12 свиданий мисс Грейнджер (гет)

Северус Снейп.

Возраст: 45 лет.

Статус крови: полукровка.

Темперамент: холерик.

Профессия: Мастер зелий, Мастер ментальных наук, преподаватель Хогвартса, преподаватель Магической Академии, внештатный зельевар при Больнице Святого Мунго.

Интересы: зельеварение, ментальные науки, заклинания, темные искусства защита от темных искусств, литература, шахматы.

Цель: получение степени Мастера заклинаний, вследствие чего необходимость соблюдать законы Магической Британии.

Совместимость Гермионы Грейнджер и Северуса Снейпа:

Интеллект — максимальная.

Характер — умеренная.

Темперамент — максимальная.

Интересы — высокая.

Жизненные принципы — умеренная.

Отношение к статусу крови — умеренная.

Итог: 87%.

Комментарий мистера Северуса Снейпа:

«Я участвую в этом балагане исключительно ради соблюдения бюрократической процедуры, необходимой для получения степени Мастера заклинаний. К подобным “социальным экспериментам” я не испытываю ни малейшего энтузиазма и подал бы апелляцию относительно данного нарушения моего права на частную жизнь, но, к несчастью, не располагаю бездной свободного времени для подобного. Высокий процент совпадения отражает лишь алгоритм, а не настроение или личные симпатии, поэтому “романтические ожидания” прошу оставить менее требовательным участникам. Если система решила, что я совместим с кем-либо — пусть порадуется хотя бы она, ибо ни я, ни, думаю, моя потенциальная партнерша подобных эмоций не испытаем».

Примечание: Уважаемая мисс Грейнджер! Уведомляем, что часть данных предоставлена самими кандидатами. Мы оставили данную информацию без изменений, хотя и получили несколько жалоб. Напоминаем, что Брачное агентство не несет ответственности за формулировки кандидатов и ваши возможные неприятные эмоции от них. Итоговый расчёт учитывает их, поэтому остаётся достоверным: 87% — высокий показатель, независимо от характера участника.

С пожеланиями счастливой и взаимной любви,

брачное агентство «Роза и Тюльпан».

Гермиона как раз заканчивала править универсальный шаблон для заключения трудовых договоров с волшебными существами. Его она планировала разослать всем сотрудникам отдела магического правопорядка. Как ни странно, эта монотонная работа её успокаивала. Может, она и правда была чуточку занудой.

Иногда сложно было признать, что за всеми этими бумагами скрываются реальные действия по защите угнетённых. И всё же Гермиона не без гордости могла сказать, что внесла немалую долю в дело защиты домовых эльфов, когда немного поднабралась опыта и перестала спасать всех вопреки их желаниям. Также в начале своей карьеры она добилась реабилитации оборотней, особенно новообращённых во время второй магической войны, и сумела продвинуть инициативу, чтобы их лечение и контроль закрепили на законодательном уровне.

Сегодня надо было ещё успеть на суд. Кингсли настойчиво просил, чтобы она присутствовала на большинстве заседаний Визенгамота. И Гермиона не без оснований подозревала: он хочет впоследствии предложить ей стать судьёй.

С Кингсли они давно помирились. В конце концов, даже такая спорная вещь, как проект по подбору подходящих волшебников и волшебниц, не могла испортить их тёплые, дружеско-деловые отношения. Кингсли был прекрасным начальником — умным, чутким, демократичным, но при этом способным быть твёрдым и брать ответственность.

За последние две недели Гермиона пару раз столкнулась с Теодором Ноттом в Министерстве. И это было удивительно, потому что прежде они практически не пересекались. Отдел тайн находился на девятом уровне, а Отдел магического правопорядка — на втором. Невыразимцы редко обедали в столовой и вообще предпочитали уединение своих кабинетов и лабораторий. Поэтому Гермионе даже показалось, что Теодор нарочно стал чаще появляться в министерских коридорах. После их неожиданно очень удачного свидания он прислал ей изящный букет голубых орхидей: красивый, но не настолько большой, чтобы вызвать неловкость. И они периодически переписывались. Гермиона понимала — Нотту нужна особая жена: умная, сдержанная, способная построить свою карьеру и поддержать его, а также по традиции чистокровных успевать вести дом. Сильная колдунья и изысканная леди. Наверное, она могла бы стать такой женой. Только вот — хотела ли?

