Госпиталь Конохи (джен)

Экзамен на чунина ещё не начался, но я уже был сонным до невозможности.

Иногда мне кажется, что людям нельзя собираться в группы больше десяти человек — иначе естественность процесса теряется, уступая место совещаниям.

Солнце уже село, но в закрытом помещении собралась кучка уставших джонинов и чунинов из разных деревень, которые в очередной, контрольный раз слушали расписание и порядок проведения события.

К счастью, всё шло к концу, ведь уже пятнадцать минут разжёвывалось, что делать в экстренных ситуациях. Учитывая количество детальных примеров и указаний к действию, я ужасался тому, что всё это умудрилось происходить во время предыдущих экзаменов. Как-никак, правила пишутся на крови.

Всё было более-менее понятно в рамках моей роли. Будь то генин, решивший сделать предложение своей девушке посреди боя, или пришествие малого клана шиноби для выяснения силы деревни-реципиента (даже знать не хочу), моя задача проста — доложить непосредственному командиру. Это было в моих силах.

— И отдельно попрошу всех присутствующих воздержаться от вступления в физическую конфронтацию с представителями других деревень, — устало и с официозом пробубнил проктор Хаяте, которого настигла участь вести этот брифинг. — Пожалуйста.

При этих словах я краем глаза заметил, как Нами слегка дёрнулась. И, конечно же, как только собрание закончилось, нас при выходе попросили отойти для разговора.

Лиса-сан, мой давний знакомый, был в компании своего коллеги из Деревни Песка.

Мой вопросительный и выжидательный взгляд опустился на Нами, идущую рядом. Она же продолжала нейтрально смотреть вперёд, но решила прояснить, за что меня сейчас будут отчитывать за компанию. Ведь я был самым близким к тому, чтобы считаться «ответственным» за неё.

— Вчера вечером генин из Камня похвалил мой макияж, — впрыснула она яда в это слово. — Назвал его милым и предложил посидеть вместе в чайной «на удачу в экзамене».

— Ага, — иронично протянул я, повернув голову к стоящему впереди Лису-сану. — А это не макияж, а многовековое культурное наследие твоего народа.

— Ничего себе, — сумела она добавить сарказма в свой спокойный тон. — Ты догадался.

— И что ты сделала? — хотел я узнать масштабы происшествия, делая последние шаги к паре АНБУ.

— Сломала ему нос, — ответил вместо неё сунонин.

Я промолчал секунду, всматриваясь в маску Лисы-сана. Голова была характерно слегка наклонена набок — его мимовольный способ выразить дружелюбную улыбку. Значит, всё было не слишком-то и серьёзно.

— Могла и сдержаться, — тихо заметил я себе под нос, ожидая выговора от старших.

— Иронично слышать это от тебя, Сора-кун, — лучился юмором и хорошим настроением анбушник.

— Дети растут и умнеют, Лиса-сан.

— Конечно, — заверил меня мой старый знакомый. — Теперь ты ответственный взрослый и будешь сопровождать свою напарницу при любом выходе на улицу.

Мой взгляд, полный усталости и раздражения, вновь скосился на Нами, выражавшую не меньшее раздражение.

— Не смотри так на неё, — хмыкнул Лиса-сан. — Она не единственная за вчерашний день, и такое часто происходит на экзаменах. Стандартный способ контроля подобных… проявлений, — витиевато замаскировал анбушник слово «наказание».

Мой взгляд вернулся к взрослым.

— Нет, Сора, тебе не будут доплачивать, — вновь хмыкнул Лиса-сан. — Но твоя жертва будет записана в личное дело — достойная награда, — очевидно пошутил он.

— Польщён, — выдал я из себя усталый вздох. — Уверен, Нами с радостью будет проводить свободное время в своём жилище за чтением.

— Именно так, — кивнула девушка, сама не желавшая такого обременения.

— Напротив, — с отзеркаленным лёгким хмыком Лисы-сана взял слово анбушник Суны. — Тебе стоит больше проводить времени в Конохе, поглощая знания по медицине и не только, Нами-чан.

Конечно же, в словах сунонина была истина. Наказание должно ощущаться как наказание.

— Куро-сан, — вежливо начала Нами через секунду. — Было бы невежливо мешать личной жизни уважаемого союзника нашей деревни.

Названный иронично посмотрел на неё. Более чем нечестно: у моего Лисы-сана была маска, и мне приходилось догадываться о его эмоциях.

— Нами, тебя ведь прислали сюда не отдыхать, а выполнять задания. Новое поручение тебе уже дали. Минимум три часа в день. И молодой ирьенин будет тебя при этом сопровождать. Ведь так? — обратился он к анбушнику Конохи.

