Я переродилась нелюбимой дочерью герцога в мире «Ван Писа»! (гет)

Примечание: АУ, в которой Лиа так и не поехала на бал и не познакомилась ни с кронпринцем, ни с герцогом севера. Вместо этого она решила бежать куда глаза глядят, и череда событий познакомила её с Моргансом.

Так как в данной АУшке Лиа сбежала из Софии раньше, чем познакомилась с Сабо и стала частью революционного движения, то никаких коммунистов не существует, а революция в Софии подготавливалась дольше, чем при Лиа (Лиа случайно сильно ускорила её).

Также, так как Лиа сбежала в самом начале, Леонар отправился на её поиски, пропустил революцию, остался жив и сейчас вовсю разыскивает Лиа.

События разворачиваются чуть более чем за год до начала канона.

* * *

Сабо поправил бабочку на рубашке и ещё раз придирчиво осмотрел себя в зеркале. Зачёсанные назад светлые волосы, шрам от ожога на левой стороне лица, опрятный костюм, состоящий из белой рубашки, чёрной жилетки и таких же чёрных штанов и лакированные туфли. Он определённо хорошо выглядел.

— Хватит любоваться собой, новичок! — кто-то грубо хлопнул его по спине, и Сабо с трудом сдержался, чтобы не ударить в ответ на рефлексах. Пришлось вспоминать, что он на миссии и выдавать себя пока что слишком рано.

— Прошу прощения, — мягко улыбнулся он, — просто всё так в новинку.

— Ничего, скоро привыкнешь, — рассмеялся в ответ собеседник. Звали его Метро, и он был ниже Сабо на полголовы, но обладал красивой внешностью — такой, что точно зацепит взгляд посетительниц. Впрочем, здесь все официанты были такими. — Ладно, пойдём. Смена скоро начинается, и я бы не хотел пропустить появление госпожи Аделаиды.

— Никто бы не хотел, — закивал ещё один парень, Бруш. — Как я выгляжу?

— Да как бы ты не выглядел, думаешь, она тебя заметит? — осадил его Метро.

— Опять хвастаешься тем, что она вчера с тобой разговаривала? — разозлился третий официант по имени Дюваль.

— Она спросила, в какой стороне пересадка с Библиотеки имени Ленина на Александровский сад! Я уверен, что это был намёк! — тут же возразил Метро. — Это точно был какой-то шифр! Вот увидите! Она меня запомнила! Я смогу снова с ней поговорить!

— Ага, ага, — засмеялись остальные.

Сабо заинтересованно перевёл взгляды с одного коллеги на другого, а потом спросил:

— А кто такая госпожа Аделаида?

Лица собравшихся парней мгновенно приняли блаженный вид, некоторые даже покраснели. Революционер готов был поклясться, что у парочки из них глаза превратились в сердечки.

— Она прекрасна, — прошептал Метро.

— Она невероятная! Красивая, сексуальная, харизматичная! — поддержал его Бруш, подозрительно хватаясь за нос.

— А её взгляд! Чёрт, он каждый раз разный, но каждый раз такой… такой… — Дюваль тяжело сглотнул, будучи не в силах подобрать слов.

Сабо кивнул. Кем бы не была эта загадочная Аделаида, её здесь просто боготворили. Судя по реакции окружающих, она была кем-то вроде местной Императрицы Пиратов: такой же красивой, такой же желанной, но такой же холодной. Хотя последнее — не факт, учитывая, что она шутила с Метро.

Революционеру стало интересно взглянуть на таинственную девушку. Быть может, Коале даже удастся втереться к ней в доверие и использовать ради их цели.

Тут в их разговор вклинился ещё один официант:

— Говорят, она — само воплощение Богини Судьбы.

— Скажешь тоже, — хмыкнул какой-то парень у дальнего шкафчика. — Боги не ступали на эти земли лет восемьсот точно, и даже если ступят, то куда угодно, но явно не на Гран Тесоро.

— Ну не скажи, — не согласился Бруш. — Слышали те слухи про алый культ?

— Это те, которые разъезжают по миру в красных балахонах и проповедуют о возвращении древних Богов? — уточнил Сабо: он слышал о них, за последние три месяца они успели переполошить весь мир. Собеседник кивнул. — Их же вроде дозорные вовсю ловят, а их проповеди называют ересью.

— Да, но важно не это, — отмахнулся Бруш. Выглядел он чересчур перевозбуждённым, и революционеру невольно подумалось, что такими темпами несчастного скоро хватит приступ. — Они проповедуют, что их главная Богиня, Богиня Судьбы, переродилась в этом мире лет двадцать назад. Говорят, она знает прошлое и будущее и может рассказать судьбу человека, просто взглянув на него один раз!

— Да мало ли таких шарлатанов, — отмахнулся Метро. — Не приписывай нашу госпожу Аделаиду к одним из них, ладно? Этим ты её только оскорбляешь.

Бруш закатил глаза, видимо, будучи не в силах что-то возразить. И тут ему на помощь пришёл тот парень, который первым упомянул про Богиню Судьбы и алый культ.

— Говорят, что у той Богини глаза стали алыми от огня, который они увидели в будущем, а волосы — красными от пропитавших их в прошлом крови, — пробормотал он. Повисла тишина. Сабо переводил удивлённый взгляд с одного официанта на другого, но те как воды в рот набрали.

— И всё же это бред. Госпожа Аделаида не та, кто свяжется с каким-то культом. Тем более, мало ли в мире красноволосых девушек? Да и опять же, что Богиня забыла в Гран Тесоро? Богам не место в логове жадности и разврата.

