Сегодня в ад свободен вход (джен)

Они оказались на плоской вершине холма, который был голым, не считая редких кустов черных колючек. Вправо и влево простирались такие же холмы, почти ничем не отличающиеся друг от друга. Внизу простиралась равнина, покрытая песком, из которого кое-где торчали голые валуны. На ее дальней стороне простирались горы, ничем не покрытые, просто голые серые скалы. Вверху не было солнца, хотя откуда-то изливался свет, желтоватый, но совсем не похожий на солнечный. Небо — если это было небо — закрывало серо-желтое марево. Воздух был сухим, пахло чем-то прогоркло горелым и серой. Иногда налетал порыв горячего ветра, который нес песок и пепел. Сначала было тихо, потом Сэм различил на грани слышимости некий звук, не то стон, не то вой, такой же отвратительный, как и все вокруг.

Он с опаской огляделся, но, насколько он смог заметить, вокруг никого не было. Ни демонов, ни грешных душ, никого и ничего.

Сэм обернулся к Алае, и она ответила ему спокойным взглядом.

— Ад часто меняется, — пояснила она. — На самом деле все это — иллюзия. Все это кажется нам настоящим, вплоть до мелочей, но на самом деле не существует. Однако же ощущения здесь очень правдоподобны. Адские муки — не пустой звук, к сожалению. Ты почувствуешь боль точно такую же, как на Земле. Нельзя только потерять сознание или сойти с ума. Или, — она усмехнулась, — умереть.

Сэм сжал зубы. Как он и думал — здесь нет ни одной лазейки. Значит, он правильно решил. Нужно спасти Дина любой ценой.

— Куда теперь? — спросил он.

— Идем, — ответила она и уверенно направилась вниз.

Они спустились вниз с холма и побрели по песчаной равнине. Может, Ад и был иллюзией, но ощущения здесь были абсолютно реальными. Ноги увязали в горячем песке и спотыкались о скрытые камни. Ветер тоже нес песок, которые скрипел на зубах и засыпал глаза. Скоро Сэм пожалел, что у него нет какого-нибудь большого платка, наподобие тех, что носят гангстеры в ковбойских фильмах. Спасение не только от любопытных глаз, но от ветра, песка и пыли.

Вскоре они дошли до скальной гряды. Сэм посмотрел вверх: забраться туда смог бы только опытный альпинист со снаряжением. Но Алая, похоже, туда не собиралась. Она стала водить по гладкой скале руками, что-то шепча себе под нос. Сэм прислушался, но не разобрал ни единого знакомого слова, можно было только с уверенностью сказать, что это не латынь и не испанский — два языка, которые он знал неплохо. Интересовался он и другими языками, в особенности, древними — древнегреческим, арамейским, но и на них похоже не было. Вздохнув, Сэм внимательно огляделся по сторонам, но не заметил ничего опасного. Право, Ад казался совершенно вымершим, и можно было бы посмеяться этому простенькому каламбуру. С одной стороны, радовало, что им никто не пытался помешать. С другой — выглядело это весьма подозрительно. Обычно расчищают путь прямиком в ловушку — об этом Сэму прекрасно было известно по его богатой приключениями жизни. Он опять взглянул на Алаю — знает ее всего лишь несколько дней и уже доверил свою жизнь и судьбу Дина. Но какой у него еще был выход?

Наконец, Алая перестала ощупывать скалу и уперлась в нее обеими руками. С громким скрежетом камень стал подаваться внутрь и через несколько секунд перед ними открылась каменная дверь. Внутри было темно, так что Сэму пришлось подойти вплотную, чтобы заглянуть внутрь. Он увидел коридор со стенами из грубого камня, как в каком-нибудь фильме о Средневековье. Вдали светился огонь, похожий на свет факела, что еще больше усиливало сходство. Сэм взялся за рукоятку ножа и осторожно вошел…

Здесь уже все гораздо больше походило на тот Ад, который изображали земные авторы. Внутри горы было очень жарко, но это ощущение странным образом сочеталось с веянием острого, какого-то космического холода. Пахло здесь серой, пеплом, тухлятиной и еще чем-то, малоразличимым, но явно отвратительным. И звуки! Сначала Сэм ощутил как будто некую вибрацию, пронизывающую его до самых костей, но, прислушавшись, он понял, что это далекие крики, хор голосов, и голоса эти кричали от боли, стонали и жаловались.

В коридоре было темно, но все же не настолько, чтобы ничего не видеть. Сэм вынул нож Руби, чтобы не оказаться безоружным перед каким-нибудь внезапно вынырнувшим демоном, потом оглянулся. Алая стояла позади и настороженно осматривалась.

— Я не чувствую опасности, здесь нет тех, кто желал бы нам вреда, — ответила она на безмолвный вопрос Сэма. — Только несчастные души грешников.

— Ты не думаешь, что это ловушка? — задал наконец Сэм так мучивший его вопрос.

— Даже если и так, то как мы об этом узнаем? — ответила она. — Нам нужно быть очень осторожными в любом случае.

Алая показала, что надо идти вперед, и они двинулись дальше. Сэм слышал хор голосов, в которых теперь можно было различить отдельные слова. Говорили по-английски, и Сэм подумал, что грешников, вероятно, тоже собирают по отдельным странам. Может, демонам так легче вести учет.

Чаще всего произносились разные имена, мужские и женские. Кто-то спрашивал: «Где ты? Где ты? Где ты?», другой с надрывом кричал: «Прости, Джули! Прости!», третий, задыхаясь, говорил: «Он предал меня. Обманул. Это справедливо. Справедливо!»

Среди голосов различалось звяканье цепей. Наконец, когда они прошли уже футов двадцать, Сэм увидел первого грешника.

Сначала он на мгновение подумал, что видит манекен, из тех, на которых студенты изучают строение мышц. Потому что кожи на человеке не было. Ни одного кусочка. Но это был не манекен. С обнаженных мышц капала кровь. А лицо…

Кроваво-черные дыры на месте глаз посмотрели прямо на Сэма Винчестера.

Сэм привык к крови, стонам боли и виду растерзанных тел больше, чем многие люди, но и для него реальность Ада оказалась чересчур жуткой. Дальше он старался идти, не особо глядя по сторонам, тем более, что Алая сказала, что она примерно знает направление, а доказательством должен служить амулет Дина. При приближении к Дину он начнет теплеть.

Как Сэм ни старался не смотреть на мучения душ грешников, глаз все время выхватывал ужасные подробности. Окровавленные, пронзенные железными штырями, висящие на крюках, пожираемые огнем, разрываемые на куски хищниками, посаженные на кол, распятые, со свисающими кишками и оголенными ребрами… Стоны, хриплое дыхание, крики заполняли воздух. Запах серы и пепла перебил тяжелый запах крови. Сэму казалось, что он задыхается. Он шел по коридорам вслед за Алаей, одной рукой сжимая рукоятку ножа, а другой щупая амулет. Сколько времени прошло, он не знал. Ему вдруг пришло в голову, что это и есть адское наказание для него: вечно искать брата среди истерзанных мучеников и никогда не найти.