Под лоском деланной правды (джен)

— Приветствую Вас, Джошкун белюк-ага, — почтенно поздоровался Гуюл.

Доктор хотел было встать, но Джошкун вытянул руку вперёд, останавливая его и торопливо заходя в кабинет.

— Что он вспомнил?

— Он вспомнил Вашу сестру и… Вас.

Выпучив глаза на врача, белюк-ага остановился. По лицу стекла капля пота от волнения. Внезапно он надулся, перебирая пальцами. Его лицо сделалось красным от гнева и нетерпения.

— Что конкретно он вспомнил?

Гуюл поклонился, начиная рассказ Григория. Доктор в точности передал все его слова, сделав акцент на взаимоотношениях Джошкуна и Айсу.

— То есть, этот щенок был у меня под самым носом! — раздражительно воскликнул командир.

В порыве ярости он смёл со стола все бумаги, тяжело дыша.

— Что же Вы так, Джошкун белюк-ага, это важные записи.

Гуюл невозмутимо собрал все разлетевшиеся по полу бумаги и снова сложил их на стол.

— Показывай, — грубым голосом приказал командир.

Врач незамедлительно предоставил все документы. Джошкун быстро пробежался по исписанным бумажкам, но на одной из них мужчина остановил свой взгляд.

— Что это? «Прошу предоставить временный отдых от проводимых экспериментов пленному Григорию Петровичу Протасову в связи с возникшими вопросами по поводу его воспоминаний».

Белюк-ага хлопнул по столу документом.

— Какие это возникшие вопросы? Если они есть, нужно дальше продолжать эксперимент, пока он не сознается!

— Послушайте, Джошкун белюк-ага, сейчас вопросы не к нему.

— А к кому же?

— К Вам.

Неожиданность этого ответа ещё больше разозлила командира. Его ноздри расширялись, чуть ли не выпуская пар.

— Ты спятил, Гуюл?! Какие ко мне могут быть вопросы?!

— Я прошу Вас проявить терпение и посотрудничать в этом деле. Это поможет узнать всю правду. Возможно, мы докажем вину Григория быстрее.

На последней фразе Джошкун немного остыл. Он прокашлялся и выпрямился.

— И что же ты хочешь делать?

— Я хочу провести сеанс гипноза над… вместе с вами, — оживился Гуюл, немного запинаясь. — В точности также, как было у Григория. Вам нужно будет только рассказать после сеанса, что вы видели.

Джошкун недоверчиво сузил глаза, осматривая доктора. Для мужчины было странным то, что он так просто освободил Григория от сеансов. Но командиру не терпелось вывести пленного на чистую воду, так что он согласился.

Мужчина стоял посреди глиняной комнаты, украшенной ярким расписным ковром. Напротив него стояла девушка, держа в руках шёлковый платок. Синий, усыпанный белыми звёздами и жемчужной луной, он оттенял бледноватый оттенок кожи девушки.

— Это тебе. С днём рождения, Айсу.

— Спасибо большое, Джошкун.

Девушка улыбнулась, надевая подарок на голову. Убрав волосы, она посмотрела в глаза брату. В них виднелся ласковый, но в то же время игривый огонёк. Айсу обняла брата, а он вдохнул аромат платка, через который чувствовались её мягкие волосы.

Айсу шла по коридору, проходя мимо комнаты брата. Она случайно заглянула к нему. Девушка отошла от комнаты к стене под силой Джошкуна.

— Ты даже не знаешь, каких усилий мне стоит… — начал он, прерывисто дыша ей прямо в ухо.

Но он не закончил. Вместо этого Джошкун силой потащил сестру к себе в комнату. Девушка сначала спрашивала, что он делает. Но, когда брат стал настойчивее, Айсу поняла, к чему всё идёт. Страх расползся по телу дрожью. Она закричала, стала вырываться, но это было безуспешно. Он повалил Айсу на кровать, закрыл ей рот рукой, а затем накрыл её своим телом.

Белюк-ага сразу не хотел говорить о том, что видел. Он долго отнекивался, притворяясь, что сеанс гипноза не сработал. Но доктор сумел убедить его рассказать правду, напоминая о наказании для пленного. Гуюл внимательно и с напряжением слушал воспоминания Джошкуна. Ни одна его бровь не дрогнула. Он лишь тяжело вздохнул, когда мужчина кончил рассказ.

— Нам понадобится несколько сеансов, Джошкун белюк-ага.

Лицо Джошкуна помрачнело, но он не отказал. С каждым новым сеансом ему всё меньше хотелось докопаться до правды, но он понимал, если откажется — вызовет подозрения ещё больше. Он что-нибудь решит, что-нибудь придумает. Как он это делал раньше.