас все разбрелись по этим проклятым галереям... Нам нужно только найти его в этой темноте, и я сделаю всё сам.

Он похлопал ладонью по своему тяжёлому револьверу, пристёгнутому к поясу.

Элуис, затаив дыхание, слушала их, стоя в тени, чувствуя, как гулко колотится её сердце в груди, и в тот миг она даже побоялась, что пираты услышат этот стук.

— Ну? Ты со мной, Том?

Выжидающе спросил Джордж, глядя на своего подельника снизу вверх. Тот, казалось, сомневался секунду, переводя взгляд с одного трупа на другого. Но жадность и животный страх, вспыхнувшие у него на лице в следующую секунду, одержали верх над остатками совести.

— Ладно, я в деле Джордж — хрипло сказал он, поправляя шляпу — Сделаем это, дьявол раздери этого проклятого одноногого...

И двое пиратов скрылись во тьме коридора, освещая себе путь ярко пылающей головнёй, бросая на стены уродливые пляшущие тени.

Элуис оставалась на месте ещё с минуту, прислушиваясь к удаляющимся шагам. Потом она медленно поднялась на ноги. Глаза её сверкнули мрачной, непоколебимой решимостью.

«Они хотят убить его? Только я имею право лично остановить дыхание этому человеку. Никому другому я не позволю отправить Сильвера в Ад. Ни за что!»

И, схватив на руки встрепенувшегося Скелета, она бросилась по коридору пещеры вперёд, во тьму, туда, откуда шли убийцы.

--

Сильвер оглядел пологий каменный свод пещеры над головой. Лучи солнца, пробивавшиеся сквозь трещины в скале наверху, выхватывали из мрака причудливые натёки известняка.

— Огромный лабиринт… Это займёт многие часы, — сказал он, и в его голосе слышалась глухая досада человека, чьи планы рушатся один за другим.

— Да, не повезло… Как мы обыщем такую большую территорию? — робко спросил Паппи, стоящий рядом и то и дело испуганно оглядывающийся через плечо на тёмные проходы.

— Не стони. Лучше держи факел ровнее. Проверим тот коридор, — Сильвер повернул голову на темнеющий слева от них довольно просторный ход, откуда тянуло сыростью.

— Коридор! Коридор! — подхватил его голос попугай Флинт, садясь хозяину на плечо и переступая с лапы на лапу.

Пока они шли, над их головами пролетело несколько летучих мышей с пронзительными, жуткими криками. Паппи Чайка втянул голову в плечи, трясясь от страха так, что у него клацали зубы.

Внезапно Сильвер остановился.

Они вышли из коридора в небольшую пещеру с крутыми, но гладкими стенами и маленьким отверстием в потолке, через которое внутрь проникал узкий столб солнечного света, прорезающий пыльный воздух.

Сильвер сделал шаг вперёд — и глаза его сверкнули радостью хищника, заметившего добычу, не хуже, чем сверкал огонь головни.

— Вот оно!

Он бросился вперёд и остановился у пологой скалистой стены. Между камнями белел второй человеческий череп, выглядевший древним и изъеденным временем.

Паппи во все глаза смотрел, как одноногий капитан достаёт из крепко сжатых зубастых челюстей черепа иссохший, пожелтевший листочек бумаги.

— Паппи, неси сюда головню, живо!

Крикнул юноше Сильвер. Тот поспешно приблизился, держа дымящийся факел на вытянутой руке, боясь обжечься о пламя.

Мужчина развернул сложенную пополам бумагу, и свет от огня осветил текст на ней, написанный мелким, аккуратным почерком

.

— «Скажи правду с пламенем» — прочитал Сильвер вслух, щурясь. — С пламенем… Ну точно!

Он что было сил сжал листок бумаги в кулаке, сминая его.