На самом деле за прошедшее время Гермиона получила множество писем. Некоторые из них были краткие и формальные. Некоторые, напротив, как послание Эрни Макмиллана, занимали два пергаментных листа и в деталях рассказывали о его жизни после школы, ещё скрупулёзно перечисляли их незначительные встречи во времена учёбы в Хогвартсе. И вообще это было очень мило, хотя, на взгляд Гермионы, — избыточно подробно. К тому же Эрни не меньше трех раз спросил, когда они смогут увидеться.

В отличие от него, Стэн Шанпайк присылал ровно две строчки, но зато каждый день. При этом его не смущало ни отсутствие ответов, ни то, что их совпадение было всего лишь восемнадцать процентов. Видимо, он следовал старой магической мудрости: пока хищная мантикора с голоду помирает, гигантский навозный жук дело пытает.

Перси Уизли же прислал письмо, на фоне которого даже шаблоны трудовых договоров казались верхом лёгкости и романтики. А вот Кормак Маклагген внезапно лично подошёл к Гермионе в Министерстве и был очень любезен. Настолько любезен, что она подумала: видимо, он вырос и изменился. В этом приятном молодом мужчине ничто не напоминало того самодовольного засранца, каким он был во времена их шестого курса. И Гермиона, немного смягчившись, решила, что нет ничего дурного в том, чтобы с ним сходить на свидание. В конце концов, надо же как-то набирать необходимую дюжину.

Кингсли недвусмысленно сказал, что она должна управиться к Рождеству. Гермиона чертыхнулась: Совет магов начал осеннюю сессию заседаний, а Визенгамот проводил по нескольку дел в день. При этом текущую работу в отделе никто не отменял. Однако приходилось перебирать письма кандидатов проекта — у мужчин-колдунов тоже поджимали сроки.

Блейз Забини прислал колдофото Италии, в которой пребывал, намекая, что с радостью прошёлся бы с мисс Грейнджер по улочкам Рима и не только прошёлся... Во всём этом сквозила некая избыточная и явно нарочитая галантность с некой ноткой подтекста, но в целом всё выглядело вполне прилично.

Наиболее адекватное письмо, если, конечно, не считать идеального приглашения Нотта, пришло от Маркуса Белби. Оно было сдержанным, но при этом не лишённым любезности. Маркус выражал надежду, что им удастся встретиться в ближайший месяц-два и, уделив друг другу немного времени, приятно провести вечер. Гермиона поставила напротив этой фамилии галочку, несмотря на всего лишь пятьдесят пять процентов совпадения.

Драко Малфой же затаился — видимо, не желая общаться с «поганой грязнокровкой». Для человека, с которого только недавно сняли условное осуждение, он вёл себя не в меру нагло. Ежемесячно появляясь на обложках «Ведьмополитена» как «самый завидный холостяк Магической Британии», «самый элегантный мужчина Магической Британии» и «самый невыносимый» — добавляла Гермиона, замечая на столе у своих сотрудниц спрятанные под грудой документов журналы.

Она ни на секунду не забывала, что ей волей-неволей придется хотя бы по одному разу встретиться с тремя слизеринцами, чей процент был выше восьмидесяти. И если свидание с Ноттом прошло чудесно, то мысль о встрече со Снейпом и, тем более Малфоем, вызывала нервную дрожь и неконтролируемый приступ ярости.

И вот внезапно, в среду, к ней прилетело письмо не от кого-нибудь, а от Северуса Снейпа. Оно было лаконичным и информативным. В нём почти не прослеживалось того сарказма, которым он пропитал даже свои комментарии в анкете. Он вел себя так, словно они встретились на заседании Визенгамота:

«Уважаемая мисс Грейнджер!

Вследствие всем известных обстоятельств у нас должна состояться хотя бы одна встреча.

Если вы желаете заняться чем-то полезным, например, посетить лекцию по медленнодействующим ядам, мы можем сделать это вместе, дабы сократить навязанный нам бюрократической системой ужасный счётчик «свиданий».

На слове «свиданий» расплывалась небольшая, но очень характерная клякса.