Внезапно в раздевалке раздался звонок, оповещающий о начале смены, и все тут же заторопились прочь. Сабо последовал за остальными на кухню, стараясь не думать о недавнем разговоре. Какое ему дело до Богов, тем более старых и не факт, что реальных? Всё равно ничего полезного для мира они не делают, только портят умы и так слабых людей — например таких, как те культисты, которых не пугал ни дозор, ни Мировое Правительство. Честно говоря, они даже Революционной Армии умудрялись мешать, из-за чего их многие недолюбливали.

Сабо вздохнул, надеясь, что все эти слухи про Аделаиду и культ — просто слухи и что никакие бешеные фанатики не помешают его миссии.

На кухне им выдали полотенца на руку и подносы с шампанским и закусками. Выслушав краткий инструктаж, официанты наконец-то выплыли в огромный зал, который больше напоминал целый город с кучей развлечений на любой вкус.

Казино Гран Тесоро ослепляло. Всё здесь было сделано из золота и буквально дышало богатством, как бы намекая, какие люди являлись его посетителями.

Сабо слышал о Гран Тесоро, но мнения о нём, как и о Гилдо, был невысокого. Конечно, революционер уважал то, как обычный человек, чьё прошлое было покрыто мраком, добрался до такого уровня, когда даже Мировое Правительство вынуждено считаться с ним, но, с другой стороны, ему совершенно не нравились методы Гилдо и то, что он, по сути, ничем не отличался от Тенрьюбито: называл работников своими рабами, считал чужие жизни пустышкой и удивительным образом умудрялся поддерживать на корабле баланс ослепительной роскоши и грязной бедности.

Парень окинул зал быстрым взглядом, приметил где-то в углу Коалу, одетую в элегантное чёрное платье с вырезом на груди, и принялся ходить по залу, раздавая гостям шампанское и стараясь особо не выделяться.

Миссия перед ним с Коалой стояла простая: дождаться приезда Дофламинго с его деловым партнёром, выяснить их планы по поставке оружия королевским гвардиям в страны, где проходят гражданские войны, желательно выкрасть документы с секретной информацией и по возможности разрушить всю эту схему. Звучало сложно, а на деле было ещё труднее — им уже пришлось угробить кучу времени, чтобы получить возможность работать в казино Гран Тесоро. Прийти из ниоткуда и попроситься в работники здесь было невозможно, пришлось поднимать старые связи и выторговывать приглашение через дальних знакомых и сочувствующих Революционной Армии. Причём даже так их очень долгое время принимать не хотели: работодателей отпугивал шрам Сабо и миловидность Коалы.

Но вот, несмотря на все неприятности, они наконец-то оказались здесь, и теперь надо было понять, как действовать дальше. Пока решили просто исследовать казино и его гостей.

Работа у Сабо была довольно простой: разносить бокалы с шампанским, забирать пустые и относить их на кухню. Иногда приходилось подсказывать клиентам направление уборной, а иногда — прибирать за ними игровые столы. Самой большой трудностью было то, что работа оказалась полностью на ногах, даже присесть было некогда, но тренированный Сабо не видел в этом проблемы. Сложнее было Коале, которой приходилось флиртовать с гостями, что смотрелось весьма чужеродно с её милым личиком и детским характером. Революционеру оставалось только надеяться, что с подругой всё будет в порядке.

И — как сглазил. Не прошло и двадцати минут, как с той стороны, где сидела Коала, поднялся шум. Сабо мгновенно обернулся и поспешил к столпотворению. Они с Коалой договорились притворяться незнакомцами, но если вдруг произошло что-то страшное, ему будет трудно остаться в стороне.

Картина, представшая перед Сабо, была отвратительна: Коала сидела на полу, прижимая руку к щеке, а над ней возвышался какой-то плюющийся слюной громила с золотыми кольцами на всех пальцах. К ним уже спешили работники службы безопасности, вот только на чьей стороне в этом конфликте они будут — вопрос с подвохом. Сабо сомневался, что Гилдо будет готов потерять прибыльного клиента ряди какой-то девчонки, работавшей на него менее одного дня.

Завершить миссию в одиночку будет трудно.

— И чего мы так разорались, м-м-м? — раздался женский голос откуда-то сбоку, и толпу, словно корабль — волны, прорезала женская фигура. Она подошла к клиенту и чуть склонилась над Коалой, протягивая ей руку. — Ай-яй-яй, красавица, кто ж говорил, что надо терпеть побои? Иисус уже две тысячи лет как мёртв, так что если тебя ударили в правую щёку — хренач обидчика в ответ, нечего левую подставлять.

Воцарилась тишина. Коала робко подняла руку, и незнакомка помогла ей встать. Сабо аж выдохнул: ему не пришлось вмешиваться. С другой стороны, теперь могла пострадать непричастная девушка.

— Какого чёрта вы творите?! — закричал на них клиент. Тогда незнакомка вышла вперёд, закрывая собой Коалу. Сабо наконец-то смог её рассмотреть. У неё были длинные алые чуть вьющиеся волосы, такие же алые глаза, обрамлённые густыми ресницами, прямой нос, тонкие брови и тонкие губы, намазанные красной помадой. Её наряд был чем-то похож на тот, который носила Коала, только красного цвета и с более вызывающим декольте. Девушка была яркой, эффектной. Ей хватило всего пары слов, чтобы притянуть к себе внимание посетителей и работников.

Революционер невольно подумал, что где-то уже видел её, но где — никак не мог вспомнить. А ещё мгновенно понял, что это та самая Аделаида, о которой шептались в раздевалке. Действительно красавица, да к тому же явно остра на язык.

— Этот вопрос я хотела бы задать вам, уважаемый. Забыли правила посещения Гран Тесоро? — Она скрестила руки на груди, и взгляд Сабо невольно скользнул к внушительному бюсту. Клиент, который до этого брызгал слюной, чуть не подавился ею.