— Что это значит? — неуверенно спросил Паппи, заглядывая капитану через плечо. — Очень уж мрачно звучит…

Но Сильвер не ответил. Бросив бумагу на пол, он вынул из-за пазухи карту, сложенную вчетверо, и развернул её. Взяв из рук Паппи факел, он одним точным ударом всадил его древко в трещину между камнями пола, закрепив на месте.

Затем поднял драгоценный документ над пылающим огнём.

Через несколько секунд напряжённого ожидания на старой пожелтевшей бумаге начали проявляться слова, написанные кроваво-красными чернилами, которые до этого были совершенно невидимы.

— Невидимые чернила.

Только и смог проронить оторопевший Паппи. Сильвер кивнул, продолжая держать карту над пламенем, пока буквы не проявились полностью.

Текст окончательно стал виден, и Сильвер прочитал его вслух, чеканя каждое слово:

— «Колокол в ночь полнолуния. Особняк Флинта. Трон Дьявола. Направьте свет через левый глаз черепа».

Паппи вздрогнул всем телом.

— И… что же это значит? — прошептал он, но в этот момент позади послышался быстрый топот бегущих ног.

Сильвер обернулся мгновенно.

Из коридора, из которого они только что вышли, вылетела Элуис и, увидев двоих мужчин, замерла на месте, тяжело переводя дух после спринта по пещерам.

— Сильвер!

Мужчина, склонившийся над картой, поднял взгляд.

— Элуис?

На самый короткий миг девушке показалось, что в голосе его прозвучала растерянность. Но она исчезла так же быстро, как появилась, сменившись сдержанной холодной яростью.

— Тупица! Что ты здесь делаешь? Почему не убежала к своим?

Но у Элуис не было времени отвечать.

— Джордж Мерри и Морган! Они… — начала она, хватая ртом воздух, но осеклась, увидев за спиной Сильвера два тёмных силуэта. В свете факела зловеще блеснуло дуло револьвера.

— Берегись! — крикнула она.

Сильвер повернулся — но уже грянул выстрел.

Судя по звуку, тяжёлая пуля прошла навылет. Сильвер пошатнулся, словно дерево, подрубленное под корень, и упал на спину, опрокинув костыль. Из раны на груди, которую он прижал ладонью, хлынула ярко-алая кровь, тут же начавшая впитываться в серую пыль.

Джордж Мерри, увидев, что его пуля достигла цели, выскочил из своего укрытия за камнями и бросился вперёд с занесённым для удара кортиком.

— Сдохни! — закричал он сорванным голосом, брызгая слюной.

Элуис сорвалась с места, кинувшись ему наперерез. Когда Джордж замахнулся своим оружием, собираясь добить лежащего капитана, девушка, издав боевой клич, врезалась в него, ударив головой прямо под дых, перенося в удар весь вес своего тела.

Атака оказалась удачной — и разбойник на миг пошатнулся, чуть не выронив оружие от неожиданности.

— Зараза! — выругался он и вдруг нанёс локтем резкий удар Элуис прямо в подбородок. На миг ей показалось, что она перестала дышать — настолько боль была неожиданной и острой. Перед глазами потемнело.

Она покачнулась на месте, переступив с ноги на ногу, и хотела уже снова броситься на Джорджа, но чья-то крепкая хватка сзади остановила её.

— Куда собралась, девчонка?

Обернувшись, Элуис увидела искажённое яростью лицо Моргана. Он схватил её за шиворот, приподняв над землёй.

Она попыталась вырваться, но тот так встряхнул девушку, что та клацнула зубами от удара затылком о камень. Джордж Мерри, видя это, оскалился в ухмылке.

— Отлично! Тоже решила сдохнуть пораньше, соплячка?

Он повернулся к Сильверу, и на его лице появилось яростное торжество убийцы.

— Отправляйся в ад, Сильвер!

Взревел он, занося кортик для последнего удара.

Но удара не последовало.

Потому что раздался голос — тонкий, высокий, надтреснутый голос, сопровождаемый громогласным эхом, отразившимся от стен пещеры десятикратно.

— Жалкие смертные! Вы сами отправитесь в преисподнюю!

