От Смоленска до Сантандера (гет)

Майор Азаров (при полном параде, в своей старой форме) встречал их в Смоленске. После первых сердечных приветствий, слезных объятий и поздравлений с победой и наградами, когда все трое уже доехали в экипаже до усадьбы, он посерьёзнел, многозначительно посмотрел в сторону Винценто, и тому стало ясно, что сейчас могут начаться сложности.

— Получил я письма твои, Шурочка, — сказал майор, зайдя вслед за ними в пустынную залу, где Винценто последний раз бывал во время перестрелки с французами.

— Господин Сальгари, то, что сообщила мне моя племянница — правда?

— Да, ваше высокоблагородие, — склонил голову Винценто. Полтора года назад он звал майора по имени и отчеству, но чувствовал, что на этот раз лучше выразиться с наибольшей почтительностью.

— Я имею честь просить у вас её руки.

— И вы согласны жить в России? — недоверчиво уточнил майор.

— Ваше высокоблагородие…

— Да что там, — устало сказал тот, — Александром Гаврилычем зовите.

— Александр Гаврилович, Шура мне сказала, что вы хотели бы, чтобы она не уезжала от вас, а у меня в Испании родных не осталось…

Майор молча походил взад-вперёд.

— Из какой вы семьи? — наконец спросил он.

— Отец был городским судьёй, дядя главой торгового дома, поставлял из Франции сыр. Матушка была дочерью капитана корабля.

— Хм… — лицо майора определённо прояснилось. — М-да… Так-с… Вы в латинской вере?

— Да, Александр Гаврилович, — Винценто напрягся, хоть и постарался это скрыть. Майор снова нахмурился и зашагал прочь.

— Не переживай! — шепнула Шура. — Дядя поворчит да согласится!

— Да что ты, я не переживаю, — попытался убедить её он, но, как выяснилось, напрасно.

— Ты всегда, когда о чём-то сильно беспокоишься, упираешь руки в бока, — заявила она. Прежде чем он успел ответить, майор снова подошёл к ним:

— Прочие-то что о вашей женитьбе думают? Начальство?

— Васильев счастлив был, — отозвалась с улыбкой Шура. — Да и Иван, и Митя, и все остальные в отряде тоже. А отец Елисей сказал, что нам разрешается венчаться.

— Хм, — майор надолго задумался. Винценто ощутил, как Шура взяла его за руку и ободряюще сжала.

— Ну, видно, так уж сложилось! — сказал наконец Азаров. — Вы девочку мою не раз от смерти спасали — по гроб жизни я у вас в долгу... Поберегите её и впредь. Шуронька мне заместо родной дочери. И ты, дитятко, — его голос дрогнул, — вот супруг твой, почитай его и ув... уважай... — не в силах продолжать, он сглотнул и вложил руку Шуры в руку Винценто.