Рядом раздались тихие вздохи, полные восхищения. Сабо перевёл взгляд, замечая Метро и нескольких парней-официантов. Они во все глаза смотрели на девушку.

Что ж, Сабо мог понять, почему все посходили по ней с ума.

А Аделаида тем временем продолжила:

— Вы нарушили положение три точка два, три точка три, пять точка один и шестнадцать точка четыре договора о правилах поведения на Гран Тесоро. За это вы будете спроважены в кабинет главы службы безопасности и лишены возможности посещать наш корабль на протяжении ближайших пяти лет.

— Что? — пришёл в себя мужчина. На его лбу вздулась вена, а лицо побагровела от злости. — Да как ты смеешь! Я — Король Дрозии! Я потратил тут огромные бабки! Какая-то шлюха не может прогнать меня!

— Сколько он потратил? — обратилась девушка к крупье, игнорируя оскорбление.

— Тридцать миллионов, — отозвался тот. Аделаида кивнула.

— Всего-то? Так мало? — И вновь обернулась к клиенту. — Сладкий, тридцать лямов — это стоимость пирата-новичка из какого-нибудь Ист Блю. Это даже не деньги. Хвалиться этим — всё равно, что хвалиться своим маленьким вялым членом — так же позорно и тупо.

Мужик разозлился, замахнулся для нового удара, но его тут же повалили на землю работники службы безопасности. Сабо тихо выдохнул, внезапно для себя обнаруживая, что до этого даже не дышал.

Аделаида обернулась к Коале, убрала руку с её щеки и кончиками пальцев погладила покрасневшее место. Затем высокомерно — так, как умеют только дворяне — посмотрела на валяющегося у её ног мужчину.

— Даже будь мы шлюхами, у тебя в жизни не хватило бы денег, чтобы купить хоть минуту в нашей компании, — заявила она. — Мальчики, уведите гостя и окажите ему самый тёплый приём. С Гилдо я сама поговорю. Ну а пока, — она взяла Коалу за руку, — пойдём посмотрим, что там с твоим милым личиком. Мы не можем позволить, чтобы какой-то червь его испортил.

Король что-то закричал им в ответ, но его уже потащили прочь. Аделаида даже не стала провожать его взглядом, место этого оглядела собравшихся и… Её взгляд остановился на Сабо. В алых глаза мелькнуло удивление, узнавание, но потом она быстро переключилась на Коалу, беря её под руку и направляясь прочь.

Сабо замер. Его узнали? Но как?

— Она смотрела на меня! — воскликнул стоящий рядом Метро, выдёргивая революционера из собственных мыслей. Он проморгался, а затем положил руку на запястье, ощущая, как сильно билось сердце. Это из-за испуга за Коалу? Или давно позабытое волнение от миссии? Или… Перед внутренним взором промелькнуло самоуверенное выражение лица красноволосой девушки, и Сабо сглотнул слюну. Ему, конечно, было ведомо влечение к красавицам, но никогда прежде…

Самые разные мысли атаковали голову, и избавиться от них не вышло даже через час или два работы. Изредка он ловил на себе понимающие взгляды коллег, и от этого только подташнивало.

Коала появилась только ближе к одиннадцати вечера. Её щека была в порядке, а сама девушка выглядела весёлой и посвежевшей. Её больше не пускали к гостям, но она скрашивала вечер для гостей, просто прогуливаясь мимо столиков и изредка подмигивая различным мужчинам. Сабо даже подивился: это было совершенно не в характере Коалы. Видимо, эта Аделаида что-то там ей сказала.

Ближе к двенадцати в центре казино поднялась сцена. К ней тут же начали стекаться гости и работники. Сабо последовал за ними, не желая выделяться.

Погас свет, всё казино погрузилось во тьму. А потом зазвучала живая музыка, зажглись софиты, купая в своих лучах музыкантов с инструментами в руках. Бодрый мотив заставил зрителей пританцовывать.

— Сейчас будет, — восторженно зашептал рядом Метро. Сабо хотел было уточнить, что именно будет, но не успел: музыка резко стихла, свет вновь отключился, но лишь для того, чтобы осветить одну-единственную девушку. Революционер тут же признал в ней ту самую Аделаиду. Теперь часть её волос была убрана в красивую причёску, белый жемчуг блестел на фоне алых волос, а стройную фигуру с выдающимися формами подчёркивал вызывающий блестящий наряд.

Зал закричал, приветствуя любимицу. Её лицо тут же начали транслировать через висевших повсюду Ден Ден Муши — так, чтобы каждый посетитель смог рассмотреть сегодняшнюю звезду.

Аделаида медленно спустилась по ступенькам чуть ниже на сцену, взяла в руки Микрофон Ден Ден Муши и подмигнула собравшимся, чем вызвала ещё одну бурную реакцию, да настолько, что ей пришлось даже подождать какое-то время, пока все не успокоятся.

А потом вновь заиграла музыка, и Аделаида запела. У неё был красивый голос, даже очень, а вкупе с потрясающей харизмой и игривым настроением она разила собравшихся наповал.

Девушка задвигалась. Вокруг неё тут же собралась массовка из танцоров, но все они были безликими на её фоне. Она танцевала, и пусть движения были просты, а пару раз Сабо даже заметил осечку, она всё равно приковывала к себе всё внимание.

Потом на сцену вышел Гилдо и запел. На его фоне Аделаида казалась очень низкой и хрупкой, хотя, как успел заметить Сабо, она была выше Коалы сантиметров на десять — и это не учитывая высоких каблуков.

Их дуэт закончился взрывом фейерверков.

— Наслаждайтесь, дорогие гости, ночь только начинается! — провозгласил в микрофон Гилдо. Свет вновь потух, а когда он зажёгся спустя всего секунд двадцать, сцена вместе с выступающими уже пропала.