И голос громко и звеняще рассмеялся демоническим смехом, от которого стыла кровь в жилах.

— Пятнадцать человек на сундук мертвеца! Йо-хо-хо, и бутылка рома! Идите, идите ко мне в ад!

Джордж Мерри и Том Морган так и замерли на месте. Лица у них побледнели, став землисто-зелёными.

— Это… Это голос Флинта! — прошептал Морган белыми от ужаса губами.

Паппи затрясло крупной дрожью, зрачки его глаз расширились от животного страха почти во всю радужку.

Элуис замерла. Голос напоминал мужской, а искажённый эхом действительно звучал грубо, но всё же девушка сразу узнала эти интонации — голос Беллы Ганн!

— Пей и дьявол тебя доведет до конца! Йо-хо-хо, и бутылка рому!

Завопил голос, приводя пиратов в состояние неописуемого суеверного ужаса. — Дарби Мак-Гроу! Дарби, подай мне рому!

Этот протяжный вой эхом пронёсся по пещере, заставив даже Смоллетта невольно отступить на шаг, а потом резко замолк, будто певцу зажали рот тряпкой.

Джордж попятился, выставив перед собой пистолет.

Внезапно грянул выстрел — пафф! — потом ещё один, сливаясь в канонаду.

Элуис повернула голову и увидела, как из тёмного коридора к ним бегут сквайр Трелони, доктор Ливси, Хантер и Грей. Мушкеты в их руках ещё дымились пороховым дымом.

— Вперёд! Торопись, ребята! Мы должны отрезать их от плота!

Закричал доктор, перепрыгивая через камни.

Морган и Джордж бросились от них к выходу из пещеры — туда же уже бежали остальные трое выживших разбойников, преследуемые по пятам капитаном Смоллеттом и Беллой Ганн. Женщина была вся в саже, платье её разорвано, но в руках она сжимала тяжёлое ружьё. Вид у неё был грозен и страшен, волосы спутались.

Джордж Мерри, ругаясь, вскинул на плечо ружьё и прицелился в Хантера, который выбежал первым, — но в этот миг в воздухе просвистел нож Грея.

Одноглазый пират пошатнулся, сражённый метательным клинком в самое сердце, и вниз головой полетел с обрыва в море — а вслед за ним и остальные четверо бандитов, потерявшие волю к сопротивлению при виде призрака.

С громкими, отчаянными криками они упали в пучину вод, плескавшихся у острых скал, уходящих глубоко в воду. Их последние вопли оборвались всплеском — и над водой воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим криком чаек, круживших над волнами.

--

— Ох, горе! Горе!

Попугай Флинт, громко хлопая крыльями, сел на выемку в скале рядом со своим хозяином, истекающим кровью.

Сильвер дышал неровно, судорожно, словно каждый вдох давался ему с невероятным трудом — через пальцы руки, которую он прижимал к груди, сочились ярко-красные струйки дымящейся крови.

Капитан Смоллетт и остальные обступили его полукругом, направив оружие вниз.

— Элуис, зачем ты пошла за мной?

Голос Сильвера звучал тихо, но был полон прежнего ледяного спокойствия, несмотря на смертельную бледность.

Девушка, стоящая рядом с Греем, стиснула зубы так, что те скрипнули.

— Не знаю!

Она ответила слишком громко, почти сорвавшись на крик.

— Понятия не имею! Я просто…

Грей успокаивающе положил руку ей на плечо, пытаясь привести в чувство, но девушка, кажется, даже не заметила этого прикосновения.

— И вообще… Всё не так! Ты ошибаешься!

Сильвер улыбнулся краешком рта и закрыл здоровый глаз.

— Вот как.

И он тихо рассмеялся сухим, булькающим смехом.

— Что ты… Почему смеёшься?! — негодующе воскликнула Элуис, делая шаг к нему, но её прервал сквайр Трелони.

