Дом, который ждёт рассвет (гет)

— Министр, вы только взгляните на этого наглеца!

Гермиона ворвалась в кабинет министра магии во время совещания и под удивлённые взгляды собравшихся втащила за собой Гарри словно преступника, пойманного с поличным.

— Обманывает людей прямо под вашим носом! — воскликнула она, не обращая внимание на общее замешательство.

— Кхм… коллеги, — нарушил неловкую паузу Кингсли, — вы не могли бы… оставить нас с мисс Грейнджер ненадолго? Я позже извещу вас, когда понадобится снова собраться и обсудить текущие задачи.

Собравшиеся сразу же закивали, хотя покидали кабинет очень неспешно, как бы неохотно и с надеждой задержаться, чтобы узнать что-нибудь интересное. Гарри, который наконец-то получил свободу, выглядел растерянным и пытался пригладить волосы, но стоило ему только получить строгий взгляд от Гермионы, как он опустил руку и виновато уставился на министра.

— Мистер Бруствер, я ей говорил успокоиться и…

— А ну заткнись! — жёстко велела ему Гермиона и тоже посмотрела на министра, как только за последним сотрудником закрылась дверь. — Мистер Бруствер, вы хоть знаете, что по этим самым коридорам вместо Гарри расхаживает самозванец?! Боюсь представить, что он там наговорил в интервью и!..

— Да ничего особенного я не наговорил… — попытался было возразить Гарри.

— А ну заткнись, я не с тобой разговариваю! — приказала ему Гермиона, пригрозив волшебными палочками. — Я говорю, что…

— Боюсь, ты всё не так поняла, Гермиона, — устало сказал министр, и по его лицу она поняла всё именно так, как и надо было.

— Так вы знаете! — возмутилась Гермиона. — Знаете и позволяете это?! Но… зачем? Чего ради этот… — Она снова бросила презрительный взгляд в сторону придурковатого Гарри. — Чего ради этот клоун притворяется моим другом?!

Кингсли успел лишь открыть рот, как Гермиона за считаные мгновения поняла и всё остальное — Гарри действительно исчез, но никто не потрудился искать её друга так, как следовало бы, некоторые просто нашли самозванца и, что называется, прикрыли им дыру! Пока самозванец болтает всякое от лица Гарри, люди ведь верят, что так и есть, и не беспокоятся ни о чём. Вот это безобразие! Вот это наглость! И такая наглость не могла пройти без согласия и, чего уж бояться, прикрытия лица поважнее.

— Вы… вы… — пыталась подобрать подходящее ситуации слово Гермиона, но на её ум приходили уж очень нецензурные выражения.

— Я понимаю, твоё возмущение, Гермиона, но Гарри оставил нас в такое нелёгкое время и не выходит на связь, — сказал тем временем Кингсли. — И да, я знаю, кто это и что он не тот, кого ты хотела бы видеть, но так нужно. Давай будем думать об интересах и спокойствии большинства, а не только о наших собственных.

— А об интересах Гарри и его спокойствии вы подумали?! — горячо уточнила Гермиона. — Что будет, когда он узнает, какую ерунду этот ряженый балабол наплёл?! И не надо мне говорить про большинство, если этим придурком вы прикрываете только свой зад! Вы…

— Гермиона, ну чего ты раздула из мухи слона? — вдруг прозвучал знакомый ей голос, и она медленно повернула голову. — Подумаешь, Гарри немного побыл, я же это… аккуратно…

Гарри, стоявший в стороне, немного прибавил в росте, его волосы приобрели ярко-рыжий цвет, зелёные глаза сделались синими, а лицо покрылось веснушками. Почему Рон согласился побыть Гарри, можно было даже не думать — это же и почёт, и привилегии, а ещё девчонки, которых можно лапать и тащить в постель, пользуясь популярностью друга. Словом, одни плюсы и никаких минусов, если что и вытворишь не то, так это будут поступки Гарри, а не собственные.

— Ах ты… придурок, — злобно сказала Гермиона, покрепче сжав в пальцах две волшебные палочки. — Я думала, ты хоть немного поумнел, а ты…

— Да я всего лишь…

Бабах!

Рон не договорил и вылетел из кабинета министра магии вместе с дверью. Как позже писали в газете, он как-то умудрился проскочить мимо секретаря и войти в разгар спора между Гарри Поттером, Гермионой Грейнджер и Кингсли Бруствером. Что называется, невовремя зашёл, шутили журналисты и строили множество предположений, что же былые герои и министр могли не поделить.