— Ну как? — поиграл бровями Метро, хлопая Сабо по плечу. — Не правда ли она потрясающая?

— А-ага, — кивнул революционер, мгновенно понимая, что речь шла об Аделаиде. — Очень красивая.

— Эх, завидую я Гилдо-саме! Он может проводить с ней сколько угодно времени! А мне приходится подыскивать момент, чтобы просто увидеть её!

— Думаешь, они спят? — спросил Бруш.

— Чтоб госпожа Аделаида — да с кем-то спала? — рассмеялся Метро. — Она как-то заявила, что у неё очень тонкий вкус и высокие критерии, соответствовать которым может далеко не каждый. Она может флиртовать направо и налево, но вот завоевать её сердце, как я слышал, невозможно. Даже Гилдо-саме с его богатствами это не удалось.

— Ну, неудивительно. Если она действительно дочь Красноволосого Шанкса, то и критерии у неё ого-го какие.

— Она — дочь Шанкса? — поразился Сабо, мгновенно понимая, кого именно напоминала девушка. И правда, если присмотреться, у них были схожие четы лица, да и эти красные вьющиеся волосы…

— Тс-с-с! — тут же зашипели на него остальные, прикладывая указательный палец к губам. — Это всё слухи, понимаешь? Как и то, что она — воплощение Богини Судьбы.

— Госпожа Аделаида, да и Шанкс, ничего на эту тему не говорили, — закивал Дюваль. — Более того, госпожа Аделаида бесится, если её сравнивают с Красноволосым, так что не говори таких вещей, если не хочешь навлечь на себя её гнев!

Сабо понятливо закивал, мысленно гадая, действительно ли эти двое родня, и если да, то почему Аделаида так резко реагировала на упоминания о Шанксе. Неужто поругались?

Впрочем, размышлять было некогда: ночь, как и сказал Гилдо, только начиналась.

Казино работало практически круглосуточно, но основное веселье начиналось после двенадцати ночи и длились до пяти утра. Всё это время Сабо пришлось провести на ногах, обслуживая клиентов и разнося шампанское с закусками. Пару раз он видел Коалу, которая адаптировалась и теперь периодически ходила от одного гостя к другому. Ещё пару раз мелькали алые волосы Аделаиды, за которые взгляд революционера цеплялся сам собой. Девушка сменила наряд для выступлений обратно на красное платье, в котором была ранее, и теперь обслуживала исключительно ВИП-гостей, сопровождая их в отдельный зал и флиртуя с ними направо и налево.

К концу смены Сабо чувствовал себя уставшим не столько физически, сколько морально. И он бы с радостью направился бы в общежитие и отдохнул бы, но ему ещё предстояло встретиться с Коалой.

Соврав соседу по комнате о каких-то важный делах, Сабо выскользнул в коридор и направился к переходу между мужским и женским общежитиями. Спрятавшись в одной из ниш, где они с Коалой договорились встретиться, он принялся ждать. Подруга появилась только спустя пятнадцать минут.

— Прости за опоздание! — пробормотала она. — Госпожа Аделаида слишком сильно меня опекала, из-за чего остальные девочки как с цепи сорвались. Я с трудом сбежала.

Сабо кивнул, вспоминая, как девушка помогла Коале. Видимо, после этого они ещё не раз общались, и эта таинственная Аделаида оказалась не такой хладнокровной, какой её рисовали парни-официанты.

— Как ты? Сильно досталось? — спросил он.

— Да нет, фигня. Хак больнее бил, когда я только-только училась, — отмахнулась она. — Я б сдачи дала, но сам понимаешь.

— Да, — кивнул Сабо. — Удалось что-то выяснить?

Коала тут же принялась рассказывать. Как оказалось, нужные им люди пока не прибыли на Гран Тесоро. Их появления ожидали только в течение следующей недели, а потому у Сабо с Коалой было немного времени, чтобы подготовиться. Проблема заключалась в другом: они были новичками, и пробиться из обычных официанта и хостес до ВИП-уровня за неделю было практически нереально. «Практически» — потому что за всё время существования казино это удалось только одному человеку — той самой Аделаиде.

— Мне кажется, что её имя я сегодня услышал раза в два больше, чем тут гостей собралось, — хмыкнул Сабо.

— Но она действительно потрясающая! Я смогла с ней немного пообщаться, и ты бы видел её! — воскликнула Коала, и её глаза загорелись. — Она не только спасла меня от увольнения и приструнила того короля, так ещё и перед Гилдо выгородила! Хотя не должна была! А потом, когда мы сидели в медицинском кабинете, она лично прикладывала к моей щеке лёд и ругалась хуже сапожника! Я таких речевых оборотов даже от Рэйса не слышала!

Сабо потёр подбородок. Несмотря на то, что Коала была его близкой подругой, он не мог не признать тот факт, что вряд ли ей удастся повторить подвиг Аделаиды. А значит, надо было придумать что-то ещё.

— А есть возможность договориться с ней о сотрудничестве? — задумался он.

— Не знаю, — пожала плечами Коала. — Я попробую завтра поговорить, но…

Тут их разговор прервали чьи-то шаги. Революционеры мгновенно замолчали и замерли, вслушиваясь в происходящее:

— Нет, птичка моя говорливая, я не знаю, надолго ли это, — раздался женский голос, и Сабо мгновенно узнал Аделаиду. Он удивился: как так вышло, что только они о ней говорили, причём в неприметном коридорчике, как она тут как тут!

— Но разве Гилдо не хочет тебя вновь протащить на встречу со Святым Джалмаком? — спросил собеседник. Это был какой-то незнакомый мужчина, и с ним девушка общалась по Ден Ден Муши — как Сабо мог судить, исходя из тихого шипящего звука.