— Конечно, уверен, Сора будет не против, — хитро заметил Лиса-сан.

Я же в своей голове считал: складывал всё время, проведённое на тренировках в команде и в ирьё бутай, добавлял смены в госпитале и мелкие периодические миссии. Мои глаза почти предательски заслезились, как только мозг осознал отрицательное количество личного времени.

— Это низко, — пожаловался я ему.

— Я АНБУ, мне можно, — проговорил он с таким удовольствием, будто годами мечтал вернуть мне эту фразу. — Сора, у нас сейчас много работы, помимо того, чтобы следить, как бы никто не пострадал в уличной драке. Поможешь нам проконтролировать твою напарницу. Ну и дополнительно наказать своим присутствием. Не то чтобы ты… — провёл рукой в пространстве Лиса-сан, пытаясь правильно подобрать слова. — Но ты умеешь. Периодически.

Я лишь тяжело вздохнул. Светлая полоса в жизни закончилась, подумал я тогда.

* * *

Молчание было слегка неуютным. К нашему общему счастью, путь от Академии шиноби до квартала Сарутоби был недолгим.

Я остановился у жилища, развернулся и встал лицом к Нами. И оно, скорее всего, выражало достаточно эмоций, раз уж на миллисекунду девушка виновато потупила взгляд.

Она сжала губы в линию перед тем, как проговорить:

— Генин Ивы не был вежлив, — тише обычного объяснила Нами, внешне не проявляя ни толики эмоций. Благо многолетнее общение с Шино подготовило меня к такому.

— Я верю, — сумел я сдержать поток сарказма при проявлении чего-то близкого к сожалению. — Что за поручение?

Девушка неопределённо пожала плечами, но я почувствовал нотку стыда.

— Очевидно, об этом знал и ваш анбушник и не счёл это опасным для Конохи, — проговорила она размеренно.

— Я рад за свою родину, — иронично приподнял я бровь. — При чём мне присутствовать минимум три часа в день?

Нами же смотрела на меня индифферентным немигающим взглядом.

— Не повлияет на твою деятельность, — всё же ощущался её восторг от этого задания.

Я прикрыл глаза. Вдохнул. Выдохнул. Открыл глаза.

— У тебя продукты есть на ближайшее время? — увидев кивок девушки, я продолжил. — Отлично, завтра с утра я подойду. В семь часов. Ждать не буду — сразу сообщу, что ты ушла в самоволку, — махнул я рукой, не глядя, направляясь к своему дому.

* * *

Джонины Конохи — безумно своеобразные существа. Очевидно, что наличие подавляющих сил позволяло им, наконец, расслабиться и стать особенными в нашей военной иерархической структуре. Закономерно, часть из них частично впадала в детство, пытаясь компенсировать то, чего у них не было.

Единственное объяснение, которое я смог придумать.

К этой группе относилась и Митараши Анко, проктор второго этапа, активно пугающая и высмеивающая десятки генинов из разных деревень. Я уже и не говорю о том, что она сделала в конце первого этапа экзамена, по словам Инудзука-семпая, дежурившего там.

Меня заранее предупредили лишний раз с ней не говорить и, не дай Ками, не спорить — иначе она могла выкинуть всякое.

Этой мудростью делился и я, когда поднёс указательный палец к губам в жесте молчания. Наруто, заметив мой взгляд, хмуро поджал губы, но прислушался, не став ничего говорить.

— Подходим по одному! — прикрикнул Ияши, указав на нас, сидящих в небольших передвижных кабинках.

Каждый участник должен быть осмотрен и опрошен, подтверждая своё здоровье. Не то чтобы это делалось из великой заботы об испытуемых. Формальная подпись — меньше претензий к деревне.

Первой в мою кабинку успела проскочить Ино, закрыв за собой шторку. Я быстро записал данные в журнал, после чего поднял взгляд, подозвав её рукой поближе.

— Как ваше настроение? — спросил я её, вставая со стула и беря в руки офтальмоскоп.

— Как официально, — хмыкнула блондинка, но слегка приподняла лицо, позволяя мне без проблем осмотреть сетчатку глаз. — Я здорова, Сора.

— Верю, — резким движением убрал я устройство в карман, после чего на моей руке загорелся зелёный огонёк диагностического дзюцу. — Но я чрезвычайно дотошный.

К её счастью, она была полностью здорова.

— Вижу, все наши прошли, — с улыбкой сказал я ей, осматривая её со всех сторон.