— Оставь его, Элуис. Пусть смеётся сколько захочет. Вы негодяй и обманщик, сэр! Чудовищный негодяй! Мне говорили не преследовать вас и не стрелять — но я вижу, ваши люди сами сделали эту работу за нас. В любом случае, Джон Сильвер, теперь вы наш пленник!

Сильвер открыл глаз и посмотрел на Трелони снизу вверх. Лицо его озарила кривая ухмылка.

— Пленник? Вот оно что.

— Все ваши люди мертвы.

Спокойно констатировал доктор Ливси, присаживаясь на корточки рядом с раненым и доставая сумку с инструментами.

— Все, кроме Паппи.

Он повернул голову к прижавшемуся к стене дрожащему юноше, всё ещё сжимающему в руках горящую головню.

— За ваши деяния вы заслужили справедливый суд. Мы могли бы оставить вас здесь, чтобы не марать руки. Но, как английские джентльмены — и учитывая, что я врач — мы можем оказать вам помощь, чтобы вы достойно приняли виселицу по возвращении в Англию.

При этих словах Ливси сердце Элуис почему-то болезненно сжалось, так что в груди кольнуло от непонятного, противоречивого ощущения.

Сильвер не ответил. Опираясь о здоровый локоть, он кое-как поднялся с каменистого пола пещеры и привалился к стене, тяжело опираясь на здоровую ногу. За ним наблюдали молча.

Взгляд его был устремлён за спины мужчин; обернувшись туда, Элуис увидела, что там лежит костыль Сильвера. Одноногий мужчина, стиснув зубы и придерживая одной рукой кровоточащую рану, вытянул вторую вперёд и сделал неумелый скачок на одной ноге.

Потом он упал — но его рука смогла дотянуться до деревяшки и сжать её что было сил. И снова он поднялся, на этот раз ещё медленнее, оставляя за собой широкую полосу крови.

— Можете убить и меня.

Было видно, что ему с мучительной болью даётся каждое движение мышц.

— Сделаете это — и никогда не увидите сокровищ.

— О чём вы говорите?

Холодно спросил капитан Смоллетт, не опуская мушкета.

Сильвер кое-как встал, тяжело опираясь на свой костыль. Попугай слетел с камней обратно к нему на плечо.

— Тайные надписи на карте. Ночь в полнолуние. Особняк Флинта. Подножье Трона Дьявола. Направьте свет через левый глаз черепа. Вы разгадали загадку, джентльмены?

Его голос эхом отозвался от влажных стен пещеры, и воцарилась мёртвая тишина.

— Без моего опыта…

Продолжал Сильвер, тяжело дыша. Каждое слово давалось ему ценой неимоверных усилий.

— Вы можете обыскать весь остров от берега до самых гор и ничего не найти. Клад спрятан хитроумно. Из всего экипажа старого Флинта — я, Джон Сильвер, знал его лучше всех.

Он скривился от боли, но тут же замаскировал гримасу под ухмылку. Лоб его покрылся крупными каплями пота.

— Без меня клада вам не найти.

Сказал он, как показалось Элуис, на последнем выдохе.

В следующий момент силы окончательно покинули его сопротивляющееся тело, и он снова рухнул на землю — и на этот раз больше не поднимался. Капитан и остальные молча смотрели на потерявшего сознание пирата.

— Мы отлично справимся и без него.

Негодующим голосом сказал сквайр Трелони, брезгливо глядя на распростёртое тело.

— Нет, сэр.

Оборвал его доктор Ливси, заканчивая накладывать повязку на грудь раненого.

— Неприятно признавать это — но он прав. Он последний человек здесь, который знал Флинта при жизни. Сильвер действительно может быть полезен.

Он подошёл к одноногому мужчине и, склонившись над ним, проверил пульс на шее.

— Он тяжело ранен. Мы не можем здесь оставаться.

Капитан Смоллетт кивнул, соглашаясь с врачом.

— Вернёмся в форт. Теперь никто на острове нам не угроза. Обдумаем наши дальнейшие действия в крепости.

Так и решили