— Если Гилдо не хочет, чтобы я убила Тенрьюбито прямо на его корабле и начала свою Мировую Революцию, ему не стоит этого делать, — мрачным тоном отозвалась Аделаида, останавливаясь где-то неподалёку от их убежища.

— Если ты это сделаешь, то даже я не смогу тебя спасти. Я тот подвиг с островом тех помешанных больше не повторю, понятно?

— Попрошу дядюшку разобраться, а то хули он мне уже год мозги ебёт, — фыркнула она.

— Я думал, вы не семья.

— Мы и не семья, просто кое-кто — упёртый баран, которому впадлу заводить своих наследников и проще всё скинуть на детей сбежавшего брата. И срать, что дети этому брату не родные, а сам брат не очень-то и в курсе об их существовании. — Сабо сдержал смешок: судя по тону, разговор этот вёлся уже далеко не в первый раз. — Ладно, птенчик, не ссы в компот — невкусно будет. У меня всё на мази, кадило крутится, лавеха мутится.

— Опять ты со своими странными словечками.

— Странные только законы в Китае, запрещающие реинкарнировать без правительственного разрешения, а всё остальное — херня, — не согласилась она. — Кстати о Китае. Рассказать тебе о маоизме и отрядах хунвейбинов в далёких шестидесятых?

— Был рад пообщаться, спокойной ночи, — тут же ответили на той стороне, и звонок оборвался. Аделаида громко засмеялась, называя собеседника слабаком.

Она развернулась на пятках, каблуки застучали по полу, и Сабо с Коалой тихо выдохнули.

И вдруг девушка остановилась.

— Коала, детка, — заговорила она, и Сабо дёрнулся: они использовали фальшивые имена, но Аделаида откуда-то знала, как Коалу зовут на самом деле, — это место очень популярно для тайных встреч, и скоро сюда прибегут Доринда и Веллора, чтоб пососаться со своими ненаглядными, так что давай, почапали отсюда.

— Г-госпожа Аделаида! — воскликнула Коала, выступая из ниши вперёд и задирая голову. — Как вы?..

— Думаешь, я прошла пять лестниц, потому что хотела поболтать с птичкой в укромном уголочке за три девять земель от своей комнаты? — подняла брови девушка. — Пойдём уже. И друга своего возьми. Нам всем есть, что обсудить.

Сабо с Коалой переглянулись и кивнули друг другу. Если эта Аделаида будет им угрожать, то придётся её устранить.

Девушка повела их по коридорам, минуя людные места и придерживаясь более тихих — тех, где практически не появлялись люди. Сабо старательно запоминал дорогу, подмечая, что они с Коалой пропустили эти многочисленные коридоры, лестницы (тут Аделаида пробормотала что-то про своего злейшего врага) и повороты. Но оно и не удивительно: они едва провели день в казино, за это время изучить всё здание было просто невозможно.

Аделаида вывела их на несколько этажей выше, затем куда-то свернула, и вскоре убогие серые коридоры сменились богатыми, где полы были выстелены алыми коврами, а на стенах висели какие-то картины.

Наконец, девушка остановилась у резных дверей и достала из кармана платья ключик.

— Ох, в первый раз приглашаю к себе в комнату сразу двоих, так волнительно, — подмигнула она, а после провернула ключ, открывая двери. — Вести себя хорошо, грязную обувь снять на пороге, в уличной одежде на кровать не садиться и мне всякими острыми и огнестрельными штучками не угрожать!

Сабо с Коалой прошли внутрь. По сравнению с их комнатами, эта была больше и обставлена в разы богаче. Здесь был и большой коридор, и личная уборная, и двуспальная кровать, и даже барная стойка.

Оставалось надеяться, что это всё не ловушка, хотя Сабо не ощущал от Аделаиды враждебности, а в комнате — посторонних.

Аделаида по-хозяйски прошла внутрь, тут же скидывая туфли на каблуках и становясь на пол босыми ногами. Сабо с удивлением понял, что своей макушкой она утыкалась ему куда-то в район губ. При желании он мог бы без проблем положить свой подбородок ей на голову, надо было только приподнять подбородок…

Столь внезапная шальная мысль смутила его.

Девушка указала им на диван, а сама, прихватив халат, скрылась за дверью в ванную. Вернулась только через десять минут, переодетая в пижаму, состоящую из майки и длинных штанов, и с белым халатом поверх. Макияж она смыла, а волосы расплела. Теперь алые кудри мягко падали на плечи.

Вся задиристость и высокомерие куда-то пропали, оставляя на их месте что-то мягкое и тёплое. Что-то, что Сабо никак не ожидал увидеть, но что-то, что точно зацепило его изнутри.

— Итак, — начала она, садясь напротив и закидывая одну ногу на другую, — и что же Революционная Армия забыла на Гран Тесоро?

— Откуда ты знаешь? — спросил Сабо, чуть наклонив голову к правому плечу.

— Я много чего знаю, красавчик, — сладко улыбнулась она, и в её глазах промелькнули игривые нотки. — Тебе что конкретно рассказать?

Сабо с Коалой переглянулись.

— Предлагаю начать наше знакомство более правильно, — начал революционер, решив идти ва-банк. Доверять незнакомой девушке глупо, но она явно не настолько сильна, чтобы в случае чего суметь противостоять им. Прикончить её будет не так уж и сложно, как и обставить всё так, чтобы было похоже на самоубийство. — Меня зовут Сабо, а это — Коала, моя близкая подруга. А как к вам обращаться?

— Можно на ты. Нечего нам этих формальностей, — ответила девушка. — Меня зовут Лианора Вердейн, но можете звать меня просто Лиа. Аделаида — это просто прозвище, чтобы не спалили. Только никому ни слова, лады?

