Прозрачность (гет)

И Соа внимательно разглядывал парня на земле. Тот тревожно глядел в ответ, и И Соа осознал, отчего так долго не мог узнать в нем того Кейна, даже если часть его лица закрывали неровно остриженные волосы. Молодой парень, когда он удивлялся, когда улыбался, когда тревожился, совсем не походил на самого себя повзрослевшего с лицом, лишенным любых эмоций, кроме усталости и скуки.

Сильно давить он не собирался: во-первых, не видел в этом особого смысла, а во-вторых… Он же не изверг, в конце концов.

Но добиться ответов ему было необходимо, и желательно как можно скорее. Вновь ждать окончания дня и заново знакомиться со всеми обитателями юноше немного надоело.

— Для начала, — произнес И Соа. — Твое имя Алиссум Кейн, ты незаконнорожденный сын и сводный брат Эри. Проживал в городе с дедушкой, но после его смерти переехал сюда. Все верно?

Тот ошарашенно кивнул, не зная, как еще реагировать на подобное.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул И Соа. — Твой друг, слуга — Дасх. Слышал, что вы знаете друг другу с детства. Немного поподробнее об этом.

— А, — выдавил Алиссум. — Откуда вы вообще?..

— Говори.

— Но…

И Соа прищурил глаза.

— Мне казалось, мы с тобой договорились.

— Б-безусловно! — поднял руку перед собой парень, будто собираясь защищаться. — Но для чего вам понадобился Дасх?..

Недовольно потерев переносицу, юноша ткнул пальцем в грудь своего подопечного, ощутимо, но безболезненно надавив.

— Хорошо, давай начнем с начала. С того, что я о тебе знаю. — Палец переместился на лоб и несильно указующе постучал. — А знаю то, что скоро отсюда пропадут твои драгоценные воспоминания: и о Дасхе, и об Эри, и о дедушке. А также то, что после тебя твари наверняка нацелятся на родственников. Стоит ли мне сообщить об этом твоим тетушкам?

— Нет! — моментально выпалил враз побледневший парень, судорожно задышав. — Уже скоро… уже завтра меня вылечит! Кое-кто… Он должен завтра приехать, я не могу сказать вам…

Несмотря на хитрые глаза, серьезное выражение лица И Соа не трогала даже тень улыбки.

— Тогда будь добр, ответь: кто такой Дасх?

Алиссум опустил взгляд и тихо пробормотал:

— Не знаю, почему вы к нему прицепились, но… он просто мой друг.

Они познакомились в день, когда с неба падал снег. Когда высокие сугробы загораживали горизонт, грубый ветер гонял снежинки, а крытая повозка с пожилым извозчиком медленно и неспешно катила по дороге.

На тот момент парню было не больше семи лет, он ехал в этой повозке со своим дедушкой, уважаемым фармацевтом Табером Клаоном. Они возвращались с соседнего городка, в котором мужчина навещал старого знакомого и покупал лечебные травы и крепкие настойки, и всю дорогу маленький Алиссум скучающе смотрел в окно. Многие родители позавидовали бы такому спокойному и тихому дитя, но его скандальное рождение стало настоящим проклятием для семьи. Это проклятие научило его молчать и не привлекать лишнего внимания.

Но на самом деле все было не так плохо. В конце концов, хоть и незаконнорожденный, но он являлся единственным наследником.

Затем родилась Эризабет и все резко осложнилось. А вскоре супруги Клаон скоропостижно скончались в нелепом лодочном путешествии и после этого дедушка окончательно взял мальчика под опеку. Мужчина часто брал его с собой в поездки, чтобы не оставлять одного, и понемногу учил своему ремеслу. Поэтому на коленках мальчика сейчас лежал раскрытый атлас по ботанике, в котором он рассматривал рисунки.

Дедушка Табер похрапывал напротив.

Алиссум повернул голову обратно на замерзшее окно. Снаружи стих ветер, но взамен с неба начал падать крупными хлопьями снег. Осознав это, мальчик вздохнул: дороги быстро заметет.

Снежинки кружились в своем плавном неизменном ритме, и чем дольше Алиссум наблюдал, тем сильнее его начинало клонить в сон. Он прислонился виском к деревянной ставне. Несмотря на особенности его рождения и нынешние условия, жизнь… вяло протекала мимо него, медленно вгоняя в уныние, как и снегопад в сон.