Яманака же закатила глаза на мои действия, явно вспомнив моё предложение при последней встрече вписать мелкую травму желающим, чтобы отказ от участия в экзамене не выглядел позорным. Учитывая самоуправство их сенсея.

— Наруто потом в красках всё расскажет, — пообещала она. — Он слегка учудил.

Я же остановил своё диагностическое дзюцу у её предплечья.

— Недолеченный синовитВоспаление внутренней оболочки сустава. Двигаться при нём крайне болезненно., как же так, — поцокал я языком в театральном жесте, вернувшись за стул и занеся ручку над журналом. — А вы, Яманака-химе, так хотели участвовать.

Девушка наклонила голову набок, иронично посмотрела на меня, сделала шаг вперёд и ловким движением пододвинула журнал к себе, взяла ручку и написала «здорова», расписавшись рядом.

— Я должна участвовать, Сора, — в её голосе промелькнула лёгкая благодарность вперемешку с убеждением.

Она успела приоткрыть один из подсумков, показав сигнальную ракету. Ещё одна моя задумка: ведь ирьё бутай в любой момент может исключить команду, если та согласится уйти из-за ранений. И так их было просто найти в экстренной ситуации.

— Удачи, — коротко сказал я, откинувшись на стуле. Я знал, что мои друзья — гордые шиноби, но большинство из них ещё не сталкивалось с теми, кто мог бы их убить.

Экзамен, конечно, не поле боя, но среди шиноби было достаточно отморозков. Мои переживания были более чем обоснованны.

— Верь в друзей, Хамано, — проговорила она, уверенно улыбнувшись, после чего развернулась и пошла к выходу.

Как только шторка отодвинулась, Шикамару попытался проскочить следующим, но Ино поймала его за ухо, остановив.

— Нет, нет, ты пойдёшь в другую кабинку, — сказала она ему истинно материнским командным голосом, оттаскивая его в сторону.

— Ни себе ни людям, — хмыкнул я себе под нос.

Осмотрев ещё шесть шиноби, я устало потянулся и вышел к общей толпе.

Все были готовы к этому пятидневному безумию. Кандидаты подписали отказ от претензий в случае своей смерти и увечий — ещё одну сюрреалистичную бумажку, разобрали свитки и засобирались по своим входам.

— Ноль больных, удивительно, правда? — сказал группе ирьенинов Ияши, хмыкнув своему наблюдению.

Кто-то из помощников проктора в этой общей свалке курил, явно уже готовясь к долгой и нудной работе. Взрослые весело переговаривались, делали на ходу ставки и представляли, сколько групп в этот раз пройдут.

— Ноль, — подтвердил и я тайчо, подойдя со своим журналом.

Он же взял никому не нужные бумажки и кинул в сторону общей кучи, наваленной на пеньке.

— Первые три часа самые тяжёлые, — напомнил всей группе Ияши. — Все пары патрулируют.

Я же провожал взглядом расходящихся генинов, с небольшим напряжением глядя им вслед. К сожалению, не все мои друзья заходили в Лес Смерти с одной стороны.

*Контроль* — раздалось в моей голове мыслесообщение отрядного Яманака.

*Группа пять, получил, * — сообщил я в ответ.

Крайне занимательное ощущение. Мне необходимо было думать в определённом порядке, используя целый алгоритм образов, чтобы семпай понял, что это был ответ ему. Там, где-то по центру, в башне, он сидел и отслеживал наше местоположение, что, по словам самого Кикуо-сана, какого-то там дяди Ино, было фрустрирующе.

На то они и получали двойную ставку — наши персональные рации деревни Конохи.

В целом я мог думать о чём угодно, кроме того, что уже в ближайшее время, если не повезёт, мои друзья могут превратиться в трупы.

И Нами была идеальной напарницей для такой ситуации: молчаливой, стоящей на расстоянии от меня и не лезущей в душу. Потому что ею особо не интересовалась, откровенно говоря. По крайней мере тогда.

*Готовность — пять минут* — пошёл обратный отсчёт по нашей мысленной связи. Группы шуншином переместились по своим локациям, готовясь собирать первых умерших и раненых. Хьюга-семпай успел поставить тысячу рё на то, что на старте отлетят пять команд, «как в прошлый раз», и из моих коллег он был самым оптимистичным.

— Две минуты, — передал я Нами, разминающей ноги рядом со мной. Её решили не добавлять в общую сеть, пытаясь таким образом дополнительно скрыть секреты Яманака от наших союзников.

Она индифферентно кивнула, всматриваясь в пучину леса. Команды уже успели зайти, и там слышались первые бои и крики.

Моё настроение враз испортилось.