Фамилия показалась до боли знакомой. Сабо нахмурился, пытаясь вспомнить, где он её слышал, но в голову ничего не приходило. Зато вспомнила Коала:

— Ты та самая герцогская дочка! Сестра Леонара Вердейна из Софии! — воскликнула она.

София была страной, где совсем недавно прошла революция. Это была первая серьёзная миссия, которую возглавлял Сабо. Он потратил на неё не меньше полутора лет, собирая сторонников и привлекая на свою сторону местных жителей, уставших от тирании извращённых аристократов. И кто бы мог подумать, что сейчас, спустя всего пару месяцев после успешной революции, он встретит пропавшую почти год назад герцогскую дочку семейства Вердейн? А ведь именно благодаря её пропажи им удалось без особых проблем захватить королевский дворец: Леонар Вердейн, новоиспечённый герцог, убил своих родителей и вместо защиты королевской семьи уплыл в море на поиски сестры. Сестры, которая сидела прямо напротив них и выглядела максимально довольной своей новой жизнью.

— К вашим услугам, — кивнула она, и теперь её улыбка стала широкой и искренней. Сабо невольно подумал, что девушка была до одури красивой. — Правда, мы не в начале «Хоббита», так что никакой я не гном и в Эребор убивать Смауга вас не потащу.

Что конкретно девушка имела ввиду, парень не понял, но на всякий случай кивнул.

— Мы знали, что ты сбежала из герцогства, но не думали, что ещё хоть раз с тобой встретимся, — признался революционер. Она и вправду была похожа на Леонара Вердейна: такие же алые волосы и форма глаз. Правда, если верить слухам, она не была ему родной сестрой, а просто оборванкой с улицы, которую подобрала герцогская чета взамен умершей дочери. И как только они умудрились найти кого-то столь похожего?

Сабо вспомнилась листовка Красноволосого Шанкса, и он со смешком подумал о том, что в этом мире слишком много схожих внешне людей.

— А я не думала, что вообще хоть когда-то окажусь здесь, — пожала она плечами. — Судьба-злодейка вертит нами, как хочет. Но раз мы встретились, то это что-то должно значить.

— Например?

Аделаида, вернее, Лианора не ответила, только внимательно посмотрела на него. Её брови чуть дёрнулись — она явно о чём-то раздумывала, но о чём — тайна.

Зачем девушка вздохнула и откинулась на спинку кресла.

— Ладно, братцы-кролики, что вам нужно на Гран Тесоро?

— Мы не вправе разглашать данные секретной миссии, — качнула головой Коала. Лианора кивнула.

— А вот я здесь, чтобы подслушивать тайные разговоры крутых мужиков и передавать их Моргансу. Совсем скоро, например, собираюсь чуть больше узнать о поставках оружия, которыми руководит Дофламинго, а потом написать об этом прекрасную статью в Мировую Экономическую Газету и рассказать о происходящем на весь мир. А затем смотреть на то, как дозорные пытаются отбрехаться от своей связи со всем этим дерьмом и вновь очистить свой имидж, — сказала она, выглядя донельзя довольной.

Сабо удивлённо моргнул. Их цели были схожими, так может, всё же попытаться сотрудничать? Он как раз думал о том, чтобы привлечь Лианору на свою сторону…

И всё же до конца доверять ей он не мог.

— Какой тебе толк от помощи нам? — спросил он.

— Вы освободили мою страну от тирании, а меня — от герцогства Вердейн и необходимости выходить замуж за принца Кориандра. Теперь я хочу ответить услугой на услугу, — отозвалась она. Сабо видел, что это было не всё, она преследовала ещё какую-то цель, но какую — пока не мог понять. И это интриговало.

— А с чего ты решила, что можешь нам помочь? — спросил Сабо, наклоняясь ближе.

— А с того, мой дорогой, — отозвалась она, тоже наклоняясь, и что-то в сердце Сабо ёкнуло, — что наши цели явно перекликаются, иначе зачем двум старшим офицерам, которые в основном занимаются опасными для жизни миссиями, притворяться работниками казино, пусть и весьма богатого?

Революционер почувствовал, как у него пересохло во рту.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Я работаю на Морганса. Моя работа — всё это знать.

Это заявление не понравилось Сабо. То, что глава Мировой Экономической Газеты был в курсе их дел, напрягало. Значило ли это, что среди них был предатель?

«А может, она правда связана с тем алым культом, — проскользнула в голове незваная мысль. — Вдруг она правда воплощение Богини Судьбы, знает прошлое и будущее и может рассказать судьбу человека, просто взглянув на него один раз?»

Сабо кинул быстрый взгляд на Коалу. Та стиснула руки в кулаки и нахмурились. Затем революционер вновь взглянул на Лианору и только сейчас понял, как близко их лица были друг к другу.

Он резко отпрянул назад, ощущая, как гулко забилось сердце. Эта женщина творила с ним нечто невообразимое, хотя они даже не были толком знакомы. Он знал её всего несколько часов, а она уже умудрялась вывести его из равновесия.

Лианора никак не прокомментировала это, но он заметил, как дёрнулась её рука. Понимание того, что произошедшее тоже что-то в ней всколыхнуло, неожиданно льстило.

— Мы тоже пришли за информацией о поставках оружия, — наконец произнёс он.

— Но к людям, с которыми будет общаться Дофламинго, вас не пустят, потому что вы — обычные работники, — кивнула Лианора.

— А ты — самая популярная хостес Гран Тесоро, и именно тебя Гилдо отправит прислуживать им, — продолжил мысль Сабо.

— Я добуду информацию, вы — заберёте меня на своём корабле и высадите на острове, на который я вам укажу, а потом уничтожите эту цепочку поставок, — кивнула она. — Ну что, по рукам?

