Повелитель Тайн (джен)

— Что? — спросил Старина Колер, не расслышав Клейна.

Клейн посмотрел на выбоины на дороге перед собой и с самоиронией сказал:

— Ничего.

— Надеюсь, семья Лив сможет выбраться из такого положения и жить лучше.

Он действительно высказал свои мысли вслух. Как один из наследников новой эпохи Империи гурманов, он вполне естественно думал о революции, мобилизации масс и изменении мира. Однако стоило ему задуматься о деталях, как он понимал: одними бедняками здесь не спастись. В этом мире существовали потусторонние силы, причём довольно сверхъестественные, и простым огнестрельным оружием их было не решить. Например, Последовательность 5 Пути Мутанта.

Это была лишь одна сторона дела. Другая заключалась в Законе сохранения Потусторонних характеристик. Из-за ограниченного доступа к ингредиентам потусторонние силы не могли стать массовым явлением, и численное преимущество было трудно превратить в действенную боевую мощь. А даже если бы распространить их удалось, нерешённая проблема потери контроля всё равно принесла бы бедствие.

Если бы Потусторонних высокой Последовательности не существовало, со всем этим в какой-то мере ещё можно было бы справиться. Но в реальном мире были не только полубоги. Были и Запечатанные Артефакты, способные убивать людей так, что те даже не поймут, как умерли. Кроме того, божества существовали на самом деле и возвышались над всеми.

В таком положении бедняки могли отвечать забастовками и уличными протестами. Но стоило бы им взять оружие и создать армию, они столкнулись бы с неудержимым ответным ударом. Не исключены были и масштабные стихийные бедствия, и массовое психическое внушение.

На одном уровне с официальными потусторонними организациями в основном находились только тайные организации. Обычно они были связаны со злыми силами, и, вступив с ними в союз, можно было прийти к такому концу, что смерть показалась бы не самым трагичным исходом. Поэтому на пути революции самым многообещающим способом добиться успеха было бы получить поддержку одной или нескольких Церквей.

«На сколько уступок пошёл бы одними лишь забастовками и протестами слой, уже закрепивший за собой свои интересы? Подкупить его было бы куда проще… Однако случай с Истинным Творцом, который едва не воспользовался бедственным положением бедняков, чтобы снизойти в Баклунд, похоже, встревожил Церковь Богини Вечной Ночи и знающих о ситуации аристократов. Это видно и по расследованию, за которое взялся Майк, и по сведениям от Мисс Справедливости…» Мысли Клейна задержались на Восточном районе, доках и фабричном районе.

В конце концов он не удержался от внутреннего смеха и вздоха.

«После всех идей, которые приходят мне в голову, получается, что положение бедняков можно улучшить только угрозой нисхождения злого бога.

Но злые боги как раз больше всех жаждут испить их плоть и кровь, пожрать их души. Именно они с наибольшей вероятностью принесут бедствие, от которого не спасётся никто.

Какая прекрасная ирония.»

* * *

Район Императрицы, роскошная вилла графа Холла.

Поскольку у доктора Эскаланте вскоре появились дела, Одри перенесла свой второй урок психологии на этой неделе на более раннее время.

Сьюзи, взволнованная даже больше хозяйки, давно уже ворвалась в кабинет и ради этого оставила в стороне игру с мячиком, которую обычно любила больше всего.

На этом уроке Одри нарочно показывала любопытство и время от времени расспрашивала Эскаланте о психологии, связанной с мистицизмом.

В конце занятия Эскаланте наконец заговорила после некоторых размышлений:

— Мисс Одри, мы организовали семинар на эту тему. Многие участники специализируются в области пересечения психологии и мистицизма. Вам интересно присоединиться?

— Конечно! — Одри кивнула и ответила без малейшего колебания.

Это идеально соответствовало заранее выбранному ею невинному и любопытному образу.

Доктор Эскаланте улыбнулась.

— Не забывайте хранить это в тайне. Вы же знаете, что ваши старшие сильно предубеждены против изучения мистицизма. На следующем занятии я отведу вас туда.

— Без проблем. — Одри согласилась с лёгким волнением.

Проводив Эскаланте, чьи волосы доходили до талии, из кабинета, она закрыла за ней дверь, повернулась к зеркалу у книжного шкафа и две секунды молчала.

Затем она приподняла юбку, сделала шаг и выполнила кружение из придворного танца. После этого Одри посмотрела на себя в зеркало, сладко улыбнулась и сказала:

— Одри, ты замечательная!

Одри понимала, что сделала первый шаг к вступлению в Психологические Алхимики. Хотя этот семинар, скорее всего, относился лишь к внешнему кругу, а дальше наверняка последует множество проверок, он действительно открыл ей дверь к Психологическим Алхимикам.

В процессе она не заимствовала силу извне, а полагалась только на собственную наблюдательность и игру. Ей удалось идеально скрыть всё от Психиатра доктора Эскаланте, поэтому Одри очень гордилась собой.

— Этот семинар звучит интересно. — Сьюзи подошла ближе, виляя хвостом. — Одри, можно мне присоединиться?

«Присоединиться?» Глядя на золотистого ретривера с хитрыми круглыми глазами, Одри тут же глубоко задумалась.

Она протянула долгое:

— М-м-м.

— Пока не получится, Сьюзи. Т-ты слишком заметна…

На этом месте она сменила тему разговора и с лёгкой улыбкой сказала:

— Но я могу взять тебя с собой.

