Незванный гость хуже? (джен)

У лучшего за последние несколько лет выпускника академии СБФ мир не то, чтобы рушился, но основательно покачнулся.

Во-первых, Королев и Лена поменялись местами. Дима на все попытки объясниться-оправдаться отмахнулся, заявил, что нечего ерундой страдать и самим себя накручивать. Наталья уже жалеет, что наговорила им лишнего.

На последней фразе Илья завис, безуспешно пытаясь понять, правильно ли он услышал, и не перепутал ли чего Королев в построении предложения. В смысле она наговорила лишнего им?

Зато Лена орала так, что хотелось забиться куда-нибудь в уголок, а лучше под стол, под кровать, можно даже в утилизатор, только не багроветь пылающими ушами. Приемная мать обстоятельно изложила, какой идиот именно он, Илья Королевский. Что встретить прилетевшую к друзьям женщину заявлением о ее невысокой социальной ответственности — а как иначе воспринимать особу, рванувшую через полгалактики к женатому мужику — это полное дно. Что это дно они пробили, хотя бы на минуточку допустив, будто Королев способен, попрощавшись с женой, сразу же высвистать любовницу. Ага, которую давным-давно не видел. Через полгалактики. Ладно Кир с его загонами или Дэн, который и звонит-то раз в пятилетку, не говоря уже о том, чтобы знать, что дома творится, но он, он-то! Ириен, которому по техпаспорту положено в таких вещах разбираться! Офицер СБФ, которого в академии специально учили! И за что только ему диплом с отличием дали! Да перед кем угодно ей было бы до омерзения стыдно, а это еще и Та Самая Степанова! С которой Лена оказывается мечтала встретиться как о настоящем розовом пони под новогодней елкой. И теперь вместо того, чтобы спросить об этом и об этом (Илья совершенно не понял о чем), ей, доктору наук, придется не с коллегой общаться, а как родительнице двоечника и хулигана на приеме у директора школы мямлить, что они вообще-то хорошие мальчики и ничего такого не хотели, просто вот получилось!

Выдав последний пассаж, Лена перевела дух и заявила:

— Хоть на голове стой, хоть пой, хоть пляши, но сделай все, чтобы она захотела с нами работать.

Ларсен ушла, оставив парня в совершенно растрепанных чувствах. Не придумав ничего лучшего, позвонил своему наставнику, и вот тут-то случилось во-вторых. Услышав имя, он сдавленно поинтересовался, та ли эта самая? Большие буквы в каждом слове, как у Леночки, не звучали, но глубоко посаженные глаза так заблестели, что Илья весь подобрался, подтверждая, да, она.

— Королевский! — Рявкнул наставник. — Падай ей на хвост и держись всеми конечностями! Как хочешь уговаривай, хоть плачь, хоть соблазняй, но от Степановой ни на шаг. И очень внимательно смотри за всем, что она делает.

— А что у нашего ведомства к ней интерес? — Ириен-безопасник сделал стойку.

— У тебя, дубина кибернетическая должен быть интерес! Я как-то в группе с ребятами из ее компании работал. Очень, знаешь ли, познавательно. То, что они умудряются выжать из данных — просто фантастика. Будешь себя хорошо вести — засчитаю за повышение квалификации. Не сумеешь — очень засомневаюсь в профпригодности. Понял?

— Николай Федорович, — Илья сглотнул, поскольку расписываться в профнепригодности приходилось прямо сейчас, — я с первой встречи ее модель пытаюсь построить. И ничего не получается. Она все время разная. Даже стандартные жесты не стереотипно применяются, а вариативно…

Отличника академии прервал раскатистый хохот наставника:

— Королевский! Модельки, которым вас в школе учили, только на гопниках отрабатывать. Или на домохозяйках без образования. А жизнь, она сложнее. Вот, например, свою приемную мать, ты в какую модель засунешь? Или Королева вашего? Понял меня?

Илья потерянно кивнул.

— Раз понял, кончай ерундой маяться, и принимай задание к исполнению. — Наставник отключился.

Парень тупо пялился в потемневший экран. Если сложить три разговора, получалось, что он и вправду мается ерундой и непонятно зачем учился в академии. Самое главное, что задание от Лены и от наставника он получил одно и тоже. И карт-бланш на методы достижения ему выдали оба. Только вот что теперь делать?

Тут-то и раздался стук в дверь.

С трудом сумев произнести приглашение, ириен лихорадочно соображал, что делать дальше. Рекомендации системы завести легкий непринужденный разговор отмел как издевательские.

— Добрый день. — Услышал он за спиной осторожный голос Леночки.

