Всё в твоих руках (гет)

Глава 40

Капельку нервозности добавил встреченный по пути Долохов. Он, как мог, намеками выяснил итоги авантюры, а в ответ сообщил, что Дамблдор бросил урок на середине, озадачив школьников самостоятельной работой. Феникс оказал неоценимую услугу, спугнув нас. От Дамблдора мы бы так просто не отбились.

Урок за уроком ждала, что двери откроется и противный голос школьного старосты потребует на «ковер». Но время шло, а по мою душу никто не являлся. Уже выдохнула и решила, что пронесло, когда по пути в Большой зал меня перехватил Риддл.

— Эбрут! Декан вызывает, — Риддл выглядел безучастным, но не знающие покоя пальцы выдавали его с головой.

Попрощалась с Лидией Гамп и поспешила за ним. Как только лишние, пусть и нарисованные, уши остались позади, Риддл сообщил. — Дамблдор поднял шум, но подозреваемых нет. Ты была на занятиях. Стой на этом и ничего не бойся.

— А как остальные?

— Селвин и Нотт использовали законное «окно» с толком и посвятили свободное время помощи профессору Мюррей, — Том пнул скомканный черновик, попавший по пути. — Весьма удачная отмазка. Пара, которая нас заменяла, лишилась небольшого куска памяти. На Миртл и Бана плевать. Они ничего не знают. Их использовали втемную.

— А ты?

— Получил на маггловедении превосходно, — улыбнулся Том. — Слизнорт скептически воспринял это заявление. Ничего не украли. Дверь не заперта. Может, сам забыл запереть. Ну а феникс. Как его допросить?

Кабинет декана оказался забит под завязку прогульщиками, которым не повезло этим утром принять неправильное решение.

— Мы в больничное крыло ходили. Колдомедик подтвердит, — упиралась девчонки-второкурсницы.

— Я выполнял задание префекта, — надменно возмущался семикурсник и лучший друг старосты школы. Почему-то последнее в его представлении давало особые права. В том числе и на прогулы.

Присела в кресло у камина. Один за другим слизеринцы выходили вон, рассерженные и испуганные. Слизнорт решил совместить неприятное с бесполезным и тем, кто не обосновал прогул, влепил отработку.

Меня декан оставил напоследок.

— Мисс Эбрут, позвольте задать вопрос, — начал Слизнорт, утомленно потерев переносицу.

— Я не пропустила ни одного занятия! — возмутилась я. Нервозность давала о себе знать.

— Я знаю, — сухо ответил декан. — Недавно вы интересовались книгой «Бесконечная сила». Зачем?

— Меня интересуют чары обмена. Все источники, которыми я располагаю, отсылают к ней, — сказала чистую правду.

— И почему вы не обратились к профессору Дамблдору?

— Собиралась. Но в июньском номере «Новинки колдовства: от теории к практике» нашлась замечательная статья Адамо Малетеста. Так вот, там подробно рассказано о применении похожих чар. Я решила попросить у него помощи и отправила письмо в Хогсмит для пересылки. Это легко проверить. Правда, ответа пока не поступало, — немного успокоилась и вернула самообладание. Алиби железное, а главное — настоящее.

— Если будет. Он занятой человек, — усмехнулся декан в моржовые усы.

— Попытка не пытка. А «Сила» никуда не убежит. Когда профессор закончит, надеюсь, удастся глянуть. С вашего разрешения, конечно же, — закинула крючок. Вдруг повезет. Все же хотелось полистать книгу в спокойной обстановке.

— Только после СОВ, мисс Эбрут, — тяжело вздохнул Слизнорт. Весь вид говорил о том, что он занимается ерундой, на которую совершенно не хочет тратить время. — Идите. Еще успеете на обед, — попрощался декан.

Я поспешила. Желудок уже выводил рулады, требуя еды.

В коридор перед Большим залом просочился заманчивый запах жареных сосисок и ростбифа. Невольно облизнулась и ускорилась. Вход преградила толпа. Притормозила и аккуратно из-за спин заглянула внутрь. В притихшем зале спорили Марта Фрай и Лотти Перкисс. Последнюю поддерживала подруга. Остальные бурно, хоть и шепотом, обсуждали услышанное. В том числе и две гриффиндорки, за чьими спинами я остановилась.

— По крайней мере, я не вешаюсь на помолвленных парней. И не таскаюсь за ними хвостом, — высокий голос Марты разносился по залу. Вздернутый подбородок и презрительный взгляд прилагался.

— А никто и не вешается. Глаза протри, Фрай! — подруга Перкисс не уступала Марте в манерности и тянула гласные не менее презрительно.

— Ничего протирать не надо. Так видно. И почему такие девицы всё еще здесь? Куда смотрит староста, — Фрай дальновидно не стала плевать в декана, а прошлась по безопасному пути. По слухам, глава Когтеврана лояльно относился к грешкам подопечных, зная их пытливые умы и любовь к экспериментам.

Парочка сплетниц передо мной зашепталась.

— Это она к чему ведет?

— Ты что, до сих пор не въехала?

— Ты о чем?

— Ну… Об этом самом… Не тупи.

— Ох…

Перкисс побледнела и нервным, срывающимся голосом воскликнула. — Да как ты смеешь?

— Смею называть вещи своими именами? Или называть проститутку проституткой? — Фрай поджала губы. — Нет. Не стесняюсь.

Большой зал ахнул. Кто возмущенно, кто гневно, а кто явно требуя продолжения. У меня задрожали руки. Пришлось спрятать их в карманы.

— Или скажешь, что это не правда? — продолжила Марта. Она рассчитала идеальный момент для нападения. Вот и верь тому, что пуффендуйцы безобидны.