— Только попробуйте ещё раз это сделать… ещё хоть один раз!.. — угрожала Гермиона Кингсли, после того как сорвалась на Роне и как дирижёр размахивала палочками. — Ещё раз только покажите «большинству» очередного самозванца, и я не стану молчать! Я вам не позволю использовать моего друга ради этих ваших «благих» целей! И не надо мне говорить, что они не корыстные, я вас вижу насквозь!

Позже она сидела за одним из столиков в «Дырявом котле» и делала вид, будто не замечает ни взгляда Тома, ни других посетителей, которые, похоже, прочли популярный выпуск «Ежедневного пророка» и успели увидеть там колдофото с её участием. Они наверняка думали, что такого могло случиться, из-за чего она тащила за собой Гарри Поттера за волосы, а ещё, наверное, гадали, что им двоим и министру мог сделать Рон. Для народа он же хороший парень, ещё один герой, если не знать, на какие поступки этот бестолковый придурок способен. Впрочем, злость на Рона, как и на Кинсгли с его задумками, в Гермионе со временем стихла, а потому её снова одолевали только беспокойство и грусть.

А как же Гарри? Теперь понятно, что и в Министерстве магии его нет. Где же он тогда и почему не появляется, когда какой-то самозванец «аккуратно» говорит всякое от его лица? Выходит, он даже не читает газеты, если не знает этого. Или читает, но не реагирует. Может, ему настолько плохо, что всё равно? Гермиона смотрела на кружку с остывающим чаем и чувствовала, как невидимая рука сжимает её горло. Хоть бы увидеть его ещё хоть раз! Увидеть, обнять и сделать всё возможное, чтобы ему помочь. Это же Гарри, он упрям и не будет просить о помощи, но сейчас он совсем один и неизвестно где. Какая-то её часть — наверное, фантазия, — пыталась подбросить ей видение, где Гарри нашёл себе понимающую добрую девушку и уехал из Британии как можно дальше, но Гермиона не хотела этой части верить. Её разум требовал доказательства. Где факты? Где люди, которые видели его в сопровождении милой незнакомой спутницы? Где люди, видевшие его счастливым? Нет, он один, всё больше убеждала она себя и не замечала, как качает головой. Ему тяжело. Она была нужна Гарри, а её не было рядом. Он исчез. Невидимая рука чуть крепче сжала её горло.

— Мисс Грейнджер…

Гермиона вздрогнула, когда Том к ней обратился, и подняла на него взгляд.

— …простите, не хотел напугать. Вам письмо.

— О… всё в порядке, я просто… задумалась, — сдавленно ответила она и сглотнула. — Спасибо, Том!

Бармен оставил на её столике конверт и ушёл к другим посетителям. Гермиона же взглянула на конверт и в недоумении сдвинула брови. Зачем это вдруг главе мракоборцев ей писать? Вот уж с кем, а с Робардсом её точно ничего не связывало. Однако выбрасывать письма, не прочитав их, было не в её правилах, и Гермиона вскрыла конверт. Возможно, Робардс читал тот же выпуск «Ежедневного пророка» или же коллеги ему рассказали о том, что произошло на их глазах, но он писал, что знает, где может быть тот, кого она ищет. Сердце Гермионы забилось сильно-сильно, и она вскочила со стула, нечаянно смахнув кружку. Остывший чай разлился по столу и полу.

— Да блин!..

— Ничего-ничего, я протру! — послышался со стороны голос Тома.

— Простите, пожалуйста! — бросила Гермиона и оставила на столе несколько сиклей, наспех зачерпнутых из кармана, за лишнее беспокойство.

Через какие-то мгновения она была уже в Мунго и бросилась к привет-ведьме.

— Мистер Робардс… В какой палате находится мистер Робардс? — взволнованно спрашивала она.

— Мистер Робардс… — повторила за ней привет-ведьма, водя пальчиком по журналу, и вдруг оторвалась от него с улыбкой. — Ах, точно, мистер Робард, которого атаковал рой докси… Он в двести пятой. Жить будет, не переживайте так.

— Да я не… Не важно. Спасибо!

«Рой докси?» — недоумённо подумала Гермиона, торопливо идя по коридору, и внезапно остановилась. А ведь она знала место, где этих докси можно было вёдрами выносить и выбрасывать, она ведь помогала миссис Уизли очищать дом на Гриммо от мелких паразитов и всего другого. Это, правда, не означало, что их там совсем не осталось… они вполне могли снова расплодиться… тем более на Гриммо жил один очень вредный домовик, который мог при помощи магии хоть предметы оживить, хоть докси выдворить из укрытия и направить куда нужно.