— По рукам, — решил Сабо. Рисковать, так по полной. Правда, всё ещё с осторожностью и без особого доверия.

Лианора тут же протянула ладонь, и Сабо пожал её. Горячая кожа коснулась холодной, и от этого контраста у парня пошли мурашки. Как и у самой Лианоры.

— Ну что, раз мы всё решили, то как насчёт выпить? Тут просто потрясающее вино! — засмеялась она, вскакивая на ноги и направляясь к мини-бару. Сабо проводил её фигуру взглядом, всё ещё ощущая фантомное прикосновение к руке и невольно стискивая ладонь в кулак.

Со стороны Коалы послышался тихий смешок. Революционер удивлённо обернулся к ней. Девушка самодовольно поиграла бровями и взглядом указала на достающую бокалы Лианору.

Сабо поджал губы, понимая, что его лучшая подруга нашла, за что уцепиться. В ближайшее время ему точно не будет покоя. И Сабо не мог сказать, кто именно станет тому причиной: ехидно улыбающаяся Коала или пьющая вино прямо из бутылки Лианора. А может, даже обе.

Впрочем, Сабо всегда жил по принципу работы на опережение, а потому самостоятельно лишил себя покоя, решив наведаться к Лианоре следующим же утром сразу после ночной смены. Та удивилась, увидев его на пороге, ещё и без Коалы, но отступила в сторону, давая пройти.

Для себя подобное поведение Сабо определил как наблюдение за потенциальной союзницей и проверку её на возможное предательство. Но что-то внутри (снаружи это была закатывающая глаза Коала), подсказывало, что он просто искал повод, чтоб побыть рядом с Лианорой и лично изучить, что же она за человек.

Революционер уселся на диван, где ещё вчера заключал договор с девушкой, и, облокотив голову о кулак, наблюдал за тем, как она мельтешила у мини-бара, доставая бутылки и еду. Откупорив вино, она разлила его по двум бокалам, один из которых вручила Сабо, а затем принялась нарезать хлеб, колбасу и сыр, а также мазать различные соусы. Буквально через десять минут на диване рядом с парнем оказалась большая тарелка бутербродов.

В животе мгновенно заурчало.

— Не ссы, не отравлено, — улыбнулась Лиа.

— Да я больше о крошках на диване переживаю. Столика-то нет, — отозвался революционер, послушно беря первый бутерброд. Колбаса была качественной, хлеб — свежим, а горчица придавала лёгкой остроты. — Вкусно!

— Конечно, вкусно, — самодовольно кивнула девушка. — Это ты ещё мой борщ не пробовал. Отвечаю, ты мне душу и сердце продашь за одну тарелку.

— Что такое «борщ»? — не понял парень.

— Самый лучший в мире суп. Всякие фо-бо и прочие новомодные штучки сосут по сравнению с ним.

Сабо кивнул и взялся за новый бутерброд. К вину он особо не притрагивался, и в итоге Лиа, заметив это, приготовила ему чай, а бокал забрала себе.

— Как ты оказалась здесь, если работаешь на Морганса? — наконец спросил он. Революционер ожидал, что девушка не ответит, но она лишь пожала плечами:

— Иногда, когда чайки совсем ничего принести не могут, Морганс любит отсылать нас на поиск информации для статей. Он называет это «командировками», а я называю «Лианора, ты заебала уже трахать мне мозги своими шутками про червяков и птичий корм, будь добра свалить куда-нибудь на месяца два, пока я тебя не заклевал».

Революционер засмеялся, запрокидывая голову. Кто бы мог подумать, что Морганса, способного крутить миром как хочет благодаря всей той тонне информации, которой он обладал, сумеет задолбать обычная женщина?

Хотя Сабо не мог назвать Лиа обычной. Всё же она — бывшая дворянка, которая сбежала из дома, устроилась на работу в газете, умеет готовить, общается с окружающими на равных, порой несёт какой-то бред, а ещё матерится как сапожник и явно знает много тайн.

— А почему ты пришла именно сюда, в Гран Тесоро? Как узнала о поставках оружия и как умудрилась за неделю стать ВИП-хостес?

— А ты любопытная Варвара, я так посмотрю, — заметила девушка, откидываясь на спинку дивана. — Можешь не волноваться, нос на базаре тебе отрывать не стану. — Сабо не понял, к чему это было, но на всякий случай кивнул. — Сюда я пришла потому, что это лучшее место, где можно достать такую инфу: я ж не дура на Дресс Розу соваться и начинать прям там под Дофламинго копать. А ВИП-хостес стать не так уж и сложно, главное знать, что можно предложить Гилдо.

— Разве он не может купить всё, что захочет? — удивился парень. Он прекрасно понимал логику таких людей, как Гилдо, а потому узнать, что тому было интересно что-то помимо денег и золота, было неожиданно.

— Не всё в этом мире можно купить. Money makes the world go round и все дела, конечно, — глаза Сабо расширились, стоило ему услышать речь на незнакомом языке, а Лиа продолжила как ни в чём не бывало: — но деньги не всесильны и, например, отомстить за драму прошлого не смогут.

— Что он захотел? — спросил революционер. На чужом языке он пока не стал заострять внимание, вместо этого подметил, что для самой девушки подобное явно было привычным делом. Это интриговало: в мире, где целый остров уничтожили за то, что его жители изучали язык прошлого, эта женщина не боялась на нём разговаривать.

— Прости, но это наш с ним маленький грязный секретик, — развела рукой с бутербродом Лиа, возвращая Сабо к теме их разговора. — Ну что, всё выяснил? Я для вас больше не первый эпизод «Звёздных Войн» про скрытую угрозу?

Сабо не сдержал смешок. Если бы Лиа только знала, что сюда он пришёл в первую очередь ради общения с ней!