Но неожиданно его черные глаза широко распахнулись. Он крикнул, разбудив мужчину, и застучал по стенке позади себя, чтобы извозчик остановился. Как только это произошло, Алиссум распахнул дверцу и кубарем вывалился в свежий снег. Дедушка, придерживая покосившеюся шляпу, выглянул следом, все еще ничего не понимая и окликнул Алиссума. Но тот лишь вскричал через плечо что-то невразумительное: “Там!.. Там было!..” и побежал вперед. Мужчина заворчал и медленно начал спускаться по ступеням следом, кутаясь в теплый плащ.

Мальчик же бежал вперед, к рыхлым сугробам. Они высились вокруг него массивными холмами и он с трудом перебирал ногами, запинаясь. Когда он добежал до, казалось бы, одного из точно таких же сугробов-близнецов, то упал на колени и принялся разгребать свежий снег. Стоило ему убрать первый слой, как стало ясно: под снегом лежала посиневшая от холода девочка. Алиссум уставился на нее. Он в панике дернулся было дотронуться, проверить, жива ли, но замер истуканом: кожа выглядела почти прозрачной. Казалось, если коснуться ее, то она тут же рассыплется. Однако девочка дышала, челюсть чуть заметно тряслась, а значит…

Алиссум аккуратно, но решительно обхватил ее за плечи, вынимая из снега и с ужасом осознавая, что на незнакомке были надеты одна рубаха и тонкие штаны. Вместо обуви на ногах красовались тряпицы, перевязанные шнурком. Несмотря однако на худобу и хрупкость, поднять ее полностью Алиссум не мог, ему не хватало сил. Он обернулся, в каком-то отчаянии зовя дедушку, но тот уже был рядом. Мужчина быстро закутал ее в свой плащ и поднял на руки.

Весь оставшийся путь, который они проделали, дался Алиссуму нелегко. От волнения он начал заикаться и скорее лез под руку, мешая Таберу оказывать помощь девочке. Та пылала и что-то шептала в бреду. Как только они оказались напротив дома и дверь распахнулась, Алиссум снова выбежал и поспешно принялся подгонять дедушку. Ее следовало скорее уложить в постель и обогреть.

Девочка лежала под одеялом словно подтаявшая сосулька. Дыхание с небольшим хрипом выходило из груди, но к вечеру она наконец задышала ровно, а нездоровая краснота уменьшилась. Темные короткие волосы стали влажными от пота и облепили шею, завиваясь на концах. Алиссум сидел напротив, когда вошел Табер и поинтересовался состоянием новоприбывшей.

— Она… поправляется, — нервно ответил Алиссум.

В этот момент девочка открыла глаза, бросив на него неожиданно ясный взгляд, и он впервые услышал голос той, за жизнь которой так неожиданно перепугался.

— Какая нахрен “девочка”? Я парень, придурок.

Услышав это, Табер громко засмеялся над ошарашенным Алиссумом.

— Как тебя зовут-то, парень? — широко улыбнулся мужчина.

Но тот в ответ лишь исподлобья мрачно смотрел и молчал. Тогда, не зная зачем, Алиссум подал голос и робко произнес:

— М-мое имя Алиссум…

Лицо парня скривилось.

— Из благородных чтоль? Если да, я-то вам зачем?

Табер присвистнул.

— Не будь таким подозрительным. — Мужчина полностью вошел в комнату. Парень заметно напрягся. — Этот мальчик, — он хлопнул внука по плечу, — наш молодой господин. Будь с ним вежлив. А если назовешь свое имя, то и мы будем вежливы с тобой.

Взгляд парня стал еще острее, но все же он выплюнул сквозь стиснутые зубы:

— Дасх.

— А по отцу?

Парень скривился еще сильнее.

— Сам-то кто? Морда подозрительная у тебя.

— У меня? — удивился Табер и с актерской ноткой приложил руку к сердцу. — Мальчик, ты говоришь с Табером Клаоном. На твоем месте, я бы извинился за свои слова и поведение.

Услышав имя, Дасх резко поскромнел и даже сжался, а в его больших сиреневых глазах появился страх. Как бы вы не жили, бедно или богато, проводя дни на главной площади или работая в семейной лавке, есть имена людей, которых не стоило злить: Цу, которая являлся главой их провинции Каланеск; Осиль — ведь она являлась ее дражайшей сестрой; Галиш Випири — глава монетного двора; и также среди прочих владелец травнических лавок в столице, фармацевт и врач, вхожий во дворцы многих мудрецов, Табер Клаон. Но, впрочем, он отличался невероятным радушием, потому почти неизвестно случаев, когда мужчина мстил бы кому-либо или пользовался своими средствами для утверждения своего эго.