Перкисс бросила умоляющий взгляд на Долохова, лицо которого побелело и покрылось испариной, а глаза неотрывно и болезненно-затравленно смотрели на разворачивающуюся сцену. Но он молчал. И даже не пошевелил пальцем, чтобы прервать скандал. Лотти всё правильно поняла. Она обмякла и молча развернулась, что бы выйти вон. Но покинуть зал не успела.

— Мисс Перкисс и мисс Фрай, следуйте за мной, — директор встал из-за стола и кивнул декану Когтеврана. Тот пришёл немногим позже меня и не успел предотвратить катастрофу.

Зал погрузился в напряженную тишину, которую прервал рыжий гриффиндорец. Он подскочил, уронив стул, и звонко воскликнул. — Это моя вина, сэр.

Он поспешил к директору. — Я уговорил Лотти, потому что она согласилась стать моей женой после окончания школы. Мы обручимся на зимних каникулах. Так что это полностью моя вина, сэр.

Подружки-гриффиндорки оживились.

— Вот дурак! Авось бы пронесло.

— Да ни за что. Ты знаешь Диппета. Как бы и этого идиота не отчислили.

— А чего он вклинился?

— Они то ли кузены, то ли соседи, то ли друзья детства. Непонятно.

Директор бросил острый взгляд на Перкисс и строго спросил. — Это так?

— Да, — еле шевеля губами, произнесла она. Ее разом осунувшееся лицо лишилось последних красок, и только глаза, огромные и испуганные, выдавали с головой.

— Это не отменяет… — нахмурился Диппет.

— Директор! — рыжий не оставлял надежды.

— Давайте поговорим в учительской, — предложил декан Когтеврана.

Директор принял его предложение и покинул обед в сопровождении декана, Марты Фрай и рыжего, подхватившего Лотти под локоток. Их уход стал спусковым крючком, взорвавшим зал. Сплетни, слухи и предположения посыпались со всех сторон.

Я смотрела вслед Перкисс и видела на этом месте себя. Вот только никакой гриффиндорец меня не защитит. Сжатые до боли кулаки свело судорогой. Аппетит напрочь пропал. На обед я так и не пошла. Следующим утром Лотти Перкисс покинула школу. А меня повсюду стали сопровождать взгляды. Внимательный Дамблдора и изумленный, с примесью возмущения Долохова.

* * *

— Приструни Марту, иначе сядет тебе на шею, — Риддл смотрел в окно, безразлично изучая желтеющий лес. Неудачно он пропустил обед.

— Что я мог сделать? Марта — моя невеста, — Долохов расплылся на полу кляксой. — Она бы не простила мне защиту Лотти. Всему бы пришел конец.

— Что будешь делать с Перкисс?

— Я не знаю, — голос Тони сорвался. Кажется, он скатывался в банальную истерику.

— Ты облажался.

— А если бы на ее месте оказалась Фанни. Что бы ты сделал?

Он не знал ответа на это вопрос. Но рыжий гриффендурок и пальцем бы не прикоснулся к Фанни.

— Тебе придется найти приличную девушку и жениться на ней, — Тони несло. — Что сделает Фанни, когда узнает об этом?

Слова раскаленными иглами впивались в уши, заставляя представить худший из вариантов. И весьма реалистичный.

— Ты ей говорил? Пора уже. Я могу взять неприятный разговор на себя, — в глазах Антонина сверкал лихорадочный блеск.

Лицо Тома заострилось. Галстук сжал горло, и он сдернул его одним движением. — Заткнись!

— Как она отреагирует? Поможет найти невесту? Или поспешит обзавестись женишком? — добавил масла в огонь. — Может, лучше заранее ей найти парня. Желающие есть.

— Кто? — прорычал Том.

Тони расхохотался до слез.

— Я спросил, кто?! — палочка жгла руки.

Смех горошинами отскакивал от стен.

— Сомниус, — другой на этом месте так просто не отделался.

Ярость, разбуженная неосторожными словами, не думала отступать. Тони прав. Со всех сторон прав. Фанни свободна, как вольный ветер. Клятва, которой он так хитроумно повязал ее, оказалась ни на что не годной пустышкой, ограничивающей только ее болтовню.

— Маркус!!! — голос Риддла раскатился по комнате ударом грома.

Дверь тут же открылась. В комнату заглянул Кэрроу. — Мой лорд?

Впервые это обращение у него вылетело искренне и без заминки. Обычно Марку, чистокровному в Мерлин знает каком поколении, приходилось прикладывать усилие над собой. Но не сегодня. В первое мгновение ему показалось, что Антонин мертв, но Риддл развеял опасения.

— Забери и напои успокоительным. Или просто напои.

— Хорошо.

Через минуту Кэрроу исчез. Проклятие прорубило глубокую воронку в камне. Этого оказалось мало. Взорвалось зеркало, раскидывая во все стороны осколки. Полетели щепки, мгновение назад бывшие мебелью. Еще и еще. И так, пока Риддл не взял себя под контроль, остановившись посереди разгрома.

Подумать было о чем. О том, с какой легкостью Фанни съехала в дырявый котел и даже не предупредила. О том, как, обнаружив её пропажу, перевернул дом вверх дном, а потом посылал поисковые заклятия во все стороны и не находил ответа. И о том, какое облегчение испытал, получив весть, что ее видели в дырявом котле.

Мысли, словно тошнотворная вонь помойки, не давали свободно вдохнуть. Долохов столкнул с горы смертоносную лавину. Тому Риддлу предстояло хорошо подумать. И наконец-то выбрать.