Если вы свободны в эту субботу в полдень, я могу достать вам пропуск на выступление мастера зельеварения Либациуса Бораго. Для этого с помощью портключа мы переместимся в Трансильванию.

С уважением, Северус Снейп»

— Я уже несколько лет мечтаю вживую послушать доклад Бораго! — радостно пробормотала Гермиона, быстро набрасывая на пергаменте ответ. — Этот мастер очень старый и очень взбалмошный. Почти никогда не приходит на конференции и не устраивает публичных лекций. Ни за какие деньги билеты не купишь.

— Думаю, не многие бы и хотели покупать… если только не обладают отчаянной страстью к престарелым зельеварам с взрывным характером, — не без ехидства заметила Джинни.

— На закрытые выступления по требованию самого Бораго пускают только мастеров зелий, — не обращая внимание на её подколки, продолжала Гермиона, — удивительно, что у Снейпа есть возможность провести кого-то еще… интересно, как он это провернёт? Впишет меня своей ассистенткой?

— Ну, это его дело. Надеюсь, потом он отведет тебя на ужин? — мечтательно вздохнула Лаванда, добавляя в тесто для пирога какао.

— Ужин в Трансильвании со Снейпом… главное — сама не стань ужином этому вампиру! — рассмеялась Джинни, доставая миску с изюмом.

— Ну хватит-хватит, — улыбнувшись, замахала на них полотенцем миссис Уизли, на чьей кухне они собрались. — Вы как дети, честное слово! Гермиона, милая, оставь тесто, не могла бы ты лучше посмотреть мои чары на плите, что-то в последнее время она барахлит?

Гермиона с облегчением бросила ненавистную готовку и, достав волшебную палочку, погрузилась в то, что действительно умела делать — начала укреплять вязь заклинаний на старом агрегате, параллельно переговариваясь с подругами:

— С моей стороны было бы наглостью ожидать ужина, скорее уж, мне следует пригласить Снейпа в ресторан, чтобы отблагодарить за пропуск, да и портключ отнюдь не бесплатный… Напишу ему, что оплачу половину портключа или лучше целиком?

Лаванда с жалостью поглядела сначала на неё, потом на Джинни:

— Её не исправить, да?

— Кто знает, — Джинни уложила тесто в форму, — может, Гермиона и права…

Лаванда набрала в легкие побольше воздуха, чтобы начать спорить, но тут вернулась миссис Уизли и предалась долгим воспоминаниям об их первых свиданиях со своим дорогим Артуром.

В этот раз, к счастью, никаких новых нарядов не требовалось, несмотря на печаль Лаванды по сему поводу, деловых мантий у Гермионы было предостаточно. И, облаченная в одну из них, она явилась в полдень в Косой Переулок. Снейп уже был там. Он сумрачно отмахнулся от всех её попыток всучить ему хоть какие-нибудь деньги. А когда она попыталась хотя бы поблагодарить его за чудесную возможность, то буркнул:

— Ради Мерлина, мисс Грейнджер! Ведите себя как обычно. Когда вы такая приторно-милая, меня начинает мутить, а нам ещё предстоит перемещение с помощью портключа.

— Зато вы не меняетесь, — беззлобно улыбнулась Гермиона. Она была слишком рада лекции Бораго, чтобы спорить со Снейпом. К тому же ворчал тот как-то без огонька, словно, скорее, по необходимости. — Хотя ваше предложение и впрямь замечательное! Спасибо вам за него!

— А вы и впрямь рады, — в глазах у Снейпа мелькнуло легкое удивление и ещё какая-то столь редкая искра, но тут же утонула в темноте зрачков.

— Конечно, это ведь такая возможность.

— Думаю, с вами бы согласились немногие… но я один из них, — Снейп, задумчиво посмотрел на проходящих мимо людей, — видимо, как это ни прискорбно признавать, но наши восемьдесят семь процентов все же имеют под собой некую долю здравого смысла. В жизни бы не поверил, что Браун и Уизли способны создать нечто действительно работающее — эту систему. И еще меньше, что я буду вынужден следовать её указаниям… Ну, нам пора.

Он протянул Гермионе портключ — пустую колбу, и, отойдя от наиболее людных улочек, они перенеслись в Трансильванию.