— Здравствуйте. — В той же тональности отозвалась гостья. — Елена Дмитриевна?

— Наталья Степановна?

Киборг физически ощущал, как воронкой неразразившегося смерча закручивается напряжение. Женщины смотрели друг на друга в упор, непостижимым образом умудряясь игнорировать мощную мужскую фигуру, застывшую на прямой линии между ними.

— Если вы позволите, я бы хотела… — начала одна с порога.

— Если вы не против, полагаю… — одновременно проговорила другая.

Синие глаза поймали иронию, искрой проскочившую в серых. И все, будто тумблер переключили. Смерч рассыпался смехом. Искренним, облегченным, взаимным.

— Наталья. — Старшая шагнула вперед мимо Ильи и протянула руку.

— Елена. — Приняла приветствие хозяйка. — Что вы хотели?

— Многого. Начну с того, что уже несколько месяцев покоя не дает. В ваших последних статьях описан алгоритм распознавания синдрома Рона-Эрика без применения аппаратных методов. Скажите, пожалуйста, а вы его фиксировали только в связке киборг-человек, или наблюдались и иные варианты?

И понеслось. Если первые полчаса, ладно, надо хоть с собой быть честным, максимум четверть, Илья еще примерно понимал, о чем идет речь, то потом — все. Он тихо отступил в угол, чего, кажется, никто не заметил. Научные дамы очень быстро перешли на ты и на какой-то особый язык, непосвященным недоступный. Нет, большая часть слов была знакомой, и общая тема угадывалась, но вот предмет обсуждения двух блондинок, золотистой и пепельной, азартно тыкающих в строчки то одной, то другой таблицы, ускользал безнадежно.

— Транспонировать не пробовала?

— А смысл? Тогда сопряженный граф ломается…

Виртокна с графиками, диаграммами, столбцами цифр повисли вокруг расположившихся прямо на полу женщин в несколько слоев. Илья завороженно, как за фокусами в цирке, следил за пасьянсом из данных, который раскладывали и тасовали в четыре руки.

С какого-то момента количество окон начало сокращаться. Информация сливалась в одну большую трехмерную таблицу, причудливо расчерченную на цветные блоки.

— Ага! — В один голос выдохнули Таха и Леночка, удовлетворенно оглядывая итог.

Немного полюбовавшись, Наталья поинтересовалась:

— Сколько у тебя аналогичных матриц?

— Аналогичных десятка три, и еще столько же наберется с отклонениями, но принцип понятен. Спасибо огромное!

— Обращайся. — Ухмыльнулась Степанова. — Результаты потом покажи. Если хочешь, давай ко мне на шаттл. Есть кое-что похожее. С твоим соединить, а потом еще раз прогнать, может очень даже вкусно получиться.

Увидев, как загорелись Леночкины глаза, Илья понял, если немедленно что-либо не предпринять, интеллектуальный шабаш и вакханалия продолжаться уже без него.

— Лена! Наталья Степановна!

Женщины обернулись, явно удивившись его присутствию.

— Можно мне с вами?

— Зачем? — Спросила Степанова.

Лена выжидательно молчала, явно не собираясь приходить на помощь. Странным образом в голове воспроизвелось «хоть на голове стой, хоть пой, хоть пляши» параллельно с «хоть плачь, хоть соблазняй». Увы, на все варианты система давала не более четырнадцати с половиной процентов. В сумме. Решив, что терять нечего, Илья бухнул:

— Мне очень надо. Учиться работать с информацией.

Приемная мать явно была приятно удивлена. Но вот ее старшая коллега подозрительно спросила:

— Сам придумал или посоветовали?

— Посоветовали.

Наталья вопросительно покосилась на Леночку. Та покачала головой:

— Не я.

— Кто?

— Наставник. — Не стал юлить парень.

— Ну да, разумеется. — Пробормотала Степанова, и с нехорошей ехидцей задала самый неудобный вопрос:

— А мне-то это зачем?

Система рекомендовала сценарий «Честность — лучшая политика». Ириен и не знал, что такой вообще имеется, но решил принять к исполнению.

— Не знаю. Чем смогу — буду помогать. Что скажете делать. И от работы отвлекать не буду, только наблюдать. Как сейчас.

Лена немного забеспокоилась. Она знала, Илья начинает говорить короткими резаными фразами, когда очень волнуется или очень растерян.

— И много ты сейчас понял?

— Мало.

— И смысл так учиться?

Киборг молчал. Он не стал говорить, что сохранил видеозапись в надежде разобраться, что именно делали эти двое. И Леночка, она ведь не откажет!

Та, словно прочитав мысли, тихо сказала Наталье:

— Я помогу, если не возражаешь.