— Не знаю, что за «Звёздные Войны» такие, но ты точно не угроза.

— О, рассказать? — тут же засверкала глазами девушка, аж подкидываясь на диване. Сабо удивлённо моргнул, а потом согласился:

— А давай. — На лице Лианоры появилась широкая улыбка. Она тут же поставила уже пустую тарелку из-под бутербродов и бокалы из-под вина на пол и закинула ноги на диван, обращаясь к Сабо всем корпусом. — А потом и про своего «Хоббита» с Эребором.

— Ну тогда это займёт не один день! — воскликнула она. — Учти, ты сам на это подписался и сбежать не посмеешь.

— Я и не собирался, — пожал он плечами.

— Ага. Все вы так говорите, а потом бежите в страхе, — качнула она головой. — Никто не любит слушать мои истории, даже дядюшка с Моргансом.

— Клянусь, что выслушаю их от начала и до конца, — положив руку на сердце, пообещал он. На лице Лиа появилась счастливая улыбка, и в этот момент девушка стала выглядеть такой красивой и милой, что у Сабо перехватило дыхание.

— Ну что ж. Тогда начну с самого начала. Давным-давно в далёкой-далёкой галактике наступили неспокойные времена для Галактической Республики. Налогообложение торговых путей к отдаленным солнечным системам стало причиной раздоров. В стремлении добиться своего обуянная алчностью Торговая Федерация с помощью мощных боевых кораблей взяла в кольцо блокады маленькую планету Набу, лишив её всех поставок…

И Сабо, забив на то, что очень слабо понимал отдельные моменты, особенно когда дело касалось летающих кораблей и бластеров — хотя Лиа всё же старалась пояснить, что это такое, — погрузился в рассказ, наслаждаясь историей и чужим голосом.

Историю пришлось прервать на том моменте, когда Оби-Ван взял юного Энакина Скайуокера в ученики: за окнами во всю светило солнце, на часах было двенадцать, а Лианора, проработавшая всю ночь, постоянно зевала.

— Иди спать. Завтра продолжим, — сказал ей Сабо. Он-то мог бодрствовать хоть несколько дней подряд, а вот девушка к такому явно не привыкла.

— Тебе точно интересно? — на всякий случай уточнила она, поднимаясь с дивана и потягиваясь всем телом. Взгляд Сабо задержался на изящных изгибах, что-то внутри него всколыхнулось.

— Точно, — кивнул он. — Но если ты сейчас продолжишь, то не выспишься и завтра будешь вялой.

— М-м-м, буду овощем, — согласилась она. — Как морковка или горошек. Морковка, знаешь ли, ловко ушла вперёд, эстафету передаёт. А зелёный горошек — он атлет, такой хороший на вкус и цвет.

— А помидор? — посмеялся Сабо. Он совершенно не понял, о чём говорила девушка и при чём тут атлеты и эстафеты, но это показалось ему весьма забавным.

— А помидор — это ягода, он в другой рекламе и не особо счастливый, — заверила девушка. — Ладно, всё, пиздуй спать. Не хватало ещё, чтоб у тебя потом синяки под глазами были, ты ж потом всех дамочек в казино распугаешь.

— Что, и тебя тоже? — поднял брови Сабо. Слова вырвались быстрее, чем он успел их обдумать, и революционер резко понял, что прозвучала его фраза весьма игриво, будто он флиртовал.

— Меня — нет. Я, наоборот, буду ходить и хвастаться, что из-за меня само второе лицо Революционной Армии ночами спать не может, — по-девчачьи хихикнула Лиа. И, чёрт возьми, она флиртовала в ответ.

Скомканно распрощавшись с девушкой, Сабо на всех парах направился к себе в комнату, которую делил с соседом-официантом. Тот не спал.

— Ну и где ты пропадал? — пробормотал парень, глядя на то, как Сабо переодевался в пижаму. — На свидание, что ли, бегал?

— Вроде того, — отвёл взгляд революционер. Отговорка была хорошая, тем более, что здесь многие после смен уходили на тайные встречи. Вот только… свидание… и с Лианорой…

От подобных мыслей загорелись щёки. Их времяпрепровождение ведь нельзя было назвать свиданием? Или можно? Они ведь флиртовали!

— Чёрт. Ты ж тут всего пару дней, а уже девчонку завёл! И это даже несмотря на шрам на половину лица! Завидую-ю-ю! — заныл сосед, утыкаясь лицом в подушку.

— Давай лучше спать, — резко прервал его Сабо. Разговоры о собственном шраме ему не нравились, потому что вызывали внутри неприятное ощущение пустоты, взывающее к давно потерянным воспоминаниям. К тому дню, когда его, чудом выжившего, достали из воды.

— Это та Мира, да? Которая с короткой стрижкой? — не унимался парень. «Мира» было поддельным именем Коалы, а «Шеппард» — его собственным.

— Не твоё дело. Спи.

Сосед в ответ что-то обиженно проворчал, явно недовольный тем, что ему не дали посплетничать.

Сабо лёг в кровать, накрылся одеялом и прикрыл глаза. Перед внутренним взором предстала смеющаяся Лиа, восторженно рассказывающая о гонках посреди Татуина.

Сердце в груди сжалось. Как же такая домашняя Лиа была одновременно и похожа, и непохожа на ту, которую он видел в казино. Вроде всё такая же игривая и острая на язык, а ещё красивая и с этой своей хитрой улыбочкой, но при этом дома она была мягкой и нежной, а на работе — острой и чересчур колкой.

— Красивая хоть? — внезапно спросил сосед, вырывая из мыслей. Сабо сразу понял, о чём — вернее, о ком — речь.

— Невероятно красивая, — тихо согласился он. И комната погрузилась в тишину.