«Робардс был на Гриммо?!» — спросила саму себя Гермиона и снова двинулась к палате. Был глава мракоборцев на Гриммо или нет, было не так важно. Если он там отхватил, значит, так ему и нужно. Бедный Кикимер и так много терпел, когда дом его госпожи наводнили все кому не лень. Гермиона не могла осуждать старого домовика, если тот действительно натравил докси на Робардса. Надо ведь ещё разобраться, что последний делал на Гриммо! Гарри его вряд ли приглашал, иначе бы Кикимер не творил что хотел, а значит, такое могло произойти только в его отсутствие.

«Ну и наглость! Один просит прикинуться Гарри! Другой соглашается и болтает непонятно что! А третий… а третий нахал к нему в дом лезет!» — начиная закипать, подумала Гермиона и дёрнула за ручку двери.

— Добрый день, мистер… э-э-э…

Её боевой настрой сдуло как ветром — не каждый день Гермионе доводилось видеть на больничной койке человека с фиолетового цвета кожей, напоминающего своим видом не то монстрика из детской передачи, не то инородца из фильма про межпланетные войны.

— Побочный эффект, сказали, дня через два-три сойдёт, — нарушил заминку фиолетовый Робардс. — А вы быстро, мисс Грейнджер. Полагаю, по поводу моего письма?

— Д-да… — в некотором замешательстве ответила Гермиона и прикрыла дверь. Она, конечно же, помнила тот единственный вопрос, который её волновал, но чувство приличия и банальное любопытство всё равно взяли своё. — А это… очень больно? Может… вам что-нибудь нужно?

— Да нет, терпимо, благодарю за предложение, но жена мне уже всё принесла, — ответил Робардс, бросив взгляд в сторону прикроватной тумбочки, на которой лежали пакетик с апельсинами и пачка сигарет.

— О… понятно.

— Знаете, мисс Грейнджер, начинаю понимать вашего друга… Тоже порой хочется бросить всё и уехать куда-нибудь… Столько лет говорил жене, что вот доживу до пенсии и буду пчёл разводить, а сам всё прицепился к одному и тому же месту как репей.

— Ну… надеюсь, ваша мечта ещё сбудется. Я… хотела вас спросить…

— Да, вы про Гарри пришли просить, я понял, что вы его ищете.

— Вы знаете, где он?

— Не скажу, что знаю, но появились предположения… Пока здесь лежал без дела, успел кое-что обмозговать. Полагаю, вам ведь Гарри не как… мистеру Брустверу нужен?

— Нет, конечно, он мой друг!

То ли он и сам это понял, то ли её слова так на него подействовали, но Робардс поманил её к себе и Гермиона приблизилась к койке. Возможно, он не хотел, чтобы его слова могли услышать любопытные целители или их помощники, а может, он, как многие мракоборцы до него, тоже заимел паранойю.

— Думаю, вам стоит посетить Отдел магического правопорядка, — тихо сказал Робардс. — Я помню, они начали проводить перепись недвижимости месяца два или три тому назад… подразделение для этого создали… как бы временное, чисто выполнить задачу, но, по сути, пока Кинсгли не очухается и не прикроет эту лавочку.

— А как… это подразделение с Гарри связано?

— Так они вызывали то одного, то другого владельца всякого разного… уточняли там что-то, записывали… Гарри тоже получал к ним приглашение… Он вот как раз после этого задумчивый какой-то стал… отпрашивался несколько раз пораньше, а потом заявление принёс и ушёл. Не знаю, имеет ли это отношение к его исчезновению, мисс Грейнджер, но вы бы заглянули в это подразделение, поговорили с людьми, вдруг они вам что подскажут, а это поможет Гарри найти.

Гермиона не знала, может ли это ей помочь, но была благодарна и за такую информацию. В последнее время она не встречала в старых знакомых хотя бы понимание, не то что какого-то участия к судьбе Гарри.

— Спасибо, мистер Робардс, — сказала она вслух. — Возможно, вы зря всё тянете с уходом и, занявшись другим делом, будете чувствовать себя куда лучше. Поправляйтесь. Здоровья вам и вашим близким.

— Благодарю, мисс Грейнджер. Удачи вам!