* * *

В субботу вечером, взяв Мастер-ключ и чёрную трость, Клейн вышел из дома 15 по Минск-стрит. Без трости он не думал, что сегодня сможет вернуться.

Он собирался «найти» доктора Аллена, войти в его сон и выяснить, откуда взялся кошмар об Уилле Осептине.

Где живёт доктор Аллен, он узнал ещё вчера: Бёрнингем-роуд, 3, район Хиллстон.

К тому времени, как Клейн прибыл, было уже за одиннадцать вечера, и весь квартал погрузился во тьму и тишину.

Бросив монету и проведя гадание, Клейн прошёл сквозь внешнюю ограду, обошёл дом сбоку и с помощью Мастер-ключа открыл в стене невидимый проход, ведущий в тёмный коридор.

Лёгкими шагами он бесшумно поднялся на второй этаж и спрятался в пустой гостевой комнате.

Убедившись, что доктор Аллен и его жена уснули, Клейн прошёл сквозь стену в их спальню.

Первым делом он достал Амулет Сна и пробормотал заклинание, заставив жену доктора Аллена по-настоящему уснуть, чтобы она внезапно не проснулась и не помешала тому, что он собирался сделать с её мужем.

Затем Клейн сел на стул перед туалетным столиком, сжал в руке амулет Сновидений и прошептал слово на древнем гермесе:

— Алый.

Едва он закончил, как почувствовал, что амулет на ладони стал лёгким, словно невесомая иллюзия.

Когда внутрь влилась его духовность, прозрачное пламя обернуло амулет, горя глубокой и безмятежной чернотой.

По воле Клейна эта чернота распространилась и окутала доктора Аллена вместе с ним самим.

Клейн быстро вошёл в состояние Когитации и увидел бесконечную тьму и единственный овальный свет.

Его духовность протянулась и коснулась этого иллюзорного, смутного объекта.

Мир вокруг внезапно перевернулся и исказился. Клейн обнаружил себя на пустынной равнине: под ногами лежали чёрные как смоль камни, и вокруг не было ни травинки.

В центре равнины стояла чёрная башня, вокруг которой обвилась огромная серебряная змея. Она подняла голову, и её красные глаза холодно смотрели в их сторону.

В отличие от описания доктора Аллена, у серебряного змея не было настоящей чешуи. Его тело покрывали плотные узоры и символы. Они соединялись друг с другом в подобия колёс, и вокруг каждого колеса располагались разные знаки.

Колёса у хвоста и головы гигантского змея были разделены пополам и выглядели так нескладно, что могли бы убить человека с обсессивно-компульсивным расстройством. Но Клейн представил: если гигантская серебряная змея сможет укусить себя за хвост, колесо станет целым. Оно больше не будет разорванным и изменчивым.

Рядом с Клейном доктор Аллен пусто смотрел вперёд и всё ближе подходил к тёмной башне.

«Теперь я могу подтвердить, что доктором Алленом никто не руководит… Значит, потусторонние силы Ночного кошмара исключаются…» Клейн быстро вынес суждение.

Он не остановил доктора Аллена, а последовал за ним к чёрной башне и серебряной змее.

Они сделали всего несколько шагов, а цель уже возникла прямо перед ними. Гигантская серебряная змея согнула верхнюю часть тела, словно размышляя, как полакомиться десертом, который сам явился к ней в пасть.

Её пасть широко раскрылась, но оттуда не донеслось никакой вони. Красные глаза были холодны и безжалостны; змея смотрела на всё вокруг так, будто перед ней была лишь добыча. И всё же в ней не чувствовалось ни кровожадности, ни жестокости.

Перед ней всё казалось ничтожным и равным именно из-за своей ничтожности.

В конце концов змея не напала. Клейн прошёл за доктором Алленом через старую, прогнившую деревянную дверь и вошёл во тьму башни.

Как и рассказывал Аллен, планировка была необычайно запутанной и хаотичной. Лестницы закручивались то вверх, то вниз, а залы, библиотеки и комнаты встречались обычные, перевёрнутые и даже встроенные в другие части здания. Такая постройка никак не могла существовать в реальном мире.

Пройдя через двери и стены, Клейн уже не понимал, где находится в чёрной башне. Возможно, он достиг вершины, а возможно, оказался в подвале.

В густой тьме он вдруг заметил впереди фигуру, свернувшуюся в углу.

Почувствовав приближение доктора Аллена, фигура поспешно поднялась и попрыгала к нему на одной ноге.

Лишь когда она оказалась совсем близко, Клейн ясно разглядел её.

Мальчик выглядел крепким и бойким на вид, ему можно было дать чуть больше десяти лет, а на лице застыло очевидное выражение страха.

Ростом он был примерно 1,4 метра, а левой икры у него не было. Очевидно, это был ребёнок, перенёсший операцию, Уилл Осептин.

В руке он держал колоду карт Таро. Его чёрные глаза наполнились удивлением и радостью, а также страхом и ужасом.

— Доктор Аллен, змея хочет меня съесть!

Внезапно он испустил душераздирающий крик, и в его глазах отразился образ огромной таинственной серебряной змеи.

Шурх!

Карты Таро выпали из его руки на землю, и только одна осталась крепко зажата в ладони.

Клейн всмотрелся и увидел, что на ней тоже было колесо.

Это была карта «Колесо Фортуны».

Шурх!

Сон мгновенно рассыпался, и Клейн обнаружил, что по-прежнему сидит на стуле перед туалетным столиком.