Поэтому, если прямо сейчас Дасх упадет на колени и примется вымаливать прощение, то потенциально сможет даже выйти сухим из воды.

Парень невольно сглотнул, его пальцы сжали простыни.

— Д-деда!.. — подал голос Алиссум, от волнения вскочив. Он встал перед мужчиной, закрывая больного собой. — Т-ты же видишь, что он еще не в себе. Он никогда бы не сказал чего-то подобного, если бы не его состояние!

На него уставились удивленно оба. Мужчина почесал бороду, покряхтел. Посмотрел на прямой взгляд маленького внука, затем на затравленный найденыша.

— Ладно, поступай как знаешь. Тебе тогда задание: выходить паренька и поставить его на ноги. У меня все равно нет на это времени. Если понадоблюсь, я, как обычно, в кабинете.

Табер, все еще удивленно хмыкая, затворил за собой дверь. В комнате повисла тишина. Мальчики посмотрели друг на друга, и только сейчас Алиссум осознал, что Дасх старше него, даже если его руки, больше похожие на палочки, были тоньше рук Алиссума, а ростом они почти не отличались.

В этот момент тот приподнялся и схватил его за ворот, притянув к себе и заставив Алиссума согнуться. Дасх зло проскрежетал ему прямо в лицо:

— Мелкий гаденыш! Ты намеренно назвал лишь имя? Если бы ты сразу дал понять, что вы Клаоны, я бы молчал! — он с силой, сколько у него было в ослабевших руках, оттолкнул Алиссума. — Хочешь, чтобы я у тебя в долгу теперь был? Не дождешься, передо мной можешь не притворяться.

Речь Дасха больше напоминала змеиное шипение, чем человеческую речь, столько ненависти и желчи в ней было. Алиссум испугался.

— Н-нет, послушай… Я не… — мальчик понизил голос донельзя, а дышать стало тяжело. Он не любил, когда заходила об этом тема. — Я не из Клаонов.

— Что? — разинул рот Дасх. — Старик же тебя молодым господином назвал. Тогда какой благородной семье ты принадлежишь?

Лицо Алиссума приняло несчастное выражение. Пухлые щеки покраснели.

— Я из Кейнов. Но это не благородная семья. Отец родом из обычных, а я… наполовину.

— А-а, — понятливо протянул Дасх. — Так вот ты чего какой пришибленный.

Было видно, что он не поверил.

Мальчик прикусил щеку с внутренней стороны, чтобы неожиданный порыв заплакать не проявил себя, но промолчал. Он сжался, став напоминать побитого щенка.

Увидев это, Дасх уставился на него, как на нечто несуразное.

— Ты чего, малявка? Серьезно, ничего не скажешь? — на обиженное сопение он хлопнул ладонью себя по лбу. — Вот ведь… Недоразумение ходячее, как ты живешь с таким характером? — Алиссум продолжал молчать, а глаза и нос начали стремительно краснеть. Дасх всполошился — Эй-эй, тише, тише, не ной. Сколько тебе лет?

— Семь, — выдавил из себя Алиссум.

— И правда малявка.

Тонкая рука Дасха опустилась на макушку мальчика, слабо похлопав. И, видимо, истратив все силы, парень откинулся на спинку кровати и прикрыл глаза. Дыхание снова стало тяжелым.

— Раз ты проснулся, — тихо произнес Алиссум. — Может, я принесу поесть?

Глаза Дасха тут же открылись и загорелись и он активно кивнул.

— Что ты хочешь? У нас есть…

— Что угодно, — быстро ответил Дасх, облизав губы. — Что угодно, если это можно съесть.

Затем, будто вспомнив о чем-то неприятном, закатил глаза и добавил:

— Пожалуйста.

Когда Алиссум принес тарелку с картошкой и мясом, Дасх с трудом держал себя в сознании. Парень тут же быстро запихал в себя всю еду, выпил воду, до этого стоявшую на столике рядом, и меньше чем через секунду провалился обратно в бессознательный сон. Алиссуму осталось только убрать посуду и взобраться на высокое кресло рядом с кроватью. В руках он все также держал ботанический атлас, который принялся терпеливо изучать, занимая себя до второго пробуждения больного.