Степанова смотрела серьезно и спокойно. Потом развернулась, взглядом спросила у хозяйки разрешения и опустилась в кресло, показав Илье место напротив.

— Значит, так. Чтоб понимал, о чем просишь. В мою группу ни стажеры, ни ученики не нужны. Тем более из такого специфического ведомства как твое. Не надо обещаний, которые не сможешь выполнить. — Остановила она открывшего было рот парня. — Велит наставник отчет написать, и все изложишь по минутам. Что, в общем-то будет правильно. Да и нечего мне сейчас от СБФ прятать.

Помолчала, потом продолжила:

— Есть несколько моментов. Из них работают в твою пользу: ты из команды Королева — это раз, и я заинтересована в сотрудничестве с доктором Ларсен — это два. Как видишь, оба обстоятельства непосредственно с твоими личными достоинствами не связаны. Есть что к ним добавить?

Илья подумал и отрицательно помотал головой.

— Ладно, идем дальше. Есть отрицательный момент. Можешь сказать — какой?

Только усиленный контроль вазомоторных реакций не дал ушам снова запунцоветь.

— Не угадал. Дело в том, что я могла бы взять тебя в качестве сопровождения при перемещениях по Мэтте. Но мне уже выделили двух замечательных парней, которые хорошо знают планету, чем ты похвастать не можешь. А в моем флайере более-менее комфортно могут разместиться максимум три человека. Следовательно, менять сопровождение не имеет смысла.

Голос спокойный, ровный, безэмоциональный, только глаза как сканер.

— Моменты пока непонятные. Что ты знаешь и умеешь? Проверим?

Киборг кивнул. И пропал. Потому что вопросы посыпались лавиной. Они чередовались: из математики, социологии, психологии, экономики, права… На третьем десятке Илья подключил процессор. Не сказать, чтобы очень помогло. Но иначе ни за что бы не додумался, как объяснить связь между двумя комплексными индикаторами. А так на внутреннем экране высветились блоки, в которые входили частично повторяющиеся переменные, осталось только сгруппировать и озвучить. И даже успел немного погордиться: одолел! Ровно до следующего вопроса: применимы ли эти индикаторы для прогнозирования поведения замкнутых групп? При том, что один про дифференциацию, а другой про измерение степени удовлетворенности потребителей.

Безнадежной волной накатывало осознание: он впервые в жизни провалил экзамен.

— Ната, может быть, хватит?

Странно, Лена — довольна?

— Да, пожалуй, я несколько увлеклась. — Степанова откинулась в кресле с удовлетворенно-сытой улыбкой. — Неплохо учат в академии СБФ. И цифровую память вы, молодой человек, используете вполне вдумчиво. Местами немного творчески.

Илья отстраненно подумал: только он удивляется сочетанию «молодой человек» и «цифровая память»?

— Завтра с утра подходи. Работы по систематизации первичной информации всегда много, всегда нудно, будет чем тебя загрузить. — И без перехода. — Лен, мы идем.

— А? Да, конечно.

Леночка быстро собрала какие-то мелочи, потрепала застывшего киборга по макушке и уже с порога обернулась, показала два больших пальца и одними губами беззвучно обозначила:

— Молодец!

Лена вернулась так поздно, что было уже почти рано.

— Не ругайся! — ответила она на укоризненный взгляд Ильи, падая в кресло. — Это было круто. И самое главное, я теперь знаю, куда двигаться дальше.

— В кровать. — Буркнул киборг, глядя на непутевую мамашу. Ему поначалу показалось, что Леночка пьяна. Румянец, слегка расфокусированный взгляд, нечеткие движения. Но система не обнаружила алкоголя в крови объекта, зато выдала почти предельные показатели по дофамину и норадреналину, высокие — по накоплению молочной кислоты в мышцах.

— Сейча-ас. — Почти пропела Лена, блуждая взглядом по потолку. — Только проверю одну штуку…

— Завтра, все завтра. — Парень подхватил ее на руки и потащил в спальню, по пути включив чайник на кухне и соображая, что из травок он видел в шкафчиках.

— Ты не понимае-ешь, это важно-о… Очень важно-оо..

— Лен, в душ в одежде поставлю! — пригрозил почтительный сын, распахивая дверь в санузел. — Сама справишься или проконтролировать?

— Сама. — Доктору Ларсен явно понадобилась вся сила воли, чтобы вернуться в реальность из мира чистого разума.

— Вот и хорошо, — с облегчением выдохнул Илья и порысил на кухню.

Так, мята, ромашка — это замечательно, это то, что надо. Здесь у нас… Надписи на альфианском. Илья нырнул в инфранет, нашел, прочитал, мысленно присвистнул. Зачем Лене такое бронебойное?

Меда нет, жаль. Цукаты? Пожалуй, даже лучше. Ага, воду выключила, вышла.

— Ты зачем сюда? — Спросил Илья, не поворачиваясь ко входу на кухню. — Я бы принес.

— Спасибо. — Лена присела к столу. — Что-то меня немного повело.

— Не то слово. — Нахмурился парень. — Чем вы там занимались?

— Тем же, чем и здесь. — Пожала плечами Леночка, — только в бОльших масштабах. Но у нее уже все данные очищены, с такими работать — просто песня, сказка, именины сердца. Давно уже так не отрывалась.

— Оно и видно. А вот это зачем? — Он брякнул на стол коробочку с альфианским средством, обещавшим одновременно сохранение душевного спокойствия и стимуляцию умственной деятельности. За счет стабильности гормональной системы, но это производители почему-то упомянуть забыли.

Лена помрачнела. Не хотела нагружать прилетевшего в отпуск сына своими проблемами, но как-то так все сплелось в последнее время, что при внешнем благополучии не отпускает противное тянущее чувство надвигающейся беды. Однако пытаться втюхать офицеру федеральной безопасности, вооруженному ириеновским детектором, что все нормально, не стоит и мечтать.

— Не знаю, как объяснить, но… Что-то в политике Dex-company странное вижу я в последние месяцы. С одной стороны, они активно шлют сюда всех, кто внушает хоть малейшие подозрения на разумность. И там как-то очень много таких… Себя уже осознают, но личности как таковой еще нет. Ни интересов, ни ценностей, кроме самосохранения. Как правило, армейские или из криминальных структур, с соответствующим прошлым. Их нельзя с обычными двух-трехлетками держать, отселять приходиться. — Лена задумчиво отхлебнула чай с ромашкой, забросила в рот горсточку цукатов.

— С другой стороны, компания назойливо предлагает мне перебраться в один из исследовательских центров. Обещают много плюшек, только о характере предстоящей работы пишут очень туманно. Вот я и вылетела из нормального режима. Работать толком не получается, все мысли к одному и тому же съезжают. Попробовала со стимулятором — она кивнула на коробочку, — никакого эффекта.

— С Кристиной консультировалась? — Хмуро спросил Илья. Услышанное ему очень не понравилось. Может это и профдеформация начинает проявляться, но уж очень картинка складывается характерная: насыщение зоны воздействия нестабильными элементами с параллельной эвакуацией ценных ресурсов. Просто по учебнику.

— Да, она сказала, что в качестве разового приема можно. — Леночка с упреком посмотрела на парня. — Такой хороший вечер был. Я бы еще немножко кое-что посмотрела и спать пошла. А ты все испортил.

— Лена! — Возмутился Илья. — У тебя внутри такое творилось, что я просто испугался. Не исключено, что на фоне вот этого. — Он еще раз брякнул коробочкой о стол.

— Не-е, — расплылась в улыбке доктор Ларсен. — Это на фоне Степановой. Вот где стимулятор!

Наталья позвонила, когда Илье наконец удалось уложить Лену и добраться до своей спальни. Уже на автопилоте ответив на звонок, он сообразил, что стоит совсем раздетым и поспешил повернуть комм так, чтобы ниже груди его не было видно.

Степанова явно зрелище оценила. Но только вздернула брови и поинтересовалась:

— Как Лена?

— Уже спит.

— Это хорошо. Увлеклись мы с ней. — Покаянно произнесла женщина. — С утра можешь ко мне не торопиться, понаблюдай, поухаживай.

— Сам догадался. — Буркнул парень, запоздало сообразив, что старшей из коллег тоже требуется отдохнуть после мозгового штурма.

— Вот и хорошо. — Сказала та и отключилась.

Ириен вытянулся на кровати. Затянувшееся отсутствие Димы и Леночкины предположения как-то очень плотно стыковались друг с другом. Но пока в этом паззле отсутствовало слишком много деталей. Так много, что даже к наставнику было не с чем обратиться. Да и стоило ли? Все-таки Dex-company для правительства Федерации если не ближе, то привычнее и понятнее, чем планета разумных киборгов. Руднев — офицер и будет следовать приказу. А если приказ получит лейтенант Королевский? Не встанет ли перед ним жестко альтернативный выбор: или Мэтта или служба в СБФ? Интересно, это предвидение, прогноз, паранойя или он просто сам себя накрутил? Система честно обозначила все четыре варианта как равнозначные. Илья плюнул и принудительно отправился в сон.